Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / Давыдов Григорий: " Игра Без Читов " - читать онлайн

   Сохранить как или
 ШРИФТ 
Игра без читов Григорий Андреевич Давыдов

        Виртуальные миры прорвали ткань реальности и проникли на нашу бренную Землю. Что можно противопоставить космическим крейсерам, плазменным пушкам, магическим артефактам и заклинаниям, которыми владеет Код? Пистолеты и ракетницы? Даже не смешно! Но надежда есть. И живёт она в детях, рождённых после "Разлома". Их называют Видящими - существами, способными воспринимать нашу реальность, как игру, а может, и ещё глубже… А где-то там, за укреплениями Некромантов, засевших в Москве, и баррикадами звёздных десантников, захвативших Питер, таится великий Артефакт, который, быть может, спасёт человечество от вымирания. Вот только сможет ли справиться со всем этим абсурдом обычный парень Сашка, не имеющий и капли способностей Видящих? Только автомат, заряженный магическими пулями, да меч за спиной.

        Игра без читов
        Григорий Давыдов

        Глава 1

        Больно дышать. Ещё больнее шевелиться, но тело в отчаянном приступе отплясывает на холодном металлическом полу брейк-данс. Солоноватый привкус крови неприятно заполнил рот. Но, как ни странно, боли от торчащего из живота здоровенного меча я не чувствую. Только смотрю на него вылупленными, как у попавшего в костёр камина Санта-Клауса, глазами, и не могу поверить в случившееся…
        А, ну да, я не оттуда начал.
        Ну уж простите, гады! Сложно здраво мыслить, когда твои кишки превратились в кровавую кашу!
        Так, о чём это я… Ах, да!
        Давайте я расскажу сначала…

        11 ГОД ОТ РАЗЛОМА ПО НОВОМУ ЛЕТОИСЧИСЛЕНИЮ
        Я сидел за высоким кустом, отводя свободной рукой ветви в стороны, для лучшего обзора. Другой я прижимал приклад автомата к плечу, положив указательный палец на спусковой крючок. И волновался…
        Рядом, на земле, валялся Лёшка. Именно так, не «Лёша», или «Лёха», а Лёшка, и никак иначе не звали этого мелкого, вечно лохматого светловолосого мальчугана со вздёрнутым носом и постоянно шевелящимися большими зелёными глазами. Будучи девяти лет от роду, Лёшкин взгляд горел решимостью и взрослой осмысленностью, которую лично я не встречал у детей его возраста. Он, так же, как и я, смотрел через кусты вперёд, внимательно нахмурив брови.
        Глаза волей-неволей уставились на его ноги, как часто бывало, когда Лёшка меня не видел. Взгляд будто бы сам собой притягивало к двум высушенным веткам, которые заменяли мальчонке конечности. На таких не встанешь, не походишь и не побегаешь. Но это уродство мальчик не заслужил: не получил по причине болезни, травмы или несчастного случая. Родился таким. Вероятно, как говорит он сам, из-за того, что родился на свет уже После… И пусть я часто допытывался, о чём тот ведёт речь, Лёшка лишь замолкал, больше не говоря ни слова. А я не надоедал расспросами.
        Я вспомнил наконец, зачем мы здесь, и вновь устремил взор меж веток кустов, сощурившись. Перед нами разлеглась ярко-зелёная поляна. Слишком, надо сказать, зелёная, для этих мест, где остались лишь корявые чёрные деревья, да жидкие кустики с пожухлой травой. Первый признак Кода.
        А на поляне гулял, пощипывая травку, единорог. Нет-нет, я знаю, что не ошибся. Всё правильно сказал: не носорог, а самый настоящий единорог. Мистический конь с рогом на лбу, если вы не знали. Только этот - совсем уж какой-то в край мистический. Сошедший скорее уж не с картинок мифов и легенд, а из какого-нибудь детского мультика: гладкая лоснящаяся кожа животного имела ярко-розовый цвет, а грива переливалась всеми цветами радуги. Меня, по правде говоря, потянуло блевать. И я подумал, что Настёнка наверняка бы завизжала от восторга, если бы я подарил ей эту зверушку.
        «Не, дружище»,  - усмехнувшись, подумал я, аккуратно приподнимая дуло автомата.  - «Сегодня ты пойдёшь на потроха.».
        Я многозначительно посмотрел на Лёшку. Тот, будто почуяв внимание на своей персоне, тут же повернул ко мне лицо. Вид его был донельзя спокойным. А я переживал. И ладони, вон, вспотели. За последнюю неделю охота совсем не ладилась, и тут посчастливилось отыскать кусок Кода. Облажаюсь - и дядька Степан меня со свету сживёт. Потому торопиться не следовало.
        - Ну?  - кивнул я Лёшке.  - Что видишь?
        Тот понятливо кивнул в ответ и снова повернулся к поляне. Только на этот раз с таким напряжённым лицом, что на висках мальчонки невооружённым глазом стали заметны выступившие, как черви, вены. А затем его затрясло, и из носа потекла струйка крови. Он выдохнул и вновь повернулся ко мне.
        Автоматически сунув руку в карман, я вызволил из него плохо очищенный платок. На нём навечно отпечатались десятки маленьких розовых пятнышек. Остались с прошлых совместных охот. Я протянул платок Лёшке. Тот привычным движением вытер кровь.
        - Десятый уровень,  - изрёк он спокойным, даже безразличным тоном.  - Защита никакая. Разве что сопротивление к магии, и то шаткое. Так себе моб, простой.
        - Тогда, может…  - я радостно положил автомат на землю и вытащил из-за спины недлинный клинок, который слишком ярко блестел на солнце даже для отполированного металла. Притом и мокрой тряпкой, и щёткой я к нему не прикасался вот уже несколько лет.  - А?
        Лёшка отрицательно покачал головой:
        - Уйдёт. Даже если незаметно подкрадёшься, уйдёт. У тебя меч пятого уровня, урон, даже если вложишь в него достаточно силы, не больше пяти-десяти единиц. У Кода все пятьдесят жизней. Уйдёт.
        Я озадаченно почесал затылок, возвращая меч обратно в заплечные ножны. И со вздохом поднял автомат, на всякий случай ещё раз проверив рожок. Из него на меня счастливо смотрело пять украшенных фосфоресцирующими рунами патронов. Чёрт. Гадство. Я со злобой вернул рожок на место и прицелился сказочной скотине прямо в глаз.
        Обычных пуль было - хоть отбавляй, валялись целыми лентами в ящиках на складе. Да и если погулять по округе и внимательно посмотреть, то не напрягаясь наберёшь ещё пару ящиков - остатки с давней войны. Но простые патроны не принесут вреда Коду. А вот такие, что зачарованы магией, вполне могут и бо-бо. Но проблема заключалась в том, что в нашей деревне магией, как и вообще даром видения, владел лишь Лёшка, да ещё один его сверстник, кроха Настя. А на то, чтобы сотворить заклинание, хоть одно, самое простецкое, требовались неимоверные усилия. Вдвойне большие для девятилетнего ребёнка, которому и видеть то вещи такими, какие они есть, приходится через силу. Вот и получалось, что всё богатство - пять вшивых зачарованных пуль. Использовать хоть одну - неимоверное расточительство. Конечно, на поясе у меня висел запасной магазин с обычными патронами.
        Но что поделать. Коду простые пули - как великану щекотка.
        Я застыл, затаив дыхание. Единорог продолжал с философским видом жевать травку. Палец надавил на спусковой крючок… Выстрел!
        Приклад больно ударил в плечо.
        А животное, не успев даже взвизгнуть, рухнуло в поглотившую её с головой траву. С аккуратной дыркой промеж глаз.
        - Крит.  - сурово подытожил Лёшка.  - Классный выстрел.
        - И без тебя знаю, сопляк,  - хмыкнув, повесил я автомат обратно на шею, присев возле Лёшки.
        Тот, в свою очередь, прекрасно зная, что делать, потянулся к лежащей под рукой кожаной «сбруе». Это мы так придумали называть специально придуманную для Лёшки сумку из переплетённых меж собой ремней, в которой тот мог сидеть, как детёныш кенгуру. В сбруе были специальные дыры для ног и крепления, поддерживающие ребёнка, чтобы не упал. Ну, и две соединяющиеся меж собой лямки, какие бывают у самых обыкновенных рюкзаков, только намного прочнее. Я любил шутить, что Лёшка - мои школьные учебники, имея в виду явную схожесть подобной поклажи со школьным рюкзаком. Малец на такие заявления никак не реагировал, но я-то знал, что в душе он радовался, скрываясь за маской меланхолии. В такие моменты он мог верить, что его уродство никого не волнует, и что он - как все. Иногда стоит незлобно пошутить над чем-то, что гложет, и тогда часто бывает, что это «что-то» уходит на второй план.
        Лёшка застегнул последние ремни и, пыхтя, приподнялся так, чтобы лямки торчали перед ним. Я повернулся к нему спиной и присел на корточки, продев через лямки руки и застегнув их вместе в районе груди. Затем, приложив немного усилий, поднялся - теперь уже с живой поклажей за спиной.
        Мальчонка висел лицом вперёд, чуть придерживаясь руками за мои плечи. Его ноги повисли безвольными плетьми. Я не чувствовал тяжести. Для меня Лёшка действительно был не тяжелее обычной сумки, наполненной, скажем, песком. Какие-то двадцать килограммов - малец был худ, как вешалка, и не желал толстеть. Потому для меня не было проблемой таскать его с собой на охоту, тем более что его дар был в подобном деле просто необходим. Я же стал для Лёшки новыми ногами: возможностью перемещаться по миру, пускай этот мир и ограничивался небольшим леском да парой тропинок.
        Я (то есть мы) подошёл к трупу животного и склонился перед ним, оглядывая добычу. Повернул голову в бок, встретившись нос к носу с заинтересованно вытянувшим шею Лёшкой.
        - Ну что?  - приподнял я уголок рта.  - Как тащить будем?
        - Характеристика силы у тебя недостаточная.
        - Знаю я!  - с досадой отреагировал я на слышанное много раз.
        - Никак не будем.  - Пожал плечами Лёшка.  - Возьми с него лут, да и всё.
        - Лут?..  - я покосился на единорога, чувствуя, как к горлу подступает ком.  - Да ну его. Зачем?!
        - Саш,  - взрослость в стальном голосе этого малыша, по правде говоря, порой вводила меня в ступор.  - Не строй из себя дурака. Не идёт. Сам знаешь: наши носа из базы не высунут без причины. Скажешь им про труп - не поверят. Принесёшь лут - выбора не останется.
        Я щёлкнул говнюка по носу. Тот обиженно спрятал его в ладонях, что-то забурчав. И всё же вытащил из ножен мой меч и протянул мне. М-да, засранец маленький. Даже в молчании для него всегда кроется ответ. Охота в последнюю неделю всегда заканчивалась ничем, а тут - целый Код, причём здоровенный. Нипочём не поверят без доказательств.
        Вздохнув, я взял меч и принялся делать аккуратный разрез вдоль живота существа. Ненавижу собирать лут.
        Неясно как, но всегда, какого бы Кода ты ни замочил, в нём найдётся хоть что-то. Ладно, вру, не всегда. Но часто. Какой-нибудь «подарок», который он хранит внутри себя. Будто в подарочной упаковке. Это и есть то, что принято называть «лут». Каким образом в желудках животных оказываются монеты, мечи, шлемы, и тому подобное, в зависимости от размеров, не ясно. Но на то он и Код, чтобы быть неясным. Порой попадаются и довольно значимые, чуть ли не жизненно необходимые вещи - например, свиток с каким-нибудь редким заклинанием. Одно из таких, например, уже который год питает электроэнергией нашу скромную базу.
        Вот только дело это грязное. Я никогда не был мясником и любителем резать чужую плоть. И уж тем более ковыряться в чужих внутренностях (да и в своих не любитель - увольте). А тут приходится заниматься и тем, и другим. Мерзость…
        Разрезав живот единорога, я вернул чистый, как будто так и надо, меч обратно за спину, вручив его аккуратно затолкавшему оружие обратно в ножны Лёшке, и забарабанил пальцами по коленям. Да, передо мной Код. Но, чтоб его, живой! Из разреза на животе дурно пахло и сочилась кровь - кто назовёт этот мешок мяса чем-то неживым?! Да живое оно, можете поверить на слово. Вот только к трупам обычных зверюг в брюхо за сокровищами не лезут. Но это животное имело натуральную розовую кожу, радужную гриву и рог на лбу. Придётся лезть.
        Закатав рукав куртки, скривившись, я сунул руку прямо в пузо туши. Пальцы с чавканьем увязли в кишках, а после рука в них исчезла по локоть. Я ощупывал пространство внутри, стараясь сдержать рвотные позывы, и представлял себе, что это вовсе не кровавые внутренности, а желе. Большое… Гадкое… В которое я непонятно зачем засунул руку!
        В какой-то момент мне показалось, что этот Код - один из тех, что не имеет лута, и всей этой омерзительной процедуре я подвергся зря. Но тут пальцы задели что-то, что отличалось от всего, встреченного ими в ближайшие секунды. Что-то твёрдое и небольшое.
        Выудив найденное из тёмных недр желудка единорога, я уставился на свою ладонь. В желудочном соке и крови, на меня уставилась крохотная каменная фигурка какого-то ощерившегося несколькими рядами зубов существа. Фигурка была похожа на что-то вроде индейского тотема, имея прямоугольную форму. Разобрать, что за дрянь на нём изображена, я не смог. А просить Лёшку в который раз «прочесть» её… этого мне не могла позволить совесть.
        Но, обернувшись к мальцу, я заметил, как из носа у него течёт кровь.
        - Это артефакт пятидесятого уровня. Редкая вещь, даже уникальная.
        Ну что ж, раз уж сам решился, так почему бы не добиться большей инфы?
        - А что за артефакт такой?  - теперь я смотрел на фигурку с подозрением.  - Есть характеристики?
        Лёшка покачал головой.
        - Нет. Только четверостишие…
        - Какое ещё, нахрен, четверостишие?  - я был абсолютно сбит с толку.
        А мальчуган, как ни в чём ни бывало, заговорил нараспев:
        Коль скоро ты отыщешь этот камень,
        Найди к нему ты жёлтый эликсир.
        А после опрокинь в него ты пламень,
        Тогда завоет страшно твой Фенрир…
        Лёшка замолчал. Я же сплюнул на землю, спрятав фигурку в карман, не особо заморачиваясь над сказанным. Вот что я никогда не любил в Коде, так это загадки. Они меня неимоверно бесили! Помнится, один из наших, единственный парень моего возраста с базы, как-то забрёл в эльфийские леса, где, говорят, встретил высокоуровневого сфинкса, взяв с собой лишь обыкновенную винтовку да нож для разделки шкур. Сфинкса, как известно, такой глупостью не взять. Но у каждого при встрече с ним есть шанс, если разгадаешь три его загадки. Может, получишь ещё и какой бонус - эти волшебные существа умеют порой приятно удивить. В общем, это я к чему? Тот парень так и не вернулся. Может, получил от сфинкса, что хотел, конечно, но мне в это почему-то не верилось. Наверняка сдох после первого же неверного ответа…
        Любил этот Код из всего сделать игру, чтоб его.
        - Ладно,  - я поднялся, поудобней ухватив автомат. Если здесь есть часть Кода, то почему бы ей не оказаться и где-нибудь ещё, по близости? Не стоило расслабляться.
        Поэтому обратно к базе, через лес, я шёл полу-пригнувшись и то и дело озираясь по сторонам. Меньше всего мне хотелось быть съеденным. Жизнь - это тебе не игра. Второго шанса не будет, не получится загрузить сохранение.
        О, вы, наверное, думаете, что за хрень тут происходит.
        Что ж, пожалуй, на этом месте стоит остановиться поподробнее…
        Конец мира, такого, каким мы его знали, произошёл в две тысячи тридцать пятом году. Или за шесть лет до Разлома, по новому летоисчислению. Ну, то есть не совсем тогда. Но в тот год этому положили своё начало.
        В то время высокие технологии окончательно стали главенствовать над всем, встав во главе человечества. «Стать программистом» означало что-то само собой разумеющееся - так же как читать и писать. Такой профессии просто не существовало: в компьютерах разбирались поголовно все. Не будете же вы называть профессией чтение? То-то и оно…
        Дети, рождаясь, втыкались в экраны мониторов. С самого рождения. Фактически, даже не отвлекаясь от маминой титьки. И нет, я это не осуждаю - с чего бы. Я сам так вырос, родившись в две тысячи двадцать девятом.
        На мои вполне обыденные детские «давай поиграем?», или «а почитаешь мне что-нибудь:», «посмотрим сказку?», родители молча впихивали мне в руки КПК (карманный персональный компьютер). Им даже не требовалось мне что-либо включать: в свои два года я шарил в гаджетах намного лучше даже тех же подростков ещё одно десятилетие назад. Впрочем, как и все дети того поколения. По сути, я рос с компьютерными технологиями в обнимку.
        В три года я начал вовсю рубиться в видео игры. А родители были счастливы: ребёнок развивается и, что самое главное, не пристаёт, полностью сосредоточившись на мониторе компьютера. Они и понятия не имели, что мне это не доставляло такого благостного удовольствия, как, например, школьнику, получающему компьютер только за хорошие оценки, или не больше одного часа в день. Как бы вы относились к… допустим, каше, если бы вам накладывали её утром, днём и вечером в течение нескольких лет, без перерыва? О, уверен, даже люби вы её до этого всеми фибрами души, по исходу даже года такого меню, каша превратилась бы в предмет искренней ненависти.
        Так и тут.
        Но я прекрасно знал: отец не поиграет со мной в солдатики, мама не расскажет сказку. Скорее уж мне включат мультфильм или загрузят очередную игрушку, оставив вновь в гордом, отчаянном одиночестве.
        Поэтому я постарался полюбить то, что имел под рукой. И уже в четыре года мог похвастаться тысячами часов прохождений невероятного количества видео-игр, просмотра интернет-шоу, тупорылых детских программ, и тому подобного шлака.
        В пять лет родители спохватились.
        Оказывается, их ребёнок не умеет читать и писать.
        Срочно было скачано несколько обучающих программ, которые (в теории, при тщательном надзоре) должны были обучить ребёнка моих лет всему необходимому. И вот, нажав пару кнопок, родители с чувством полностью выполненного долга, похлопали меня по плечу и коротко бросили: «Учись». Вновь покинув мой мир и занявшись своим.
        Стоит ли говорить, что я не помню их лиц.
        Программы дались мне легко. Как выяснилось, кое-чему я успел научиться, проходя текстовые ролевые игры, которые, по сути, заменяли мне книги. Они мне нравились меньше всего, как раз по причине того, что приходилось напрягать извилины, но всё же, в связи с моим бараньим нутром, я их проходил, и потому мог похвастаться тяжким, по слогам, но прочтением строчек - по одной в несколько минут.
        С письмом оказалось посложнее - буквы мне всегда заменяла клавиатура, или интерактивный экран. Но, как выяснилось, я не был дремучим дебилом, и потому по истечении года, разобравшись во всём сам, уже вовсю строчил от руки, а читал так бегло, что позавидовали бы и старшеклассники.
        И вдруг, ни с того ни с сего, я понял, что мне это… нравится.
        Папки с играми отправились в корзину, их заменили электронные учебники и тетради, книжки и наборы для творчества. Я потуже затянул ремень и принялся заниматься тем, на что мои родители забили давным-давно: собой.
        В то время как другие дети слёзно умоляли своих родителей купить им новую дорогущую приставку, а к ней не менее дорогую и новомодную стрелялку, я стал для своих отца и мамы чуть ли не Иисусом во плоти. А именно: они абсолютно перестали на меня тратиться, ограничиваясь лишь физическими потребностями человека. Еда, питьё - и снова за компьютер, где меня ждали абсолютно бесплатные библиотеки книг.
        Книга о Дон Кихоте и его друге Санчо Пансо, невероятный, головокружительный мир Мастера и Маргариты, каким-то чудом одновременно скучные и интересные приключения Трёх Мушкетёров, все рассказы Эрика Фрэнка Рассела, уморительная фантастика Гарри Гаррисона, умопомрачительное фэнтези Роджера Желязны, я лопал одну книгу за другой.
        А что вы прочитали в свои шесть лет?
        Но, как я и говорил, наступил две тысячи тридцать пятый год.
        Год, когда мир сделал первый шаг к краху.
        Скажу вам честно и откровенно: я не помню имён тех двух гениев, создателей виртуальной реальности. И, по правде говоря, вряд ли смогу объяснить, по какой причине две конкурентные фирмы смогли обзавестись подобными технологиями почти одновременно: уверен, здесь всплывёт не одна чёрная история, на которые мне плевать. События тех дней отразились в моей голове лишь картинками и образами, а не конкретными именами и фактами.
        В общем, да.
        В тот год на рынок вышел новый продукт: приборы полного виртуального погружения.
        Причём, что удивительно, от двух доселе не шибко именитых фирм, занимавшихся разработкой компьютерных технологий. И вместе с тем каждая из них выпустила свой виртуальный онлайн мир, снеся башни всему населению Земли, вмиг став не просто знаменитыми, а знаменитыми и богатыми.
        Одна компания выпустила виртуальный мир «Dark and Light» (Тьма и Свет), другая же противопоставила ей свою версию онлайн мира: «Galactic Empire» (Галактическая Империя). До сих пор меня посещают мысли о том, что всё это было заранее спланированной многоходовкой. Подумать только: два конкурента одновременно создают один и тот же продукт, причём с диаметрально противоположными принципами игрового процесса!
        Позвольте, сейчас объясню.
        Мир «Dark and Light» представлял из себя зубодробительно классическое фэнтези. В этом мире существовали свои вполне осязаемые Боги, с которыми были связаны свои квесты на высоких уровнях развития, магия различных видов (начиная от магов огня и заканчивая чернокнижниками), конечно же, замки с обитающими в них королями и королевами, принцессами и принцами, рыцарями, мечами, бронёй, лошадьми, драконами, эльфами, орками, нежитью, цитаделями, чудовищами…
        Погодите, переведу дух…
        … мифическими созданиями, артефактами, подземельями, иными мирами, почти неограниченными возможностями развития, в пределах концепции фэнтези, разумеется. И всё это: на живописных локациях, где невозможно было встретить ни одной повторенной травинки, ни одного похожего друг на друга дерева: всё в этом виртуальном пространстве было уникальным и интересным.
        Представьте себе, что у вас появилась возможность пойти войной на племя орков, открыть древний саркофаг какого-нибудь мифического героя и проложить путь к самим Богам, единолично убить дракона, забрать его голову, и тем самым завоевать сердце принцессы эльфов. А после, разумеется, в интимной обстановке…
        Если вам есть восемнадцать, конечно.
        Мне-то тогда было шесть.
        Но, естественно, всё это было бы совсем не то, если бы не возможности полного погружения. О, это было нечто! Ядерный взрыв, пожалуй, вызвал бы меньший ажиотаж.
        Заполненный с ног до головы различными датчиками костюм, полностью облепивший тело, как вторая кожа, плотно прижатый к голове легковесный шлем, целый загруженный всякой техникой тренажёр, заполняющий собой чуть ли не отдельную комнату - всё это для того, чтобы появившись там, по ту сторону монитора, люди не почувствовали разницы между реальностью и выдумкой. Они и не чувствовали.
        Наступила новая эпоха, виртуальность заполонила собой всё. Жизнь человечества разделилась на «до» и «после» две тысячи тридцать пятого. Многие, шутя, говорили о новом летоисчислении, начало которого нужно было вести именно с этого года, а не от Рождества Христова.
        Все сошли с ума.
        И мои предки тоже.
        Тут вот в чём дело. Если у тебя не было Техники Для Погружения (ТДП), то минимум что ты услышишь в свой адрес - это насмешки. А то и вовсе покрутят пальцем у виска. Иметь возможность погружаться в виртуал стало сродни способности дышать. Тех же, у кого этой возможности не было, возможно, по финансовым причинам - хотя ТДП и штамповали пачками и стоили они копейки - считали изгоями, или вообще бомжами. Естественно, мои родители не желали такой участи ни себе, ни своему ребёнку.
        Был дан простой и строгий родительский наказ: отложить в сторону эти дурацкие книги, перестать заниматься ерундой (увидев на моём компьютере учебники по математике, русскому и литературе за четвёртый класс, мать почему-то рухнула в обморок, а отец впал в бешенство, рвя на голове волосы) и начать быть, как все. То бишь зависать в виртуале.
        Да, думаю, лишних слов о том, что «Dark and Light» и «Galactic Empire» стали ещё и главным средством заработка для девяноста процентов людей, не нужно. Остальные десять процентов (плюс-минус пять) тех лузеров, что не смогли накопить на ТДП и скоростной интернет - в основном из тех нищих стран, где возможность подключения к интернету чуть ли не отсутствовала - остались там, в серой убогой реальности, занимаясь скучными, но важными делами: следя за тем, чтобы игрокам было чем питаться, а также поддерживать на плаву робототехнику, давно уже ставшую для всей Земли главной рабочей силой (повара, инженеры и просто обслуживающий персонал - эту работу выполняли специально запрограммированные роботы).
        Короче говоря, вся наша квартира превратилась в сплошное хай-тек жилище с кучей проводов и экранов - любящие родители не поскупились на самые передовые технологии погружения. По сути, нетронутыми остались лишь кухня да туалет - и то последним мы пользовались редко, потому как от наших костюмов были проведены самоочищающиеся трубки в общую систему стоков. А костюмы были оснащены включавшимся раз в два дня «влажным режимом», который пусть и не заменял душ, но вполне мог поддерживать тело в чистоте. В итоге мы отвлекались от игры только лишь чтобы перекусить.
        Да, я играл, как сумасшедший, забыв про свою прежнюю страсть: книги.
        И в чём меня винить?
        В шесть лет я был накачанным огромным паладином, несущим смерть и разрушение тёмным тварям, заселявших кучу земель «Dark and Light». По сути, я жил полной жизнью, только не той, что ждала меня при вынужденном отключении от виртуала, а яркой, насыщенной, полной приключений, и приносящей нешуточный доход. Да-да, даже такой малявка мог стать миллионером в мире, полном возможностей: стоило только пройти высокоуровневое подземелье и выбить из босса какую-нибудь редкую побрякушку, стоящую баснословных денег.
        Ну, а иногда я гонял на звездолёте.
        «Galactic Empire» ни разу не проигрывала своему оппоненту в ежедневном подключении к игровым серверам. И всё дело заключалось в том, что его мировая концепция и порядок давали того, чего не могли дать даже в мире магии…
        Тьма космоса, гигантская и неизведанная, тысячи планет, хранящие в себе потаённые секреты, раскинувшиеся на многие мили города, заполненные роботами, инопланетянами и инопланетянками, грязные сделки, чёрные рынки, космические пираты, миллионы различных существ - на каждой планете свои виды и свои законы физики. Новые открытия, дрейфующие в космической пустоте станции, в которых можно найти либо смерть, либо невероятный артефакт. Корабли - по сути, личные передвигающиеся жилища, рассекающие галактику на сверхзвуковых скоростях, способные как исследовать, так и уничтожать.
        Хочешь стать главой пиратской банды, нападающей на Имперские истребители?
        Хочешь собрать свою Звезду Смерти и стать новым Дарт Вэйдером?
        Или, может, вступишь в Имперскую гвардию, став личным телохранителем высокопоставленных чинов из расы краснокожих Галь`Машей, полупрозрачных Руи-Гулов, или тараканообразных Зунов?
        StarCraft, улучшенный в миллионы раз - так, пожалуй, можно коротко охарактеризовать «Galactic Empire».
        И как-то так получалось, что того же игрока в «Dark and Light», работающего смиренным магом в какой-нибудь лавке, можно было встретить лихим пиратом в «Galactic Empire», чьи фотографии были развешаны во всех обжитых секторах гигантской вселенной.
        А та же светлая эльфийка, приближённая к королевскому трону, могла оказаться грязной дешёвой проституткой-роботом на какой-нибудь замызганной планетке, наподобие Лас-Вегаса.
        Люди мотались туда-сюда, пересаживались с драконов на космические крейсеры, учились стрелять из лука и из бластера, завоёвывали замки и планеты, разучивали заклинания и делали себе кибернетические руки, ели в тавернах и выпивали в барах.
        По сути, жили двумя разными жизнями.
        И так - в течение почти шести лет. До тех пор, пока не наступил ещё один знаменательный год в истории человечества. Две тысячи сороковой.
        В тот день я как обычно зависал в своём личном замке, приоткрыв дверь в спальню той, кого называл ничего не значащим для меня тогда словом «жена». Для меня, двенадцатилетнего подростка, только-только вошедшего в пубертатный период, это значило что-то вроде «Та, что будет ждать моего восемнадцатилетия, а вот потом уж…». В игровом мире «Dark and Light» персонаж мог обзавестись семьёй в каком угодно возрасте - это не запрещалось. И уж тем более не возбранялось иметь родственные связи с Неписями - неигровыми персонажами, созданными виртуалом. Запрещалось лишь видеть их обнажёнными - в необходимых местах для несовершеннолетнего пользователя всё просто замазывалось так, что ничего не увидеть - а также иметь тесные связи. Поцелуи не запрещались, как и держание за руку, а вот всё остальное… Даже не припомню, сколько раз я пытался обойти запрет, связанный с возрастными ограничениями!
        Моей женой была орчанка восьмидесятого уровня - приз за прохождение квеста «Вождь говорит!», в котором мне для укрепления отношений между кланом орков и светлым городом людей следовало одолеть их вождя в схватке. Но по сюжету тот оказался слишком стар для поединка, а по правилам клана он мог поменяться лишь с родной кровью. Единственным его родственником оказалась дочь-воительница, вышедшая на поединок вместо отца. Со своим сто пятидесятым уровнем я справился с ней на раз-два, и по орочьим обычаям получил её в качестве «приза». Тут же её отношение ко мне сменилось с «ненависть» на «страстная любовь» (что, очевидно, доказывает старую-добрую поговорку), и в тот же день она стала мне женой и жительницей замка, отвоёванного у древнего костяного дракона.
        Я посмотрел на выглядывающую из-под одеяла зеленокожую ногу моей сонной фурии и двинулся было к ней, чтобы наградить утренним поцелуем, как вдруг перед моим взором возникло оповещение от системы: «Предупреждение! Экстренный выход из сети! Экстренный выход из сети! Пользователь «ЯвсехУложу», пожалуйста, соблюдайте спокойствие и не снимайте шлем, пока не ознакомитесь с новым лицензионным соглашением…».
        А дальше шёл текст, смысл которого я понял много позднее.
        Как выяснилось позже, две, на тот момент, величайшие и богатейшие корпорации, из-под пера которых вышли «Dark and Light» и «Galactic Empire» путём кучи юридических процедур, занявших терабайты памяти, пришли к единому соглашению, к которому, как заявлялось позже в прессе, «следовало прийти уже давно».
        Оба крупнейших виртуальных мира (на тот момент были созданы сотни мелких виртуальных платформ для полного погружения, но они, конечно, не шли ни в какое сравнение с двумя главными гигантами рынка) решили, что следует объединиться в один, называвшись чётко и просто: «Techno-Magic» (Техно-Магия).
        И опять взорвали человечеству башню.
        Кто-то бешено орал, что это глупо и неправильно, кто-то обещал повеситься или спрыгнуть с крыши после такой несправедливости, и многие предваряли свои угрозы в жизнь. Но по итогу имеем, что имеем: величайшее онлайн пространство, монстр безумного Франкенштейна, скреплённый из, казалось бы, таких несовместимых миров фэнтези и космоса.
        Понять, как две корпорации пришли к соглашению, не сложно. В конце концов, такое решение в первую очередь во много раз увеличивало их прибыль: люди больше не разрывались на части, а целенаправленно существовали в одной, общей песочнице.
        Но вот чего я никогда не пойму, так это как им удалось провернуть подобных масштабов фокус у всех под носом.
        Орки, пересевшие на космические корабли, эльфы, стреляющие из плазменных пушек, древние замки, укреплённые ракетными установками, огромные базы-роботы, питающиеся благодаря засевшему внутри Древу Жизни… Полный психоз, Алиса в Стране Чудес, если подумать.
        Но, чёрт, какой же она была невероятной.
        Я был одним из первых, кто начал проклинать этих жирных корпоративных шишек (не знаю, почему именно жирных, но мне хотелось верить, что все «кошельки» именно такие), орать направо и налево о несправедливости и писать тысячи отправленных в чёрный список писем с мольбами вернуть всё назад.
        Причина была в том, что я увидел, когда перезагрузил систему.
        А увидел я пустырь вместо замка, графу «не женат» в виртуальном документе, а также цифру «один» рядом с пометкой «уровень».
        Я потерял всё.
        Но не знал, что всё приобрету.
        Интерфейс преобразился до неузнаваемости: я стал способен стрелять заклинаниями из бластеров, рубиться наэлектризованным мечом, или вообще превратить меч в бензопилу, летать с планеты на планету, или воспользоваться порталами, даже общаться с Богами, меланхолично попивающих виски в баре мотеля на гигантском астероиде.
        Я утонул в виртуале.
        Вместо замка был приобретён личный крейсер со встроенным магическим артефактом на борту, позволявшим раз в день совершить межпланетные прыжки на сотни световых лет. Вместо орчанки-воительницы в моей каюте лежала прекрасная Лореанка - синекожий рептилоид с искусственно увеличенной грудью и удалённым хвостом - на этом я, как супруг данного Непися, твёрдо настоял. На носу корабля, раскрыв рот, висела башка Повелителя Бездны - здоровенного демона, который, как выяснилось, мог погибнуть только от высшей магии. Но ядерная боеголовка, заклеймённая магической руной, тоже оказалась ему не по зубам.
        В общем, я вновь дышал полной грудью и предвкушал беззаботную жизнь в «Techno-Magic».
        Только я понятия не имел, что счастье продлится не долго: всего какой-то вшивый год. Мир, каким мы его знали, рухнул именно тогда: в две тысячи сорок первом…
        Всё началось с коротких сообщений на просторах игровых форумов. От некоего человека под ником «ОраККул». Сообщения эти всплывали и в качестве комментариев, и как отдельные посты. В них ОраККул говорил о том, что видит интерфейс своего игрового персонажа даже когда выходит в реал. Ну, да это не удивительно. В то время успело выйти даже несколько книг от именитых психологов о влиянии виртуальной реальности на реальную жизнь. В них говорилось о том, что длительное пребывание в игре может приводить к неким галлюцинациям, избежать которых невероятно просто: нужно реже заглядывать в виртуал. Конечно, никто о таком и подумать не мог, и поэтому случаев, когда люди видели у себя на кухне драконов, чавкающих печеньем, или долгое время не могли отделаться от ячеек интерфейса перед глазами, насчитывалось не одна сотня.
        Но дальше пошло веселее. На одних никому не интересных заявлениях о том, что его вот уже которые сутки отдыха в реале не отпускает изображение интерфейса, ОраККул не остановился, и пошёл дальше.
        Он заявил, что создал в своей руке огонь.
        И не где-нибудь, а на собственной кухне, отключившись от ТДП.
        Это уже стало немного интересней и даже заинтересовало определённый круг любителей вселенских заговоров, которые полагали (читай-надеялись), что в людях скрываются возможности много большие, чем мы можем себе представить. Разумеется, такие типы мечтали когда-нибудь сидеть в высокой башне, выдумывая заклинания, не только в виртуальном шлеме, но и по-настоящему.
        Но, конечно же, большинство подняло дурачка на смех, а совсем уж знаменитостью ОраККул стал после двухчасового видео обзора главы одной известной тёмной гильдии, исследовавшего личную жизнь этого параноика вдоль и поперёк. Именно оттуда жадные до скандалов и унижения других игроки узнали о том, что ОраККул - обычный маменькин сынок, тинэйджер с плохой кожей и пивным пузиком, не имевший даже толики популярности среди женского пола как в реале, так и в «Techno-Magic».
        Парню досталось. Его закидывали издевательскими сообщениями (я был одним из их числа), создавали целые альянсы в игре с огромными логотипами «КК», высмеивавшими странный ник идиота, даже придумали что-то вроде насмешливого культа, в котором существовал свой оракул КК. А сколько форумов было отведено под издёвки над дурачком. ОраККулу было не скрыться от вездесущего ока игроков, и…
        Он пропал.
        Делались разные предположения: одни говорили, что он уничтожил свой аватар и создал новый, под другим ником, иные говаривали, что знали ОраККула в реале, и будто он сбросился с крыши, не выдержав издевательств. Говорили много всего и, конечно же, всё врали.
        А потом, в один прекрасный день, кто-то, отслеживавший аккаунт ОраККула, вдруг объявил, что их любимая игрушка для битья вновь вернулась в «Techno-Magic»!
        Тогда никто толком ничего не успел понять.
        Все было ринулись выяснять, где на этот раз оказался всенародный изгой, чтобы в очередной раз бросить в него горкой дерьма, и один особо ретивый игрок - тот самый, что отслеживал аккаунт этого странного типа, первым выяснил его местоположение и совершил гипер-прыжок на астероид, на котором ОраККул и засел. И, конечно, у него была включена камера - как же без неё?
        Как сейчас помню: к онлайн-трансляции подключилось более миллиарда игроков. И только теперь я задаюсь вопросом: какого чёрта мир вдруг так ополчился на этого безобидного идиота?
        В любом случае, он отомстил всем сполна.
        На видео виднелась небольшая переносная база, которая была доступна всем игрокам высокого уровня. По сути, ничего такого, но кое-что всё-таки выделялось из общей картины: гигантский портал, не похожий ни на что, что могли видеть погрузившиеся во всей виртуальной вселенной. По сути, подобной кутерьмы просто не существовало в коде игры.
        ОраККул создал этот портал сам.
        Виновник «торжества» стоял возле своего детища и был донельзя мрачен. Его аватар - эта картина врезалась мне в память навсегда - был похож на статую, вырезанную из серого камня, укутанную в украшенный рунами плащ. Подумать только, этот дурень даже избрал для себя самую не популярную в игровом сообществе расу каменных исполинов! Неповоротливых, некрасивых, отталкивающих тварей.
        Последующий разговор, банальный, в какой-то мере глупый и позёрский, позже войдёт в историю и будет передаваться из уст в уста.
        - Здарова, чепушило!  - говорившего не было видно на видео. Зрителям открывался взор только лишь на самого ОраККула и чудовищное творение возле него.  - Что эта у тебя тут за фигня?! Чё, строишь мост между реальностями?!  - в его словах слышалась неприкрытая ядовитая насмешка.
        И тут ОраККул повернулся к говорившему. С таким видом, будто вот-вот собирается сделать шаг в бездну, и всё что его останавливает - это мелкий комарик, что-то надоедливо пищащий возле уха. А глаза. Наверное, в тот миг всем, наблюдавшим за трансляцией, стало не по себе. Уж я-то помню, как вмиг - и сам того не заметив - перестал улыбаться, и еле поборол желание вырубить запись. Тот, кто снимал, тоже явно осёкся, замолчав. И тогда слово взял ОраККул. И голос его казался гулом из-под могильной плиты:
        - Да, дружище. Ты, чтоб тебя, абсолютно прав.
        От этих слов снимавший определённо пришёл в себя. Видно, вспомнил, что у него тут - комедия, а не хоррор, и потому за кадром вновь раздался ядовитый смешок:
        - И что, прям сам всё это собирал! Ты у нас случаем не муж на час?!
        Издёвки явно высасывались у него из пальца, и разбивались о непроницаемо каменное лицо ОраККула. Тот выждал, пока гость исчерпает весь свой немногочисленный словарный запас, и неожиданно вежливо кивнул на портал:
        - Позволь. Я тебе покажу. И всем вам!  - последнее обращение было явно адресовано к уже изрядно напрягшимся зрителям. А дальше известный дуралей вёл себя как самый настоящий экскурсовод, взяв оператора под локоток и подведя его поближе к мешанине из трубок, светящихся уймой кнопок приборов и панелей управления, схожих с теми, что устанавливались на виртуальные истребители. Портал напоминал огромное, высотой с многоэтажку яйцо, у которого оставили лишь тонкий стальной обод в периметре и укрепили его у основания. А в центре обода сияла, искрясь, яркая энергетическая субстанция, державшаяся в воздухе вопреки всем законам физики. Хотя, во вселенной «Techno-Magic» такое было вполне возможно.  - Пожалуйста. Снимай всё, не упусти не одной детали. Это - части робота-разрушителя из сто тридцать восьмого галактического сектора. А это, да, вот, то, что течёт по трубкам, кровь ангелов, добытая из локации рая на краю вселенной. А то, что мерцает в самом центре, магическая сфера, добытая в самых недрах заброшенной шахтёрской станции на планете демонов. Ты снимаешь? Чётко? А звук? Отли-и-ично… Тогда слушайте!  -
На лице ОраККула наконец появилась улыбка. Но от неё смотреть трансляцию стало ещё страшнее.  - Вы, все! Те, кто смеялись надо мной! Те, кто втоптал меня в грязь! Считали психом! Повёрнутым! Вы все сегодня увидите! Мне стоит лишь нажать одну кнопку на этом пульте! Может, хочешь ты? Нажмёшь?!  - он, оскалившись, глазел на онемевшего оператора.  - Я ведь псих, помнишь?! А если так, то ничего не случится, и всё это будет одной дурацкой шуткой!
        За кадром раздалось тихое заикание и неуверенный голосок, вовсе не похожий на тот дерзкий яд, который выдавал оператор прежде:
        - Ладно, всё… Пошутили, и хватит. Ха-ха. Э…это глупо. Я пойду!
        - Да… пойдёшь.  - ОраККул отпустил игрока, отстранился, подойдя к самому порталу. На лице отпечаталась прежняя пугающая мрачность.  - И все остальные тоже. Вместе с тобой.
        И с размаху впечатал кулак в мигавшую на жужжащей, как стиральная машина, коробке, кнопку. В тот же миг на экране всё вспыхнуло ослепительным белым пожаром, и раздался оглушительный крик.
        А передо мной, как и у всей планеты Земля, возникло мигающее красным светом оповещение: «Внимание! Экстренный выход из сети! Экстренный выход из сети! Пользователь «ЯвсехУложу», пожалуйста, соблюдайте спокойствие и не снимайте шлем, пока система не оповестит о перезагрузке серверов.».
        Но в тот момент мне было плевать на осторожность и правила. Я стянул с себя проклятый шлем, как сумасшедший, и за какие-то секунды выбрался из тут же ставшего тесным и душным костюма. Почему-то мне невероятно хотелось поскорее выбраться из ТДП, всё нутро двенадцатилетнего паренька в тот день было охвачено суеверным ужасом. Я даже отдалённо не представлял себе, что произошло, но чувствовал, что что-то не так.
        Пол подо мной заходил ходуном, будто где-то неподалёку началось извержение вулкана. Я упал и, как был, в одних трусах, бросился прочь из комнаты, бешено визжа, как девчонка.
        И в коридоре встретился лицом к лицу с двумя испуганными людьми. Мужчиной и женщиной.
        Моими родителями.
        Которых я увидел впервые за шесть лет.
        Все эти годы мы умудрялись не видеться. Родители, как и я, постоянно проводили время в виртуале, не выходя даже в туалет. На кухне мы также не пересекались, потому как время завтрака, обеда и ужина у нас было разным, и всякий раз, выходя в реальность, чтобы поесть, я заходил на кухню и видел там не расставляющих тарелки с едой маму и папу, а заранее приготовленный домашним роботом пакет с разогреваемой едой и стакан сока. День ото дня.
        Я не узнал этих двух людей, глядящих на меня.
        Они, конечно, не узнали меня. Но попытались сделать вид, будто рады. Всего на секунду, потрепав меня по голове. А после мы все включили заросший плесенью телевизор и стали смотреть новостной канал.
        По сути, новости, как и вообще телевидение, перекочевали в миры «Dark and Light», «Galactic Empire», а после, соответственно, в «Techno-Magic», и транслировали события, происходящие в виртуальности. То, что происходило в жизни, мало кого интересовало, поэтому телевизионные каналы стали закрываться один за другим и остался, по сути, один-единственный на всю страну (такое случилось не только в России, но и во всех странах, имевших доступ к интернету), с невероятно низкими рейтингами, повторяющимися передачами и периодически всплывающими новостями во главе с жалким ведущим, одетым в старый поношенный пиджак. Он вроде как был раньше знаменитым шоу-мэном, но не смог найти себя в виртуале, оставшись верным телевидению, и наверняка сильно о том жалел.
        Но в тот день рейтинги у этого канала были ошеломительные.
        А ведущий не скрывал своего восторга, что было странным, учитывая происходящие на Земле события.
        Происходило же следующее:
        По всему миру, в абсолютно разных его точках, начали появляться порталы. Кадры, в беспорядке мельтешащие на экране, выдавили тогда из меня нервный смешок. Я искренне старался поверить, что всё это - просто глупый розыгрыш, шутка вселенских масштабов. В конце концов, неужели так сложно, с нашими то технологиями, подделать видеозапись? Вот сейчас попугают, нагонят ужаса, а потом какой-нибудь искатель приключений поедет на указанное по новостям место, и обнаружит, что ничего там нет. Выставит пост на всеобщее обозрение, и все со спокойной душой вернутся к игре.
        Я старался вбить себе это в голову. Выходило неважно.
        Далее на видео из порталов стали появляться существа, до боли напоминающие тех, что я ежедневно встречал на просторах «Techno-Magic»: вооружённые тесаками здоровые орки верхом на верных волках, эльфы, угрожающе выставившие перед собой снайперские винтовки, нежить, на ходу подбирающая отваливающиеся части тела, звездолёты с яростно ревущими двигателями, десантники, лупящие направо и налево из громоздких бластеров… Им не было конца.
        Мне было сложно уследить за всем. Некоторые камеры, с которых и поступали изображения, показанные по новостям, выходили из строя, то ли случайно, то ли намеренно уничтоженные неожиданными гостями. Но многие всё ещё работали, и можно было только поразиться масштабам происходящего: тысячи порталов, и из каждого сыпется на нашу бренную землю поток кода, который никак, ну никак не мог существовать тут, за пределами виртуального мира!
        Я видел гигантских пауков, разъярённых демонов, сухопутных разумных осьминогов, подводных существ с огромными зубастыми пастями, надвигающихся на вполне себе настоящие города. Наконец, до моего превратившегося в пластилин мозга дошло, что всё это - правда, и я… закричал.
        Отец от неожиданности подскочил и, будто придя в себя, выключил телевизор. А затем, выдавив из себя жалкое «погодите», кинулся в спальню, где располагались его с мамой ТДП.
        Не прошло и пары минут, а родитель уже вернулся обратно, с ошалелым лицом. И я услышал незнакомый мне мужской голос:
        - Сервера отказали. Невозможно установить соединение.
        Мать заплакала тогда.
        А дальше всё пошло кувырком.
        Учёные так и не смогли понять, каким образом случился разлом между реальностью и выдумкой, и как то, что было лишь бесконечным набором нулей и единиц, смогло ступать по самой настоящей почве Земли, будто бы у себя дома. Каким образом они вообще умудрились впихнуться в нашу реальность. Всё это оставалось загадкой. Да и времени у этих учёных почти не было. Ведь началось полномасштабное вторжение.
        Почти сразу вырвавшуюся на свободу виртуальную армию стали называть коротко и просто: Код. И этот Код невероятно быстро осознал себя и адаптировался в условиях Земли. Многие правила, действовавшие в виртуале, умудрились впихнуться в наш мир, но кое-что всё-таки исказилось и приобрело некоторые другие вариации. Например, звездолёты десантников не могли совершать межпланетных прыжков, да и вообще выходить в космос, взлетая над землёй максимум на уровень птичьего полёта. Вещи теперь не появлялись из ниоткуда, многие законы физики, забытые в «Techno-Magic», вернулись на свои законные места.
        Но человечеству на тот момент было плевать.
        Воцарилась осторожная паника. Никто и никогда не был готов к нашествию потока разъярённых вымышленных существ. Даже не забудь наши государства о вооружении и армии, что бы они им противопоставили? Ракеты против магических щитов? Одна крохотная человеческая полоска жизни против кучи хит-поинтов и показателей брони тех же орков? Да, чёрт подери, мы были обречены, но ещё не понимали этого. У многих даже не могло сложиться два и два, так что до поры до времени над миром повисла аура выжидания. Никто не хотел верить в случившееся, а главы государств со всеми своими министрами старались прийти в себя и вспомнить о том, как править военными и танками, а не звездолётами и кентаврами.
        Пока не полилась кровь.
        Коду понадобилась неделя, на то, чтобы разобраться меж друг другом. Каким-то образом начав по-настоящему мыслить, попавшие в наш мир игровые персонажи разделились на два лагеря: тех, кто прежде населял миры меча и магии, и тех, кто предпочитал верный бластер, нежели меч.
        Рубка и стрельба меж друг другом продолжалась до тех пор, пока одни и другие не разошлись кто куда, решив, что куда более мудрым будет начать обозначать сферы влияния и, конечно же, завоёвывать новые территории, вытесняя тех, кто раньше был главным на этих землях.
        Людей.
        За пару вшивых месяцев Код завладел миром. Города захватывались и превращались либо в супер продвинутые базы, либо в укрытые частоколом донжоны. Дварфы счастливо кидались в стороны гор, обустраивая себе шахты. Эльфы внедряли под асфальт свои семена, и в течение суток дома и дороги были охвачены огромными корнями, а в центре вырастало их Древо. Каждая раса, каждая из сторон старалась оторвать себе кусочек. И так - везде. В деревнях, небольших городках и столицах.
        Людей предпочитали брать в заложники, хотя первое время, конечно, сопротивлявшихся убивали на месте. Но магам необходимо было сырьё для зелий, некромантам - слуги, а учёные звёздного десанта искали, на ком бы поставить свои эксперименты.
        Короче говоря, Код обживался.
        Я лишился родителей, когда эвакуировали Москву. К городу приближалась армада кораблей, конница, всадники на волках, лучники, огнемётчики… в общем, все, кто оказался выброшен на просторы России: все стремились отхапать себе самый большой и густо населённый город.
        Почему-то мать с отцом посчитали, что разумным было бы спрятаться в метро. В месте, рассчитанном на удар ядерной боеголовки, а не заклинания и космически пушки! Я считал эту идею идиотской, и не зря. И потому напрочь отказался следовать за ними.
        Надо сказать, что уговаривали меня недолго, и просто для виду: чтобы не мучали угрызения совести. Мы давно уже стали друг другу чужими, и никаких тёплых чувств ко мне ни та, что называлась моей матерью, ни тот, что звался отцом, не испытывали. И это, надо сказать, было взаимным.
        Боже, до сих пор, даже напрягая память, не могу вспомнить их лиц…
        В итоге родители вместе с треть населением города спрятались в подземке, забаррикадировавшись и почувствовав себя в безопасности. Позже, как я слышал, Москву всё же отбили себе некроманты, и при помощи простейших магических ухищрений, само собой, проникли через прочные двери подземного бункера. Уж что там было дальше, понятия не имею, да и знать не хочу. В любом случае, предки теперь наверняка либо разгуливают по Подмосковью живыми трупами, либо лежат на разделочном столе, окружённые магическими пентаграммами.
        Я же ухитрился присоединиться к большой группе народа, собранной одним неглупым и гораздым на слова дядькой Степаном - дородным мужиком в кожаной куртке и бандане, которому для полноценной картины не хватало ещё байка между ног. Он вместе с командой друзей организовал что-то вроде пункта помощи, состоявшей из старых грузовиков. И, собрав около сотни человек, ломанул в леса, где и намеревался скрываться.
        Даже вспоминать не хочу, как сильно я тогда боялся, сидя в перепачканном песком камазе, то и дело поглядывая вверх, страшась увидеть силуэт распахнувшей крылья огнедышащей ящерицы, вслушиваясь в стрёкот пулемётных очередей и шум взрывающихся орудий. Всё утекало прямо сквозь пальцы, жизнь рушилась на глазах, и я понимал, что ничего не могу с этим поделать. Как и все хнычущие, молящие о помощи бабки, деды и женщины, окружившие меня в трясущемся грузовике.
        Помню, тогда, сквозь рыдания и далёкий шум битвы, я услышал, как какой-то старичок, в чьё плечо я уткнулся своим, лопочет без конца:
        - Господи, спаси помилуй… Господи, справедливый и благосердешный, ниспошли нам спасение…
        В тот миг во мне вскипела небывалая злоба. Детский кулачок сжался будто бы сам собой, а затем в воспоминаниях остался лишь фрагмент: меня оттаскивают от лежащего с синяком под глазом старичка, а я, пытаясь вырваться, ору как полоумный:
        - Нет никакого Бога, дед! Слышишь?! Нет! Он бы такого не допустил!!! Не допустил!!!
        И теперь я думаю: а был ли я прав тогда? Быть может, как раз всё дело в этом самом злосчастном Боге? Может, он увидел, к чему скатилось человечество, и решил преподнести ему урок?
        Теперь я поверю во что угодно…
        С тех пор прошло одиннадцать лет. Долгие одиннадцать лет выживания, за время которых сотня сбежавших из Москвы людей уменьшилась до пары десятков. Кто-то не выдержал и ушёл искать лучшей жизни, а кто-то банально погиб. Как выжил я - для меня самого остаётся загадкой. Наверное, несказанно повезло. Или, может, не шибко высовывался, до поры до времени. В любом случае, теперь, когда мир принял своё новое обличье, с переменами смирились и мы. Те немногие, кто остался жив, или на свободе.
        Но перемены затронули и кое-что ещё. Например, они создали то, что сейчас аккуратно обхватило мои плечи своими ручонками.
        Лёшка.
        Этот мальчонка родился спустя три года после «Разлома», как стало принято называть случившееся. Его мамаша, конечно, выбрала самое подходящее время для того, чтобы родить. Именно в те годы, когда нам было тяжелее всего - припасов не хватало, а по округе шлялся, как у себя дома, Код - эта девица решила: почему бы не сварганить человека?! Гениальное решение, чтоб его.
        Папаша Лёшки так и остался инкогнито: скорее всего был просто мимолётным знакомством, закончившимся таким «подарком». Наверное, заметь мы вовремя, попытались бы помочь сделать аборт. Но эта дура поняла, что беременна, лишь когда живот её стал совсем уж колоссальных размеров. Тогда да, ей пришло в голову, что что-то не так…
        Среди всех беглецов, освоившихся тогда на импровизированной базе, врач был только один. И тот - не набивший руку студент. Он весьма успешно справлялся с ранами, даже глубокими, но что касается чего-то, выходящего за рамки первой помощи… Короче, о том, как принимать роды, он знал только по книжкам, и потому этот случай стал для него первым.
        А для Лёшкиной мамы - последним.
        Она умерла при родах, чего стоило ожидать. Неопытный врач, отсутствие какого-либо приемлемого оборудования, да даже банальных лекарств было - раз-два, и обчёлся! И пусть ребёнку жизнь удалось спасти, родился Лёшка калекой, с полностью атрофированными ногами. В тот день я с зубным скрежетом вспоминал тех придурков, что желали во времена расцвета фэнтези оказаться в средневековом мире, лишённом больниц, врачей и высококлассной медицинской аппаратуры. Вот, дуболомы, любуйтесь, что станет с человечеством, неожиданно канувшим в средневековье. Радуйтесь детям, с рождения не способным ходить…
        Ну, а чуть позже, через полгода, если быть точным, родилась и Настя.
        Вот тут позвольте мне сказать, о чём накипело…
        Всё дело в презервативах.
        Нет, серьёзно, презервативы, если подумать - величайшее изобретение человечества. Лишившись которого, люди оказались перед проблемами глобального масштаба: как заниматься сексом, и при этом не залететь?
        Во времена виртуальных вселенных главы государств всерьёз задумались о демографическом кризисе, наступившем на Земле, как только у людей появилась возможность погружаться в виртуальную реальность. Люди просто перестали размножаться! И тому было своё очень и очень простое объяснения.
        На кой чёрт тебе переться к женщине твоей мечты, прекрасной дварфийке из подземных шахт (а что, у всех свои предпочтения), возможно, на другой материк, откуда она и выходит в онлайн, если ты можешь прекрасно провести с ней время и в игровой вселенной. Ведь здесь столько плюсов! Она не узнает, что лицо твоё усыпано прыщами, из-за живота лопается костюм ТДП, а изо рта плохо пахнет… И ты не разочаруешься, обнаружив на её месте расплывающееся в кресле нечто неудобоваримое, с лёгкой щетиной и, возможно, вовсе не женского пола. К тому же полностью отпадал риск «залёта», чему несказанно обрадовались все, вовсе не думая о том, как человечеству продолжать свой род. Да, это стало, своего рода, проблемой.
        В «реале», как презрительно называли жизнь вне виртуальности игроки, даже открыли специальные центры, где женщины за приличные суммы «сношались» с мужчинами, которым также, как ни странно, платили довольно много, а позже вынашивали ребёнка, в последствии отдававшегося в приют со специальным оборудованием, с отсутствующей графой рядом с надписью «родители» в документах, где его с детства приучали пользоваться ТДП и, по сути, жить виртуальной жизнью. И подобное можно было бы назвать проституцией, если бы эти «благородные» дамы и господа не спасали мир. Так что по итогу проблема сгинуть как вид вроде как стала исчезать…
        Но теперь, когда мир пришёл к своему логическому краху, ситуация вдруг повернулась к нам с совсем другой стороны. А именно: теперь, когда стало чуть ли не опасно для жизни заводить детей, карапузы появлялись один за другим. И, конечно, они не выживали. Рядом с базой даже есть свой небольшой пустырь, утыканный от и до покошенными деревянными крестами, под которыми покоятся крохотные гробики.
        Так что Лёшке с Настей ещё повезло. Последней - особенно. Она умудрилась родиться вполне здоровой девчонкой, хотя, так же как и Лёшка, с мертвенно-бледной кожей и лицом, почти не выражающим эмоций. Они оба будто вышли из старого фильма про инопланетян, где зелёные человечки неумело пытались копировать человеческую расу, изображая нас уж слишком отрешёнными от мира.
        И это было отчасти правдой.
        Потому что дети, родившиеся после Разлома, были не такими как мы. То есть, не вполне обычными. Мы называли их «Видящими».
        Сначала никто не знал, что Видящие на что-то способны. Их считали обычными детьми, которым не повезло родиться в не самое удачное время. И, не знаю, как в других точках Земли, где остались хоть какие-то выжившие - возможно, там засели какие-нибудь учёные умы, давным-давно разгадавшие секрет Разлома и вовсю пользующиеся способностями Видящих - но лично наша скромная база прознала об их талантах случайно.
        В тот день кто-то просто вошёл в детскую, где располагались лежанки Лёшки и Насти. А эти двое, как ни в чём не бывало, перекидывались друг с другом крохотным фаерболом, как мячом.
        Постепенно стало выясняться, что они могут видеть скрытую суть вещей: характеристики предметов, даже описание! Будто бы для них реальная жизнь стала виртуальной! И даже изредка умудрялись пользоваться заклинаниями, зачаровывая предметы. И это работало не только с Кодом.
        Вы когда-нибудь задумывались, сколько хит-поинтов может отнять удар разъярённой домохозяйки, вооружённой сковородой первого уровня? У среднестатистического алкоголика с дебафом на восприятие действительности - почти все, Лёшка подсчитывал. Порой он даже предсказывал смерть человека от старости, видя над ним полоску с жизнями, которые упали в красный сектор.
        Настя же от него не отставала. Например, именно она смогла воспользоваться магическим свитком, благодаря которому на базе наконец появилось нечто вроде энергетического потока, из-за которого лампы, телефоны и радио работают даже без подключенных к электричеству розеток. Помимо прочего, девчонка вместе с Лёшкой накладывала магические руны на пули, рассказывала о характеристиках находимых нами предметов - эти двое стали одной из главных причин нашего выживания.
        Но всё это отнимало у Видящих слишком много сил, а эксплуатировать детей не позволяла совесть. Потому зачарованных магией пуль было катастрофически мало, но они были, и уже этому стоило радоваться…
        - Воздух!  - ударило мне по уху шипение Лёшки, выдёргивая из тягостных размышлений.
        Будто вынырнув из полудрёмы, я моментально присел, завертев головой. Ноги несли меня сами собой, и без головы отлично зная дорогу, поэтому я не сразу осознал, что мы вышли на широкую тропинку, окружённую большим открытым пространством из раскинувшихся с двух сторон на добрые километры полей. Лес остался далеко позади.
        Вскинув голову вместе с автоматом, я заворожённо уставился на парящую высоко в небе стаю птиц. Их силуэты, казавшиеся крохотными чёрными галочками, как рисуют птиц на детских картинках, начали медленно увеличиваться в размерах, приближаясь, и приобретать чёткие очертания.
        - Твою мать!  - выдохнул я сквозь зубы, когда понял, что вижу вовсе не птиц.
        К нам стремительно пикировали четыре горгульи.
        Раскрыв покрытые вязкой слюной волчьи пасти и широко раскинув перепончатые крылья, они выставили вперёд мускулистые лапы, походя на ястребов, приближающихся к добыче. Заполненные кровью глаза горели животной ненавистью ко всему, что движется.
        И на пути им встретился я.
        Мозг быстро оценил ситуацию. О том, что эти монстры не высокоуровневые, я мог понять и без подсказок затихшего Лёшки. Достигая определённого уровня, эти твари сворачивались в кокон, подобно гусеницам. Только на выходе вовсе не превращались в прекрасных бабочек, а многократно увеличивались в размерах и обрастали почти непробиваемой каменной кожей, становясь главой «роя». Те же, чьи когтистые лапы смотрели на мою голову, были лишь шестёрками роя, не слишком сильными, но юркими монстрами, никогда не нападающими в одиночку. По сути, они всегда путешествуют небольшими стаями: в этом и была их главная сила.
        Я постарался набрать в лёгкие побольше воздуха и вспомнить, сколько осталось пуль в магазине. Стараясь в то же время не обращать внимание на то, что уже могу детально рассмотреть каждую волосинку на покрытой шерстью толстой коже пикирующих существ.
        - Стреляй…  - в ударившем по уху шёпоте Лёшки я с удивлением обнаружил нотки беспокойства.  - Чего не стреляешь?!..
        Четыре пули. Сука.
        Убить не высокоуровневую горгулью довольно просто: следует прострелить ей оба крыла и, дождавшись, пока она рухнет на землю, добить тем, что окажется под рукой. У меня есть меч. При удаче за четыре выстрела я прострелю крылья двум горгульям. Простая арифметика для дошкольников. Две другие твари останутся невредимы.
        Приклад вновь оставил синяк на плече, а по ушам ударил грохот выстрела. Затем - снова. Попал! Попал!!!
        Одна из горгулий взревела, завертевшись и перевернувшись прямо в воздухе. В её крыльях зияло две неаккуратных рваных дыры, обугленных по краям. Монстр летел макушкой к земле, но мне уже было не до этого. Дуло автомата ушло немного в сторону, и я опять замер, стараясь не дышать. Целился.
        Но нажимать спусковой крючок не пришлось. Неожиданно две из невредимых горгулий сменили траекторию полёта и у самой земли подхватили за лапы раненого сородича, взмыв ввысь. А после, не успел я удивиться и сменить точку прицела, как стая уже летела прочь, сокрушая округу дикими воплями.
        Ещё некоторое время я стоял, припав на одно колено и не опуская автомата. Про себя я понимал: всё, кончено. Каким-то странным образом эти кровожадные мрази не пожелали продолжать охоту и оставили нас в покое. Нетипично для Кода. Да и вообще, какого хрена? Два Кода за день, когда в течение многих лет за десятки километров вокруг не встретилось ни одного. Меня затрясло. До этого момента мне приходилось встречаться с расплодившимися на Земле монстрами, и нередко, но при этом всегда рядом со мной был дядька Степан: уверенный в себе мужик, с которым, казалось бы, все невзгоды по плечу. Он расправлялся с тварями Кода, а мне только и оставалось, что собирать лут. Мы были неплохой командой. Но с недавних пор его конкретно подкосило. То ли от старости, то ли от всех пережитых бед. Уже год, как я сам с Лёшкой хожу на охоту - единственный, кто на это ещё способен. И вот, на тебе, нарвался…
        Я осадил себя. Затряс головой и вскочил, приводя мысли в порядок. Что только что случилось? Пару раз выстрелил, вот недотрога… А теперь стою тут, на открытой местности, и жду, пока горгульи вернутся с остальным роем?!
        Нёсся вперёд я со скоростью сайгака.
        Остановился на передышку только когда пересёк густую рощу и скрылся меж деревьев вновь набиравшего плотность леса. Облокотившись о ближайшее дерево, прижал к груди автомат и прикрыл глаза, стараясь дышать как можно тише и реже: не пугать и так напуганного до чёртиков Лёшку. Но мальчуган был не глуп: уж наверняка умнее меня. Он положил ладони мне на голову, и я почувствовал, что он затрясся, как бывало всегда, когда Лёшка пользовался даром.
        Мне показалось, что по всей черепной коробке разошёлся холодок. Но не жалящий льдом, как бывает, если не наденешь лютой зимой шапки. Это было похоже скорее на прохладу от кондиционера, обдувающего тебя жарким летом. И всё это сопровождалось таким чувством неги и восторга, что я тут же пришёл в себя и вообще забыл, от чего бежал.
        - Эй.  - Схватил я Лёшкину ладонь, убирая её от своей головы.  - Не надо так, без предупреждения.
        - Но тебе ведь лучше?  - спросил дрожащим голосом мальчуган.
        Скосив на него взгляд, я кивнул. Лёшка же, заботливо улыбнувшись в ответ, вытер поползшую из носа струйку крови и навалился на меня, обхватив ручонками шею.
        - Пропал бы ты без меня…  - выдохнул он и затих.
        Я не выдержал и заулыбался.
        Что верно, то верно.
        До базы мы добрались уже когда солнце клонилось к горизонту. Но всё ещё было достаточно светло, чтобы разбирать знакомые тропки. Да и поглоти лес кромешная тьма, всё равно бы не заблудились. Я знал каждый кустик, каждую веточку в этой части леса, как свои пять пальцев, и смог бы пройти здесь с закрытыми глазами.
        Когда до базы уже было рукой подать, в нос ударил ароматный запах свежей похлёбки. И я ускорил шаг.
        У ворот (если обычный проём шириной с дверь можно назвать воротами), окружённых частоколом из выкорчеванных в округе деревьев, как обычно, сидел на своём грубо сколоченном стуле дед Василий: пожухлый, кривой, как старая коряга, старичок, с такой длинной белой бородой, что кастинг на «Старика Хоттабыча» прошёл бы без проблем. В своих тонких, как стебельки, руках, он держал винтовку, в сравнение с ним казавшуюся просто громадной. В отличие от моего автомата она была заряжена обычными пулями, но этого негласному стражу базы вполне хватало: отпугнуть бродящих в округе лисиц, или волков, которых проклятущий Код оттеснял из самых дремучих мест России. А порой и зайца какого-нибудь подстрелить: можно было только удивляться, откуда в этих хлипких конечностях берётся столько силы, чтобы держать тяжеловесную винтовку, и при этом стрелять без промаха.
        Я не удержался и хмыкнул, встав напротив клюющего носом «Хоттабыча», как про себя я называл Василия. Дед спал: проходи - не хочу. Хоттабыч был тем самым стариком, которому в детстве я, не удержавшись, врезал по морде из-за его слов о Боге. Помню, позже я каялся и слёзно просил у него прощения, на что усмехнувшийся тогда старичок обнял меня и нежно произнёс:
        «Эх, Сашка, да какой там «прости». Думаешь, не понимаю? Сам бы, имей я сил, отметелил тут всех, до единого. Страшно ведь. Эмоции так и хлещут. Я, вон, не знаю ни что с моим сыном, ни с женой его, ни с внучками… Ты только, дружок, плохо бил. Вон, становись-ка, покажу, как надо.».
        Ухмылка сама собой налезла мне на лицо. Василий и одиннадцать лет назад был окаменелой древностью, а уж теперь… Но старик всё равно держал марку, не желая признавать ни разваливающегося тела, ни подводящего зрения - очки, вон, держатся кое-как на скотче, но скоро совсем на кусочки развалятся.
        - Хоттабыч!  - наклонился я к Василию, щёлкнув перед его носом пальцами.  - Проснись и пой!
        - А!!!  - дёрнулся дед, ткнув в меня дулом винтовки.
        Я волей-неволей отпрянул назад, а Хоттабыч, смерив меня сонным, но жёстким взглядом, медленно опустил оружие, навалившись спиной на спинку стула. Голос его, хриплый и тихий, был похож на скрип двери, а через слово старик задерживался, чтобы глубоко вдохнуть:
        - Саша, гад ты зубоскальный… Здорово, Лёшка!  - махнул он рукой высунувшемуся из-за моего плеча мальчугану. И вновь перевёл на меня хмурый взгляд.  - Сколько раз просил меня так не называть, ан нет, всё глумишься…
        - А ты бороду сбрей сначала, тогда и Хоттабычем звать перестану. Будешь просто «Хот»!  - хихикнул я, спиной ощущая негодование Лёшки.
        Молчи, мелкий, ничего ты не понимаешь. Это ж традиция! Пройти и парой острых словечек с Василием не перекинуться - дурной знак!
        Старик отмахнулся от меня, простонав:
        - Ещё и спать мешаешь, засранец.
        - Ну! А кто тебе снился? Варвара наша? Повариха? Тогда понимаю…  - протянул я, хохоча и наслаждаясь тем, как сморщился, стараясь сдержать улыбку, Хоттабыч.  - И вообще, что на посту дрыхнешь?
        Наконец, Василий заулыбался.
        - А чего тут?  - развёл он в стороны руки, сжав винтовку коленями.  - Вон, за весь день даже белка не пробежала. Тихо…
        - М-да?  - не удержался и причмокнул я, засовывая руку в карман.  - А это видал?
        Я протянул Хоттабычу камень-тотем и вложил его в трясущиеся руки. Тут же было наползшая на лицо старика улыбка исчезла, будто её и не бывало, а глаза сощурились, близоруко разглядывая вещицу.
        Наконец, вдоволь налюбовавшись ею, Василий вернул мне камень обратно и проговорил пугающе стальным голосом:
        - Откуда взял?
        - Код,  - буркнул я, кивая себе за спину - на тропку, по которой пришёл.  - Единорог уродский. Из него лут и «выпал».
        - Как далеко?
        Я закатил глаза, прикидывая.
        - Километров десять на Восток.  - неуверенно пробурчал.  - Может, чуть больше.
        Взгляд Хоттабыча стал совсем цепким и холодным.
        - Стёпе говорил?
        - К нему и иду.
        - Тогда чего ты тут на меня, старого, время тратишь?!  - взбеленился дед, шлёпнув себя ладонями по коленям.  - Код появляется в каких-то десяти километрах от базы! Пулей дуй, дубина!
        - Хоттабыч…
        - Я тебе дам! Ну!  - наставил он меня винтовку, скорчив грозную мину.
        Я моментально шмыгнул через ворота, но на самом проёме застыл и повернулся к Хоттабычу. Тот, поостыв и поставив оружие дулом вверх, глядел на меня. По телу пробежались мурашки. Эффект, произведённый на меня манипуляциями Лёшки, начинал ослабевать - возвращалось прежнее душное волнение.
        Сам того не желая, я выдавил из себя слова, запинаясь:
        - А что, Вась,  - кажется, впервые за последние годы я назвал старика по имени.  - Думаешь, плохо всё совсем, а?
        Тот ответил почти сразу, не задумываясь:
        - Помнишь, ты тогда ещё сопляком был, на прошлом нашем месте. Тогда Стёпа на охоту ушёл, а вернувшись, сказал, что километрах в пятнадцати от нас увидел дупло с феями? Обычный низкоуровневый Код, помнишь?
        Я, вспоминая события давно минувших дней, осторожно кивнул, ощущая, как Лёшка «принял стойку», впившись мне в плечи пальцами и впитывая в себя каждое слово.
        - Так вот, тогда,  - продолжил Хоттабыч.  - Спустя всего двое суток на нас некроманты и напали - еле ноги унесли, а многие из наших теперь Некрополису в облике нежити служат. А тут, всего десять вшивых километров.
        - Понял тебя, Вась. Пойду.
        - С Богом.
        Я пошёл по устеленным на земле скрипящим доскам, стараясь ничем не выдать своего страха. Ага, как же: Лёшке, засевшему в сбруе, вполне хватало чувствовать, как трясутся мои поджилки, чтобы всё прекрасно понять. Легче гончую сбить со следа. Но мальчонке хватало такта ничего не говорить - и правильно. Мне следовало самому справиться с охватившей меня паникой. Но этому мешали проплывающие перед глазами картины: облачённые в чёрные плащи всадники верхом на скелетах лошадей с валящим из пастей зелёным дымом, разят направо и налево длинными серповидными клинками; следом за ними тянется цепь из хрипящих могильными голосами зомби, тянущих вперёд свои мерзкие лапы, а прямо за ними - скелеты-стрелки с базуками наперевес, пускающие по базе ракеты, заряженные каким-то алхимическим ядом. Как мы выжили тогда? Как умудрились сбежать от всевидящего ока некромантов?
        Понятия не имею.
        Мимо меня проплывали низкие деревянные коробки, кое как завешанные тряпьём различной свежести, с крохотными дырами-окнами и чем-то вроде оградок по периметру: воткнутых в землю гнилых досок. Эти коробки мы гордо называли домами. Те дома, что оставались за моей спиной, ближе к воротам, пустовали уже очень давно - их хозяева либо сгинули, либо сбежали, веря в чудесные сказки о других местах, чуть ли ни городах, где осталась та жизнь, какую мы знали. Чушь, конечно… Хотя в этом были и свои плюсы. Уходя, они оставляли большинство пожитков, да и лишние рты исчезали. Дышать становилось немного легче. К тому же, вон, материал из оставленных без присмотра домишек имеется. Но сносить их не было ни времени, ни сил. Так, забрали кое-что - например, пух, который понадобится через несколько месяцев для утепления стен, стоит наступить осени - и стащили к центру базы, туда, где осталось несколько больших, обжитых строений, в которых и существовали те, кто всё-таки дожил до этого дня. Таких можно было по пальцам пересчитать.
        Рация на поясе вдруг зашипела. Старая, с плохой звукопередачей, эта чуть ли не древняя реликвия работала лишь в пределах базы: лишь на расстоянии сотни метров от обладателей подобного раритета.
        Я снял её с пояса и поднёс к уху. В ответ на мою барабанную перепонку обрушился шквал невнятных звуков, помех и какой-то белиберды, из которой я смог разобрать:
        - Сашк… (ш-ш-ш!!!) Стёпа… (ш-ш-ш!!!) Васька сказал… (ш-ш-ш!!!) Дуй в оплот!
        Рация вернулась на своё законное место на поясе, а я уверенно взял левее, потопав к самому центральному зданию базы. Дядька Степан любил называть его оплотом: в отличие от остальных оно было выполнено из камня, и только лишь крыша - из дерева и соломы. В целом это строение очень напоминало что-то древнескандинавское, так что называть его так было вполне уместным, я считаю. В нём обычно устраивались различные «разборы полётов» и нечто вроде советов, хотя по факту это место пустовало. И если Степан вызвал меня именно в оплот, то дело действительно худо.
        - А Хоттабыч молодец, шустрый,  - хмыкнул я, юркнув под натянутую меж домиками верёвку, на которой сушилось бельё.  - Не успел от него на шаг отойти, а наш главный всё знает.
        - Не издевался бы ты над Василием.  - Вдруг подал голос Лёшка.
        - С чего бы это?
        - Жить ему недолго осталось.
        От неожиданности я даже застыл, повернувшись к мальчонке.
        - Что?! О чём ты? Хоттабыч что, болен?
        Но Лёшка лишь поник и ничего не ответил. Я ещё какое-то время пристально глядел на него, пока не плюнул на это дело и пошёл дальше. Если эта мелочь пузатая затыкалась, то больше его не разговоришь. А порой Лёшка вбрасывал такие странные вещи, что без ответов на них становилось жутко. Но кто их поймёт, этих Видящих… Для них мир был не таким, каким его видели мы, и это касалось не только скрытых повсюду игровых характеристик и паранормальных вещей. Не раз я подслушивал, как Лёшка произносил во сне события, о которых знать не мог никоим образом. А позже они происходили на самом деле. Быть может, пареньку было страшно говорить о таком - в любом случае, ничего внятного от Лёшки добиться было невозможно.
        Я оставил себе в голове зарубку проведать Хоттабыча и прознать, как его здоровье. На вид старик был бодр и свеж, но… сколько ему уже? Под девяносто?
        Но мысли нырнули в другое русло, стоило мне навалиться на уже настоящие ворота так называемого внутреннего частокола базы, за котором и прятался оплот вместе с несколькими прилегающими к нему домами.
        Почти сразу наткнулся взглядом на как обычно расположившуюся под широким настилом на своей импровизированной кухоньке Варвару. Несмотря на свои немалые габариты (помню, обняв эту «Рубенсовскую женщину», я не смог соединить кисти рук) и явные деревенские черты как в характере, так и внешности, Варвара всегда была для меня любимым собеседником. Мне нравилось сидеть подле неё, ощущая ароматный запах очередных кулинарных шедевров, и слушать рассказы о Земле - такой, как она была в реальности, до Разлома, или до Новой Эры, как это теперь говорится. Она была одной из тех, кого не захватили возможности выдуманных вселенных, то есть тех, у кого на это банально не хватило бабла. И я с ужасом, и в то же время восторгом узнавал о всех невзгодах, которые претерпевали «неудачники», не погрузившиеся в виртуал.
        - Сашка! Лёшка!  - заметив нас, она счастливо замахала нам рукой, другой в то же время размешивая восхитительно пахнущее варево в большом котле.
        - Гуд дэй, Варь!  - хихикнул я, на ходу заглядывая в котёл и прямо-таки всасывая в себя аромат похлёбки.  - Сегодня будет пир?
        - Скажешь тоже,  - смутилась Варвара, кокетливо мне подмигнув.
        Я тут же опомнился и кашлянул в кулак, нацепив серьёзное выражение лица и кивнув на возвышающийся по правую руку величественный (относительно) оплот:
        - Ждёт?
        Варя оторвалась от готовки, вздохнула поглубже, будто речь зашла о чём-то грустном, и кивнула:
        - Да. Ещё и хмурной такой - туча ярче будет.  - Она наклонилась ко мне, пожалуй, слишком близко, и шепнула: - Случилось чего, Сашк?
        - Ничего особенного.  - Заикаясь, отмахнулся я, двинув к оплоту.
        Но на полпути меня задержал оклик Варвары:
        - А, и это, Сашк!  - словно опомнившись, она понизила голос и, потупив взгляд, процедила сквозь зубы с такой нескрываемой злобой и обидой в голосе, что брови у меня невольно поползли на лоб: - Лерок тебя ждёт. Поговорить о чём-то хочет.
        Сказала, как сплюнула, и продолжила заниматься своими делами.
        Мне же только и оставалось что пожать плечами и продолжить свой путь.
        - Нравишься ты ей,  - опять ни с того ни с сего вставил свои пять копеек Лёшка.
        Спасибо за открытие, Капитан Очевидность!
        Тут соль вот в чём. На базе народу не набралось бы даже на крохотную деревеньку. Так, сборище беженцев, и только. Из женщин, ещё не изживших тот возраст, когда засматриваешься на противоположный пол - лишь Варвара и «Лерок» - девушка Лера, старше меня на несколько лет. Про кроху Настю и говорить нечего: рано ей о таких вещах думать.
        Так вот и получается, что мужское население базы - парочка стариков, и только. Мужчины и юноши, способные держать оружие, свалили в поисках «Мекки», в которой они намеревались найти оставшихся в живых, уже давным-давно. Вот и выходит, что из мужчин младше шестидесяти здесь я да Лёшка. Ну, и дядька Степан, может быть, хотя и он уже не далёк от того момента, когда будет засыпать на своём посту.
        Пока я был ходячей мелочью, не сильно отличающейся от Лёшки, вроде как никаких проблем с немногочисленным слабым полом не было. Но стоило мне немного подрасти… Ещё недавно заигрывания со стороны вдовы-Вари были для меня лишь каким-то недопониманием. Так, закрадывались догадки в голову, но ничего такого конкретного… Куда мне, профану в женском нутре, на раз-два щёлкать подкаты в свою сторону?! Вот только теперь не понять намерений стало ну просто невозможно!
        Но какой там. Будь даже Варька на сотню килограмм стройнее… Я рос на её рассказах, смеялся над глупыми шутками, будучи наивным мальцом. И эта сорокалетняя женщина, ставшая мне чуть ли не матерью, которой у меня никогда не было, считает, что может увлечь меня иначе, чем интересными беседами?!
        Вот уж действительно: чужая душа - потёмки. А тут так вообще непроглядная ночь!
        С Леркой всё было куда хуже.
        В отличие от меня, эта коротко стриженная любительница рваных джинсов умудрилась успеть посетить среднюю школу в специализированных виртуальных учреждениях. И пускай мне не довелось попасть в стены школы даже в таком виде, из книг и фильмов мне прекрасно был известен тип «школьной королевы»: вечно сияющей, не признающей своих ошибок, уникальной, естественно, и невероятно красивой - нимфой, под ноги которой штабелями ложатся все, кого она поманит пальцем. Лера была именно такой нимфой.
        Конечно, после Разлома и последовавших за ним событий изменилось многое. Первое время, обитая в нашей «семье», в то время насчитывавшей больше полусотни человек, Лера ещё пробовала как-то выделяться и пытаться воспользоваться преимуществами, которыми водила парней за нос в школьные года. И у неё даже что-то да выходило: ребята моего возраста высунув языки и виляя хвостами преподносили ей подарки по мере сил, делились накоплениями и едой, для получения которых «нимфа» не приложила ни капли стараний. Но пара подзатыльников давно выплывшего из океана подростковых соплей Степана, а также ультиматум «кто не работает - тот не ест» немного её утихомирили и вернули в серую действительность, где не всё было так радужно, как Лере, быть может, хотелось. Её руки успели огрубеть от тяжёлой работы, талия из идеально стройной приобрела немного квадратную форму. Но всё же дурь из девичьей головы не смогли выветрить даже одиннадцать лет Новой Эры.
        Последнее, что я знал об этой девчонке, я услышал от Лёшки. Верить его словам или нет - вопрос на миллион. Но, как показывает практика, как минимум стоит к нему прислушиваться, не требуя разъяснений. С его слов, Лера втайне мечтала стать частью Кода, считая, что человек - прошлое, пшик, и следует жить сегодняшним днём. Откуда вообще у мальчонки такие познания - ума не приложу, расспросы привели лишь к привычному молчанию рыбы. Подслушал ли, или узнал каким-то другим способом - не важно, почему-то я ему верил. Было во взгляде Леры что-то такое, безмятежно-задумчивое, будто она всегда где-то в другом месте, в другой жизни, не той, что может позволить примитивное человеческое естество…
        Я прошёл к крыльцу, выступавшему из оплота, наступив на первую из пяти ступенек, и чуть было не наткнулся прямиком на виновницу моих мыслей.
        Лера сидела на верхней ступеньке, обхватив колени руками и уткнувшись в них подбородком. На ней, как всегда - рваные джинсы и футболка, вечно слезающая с одной из плеч. Её взгляд из-под налезшей на лоб чёлки крашеных светлых волос был направлен прямиком на меня. Вокруг глаз красовалась чёрная обводка.
        Меня всегда поражала тайная Леркина способность находить косметику. Вот, казалось бы, нет её - та же Варя себе места найти не может - ан всё равно всё лицо измалёвано! Вот откуда это? Что, то же какая-то уникальная плюшка от Кода? Вечный запас подводки для глаз и краски для волос?
        - Привет.  - коротко бросила она, не снимая меня с прицела своих пронзительных глаз.
        Я тут же смутился, пробурчав что-то нечленораздельное и затих, не в силах отвечать ей взаимностью.
        Нам обоим, как бы глупо это ни звучало в нынешней ситуации, пророчили свадьбу. По крайней мере, вся база была уверена: Лерка с Сашкой вот-вот, прям чуточку осталось… И это можно было назвать вполне логичным. Как говорил дядька Степан, кому-то ведь следует продолжать человеческий род? Так почему бы не нам? Тем более что других претендентов (какие бы Варвара ни лелеяла надежды) просто-напросто не было.
        «Как собаки на случке»,  - с обидой ответил я тогда Степану, косясь на присутствовавшую при разговоре красную как помидор Леру. Тот в ответ поржал, да отпустил нас. Но настроение на базе от этого не поменялось, и даже наоборот. «Вон, слыхали, Стёпка наших голубков уже обвенчать успел. Осталось свадьбу только сыграть!», «А как свадьбу то? Чем?!», «Да найдём чем! Тут же любовь!».
        Вот так, выходит, и стали мы невольными молодожёнами. Не испытывая при этом друг к другу ничего - хоть убейте!
        Лера чуть подалась вперёд, видно, пытаясь прочесть всё по моему лицу. Я отвернулся. Тогда она чуть склонилась в сторону и улыбнулась Лёшке. Но тут же вернулась в прежнее положение и решила взять инициативу в свои руки:
        - Ты меня избегаешь.
        - Я охотился.
        - У тебя на всё найдётся оправдание?
        Я промолчал. Глупо ввязываться в словесную перепалку с девушкой. Это я понял ещё со времён бытности игроком «Techno-Magic»: на всех игровых форумах именно слабый пол умудрялся затыкать даже самых болтливых мужиков, обращая их в бегство. Нет. Спорить с девушкой - себе дороже, проверено на собственной шкуре.
        Лера просверлила меня взглядом сощуренных глаз, но, судя по всему, мой жест оценила, и перевела разговор в другое русло, в более примирительном тоне:
        - Ладно, я от Стёпки слыхала, ты Код обнаружил.
        Кивок.
        - Покажешь?
        Смущённое пожимание плечами.
        - Да ну тебя!  - взревела, как взбесившаяся собака, Лера, вскакивая и бросаясь вниз по лестнице.
        Вот что это сейчас было?
        Её шаги затихли где-то далеко позади - наверняка побежала в пустынную часть базы. Я сам любил там зависать, размышляя и просто проводя время в тишине. Ладно, пусть остынет, а то срывается ни с того ни с сего.
        - Нос откушу.  - Заранее предупредил я открывшего было рот Лёшку.
        Тот благоразумно замолк…
        Зайдя в оплот и прикрыв за собой плотно вставшую на место дверь, я какое-то время постоял на входе, привыкая к полумраку. Затем, когда стало всё более-менее ясно видно, прошёл через узкую прихожую и, отставив к стене меч с автоматом, открыл ещё одну, с трудом отпирающуюся толстую дверь и шагнул в просторный зал, пространство которого и составляло всю жилую площадь оплота.
        Здесь света было - хоть отбавляй. В основном он шёл из слепящего глаза, будто крохотное солнце, свитка, разместившегося на небольшом самодельном постаменте в углу. Наш главный источник энергии заслужил находиться в самом большом и укреплённом здании, под стать истинному артефакту.
        Внутреннее убранство у оплота было не богатым: простой, без узоров, ковёр на полу, пара столов по бокам, да увесистое деревянное кресло в центре - вот и весь интерьер.
        В кресле восседал, подобно древнему правителю на троне, дядька Степан. В своей неизменной кожаной куртке, всё ещё широченными плечами и неаккуратными седыми патлами он действительно казался лично мне каким-то мифическим героем, в одиночку захватившем неприступный замок, и теперь почивающим на лаврах победителя. И вполне заслуженно, кстати. Если бы не он, кто знает, что случилось бы со мной, Лёшкой, Настей, да и вообще со всеми нами! Этот человек знал, что делает, и никогда не принимал поспешных глупых решений. Казалось, какая проблема ни возникни, Стёпа её решит, без сомнений.
        Вот и сейчас я, подобно фермеру в неурожайный год, пришёл к своему королю просить помощи. И смиренно ждать решения.
        Молча кивнув в приветствии и получив ответный молчаливый кивок, я подошёл к столу и, аккуратно отцепив от себя сбрую, усадил Лёшку, с секунду размяв плечи и выйдя к центру оплота, прямо перед креслом дядьки Степана.
        Тот поскрёб ногтями по щетинистому подбородку и требовательно протянул руку. Я понятливо вытащил из кармана лут и вложил его в здоровенную грубую ладонь. И замер, сложив руки за спиной, ожидая, пока вещица будет внимательнейшим образом осмотрена и изучена чуть ли не на зуб.
        Когда Стёпа закончил, он протянул артефакт мне обратно и вновь завалился на кресле, задумчиво зажевав челюстью.
        - И что это за штуковина такая?  - сказал он, вопросительно посмотрев на Лёшку.
        Малец наизусть прочёл ему услышанное единожды четверостишие.
        Дядька Степан вернулся к почёсыванию подбородка, теперь уже глядя в мою сторону.
        - М-да…  - вид у него был, как и говорила Варя, мрачный.  - И чего, Саш, как охота?
        - Я думал, Хоттабыч тебе всё сказал…
        - Всё, да не всё!  - Резко перебил меня Стёпа, подавшись вперёд и ощерив зубы, будто волк, вожак стаи, ставящий на место более слабого сородича.  - Ты давай мне мозги не пудри. Всё рассказал, ага, как же! Говори, что произошло. Я слушаю.
        Я покосился на Лёшку. Тот был, как обычно, донельзя спокойным и безмятежным, даже несмотря на повисшую в воздухе напряжённую атмосферу. Ясно. Отдуваться, как обычно, за всё самому.
        Рассказ об охоте я изложил минут за пять во всех подробностях. А что тут рассказывать? Сначала встретили Код-единорога, истратив одну магическую пулю, забрали лут и двинулись к базе, за помощью в транспортировке добычи. Затем на пустыре наткнулись на стаю горгулий и, подстрелив одну двумя пулями, двинулись дальше. На этом моменте Стёпа попросил приостановиться и рассказать чуть подробнее, уточнив, как это мы от них отделались, подстрелив лишь одну. Ну, я и сказал, что три других просто улетели, забрав раненного сородича. А дальше - без происшествий.
        По окончании доклада дядька Степан впал в совсем уж глубокую задумчивость: взгляд его бродил в местах, явно далёких от оплота. Я кашлянул в кулак и решил влезть в его размышления:
        - А что, добычу заберём? Пулю жалко.
        - К чёрту добычу.  - Опёрся щекой о кулак тот, тяжко выдохнув.  - И пулю к чёрту. Ещё смастерим. Правда, Лёшка?  - получив согласный кивок от мальца, Стёпа продолжил, глядя куда-то в угол: - А ты, Саш, проблемы совсем не видишь, да?
        Я неуверенно повёл плечами. Чувствовал себя полным идиотом. Ведь действительно не понимал, в чём переполох. Да, Код возник вдруг и совсем близко. Но стоит ли удивляться такому, когда весь мир от и до забит Кодом? Да и даже если вспомнить страшные события прошлого, то… Что с того? Это ведь не зиккурат некромантов, а обычный единорог! Абсолютно не опасный моб, если его не разозлить. Единственное что, могли вызвать опасения горгульи, ну так эти если и охотятся, то только на одиночек. Быть на охоте поосмотрительнее, и все дела.
        Верно расценив моё молчание, дядька Степан усмехнулся:
        - Во-о-от, не видишь. Ладно. Собери в оплоте всех, кого сможешь. Совет будет.
        Этот приказ выполнить оказалось намного сложнее, чем можно было подумать. Конечно, Варвара и Лера согласились тотчас же. Последняя сказала, что приведёт Настю, причём с таким холодом и безразличием, как будто пыталась меня этим задеть. Хоттабыч, так тот вообще уже был в полной боевой готовности. А вот остальные…
        В паре «коробок» меня встретили пялящиеся в экран старого толстого телевизора (под стать зрителям) пускающие слюни дедки и бабки, которые мало что соображали. Не ясно, что они вообще пытались увидеть на экране. Ведь несмотря на волшебные свойства свитка и его возможность поддерживать работоспособность техники без подключения к электричеству, никаких телевизионных вышек и уж тем более программ на Земле давным-давно не было, так что старики наслаждались шумными помехами. Но и этого им, видно, было достаточно, так что докричаться до них я не смог. Они отвлекутся от своих шумящих ящиков только тогда, когда Варя будет разносить еду - не раньше.
        Некоторые старички, которым делать было настолько нечего, что я застал их за игрой в неполный набор шахмат (точнее, в этом наборе было всего несколько фигур как с чёрной, так и с белой стороны), недолго думая, согласились прийти на совет. Ну, и мы с Лёшкой - чего там думать.
        Вот и вся пёстрая компания…
        Когда все собрались в оплоте, над лесом уже нависла ночь. Весной она всегда подкрадывается как-то незаметно: вот, кажется, солнце ещё палит вовсю, как вдруг яркий день сменяется непроглядной тьмой. Но нам, позорной кучке цепляющегося за соломинку жизни народа, ночь была не помехой. Даже несмотря на отсутствие окон как таковых - не считать же за окна крохотные бойницы под самым потолком - магический свиток вполне заменял собой самую яркую лампу.
        Мы расселись кучковато поближе к «трону», с обеих сторон. За одним столом сидели девчонки с парой скучающих стариков, а за другим - я, Лёшка и Хоттабыч. Дядька Степан, конечно же, сидел в своём кресле.
        По мере разговора я заметил одну закономерность: рот открывали все, кроме детей и тех старичков, что пришли на Совет, по сути, от скуки. Я не сдержал улыбки, подумав, что эти седобородые ребята очень напоминают Неписей, сидящих здесь только чтобы кивать с умным видом, или иногда хмыкать. Они создавали ощущение масштабности, в то время как это было лишь ширмой, старающейся скрыть всю убогость нашего положения.
        - Погодите,  - вклинился в разговор Хоттабыч, когда я в который раз рассказывал о событиях минувшей охоты. Ему было сложно уследить за ходом беседы, но, в отличие от «Неписей» он пытался в ней участвовать.  - Давай-ка ещё разок. Где ты видел того единорога?
        Я вновь наклонился к разложенной на столе громадной карте, которую Стёпа достал из пыльных закромов. И тыкнул пальцем в точку рядом с рекой Нерская, расположенную выше некогда располагавшегося на том месте посёлка имени Цюрупы. Теперь там был пустырь.
        - Угу,  - наморщил нос Василий.  - А мы, стал-быть, тут.  - Он подался вперёд и обвёл пальцем место чуть правее речки Гогежа Московской Области, окружённой зеленью леса.  - Да здесь и десяти километров не наберётся!
        - И вот тут пролетали горгульи.  - Повёл я палец чуть влево от Нерской, на небольшой участок пустыря. И поднял взгляд, замолчав.
        Лёшка с Настей мотали своими глазёнками туда-сюда, раскрыв рот. Их впервые взяли на подобное собрание, потому что впервые за девять лет их жизни такое собрание в принципе состоялось.
        - Да что ж это такое!  - возмущённо подскочила со своего места Варвара, чуть не сбив локтем отшатнувшуюся в сторону Леру.  - Неужели опять с места сниматься?! Только обжились…
        Согласные хмыканья и кивки Неписей.
        - Тихо, Варь.  - Выставил ладонь, словно скрываясь от женского гнева, Стёпа.  - Мне в этой истории одно не ясно.  - Повернулся он в мою сторону, когда Варя уселась обратно, со злым и красным лицом.  - Почему всё же горгульи улетели?
        Мне нечего было сказать.
        Действительно, этим вопросом я задался уже тогда, спасшись от марионеток роя. Почему не напали? Чего испугались? Что я, как заядлый снайпер, сниму их одну за другой в течение нескольких секунд? Им до меня оставалось рукой подать, я уже ощущал, как их грязные когти впиваются мне в тело, сводя хит-поинты в ноль.
        И тут голос подала Лера:
        - Может, они не охотились?
        На неё тут же уставились все. И у всех во взглядах было полное непонимание. Девчонка тут же зашлась краской и вжала голову в плечи. Замолкла.
        На помощь ей пришёл дядька Степан:
        - Поясни, милая. Что ты имеешь в виду?
        - Ну…  - выдавила она из себя, приподнявшись из-за стола.  - Мы ведь все знаем, что рой подчиняется Главе Роя. Выполняют все его приказы, как… как муравьи приказы своей Королевы.  - согласные кивки присутствующих подтвердили её правоту.  - И большую часть года поручения, получаемые шестёрками роя, сводятся к одному: добыче пищи.  - вновь кивки.  - Тогда почему бы Главе не отдать иной приказ? Который они выполняли бы с тем же рвением…
        На этот раз вместо кивков ответом её словам было тяжёлое затишье. Мне показалось, что все, даже молчаливые Неписи, глубоко задумались.
        Первым оборвал молчание Стёпа:
        - Здравая мысль. Но зачем? И какой приказ?
        - Поиск чего-то?  - неожиданно для самого себя я услышал собственный голос. А когда взгляды устремились уже в мою сторону, пришлось, взяв себя в руки, продолжить: - Лучший обзор - всегда с воздуха. Горгульи для такого очень даже подходят. Каких ещё летающих тварей Кода мы знаем? Драконов? Их видели в последний раз лишь десять лет назад, и после этого они исчезли. Думаю, вообще сгинули: было то их и не так много. Так что горгульи остаются единственным прогрессивным вариантом для существ Кода, если следует что-то быстро отыскать.
        - Не забывай про звездолёты.  - Это, к всеобщей неожиданности, вставила кроха Настя.
        Я запнулся и медленно закивал:
        - Да. Конечно. Но не стоит забывать, что Коды не ладят друг с другом. Не думаю, что космодесантники объединили бы усилия с «дикарями», как они называют расы фэнтези. К тому же, полагаю, никто не хотел бы услышать над базой рёв двигателей звездолёта…
        - Ладно-ладно,  - перебил меня, протерев лицо руками, Стёпа. Отняв от себя ладони, сложил их в замок и наклонился, упёршись в них лбом. Такую позу он принимал только когда очень и очень сосредоточенно думал.  - Но что искали то?
        - Или кого…  - сам того не желая подлил я масла в огонь.
        - Ой, мамочки!  - всплеснула руками Варвара.  - За что нам всё это?!
        - Тихо!  - вновь осадил Варвару Стёпа, закусив губу.  - Это всё только догадки. Но просто так закрывать глаза на Код под стенами нашего дома - глупо. Что делать то будем?..
        Вдруг его фразу оборвало шипение рации. У меня и у самого дядьки Степана. Третья, та, которую обычно носил на поясе Хоттабыч, теперь перекочевала в руки его сменщика, дремлющего на посту у внешних ворот. От неё и шёл сигнал.
        Повинуясь немому жесту Степана, я отключил рацию, и тот поднёс свою ко рту:
        - Говори. Слушаю.
        Все притихли, внимая. Вообще, сегодняшнее использование раций - феномен. Я вот не могу припомнить, когда ею пользовался в последний раз, до этого дня. Не было поводов. Обычно если что-то и случалось, до дойти и спросить - ноль делов, база то не сказать чтобы огромная. А сегодня вот. Звёзды как-то не так сошлись, что ли?!
        Из Стёпкиной рации донеслись слова, настырно пробиваясь сквозь шум помех:
        - Чужой… делать… сюда!
        - Это ещё что за хрень?  - наморщил лоб дядька Степан, оглядев присутствующих. Словно ждал от них ответа.  - Повтори!
        Но вместо хоть чего-то внятного из рации донёсся сплошной бьющий по ушам шум.
        - Сашка, за мной!  - рявкнул Стёпа, выскакивая из кресла.  - Оружие возьми!
        Я перескочил через стол и бросился следом, оставив за спиной вылупивший зенки народ. По правде сказать, я сам слабо представлял, что происходит. Спина Стёпы быстро скрылась в прихожей - так быстро он не бегал уже давно. Так что я попробовал отбросить всякие мысли и сомнения, сосредоточившись на том, чтобы не отстать.
        Во тьме прихожей я нащупал лишь рукоять меча. Автомат, похоже, дядька утащил с собой.
        Выпрыгнув на прохладный ночной воздух, я поспешил за исчезающим впереди силуэтом Степана. По бокам, на всём протяжении пути, уже горели полосы натянутых меж деревянными коробками домиков разноцветных гирлянд, автоматически загоравшихся при наступлении темноты.
        Я пулей проломился через первые ворота, чуть не снеся их с петель, и за какой-то десяток секунд пролетел всё расстояние до внешних ворот, обнажая клинок и выставив его перед собой. Завертел головой, отдышавшись, стараясь понять, что происходит.
        Дядька Степан уже стоял с поднятым автоматом, целясь перед собой с пугающе холодным видом, рядом пятился назад бурчащий что-то сменщик Хоттабыча. А впереди, едва выглядывая из старающейся поглотить его темноты, на нас смотрел всадник. Человек. Весь в лохмотьях, с длинными липкими космами грязных волос. Борода человека заросла на его лице так плотно, что чуть ли не лезла в глаза. А белые, как мел, руки, в последнем усилии стискивали уздечку. Он глядел нас с таким видом, словно мы были старыми друзьями, которые по глупости не узнали его. Я даже покосился в сторону Степана. Быть может, этот человек ему знаком? Но в ответ получил всё то же ледяное лицо и дуло автомата, направленное прямиком на незнакомца. Свой меч я тоже решил не убирать.
        Стёпа пожевал губами, сдвинув брови на переносице, и рыкнул, кивнув сменщику Хоттабыча:
        - Свободен.
        - А?.. А-а-ага.  - закивал старичок, довольно лихо для своих лет удрав за ворота.
        Когда мы остались втроём, дядя отставил одну руку в сторону, преграждая мне путь, а сам аккуратно - так, будто в любой момент мог наступить на мину - сделал несколько шагов к чужаку. И, застыв перед ним метрах в трёх, предостерегающе качнул дулом автомата:
        - Слазь.
        - Да я бы с радостью…  - грустно рассмеялся незнакомец, лишь немного приподняв уголки губ.  - Только у меня руки онемели. И задница болит, как у портовой девки. Я скачу без седла и передышек вот уже несколько дней. При всём желании, сил нет…
        В этот момент я не мог видеть лица Степана, но почему-то понял, что он сейчас усердно двигает челюстью, как делает, когда в чём-то сомневается. А затем он повернулся ко мне и мотнул головой на незнакомца:
        - Помоги ему слезть.
        Я вздрогнул, как если бы получил разряд током - сам не знаю, отчего. И с удивлением уставился на Стёпу. Но тот уже не смотрел в мою сторону, вновь взяв чужака под прицел. Мне ничего не оставалось, кроме как вернуть меч в ножны, перебросив за спину и, чувствуя, как холодеют кончики пальцев, приблизиться к всаднику.
        Когда я прошёл мимо дяди, Степан шикнул мне на ухо:
        - Если что учудит - пулю в лоб, и с концами. Не боись.
        Надо сказать, я почувствовал себя немного уверенней.
        Подойдя к лошади, которая с чего-то при моём приближении попятилась, фыркнув, я наморщил нос и постарался дышать через рот. Несло от незнакомца знатно.
        Пальцы от уздечки пришлось почти что отдирать: они и впрямь ухватились намертво. Да и кожа чужака была как у мертвеца. Мне от такого открытия стало ещё страшнее, тело затряслось, и не сразу удалось отодрать всадника от лошади. Но в итоге всё-таки получилось: чужак навалился на меня и с трудом сполз на землю, неуклюже затоптав ногами. Даже стоял он явно с трудом: почти весь вес его тела пришёлся на мои плечи, так что к Стёпе, так и не опустившему оружие, незнакомец, фактически, не подошёл, а был поднесён мной.
        Дядька Степан смерил его пристальным взглядом и, сощурившись, уставил-таки автомат дулом в землю.
        - Голодный?
        - Как волк,  - заулыбался чужак.
        На базе властвовал переполох. Обычную живую лошадь никто из наших не видел уже давно, так что она произвела впечатление не меньшее, чем, какой-нибудь мифический монстр. Девчонки, все до одной, тут же начали обхаживать её и кормить.
        Почти такого же внимания заслужил и незнакомец. Ему была предложена наполненная водой бочка, заменявшая нам ванну. А после того, как чужак обмылся и переоделся в старую кофту и потёртые штаны, став хотя бы немного походить на человека, Варвара, слишком уж усердно ухаживавшая за мужчиной, которого знала какие-то часы, предложила ему побриться и постричься. На что тот ответил вежливым отказом, аргументируя это тем, что и так удобно.
        А вот от Вариной похлёбки он, разумеется, отказываться не стал, и доедал уже третью порцию, что было удивительно, учитывая его худое телосложение - похоже, голод его действительно доконал.
        Мы с дядькой Степаном и незнакомцем засели в домишке Варвары, под тусклым светом небольшой лампы. Сама хозяйка дома бегала в поисках подходящих ботинок для неожиданного гостя, вмиг переключившись с меня на новую мужскую персону, что была определённо старше меня лет этак на десять. Что только ни сделает с женщиной полное отсутствие подходящих мужчин…
        Здесь же были и Лёшка с Настей, уместившиеся рядом со мной в углу. Стёпа, прислонившийся спиной к стене напротив, сам пригласил Видящих, полагая, что их глаз тут будет не лишним. Мне же казалось, что он просто хотел удостовериться, что этот мужик - не Код, решивший обманом проникнуть к нам и прирезать посреди ночи.
        Но дети молчали, «сканируя» чужака своими большими глазами, и только иногда шушукались меж собой.
        Как только третья плошка была опустошена, а щёки гостя, спрятанные под слоем щетины заметно порозовели, Степан решил взять быка за рога:
        - Кто такой? Откуда? И как нас нашёл?
        Но чужак вместо ответа сипло расхохотался, посмотрев на меня и тыкнув в сторону Стёпы большим пальцем:
        - А он у вас всегда такой деловой?
        - Поговори мне тут!  - процедил сквозь зубы дядя, для пущей наглядности серьёзности своих намерений приложив мужчину прикладом автомата по плечу.
        Тот повалился на пол и выставил перед собой раскрытые ладони, отталкиваясь ногами от пола и отползая к стене с криком:
        - Воу! Воу! Хорошо, понял! Да понял я! Ещё бы фонарём в рожу светили… Что за допросы?!
        - Надо будет - посветим.  - Пообещал Степан, и уж я-то ему верил.  - Выкладывай.
        Чужак отвёл взгляд от прожигающих его насквозь глаз Стёпы и, привалившись к стене деревянной коробки, начал говорить, то и дело двигая руками, словно не знал, куда их деть:
        - Андрей меня зовут… Андрюха, да.  - Его покрасневшие по краям от лопнувших капилляров глаза уставились на меня и детей. Затем осторожно поползли в сторону Стёпы, и застыли в немом понимании.  - О, вот оно как… Вы думаете, тут какая-то подстава, да? Так ведь?
        - Есть такие мысли.  - Без промедления произнёс Стёпа.
        - Да не Код я!  - воскликнул Андрей, тряся руками.  - Вот, Видящих спросить можете!
        - Откуда про Видящих слышал?  - тут же прищурился дядя, недвусмысленно ухватившись за автомат.
        - А кто про них не слышал?  - пожал плечами мужчина, периодически бросая странные взгляды то на Лёшку, то на Настю.  - Уж мне то, волку-одиночке, такое знать положено… Не в одной деревне побывал, многих с даром видел.
        - Не в одной?  - впервые за время разговора лицо Стёпы вытянулось в удивлении.  - А что, много таких, как наша?
        - Таких как ваша, нет.  - Отрицательно замотал головой Андрей.  - Везде хуже. Вы весьма неплохо устроились. Вон, еда, свет, дети живи-здоровы. Там, если подальше от Москвы отойти, всё намного хуже. Люди, вон, чуть ли не в пещерах живут и грызут кости друг друга. Совсем в доисторическую эпоху канули.
        Тяжёлый вздох дядьки Степана совпал с моим. Каждый из выживших в тайне надеялся и желал, чтобы действительно где-то там показался свет в бесконечном чёрном тоннеле. Но, видно, этот тоннель не имеет ни конца, ни края…
        Тем временем Андрей продолжал болтать скороговоркой, задыхаясь и будто бы боясь остановиться:
        - Я сам по себе, вот, как-то выживаю. Добыл кое-какие пожитки, когда-то имел даже нож с обрезом. Жил, короче, нормально. Охотился, там. Иногда забредал на заброшенные заводы или посёлки. Таких мест сейчас немного, но они есть. Там кое-чего находил. Код пытался избегать. Хотя иногда и натыкался на селения «светлых». Эльфы, там, дварфы… ну, из тех мест, куда я добирался. С этими ещё можно было вести диалог. Даже торговать. Мне встречались артефакты - их я в основном продавал, себе не оставлял. Порой даже в селениях людей можно было чем-то обжиться… Ну, вот, как-то потихоньку всё и шло…
        - Афигительная история.  - Саркастично перебил его Стёпа.  - Только это ни разу не отвечает на вопрос, какого хрена ты тут делаешь и как нас нашёл.
        - Так я же объясняю!  - Нетерпеливо воскликнул Андрей. И тут же притих, будто испугался, что ему влетит за повышение голоса. Но дядька Степан стоял молча и не шевелясь, я вместе с Видящими тоже внимал. Убедившись, что мы слушаем, чужак продолжил: - Пару месяцев назад я рискнул пройти возле Питера. Он сейчас под властью десантников. Они его отбили у орков и перестроили. Там теперь космопорты, инженерные отсеки, противоракетные пушки…
        - Ближе к делу.  - Стёпа был нетерпелив.
        - Короче. Схватили меня. Тупанул, решил остаться на ночлег совсем недалеко от города. Вот меня и повязали тёпленького: неподалёку пролетали их разведчики. Сбросили электрическую сеть, и вся недолга! Очнулся я уже в оснащённом датчиками слежения ошейнике вместе с другими бедолагами. Повезло, что не сделали крысой для исследований, а послали в рабочую группу - убирать отходы.
        - Отходы?  - вырвалось у меня.
        Почему-то по мне все «космические» расы, как и их поселения, были чем-то вроде клочков высшего света на Земле. Будто невероятно развитая раса инопланетян приземлилась на нашей планете и, решив, что тут весьма неплохо (олухи, правда?), остались, начав потихоньку обустраиваться. Даже в тех частях «Techno-Magic», где «космические» расы жили в бедности на краю вселенной, сложно было обнаружить какое-то запустение. Скорее, атмосфера там была похожа на киберпанк, но никак не на космический отстойник, как любили показывать во многих фильмах про далёкое будущее, где корабли - всё равно что летающие жестяные банки, а планеты - места для сборища панков, рыгающих и пускающих газы.
        Слово «отходы» никак не укладывалось у меня в голове.
        - Ну да! Мусор всякий,  - закивал Андрей.  - Там ведь после перестройки куча всякого хлама выгребалась и выносилось в отдельный сектор, отведённый под… Ну, типа, мусорку. Или гигантский склад «хюманских отходов», как они это презрительно называли… Хюманы, ха! Почему они вообще зовут нас Хюманы? Это же глупо, нет?!
        - К делу!  - палец Стёпы словно бы невзначай придавил спусковой крючок.
        Андрей спешно затараторил:
        - На складе хюманских отходов сваливалось всё: начиная от старых стульев и заканчивая ТДП со старыми костюмами виртуального погружения…
        При последних словах мужчины по моему телу пробежались мурашки. Дядька Степан тоже заметно изменился в лице. Разве что Лёшка с Настей эта информация никак не тронула. Но мы со Стёпой, переглянувшись, сразу поняли, к чему тот ведёт.
        - Ты нашёл работающую ТДП!  - догадался я.
        Андрей, будто и ждал от меня этой фразы, с улыбкой сказал:
        - Я парень шустрый, норму выполнял быстро. А потом бродил по этому складу, искал всякие ништячки. Если знать, как обойти систему охраны, то можно было утаскивать в камеру содержания заключённых всякое… Что же до ТДП…  - поспешил продолжить Андрей, заметив оскал дяди.  - Я обнаружил его под завалом из старых машин. Хрен знает, как он там оказался. Но вы же понимаете, шанс на то, что она бы работала… Ну бред это!
        - Но она работала?  - подался я вперёд, ощущая, что всё внутри словно скрутило в приступе нетерпения.
        Андрей помедлил секунду.
        И кивнул.
        Тут дядька Степан не выдержал и снова направил дуло автомата на вжавшегося в стену Андрея с криком:
        - Хватит тут херню нести! Во всём мире система погружения перестала функционировать после Разлома! Кого ты тут из себя строишь?! Нового мессию?! Иисуса?! Кибер-бога?!
        Я же сидел в полной прострации, стараясь побороть желание схватиться меч и порубить этого шутника на мелкие кусочки. Для нас, игроков, переживших разлом, подобные «шутки» были сродни насмешке над нашими жизнями. Над смыслом нашего существования. Будто бы он сейчас облил нас помоями: «Ха! Вы тут пытаетесь выжить, пока где-то там покоится нечто, что всех вас спасёт!».
        Здесь всё очень просто и сложно одновременно. После Разлома весь мир был в курсе, что послужило его причиной. Портал ОраККула - яблоко Эдема, если хотите. Никто не видел никакой другой причины, по которой произошёл этот апокалипсис. Как и не видели выхода из него. А когда человек не видит выхода, он пытается создать его из чего-то. Вот и возникла сама собой теория, которая почти сразу стала чуть ли не единственно принятой святой истиной: если портал создал Разлом, то этот самый портал всё и исправит! Никто не верил, что виртуал исчез вместе с поголовно пришедшими в негодность ТДП и сгоревшими серверами. Почему-то человечество истово верило, что где-то там, на блуждающих во вселенных строчках кода, всё ещё дрейфует крохотная планетка с тем самым порталом. Который следует лишь найти. Это стало для нас Святым Словом. Новой Библией…
        - Я ведь не всё сказал,  - сглотнув, постарался стать единым целым со стеной чужак.
        - Тогда говори, пока я считаю пальцы на твоих потных ладошках!  - прошипел поглощённый ненавистью Степан.  - А затем я проделаю неаккуратную дырку в твоей башке!
        Я вынырнул из охвативших меня мыслей и подскочил к дяде, отклоняя автомат в сторону. И выпалил в ответ на непонимающий взгляд:
        - Пусть скажет, Стёп! Ты не чувствуешь, что всё сходится?!
        - Чего…  - пробормотал сбитый с толку дядя.
        Меня же понесло в приступе божественного провидения:
        - Два Кода за день, Стёп! Когда такое было?! А теперь и он! В один день! Как тебе такое, а?! Ни фига себе удача?! Он нашёл нас именно сегодня! Что это, если не знак?!
        - Подтверждаю.  - Подал голос Андрей, который, видать, был полностью лишён инстинкта самосохранения.  - Между прочим, я вас так и нашёл. По горгульям.
        - Горгульям?!  - совсем тихо прошептал Степан.
        Я заглянул ему в глаза, и в ужасе обнаружил, что - хана. В следующее мгновение я уже знал, что произойдёт.
        С диким рёвом дядя отбросил меня в сторону и прицелился в Андрея. Дом задрожал от его баса:
        - Они пришли за ним! За ним следили! Это он их сюда привёл! Они знают!!!
        Я сморщился от боли в спине, рухнув на пол, и сразу же попытался подняться. Но - слишком медленно. Вскакивая, я ожидал услышать щелчок спускового крючка и шум выстрела.
        Но, как ни странно, ни того ни другого не последовало.
        Оказавшись на ногах, я уставился на такую картину: Андрей, кажется, от страха потерявший лет десять своей жизни, стоит у стены, раскинув руки, будто великомученик на кресте, а перед ним, в каком-то полушаге, замер, трясясь, дядька Степан. Он явно не понимает, в чём дело и, кажется, удивлён не меньше моего, почему выстрел не удался.
        Повинуясь наитию, я повернулся в угол, где остались дети. Лёшка сидел, вытянув свои атрофированные конечности, разглядывая происходящее с философским видом, а рядом с ним уже на ногах Настя, нахмурившая брови. Её рука выброшена вперёд, в сторону мужчин. Из носа текла тонкая струйка крови…
        - Ты наложила на него «оцепенение»,  - облегчённо выдохнул я.
        Девчонка опустила руку и кивнула, едва улыбнувшись.
        Значит, есть минута, пока Стёпа не овладеет своим телом. Я шагнул к замершему не хуже дяди Андрею и оттащил его за рукав в сторону от глядящего ему прямо в лоб дула автомата. Тот, придя в себя, часто-часто задышал. Но я дал ему выжить вовсе не для того, чтобы с ним нянчиться. Суровые времена - суровые нравы.
        Схватив чужака за грудки, подтянул его к себе и встряхнул. Плевать, на сколько он меня старше и сильней. Сейчас решается судьба моей семьи, так что пусть попробует вырваться…
        - Горгульи знают, где мы?!  - я не сразу понял, что эти слова принадлежат мне. Слишком уж грозным и пронзительным был этот голос.
        Получив в ответ тряску головы, которую я принял за кивок, ненависть внутри меня выдала следующий вопрос:
        - Они следили за тобой?!  - Кивок.  - Их кто-то послал?!  - Кивок.  - Кто?! Десантники?!
        Следующие слова дались Андрею с трудом:
        - Я наткнулся на пастбище орков по пути, когда сбегал.  - выдавил он из себя, скрежеща зубами.  - У них лошадь и забрал, но… Меня видели. Наверняка это их рук дело.
        Затем по ушам ударил чей-то вой. Мне показалось, что завыли волки, и я в испуге даже схватился за рукоять меча. Но тут я до меня дошло, что этот пронзительный вой издаю я сам.
        Взяв себя в руки, отсчитывая в голове последние секунды «оцепенения», я выхватил из ладоней ощерившегося Степана автомат. Нужно было срочно собирать народ и бежать сейчас же. Ночью.
        Иначе утром мы все будем мертвы.

* * *

        Небольшой холм, поросший жиденькой блёклой травкой, стоял здесь, казалось, с самого начала времён. До него не добрались ни загребущие ручонки бизнесменов, желающих выровнять нетронутые гектары земли и застроить их незаконными дачами, ни мусор, который с чего-то обходил холм стороной, хотя для близлежащих деревень место, казалось бы, было идеальным: овраг окружил это уединённое место, как замок - ров. Бросай пакеты с дурно пахнущим содержимым - ан нет. Почему-то здесь царило почти райское уединение природы с самой собой, что стало редким подарком человечеству, учитывая, с какой жадностью люди хапают ресурсы Земли и с каким легкомыслием уничтожают всё живое.
        Таким этот холм был до Разлома.
        Теперь же весь он был изрыт глубокими ямами, переходящими в сложные системы тоннелей. Вся местность вокруг была перекопана и изрыта, а также на всю округу стоял отталкивающий запах испражнений. Даже звери не гадят там, где живут - но к горгульям это выражение не относилось…
        Крылатые твари носились над холмом, будто рой мух - и в таком же количестве. Они верещали, скалились и рычали, сталкивались друг с другом и вгрызаясь в глотки. Кто-то из роя умудрялся умереть даже не покидая холма - запах отходов жизнедеятельности дополняли успевшие разложиться трупы.
        Неподалёку, со сторону тонкой полоски леса, окружившей холм, послышался отчётливый шум чужих. Таких звуков, похожих на клёкот сверчка, усиленный во много раз, не издавало ни одно из существ роя. Горгульи, метавшиеся над холмом, тут же забыли обо всём и зависли в воздухе, колошматя крыльями.
        А тем временем из леса, едва угадываемые в ночной мгле, выехало шесть мотоциклов. Они имели внушительные размеры: обычный человек, присядь на такой, не смог бы даже дотянуться до ручки газа. Но те, кто восседал на них, вовсе не были людьми, и потому чувствовали себя вполне вольготно.
        Земля в этом месте давно не была такой, как прежде: она превратилось в сплошную гору жидкой грязи, по которой не проехал бы ни один внедорожник. Куда там каким-то мотоциклам?! Но несмотря на это чужаки уверенно продвигались к холму, не сталкиваясь ни с каким сложностями.
        Их мотоциклы пусть и имели колёса, но прятали их в специальных утыканных острыми шипами металлических нишах. Эти металлические гиганты перемещались благодаря встроенными на месте глушителя, с обеих сторон, увесистым антигравитационным двигателям, особенно выделявшихся в непроглядной тьме: отходящие от них трубки фосфоресцировали ярким голубым светом. По бокам от ручек газа уютно расположились «уши»-прожекторы, прокладывающие мотоциклистам дорогу широкими лучами света.
        Горгульи вмиг заверещали, хватаясь за мохнатые уши и щуря глаза, в приступе бешенства начав метаться из стороны в сторону и издавая пронзительные вопли, отчего на холме стало так шумно, что ввысь взмыли все спавшие в лесу птицы.
        Мотоциклы остановились у рва и заглохли, а их обладатели спрыгнули ботинками в грязь и оставили свои махины парить в воздухе, направившись к холму, не обращая внимание на кружащий над их головами рой. Лучи прожекторов выловили их силуэты.
        Шесть орков - широкоплечих зеленокожих силачей. На лысых или красующимися разноцветными ирокезами башках угадываются намазанные высохшей грязью татуировки. Такие же красуются и на буграх мышц выглядывающих из кожаных безрукавок рук. У каждого из-за пояса торчит длинная кривая рукоять секиры. Морды зеленокожих монстров отпечатали на себе хмурую решимость.
        Один из них - тот, что шёл впереди, с лысой головой, украшенной, помимо татуировок, глубоким, чуть ли не до кости, шрамом от макушки до подбородка, выпятил челюсть, красуясь двумя выступающими клыками, один из которых был сколот на конце, и замер, не дойдя до холма. Следовавшие за ним бугаи моментально застыли и посмотрели вверх. Рой так и не утихомирился.
        Орк сделал шаг, будто попытался встать как можно твёрже, и заревел:
        - Я - Рылграг! Вождь клана Говорящей Секиры! Пришёл за обещанным!
        Горгульи тут же притихли, переглядываясь и ожидая того, к кому обращался незваный гость. Весь рой плавно опустился на землю, низко опуская головы в поклоне. Только орки стояли всё также прямо.
        Где-то из недр холма, на самой тёмной глубине, раздалось эхо, похожее на шуршание гигантского крота. Это эхо пролетело через весь подземный лабиринт и вырвалось ужасающим гулом, от которого тела горгулий задрожали в трепетном ожидании Главы Роя…
        Эхо всё нарастало, давая знать о том, что нечто огромных размеров приближается. Орки позади Рылграга достали свои секиры и приготовились. Вождь вёл себя расслаблено и даже немного нетерпеливо.
        Наконец, всё затихло. Но лишь для того, чтобы через мгновение взорвать округу ударившим по ушам грохотом: верхушка холма набухла и разлетелась комками грязи. А на её месте стояло, глядя на прибивших сверху-вниз, существо, в высоту превышавшее каждого из орков на несколько голов, а раскинув толстые громадные крылья, будто охватило собой весь холм целиком.
        Глава Роя был каменной горгульей восьмидесятого уровня, с зашкаливающими характеристиками брони и урона. Но и стоявший перед ней вождь не уступал монстру ни в одной из характеристик, как и каждый из стоявших за его спиной бугаёв, а потому Рылграг улыбался, как если бы увидел перед собой не каменное чудовище-исполина, а старого друга.
        Горгулья смерила зеленокожего взглядом и, не дождавшись никакой реакции на своё появление, пробасила странным грубым, хрипящим женским голосом:
        - Зачем ты пришёл ко мне, Рылграг?!
        Орк оглянулся на своих товарищей и заулыбался так широко, что его улыбка расползлась от уха до уха. Те ответили ему дружным гоготом. А Рылграг тыкнул в монстра большим пальцем, стоя к нему спиной, что в кланах зеленокожих считалось высшей степенью неуважения, и прокричал:
        - Слышали?! Этот недомерок спрашивает, зачем я пришёл!
        При слове «недомерок» поляна вокруг холма завибрировала от затрясшихся в панике, так и не выпрямившихся горгулий. А на лапищах Главы Роя еле заметно удлинились каменные когти…
        Отсмеявшись, Рылграг повернулся обратно к горгулье и сделал несколько широких шагов навстречу, как-то незаметно оказавшись на вершине холма, у ног каменного великана. И, под изумлённый визг роя, выкинул мускулистую руку вверх, хватая Главу за подбородок и дёргая вниз, к себе.
        Не в силах устоять на ногах, каменная горгулья рухнула на колени, забив крыльями и когтями впившись в торс орка. Но тот даже ухом не повёл. И крепко удерживал монстра одними пальцами, всё сильнее сжимая их под явственно слышимый хруст.
        Рой сразу же ожил: взмыли в небо пускающие пену из пастей горгульи, закружили над холмом и стрелами ринулись на пришельцев, стремясь вспороть их когтями, разорвать, сожрать, уничтожить!
        Они посмели коснуться Главы!!!
        Один из орков расставил руки в стороны, словно собрался взлететь, и, что-то прошептав, размашисто хлопнул. В стороны от него разошлись бушующие потоки ветра, в единую секунду образовывая над холмом полупрозрачный искрящийся купол, настолько яркий, что затмил собой даже лучи прожекторов. Горгульи, не отличающиеся особым умом, врезались в него и скатывались вниз со сломанными шеями. Те же, что были смышлёнее, зависали над куполом и начинали с красными от ненависти мордами колошматить по непреодолимой завесе, стремясь пробиться внутрь. Но шаман клана Говорящей Секиры знал своё дело: купол стихии воздуха высшего ранга даже армии низкоуровневых шестёрок роя не пробить и за сутки. Вождю же, злорадно глядящему, как ошалело корчится в его захвате Глава, требовалось намного меньше времени.
        - Я скажу, что ты хочешь!  - прохрипела каменная горгулья, когда от нажима на подбородок от пальцев орка к вылупленным в ужасе глазам Главы стали отходить тонкие трещины.  - Только пусти!
        - Конечно, скажешь!  - хохотнул Рылграг, не без удовольствия оглядывая рой, безуспешно пытающийся взять штурмом магическую преграду.  - Вот вы, твари летучие, неугомонные… и тупые.  - Он презрительно зыркнул на теперь уже не пытающуюся сопротивляться пленницу. В выражении вождя больше не было той лихой беззаботности: теперь его глаза пылали праведным гневом.  - У меня мало времени, и не хотелось бы терять и мига. Ответь-ка мне, чудовище… Где. Он.
        Пальцы орка сжались ещё сильней, и Глава Роя, не выдержав, раскрыла пасть, издав звук, сильно напоминающий стон боли.
        - Безумец!  - выкрикнула горгулья, возя по земле лапами.  - Ради какого-то хюмана ты развязываешь войну!
        - Не «какого-то», дура.  - Сморщившись, Рылграг наклонился к самому носу монстра, обдав её зловонным дыханием.  - Он помечен Повелителем. Понимаешь, что это значит?..
        В глазах каменной горгульи, прежде отмеченных лишь тенью страха, отразилась искра понимания. Глава Роя дёрнула головой, видимо попытавшись кивнуть, и прошипела:
        - Значит, он как-то связался с ним?!
        - Именно. И теперь этот хюман нужен не только мне. Эти вшивые космолётчики тоже хотят заполучить «помеченного». Не удивлюсь, елси эти высокоразвитые твари уже на полпути к цели.
        - Но зачем он тебе?! И им?!
        Впервые Рылграг не сдержался и вышел из себя, чуть не раздавив пустую башку горгульи в безжалостном приступе:
        - Не задавай тупых вопросов, дрянь! Сама как считаешь, зачем?! Кто знает, как связаться с Повелителем, тот имеет шанс приблизиться к Богу! Стать высшим существом! Кто откажется от такого?!
        - Никто-о-о!..  - прокряхтела Глава, глаза которой уже чуть ли не вываливались из орбит.
        Будто опомнившись, вождь ослабил нажим и отстранился, буркнув:
        - Где он.
        - Здесь неподалёку есть лес!  - Раболепно залепетала каменная горгулья, позабыв о всяком достоинстве.  - А там - небольшая деревенька, глушь! Мои горгульи проведут вас!
        - Славно.
        Рылграг дёрнул брезгливо рукой, будто смахивал с себя грязь, и Глава повалилась наземь, счастливо хватаясь за оставшуюся целой голову. Отдышавшись, она подскочила, удержав себя от мимолётного порыва ринуться и растерзать обернувшегося к ней спиной орка, встретившись с сосредоточенными взглядами его сородичей, и бросила вождю в спину:
        - Но трупы - наши, ты обещал!
        Орк замер, полуобернувшись. Хмыкнул.
        - Да…  - протянул он задумчиво, ухватившись за рукоять секиры.  - И сдержу обещание.

* * *

        - Что значит вы не идёте?!
        Вскрикнув, я остался стоять на месте, стараясь уложить в голове то, что сейчас услышал.
        Всё население базы собралось в оплоте. Рядом со мной стояла собранная, с походным рюкзаком, Лера, держащая за руку укутавшуюся в куртку Настю. Чуть дальше, у стены, расположился уже успокоившийся Степан, скрестив на груди руки. С другой стороны от меня сидел на столешнице косящийся в сторону дяди Андрей, и возле него уселся как обычно отрешённый от всей этой суеты Лёшка. А напротив, за столом, сидели поникшие Хоттабыч с Варей и остальные старики и старухи, вид которых был настолько мрачен, что впору устраивать панихиду.
        Я наклонился к скосившему на меня взгляд Василию и прошипел с чувством поглощающего меня раздражения:
        - Хоттабыч… да вы что все, охренели?!
        Тот покачал головой:
        - Ну вот просил же так не называть…
        - От темы не уходи!  - воскликнул я, ударив кулаком по столу.
        Но Хоттабыч даже не дёрнулся. Так только, губы поджал и прошептал, едва-едва открывая рот:
        - Да куда мне, старому. Пять минут пешочком пройтись - уже не в моготу.
        Я повернулся к Варваре:
        - Варь, ну этот придурок старый… Но ты-то что?!
        Та так и не подняла взгляда. Только неопределённо пожала плечами, пробурчав:
        - Ой, Сашка… Ты меня видел? Куда вы с такой «поклажей».
        Взгляд на остальных: такие же опустошённые взгляды, такие же поникшие лица. И ни в одном из этих лиц я не обнаружил намерения бежать с нами. Только жалкая безысходность.
        Я отшатнулся от стола, хватаясь за голову. Взглянул на спокойного, как гора, Стёпу:
        - А ты чего молчишь? Скажи им!
        Дядька Степан вздохнул, оторвался от стены и подошёл ко мне, крепко хватая за руку чуть ниже плеча. Мне показалось что на моём бицепсе сошлись стальные клещи. Удивлённо уставившись на дядю, я не сразу понял, что меня куда-то тащат. В дальнюю часть оплота, спрятанную за несколькими увесистыми деревянными колоннами, подпирающими потолок. Лиза с Настей и все остальные остались где-то за спиной.
        - Что творишь?!  - вырвалось у меня. Я попытался высвободить руку, но безуспешно.  - Их нужно отговорить! Они на смерть остаются!
        Но Стёпа не изменился в лице. Только толкнул меня в какой-то угол, покрытый ковром и, присев на корточки, схватился за его край, подняв на меня глаза со словами:
        - Это их выбор. И он верный. А теперь заткнись и давай попробуем сделать так, чтобы вы продержались хотя бы день за стенами базы.
        Договорив и удостоверившись, что я больше не собираюсь раскрывать рта, хоть мне и было что ещё сказать, он отдёрнул ковёр в сторону.
        Под ним обнаружилась широкая половая доска, очевидно отличающая от остальных как своей формой, так и широкой полосой по периметру. Не понять, что это скрытый проход было невозможно. Стёпа взялся за железное кольцо, приделанное к доске, и без особых усилий потянул его на себя, отходя в сторону. Проход с омерзительным скрипом открыл свой тёмный зев, обдав пространство вокруг дымом из пыли.
        Откашлявшись, я заглянул внутрь.
        Вниз от самого пола вела недлинная лестница: всего каких-то восемь ступеней. Пространство подвала, по крайней мере, в высоту, было не очень большим: определённо придётся горбиться. Но, по крайней мере, в нём было светло: внутри по стенам шли такие же гирлянды, как и на улице, питающиеся магической силой свитка.
        Без лишних слов я начал спускаться по охающим от каждого моего шага ступеням. Стёпа залез следом.
        Оказавшись в подвале, я предусмотрительно пригнулся и упёрся макушкой в потолок. И, замерев, завертел головой. Моему взору открылся длинный неширокий коридор. Всю длину его стен заняли грубо сколоченные стеллажи, от пола до потолка, разделённые на полки. И на каждой из полок лежало какое-нибудь снаряжение. Начиная от банального пистолета с заполненным доверху пулями рожком и заканчивая какими-то странными побрякушками-артефактами, которые пришлись бы кстати древним шаманам или колдунам.
        - Лёшку притащить?  - вывел меня из ступора раздавшийся из-за спины голос Степана.
        Я, не оборачиваясь, кивнул.
        Вместе с Видящим мы быстро определились с тем, что нам нужно.
        За годы сосуществования с Кодом мы умудрились скопить определённый арсенал. Для меня это прошло как-то мимо сознания, но теперь я видел, к чему привели ежедневные вылазки. Представьте, что не проходит и пары дней, чтобы ты не вернулся к своим с какой-нибудь добычей: то найдёшь старый бункер, укрытый ветвями в лесу, то наткнёшься на древнюю, как сама жизнь, деревушку, где местные побросали все пожитки и сбежали, спасаясь от виртуальных тварей. Ну, и, конечно же, лут - куда же без него. В мире, заполненным Кодом, этот самый Код встретить не так уж и сложно, и в своё время мы с дядькой Степаном прибили не одно виртуальное исчадие, возвращаясь с добычей. Но, по правде сказать, я и представить себе не мог, что в закромах оплота скопилось столько всего!
        С помощью Лёшкиных рекомендаций и, наверное, с литр крови, вылившейся из его носа, я подобрал в предстоящий поход следующее:
        Бронежилет, дававший в районе торса повышение брони на двадцать пять единиц. Каску с плюсом в броню на десять единиц. Несколько дополнительных рожков с пулями и ещё восемь зачарованных магией пуль, так что последних в моём арсенале стало десять - бедно, конечно, но лучше, чем две. Также, хоть Лёшка меня отговаривал и утверждал, что это позёрство, я взял эльфийский щит, по весу не тяжелее какой-нибудь театральной подделки, но имевший запредельные характеристики прочности, да ещё и абсолютную невосприимчивость к магии и стопроцентную вероятность отразить магическую атаку в обратную сторону. Простите, конечно, но такой артефакт оставлять пылиться в подвале на радость оркам я не намерен!
        Подумав, я подобрал кое-что и для своих немногочисленных спутников. Лере достался амулет невидимости с возможностью использовать его раз в сутки на двадцать минут и дварфский браслет, наносивший урон в половину хит-поинтов, сколько бы их ни было у противника, в случае, если тот коснётся тебя против твоей воли. Как эта вещичка могла действовать в Земных реалиях я понятия не имел, но, если есть такая способность в описании - значит, поверим.
        Сложнее оказалось с Андреем. Конечно, чем лучше мы будем оснащены, тем больше у нас шансов выжить - простая логика. Но после произошедшего я ему не то чтобы не доверял, но относился с опаской и настороженностью. Андрей строил из себя дурачка, но мне и без способностей Видящих было очевидно: он не так прост, как кажется.
        Подумав, я таки перебросил через плечо ещё один меч, примерно тех же характеристик, что и мой, и повесил на пояс пистолет с двумя дополнительными магазинами с обычными и несколькими магическими пулями. Взял то я это для Андрея, но пусть пока побудет у меня. В случае чего отдам, а так мне поспокойнее будет.
        Укомплектовавшись, я почувствовал себя во сто крат уверенней и на какой-то миг даже воодушевился. Но на сердце всё равно скребли кошки. Я оставляю базу, по сути, без защиты. Что будет, когда явятся орки? Чёрт, да я отлично знал ответ, но не хотел себе отвечать…
        Стёпа снял с полки увесистый на вид бластер космо-десантников, чем-то напоминающий усовершенствованную винтовку, только с очень широким дулом.
        - Модель «Проворный Снайпер»,  - вмиг выпалил у меня из-за уха Лёшка.  - увеличенная дальность стрельбы, урон от тридцати до ста единиц, в зависимости от защиты врага. При попадании в голову дебафф «головокружение» - отключка на десять секунд.
        Я кивнул его словам, обернувшись к выходу:
        - Дельная вещь, пригодится.
        - Я остаюсь.  - Ошарашил меня неожиданным заявлением Стёпа.
        Повернувшись обратно, я застал дядю за гляделкой в прицел бластера с таким видом, будто так и надо. Следующие слова дались мне с трудом:
        - Как?.. И… и ты?!
        С тяжёлым вздохом Степан опустил оружие и улыбнулся мне. Голос его был донельзя спокойным и даже весёлым, что совсем не складывалось с ситуацией:
        - Ну, послушай. Вы далеко на своих двоих не убежите. А так я дам вам лишние минуты. Может, часы - кто знает? В любом случае лучше уж так. Да и… сам знаешь, я уже не тот, каким ты меня знал. Мне скакать, как горному козлику, не резон… К тому же,  - он расхохотался.  - Разве ты не знаешь, что капитан последний покидает тонущий корабль?
        - Да, а первыми его покидают крысы.  - Процедил я, до боли стискивая кулаки.
        Повесив бластер на шею, дядя шагнул ка мне и ухватил за плечи. Заглянул в глаза. Я постарался не отвести взгляд.
        - Послушай.  - Проговорил он доверительным шёпотом.  - Если тот ублюдок, этот Андрей… Короче, если он говорит правду, то… Понятия не имею, что тебе придётся вынести, но ты, чтоб тебя, должен всё выяснить. Ясно? Найди это треклятое ТДП и покончи со всем! Слышишь? Может быть, это прозвучит и пафосно, даже глупо, знаю, но… Не дай нам сгинуть за просто так. Спаси этот уродский мир. А там посмотрим. Может, у нас, дураков, ещё не всё потеряно, а?
        - Я…  - в этот миг мне безумно хотелось стукнуть Лёшку, чтобы тот провернул свой фокус с проникающей в голову успокоительной прохладой. Потому что на глаза наворачивались слёзы.  - Я не смогу.
        - Кто не сможет?! Ты?!  - заржал Стёпа, больно шлёпнув меня по плечам.  - Да если не ты, то кто?! Посмотри на себя! Ты же мужик! И всегда им был! А теперь всоси слёзы,  - перешёл он на более низкий угрожающий тон.  - Ты сейчас выйдешь к Лерке. К малышке Насте. Они не должны видеть твою слабость. Они должны свято верить, что ты - каменная стена, которая их укроет. Понял меня? Ну?!
        Словно сквозь пелену застелившего всё вокруг тумана я кое-как выдавил «Да»…
        Мы стояли у внешних ворот, впервые лишённых своего извечного стража Хоттабыча, и смотрели на виднеющийся впереди козырёк оплота. Андрей уже нетерпеливо ждал нас за стенами базы, но не решался окликнуть.
        Мы прощались с домом.
        И с семьёй.
        - Идём.  - Дёрнула меня за рукав Лера.
        Я попятился, не решаясь отвернуться, и запоминал. Каждую дощечку, каждый огонёк, слепящий глаза в эту особенно тёмную ночь. Но в итоге мне всё же пришлось обернуться. Лицом к страшной пасти чёрного леса, на фоне которой застыл силуэт Андрея, держащегося за лямки рюкзака.
        Поравнявшись с ним, я щёлкнул по кнопке на приютившемся на груди фонарике, и тот ударил тусклым лучом вперёд, едва обозначая дорогу. То же самое сделали и Лера с Андреем.
        Мужчина шагнул ко мне и поинтересовался:
        - Ну? И куда, кэп?
        Мне захотелось хорошенько вмазать ему за этот насмешливый тон. Но я сдержался. И выговорил сквозь плотно сжатые губы:
        - В Питер.
        - Куда?!  - это, кажется, воскликнули одновременно все.
        - Вы слышали.  - Огрызнулся я и двинулся вперёд, не желая выслушивать возражения, которые наверняка последуют, стоит им отойти от этой новости.
        А я… Что я? Просто шёл.
        Навстречу неизвестному.

        Глава 2

        Солнце только заглянуло на небосвод: его лучи проникали сквозь густые кроны деревьев и падали на землю тысячей крохотный светлячков. Сквозь них, обдавая округу странным гулом, будто усиленный многократно стрёкот кузнечика, пронеслось шесть теней.
        Они лавировали меж плотно уставленными стволами деревьев, не сбавляя хода. И невозможно было различить в этой странной лесной гонке даже слабые очертания нездешних теней: они будто намеренно избегали широких лучей солнечного света, извиваясь под невиданными углами, подобно голодной змее во время охоты.
        И, так же как и змея, преследующая добычу, тени знали, куда держат путь: ведь высоко в небе их вела вперёд своим воем шестёрка роя.
        Но вдруг стрёкот кузнечика дополнил ещё один звук, резкий и неожиданный. Звук выстрела, эхо от которого разбежалось по лесу стремительной волной. Затем, спустя мгновение, ещё один выстрел. И горгулья, расправив продырявленные насквозь крылья, камнем ухнула вниз.
        Тени замерли - довольно быстро, если учесть скорость их передвижения - перед переломанным телом провожатого, разлёгшегося в густой траве и едва дышащего. И солнечный свет наконец выхватил застывших гостей.
        С шести повисших в воздухе мотоциклов спешились орки, пригибаясь и оглядывая открывшийся им частокол спрятавшейся в лесу базы. Горгульи не обманули: они на месте.
        Вождь Рылграг поднял ручищу над головой и сжал в кулак. Последовавшие было за ним по пятам сородичи, поняв сигнал, сразу же затоптались на месте. А Рылграг прищурился и выпятил челюсть:
        - Кто стрелял?
        Ещё один грохот выстрела был ему ответом. На этот раз он задел плечо стоявшего справа и сзади от вождя орка. Тот взревел не своим голосом и повалился на землю, хватаясь за рваную рану, из которой сочилась зловонная жижа, заменявшая оркам кровь.
        - Именем Груумша!!!  - воскликнул Рылграг, наблюдая, как полоса жизней подстреленного воина упала чуть ли не на половину.
        И тут же отпрыгнул назад от взорвавшего землю в том месте, где он только что стоял, смертоносного луча. «Игрушки космолётчиков!» - успел с ненавистью подумать вождь, ныряя в сторону за укрытие толстого ствола дерева. Остальным не нужным были приказы: орки бросились в рассыпную, оттащив в укрытие и раненого.
        - Он там определённо один. Обезвредь стрелка!  - шикнул на выглядывающего из-за дерева шамана Рылграг.
        Орк кивнул и высунул нос из укрытия, выискивая взглядом снайпера. Но лишь только заслышал потрясший округу грохот, дёрнул головой обратно, уходя с траектории выстрела. Луч попал в землю у его ног, а стрелок затих, ожидая более подходящего случая.
        Шаман расплылся в улыбке и поднёс ко рту ладони, нашёптывая в них заклинание. По мере колдовства меж его широких пальцев начали проскальзывать голубые искры. Когда же шаман закончил, в ладонях орка уже вовсю искрился электрический шар, будто застывший клубок из молний.
        Заревев, шаман выпрыгнул из-за дерева и метнул магический шар в сторону укрытия стрелка. Ему хватило мгновение, чтобы вычислить, откуда шёл выстрел. Не зря в клане его прозвали «Разящим Ястребом». И даже если снайпер успел что-то заподозрить и попытаться скрыться, радиус поражения молнии - несколько десятков метров. Промаха быть не может.
        Но, как бы быстро ни летело заклинание, брошенное могучей рукой орка, выстрел из бластера всё же куда как расторопней. Очередной грохот - и шаман зарычал от нестерпимой боли, скребя когтями по продырявленной груди. А в следующую секунду, не успел орк повалится на землю, магический шар достиг своей цели, обрушившись на спрятавшегося за одной из щелей между кольями противника.
        Послышался шум, напоминающий взрыв от гранаты, и на мгновение весь лес покрылся сплошным ярким бельмом, как бывает, когда молния искрится совсем рядом.
        Орки выждали ещё с минуту. Рылграг, ухватившись за секиру, выпрыгнул из-за дерева и бросил призывный взгляд на частокол, словно приглашал снайпера выстрелить и в него. Но выстрела не последовало - и тогда ощерившийся страшной улыбкой вождь склонился над булькающим кровью шаманом.
        - Как ты, Ястреб?
        - Жить буду…  - орк, хмыкнув, поднёс ладони к ране и прохрипел странные гаркающие звуки.
        От его пальцев к ране протянулись тонкие шевелящиеся полосы света, и кровоточащая дыра начала сама собой обрастать мясом и кожей. Рылграг взглянул на полосу жизни сородича. Оказавшись на самом дне, едва-едва теплившаяся на грани жизни и смерти, она медленно поползла вверх.
        Вождь ободряюще шлёпнул шамана по плечу, поднимаясь:
        - Вылечишь тог неудачника.  - Указал он на морщащегося раненого в плечо орка.
        Получив одобрительный кивок, Рылграг жестом указал остальным троим следовать за ним.
        Пройдя мимо горгульи, что-то пытавшейся шипеть, вождь великодушно обезглавил её, пнув голову разинувшей пасть твари в кусты, и прошёл в ворота базы, оглядываясь.
        Обнаружить место, где засел устроивший неприятную засаду стрелок, оказалось несложно: слева, подняв клубы так и не рассосавшейся пыли, раскиданы балки и доски, из которых, видимо, снайпер соорудил себе импровизированное лежбище, для лучшего обзора. Конечно, эта никчёмная хлипкая конструкция не выдержала залпа заклинанием среднего класса.
        Сама причина переполоха оказалась чуть дальше, в нескольких метрах от частокола: похоже, стрелка откинуло туда ударной волной. Рылграг вальяжно направился к распластавшемуся на земле, чуть дёргающемуся телу в садистском предвкушении. Он знал, что заклинание, которым воспользовался его шаман, ни в коем случае не убьёт жалкого хюмана: лишь обезвредит, нанеся незначительный урон.
        Всё оказалось именно так, как он и думал.
        Стрелок был крупноват для обычной хюманской особи. Имел длинные волосы, которые успела тронуть седина, и густую бороду. Будучи вполне живым и лишь только парализованным, снайпер скосил полный презрения и толики необъяснимого злорадства взгляд на приблизившегося к нему вождя.
        Рылграг припал на колено, протянув руку к валяющемуся тут же бластеру, до которого стрелок пытался дотянуться трясущимися пальцами. Покачал головой, оглядывая вещицу:
        - Знатное оружие. Чуть не убило моего шамана. Себе оставлю.  - Протянув бластер тут же принявшему его воину, вождь посмотрел в глаза бесстрашно ответившему ему взаимностью снайперу. И загоготал.  - Ты подстрелил двух моих воинов. Ты достойный хюман. Хоть и слабый,  - с досадой зажевал губу Рылграг, вглядевшись в полосу жизни стрелка, которая умудрилась потерять две трети процентов всего лишь из-за какого-то парализующего заклинания, подумать только!  - Как твоё имя?
        Слова давались хюману явно через силу:
        - Степан. Зеленокожая ты мразь…
        Вождь обернулся к сородичам, и они дружно заржали.
        Отсмеявшись, Рылграг поднялся и указал на Стёпу. Один из орков шагнул к нему и, бесцеремонно схватив за волосы сцепившего зубы хюмана, потащил, волоча по земле, следуя за внимательно оглядывающим округу вождём.
        Вдруг, когда процессия преодолела внутренние ворота, не встретив ни одного местного, где-то впереди послышался шум выстрела. Два орка вмиг ринулись в направлении источника звука - вождь остался терпеливо ждать.
        Затем базу сотрясло ещё несколько выстрелов, отчего в голову Рылграга закрались опасения. Он оттолкнул волочившего Степана сородича и поднял хюмана за шкирку, заливая его слюной от несдержанного рычания:
        - Что там происходит?! Что вы задумали?!
        Но на лице Степана вместо страха застыла маска вводящего в ступор победоносного счастья. Рылграгу было знакомо такое лицо. Так может выглядеть герой, победивший в, казалось бы, безнадёжном сражении. Но он то держал беспомощного хюмана, дни которого сочтены! Тогда что? Неужто он что-то упустил?
        - Ты получишь дырку от бублика…  - проскрежетал довольный Стёпа.  - Гандон.
        Вождь хотел было вырвать этому говорливому мясу руку, или ногу, но не успел решить - послышалось какое-то копошение, звук удара, и через несколько секунд убежавшие в сторону шума выстрелов орки вернулись с дёргающимся в их ручищах сухоньким старичком, длинная белоснежная борода которого влачилась за ним следом.
        Рылграг разжал пальцы, бросив Степана на землю, и вопросительно приподнял бровь, кивая на старика.
        - Васька…  - простонал Стёпа, как будто ему только что прострелили колено.  - Ну твою ж мать…
        - Прости,  - стыдливо потупил взгляд Хоттабыч, повиснув в исполинских, в сравнении с ним, лапах зеленокожих безвольной куклой.  - Себя не успел…
        Один из тащивших старика орков отпустил руку Василия и приблизился к вождю, боязливо протянув винтовку, что держал в другой руке. Его страх перед Рылграгом можно было понять: то, что он собирался сообщить вождю, ему не понравится.
        - Там,  - начал, оставив в руке Рылграга винтовку и отойдя на шаг, орк.  - Трупы. Толстая женщина, какие-то старики и старухи. Этот,  - кивнул воин на поникшего Хоттабыча.  - Их всех из той пукалки застрелил. Когда мы ворвались, хотел застрелить и себя. Но оружие заклинило.
        Лицо Рылграга почернело. Он стиснул кулак, в котором держал никчёмную палку, называемую по недомыслию оружием - винтовка с хрустом сломалась пополам.
        - Хюманы…  - раздражённо процедил вождь, отбрасывая в сторону кусок «палки».  - Всё время удивляете. Казалось бы, глупые и никчёмные твари, в которых дунь - сломаетесь пополам. Но у вас всё время откуда-то появляется несвойственная вашему роду доблесть…
        Рылграг приблизился к Хоттабычу, которому не давал упасть держащий его орк, и присел на корточки, приподняв пальцем за подбородок голову старика так, чтобы смотреть ему в глаза.
        - Хюман на лошади,  - пробасил вождь, начиная терять терпение.  - Мы знаем, что он прибыл сюда. Он здесь? Наверняка, нет… Тогда куда он направился?!
        Но вместо того чтобы ответить ему, Василий поднял взгляд на Степана, с видом, будто никого другого здесь нет. И проговорил присущим ему в тяжелых ситуациях стальным, не терпящим препирательств, голосом:
        - Они нас будут пытать, Стёп. Я старый, долго не протяну. А ты крепкий. Терпи, понял меня? Дай детишкам форы…
        Хоттабыч с облегчением дождался полного решимости Стёпиного кивка и затих. А Рылграг, поняв, что большего от этих двух не добиться, тяжело вздохнув, поднялся, давая своим указания. И посмотрел вверх, на вовсю палящее солнце.
        Этот день покажется хюманам особенно жарким.

* * *

        Почему-то казалось, что ноги утопают в земле. Как будто почва старается откусить тебе ногу, настойчиво цапая ботинки острыми клыками. Бежать было тяжело. Но переставать бежать - нельзя. Перейдём на шаг, и рухнем от усталости. Нужно пробежать как можно дальше. Только когда отрыв будет достаточным, чтобы не ощущать проникающего в самую душу холодного страха, только тогда я позволю себе и остальным отдых.
        Мы бежали всю ночь и до самого утра, лишь иногда переходя на лёгкую трусцу, чтобы прийти в чувства. Немалую проблему доставляло то, что здешние места были не то что не пригодны для путешествия - они просто-напросто непроходимы! Земля здесь бугрилась непрекращающимися волнами, то и дело подбрасывая под ноги кривые куски корней или будто специально подброшенные камни. Не сказать, чтобы и до Разлома здешние леса и тропинки славились облагораживанием, а уж после, когда миры Кода наслоились на Земную реальность…
        Не раз нам встречались локации Кода, абсолютно случайно разбросанные тут и там. Мы прошмыгнули мимо лежбища кентавров, чуть было не попавшись на их невероятный нюх. Прошли по самой границе с кладбищами, которые теперь принадлежали Некрополису, так что не раз пришлось огибать целые пласты территорий просто потому что повсюду бродили хрипящие высокоуровневые умертвия, с которыми не справишься магической пулей, а если и попытаешься, то привлечёшь целый выводок скелетов, зомби и личей.
        Мой план был до банального прост: обогнуть Москву справа, а после двинуться прямиком на северо-запад, к Питеру. Но, конечно, жизнь, как обычно, вносила свои коррективы: многие места Московской области были заняты либо небольшими колониями космо-десантников, либо кланами демонов, попавших под власть Некрополиса. Ну, и, конечно же, сами некроманты с нежитью - куда же без них.
        Так что потихоньку нас оттесняло западнее запланированного маршрута. И по итогу мы чуть ли не сместились к местам, бывшими до Разлома опоясывающим Москву кольцом. МКАД, если быть точнее. Только теперь его, конечно, заменила окружившая новый Некрополис стена, возведённая некромантами.
        В общем, стоит ли говорить, что дело - дрянь.
        Ещё больше проблем, конечно, доставляла разношёрстность нашей компании. Если Андрей, судя по его внешнему виду, привык к таким марафонам и не ощущал дискомфорта, не издав ни писка за весь день бега, и мне, ежедневно покидавшему базу в поисках добычи на многие километры, тоже такое было по силам, даже несмотря на груз в виде Лёшки и обмундирования, то с остальными оказалось сложнее.
        Лера начала спотыкаться на первых же часах бега. И мы стали всё чаще и чаще замедляться, чтобы она смогла выдержать темп, при этом ещё и неся на руках обхватившую её шею Настю. Сколько раз она выходила за территорию базы? Чёрт, да все её телодвижения сводились к бытовым будням: стирка, готовка, уборка… А потом время в размышлениях. У Леры были сильные руки и крепкие плечи. Но не ноги. А дыхание - так то вообще оставляло желать лучшего: я услышал тяжёлую отдышку за спиной почти сразу, не успело даже солнце взойти.
        В какой-то момент я предложил передать Настю в руки Андрею, на что тот охотно согласился. Да и Лера просияла в облегчении: нести на бегу пусть и маленькую, но заметно утяжелявшую и так почти непосильную для неё ношу девчонку было выше её сил.
        Но тут выяснилась новая проблема. Настя наотрез отказалась даже касаться мужчины, впав в такую дикую истерику, что нам единственный раз за всё время невольного путешествия пришлось замереть и укрыться за ближайшими кустами, опасаясь, что Код может услышать.
        Попытки разъяснения надобности такой рокировки ни к чему не привели. Настя ревела, пускала слюни, и вела себя просто ужасно: я и подумать не мог, что Видящие вообще способны на проявления каких-то сильных эмоций. А тут - на тебе… Ничего не вышло даже когда Лёшка попробовал вступить с ней в диалог: да он особо и не старался, паршивец мелкий. Тогда я, потеряв всякое душевное равновесие, попытался всучить эту эгоистичную козявку Андрею силой.
        В следующий миг мир вокруг меня несколько раз перевернулся.
        Я подлетел в воздух от мощнейшей ударной волны, которую послала в нас верещащая на уровне сирены Настя. И, умудрившись кое-как извернуться, рухнул не на спину, а на бок, больно приложившись о твёрдую почву плечом, но не задавив своим телом Лёшку. Та же участь постигла и Леру с Андреем. Благо, все отделались лишь незначительными синяками. После этого попытки убедить ребёнка прекратились.
        Но проблема осталась: следующий час Лера со своим плаксивым грузом бежала так медленно, что отставала уже на метров пятьдесят: мы чуть было не потеряли её из виду. Тогда я принял решение и, сцепив зубы, взял Настю на руки: та, слава господству разума, не возражала.
        И пусть Лера заметно прибавила в беге, теперь уже отставая лишь на считанные шаги, я же чувствовал себя всё хуже и хуже. Тяжесть ноши вдавливала меня в землю с такой силой, что последние часы я бежал уже не чувствуя ног, подстёгиваемый лишь чувством страха, который порой может сотворить из человека настоящего супермена.
        Вот только ничто не вечно.
        Я остановился, закинув голову и жадно хватая жгущий лёгкие огнём воздух, когда солнце уже окрасило горизонт алыми мазками, стремясь убраться с небосклона и выставить сменщика-ночь. Настя была поставлена на ноги, Андрей, остановившись рядом, чуть присел, опёршись руками о колени, а Лера так вообще повалилась на землю, хватаясь за горло и дыша так сипло, что я испугался, как бы она не выхаркала лёгкие…
        Лёшка оглядывал нас с безразличной беспечностью.
        Сколько мы пробежали? Тридцать километров? Больше… До МКАДа - рукой подать. Я уже начинал ощущать трупный запах проклятых некромантов. Да и кладбищ вокруг Москвы успело наплодиться… В общем, мы оказались в месте, абсолютно не пригодном для передышки. Но, взглянув на бледную, как смерть, Леру, я не смог заставить себя объявить продолжение марафона. Да и сам я, что скрывать, чувствовал себя не лучше, и не валился точно так же лишь потому, что вновь и вновь прокручивал в голове напутственные слова дядьки Степана: «Они не должны видеть твою слабость. Они должны свято верить, что ты - каменная стена, которая их укроет…». А если эта «стена» сейчас свалится без чувств, то на что можно рассчитывать? Но мышцы ног отказывались повиноваться, а всё тело будто кто-то часы колошматил палками: сложно было даже пошевелить пальцами.
        - Нам туда…  - вывел меня из ступора тяжёлый, с придыханием, голос Андрея, указывающего куда-то в сторону.  - Я эти места знаю, вырос неподалёку. Там, дальше, Коренёвский карьер. Пляж. Можем там остановиться. Передохнуть.
        - Карьер? С водой?  - выдавил я из полу-онемевшего рта.  - И что, пить можно?
        - Да-а-а… почему нет то?!  - хохотнул Андрей. И откуда у него на лишние эмоции только силы берутся? Мне вот казалось, что даже моргнуть не получится.
        - Лере поможешь?  - с надеждой спросил я, не решаясь сказать, что и сам на своих двоих боюсь не дойти.
        Благо, Андрей кивнул и подошёл к охающей при каждом движении девушке, приподнимая её за локоток. А мне оставалось только покачать головой. Кто этот Андрей? Бывший спортсмен, что ли? Или он так поднаторел в выживании в одиночку, что может без видимых последствий преодолевать такие расстояния? Его лошадь то мы оставили на базе, так как всё равно в ней не было никакого смысла: уместить нас всех на себе она всё равно бы не смогла, и привлекла бы слишком много внимания своим запахом.
        По мере того как мы шагали к карьеру (ну, кто шагал, а я хромал), я поневоле оглядывал окрестности. Жуть… Все дома, некогда составлявшие свой небольшой городок, снесены подчистую, на их местах - сплошь раскалённые долговечной магией воронки, от которых к небу тянулись тонкие полосы чёрного дыма. Жалкое зрелище. Лишний раз напоминающее о той беспросветной безнадёге, в которую канули мы, люди. Хюманы, чтоб его.
        Даже небо здесь будто навечно затянуто чёрными и красными от исчезающего за горизонтом солнца тучами. Как, собственно, и над Москвой: говорят, магия Некрополиса поддерживает над городом бессменную пасмурную погоду, в угоду размножению своих умертвий и лучших условий для зиккуратов.
        Как ни странно, Коренёвский карьер остался нетронутым прудом в окружении всего этого мрачного запустения. Его не разворовали на водяных элементалей маги, не высушили своими пушками космолётчики, не разворотили бомбами. Даже пляж вокруг пруда остался невредим, так что мне в каком-то смысле стало неуютно. Будто мы попали на крохотный островок-оазис среди бесконечной жестокой пустыни. И когда во тьме показывается проблеск света, ты начинаешь задаваться вопросом: а с чего такой подарок? А не закроет ли этот свет ещё более непроглядный клок тьмы? Меня всегда успокаивала стабильная серость жизни, и до дрожи пугали счастливые моменты. Наверное, боялся поплатиться за них чем-то ужасным.
        Как итог, не знающий усталости Андрей раздобыл хвороста, сложив из него вполне достойную кучку для костра, и поджёг её (что странно - я не заметил у него никакого огнива, или другого инструмента). Огонь, с треском и чавканьем пожирая сухие ветви, разгорелся быстро и вовремя: округу поглотила тьма ночи.
        Лишь только алый свет от костра растянулся на метры вокруг, охватив собой всю нашу компанию, мне стало спокойно и даже хорошо: я протянул к огню ноги и прикрыл глаза, ощущая, как тепло и отдых возвращают моему телу силы. На какое-то время я забыл где мы, зачем и куда. Просто впитывал в себя кусочек света, свой личный оазис, который вдруг возник в этом богом забытом месте, вопреки всему.
        Но меня вернул в реальность плеск у самого уха. Открыв глаза, я посмотрел на рассевшегося рядом Лёшку, деловито наливающего в походную кружку воду из увесистой фляжки.
        Вода…
        Я покосился сначала на пруд, расположившийся от нас в нескольких шагах, затем на Андрея, развалившегося на песке с закинутыми за голову руками. И, вспомнив его ненароком брошенную фразу, поднялся и подошёл к мужчине.
        - Пойдём, наберём хвороста.
        - Чего?  - взглянув на меня, Андрей сел и глупо заулыбался.  - Каким хворостом? Вот же его, куча!
        - Мало его.  - Настоял я.  - Ещё надо. Идём.
        Наверное, всё же он услышал что-то такое в моём голосе, отчего перестал задавать вопросы и ловко вскочил, потирая руки:
        - Ну пойдём.
        Я заметил, как Видящие и Лера проводили нас взглядами. Но промолчали. Разве что Лера пробурчала что-то неразборчивое, но не более того.
        Мы с Андреем прошли через какие-то кусты, пересекли несколько деревьев, одиноко приютившихся у пруда и, наконец, отошли так далеко от импровизированного лагеря, что я решил больше не медлить и остановился, обернувшись к мужчине. Тот в ответ включил свой нагрудный фонарик и с улыбкой покачал головой:
        - Мы ведь не за хворостом шли?..
        Вместо ответа я выставил перед собой автомат, прицелившись Андрею в голову, со словами:
        - Как ты снял ошейник?
        - Что?!  - в который раз за последнее время на лице Андрея отразилось удивление вперемешку с непониманием.
        - Попав к нам на базу,  - стал терпеливо разъяснять я.  - Ты сказал, что в Питере на тебя надели ошейник с датчиком слежения. Как ты его снял, чтобы сбежать?
        Андрей открыл было рот, но тут же сомкнул губы так, что те превратились в тонкую полосу. Молчал.
        - У тебя нет ответа.  - Подвёл я итог очевидному, держа палец на спусковом крючке.  - Ладно. Тогда другой вопрос. Где ты родился?
        - В этих местах, говорю же.  - Пожал плечами Андрей. В его интонации мне послышались стальные мрачные нотки.
        Я не выдержал и усмехнулся.
        - В этих местах. Ага, как же. Ещё пятнадцать лет назад по всем новостным каналам виртуала трубили о куче заболевших детей, купавшихся в этом пруду!  - дёрнул я головой в сторону Коренёвского карьера.  - Здесь кишечной палочки было больше, чем воды. Значит, можно пить, а? Ни хрена он у тебя самоочищающийся, а?!
        Андрей молчал. Я расценил его молчание как отсутствие какого-либо ответа. И поэтому задал последний, самый главный и волнующий меня вопрос:
        - Кто. Ты. Чтоб тебя. Такой?
        Снова молчание. Меня, по правде говоря, уже начало трясти от бешенства. Но при этом не мог в него выстрелить. Знал, что не получится, как бы мне этого ни хотелось. Я-то на него автомат наставил так, чтобы припугнуть. А теперь вот как неловко получается… Так мы и стояли, молча, наверное, выглядя очень комично со стороны.
        Пока я не моргнул.
        И тут Андрей просто исчез. Точнее, не так - он смазался в воздухе, будто неожиданно включился режим быстрой перемотки. А в следующий миг я почувствовал обжигающую боль в онемевшей кисти и выронил автомат, вскрикнув. Что случилось дальше, я так и не понял. Но по итогу оказалось, что я подвешен в воздухе, молотя ногами и не находя ими землю, а меня за шею держит поднявший моё тело одной рукой Андрей. Я ухватился за его руку, пытаясь хоть как-то перенести давление с шеи. Дыхание перехватило, глаза полезли из орбит.
        Под тусклым светом фонаря лицо Андрея выглядело иллюстрацией из ужастика. Я даже подумал было, что это конец. Сам не знаю, почему. Но мне отчего-то показалось, что стоит этому худощавому на вид мужчине чуть сильнее сжать пальцы, и я рухну обмякшей куклой с переломанной шеей.
        - Я не злой, Саш…  - услышал я сквозь шум в ушах голос Андрея, а затем почувствовал под ногами землю.  - Просто поверь.  - Он отпустил меня и отошёл на пару шагов, приподняв руки с раскрытыми ладонями, будто извинялся.  - Знаю, это сложно, но я не могу рассказать всего. Но ты поверь. Я согласился пойти с вами в Питер… туда, откуда сбежал. Если бы я хотел вам что-то сделать, то, не сомневайся, сделал бы, уже давно.
        Пока я откашливался, стараясь прийти в себя, он поддел носком ботинка валявшийся рядом автомат и подкинул его мне.
        Поймав оружие, я намеренно медленно повесил его обратно через плечо. Оглядел всё так же стоящего с поднятыми руками мужчину и… открепил один из мечей, кинув его удивлённому внезапным подарком Андрею. А после отстегнул от пояса пистолет и пару запасных магазинов, проделав с ними то же самое.
        Андрей смотрел на меня с вытянутым от удивления лицом. Чёрт, как же легко его, оказывается, вывести из равновесия!
        - Считай это чем-то вроде знака доверия.  - кивнул я на оружие в его руках.  - Хотя, вру. Ни хрена я тебе не доверяю. Но, случись что, один я точно не справлюсь. Так что постарайся не продырявить мне спину…
        Больше не говоря ни слова, я прошёл мимо него, возвращаясь к костру. Спустя какое-то время вернулся и Андрей - с мечом за спиной и пистолетом на поясе.
        Поев и устроив себе что-то вроде подушек из походных мешков, мы легли спать, настолько уставшие, что и речи не могло идти ни о каком карауле. И если бы я только знал, чем позже нам это аукнется…
        В полудрёме я ощутил, как кто-то тыкает меня в бок. Сначала я подумал, что это Лёшка ворочается и, пробурчав что-то недовольное, перевернулся в другую сторону. Но затем почувствовал ещё один толчок, намного больнее, и, рыча, сел, с трудом разлепляя сонные глаза.
        Солнца не было. Всё ещё стояла глубокая ночь, и я, собравшись с мыслями, клятвенно пообещал прибить того умника, что решил разбудить меня ночью!!!
        Костёр едва теплился, но в свете огня всё ещё можно было что-то рассмотреть. Лёшка с Настей сидели подле меня, бодрствующие, а рядом с ними присел на корточки Андрей. Вот, значит, на кого падёт мой праведный гнев…
        - Тихо-тихо!  - тут же перешёл в оборону мужчина, выпрямляясь так, чтобы я не достал до его лица. Ничего, придурок, у тебя есть ещё одно слабое место, пониже…  - Беда. Лера пропала.
        Я замер с занесённым для удара кулаком. Мой мозг спросонья работал как очень древний, тормозящий компьютер. Ему требовалось время, чтобы прогрузиться и всё осмыслить. Лера. Пропала… Какого?!
        - Когда?!  - вмиг подскочил я, проверяя, на месте ли оружие.
        - Не знаю…  - неопределённо повёл плечами Андрей, глянув на детей. Но и те понятия ни о чём не имели, судя по красным глазам тоже проснувшись вряд ли намного раньше меня.
        - Может, отлить отошла?  - предположил я, озираясь, будто пытался отыскать девушку взглядом и удостовериться, что переполох преждевременный.
        - Я тоже так подумал.  - Кивнул Андрей.  - Будить вас просто так не хотел, по пустяку. Но её нет вот уже минут двадцать…
        - Может, запор?  - сделал я последнюю жалобную попытку.
        Андрей, сморщившись, покачал головой. М-да, согласен. Но стоило попытаться.
        - Ладно…  - немного подумав, принял я решение.  - Так. Вы все остаётесь здесь. Пока я не вернусь или до рассвета. А там… Не знаю. Попытайся найти выживших,  - обратился я конкретно к внимающему Андрею.  - И оставь у них детей. Чтоб были в безопасности. А потом, если у тебя есть яйца…
        - Все два,  - хохотнул тот.  - Понял тебя. В случае чего, сделаю всё, чтобы добраться до ТДП. Не переживай.
        - Я с тобой!  - вклинился в разговор Лёшка.  - Хватит говорить так, будто собираешься уйти и не возвращаться! Это территория Некрополиса, со мной у тебя будет больше шансов!
        - Молчать, кочерыжка!  - прожёг я взглядом замершего с открытым ртом мальчугана.  - Мне и этой истерички хватило!  - Указал я на Настю. Я не делал скидки на возраст детей, зная, что их восприятие мира порой намного превышает критерии взрослых. Потому меня и взбесила выходка девчонки, из-за которой мы потеряли, возможно, драгоценные часы.  - А теперь слушаем внимательно. Вы. Оба.  - Присел я перед Видящими.  - Остаётесь с ним.  - Кивок в сторону Андрея.  - Без разговоров, без жалоб, поняла, Насть? Может, я вернусь через пять минут. Может, под утро, с Кодом, сами знаете, никогда нельзя быть ни в чём уверенным. А тут… Помните, что Хоттабыч всегда говорил?
        - Если происходит что-то необычное,  - процитировал старика поникшим голосом Лёшка.  - То это наверняка Код.
        - Именно,  - потрепал я мальчугана по голове, вставая.
        Больше мне ничего не хотелось говорить. Не выспавшийся, злой, и напуганный, я оставил их за спиной, пройдя к тому месту у костра, где ложилась спать Лера.
        «Они должны свято верить, что ты - каменная стена, которая их укроет…»
        Присев возле брошенного Лерой мешка, включил фонарик и облегчённо выдохнул: остались следы. Значит, она действительно ушла совсем недавно, хотя и не сказать, что только что. Чертыхаясь и стараясь казаться уверенным, а не дрожащим от ужаса, я двинул по следам в сторону виднеющейся вдали жиденькой рощицы, ощущая на своей спине три провожающих взгляда.
        Дядька Степан учил меня выслеживать дичь. Загонять добычу, преследуя её многие-многие километры. Конечно, гоняясь за зверьём, ты никогда не сможешь держать с ним один темп: почему-то природа в этом плане насмехалась над человеком, делая его намного медленнее зайца, лисы, волка или оленя. Но ты можешь выяснить, куда тот направился, если знаешь, как. В этом не всегда помогут следы - точнее, не следы в виде отпечатков лап или копыт. Другие - невидимые обычные глазу, но вполне находимые, если знаешь, где и как искать.
        Следы закончились у самой рощицы - дальше пришлось сложнее, особенно с таким светом, который давал крохотный нагрудный фонарик. На мгновение я ощутил слабость вернуться и всё-таки забрать с собой Лёшку: его дар мог позволить без проблем отыскать Леру и не вглядываясь в темноту. Но тут же дал себе мысленную оплеуху. Беспомощного мальчишку прикончит что угодно, стоит только задеть хилое детское тельце. На такой риск я не мог пойти. Я же шустрый, скроюсь, если что…
        Мне очень хотелось в это верить.
        Выйдя из рощи, ориентируясь по протоптанной девичьими ногами тропке, я оказался на месте, которое когда-то было тротуаром и дорогой. А дальше - сплошные воронки, отчего казалось, будто я попал на один из кругов Ада - настолько страшным казалось мне это зрелище теперь, когда я остался один, хоть и с оружием.
        Сглотнув, я двинулся дальше, стараясь представлять себе, что просто появился на одной из локаций «Techno-Magic», забыв о том, что не будет ни запасной жизни, ни загрузки сохранения… У меня есть задание. «Спасти Леру». Плюс десять тысяч к опыту и приз в виде долбанутой бабы, которой взбрело в голову прогуляться рядом с Москвой! Ночью! Так, вдохнули-выдохнули, возвращаем самообладание… Я медленно зашагал вперёд, бешено вращая глазами и держа наготове автомат, стараясь припомнить, сколько в магазине зачарованных пуль.
        И одновременно с этим высматривал то, что может дать мне подсказку. Выжженное к чертям поселение - это тебе не лес, где каждая веточка и травинка может направить на верный путь. Я успел выяснить примерное направление Леры - точно на Запад. И теперь старался отыскать хоть что-то, что могло бы помочь прояснить её дальнейший маршрут. Куда она пошла? Может, свернула налево? Может, вправо? Или продолжила идти вперёд, между воронками? Гадство… Так я просто-напросто заблужусь! Нет - я остановился, глубоко призадумавшись - тут нужно действовать иначе. Как?
        Если происходит что-то необычное, то это наверняка Код… Будем искать что-нибудь, похожее на следы Кода - ему, в отличие от людей, намного проще наследить. Да, зацепка - так себе, но это лучше, чем ничего.
        Но, как ни странно, след Кода действительно нашёлся, причём почти сразу как я, внимательно щурясь, кружился, осторожно продвигаясь по дороге на Запад. Свет фонаря выловил какой-то проблеск у одной из воронок. Приблизившись к нему и вглядевшись в силуэт похожего на небольшую серебристую лужицу следа, я узнал в нём след стопы. И, не имея возможности шуметь, раскрыл рот в немом приступе.
        Вампиры. Да вы издеваетесь?!
        Эту особенность клыкастых чуваков, любящих готические замки, кровь и расчленёнку, выяснили игроки светлых рас ещё во времена существования «Dark and Light». Если ночью свет выловит место, где прошёл вампир, то его следы подсветятся очевидным серебристым оттенком, как будто кто-то специально нарисовал их краской. Не знаю, то ли это был какой-то баг, то ли такая особенность была запланирована изначально, но это неплохо помогало игрокам, выбравшим класс ведьмаков, выслеживать вампиров и расправляться с ними. Будучи паладином, я тоже не редко посещал локации тёмных кровососов, сражаясь с последователями Некрополиса, и прекрасно знал о подобной штуке. Видимо, эта особенность перекочевала и через Разлом. Худо, как же это худо!!!
        Мозг сразу заполонили мысли. Леру схватили вампиры? Но ведь у неё был артефакт, дварфский браслет, наносящий урон тому, кто к ней прикоснётся без позволения. Почему не сработал? Или сработал, но раньше? Или она не сопротивлялась? Но ведь могла же спрятаться: у неё был амулет невидимости! Что, унюхали? Почуяли кровь? Что они с ней сделали?!
        Я снова задышал, успокаиваясь. И попытался мыслить здраво. Взял фонарик в руки и направил его свет дальше.
        Несколько пар следов.
        Вампир был не один.
        Твою мать…
        Я всё-таки двинулся по следам, стараясь настолько не шуметь, насколько это вообще было возможно. И, убрав автомат за спину, вытащил эльфийский щит, скрывшись за ним. В случае чего, вампиров не взять даже магическими пулями: на них действует лишь серебро, или оружие, на которое наложена магия света. Именно поэтому против кровососов были так эффективны ведьмаки, вечно носящие с собой хоть что-нибудь серебряное, и паладины, для которых Свет слыл вечным союзником. Сами же вампиры были прекрасными магами в узкой специализации: подчинении. Они направляли в противника магический импульс, вешавший на игрока дебафф «любовь», из-за которого тот стоял, как вкопанный, с тупорылой рожей секунд десять. А за это время зубастикам ничего не стоило либо высосать из него всю кровь, либо обратить. В случае, если происходило обращение, игроку приходилось выполнять долгий и нудный квест Ордена Паладинов, по итогам которого неудачника принимал Архиепископ Ордена и изгонял из него тёмную сущность.
        Хотя это всё не важно, дела минувших дней - я всегда болтаю без умолку, когда волнуюсь. Теперь, если меня обратят, обратного пути в нормальную жизнь не будет, а уж о полном высасывании из меня крови не хотелось и думать. В случае чего - принять заклинание любви на щит и мотать со всех ног. Я - не герой, и не собираюсь им становиться.
        За размышлениями я и сам не заметил, как следы привели меня к обрушенной кирпичной стене, частично выступавшей на протяжении метров ста. Наверное, это была единственная «постройка» на всю округу - следы заворачивали за угол, в одну из многочисленных брешей в стене. Сглотнув, я нырнул в эту брешь, так скукожившись, что полностью спрятался за щитом, на всякий случай выключив фонарик.
        Прислушавшись, убедился, что рядом никого нет, и снова включил свет.
        И застыл как вкопанный, разинув рот.
        Я оказался на кладбище.
        Причём кладбище будто перекочевало отдельной локацией из виртуала - слишком уж необычно оно выглядело. Вместо классических могильных плит или крестов здесь стояли самые настоящие саркофаги, огромные каменные изваяния, изображавшие лежавших с оружием в руках существ. Не людей, а именно существ. Осмелев, я приблизился к одному из саркофагов. На нём навечно застыл каменный вампир, облачённый в ниспадавшие на землю одеяния, с полу-приоткрытым ртом, из-под губ которого выглядывали длинные клыки, а волосы, выраставшие из-под красивого витиеватого обода, рассыпались водопадом по плите, будто настоящие. Глаза у скульптуры были раскрыты - я не выдержал и отвернулся, взглянув на меч, что вампир держал в руках. Что-то заставило меня рассмотреть его повнимательней.
        За этим саркофагом стояли в ряд другие, менее пышные, но такие же красивые и сотворённые рукой мастера, не упустившего ни единой детали похороненного. Но при этом другие скульптуры не держали в руках меча. Только сделанные из камня, но на вид, как живые, розы, оплетённые острыми шипами.
        Следуя скорее наитию, нежели действительно желая этого, я повесил фонарь обратно на грудь и провёл пальцами по клинку. Меч заскрипел и как будто бы немного съехал. Я уставился на скульптуру в изумлении и пригнулся, вглядевшись в тонкие руки похороненной здесь твари. Они как будто не были плотно прижаты к рукояти оружия - словно меч присоединился к саркофагу позднее, а не был создан с ним как единая композиция.
        Я ухватился за клинок, желая потянуть меч на себя и проверить догадку, но тут же одёрнул вмиг покрывшуюся кровью из глубокого пореза ладонь. Припав к порезу губами, чтобы остановить кровь, я схвати другой рукой меч за рукоять. Скульптура, как же! Разве может каменное оружие быть таким острым?
        Протолкнув рукоять через дыру меж ладонями скульптуры, я освободил меч и поднял его, рассматривая. Тяжёлый… и длинный, двуручный, похоже.
        Я в который раз пожалел, что не взял с собой Лёшки. Он бы мне смог разъяснить особенности этого меча - в том, что он боевой, не было сомнений. Может, действительно, поступил глупо, оставив его и Настю вместе с Андреем? Ведь если девчонка чувствовала себя с ним не уютно, то и Лёшка не сказать, чтобы был счастлив его присутствию. Помню, когда мы бежали, как угорелые, этот суровый марафон, мальчонка шепнул мне на ухо: «Только ему не отдавай». Мне тогда показалось, что он просто не хочет попадать в руки к незнакомцу - ну, и не отдал. Разве мне нужен был ещё один плакса и риск быть засвеченным Кодом? Но теперь, после всего случившегося, для меня его слова приобрели новый смысл и очертания… Почему Видящие не хотели связываться с Андреем?
        Может, он сам Код?.. А что, такое вполне может быть: не раз виртуальные гады засылали своих разведчиков, ни капли не отличавшихся от «Хюманов». Ведь Разлом выплюнул на Землю все расы, и людей тоже. Так что не редко можно было встретить обычного, на вид, человека, который в итоге оказывался либо сильным магом, либо разбойником с вкачанными навыками скрытности и знаниями ядов, или ещё кем до кучи… Но таких всегда на раз-два щёлкали Видящие. В этот раз Лёшка с Настей молчали.
        Значит, не Код. Но ведь почему-то же дети его боятся? Хотя причин вроде как он никаких не давал. Ну, соврал о своём прошлом: так кто захочет выкладывать всё незнакомцам? Андрей верно сказал: захотел бы с нами что-то сделать, уже бы сделал. Да хоть этой ночью! Тогда что не так?..
        Но от размышлений меня оторвал неожиданный скрип и грохот, от которого сердце ушло в пятки.
        Я увидел, как статуя, меч которой только что перекочевал мне в руку, зашевелилась. Камень на ней стал трескаться, а глаза забегали из стороны в сторону, словно живые. Волосы вампира заёрзали на крышке саркофага, походя на стаю змей.
        Остальные статуи тоже заскрипели, задёргались и начали подниматься.
        Где-то глубоко в сознании я отчаянно пытался убедить себя, что это - обычный среднестатистический квест. Не помогало. Тело будто вросло в землю, я не чувствовал власти над самим собой: только глупо смотрел на то, как оживает камень. На то, чего никто не захотел бы узреть иначе, чем на экранах телевизора, наслаждаясь фильмом ужасов с попкорном в руках.
        Но вдруг по голове ударило обухом. Неожиданно, как это бывает, когда мозг осознаёт, что нужно что-то сделать, иначе - смерть. Обычно такое происходит за секунды до неминуемой кончины, но и шестерёнки начинают крутиться как сумасшедшие, а тело двигаться с небывалой скоростью.
        Рука сама собой вонзила отобранный у мертвеца меч в землю и бросилась мне за спину, нащупывая рукоять моего старого меча. И, моментально высвободив его из ножен, вложила его рукоятью в руки уже успевшего приподняться и посмотреть прямо на меня вампира. Кто знает, почему я так поступил? Я вот лично не знаю.
        Но статуя застыла, удивлённо уставилась на оружие в своих руках и, скрипя, медленно легла обратно, а появившиеся на каменном теле трещины начали медленно зарастать. Глаза вампира вновь одеревенели, уставившись куда-то вверх, волосы перестали шевелиться, и он замер, в той же самой позе, в которой я его обнаружил.
        Остальные статуи проделали то же самое, как будто решив, что всё кончено, и нечего зря полошиться.
        После этого я ещё какое-то время стоял возле саркофага, стараясь унять бегающие по спине мурашки. Когда же наконец взял себя в руки, схватил треклятый вампирский меч и забросил его за спину, в чужие ножны. Тот вошёл в них, конечно, не ровно, и немного болтался, но лучше уж так, чем занимать им руку. В неё вновь лёг фонарик, и я двинулся дальше, меж саркофагами, стараясь разглядывать серебристые следы на земле, а не глазеть по сторонам. Почему-то теперь я то и дело слышал пугающие скрипы, и периодически застывал, выключая фонарь и прячась за щитом, словно это смогло бы спасти меня от восставших мертвецов. Чёрт, а ведь мне казалось это когда-то весёлым: вот так воевать с нежитью. Но не теперь, когда на кон поставлено самое дорогое - жизнь.
        Путь по кладбищу казался мне вечным, хотя, если задуматься, я не прошёл и пятидесяти шагов. Следы упёрлись в ступень какого-то постамента. И я всё же решился поднять взгляд.
        - Лера… Чтоб тебя! Чтоб тебя!!!
        Мне открылась широкая площадка с возвышением, на которое вело пару ступеней. На этом возвышении располагался грубо вытесненный каменный блок с плоской вершиной - как раз такой, чтобы на ней мог уместиться человек. За этим блоком стоял перпендикулярно второй, измазанный какими-то витиеватыми рисунками, наподобие наскальных. К нему было прибито две длинных железных цепи, и такие же валялись у самого основания - там, где, по задумке безумного садиста, наверняка должны были располагаться ноги.
        Вокруг блоков стояли широкие чаши, наполненные какой-то жидкостью. В свете фонаря я увидел множество вампирских следов: будто они окружили это место и постоянно топтались, ходя туда-сюда. Но, помимо прочего, я обнаружил на параллельном земле блоке алые разводы. Человеческая кровь - не иначе. У вампиров чёрная кровь. Вообще, все не человеческие расы виртуала имели другие оттенки крови. К тому же разводы были совсем свежие…
        Лера.
        Фак! Фак! ФАК!
        Склонившись над чашами, я убедился, что и они наполнены алой жидкостью. Как я сдержался тогда, чтобы не взреветь, не знаю. Только затрясся, припав на одно колено. Так. Ладно. Теперь подумаем… Что тут могло произойти. Слишком много крови… Кандалы. Жертва? Кому? У вампиров нет своего пантеона Богов, они служат Некрополису и выполняют роль грубой силы или разведчиков. Наёмная сила, можно сказать. Тогда… Решили таким извращённым способом пообедать? Глупость. Сожрали бы эту дуру на месте, и дело с концом. Значит…
        Я старательно избегал слова «обратили».
        Нет, вампиры - жестокие создания, и помимо крови питаются и чувствами других существ. Особенно сильно они обожают ощущать боль Хюманов. Её пытали. Пока оставим это как рабочую версию. Но что с ней сделали потом?
        Луч фонаря стал исследовать местность вокруг постамента. Следы уходили за блоки и шли дальше, исчезая во мгле ночи. Я последовал за ними лёгким бегом.
        И бежал я до тех пор, пока дым от магических воронок не остался далеко позади, а следы всё продолжали идти дальше. Остановившись, я посмотрел вперёд, на этот раз позволив себе громко выругаться. Ведь до моего сознания наконец дошло, куда они направились дальше.
        Домой.
        В Москву.
        Я пнул ближайший камень и начал ходить взад-вперёд, сжимая кулаки так, что затрещал фонарик. Опомнившись, повесил его обратно на грудь и, ощущая такую усталость, словно только что опять преодолел бегом десятки километров, присел на землю, разглядывая своё едва видимое отражение в эльфийском щите.
        Нет. На меня смотрел не герой. Не тот, кто смог бы в одиночку отправиться в самый центр тёмного Кода, туда, откуда мечтали сбежать тысячи Хюманов распятых на разделочных столах некромантов. Я могу сейчас же повернуть назад и вернуться к своим, продолжив путь. Кто мне вообще такая Лера? Никто, если подумать. Я ей ничего не должен.
        Да, она будет страдать, но кто сейчас не страдает? Сколько народу заточены за стенами Некрополиса, сколько ждёт своего часа лечь на операционный стол в лабораториях Питера? А другие места, где условия ещё жёстче и страшнее? Лера - одна из многих, всего-то. Так почему я должен рискнуть ради неё, даже не зная наверняка, что она ещё жива?
        Но об этом я думал уже уверенно топая на Запад, где впереди можно было рассмотреть высокие шпили башен и стены, окружившие Некрополис.
        Я старался не дышать через нос, спрятавшись за невысокими кустами у основания одной из башен. От неё в стороны уходили гигантские острые кости, очень похожие на рёбра великана. Хотя, по правде говоря, именно этими самыми рёбрами они и являлись.
        Тут нужно сказать спасибо Земле, которая не допустила безграничной власти Кода, внеся свои жестокие ограничения. Одним из таких ограничений стала невозможность жизни в наших условиях великанов.
        Да, можно найти кучу гигантских скелетов, разбросанных по всей Земле, что принадлежали высокоуровневым гигантским мобам. Но при нынешнем атмосферном давлении, силе притяжения, уровне кислорода и прочих мелких нюансах они просто не могли выжить. Да, когда-то на Земле существовали динозавры, но в то время это была абсолютно иная Земля, с иными условиями жизни. Мы и понятия не имеем, сколько прожил бы бедняга тираннозавр Рекс, окажись сейчас жив-здоров. И при этом, в отличие от гигантов Кода он казался просто карликом!
        Сначала великаны появились из порталов и даже навели ужас на человечество, став медленной неуклюжей поступью приближаться к городам. Но затем они почему-то резко ослабли, заболели почти все, одновременно, и стали на глазах иссушиваться, чуть ли не разваливаться на ходу. И поголовно умирать, оставляя в память о себе лишь гигантские скелеты.
        Некрополис имел в своём подчинении таких гигантов: здоровенных сорокаметровых туш, подчиняющихся воле некромантов. Когда началась эта неожиданная эпидемия, тёмные твари умудрились найти для себя некую выгоду. В то время Москва была только захвачена, и они стремительно отстраивали Мекку нежити на Земле. Повинуясь приказам некромантов, великаны Некрополиса выстроились длинной цепью на МКАДе и так и остались стоять, умирая. А их кости заняли место стен, с выросшими, как грибы после дождя, башнями в немногочисленных промежутках.
        Вот такое безотходное производство…
        Я шмыгнул вперёд, то и дело поглядывая на возвышающую над землёй в высоту с многоэтажку башню, а именно - на самый её верх, где под острым козырьком крыши лился зелёный свет из широкого окна-бойницы. И думал, когда же увижу в ней силуэт соглядатая. Но вот, я подобрался к самым костям великана, а шума всё ещё не подняли: видно, если в башне и засел какой-нибудь страж, то он давным-давно забил на свои обязанности. Что естественно, если учесть, сколько лет под этими стенами не появлялось никого, кроме нежити. Даже зверья поблизости никакого не водилось.
        Но расслабляться не стоило. С такой «стеной» как эта наверняка периметр прочёсывают силы Некрополиса. Мёртвым то всё равно - мёртвые не устают. Так что, подобравшись к самым исполинским костям, я то и дело озирался, будто вор, намеревающийся прошмыгнуть в чужой дом. Хотя, если подумать, то можно найти свои сходства с нынешней ситуацией…
        Воняло страшно. Какие-то куски мяса всё ещё оставались торчать на костях, показавшись не слишком вкусными мухам и жукам, не разложившись за долгие годы. Я вспомнил единорога, во внутренностях которого мне пришлось покопаться, чтобы достать лут. Скривился. Ну почему мне всегда приходится проходить через такую мерзость!
        Я вскарабкался вверх по привалившейся к рёбрам фаланге пальцев и, пройдя по одному из позвонков, пробежал под рёберными хрящами и тут же застыл, спрятавшись за одним из костей ребра. Фонарик потух, укрытый моей ладонью, но от этого света не стало меньше - наоборот, его прибавилось. И шёл он от скачущих мимо двух всадников в чёрных мантиях, верхом на лошадях, лишённых мяса и кожи. Высоко над головой всадники держали увесистые фонари, из которых бил нереально сильный луч могильного света. А за ними, рыча и пуская слюни, мчались вурдалаки.
        Окончательно выключив фонарик, я на всякий случай аккуратно уложил рядом с собой щит и вытащил из-за спины автомат. Так и знал. Разведчики… Я постарался стать единым целом с костью, вжавшись в неё так сильно, как никогда не сделал бы, не окажись рядом со мной исчадия Некрополиса.
        Превозмогая охвативший всё моё нутро страх, я всё же посмотрел на проезжающую процессию, провожая их взглядом. Автомат уже твёрдо лежал в руках, а я был готов, в случае чего, его применить. Всех я не уложу - это наверняка. Да и некроманты - а всадники определённо были некромантами - с одного, и даже с двух выстрелов не лягут, стреляй ты им хоть в голову. Это - не живые существа, у них другие правила игры…
        Когда разведчики прошли совсем близко от моего лежбища, я сумел во всех деталях рассмотреть шипящих, ревущих и вспарывающих когтями землю слуг некромантов. Вурдалаки были бы похожи на людей, если бы не их животные повадки ходить на четырёх лапах, ужасные горбы и полусгнившая кожа, свисавшая с них пластами. Ну, а дополняли картину кривые острые клыки, забившие их вечно раскрытые пасти и заострённые, как у кошек, уши. Но затем я наткнулся на их глаза. Живые глаза! Полные боли и отчаяния. Нет… это не исчадия Некрополиса, выросшие в зиккуратах!
        Это были люди. Изменённые жестокой магией некромантов. Вот, значит, что ждёт человека, окажись он под скальпелем этих бездушных тварей.
        Я стиснул зубы, едва удерживая себя от фатальной ошибки разрядить в разведчиков весь магазин, чтобы стереть из Земного кода хотя бы кого-нибудь из них. Теперь уверенность в том, что я должен спасти Леру, утвердилась в моей душе окончательно.
        Наконец, процессия преодолела ту часть ребра, где я прятался, и пошла дальше. Я же остался не замеченным. И нетерпеливо ждал, когда свет фонаря исчезнет в ночи, и я смогу двинуться дальше.
        Но тут один из вурдалаков - тот, что шёл позади всех, замер. Я встревоженно уставился на него. Почему он остановился? Почуял? Не может быть! Но вурдалак только подтвердил мои опасения, припав носом к земле и, с шипением втягивая ноздрями воздух, пополз в мою сторону, пуская едкую слюну.
        Дуло автомата стало аккуратно подниматься…
        От меня до вурдалака оставались считанные метры. И я обречённо прикрыл глаза, готовый обороняться и тут же удирать. Хотя в глубине души прекрасно знал: от стаи мертвецов, обладающих прекрасными обонянием, мне не скрыться. А уж от двух некромантов - и подавно. Чёрт, в этот миг я бы отдал всё на свете, чтобы у меня на шее оказался отданный Лерке амулет невидимости…
        - Эй!.. Пррр!!!  - Один из некромантов, обернувшись, потянул за поводья, разворачивая своего коня, и поскакал ко мне. Всё внутри меня похолодело, а палец, лёгший на спусковой крючок, предательски затрясся.  - Ты что творишь, мразь?!  - раздалось из чёрного провала под его капюшоном.
        И всадник, подскакав к уже потянувшему было лапы прямо в мою сторону вурдалаку, вытянул над ним длинную костистую руку и, зашевелив пальцами, выплюнул какие-то слова. В ту же секунду вурдалак изогнулся под немыслимым углом и, рухнув, начал трястись, пуская пену и рыча от боли.
        Фонарь некроманта освещал округу так сильно, что часть могильного света охватила и область рядом со мной. А я думал лишь о том, чтобы они не заметили моего силуэта. И щита, который я так неосторожно положил возле себя, и теперь отлично был виден из-за треклятого магического фонаря.
        Второй некромант застыл, оборачиваясь. Застыли и удивлённо шипящие вурдалаки.
        - Что там у тебя?
        - Эта ничтожная скотина опять потянулась за мясом великанов!  - раздражённо проорал некромант, опуская руку и прекращая мучения вскочившего и ринувшегося обратно к своим с унизительным скулежом вурдалака.  - Как меня раздражают эти ничтожества!
        Затем - я поверить не мог своему счастью - он развернул коня и поскакал догонять остальных. Свет от его фонаря больше не слепил, обратно отдавая власть тьме ночи. Но после этого я ещё долго лежал, не в силах заставить себя продолжить путь. И старался вновь убедить себя в важности того, что творю.
        Но потом в мозг стрелой ударило воспоминание об увиденных глазах зверообразного монстра. Это наверняка был человек. Кто его знает, какой в жизни. Может, добряк-добряком, а может и моральный урод - это не важно. Никто не заслуживает такой участи, никто.
        И уж тем более эта глупая девчонка…
        Непослушными руками я таки схватил щит и включил фонарик, неуверенно выпрыгивая из-за укрытия. Под ногами что-то чавкнуло, но мне почему-то не хотелось узнавать, что именно. Начав освещать фонарём дорогу, я вновь выловил искомые мной серебристые следы вампиров. Да, обнаружение на территории Некрополиса следов его слуг ещё не значило, что они принадлежали именно тем, кто мне был нужен, но подобный эффект вампирские следы поддерживали лишь одну ночь, а затем исчезали. Так что мне хотелось думать, что я на правильном пути.
        Впереди меня ждала длинная покорёженная траса, по которой когда-то выезжали из Москвы дачники и возвращались угрюмые работяги, наслаждаясь захватившими обе стороны дороги красивыми зелёными деревьями. Теперь же эти деревья были похожи скорее на изломанные силуэты мертвецов, своей чернотой почти не отличающиеся от ночи.
        Уже топая по пустынной трасе, похожей на локацию из сериала «Ходячие Мертвецы», я прикинул, сколько оставалось до того момента как Видящие с Андреем снимутся с места. Ещё не видно было рассекающий небо на две половинки алой полосы рассвета, но я чувствовал, что оставалось недолго. У меня есть часов пять, не больше. То есть - почти ничего.
        Подумав так, я двинулся вперёд бегом.
        За всё то время, что я пробирался к обжитым Некрополисом местам Москвы я успел наткнуться на несколько кладбищ, на которых летали привидения во главе с высокоуровневым - что было ясно по горящему зелёным увесистому копью в когтистых лапах - личом; на отряды скелетов, возглавляемые жирными, имеющими множество кривых лап с различным вооружением, чудовищами Франкенштейна, сшитыми из разных частей каких-то монстров; даже умудрился проскочить через шабаш ведьм, стараясь не глазеть в сторону толпы голых старух, танцующих у пускающего в небо голубой дым котла - боялся вывернуть желудок наизнанку. Ну, и ещё всякого по мелочи: проклятые стенающие души, огромные омерзительные пауки с более мелким потомством, занимающие гектары территорий, заполненных паутиной, чумные зомби, окружённые дымовой завесой, к которой лучше не приближаться, если не хочешь сдохнуть в муках и страданиях, встречались даже Повелители Некромантов - высшие тёмные души, очень напоминающие банальную смерть с косой, что говорило о многом.
        Как у меня не остановилось сердце за эту «прогулку» - чёрт его знает, но, уверен, седых волос на голове прибавилось…
        Теперь же я прятался за могильной плитой кладбища, окружившего высокий готический храм, напоминающий классическую церковь, только, конечно, с диаметрально противоположными мотивами: вместо статуй святых мучеников на ней изображались просто мучения различной степени, начиная от чего-то банального и заканчивая совсем уж не перевариваемым трэшем - уверен, скульптор, гад, знал своё дело.
        Следы, приведшие меня сюда, закончились на месте, которое раньше являлось районом Кузьминки - не трудно было догадаться по частично сохранённым местам парковой зоны и даже заброшенным домам, которые Некрополис почему-то не счёл нужным сносить. Вот так и получалось, что строения Хюманов соседствовали с удивительными постройками Кода, додуматься до которых не смог бы даже самый безумный Земной архитектор. Что создавало странное ощущение одновременно возвращения домой, и в то же время абсолютно чужого пугающего места.
        Я был уверен, что этот район стал местом обитания вампиров: иначе объяснить такое количество пересекающихся друг с другом серебристых следов, в которых затерялись и те, по которым я шёл, просто невозможно. Значит, теперь я, по крайней мере, знаю, где искать. Но ответ на вопрос «где» никак не отвечает на другой: «как»?
        Чувства, обуревающие меня, было сложно объяснить. Наверное, я ощущал себя червяком, заползшим в густо населённый мегаполис снующих из стороны в сторону гигантов-людей и пытающийся не попасть ни под чей ботинок, чтобы не быть раздавленным. Какие у него шансы на выживание?
        Но пока удача сопутствовала мне. По крайней мере, в близи не было заметно ни одного вампира. Что ж, значит, я пока в безопасности - точнее, пока буду вести себя достаточно тихо. Хотя в случае с кровососами одной тишины недостаточно: у них неплохой нюх на кровь, а я, чтоб его, ходячий мешок с кровью… Под носом у тех, для кого это - источник пропитания!
        Что я делаю?!
        В который раз пришлось унять охватившее меня волнение и через силу вернуть контроль над разумом, не поддавшись панике. Что было всё сложнее и сложнее с каждой новой панической атакой, ставшей для меня чуть ли не нормой с тех пор, как я преодолел стену.
        Итак, я понятия не имею, где Лера. Но, может, удастся найти того, кто знает? А что потом? Стоит мне только показаться вампиру на глаза - расстанусь с жизнью. Мне абсолютно нечего им противопоставить. Но… какие у меня есть варианты? Сидеть и тупо ждать?
        «А о чём, скажи на милость, ты думал, когда шёл за ней?» - вдруг проснулся во мне внутренний голос,  - «Или что, надеялся, она тут где-нибудь валяется: бери и беги? А, придурок?!».
        И то верно. Я здесь, а, значит, должен что-нибудь сделать. Даже если придётся сыграть в импровизацию со смертью.
        Я наконец вышел из своего укрытия, чувствуя, как бешено колотится сердце, норовя выпрыгнуть из груди. Одна из моих рук была занята эльфийским щитом, другая - мечом, отобранным у странного изваяния на вампирском кладбище. Фонарик уже давным-давно перекочевал обратно на грудь и не горел: в достаточной степени освещение давали бьющие в небо из верхушек зиккуратов зелёные лучи, которые, видимо, поддерживали над Москвой постоянную пасмурную погоду, и днём, и ночью.
        Моей первой целью являлся храм, у которого вампирских следов в зелёном свечении лучей виделось всего ничего. Этот вариант был ничуть не хуже и не лучше любого другого: с чего-то ведь надо было начинать?
        Подбежав к массивной высокой двери храма, ручки которой были выполнены в виде разинувших рты в истошном крике людей, я привалился к ней плечом и надавил. Та почти бесшумно раскрылась, и я нырнул внутрь, постаравшись тут же раствориться в тёмном уголке.
        Но, как оказалось, внутри было не особенно темно. То есть, конечно, присутствовало некое ощущение мглы, покрывшей просторное помещение, но при этом стены утыканы множеством факелов, половина из которых уже потухла, а другие весьма ярко горели, отчего цвета в интерьере разделились на серый и красный. Почему-то мне захотелось, чтобы факелов не было… Из-за них создавалось впечатление, словно всё вокруг в крови.
        В помещении следы, конечно, исчезли. Эта особенность кровососов работала лишь под открытым ночным небом - теперь же, когда ночь не пропускали лишённые окон стены, увидеть, куда направились пришедшие сюда вампиры, было невозможно.
        Я потратил секунды, чтобы осмотреться.
        Внутри Храм оказался не таким богатым на скульптурные ухищрения, как снаружи. То есть здесь красовались обычные стены, с которых, надо сказать, уже сыпалась штукатурка. Всю довольно обширную площадь помещения занимали странные деревянные ширмы, в беспорядке увешанные грязными тканями разных цветов. Ширмы плотно ставились друг к другу на всём протяжении стен, образовывая тонкую дорожку, ведшую к дальней стене, в которой была выбита винтовая лестница наверх. К ней я и направился, не заметив поблизости никого, кто мог бы представлять опасность.
        Но у самой лестницы остановился, наморщив нос. Весь мой путь, от самой стены из костей великанов и до этого храма воняло так, что я успел свыкнуться с сопровождавшей меня повсюду вонью нежити, и потому не сразу почуял настырно пробивающийся в ноздри трупный запах.
        Я обернулся к ближайшей ширме. И, протянув руку с щитом, отодвинул в сторону наброшенные друг на друга шали.
        И тут же отшатнулся от бросившегося на меня роя мух, зажужжавшего в недовольстве от прерванной трапезы. Но мне было не до них. Я уставился на широкие деревянные столы, покрытые кровавыми разводами. А на них, раскинув в стороны руки и глядя на меня в ответ стеклянными неживыми глазами, лежали трупы людей. Хюманов. Землян…
        У кого-то была разорвана грудь и выглядывали кости, кому-то вспороли живот, и теперь его кишки вывалились на стол, на радость трупным насекомым. Дальше я уже не смотрел, так как согнулся, упав на колено, и… начал блевать.
        Наверное, со стороны это выглядело смехотворно: парень в бронежилете и каске, с автоматом за спиной, легендарным эльфийским щитом в одной руке и двуручным мечом в другой - настоящий воин, на вид - согнувшись в три погибели, низвергает на пол содержимое своего желудка…
        Не знаю, сколько я провёл в таком положении, но закончилась эта унизительная процедура лишь когда в животе совсем ничего не осталось. Я с трудом выпрямился и вытер рот рукавом, отвернувшись от безобразного зрелища. Это не храм - это какая-то столовая! Картина обезображенных людских тел ещё долго стояла у меня перед глазами: даже взбираясь по лестнице наверх я ничего не видел перед собой, кроме роя мух, пожирающего разлагающиеся трупы.
        Но частично пришёл в себя, заслышав какие-то звуки, раздававшиеся со второго этажа. К этому времени я уже преодолел лестницу и оказался в небольшой комнате, напоминающей прихожую, или что-то вроде того. На стене прихожей, преграждавшей путь, висели две увесистые «иконы», одна из которых изображала демонов, пожирающих младенцев с застывшими на рожах улыбками, а другая - демонесс, выдирающих из груди орущей женщины её сердце. М-да, мило то как…
        Между этими картинами располагалась крохотная дверь, из-за которой и доносились странные звуки. Крик боли вперемешку с каким-то непрекращающимся стуком.
        Чувствуя, что ещё об этом пожалею, я медленно приоткрыл дверь и боком протиснулся внутрь.
        Мне открылось помещение, почти такое же просторное, как и на первом этаже, но вместо ширм с потолка к самому полу тянулись крюки, на которых висели белые, как мел, тела. Причём среди них я заметил не только Хюманов, но и эльфов, полукровок, даже орков, чьи туши занимали аж по два крюка.
        Благо, блевать мне больше не чем…
        А дальше, в центре зала, в окружении всей этой мясной фабрики, стояла странная конструкция. Что-то среднее между распятием и дыбой, поставленной вертикально. На ней был распят обмякший голый мужчина, всё тело которого покрывали глубокие кровоточащие порезы. У его ног лежало несколько тел - как мужчины, так и женщины - как и распятый, они были обнажены, но, в отличие от него, кажется, не дышали.
        Рядом с этой конструкцией стоял вампир. И, несмотря на то, что он повернулся ко мне спиной, понять его половую принадлежность оказалось не сложно. Облегающий чёрный латекс покрывал стройную женщину-вампира с ног до головы, длинные когти на руках и белая, как у повисших на крюках трупов, кожа, выдавали её принадлежность к расе кровососов. Длинные чёрные кудри падали ей на плечи, а высокие каблуки сапог выше колена придавали ей вкупе с длинными ногами и тонкой талией схожесть с моделью. Хотя, припоминая свою бытность игроком виртуала, не могу вспомнить ни одного некрасивого вампира. Все обращённые по истечению какого-то времени становились стройными, с красивыми лицами и идеальными волосами, как из парикмахерской. Наверное, их красота являлась чем-то вроде природной приспособленности к выживанию: элемент отвлечения, который неплохо служит в охоте. В сравнение с ними персонажи «Сумерек» покажутся серыми утятами. Я же, например, завис, разглядывая её привлекательные формы…
        Но пришёл в себя, лишь только воздух рассекла плеть в руке вампирши. С противным смехом она нанесла удар по вздрогнувшему телу распятого, оставляя ещё один глубокий кровавый след, и тот тихо, без сил, простонал.
        Вспомнив о своей цели, я стал осторожно приближаться к явно одухотворённой своим занятием женщине, на всякий случай спрятавшись за щитом и выставив перед собой меч, кончик которого неумолимо приближался к вампирше. Один шаг - один удар хлыстом. Церковь… ага, как же! Прям святое место садомазохизма…
        И вот, остались считанные шаги. Один, два, три… Искалеченный мужчина уже даже не дёргался, не издавал ни звука. А женщина, хохоча, всё продолжала покрывать его градом ударов.
        Но она застыла, стоило моему клинку едва коснуться её незащищённой шеи. Рука с хлыстом зависла в воздухе.
        - Повернись.  - Робко выдавил я из себя, стараясь думать, что со стороны это звучало грубо и страшно.
        Она обернулась. Без видимого шока, надо сказать, как будто к ней приставляют оружие каждый день. Её лицо, как я и думал, было красивым. Очень красивым: полные алые губы, чуть раскосые глаза с яркой чёрной обводкой, вздёрнутый носик… Мой взгляд на мгновение утонул в её глубоком декольте. Я подумал было, что она успела использовать на мне свои чары, но тут же опомнился: «любовь» вампиров - такое же заклинание, как и колдовство магов, и требует определённых слов и телодвижений. Не заметить такое - трудно.
        Вампирша опустила руку, сжимавшую хлыст, и издевательски приподняла уголок губ. При этом острый кончик клинка всё ещё смотрел ей прямо в горло. Женщина оглядела меня с нескрываемым интересом. Так, наверное, оценивают товар при покупке. И я с ужасом понял, что она меня абсолютно не боится!
        Но я сделал над собой усилие и, сведя брови на переносице, кивнул на хлыст:
        - Бросай.
        Вампирша расхохоталась. Хлыст так и остался лежать в её руке. Отсмеявшись, она натянула на лицо улыбку до ушей и промурлыкала милым, но в данный момент пугающим до дрожи голоском:
        - О, родной, какой ты смешной… И как я тебя сразу не заметила? Наверное, слишком увлеклась.  - Облизнулась женщина, полуобернувшись к распятому. А затем снова посмотрела на меня.  - Не знаю, откуда ты взялся, зайчик, но…  - Она опустила взгляд на мой меч.  - Неужели ты подумал, что сможешь испугать меня этой железкой?
        Вампирша вновь сотрясла стены своим смехом и, дабы убедить в своей неуязвимости, о которой я и так был осведомлён, шагнула вперёд, напарываясь шеей на клинок.
        Вдруг произошло нечто странное: «железка» проткнула белую кожу женщины - та выпучила глаза и заверещала, отпрыгивая назад и роняя хлыст. И, в ужасе бегая глазами то по мне, то по мечу, повалилась на пол, схватившись за шею обеими руками. Сквозь её пальцы потекла на грудь чёрная кровь…
        - Ты!  - прохрипела она, отталкиваясь ногами, стремясь отползти от меня подальше.  - Этот меч?! Он… Что это такое?!
        Я стоял, сбитый с толку. Мной овладел шок. Я успел представить себя на месте того бедняги, до смерти забитого плетью, и уже смиренно видел свой труп на разделочном столе. А тут… Разве возможно, чтобы обычная сталь, а не серебро, могла нанести вампиру какой-то вред?..
        Что ж, выходит, сегодня меня решила посетить удача. А если так - я сделал несколько шагов к охваченной страхом вампирше - то следует взять от неё всё, что только можно.
        Я присел напротив неё на корточки, намеренно выставив меч напоказ, не без удовольствия наблюдая за выражением лица женщины. Код страшился смерти - определённо, и, выходит, одним этим ничтожным порезом я отнял у неё кучу хит-поинтов. Интересно, её полоса жизни уже ушла в красный сектор? Мне казалось, что да.
        - А сама то как думаешь?  - решил я взять её на «слабо» с видом всезнающего мудреца.
        Удивительно, но этот детский приём сработал. И она преподнесла мне информацию на блюдечке:
        - Яс-с-сно…  - понимающе прохрипела она, закивав.  - Меч Древнего Вампира, Мёртвого Короля. Раз в день он должен накормиться хоть одной жизнью, наделяя свой клинок невиданной силой… Откуда он у тебя?
        - А тебе то какое дело?  - Хмыкнул я, припугнув её, замахиваясь мечом.  - Молись, чтобы тебя не подали ему на завтрак!
        - Поняла-поняла!  - закрылась руками вампирша. Я заметил, что порез на её шее стал медленно зарастать коркой. Похоже, жизни кровососа постепенно приходили в норму.
        Я же удручённо оглядел меч. Вот оно как. Выходит, он способен нанести небывалый урон лишь единожды за день… А всё остальное время он что, обычная игрушка? Я-то подумал, что он просто может ранить вампиров, уже успел обрадоваться… Вопросы по этому поводу остались, но задавать их я не решился: ещё поймёт, что я ничего не знаю, обведёт вокруг пальца. Женщины вообще лихо умеют водить за нос мужиков. Особенно с таким декольте…
        - Ты кто такая?  - оторвавшись от разглядывания артефакта, спросил я вампиршу.
        - Ашасс.  - Коротко бросила женщина, разглядывая меня из-под бровей.
        - Да плевать мне на твоё имя! Ты…  - я обвёл кончиком клинка помещение.  - Что тут вообще делаешь?
        Она ответила не сразу. Наверное, думала, как лучше соврать. Но я предостерегающе наставил на неё Меч Древнего, и Ашасс тут же затараторила:
        - Я - повар! Готовила блюда!
        - Повар?!..  - не сдержавшись, воскликнул я.
        Но ещё раз глядевшись, всё-таки посчитал её слова правдой. Действительно, атмосфера здесь была, как на скотобойне. Только вместо скота… Да уж.
        - И этого тогда… зачем?  - вздохнул я, указывая на обмякшее тело мужчины, сам до конца не понимая, зачем спрашиваю.
        Вампирша ответила сразу, не задумываясь. Её лицо вспыхнуло в экстазе:
        - А что, я не могу получать удовольствие от работы?!
        - Удовольствие?..  - я не выдержал и скривился, подумав о том, что мой меч так и не напитался сегодня. Так что вполне можно обезглавить эту дрянь.  - Мучая мне подобных?!
        Видно, Ашасс почувствовала моё настроение, и, решившись, залепетала слова заклинания, задвигав перед собой руками. Причём слова были мне смутно знакомы… Я вспомнил их, когда вампирша закончила колдовать и выпустила в меня поток тумана «любви». В последнее мгновение, одновременно с этим делая шаг назад, я укрылся эльфийским щитом, спрятавшись за ним с ног до макушки.
        Послышался звенящий звук удара, а после шлепок и визг. Выглянув из-за щита, облегчённо выдохнул и распрямился, больше не боясь её колдовских чар. Встретившись с магией эльфов, наложенной на щит, «любовь» отскочила и вернулась к хозяйке, обдав её волной счастливого любовного чувства. Ашасс валялась на полу в странной позе, скрестив свои прекрасные ноги и тупо пялясь на меня с дурацкой лыбой и обожаемым взглядом. Изо рта её донеслось сиплое «Будь моим…».
        - Буду-буду,  - Склонился я над безвольным телом.  - Ты только мне скажи: не знаешь, приносили ли сегодня ночью сюда девушку, Хюмана, такую, ну… с короткими крашеными волосами, в порванных джинсах… Вполне может быть, что ей было плохо. Ты что-нибудь об этом знаешь?
        Ожидая ответа от той, что готова была мне выпалить всё, хоть тайны своего клана, я, надо сказать, волновался. Может, Лера сейчас за одной из ширм, внизу, с разорванным на кусочки телом? Тоже готовится пойти на стол… Нет, мне не хотелось об этом даже думать!
        Но слова вампирши в каком-то смысле меня успокоили:
        - Да-а-а… Конечно, знаю. Девушка, да. Прибыла недавно…  - она глупо захихикала, попытавшись протянуть ко мне не слушающиеся руки.  - Я ведь готовлю на стол к её свадьбе!
        Тут она дёрнулась, и в глазах Ашасс проявился разум. Эффект «любви» закончился, и вампирша резко села, разглядывая меня со смешанными чувствами страха, ненависти и интереса.
        - Да чтоб тебя!  - злобно воскликнула она, впрочем, больше не решаясь ничего предпринимать.  - Меч Древнего, теперь эльфийский щит… Может, ещё какой артефакт вытащишь из задницы?! Я только что хотела тебя, какое гадство!
        - Заткнись, тварь,  - удивительно спокойным, даже для самого себя, голосом, огрызнулся я, пытаясь уложить в голове только что сказанное вампиршей.
        Свадьба? Какого чёрта? Я что-то совсем ничего не понимаю. Под воздействием дебаффа «любовь» Ашасс должна была сказать мне только правду - такая штука работает покруче детектора лжи. Может, она перепутала её с какой-то другой девушкой? Да нет, описание было вполне точным: какова вероятность того, что сегодня ночью привели точно такую же? Значит, это всё-таки Лера. Но… свадьба?! Я старался сложить два и два, но у меня никак не укладывался в голове образ кровавых разводов и цепей на вампирском кладбище и свадебной фаты. Что я упускаю?
        Но затем мне в голову пролезла догадка. Уставившись на женщину так, как обычно смотрел на меня дядька Степан, когда хотел услышать правду (подействовало безотказно: вампирша аж вся сжалась и затряслась), я медленно, по слогам, проговорил:
        - И на этой свадьбе… её обратят?
        - Разумеется!  - пожала плечиками Ашасс, пытаясь от меня отодвинуться. Но спиной она утыкалась в распятие, и потому просто поджала под себя ноги.
        Решение не пришлось принимать долго. По сути, я уже знал, что сделаю, когда вампирша лежала на полу под воздействием «любви». Поэтому, уверенно встав на ноги, направил кончик меча на женщину со словами:
        - Ты отведёшь меня на эту свадьбу. Так, чтобы нас никто не заметил. Усекла?
        - Конечно-конечно!  - счастливо заулыбалась вампирша, приподнимаясь и бочком двигаясь к выходу.  - Идём за мной, зайка! Никаких проблем!
        - Что, через парадный вход?
        - А как ещё?  - состроила она из себя невинность, не убирая с лица улыбки.
        И улыбка эта была какой-то слишком уж счастливой.
        - Давай проясним.  - Теперь я не сомневался в том, что мой голос, полный мрачной решимости, звучал достаточно пугающе.  - В случае чего, мне терять нечего. А вот Меч Древнего,  - покачал я оружием в руке.  - До сих пор так никого и не сожрал. И если мы попадёмся, первой под раздачу пойдёшь ты. Подумай об этом.
        Ашасс зависла. Думала. И, похоже, пришла к верному решению, так как перестала улыбаться и, вздохнув, воскликнула, шлёпая себя ладонью по лбу:
        - Ой, дурёха! Ну, конечно! Забыла совсем! У нас же есть потайной ход!
        - Да…  - понимающе кивнул я, усмехнувшись.  - Забыла.
        Теперь я совсем не боялся. Стоит Код прижать к стенке, и он становился совсем не таким страшным, как казался поначалу. У меня есть артефакт вампиров, который является лучшей мотивацией для Ашасс слушаться, ведь в противном случае - бесконечное тёмное ничто. Код умирает, теряя все жизни, как и мы, Хюманы. А, скажите по правде, кто бы хотел умереть? Единственное что могло стать опасным, так это заклинание «любви», которое, как оказалось, вампиры научились колдовать довольно шустро. Но и тут у меня есть чем прикрыться, во всех смыслах, так что следует просто быть настороже. И всё будет хорошо.
        Наверняка…
        Ашасс поцокала каблучками обратно, скосив взгляд на валявшуюся плеть, но, умница такая, додумалась не делать глупостей. Зайдя за распятие, она припала к каменной голой стене и начала водить по ней ладонями, что-то ища. Что именно, мне открылось спустя секунду: один из камней, на который надавила ладонь вампирши, утонул в стене. А после каменная кладка затряслась, с потолка посыпался песок, и стена с громким скрежетом отъехала в сторону, открывая тёмный зев лестницы.
        - Куда она ведёт?  - с подозрением уставился я на довольную собой женщину.
        Та состроила обиженную рожицу, будто бы недовольная моим недоверием, и, цыкнув, ответила:
        - Подземелье Некрополиса. Лабиринт, соединяющий все части города. Через него и пройдём.
        Я сомневался. Но что мне оставалось, кроме как довериться этой любительнице пыток?
        - Веди.
        Она кивнула мне и вошла в тайный проход. Я пошёл следом, держа наготове оружие.
        Тут же, на входе, сбоку оказался прикреплён факел. Который загорелся уже успевшим приесться зелёным магическим светом. В отличие от тех факелов, что остались позади, этот определённо обладал магической силой, и я даже не пытался ломать голову над тем, как это работает. Светит - и ладно.
        Ашасс сняла факел и двинулась вниз.
        - А я думал, вампирам не нужен свет,  - выпятил я губу, топая позади.
        Женщина хихикнула:
        - Где ты прочёл такие сказочки, малыш? В детских книжках?
        - Ну, там же я прочёл что вы сдыхаете от серебра и божественного света.
        Туше. На это она ничего не сказала. Так что дальше мы шли абсолютно молча. Лишь цокот её каблуков и моё тяжёлое дыхание нарушали могильную тишину. Да ещё единожды я услышал далеко позади повторный скрежет - это стена задвигалась на место, отрезая мне путь назад.
        Когда лестница закончилась, мы ступили с камня на землю, оказавшись в кишке подземелья, с низким потолком и узкими стенами. Пускай я никогда и не страдал клаустрофобией, но теперь у меня засосало под ложечкой и стало не хорошо. Поэтому я старался смотреть в спину своей спутницы, что тоже было своего рода испытанием: прекрасные изгибы талии, маняще выпирающие лопатки и голые плечи со скатывающимися с них иссиня-чёрными волосами заставляли меня чувствовать себя неуютно.
        Но, благо, совсем скоро узкая кишка тоннеля выплюнула нас в более свободное пространство. Свет факела выловил трубы, змеями охватившие стены, что исчезали далеко во мраке, и спрятанные под слоем пыли и песка рельсы. Я еле сдержался, чтобы не выругаться. Поверить не могу, мы оказались в метро! Московском, мать его, Метрополитене!
        Но помимо прочего здесь присутствовал элемент, совершенно не подходящий для Московской подземки: трубы на стенах, потолок, да и сами рельсы оплели какие-то чёрные корни, едва различимые в темноте подземелья. Мне показалось, что они шевелятся и, приглядевшись, я убедился, что это действительно так: корни набухали, наливаясь голубым свечением, вновь сужались, и снова, как будто по их жилам текла странная кровь. Я вопросительно приподнял бровь, взглянув на как будто ожидавшую от меня вопроса Ашасс.
        - Это Чумной Червь,  - сказала она, обводя факелом подземелье.  - Оплетает всю площадь подземного лабиринта и выходит на поверхность в местах установки зиккуратов. Через него Некрополис питается энергией и… передаёт её сюда. Для работы поездов.
        Переварив новую для себя инфу, я запрокинул голову и в открытую заржал. И выдавил из себя сквозь смех:
        - Вы что, пользуетесь метро?!
        Вампирша смотрела на меня как на полоумного.
        - Ну да. А что такого? Удобное средство передвижения в пределах города. К тому же, отличное убежище для подземных жителей. Зайка, ты вообще в курсе, какое удобное подземелье вы тут у себя устроили? Настоящий Тёмный Град!
        На этом моменте я перестал улыбаться. И, сразу же оглянувшись по сторонам, автоматически поднял меч и прикрылся щитом.
        - Значит, тут кто-то живёт?
        - Да-с.  - Издевательски подмигнула женщина.  - С десяток Повелителей Подземелий и их шавки. А ты точно не разведчик Хюманов? Столько спрашиваешь!
        - Заткнись.  - Клацнул я зубами и помахал перед собой Мечом Древнего.  - Мы должны пройти без происшествий. А то…
        - Помню я, помню!  - скривилась вампирша и пошла дальше. Я же не отставал.
        Через какое-то время впереди показался тусклый свет, вполне достаточный для того, чтобы было всё отлично видно и без факела. Мне стало ясно, что мы приблизились к одной из станций. Судя по съехавшим буквам на стене тоннеля, которые я кое-как разобрал, мы подошли к метро Кузьминки, пройдя всего ничего.
        Со станции доносились странные звуки. Рычание, хлопки, шорохи и какие-то гортанные слова. Их я с трудом разбирал: «Быстрее… твари… кишки… бегом!!!». Хотя произнесены они были на очень ломаном русском и определённо не человеческой особью. Ненароком я отвлёкся на мысли о том, каким образом Код умудряется понимать мою речь и отвечать на моём языке. А заговори я на английском, или немецком, что, то же бы зашпрехали? Уверен, что так. Наверняка такой талант к языкам передался Коду из виртуала, где население игроков было разношёрстным и говорило на всех языках мира, а встроенный переводчик позволял взаимодействовать друг с другом как игрокам из разных стран, так и игрокам с Неписями или мобами.
        Но разглядеть говорившего я не смог. Только увидел здоровую тень, падающую на стены и бродившую из стороны в сторону. Я тыкнул Ашасс рукоятью меча меж лопатками, и та обернулась, оскалившись и зашипев.
        - Клычки выбью.  - Предостерёг я.
        - Погоди ты!  - вампирша вновь отвернулась, присев.  - Я думаю. Выход наружу - туда, куда тебе нужно, там.  - Она указала вперёд.  - С противоположной от нас стороны. Нужно пройти через станцию. А она принадлежит Прокажённому Изгою, высокоуровневому троллю, и ещё целой армии его прихвостней-гоблинов. Если хочешь подохнуть, топай, не держу!
        - Ясно,  - прикусил я язык, прикинув, получится ли прорваться силой.
        Нет, даже если Повелителя Подземелья удастся завалить, истратив весь магазин с зачарованными патронами, то гоблины станут действительно серьёзной проблемой. Они как горгульи роя - не опасны по одиночке, но вместе превращаются в сплошную клыкастую и когтистую лавину, пожирающую всё, как саранча. Вариант пробиваться был вычеркнут мной сразу же.
        - А как ты собиралась тогда меня провести?!  - разозлился я на Ашасс, чувствуя подвох.
        Та дёрнулась, оборачиваясь ко мне в один присест, и превратилась в злобную мегеру, на мгновение сбив меня с толку:
        - А что бы ты сделал, если бы тебе угрожали расправой?! Пойди мы по поверхности, нас бы засекли на первом же повороте, хоть какой-то шанс был лишь под землёй! Тыкаешь в беззащитную даму оружием, а потом ещё возмущаешься!
        Я быстро пришёл в себя, вспомнив, что за «беззащитная дама» передо мной.
        - У тебя есть минута, чтобы придумать, как нам прорваться,  - прорычал я условие.  - И только попробуй выкинуть свои любовные штучки, сразу получишь эльфийским…
        - Щитом!  - радостно воскликнула Ашасс, да так громко, что мы оба разом присели, переждав, пока пройдёт слабое эхо. Поняв, что её всё-таки не услышали, вампирша продолжила, о на этот раз шёпотом, требовательно протянув ладошку: - Дай мне свой щит!
        - Ага, щаз!
        - Ты не понимаешь!  - задёргала рукой женщина.  - Он ведь эльфийский, так?
        - Ну…
        - Палки гну! Соображай!
        Я задумался, напрягая мозг. Эльфийский щит… Тролли… Гоблины…
        Ах, да!
        - Эти твари боятся эльфийской магии, как огня!  - вспомнил я давно загнанные куда-то вглубь памяти воспоминания из игрового прошлого и уймы прочитанных книг.
        - Ну, давай только без оскорблений,  - наморщила носик вампирша.  - Нормальные ребята, всегда учтивые и любезные… Но вообще да. Ты прав. Так что твой щит их отпугнёт, пусть и на время. Давай сюда!
        Вновь требовательно затряслась протянутая ко мне рука.
        Я отдирал от себя щит с таким же трудом, как бросающий курить выкидывает пачку сигарет. Передать такой артефакт кровососущему монстру, потеряв иммунитет к её чарам… Но выбора у меня особенно не было. А меч всё так же твёрдо лежал в руке.
        Приняв у меня щит, Ашасс положила факел на землю и повернулась к станции, замахнувшись так, будто была дискоболом и намерилась совершить рекорд по броску диска. Впрочем, щит своей формой действительно походил на немного вытянутый угловатый диск.
        Вампирша прицелилась и, шумно втянув воздух, закружилась и метнула щит. Тот полетел вперёд, завертевшись, как бумеранг, и под немыслимым углом рассёк с характерным звуком воздух, взяв сильно влево и улетев куда-то на станцию, вне зоны нашей видимости.
        Я выждал мгновение. Всякие звуки утихли и, пусть я и не мог видеть, что там происходило, но отчётливо представлял себе, как вся омерзительная подземная свора глядит на неожиданно прилетевший подарок, а в их крохотные мозги постепенно приходили к пониманию, что перед ними.
        А затем подземелье сотрясло от оглушительного безумного рёва.
        Мы с Ашасс подождали, пока топот и крики сбегающих со станции монстров стихнут, и двинулись дальше. Когда мы подошли к самой станции, настолько близко, что я уже мог рассмотреть её платформу во всех деталях, мне стало немного не по себе, и я пригнулся так сильно, что шёл чуть ли не гуськом. Но, как оказалось, предосторожность была излишней: всех, кто был на станции, и след простыл. Хотя, по поводу следов, не прав: вглядевшись, я обнаружил, что вся платформа кишит грязными разводами следов, будто обитавшие здесь уродцы состояли сплошь из грязи. Судя по запаху, не отстававшему от меня вот уже которые часы, так оно, по сути, и было…
        Щит я обнаружил сразу же: он валялся почти в самом центре станции - там, где в былые времена обычно располагались такие красно-синие штуки с картой метрополитена и кнопкой «SOS», которыми никто никогда не пользовался. Теперь на этом месте расползлись во все стороны корни Чумного Червя, гадко извивающиеся и бурлящие.
        Запрыгнув на платформу, я бросился к щиту.
        - Ты что творишь?!  - догнало меня гневное шипение вампирши.  - У нас нет на это времени, они с минуты на минуту вернутся с подмогой, благо, если просто с личом и скелетами! А если прихватят и некромантов?!
        - Вот и не оставим им улик,  - отмахнулся я, даже не думая оставлять эльфийский артефакт гнить в этом проклятом месте.
        Но когда я склонился над щитом, хватая его за холодную гладкую поверхность, что-то случилось. Намного позже мне станет ясно, что именно, но конкретно в этот момент случившееся вогнало меня в шок.
        «Его нужно потрошить по противоположной оси… Слишком мало скелетов… Поддать огня!.. Где вурдалаки?.. Слишком мало золота… Нужно отстроить новый зиккурат!..» - все эти фразы, обрывками возникавшие в моей голове, принадлежали множеству разных голосов. Откуда они? Почему я их слышу?
        Я невольно уставился на пульсирующий у самого моего носа корень Червя. Мне показалось, что голоса исходят оттуда…
        - Чтоб тебя!  - вывел меня из прострации рассерженный крик фурии.  - Ты чего застыл?!
        - Я… а… да. Сейчас.
        Подхватив щит и почувствовав себя в разы лучше, я спрыгнул с платформы и бросился бегом за Ашасс - свет её факела уже исчезал во тьме тоннеля. Но даже когда я поравнялся с ней, мысли мои оставались там, на платформе. Что я только что слышал? Похоже, переговоры жителей Некрополиса, или что-то вроде того. Но как? Неужели эти корни являются ещё и чем-то по типу проводов для связи? Но значит ли это, что и вампирша слышит голоса? А если нет, то почему я?.. Мне захотелось спросить женщину об этом, но я не стал. Непонятно было, к чему это приведёт, а лишних проблем не хотелось. И так утонул в дерьме по самую макушку - куда уж дальше?!
        Как выяснилось - есть куда…
        Мы остановились возле врезанных в стену железных прутьев, соединявшихся в лестницу, что вела наверх. Причём сделали её определённо уже после Разлома, так как железо выглядело необычно и фосфоресцировало под могильным светом факела.
        - И что нам, наверх?  - спросил я, подняв взгляд и упёршись им в небольшой прямоугольный люк.
        - А ты видишь другие пути?  - показушно завертелась, расставив в стороны руки, Ашасс.  - Давай, лезь!
        - Ну уж нет,  - покачал я головой, отступая в сторону.  - Ты первая!
        - Всё ещё не доверяешь?  - заулыбалась вампирша.
        Ответом я её не удостоил, и женщина, поведя плечами, отбросила в сторону факел и полезла вверх. Я же, заложив за спину меч, но оставив на левой руке болтаться щит, двинулся следом. Стараясь отводить взгляд от того, что маячило перед глазами…
        Где-то сверху послышался шорох, и люк отошёл в сторону. Внутрь подземелья пробился неяркий тёплый свет. Каблуки Ашасс уже исчезли за краем люка, и я, споро подтянувшись, ввалился за ней следом.
        Первые мгновения я привыкал к новому окружению. Каким-то образом мы вылезли прямо из подземки в какой-то зал, размерами не уступающий интерьеру храма, но при этом куда более солидный на вид и… торжественный.
        У каменных стен стояли замысловатые доспехи с различным оружием - ни одно из них не было похоже друг на друга. Не удержав усмешки, я заметил и «броне-лифчик»: доспех, по сути, не имеющий защиты и служащий лишь для выпячивания прелестей женских персонажей в игре. Похоже, такие исключительно виртуальные штуки перекочевали через Разлом на Землю. Кроме прочего, под красивым сводчатым потолком висели белоснежные шали между нависавшими всем своим громадным весом гигантскими люстрами, утыканными десятками свечей. От них и шёл этот греющий душу своей теплотой свет… У одной из стен стоял украшенный позолотой пышный алтарь, и от него шёл, проплывая мимо меня, длинный, во весь зал, ковёр, как будто предназначавшийся для какой-то торжественной церемонии.
        Хотя, стоп. Почему «какой-то»…
        Это же свадьба!
        Подпрыгнув, словно сел на раскалённые угли, я потянулся за мечом. Но в воздухе что-то свистнуло, и в рукоять клинка со звоном ударил, отбив мою руку, кинжал, улетевший в неизвестном направлении.
        Я замер, глядя на окружающих меня вампиров со смешанными чувствами. С одной стороны - сам виноват, повёлся на честность со стороны самого бесчестного существа. А с другой… Я хотел попасть сюда? Хотел. Попал? Ещё бы… Так что, в принципе, никаких претензий к вампирше у меня быть не должно.
        Судя по довольной роже Ашасс, присоединившейся к клыкастым существам в красивых чёрных плащах до пола, она была того же мнения.
        Вампиры сгрудились в сплошную тёмную массу, окружив меня со всех сторон. Я покосился на открытый люк и сделал шаг в его сторону…
        - Не стоит,  - цокнула языком Ашасс, определённо получая от этой ситуации удовольствие.  - Разве зайке положено убегать, когда его окружила стая волков?
        Сука…
        Я глядел на хищные глаза кровососов, в которых горело лишь одно желание: Хюманской крови… Как много людей осталось в Некрополисе? Живых людей? Как давно эти существа питались настоящей человечиной, мешком, заполненным кровью, а не тухлыми кусками мяса, которые я видел на «кухне»? Из-под стильных плащей вампиров выглядывали кривые клинки, но было прекрасно ясно, что и без них эти монстры справятся: когти и клыки тварей не давали права усомниться в их смертоносной остроте.
        Всё-таки Меч Древнего освободился из ножен и лёг в мою ладонь. Я выставил его перед собой, одновременно с этим отчаянно закружившись и прикрывая своё тело щитом, и заорал:
        - Это - Меч Короля Вампиров! И сегодня он ещё не поел! Ну! Кто первым решится стать его добычей?!
        Вампиры остановились. Переглянулись в нерешительности. Каждый из них - я понял по их хищным глазам - узнал это оружие. И теперь вся эта толпа сомневалась, стоит ли соваться. Да, мне не справиться со столькими кровососами, но кто-то из них в любом случае пойдёт на убой.
        Какой-то вампир, посчитав себя самым умным, зашептал заклинание «любви» и выпустил его в меня. Я тут же присел, привычно прячась за щитом и отражая магический дебафф. Тело гада рухнуло в любовном экстазе, и теперь вампиры смотрели на меня уже с боязливым недоверием. У каждого из них чесались руки оторвать мне голову - я физически ощущал их желание насытиться неожиданно возникшей прямо перед носом кровью. Но кто был готов пролить свою?
        В ушах звенело так громко, а сердце настолько часто бухало в груди, что я не сразу услышал лёгкие частые шажки. Кто-то бежал, и этот «кто-то» наверняка был девушкой - лишь они способны бегать, семеня, будто дети, учащиеся ходить.
        Где-то на периферии зрения я заметил, как через толпу с криком «стойте!» протолкались, вбегая в круг. Я тут же крутанулся вокруг своей оси, направляя кончик клинка на нежданного гостя, и остолбенел, не зная, как реагировать.
        На меня глядела Лера. И выглядела она… не так, как раньше. Кожа определённо стала намного белее, исчез румянец с щёк, а губы, напротив, покраснели настолько, что стали сравнимы с цветом вечернего заката. Волосы, вечно безуспешно пытающиеся казаться аккуратно уложенными, теперь выглядели идеально: с них исчезла вся краска, вернув шевелюре натуральный русый цвет; локоны легли на белоснежный лоб красивой витиеватой чёлкой. А талия? Некогда неуклюже-квадратная, она приобрела изящные и манящие к себе изгибы. А чёрное, как сама ночь, платье до пола только подчёркивало её точёную фигурку. Чёрт, Лерка выглядела восхитительно! Но в этой ситуации мне было не до её вдруг проявившей себя во всех красках красоты. Затуманенный осознанием безысходности разум выдал мне глупую фразу, которую я провыл, вновь перекинув взгляд на не двигающихся вампиров:
        - Лера! Наконец-то! Я пришёл за тобой! Беги быстрее в люк! Я их задержу!
        Но тут я наткнулся на её взгляд. А, точнее, зрачки. Они не были Лериными - то есть, принадлежали тому же телу, но не той же девчонке, которую я знал: они вытянулись, окрасились в кроваво-красный оттенок, и стали… хищными. А посмотрев ниже, я наконец увидел, как из-под её верхней губы выглядывает два аккуратных клычка.
        Её обратили.
        - Саша,  - голос девушки ударил по ушным перепонкам звоном колокола.  - Я не пойду с тобой. Зря ты пришёл…
        - Почему?  - только и смог прохрипеть я, обречённо опустив оружие. В это мгновение на мои плечи, прежде твёрдо нёсшие груз выданной дядькой Степаном ответственности, обрушилась такая усталость, что я готов был уже сам открыть кровососам свою шею.
        Впрочем, вампиры почему-то не нападали. И даже, напротив, раздались в стороны, так что стало определённо легче дышать. Рядом остались стоять лишь с интересом наблюдающая Ашасс, взволнованная Лера и какой-то беловолосый молодой вампир за её спиной, нежно положивший на плечо девушки руку. Та не протестовала.
        - Любовь, Саша.  - Вздохнула Лера, накрыв ладонь вампира своей. Только вот смотрела на меня.  - Селим увидел меня на нашей стоянке. И… Влюбился. Он тут же пожелал нашей свадьбы.
        - Да ну? Вот так, сразу? А как же букетно-конфетный период?  - в том состоянии, в котором я пребывал, мне было всё равно, что сказать. Поэтому я зубоскалил.
        Но Лера ответила серьёзно:
        - Знаешь, как это происходит у вампиров?
        - У Кода!  - прорычал я.
        - … у вампиров,  - настойчиво продолжила она.  - Любовь - не то же самое, что у нас, людей. Он увидел меня и… не различил во мне жертву. Не желал моей крови. Даже не чуял её! Для вампира это - знак. Так он находит ту, что станет ему любовью всей жизни… Вечной жизни в любви и счастье. Я не смогла противиться этой искренней нежности.
        - Я видел алтарь с цепями и кровью…  - из последних сил выдохнул я, ощущая, как похолодели кончики пальцев. Мне не хотелось верить тому, что она говорит.
        - Да, там меня обратили.  - Пожала плечами Лера.  - Я сама попросила об этом. А цепи… Такая процедура не проходит безболезненно. И обращаемый может навредить сам себе, если ему не помочь.
        - Я шёл спасти тебя…  - собственный голос показался мне незнакомым, настолько он был тихим и переполненным безнадёжностью.
        - И совершил глупость.  - Сказала она, как отрезала.  - Я счастлива, Саш. Впервые за долгое время я чувствую, что оказалась на своём месте. Став частью Кода…  - с этими словами она переглянулась с тем, кого назвала Селимом, и аккуратно коснулась губами его щеки. Тот ответил ей объятием.
        И вот, в который раз - как же хорошо, что мне нечем блевать…
        Лера вдруг дёрнулась и воскликнула, как будто от прекрасной идеи, возникшей в её голове:
        - Саша! А, может, и тебя обратить? Ведь это не составит труда, а Селим?
        Голос вампира оказался приторно любезным:
        - Если ты, моя любовь, этого желаешь…
        - Да, Селим, иди сюда!  - хохотнул я, приподнимая клинок и ощущая, как расставивший всё по полочкам разум приходит в норму.  - Поцелуемся…
        - Убери это.  - Покачав головой, смерила презрительным взглядом меч Лерка.  - Ты думаешь, я не вижу, что это за игрушка? Мой мир теперь выглядит иначе, Саша. Я вижу характеристики. Полосы жизней… Мир расцвёл для меня, открыл все свои тайны! Теперь я знаю, что такое быть Видящим.
        Я открыл было рот, чтобы сказать какую-нибудь едкую гадость. Но тут же его захлопнул. И посмотрел в глаза Леры, стараясь найти в них ответ на мои невысказанные вопросы. И нашёл их. Да, действительно, мы, люди, такие ничтожные и слабые существа. А теперь, став частичкой Кода, она и впрямь… счастлива! Быть может, всё-таки это конец? Для нас, Землян? Может, зря мы дрыгаем руками, стараясь не утонуть, в то время как нигде уже и не осталось даже островка, куда мы смогли бы выплыть? Может, стоит остановиться, устало махнуть рукой и уступить тем, кто наглядно сильнее нас?
        На секунду - на унизительную секунду я ощутил слабое желание согласиться. Подставить шею, какое-то время покорчиться в судорогах боли, пока организм перестраивается под законы Кода… И стать его частью. Частью нового мира, в котором тем, кто зовётся Хюманами, больше нет места. Может, тогда я тоже стану счастливым?
        Нет…
        - Я дал слово. Прости, Лер. Не стану одним из…  - «них», хотел сказать я.  - Вас.  - успел вовремя поправиться.
        Я опустил взгляд, покачав головой. Дёрнул левой рукой, стряхивая с себя грохнувшийся на пол щит, разжал пальцы правой руки, отпуская Меч Древнего. Чего вы ждёте, кровососы? Я ваш.
        Один из вампиров принял моё «приглашение» и, раскрыв пасть, бросился на меня с такой скоростью, словно боялся опоздать, обгоняя остальных, топчущихся на месте в нерешительности. Его клыки уже было сомкнулись на моей шее, перед лицом мелькнул его плащ… Но тут что-то размазалось в воздухе, и вампир покатился по полу, хватаясь за бок и сотрясая воздух проклятиями.
        А передо мной стояла Лера. Как она сумела так быстро двигаться в таком платье - ума не приложу. Но ещё больше меня впечатлила её сила - отправить вампира в нокаут одним ударом - на такое способен лишь только что обращённый, познавший всю силу своего нового естества.
        Кровососы, окружавшие меня, с рычанием двинулись на девушку. Не стоит, даже если ты невеста, мешать гостям на свадьбе наслаждаться яствами на столе: могут начать буянить. И вампиры, сведённые с ума возможностью насытиться живым человеком, готовы были разорвать даже своего.
        Я заметил, как Ашасс обернулась к ним, махая руками:
        - Ну-ну, котятки, опомнитесь!
        Конечно, это не возымело никакого эффекта. Обнажились клинки, оскалились зубы… Чёрт, а я сегодня популярный.
        И тут передо мной и неожиданно проявившей недюжинную смелость Леркой возникла ещё одна тень, перекрывшая нас собой как скала. Стены зала сотрясло от гневного баса прикрывшего своим телом любимую Селима:
        - А ну остановились, псы!  - от этих слов вампиры почему-то действительно замерли, как будто на них наложили какое-то заклятие.  - Я, на правах наследного графа и вашего господина приказываю склониться и вспомнить, на чьё вы пришли празднество, и кому подчиняетесь!
        Кровососы действительно начали опускаться на колени. Мне показалось, что и вправду было использовано какое-то могущественное массовое заклинание, но - нет. Я увидел в глазах вампиров такую безмерную преданность перед тем, кто назывался их графом, что в пору действительно сравнить их с собаками, виляющими хвостами перед хозяином. Иерархия в вампирских кланах ставилась на первое место. И, какими бы кровожадными и хитрыми ни были эти твари, стоило признать: их честь внутри «семейного» круга была во много раз выше людской.
        Селим удовлетворённо кивнул и обернулся к Лере. Я увидел в его глазах растерянность, но не злобу.
        - Милая,  - он осторожно ухватил девушку за плечи.  - Объясни.
        Но вместо ответа Лера негрубо вырвалась из его рук и, обернувшись ко мне, ухватила за края бронежилета, притягивая к себе.
        И коснулась губами моих губ.
        Я почувствовал, как внутри меня всё забурлило, как в мозгу взорвались тысячи фейерверков. Нет, это не было чувство любви. То было ощущение неизведанного до этого момента чувства: чувства девичьих жарких губ, которые я ещё никогда не пробовал на вкус. Бурление в крови прекратилось так же быстро как и началось, и следующие секунды, которые Лера не отрывалась от поцелуя, я стоял в замешательстве и глядел на Селима. Но тот, вопреки здравому смыслу, вновь не пришёл в ярость, и вообще никак не отреагировал: только стоял и с хладнокровным спокойствием смотрел как его невеста целует еду. Послышался смешок Ашасс, остальные вампиры не решались даже поднять взгляда, так и стоя на коленях. Похоже, граф их не слабо припугнул.
        Наконец, Лера отпрянула от меня и заглянула в глаза, неловко спрашивая:
        - Ты… что-нибудь почувствовал?
        Я ответил без промедления:
        - Ты забрала мой первый поцелуй, бессердечная сволочь.
        Лера как-то грустно усмехнулась и вовсе отошла от меня.
        - Вот и я ничего не почувствовала. Странно. Ведь нам суждено было быть вместе, не так ли? Так все говорили. Может, теперь всё и впрямь так, как должно быть.  - Она повернулась к жениху, который смотрел на неё с прежней любовной нежностью, и твёрдо произнесла: - Ты должен спасти его. Ради меня.
        Граф зыркнул на меня, какое-то время не отпуская своим тяжёлым взглядом. Каким образом я выдержал его и не отвёл глаза - ума не приложу. Но по какой-то причине апатия, только что охватившая меня с головой, исчезла. И теперь я воспринимал всё вокруг как игру. Игру с жестокими условиями, без каких-либо читов, но… игру. Сюжетную линию, которую следует пройти. Как бы это выглядело в виртуале? Наверное, квест с каким-нибудь прикольным названием, вроде «Невеста на выданье», или «Кровавая свадьба». Цель - выбраться живым со свадьбы вампиров. Награда - жизнь. Неплохая, кстати сказать, плюшка…
        Селим снова взглянул на Леру. На ту, что стала смыслом его жизни. По правде говоря, я и понятия не имел, что Код может любить. И уж тем более исчадие тьмы, служитель Некрополиса. А вот оно как, на самом деле.
        Натянутую, как пружину, давящую на уши тишину зала, оборвал весёлый женский голосок:
        - Да брось ты, котёнок!  - Улыбнулась Ашасс, стоя за спиной Селима и, очевидно, обращаясь именно к нему. В отличие от всех остальных, она стояла прямо и скрестив на груди руки, глядя на графа как будто бы с вызовом.  - Ясно же, что ты уже всё решил. Чего тянуть время!
        - Ашасс…  - прошипел сквозь клыки Селим, полуобернувшись к вампирше.  - Если ты считаешь, что можешь фривольничать на правах моей сестры… То я быстро подточу тебе клычки.  - женщина заткнулась, но граф всё же кивнул: - Ты права. Я всё решил…
        Следующие минуты стали для меня полным шоком и прошли как будто в тумане или полудрёме: я как будто что-то видел, каким-то краем сознания воспринимал происходящее, но всё же закрылся в себе и пытался осмыслить случившееся, не веря тому что это происходит со мной.
        Первым делом Селим отдал приказ ошарашенным вампирам не трогать меня и объявил, что «жизнь этого Хюмана - теперь ваш приоритет. По крайней мере до тех пор, пока он не покинет Некрополис!». Затем чёрным плащом накрыли мои меч, щит и автомат, перевязали так, что они стали похожи на котомку, и выдали такой же плащ мне, под которым спрятался пистолет и запасные магазины.
        Кажется, мне помогала переодеться Лера, а, может, и кто-то из подручных графа - не знаю. Затем меня куда-то повели. То ли в ещё один зал, то ли в подвал или на верхний этаж - понятия не имею. Я только увидел, как передо мной поставили чан с мутной жижей.
        - Это - кровь.  - Услышал я над ухом Лерин голос, а после увидел, как она опускает руку в чан. То же самое сделала и появившаяся с другого боку Ашасс.  - Человеческая кровь. Будет неприятно. Но ты терпи. Нужно сбить твой запах.
        После этих слов они обе стали обмазывать меня с ног до головы - больше всего досталось не прикрытому одеждой лицу и ладоням. Я не протестовал, хотя и понимал, насколько это всё противоестественно.
        Когда меня закончили «прихорашивать», появился Селим. Положил руку мне на макушку и прикрыл глаза, бормоча какие-то слова. Через несколько секунд я понял, что это - заклинание. Мне не объяснили, какое именно, но и не нужно было: наверняка из закромов магических фокусов разбойников и убийц. Эти классы имели при себе очень полезный бафф: на какое-то время они могли внешне изменить характеристики персонажа, принадлежность к расе и классу. Это позволяло им проникать в различные места и не быть обнаруженными. Уверен - то же самое провернули и со мной, среди вампиров куча существ именно этих классов.
        Так что, скорее всего, взгляни на мою персону какая-нибудь тварь Кода, и увидит меня вампиром. То есть следует всего лишь поменьше открывать рот и вообще побыть серой мышкой, не высовываться. Правда, до меня пока не дошло, как кровососы намеревались объяснить мой хэллоуинский образ измазанного кровью чудика, но, быть может, и не стоит допытываться. В конце концов, они знали, что делали.
        Когда все приготовления были окончены, я, с котомкой за спиной, последовал вместе со всеми наружу. Мы вышли на узкую улочку, окружённую плотно прижатыми друг к другу домишками, построенными определённо не Кодом, а Хюманами. Я не заметил ни одной постройки, что могла бы принадлежать Некрополису, но всё было не так просто. Дома внешне стали напоминать скорее обмотанные паутиной гигантские ульи, та же паутина заполонила собой всю улицу, оплетая меж собой дома сложными переходами. Создалось впечатление, как будто я стократно уменьшился и попал в мир насекомых, в один из муравейников, например. Краем глаза увидел ползущего вдалеке паука. Настолько огромного, что машина-легковушка в сравнении с ним покажется игрушечной.
        - Здесь заканчивается зона вампирских кланов,  - шепнул мне на ухо Селим.  - И начинаются земли Арахнов, пауков. Некрополис разделён на сферы влияния, и я очень рискую, покидая свою. Так что… чтобы ни писка.
        Я молча кивнул.
        К нам подвели четырёх лошадей, которых я уже видел у некромантов-разведчиков: лишённые мяса и кожи существа, сплошные скелеты, с валящим голубым паром из ноздрей и глазниц. Мне стало не по себе, когда я понял, что должен буду взобраться на эту жуть. Но, как оказалось, одному отбить задницу на костяшках монстра мне не придётся: на ближайшую ко мне лошадь вскочила Ашасс и протянула руку:
        - Давай руку, зайка!
        Я неумело влез на животное (наверное, можно так назвать это нечто) и, почему-то ощущая неловкость, обхватил вампиршу за талию. С чего бы мне вообще что-то чувствовать? С тех самых пор как произошёл Разлом я внушал себе, что отребья Кода - всего лишь куски единиц и нулей, вырвавшиеся из виртуальных вселенных. Разве мы ощущаем хоть что-то, когда убиваем Непися, или флиртуем с ним? Так что для меня Код всегда был чем-то… не живым. Вроде терминаторов - обычных машин, из-за которых может погибнуть человечество. То есть, уже погибло.
        Но теперь что-то новое возникло в моей душе. Я впервые увидел Код во всех подробностях, впервые оказался среди его представителей. И что увидел? Ведь пусть на какое-то время, я и забыл, что передо мной - не живые существа, а ошибка мироздания. Вот и теперь, прижавшись к Ашасс, пусть я и не ощущал привычного человеческого тепла, лишь холод, но ведь она была настоящей. Она подала мне руку, помогла взобраться на лошадь, а теперь улыбалась, заметив мою нерешительность. Она - живая. Как и все они. Тогда почему я отчаянно пытаюсь убедить себя в обратном?
        На другую лошадь взобрались Селим с Лерой, а позади меня и Ашасс влезли на спины скелетов два вампира. Остальные остались на территории клана: граф разумно решил не брать с собой всех, одновременно не рискуя своими подданными и при этом делая отряд менее заметным.
        Мы двинулись. Я ощутил, как неприятно зашевелились подо мной кости лошади. Пусть руками я и хватался за вампиршу, но ноги деть мне было некуда, кроме как меж рёберных костей скакуна. Но о таком я не смел даже думать.
        Было решено держать путь на Север, а не обратно - туда, откуда я пришёл. О том попросил я сам. По моим прикидкам, до рассвета оставалось всего ничего. Я всё равно не успевал вернуться, так уж лучше, воспользовавшись добродушием (читай - вынужденным согласием) вампиров, пересечь Москву насквозь и выйти ближе к Питеру, сэкономив уйму времени. Хотя я и боялся, что Лера ответит отказом: всё-таки она знала о цели нашего путешествия и о том, чем, в случае успеха, всё должно закончиться. И теперь, когда она полюбила то, что я намеревался уничтожить, мне казалось, что ей будет проще вставить мне палки в колёса, если уж не было решимости меня убить. Но, как ни странно, девушка только передала мою просьбу графу, и тот с глубоким вздохом согласился.
        Под мерный цокот копыт и периодически доносящиеся с боков отдалённые стрекотания и шипения, что издавали пауки, мы продвигались вперёд, огибая места, слишком густо усеянные невероятно прочной, на вид, паутиной. То и дело из тёмных зевов окон домов, некогда принадлежавших людям, высовывались паучьи жвалы, а их чёрные глаза-бусинки провожали нас до тех пор, пока мы не исчезали за очередным поворотом. Какое-то время я боязливо смотрел на них в ответ, но всё же отвёл взгляд и постарался разглядывать затылок вампирши.
        До тех пор, пока мы не дошли до центра Москвы.
        К этому времени мы успели пройти несколько патрулей из скелетов-лучников и их предводителей-личей. Они смерили нас тяжёлыми взглядами из пустых глазниц, особенно пристальное внимания заострив на мне, но всё же не остановили и двинулись своей дорогой дальше.
        Центр Некрополиса представлял из себя сплошные заводы по созданию нежити. Он был полностью окружён зиккуратами, столбы света из которых выстроились в сплошную яркую стену из прутьев. От пирамид смерти расходились большие площади кладбищ, по которым бродили горбатые существа в капюшонах и с посохами, периодически опускаясь на корточки и выливая какие-то зелья в местах упокоения. После этих манипуляций земля взрыхлялась и из неё с громким воем вылизали корявые трупы-зомби, далее следуя за своим господином, так что за подобными горбунами бродила целая стая верещащей и пускающей слюни нежити.
        Дальше шли расположенные прямо на улицах булькающие котлы. Вокруг них стояли некроманты, разводя в сторону руки, из которых к котлам тянулись длинные нити, окружённые аурой из рун. Видно, данная процедура была намного сложнее и длительней чем воскрешение мёртвых, потому что, проезжая мимо котлов, я не заметил никаких изменений, но один раз мне посчастливилось увидеть, как из кипящего варева вылезает хрипящий скелет, облачённый в полупрозрачные одеяния и корону, созданную непонятно из чего. Здесь создавались личи.
        Мы проехали ещё множество угнетающих своей архитектурой построек: над некоторыми кружили летучие мыши, другие изливали из своих окон и дверей странного вида лаву, что текла по улицам, пропадая в бездонных дырах, видно, стекаясь куда-то в метро, где создавались другого рода монстры. Меня охватила паника, которую я с трудом сдержал. Да, казалось бы, кровососы всё предусмотрели и проблем быть не должно. Но… как только я ощущал на себе взгляд неживых, то тут же представлял, как кто-нибудь кричит «Стоять!» и меня обнаруживают. Как бы Селим ни любил Леру - в случае, если опасность будет угрожать ему самому или клану, вампир как пить дать сдаст меня с потрохами. Мне и так слишком долго везло.
        Когда мы уже почти было пересекли центр, то оказались в квартале, в котором, как и в зоне влияния Арахнов, почти полностью сохранились Земные постройки. Но между крышами невысоких домов натянулись цепи, на которых повисли, прямо над головами, узкие клетки. Я с ужасом увидел болтающиеся ноги и протянутые в мольбе помочь руки. В клетках сидели люди, эльфы, орки, лощёные космо-десантники и, конечно же, Хюманы. Их можно было легко выделить среди людей, выплюнутых в нашу реальность Разломом: у людей виртуала волосы всегда были как будто после ванной, аккуратные и чистые, да и тела не казались грязными, в отличие от Хюманов, которым стоит не помыться неделю, и уже кажутся пропойными бомжами.
        Я смотрел на десятки, нет, сотни подвешенных над головой рабов, и пытался не поддаться очередному приступу паники. Что станет с ними завтра, послезавтра, через неделю? Кормят ли их вообще? Возможно, просто ждут, пока те сгниют, чтобы сделать из них тех же зомби или скелетов - вон, над некоторыми клетками уже летают мухи, поедая не первой свежести труп. А кто-то, наверняка, станет частью безумного магического эксперимента по выведению новых тварей Некрополиса…
        Пока я думал об этом, то не заметил, как мы почти пересекли границу центра. Со слов Ашасс, нам оставалось пройти всего пару зон влияния до Северной части Москвы, а там я уже буду свободен.
        - Стоять!
        Лошади резко замерли, так что я от неожиданности лишь чудом не рухнул, вцепившись в вампиршу до боли в пальцах. И, выглянув из-за её плеча, уставился на небольшой отряд, состоявший из двух здоровых умертвий-чудовищ Франкенштейна, которых я видел, проникая на территорию города, и одного клыкастого уродца, чем-то напоминающего гоблина, только с человеческий рост и, на вид, менее неуклюжего. Уродец был облачён в обрывки тканей, свисавших с него до самой земли, а через плечо перекинул меч с широким клинком и крюком на конце.
        Он обвёл нашу процессию взглядом глубоко посаженных красных глаз. Оценив наше послушание и моментальную остановку, он радостно воскликнул, уперев кулак в бок:
        - Вот те раз! Вампирюги пожаловали.  - Он хитро сощурил глаза и обнажил кривые жёлтые клыки.  - Что-то, ребята, не припомню, чтобы вы тут обитали.
        Не знаю, как остальные, но я весь напрягся. У меня внутри всё сжалось, когда красные глаза уродца остановились на мне. Он медленно приблизился к нашей лошади, и я почувствовал, как затвердели мышцы Ашасс. Неужели она была готова в случае чего защищать меня? Или себя?..
        Уродец встал подле нас, абсолютно без стеснения обводя взглядом меня с ног до головы. Он делал это так долго, что я спиной почуял как Селим намеревается размозжить ему и двум его громадным прихвостням бошки и улизнуть. Что-то я не заметил здесь никаких «камер слежения» по типу Ока Саурона - боюсь себе представить, какое царит в Некрополисе беззаконие и сколько трупов ежедневно находят в городе. Но, с другой стороны, как быстро вампир успеет что-то предпринять прежде чем острый меч этого существа разрубит меня пополам?
        - А этот у вас…  - дёрнулся я от неожиданной фразы уродца, оборвавшей напряжённую тишину.  - Чего весь в крови то?
        - Новообращённый.  - Тут же раздался из-за спины спокойный голос графа.  - Не подумали его связать при обращении. Вот себя и подрал.
        - А-а-а…  - понимающе протянул уродец, шлёпая меня по ноге. Мне показалось, что по ней врезали кувалдой.  - Что, дружище, не сладко тебе?! Ну, добро пожаловать в наши ряды!
        После этого он ещё какое-то время пристально играл со мной в гляделки. Только смотрел не прямо на меня, а как будто сквозь. Наверняка разглядывал мои параметры, ища подвоха. Он что, кто-то вроде местного пограничника? Всех, что ли, так останавливает? «Предъявите документики, пожалуйста». Почему-то в моей голове так ярко всплыл образ этого страшилища в какой-нибудь фуражке и форме, отдающего честь, что я невольно усмехнулся.
        Усмехнулся, обнажив зубы.
        Я моментально опомнился, захлопнув рот. Но уродец, видно, успел заметить отсутствие у псевдо-обращённого вампирских клыков, и стащил с плеча меч, уткнув его концом в землю. Мне подумалось, что так он сможет без проблем взмахнуть им и лишить меня головы.
        Две неуклюжие верзилы вразвалочку приблизились, почуяв запах неприятностей. Его, видно, ощутили все, так как раздался цокот копыт, и к нам подскакал Селим с Лерой, вставая так, чтобы быть правым боком к уродцу и его «свите». Граф не взял с собой никакого оружия, но его когти выдвинулись, как у кошки, готовящейся к схватке.
        - Послушай,  - успокаивающим тоном произнёс Селим.  - Мы едем в северные угодья, поохотиться. Новообращённый не в себе, он очень голоден. Ему следует насытиться.
        - А чего вам у себя не охотится?  - Хмуро проговорил уродец, не обернувшись к графу. Его взгляд цепко ухватился за мою персону.
        Селим сдержанно расхохотался:
        - В наших местах давно никакого зверья не осталось: кланы всех перебили. Думаешь, стали бы мы соваться в эту часть Некрополиса без крайней нужды?
        - О, вот оно что.  - С тем же видом ответил уродец, делая шаг назад и производя приглашающий жест рукой.  - Ну, милости просим. Проезжайте.
        На меня накатило облегчение. Лишь только Ашасс отдала приказ и лошадь-нежить двинулась дальше, проходя мимо «пограничника», я позволил себе выдохнуть и улыбнуться. Пронесло… Пожалуй, стоит быть в следующий раз поосторожней. До выхода из города осталось всего ничего, а мы чуть не попались из-за моей глупости. Порой я начинаю забывать, где нахожусь и что на кону.
        Пока я думал, с нами поравнялась лошадь с Селимом, а две других, несущих на себе вампиров, встали по бокам.
        В этот миг я и почувствовал каким-то шестым чувством опасность.
        То ли воздух за спиной стал гуще, то ли повеяло смрадным запахом изо рта разинувшего пасть уродца, но я понял, что острозаточенное лезвие меча вот-вот обрушится на меня, лишая жизни. Тело начало действовать прежде, чем мозг успел что-либо продумать: я подался в сторону и начал падать. Всё вокруг стало как в замедленной съёмке: я увидел, как невероятно долго поворачиваются в мою сторону вампиры, извернулся и заметил краем глаза меч уродца, которым тот рассекает воздух прямо в том месте, где только что находилась моя спина.
        Он нам не поверил.
        Время пришло в норму, и я рухнул, больно приложившись спиной и ударившись затылком. Всё лучше, чем валяться разрубленными половинками. Меч же ударил по крупу лошади: та дико заржала и встала на дыбы, замолотив по воздуху копытами. А в следующие несколько секунд произошло сразу множество событий, почти одновременно.
        Ашасс подскочила и, оттолкнувшись от позвоночника животного, прыгнула прямо на опешившего уродца, широко раскинув руки и поджав ноги под себя, будто превратилась в Тринити из «Матрицы». То же самое сотворили и остальные, помешкав с мгновение, только устремились в сторону монстров Франкенштейна, которые толком и не поняли, что происходит.
        Вампирша схватила ногами голову заверещавшего уродца, начавшего валиться назад, развернулась, с хрустом ломая ему шею и, согнувшись в мостик, упёрлась руками в землю и рванула ногами вверх и в сторону с такой силой, что кожа и мышцы на шее уже мёртвого существа разорвались - его голова полетела вверх, будто подкинутый футбольный мяч, а из шеи брызнула фонтаном чёрная, как смоль, кровь.
        В то же время к так и не успевшим проанализировать ситуацию своими крошечными, с орех, мозгами монстрам подскочили остальные кровососы и ухватили их за конечности. Мышцы вампиров напряглись, кожа на руках и ногах монстров натянулась, и в следующую секунду они лопнули, как мыльные пузыри, только во много-много раз гаже…
        Я успел только моргнуть, а мои сопровождающие уже были умыты чёрной жижей, что была кровью неживых. Конечно, кроме весёлой Ашасс, которая умудрилась даже не испачкаться, и теперь смотрела на остальных (включая почему-то абсолютно спокойную после содеянного Леру) с чувством превосходства на лице.
        - По коням.  - Быстро привёл всех в чувства Селим, двинувшись ко мне. Поставив меня на ноги, он только прорычал: - Тупой Хюман.  - И запрыгнул на лошадь, дожидаясь невесту.
        - У вас не будет проблем?  - На всякий случай уточнил я, вновь усаживаясь за спиной Ашасс.  - Вы ведь убили своих…
        - Они нам не свои, зайка!  - Засмеялась вампирша.  - Представь, что живёшь в очень большой семье, и ты в ней - приёмный. И в этой семье есть один брат-ублюдок, который угрожает твоей жизни. Убьёшь его - и что, будешь чувствовать угрызения совести?
        - Не подстраивай меня под свои рамки,  - пробурчал я, оглянувшись на картину из какого-нибудь треш-фильма с кучей крови, мясом и кишками, которая осталась позади.  - Я имел в виду, не обнаружат ли нас?
        С этими словами я указал наверх - туда, где следившие за происходящим рабы расшатывали клетки, кричали и указывали на нас пальцами.
        Селим тоже обратил на это внимание.
        - Надо спешить.  - Коротко бросил граф.
        Оставшийся промежуток пути мы не встретили особого сопротивления. Северная часть Москвы была отдана под храмы Богов Некрополиса, где редко можно было увидеть кого на улице. Так что я просто разинув рот рассматривал постройки с гигантскими скульптурами женщины-паука, которой поклонялись Арахны, какого-то жнеца, скрывавшего лицо под капюшоном - божества и покровителя некромантов; твари, похожей на мантикору - чёрт его знает, кому она покровительствует.
        Всё это я уже видел в виртуале, да и другие шедевры архитектуры, во много раз более впечатляющие чем эти, тоже. Но узреть такое в реальности… Да, у меня захватило дух.
        После храмов начиналась разбитая дорога, через которую проросли уродливые корни гнилых деревьев - здесь же начинался и лес нежити. Значит, до стены, за которой свобода, рукой подать. Мои предположения подтвердили слова Селима, остановившего лошадь:
        - На этом - всё.  - Он сурово посмотрел на меня из-под бровей.  - Дальше - сам. И, на будущее, запомни, Хюман. Я сделал это только из небывалой любви к той, кто желает, чтобы ты жил. Не будь её…  - граф накрыл ладонь Леры, которую та, глядя с обожанием на жениха, положила ему на плечо. Выглядело это весьма странно, учитывая то, что кровососы будто бы умылись смолой.  - …ты бы уже был мёртв. Так что благодари её доброе сердце. И больше не смей показываться нам на глаза. В следующий раз тебя уже никто не спасёт.
        - Следующего раза не будет.  - Клятвенно пообещал я, спешиваясь.
        Больше я не сказал ничего. И мне ничего не ответили. Я поправил котомку, так и оставшись в измазанном кровью тряпье вампиров, и пошёл вперёд. Кажется, никто не провожал меня взглядами - почти сразу послышался цокот копыт, который довольно быстро стих. Но в глубине души я надеялся, что Лера всё же смотрела мне вслед.
        До стены МКАДа я добрался без проблем. Только раз пришлось прятаться от небольшого отряда-патруля из тех же некромантов и вурдалаков, но на этот раз я додумался спрятаться от них подальше и пересидеть в густой роще.
        Выбравшись из Некрополиса, я шёл ещё какое-то время, не останавливаясь до тех пор, пока небо над головой не просияло. Тучи, который поддерживала магия зиккуратов, остались позади, и меня встретил яркий рассвет. Моё время по договору закончилось. Вернуться в лагерь мне уже не успеть. Что ж, я и не надеялся встретиться с Видящими и Андреем - выходит, наши пути разделились. Но у меня больше не было ощущения одиночества и панического предчувствия смерти. Я пересёк Некрополис насквозь - кто из живых проделывал такое до меня?
        Протопав к небольшому деревцу, ознаменовавшему начало негустого живого леса, который не тронул яд нежити, я присел возле него, спрятавшись под тенью пышных крон и, повалив на землю котомку, посмотрел вдаль.
        Но стоило мне подумать о том, что всё кончено, и с улыбкой насладиться тёплым солнцем, по которому я успел небывало соскучиться, как где-то сбоку, из-за дерева, раздался шорох. Котомка была вмиг раскрыта, а автомат твёрдо лёг в руки. Я успел мысленно пожаловаться на судьбу, которой понравилось со мной играть, вставляя палки в колёса, когда тень, выдавшая себя неосторожными звуками, вышла на свет с поднятыми руками.
        Это была Ашасс.
        - Убери своюри пукалку,  - расслабленно хихикнула женщина.  - Я пришла попрощаться. И кое-что отдать.
        Я не успел что-либо сказать: вампирша в мгновение ока оказалась возле меня и запустила пальцы под лямки бронежилета, довольно ловко стаскивая его с меня. Мои руки стали ватными, палец сполз со спускового крючка, а автомат поплыл вниз. Я собрался что-то сказать, но не смог: меня заткнули жарким поцелуем. До сих пор я не могу понять, почему она это сделала. Почему не убила, а подарила час счастья. Может, всё дело в том, что мы оба пережили вместе, или ещё что - кто поймёт этот Код, тем более вампиров?
        Но, в любом случае, я уже мало что соображал, бросая оружие и без возражений давая снять с себя футболку, накидываясь на хохочущую Ашасс под тенью одинокого дерева.

* * *

        Далёкая точка в небе начала стремительно увеличиваться в размерах, снижаясь над клочком леса, лишённого деревьев. На нём приютилось крохотное примитивное селение, для которого двигатели приближающегося звездолёта могли стать концом спокойного существования.
        Но пилот корабля был не глуп и опытен: он развернул истребитель боком и спланировал над деревьями за стеной, огораживающей селение. Несколько деревьев тут же сложились пополам, а корабль выпустил шасси, напоминающие четыре стальных лапы жука. Этот истребитель был лишь частично грузовым транспортом, не самым большим в арсенале космо-десантников, но при этом всё равно своей «макушкой» превосходил в высоту даже самые высокие сосны этого леса.
        Выдвинулась из абсолютно гладкой стенки корабля и отъехала в сторону вытянутая дверь, из пола выехал трап, упёршись в землю и зафиксировав своё положение двумя крюками по бокам.
        Из корабля высыпались существа в бронекостюмах - военных скафандрах с бластерами наперевес. Все они казались близнецами, отличаясь лишь по своему росту и ширине: лица существ прятались под тонированными стёклами прочных шлемов.
        Космо-десантники рассредоточились по территории, чётко отточенными движениями заняв позиции, дающие обзор на лес и на территорию селения, и замерли, ожидая дальнейших приказаний.
        А следом по трапу сошёл краснокожий гигант с чёрной повязкой на правом глазу. Его лысая голова казалась огромным булыжником с выдвинутой вперёд челюстью, вместо носа - две дырки, как у змеи, а вытаращенный, будто готовый вывалиться, глаз сканирует округу вертикальным зрачком. Его бронекостюм в принципе ничем не отличался от остальных, разве что шлем был сдвинут на затылок. Но при этом поверх скафандра красовался перекинутый через плечо синий плащ с гербом конфедерации, к которой принадлежал инопланетянин, с нацепленными на ткань орденами различной степени. Краснокожий был явно высокопоставленной шишкой, и корабль, очевидно, принадлежал ему.
        И теперь он намеревался забрать и ещё кое-что, ему принадлежащее…
        Гигант пробухал окованными в сталь сапогами по трапу и, заложив лапищи за спину, двинулся к дыре в ущербном частоколе, которая здесь, видно, считалась за ворота. За ним по пятам следовало два телохранителя с торчащими из скафандров хвостами ящериц.
        Пройдя к воротам, краснокожий согнулся в три погибели, чтобы протиснуться в них, и вошёл на территорию деревни, внимательно оглядываясь вокруг. Взгляд упал на разбросанные балки и воронку по левую руку, будто от взрыва. Его единственный глаз сощурился, а в голову проникли хмурые мысли.
        - Генерал Вард-Лок,  - выскочил из-за его спины один из телохранителей, водя дулом бластера из стороны в сторону.  - Вам не следует идти без дополнительных сил по территории врага.
        Тот, кто звался Вард-Локом заулыбался. Селение загрохотало от его хохота:
        - Брось! Что нам сделают эти примитивные животные?! Забьют палками?!  - При этих словах генерал высвободил из кобуры на поясе пистолет, который для кого другого, поменьше ростом, сошёл бы и за полноценный пулемёт, и крутанул его в пальцах, подбросив в воздух и ловко схватив.  - Пусть только сунутся!
        Вард-Лок, не прекращая хохотать, потопал по узкой дорожке обиталища Хюманов, презрительно зыркая то на одну покошенную деревянную коробку у ног, то на другую, похожую на предыдущую как две капли воды. «И в этом они живут?!»,  - изумился про себя генерал.  - «О, Император, что за ничтожные твари!».
        Но по мере того как он пробирался вглубь селения, мысли краснокожего гиганта перетекали в другое русло: «Почему никого нет? Почему корабль не засёк никакого переполоха? Здесь что-то не так…».
        Его опасения подтвердились, когда Вард-Лок достиг внутренней стены селения, такой же убогой, как и внешняя, но в отличие от неё имеющей какую-никакую, а дверь. Здесь лежал труп старика, частично изуродованного, на вид - тупым предметом, которым его колотили не долго: Хюман умер от разрыва сердца, а не переломов, небольшой взбучки ему хватило.
        Но кто сделал с ним это? А остальные?.. Генерал заметил следы, говорившие о том, что здесь кого-то тащили. Они шли до самых ворот и исчезали за повисшей на петлях дверью. Гигант уверенно переступил через труп и двинулся дальше. Телохранители тенью двигались за ним.
        За внутренней стеной оказалось также пустынно. Вард-Лок жестами дал приказ прочесать территорию, и космо-десантники юркнули в разные стороны, исчезая в небольших постройках. Сам же генерал направился к зданию, по местным меркам казавшимся даже добротным. Наверное, это было место для проведения больших празднеств, пышных церемоний, или что там предпочитают делать эти низко развитые свиньи?
        В дверях гиганту вновь пришлось пригнуться. Внутри оказалось темно - хоть глаз выколи, и Вард-Лок на ощупь отыскал на поясе портативного робота разведчика, по сути, небольшой металлический шар. Подбросив робота в воздух, генерал отдал команду дать свет. Разведчик, зависнув в воздухе, вспыхнул ярким светом, достаточным, чтобы прекрасно видеть в потёмках, как днём. Довольный собой, краснокожий потопал вперёд, поигрывая пистолетом, а шар закружился вокруг, следуя по пятам, будто муха.
        Войдя в основную часть постройки, Вард-Лок поморщился от явственного ощущения ненавистной магии. Тут определённо было что-то магическое, совсем недавно - день назад, может, два. Но затем это «что-то» забрали отсюда, оставив лишь осевший на стенах и полу «запах». Что ж, забрали - и ладно, подумал генерал, призывая к себе разведчика.
        Отдав тому приказ облететь помещение, краснокожий стал ждать, что будет. Робот стремительно облетел все углы, покружился, петляя меж примитивными деревянными балками, поддерживающими высокий потолок, и замер возле выставленного в самом центре помещения кресла.
        - Распознан объект. Тип: Хюман. Статус: мёртв.  - проскрежетал встроенный в крохотное тельце робота компьютер.
        - И без тебя, вижу, жестянка. Живых без голов не бывает!  - отмахнулся Вард-Лок от робота, как будто тот действительно был мухой, шагнув к зловещему креслу.
        Тело мертвеца было крепко примотано к примитивному трону. Не все пальцы были на месте, а те, что были, лишились ногтей - причём как на руках, так и на ногах. Если судить по волосяному покрову и тому, что генерал заметил в связи с отсутствием у мёртвого одежды, то была мужская особь. Его резали и били - ужасные гематомы на теле доказывали, что удары наносились со страшной силой и здоровыми кулачищами. Вард-Лок с задумчивым видом приложил свой кулак к одной из гематом, и посудил, что бей он сам, наверное, остались бы точно такие же следы. А ведь он принадлежал к одной из самых могучих рас конфедерации.
        Ну и, конечно, голова. То есть - её отсутствие. Кто бы ни сделал такое с Хюманом, он не просто обезглавил его, а забрал голову, как трофей: приказав разведчику обрыскать всё внимательнейшим образом, генерал удостоверился, что в помещении никакой головы не было.
        В любом случае, судя по количеству увечий, этот Хюман держался под пыткой долго. Очень долго. А в том, что это была пытка, Вард-Лок не сомневался: он сам провёл не один допрос с пристрастием, и прекрасно отдавал себе отчёт в том, что тут произошло. Но тогда сам собой возникает закономерный вопрос: что хотели узнать допрашивавшие?
        И генерал смутно подозревал, что знает ответ.
        - Генерал Вард-Лок!  - в здание ворвались телохранители, подкинув в воздух своих роботов. Испускаемый ими свет полностью разогнал густую темень. Оба космо-десантника замерли, уставившись на труп из-под своих стёкол.
        - Слушаю.  - Хмуро поторопил их гигант.
        - Мы прочесали округу,  - опомнившись, начал докладывать один из них.  - В соседнем здании найдено много трупов, в основном старики. И одна женщина. Не было обнаружено следов сопротивления. И ни одного живого. Это место - кладбище, не больше.
        - Понял.  - Мотнул головой Вард-Лок.  - Я вам ещё труп нашёл, в коллекцию.  - Тыкнул он большим пальцем на кресло.  - Идём.  - Буркнул генерал, вернув на пояс робота и вновь заложив руки за спину.
        Оказавшись на улице, он отдал приказ зазубренной скороговоркой:
        - Включить сканеры, исследовать территорию на предмет следов и прояснения прошедших событий. Выполнять.
        Но телохранителям не нужно было ничего говорить. Ещё прежде, чем их генерал отдал приказ, они перепрограммировали роботов на сканирование местности и включили синхронизацию с панелями управления, встроенных в скафандры в области кистей. Тут же стальные шары стали кружиться по селению, обдавая землю яркой сеткой сканера, и зажужжали, анализируя полученную информацию. Космо-десантники, сдвинув на затылок шлема, под которыми оказались вытянутые рептилоидные рожи, внимательно изучали строки текста и изображения, проявлявшиеся на экранах их панелей.
        - Произошло нападение,  - начали докладывать они, не отрываясь от визуализаций.  - Один из Хюманов отстреливался из нашего вооружения. Но его лишили работоспособности магией. Судя по всему, среди нападавших был сильный шаман. Сотый уровень, не меньше. Остальные, вместе с ним, тех же уровней. Это были орки. Судя по всему, они искали то же, что и мы…
        Их доклад оборвал вой. Он доносился с неба, и генерал поднял взгляд. В небе витала стая птиц, или чего-то, очень на них похожего. Но чуткий глаз Вард-Лока уловил истинную сущность крылатых существ. Гигант вальяжно прицелился и выстрелил. Луч понёсся в небо со скоростью звука, послышался далёкий шум, как если бы треснула скала, и одна из точек, побольше остальных, начала стремительно приближаться, падая. Другие сразу же завозились на месте, копошась, но не решаясь ринуться спасать раненого. Вард-Лок стрелял точно, и был абсолютно уверен, что не убил взятую на мушку цель.
        Так оно и оказалось. С громким воплем на землю в нескольких шагах от него рухнула каменная горгулья. Выглядела она не важно: одно из её крыльев полностью рассыпалось от выстрела, по телу после такого сокрушительного падения расползлась паутина из трещин - тело норовило распасться на каменную крошку.
        Горгулья раскрыла пасть, попытавшись встать, но не вышло. Из её глотки донеслось разочарованное:
        - Опя-я-ять… Что за невезение?!
        Вард-Лок хохотнул и приблизился к сразу замолчавшей твари, бегло изучив её параметры. Хит-поинты высокоуровневого монстра срезались наполовину, а генералу, будучи высококлассным десантником сто пятидесятого уровня с запредельными характеристиками силы, ничего не стоило прихлопнуть Главу Роя как муху.
        Краснокожий гигант наступил на ахнувшую горгулью, придавив ту к земле, и прицелился, направив дуло пистолета той прямо в лоб. Над селением тут же разнёсся жалобный вой трусливого роя. Телохранители генерала уже натянули шлема обратно на головы и заняли позиции по бокам от главаря, целясь бластерами в небо.
        - Говори, мерзкая падаль.  - Презрительно пророкотал Вард-Лок.
        - Что сказать?!  - состроила невинные глазки каменная горгулья.
        Окованная в сталь нога надавила сильнее - настолько, что у захрипевшего монстра медленно, но верно поползли в красную зону хит-поинты.
        - О, Император, только бы ты знал, как же я зол и нетерпелив!  - Обратился в воздух генерал, отведя пистолет в сторону нетронутого крыла твари. Грохотнул выстрел, и оно разлетелась на крохотные камушки. А горгулья заелозила на земле, шипя от несносной боли с ужасным осознанием того, что её жизни скатились в жалкий один процент. Десантник мог щёлкнуть её по носу, и код Главы Роя стёрся бы из Земной реальности.  - Вы, грязные падальщики, прилетели сюда всем роем, зная, что найдёте трупы. Значит, были в сговоре с кланом орков. Говори, что знаешь, иначе я прикажу нашим медикам залатать тебя, а после буду снова и снова скатывать твои жизни к единице, пока ты не заговоришь. Я. Слушаю!!!
        Горгулья выставила перед собой лапы, тщетно пытаясь защититься от гнева гиганта, и залепетала вмиг развязавшимся языком:
        - Мы вступили в договор с кланом Говорящей Секиры, их орки во главе с Рылграгом искали того, кто носит метку Повелителя!
        - Я это знаю.  - Сухо произнёс Вард-Лок.  - Тот, кто носит метку, сбежал из моего плена. Меня интересует другое: сколько преследователей, куда они направились, как давно.
        Главе Роя понадобилась секунда, чтобы вспомнить - направленный в лицо пистолет эффективно улучшает мышление:
        - Вчера утром весь клан Говорящей Секиры снялся со своего стойбища. Это несколько десятков высокоуровневых орков, включая воительниц и шаманов. Двинулись в направлении Некрополиса, больше я ничего не знаю! Только то, что они все направились за ним, и скоро отыщут…
        - Это мы ещё посмотрим,  - многообещающе улыбнулся генерал.  - Целый клан зелёных гадов - сложно такое не заметить.
        Выстрел превратил голову горгульи в пыль, а через мгновение рассыпалось и всё её тело. Вард-Лок беззаботно сдул дымок, потянувшийся из дула пистолета и, крутанув его, ловко вернул обратно в кобуру. Затем обернулся к телохранителям и, не обращая внимание на вопли обезумивших от потери Главы горгулий, сказал:
        - Доложить нашим, пусть садятся в шлюпки и прочёсывают территорию у Некрополиса. К нежити не соваться, нам ещё войны с этими варварами не хватало. Уничтожать только отдельные одинокие отряды. Мы должны отыскать того, кто помечен Повелителем, это наша первоочередная задача. И…  - он покрутил пальцем над собой, тыкая им в небо.  - Разберитесь с этим. Голова от их ора болит.

        Глава 3

        Солнце ласково ласкало своими лучами. Впервые за долгое время оно не жарило нестерпимым огнём, а согревало, отчего поход по пустынной дороге, обнесённой с двух сторон редкими деревьями, показался настоящей увеселительной прогулкой. Ни одной опасной встречи, ни одного зверя, или существа Кода - создалось впечатление, что удача вновь повернулась ко мне лицом.
        На моей руке, в районе кисти, красовался браслет, переданный мне от Леры через Ашасс. Вампирша умудрилась преподнести мне его в немного нестандартном виде.
        Ашасс покинула меня незаметно. После случившегося я заснул прямо там, под тенью дерева, а проснувшись уже оказался один. Только щека ощущала на себе постепенно проходящее чувство прощального поцелуя. До сих пор я не мог простить себе этого. Как такое могло случиться? Она - враг, клыкастый монстр, один из тех, кто сверг человечество с пьедестала хозяев Земли. Почему я поддался её чарам? Почему дал овладеть своим нутром? Может, всё дело в её небывалой красоте. Но я всё равно не имел на это никакого права. И мысли мои долгое время крутились лишь в этом ключе.
        Но затем угрызения совести сменились на размышления о будущем пути. Я сошёл с дороги и присел в роще, обдумывая дальнейшие планы передвижения. У меня не было карты, но примерно я имел представление, где нахожусь. Здесь, неподалёку, пролегала железная дорога, сейчас, конечно, занесённая песком и землёй. Пройти ещё столько же - и будет Тверь. Но что теперь там, в некогда крупном промышленном и научном центре России? Кто захватил его в свои владения? На этот вопрос у меня не было ответа. Но это место является транспортным узлом из Москвы в Питер, и пройти мимо него всё равно придётся, как бы мне ни хотелось держаться подальше от больших городов. Уйти подальше, в лес, не будет более благоразумным: многие отсталые расы или мобы селятся в основном на отшибе, в глухих деревнях и пещерах, так что, пытаясь не попасться на глаза большому скоплению Кода можно наткнуться и на более зловещие его виды.
        Я шлёпнул по коленям, поднимаясь - решено. Продолжу путь по направлению к Твери. Но для начала следовало обзавестись хоть какой-нибудь провизией: все пожитки остались у Видящих и Андрея.
        Вспомнив о них, я тут же подумал: а как они там? Наверняка уже снялись с места - Лёшка, надутый и обеспокоенный, повис на спине Андрея, Настёнка плетётся следом, таща на себе рюкзак. У них есть меч, пистолет, патроны и сила Видящих - пропасть не должны. Тем более с таким защитником как Андрей. Рука поневоле потёрла до сих пор хныкавшую шею…
        В любом случае, они наверняка выберутся. Теперь их трое человек, из которых двое - дети, такая компания не должна быть заметной. Но тогда почему - я приложил ладонь к груди, чувствуя, как бухает сердце - почему я ощущаю странную тревогу?
        Место для охоты я нашёл, выйдя к неширокой речушке. По правде сказать, я понятия не имел, где нахожусь, но с противоположного берега на меня глядело почти нетронутое селение: лишь какие-то дома походили на заброшенные сараи, иногда взгляд натыкался на полностью снесённые постройки. Но ведь такое могло быть и до Разлома: в принципе местность выглядела абсолютно не подозрительной.
        Но я тут же присел, заметив у реки какое-то движение. На мне так и осталась одежда вампиров в виде чёрного плаща и такая же чёрная котомка, в которой для удобства транспортировки до сих пор хранились все мои сбережения. Во чистом поле, где даже трава в высоту не достигала и пальца, меня было видно замечательно, как бы я ни старался пригнуться. Но совсем рядом, у самой реки, рос высокий камыш - к нему я и ринулся гуськом, скрывшись за густой растительностью и чуть раздвинув в стороны стебли камыша, одновременно с этим кладя на землю импровизированную котомку и доставая из-за пояса пистолет.
        По берегу реки шла длинная процессия карликов. Они вовсе не были обычными карликами: их кожа имела бледно-голубой оттенок и казалась чуть ли не прозрачной, торчали в разные стороны короткие острые ушки, большие глаза затянуты странной плёнкой, из-под которой виднелись крохотные точки зрачков, почти незаметные, если не приглядываться. Одеждой карликам служили набедренные повязки из листьев, да, собственно, и всё. Только у парочки из процессии я заметил помимо прочего и обручи на головах, с торчащими из них во все стороны листьями, как у индейцев перья, да посохи в руках, которые те сделали, просто подобрав по пути завалявшиеся ветки.
        Я не сразу вспомнил, что это за народец. Амфибии, довольно редко встречавшиеся существа «Techno-Magic». Их малочисленные слабые кланы находились лишь на исключительно фэнтезийных планетах вселенной, в основном испещрённых реками и озёрами, как трещины на старой фреске. Как следовало из наименования их расы, амфибии обожали воду и проводили в ней почти всю свою жизнь, выходя на берег в основном только лишь для охоты, и то на всякого рода насекомых, а если зарились на дичь побольше, то разве что в дни священных обрядов, принося жертвы своим Богам. То есть всем водяным тварям, что были выше их по уровню развития: русалкам - чтобы была спокойней вода, подводным крабам - чтобы строили побольше пещер, в которых амфибии жили, акулам - чтобы не охотились на них, и так далее, и тому подобное. Раса эта была слабенькой, разве что выделялись среди них шаманы с предрасположенностью к водяной магии, магии льда, ну, и кое-какой связью с животными, в основном, конечно, подводными или водоплавающими. За эту расу можно было даже играть, выбрав класс разведчика или шамана, но этой нервотрёпкой занимались разве что
совсем уж отбитые игроки: следовало постоянно следить за шкалой дыхания, находясь на суше, и то и дело оказываться в воде, ведь только там у тебя могла восстановиться выносливость. Да и слабыми они были существами, что уж сказать, и чтобы вывести их на мало-мальски приемлемый уровень развития, следовало потратить много времени и сил. Пойти на такое стоило разве что ради уникальных квестов в морских пучинах и возможности заграбастать себе целое подводное королевство, пройдя ряд утомительных и не интересных квестовых цепочек. Очевидно, что раса амфибий не пользовалась у игроков спросом.
        Но это я опять от волнения. Пытаюсь понять, стоит ли ввязываться. Похоже, у карликов сегодня был особенный день: каждая пара из процессии тащила на самодельных лежаках тушки убитых зайцев. Всего их было штук шесть. Вот это да! Серьёзное дело, видать, намечается… Слюна сама собой скопилась во рту, и я сглотнул. Есть хотелось страшно. Но я не торопился с действиями. Кто знает, насколько изменилась раса подводных карликов с поры Разлома? Те же некроманты, например, не пользовались популярностью в виртуале, поскольку бонусов к характеристикам нежити не прибавляло ни то, что большая часть игрового процесса проходила в космосе, ни то, что на планетах, пусть даже с уклоном в фэнтези, было не так уж и много так называемых Мест Силы - для каждой расы своего. В случае с нежитью такими местами были прокажённые земли, или кладбища. Но разработчики не очень хотели угнетать игроков, и сделали подобных локаций по минимуму, в связи с чем мало кто решался вступить на путь некроманта, поработителя душ, или чернокнижника, тем более что и выглядели они не презентабельно. Но стоило им оказаться на Земле - поди ж ты,
развернулись…
        К тому же, я у их территории - возле озера, и кто знает, что могут натворить шаманы амфибий своим колдовством?
        Тем временем карлики остановились на пляже неподалёку от места моего схрона и начали класть тушки на песок. Только теперь я увидел, что позади плелось аж десять голубокожих существ, нёсших глубокую глиняную чашу с пылающим в ней огнём. Причём они постоянно боязливо косились на него, и оно понятно: для амфибий огонь слыл самым страшным, что они могли на себе испытать. Что для нас незначительный ожог - то для них смертельная рана. Но карлики несли его не просто так.
        Шаманы бегло вырыли палками в песке небольшое углубление, пока несшие огонь коротышки проходили мимо выстроившихся в ряд остальных амфибий. Затем с громкими фырканьями они вложили чашу в углубление, у самой воды, так что лепестки огня заколыхались от речного ветерка. Мне стало ясным зачем они это делают. Огнём они влекут кого-то - того, кому и предназначено подношение. Вот, уже шаманы упали на колени, положили перед собой палки и начали делать странные волнистые движения руками, качаясь из стороны в сторону. Остальные проделали то же самое.
        Идея, как поступить, пришла мне неожиданно.
        Магазин пистолета с магическими пулями сменился на такой же, с обычными патронами. Я прицелился и затаил дыхание, надеясь, что не промахнусь. Из пистолета я стрелял редко - чаще я прибегал к автомату, но теперь не было желания терять времени на то, чтобы развязать котомку, да и устраивать лишний шум не хотелось.
        Выстрел.
        Треск рассыпавшейся на куски чаши.
        Бинго!
        Раскалённые угли посыпались в разные стороны, напоминая крошечную версию какой-нибудь лавины, огонь лизнул шаманов и ближайших коротышек. Амфибии издали необычный булькающий крик и повскакали со своих мест, смешно вскинув над собой ручонки, как паникующие в детском мультфильме или юмористическом шоу. Заметавшись по пляжу, карлики почти сразу бросились к воде и прыжками профессиональных пловцов нырнули в воду. Раздались последние прощальные «буль», и пляж остался в одиночестве.
        Вернув оружие за пояс, я поднял котомку и вышел из своего укрытия. Затоптав не шибко разбушевавшийся огонь, который и сам собой потух бы минут через пять, прошёлся по месту сборища амфибий и собрал заячьи тушки. Чёрт, а это оказалось проще, чем я думал…
        Но мой триумф пресёк раздавшийся со стороны реки всплеск, как будто вынырнуло что-то большое - по крайней мере, наверняка больше любого из скрывшихся под водной гладью карликов.
        Я обернулся. На меня смотрела своими рыбьими глазами наполовину высунувшаяся из реки русалка. Та часть её тела, что была полностью человеческой, за редкими исключениями, что явилась моему взору, не имела никаких одежд, так что я уставился на абсолютно нагое женское тело. На секунду это сбило меня с толку, но тут же вспомнилась другая русалочья часть: та, что всегда скрыта под водой. Да и её глаза… не мигающие, принадлежащие подводной гадине, а не человеку. И уши её, если мне не изменяет память, заострены, как у эльфов, только сейчас они были скрыты под водопадом золотых волос красавицы.
        - Эй, душка…  - вытянула она соблазнительные губки трубочкой, протянув в мою сторону руки, словно приглашая к себе.  - Мне так холодно, согрей меня…
        - Серьёзно?  - мои брови поползли на лоб.  - И это реально с кем-то работает?  - бросив добычу на песок, я беглыми движениями освободил из котомки заряженный магическими пулями автомат и наставил его на русалку.  - Проваливай к своему илу.
        До этого момента гладкое и искрящееся нежностью лицо подводного монстра исказилось до неузнаваемости и покрылось морщинами от гневно сведённых на переносице бровей. Русалка ударила кулаками по водной глади и зашипела:
        - Тварь! Проклятая сволочь! Отвратительный тупой Хюман, будь ты проклят! Чтоб ты подох, мерзкое отродье!
        - Вот,  - удовлетворённо кивнул я, опуская оружие.  - Уже похоже на правду.
        Взвалив на плечо котомку и вновь подобрав заячьи туши, я пошёл прочь от беснующегося Кода, помахав ей на прощанье своей добычей:
        - Бывай.
        - Погоди!  - донеслось мне в спину, и я, сам не знаю, зачем, остановился.  - Это было моё подношение! Моё!
        - Было ваше - стало наше,  - пожал я плечами.  - Закон джунглей.
        До русалки вряд ли дошло что я имел в виду, но она, похоже, почуяла, что диалог сдвинулся с мёртвой точки, и тут же сделалась более кроткой и милой, а голос её стал похож на вязкий мёд:
        - Я ведь помру с голоду… Отдай мне хотя бы половину.
        Я сделал вид что задумался, припоминая, как Хоттабыч рассказывал мне о так называемых рыночных правилах. Сначала нужно попыжиться, поломаться, сделать вид, что прикидываешь, какой тебе от этого прок, в общем, изображать из себя абсолютно не заинтересованного человека. И только потом выдать:
        - А мне - что?
        И так круглые глаза русалки стали ещё круглее - похоже, она не ожидала от меня такой наглости. Не даром изо всех сил старалась выпятить грудь, виляя ей из стороны в сторону: рассчитывала на то, что я обомлею. И, стоит сказать, я бы обомлел, если бы не держал в голове что там, под мутной водой, прячется отвратительный склизкий рыбий хвост…
        Всё же в итоге она сдалась и, понурив нос, сдержанно проскрежетала:
        - Отдам тебе свой Конёк-Фиал.
        Это меня заинтересовало.
        Фиалы слыли редкими артефактами, за которые в своё время целые гильдии даже устраивали междоусобные войнушки, желая заполучить его в свои руки. Такие вещи ценились столь же дорого, как, например, бездонные Магические Карманы, что заменяли собой вещмешки и могли переносить почти любой груз. А всё потому, что игровому персонажу следовало принимать пищу и пить, чтобы поддерживать его выносливость. Но так как игроки думали лишь о том, как классно провести в виртуале время, то, конечно, частенько забывали про то, чтобы взять с собой в путешествие запасы провизии и баллоны с жидкостью. И если с едой всё обстояло не так скверно - можно было всегда на кого-нибудь поохотиться, да и голод наступал лишь через очень долгое время - то с жаждой было иначе. Лишь в населённых пунктах имелась возможность обзавестись жидкостями, пригодными для употребления и восстановления выносливости. Нельзя было напиться в озере, реке, и уж тем более в море - игра считала находившуюся там воду слишком грязной и не разрешала с её помощью избавляться от дебафа жажды. А вот Фиалы позволяли обратить любое попавшее в их недра
вещество в чистейшую воду. Возьми с собой артефакт, и не будешь знать проблем. Ты можешь зачерпнуть в него хоть лаву, и через мгновение уже будешь наслаждаться кристально чистой водицей.
        Как только мысли унесли меня в воспоминания о прожитых днях, я понял, что невероятно хочу пить. Никак Код это почувствовал, или ещё каким образом выявил отсутствие у меня пригодных к употреблению напитков - не из мутной же реки хлебать, в самом деле?
        Повесив автомат на шею, я вытащил из кучки мёртвых звериных тел две заячьих тушки и покрутил ими перед собой. У русалки разве что слюна изо рта не потекла.
        - Дам тебе две.  - Коротко бросил я, сделав своим тоном акцент на том, что торги не приемлемы.  - Взамен - Фиал. По рукам?
        Такой расклад явно не пришёлся подводной обитательнице по душе (что странно, ведь подобных артефактов у кланов русалок должно быть, как грязи), но она всё же выдавила через силу улыбку и, подплыв чуть ближе к берегу, протянула руку, скалясь:
        - По рукам.
        Мне оставалось только покачать головой, посмотрев на тянущуюся ко мне ладонь. Нет, серьёзно, неужели она думает, что два голых соска затуманят мне разум и я протяну в ответ свою, чтобы самому стать обедом на праздничном застолье?
        Поняв, что провести «тупого Хюмана» не удалось, русалка вновь скривилась и, пронзив меня холодным взглядом, булькнула под воду, впервые явив мне свой зеленоватый хвост и громко ударив им по воде, обдав берег брызгами. Вот, женщины. Будь ты русалка или вампир, а характер всё одно, скверный.
        Я прождал не больше минуты, когда на водной глади появились пузырьки и вынырнула русалка. На этот раз, как и ожидалось, с подарком. В руках у неё было нечто, напоминающее внешним видом серебряный рог, только сделанный под морского конька - видно, этим сходством и заслужив своё название. Исчадие Кода протянуло мне Фиал и кивнуло на тушки зайцев. Мне лишних слов не требовалось.
        Подойдя к берегу и выждав, пока русалка подплывёт поближе, я на всякий случай отложил остальную часть добычи и ухватился свободной рукой за автомат, другой протягивая требуемое. Заметил, что глаз у подводного монстра дёрнулся, когда она увидела мои манипуляция. Похоже, она до сих пор не теряла надежды заполучить джек-пот, утащив на дно и меня. Благо, жизнь мне была ещё дорога, и я не собирался давать ей такого шанса.
        Зайцы были схвачены цепкой холодной рукой, а Конёк-Фиал перекочевал ко мне. На том и разошлись: русалка - с недовольным бормотанием исчезнув под водой, я - двинувшись вдоль берега в поисках переправы.
        Искомое нашлось шагов через сто: я увидел неподалёку, в месте, где река существенно сужалась, но недостаточно чтобы её перепрыгнуть, простенький деревянный мостик. Даже не мостик, а так - несколько досок, скрепленных друг с другом обычными гвоздями. На вид - хлипко и ненадёжно, но выбирать не приходилось: мне требовалось попасть в расположенное здесь захолустье, чтобы хоть ненадолго перевести дух и перекусить, чувствуя себя пусть и в мнимой, но безопасности - крыши над головой и обычных стен мне крайне не хватало. Так что я двинулся прямиком к переправе, ускорив шаг.
        Но у самого «мостика» взглянул на мутную речную водицу и перевёл взгляд на Фиал. А что, почему бы и нет? Если уж мне всё равно придётся испытать его в деле, то почему не сейчас?
        Подойдя к коричневому от влаги песку пляжа, я присел на корточки и окунул артефакт в воду, тут же вызволяя его на свет и заглядывая внутрь Фиала. Его содержимое, казалось, оставалось таким же мутным, каким и было изначально в реке, и я было успел подумать, что гадкая тварь меня обманула, подсунув подделку. Но вот, секунда, и по воде внутри моей магической фляжки разбегаются едва видимые полоски света, а затем та прямо на глазах начинает светлеть и приобретать прозрачность. Пока, наконец, не стала настолько чистой, что я даже присвистнул: можно было без проблем рассмотреть дно Фиала.
        Припав к рогу губами, я сделал несколько пробных глотков. И в изумлении осознал: такой вкусной воды я не пил никогда в жизни!
        Побросав все пожитки на песок, я ухватился за Конёк-Фиал обеими руками и, запрокинув голову, начал жадно пить, не обращая внимание на бегущие по щекам и кадыку капли.
        Наверное, именно из-за того, что так увлёкся божественным вкусом напитка, я и не услышал раздавшийся над самым ухом плеск. А когда тот раздался повторно, было уже поздно.
        Несколько тонких, но до жуткого крепких и сильных рук схватили меня за плащ и потащили в реку. Выронив Фиал, я полетел вперёд головой и плюхнулся в воду, не сразу сообразив, в чём дело. И вспомнил, на чьей территории нахожусь, лишь когда перед лицом мелькнул огромный рыбий хвост, а руки потащили меня дальше, не встречая сопротивления.
        Тогда, мимолётно поддавшись страху, я резко уткнулся ногами в землю и, дёрнувшись, выпрямился, высвобождаясь из подводного плена по плечи - здесь было достаточно мелко, чтобы твёрдо стоять на ногах. Но русалки - а в том, что меня держала не одна только что встреченная дрянь, я не сомневался - не выпускали плащ из своих цепких пальцев. И я нажал на спусковой крючок автомата, надеясь, что водная толщ не слишком сильно скажется на силе стрельбы.
        После первого выстрела вода рядом со мной почернела, и как будто измазалась в бензине - это вытекла из раны русалки кровь. Одна пара рук обмякла и выпустила меня. Рыча и подавшись назад, я вслепую выстрелил ещё раз. И ещё. До тех пор, пока несколько луж «бензина» не испачкали и так не самую чистую реку, а плащ перестали вместе со мной тянуть на глубину.
        Выбираясь с территории русалок, я скосил взгляд в сторону и заметил, как несколько рыбьих хвостов исчезают где-то за камышом: остальные соклановцы обиженной мной гадины решили не испытывать судьбу и уплыли. Убил ли я ту, что устроила со мной торг, или какую из её подруг - этого я не знал, да и не важно. Что-то я совсем забыл, где нахожусь и что стоит на кону: начал чуть ли не прогуливаться вприпрыжку. Это стоило мне половины магических пуль и почти что стало причиной страшной смерти! Я представил себе, как хвостатые монстры раздирают меня на части на холодной тёмной глубине реки, и стало не по себе. Похватав брошенные вещи и закинув в котомку Фиал, я бросился к переправе, в несколько прыжков оказавшись на другом берегу и кинувшись бегом к примеченному мной селению, успокоившись и перейдя на шаг лишь когда смог скрыться за ближайшим к берегу домом.
        Недолго поплутав меж развалинами старинных построек, которые лишь частично отличались от хибар, что мы построили из грязи и палок на базе, я приметил один более-менее сохранивший презентабельный вид домишко и, помня об осторожности, проник внутрь, готовый в любой момент стрелять.
        Но, как ни странно, внутри оказалось пусто. Более того, судя по всему, никто не был в этом доме с тех самых пор, как его покинули прежние хозяева: вся небольшая площадь одноэтажного дома занесена пылью, повсюду валяются книги, наспех снесённая со стола скатерть, разбитая лампа и брошенные стулья. А так, всё вполне сносно: шкафы на своих местах, камин с давным-давно не менявшимися дровами, старенький толстый телевизор доисторической эры. Боги, да в этих местах определённо жили те, кому не хватило на Технику Для Погружения! Слишком всё бедно, слишком… по-деревенски, что ли.
        Хотя на крохотной кухоньке обнаружился неисправленный робот - невысокий пузатый «Уборщик», самый дешёвый и неуклюжий из серии роботов-домработников. Да уж, без робототехники, даже такой убогой, не могла бы обойтись ни одна семья, по крайней мере, в течение последних десяти лет до Разлома, по новому летоисчислению.
        В общем, исследовав помещение вдоль и поперёк и не найдя ничего полезного, я устроился в комнате с камином, придвинув стол к маленькому оконцу, выходящему в сторону реки. Подняв стул, бросил тушки на столешницу, приставил автомат к стене, котомку положил на пол и присел, вытянув ноги. Я ощутил себя почти в домашней обстановке, будто вновь оказался у себя в квартире, сидя на кухне и перекусывая перед очередным погружением в виртуал. Только вместо готового обеда в пакете - дохлое зверьё.
        Есть зайцев сырыми - то ещё удовольствие, но добыть огня я не мог, а потому голод пересилил, и я впился зубами в первую тушку. С закрытыми глазами - очень даже ничего… Быстро расправившись с едой и оставив только кости, я почувствовал, как же хочется пить. Вот только, взглянув на реку, тут же отмёл вариант набрать в ней воды: из неё уже выглянуло несколько русалочьих голов, чьи глаза пристально пожирали меня взглядом. Нет, тратить весь оставшийся запас магических пуль - увольте. Но жажда то ведь не проходит…
        Тогда мне пришло в голову другое. Поднявшись, я вышел на крыльцо дома и, присев на нижней ступеньке, набрал в Конёк-Фиал песка, посмотрев, что будет. Прошло не так много времени, а песок внутри него начал преображаться, размягчаясь и становясь прозрачней, пока, в конце концов, не обратился в воду.
        Ахренеть.
        Работает.
        Прямо там, на крыльце, я утолил свою жажду и пришёл в счастливое расположение духа. Да, набрать воды в волшебный рог и нести с собой не получится, но теперь то я знаю, что смогу использовать любое вещество, которое обратится в воду. Чёрт, и как старушка-Земля вообще это позволяет? Хотя, чего это я задаю вопросы: мне же лучше, раз так.
        Но не успел я нарадоваться выгодному и полезному приобретению, как вдруг стало темно. И нет, это не я неожиданно ослеп, или кто-то по щелчку пальцев переменил день ночью. Просто солнце закрыло собой что-то большое. Нахмурившись, я поднял взгляд.
        И мельком увидел промчавшееся мимо гигантское перепончатое крыло, пару лап с когтями, что серпы, и длинный хвост, змеёй преследовавший это нечто. Существо пролетело мимо вмиг, но успело запечатлеться у меня в мозгу. И через секунду я осознал, что увидел.
        Дракон… ДРАКОН?!
        Я не знаю, сколько сидел в оцепенении, не отвлекаясь от разглядывания облаков, только что бывших громадной огнедышащей рептилией. Но спустя какое-то время всё-таки что-то щёлкнуло в мозгу, и внутренний голос панически наорал на меня: «Какого ты тут расселся?! Жить надоело?!».
        Нет, не надоело.
        Бегу.
        Ворвавшись обратно в дом, я захлопнул дверь и завертелся, ища, чем бы её припереть. Наткнувшись на шкаф, кивнул собственным мыслям: да, шкаф подойдёт.
        Пока я переворачивал его и, скрипя зубами, двигал к двери, в голове стоял кавардак: видел ли меня этот дракон? А если да, то что предпримет? Попробует сжечь дом и выкурить? Или решит пролететь мимо? Да откуда он взялся вообще?! Ведь все, ВСЕ гиганты вымерли, не вынесли условий реальности! Это факт! Уже долгие годы не видели ни одной огнедышащей твари!
        Но эти размышления шли фоном моей панике. Шкаф занял место у двери, стол был перевёрнут и приставлен к окну. Я же уселся возле него, прислонившись к столешнице спиной и, стиснув автомат потными руками, наставил его дуло на окно, затихнув. И тут меня как наковальней по голове - тр-р-рах!!! А что я только что сделал? От чего защитит меня древний шкаф, или хлипкий стол? От громадной рептилии, внушавшей страх даже высокоуровневым игрокам? От той, которую возможно было уничтожить лишь собрав полноценный рейд тяжело вооружённых высокоуровневых воинов? Что я творю? Успокоиться. Вдохнуть. Выдохнуть. Так…
        Могла ли это быть другая летающая тварь? Да, летающих мобов из Разлома вышло дофига и больше, но большинство из них вымерли, не сумев выжить под натиском более смертоносных собратьев. А те, что выжили, запрятались так глубоко, что редко высовывали свои морды. Разве что горгульи неплохо себя чувствовали, да и то потому, что обладали достаточным интеллектом, в отличие от тех же диких нетопырей, или гарпий. Да, я мог бы постараться убедить себя, что видел нетопыря. Но такого размера?! Пф… даже не смешно. Самый гигантский из нетопырей, та же Матка, и вполовину не будет такой же огромной как тот монстр. Нет. Ошибки быть не может. Это дракон… Но почему здесь, почему сейчас? Почему со мной, в конце то концов?!
        Удача, привет. О, и Судьба, тебе привет тоже. Можно к вам обратиться, сестрёнки? Какого чёрта вы такие стервы?..
        Ладно, это я опять от паники. Утерев со лба капли пота, прислушался. Кажется, пока ничего не слышно. Может быть, улетел? Всё-таки какова вероятность, что сильнейшее существо «Techno-Magic» (кто бы ни передавал это знание Архидемону, обитавшему на планете Ада, я однажды видел, как дракон-приблуда раздавал тому люлей) решит снизойти до меня, жалкого Хюмана? Да во мне мяса-то - одни кости!
        И тут, словно бы в ответ на мои мысли, со стороны двери послышался шум. Я резко дёрнулся, перенаправив всё своё внимание туда. Странно. Звуки, раздававшиеся снаружи, были тихими, шаркающими. Почему-то мне казалось, что дракон должен бухать своими лапами, а не тихонько подкрадываться. Хотя, откуда мне знать?! Что я вообще знаю про настоящие реалии Кода? Я, тот, кто основную часть жизни провёл в пяти шагах от стен базы, лишь изредка сталкиваясь с монстрами виртуала и имея познания о Коде только опираясь на бытность игроком? Что я вообще могу знать?! И что могу сделать?!
        Быстро проверив магазин, убедился в своих предположениях. Четыре магических пули. Всего четыре. Опять. Гадство…
        Но, вернув магазин на место, я всё же прицелился, не сводя мушки с двери. Что бы там ни было, сдаваться я не намерен. Какая мне разница? Пусть у драконов и почти стопроцентный иммунитет на магию, но обычные патроны их уж точно не возьмут, так что я теряю? Значит, сегодня прозвучат четыре выстрела. Все четыре. Оставалось только надеяться, что хоть один из них попадёт монстру, например, в глаз, или какую-нибудь скрытую точку на его башке, что вынесет по существу крит, или хотя бы напугает его в достаточной степени. Напугает… Ха, а у меня, похоже, всё и впрямь настолько плохо!
        Тем временем шум стал усиливаться, и я уже отчётливо слышал душераздирающий скрип прогибающегося под тяжестью гостя крыльца. Вот, снова. И опять… И тишина. Даже бродя по Некрополису, окружённый нежитью, я так не потел. Ведь там был шанс спрятаться, а тут… Никаких шансов. Разве что рассчитывать на удачу, и только. Правда, в последнее время этой особе нравится играть со мной, как с куклой, поэтому уповать на её милость не стоило.
        Дверь заныла, отъезжая в сторону. Вместе с ней проскрежетал по полу не лёгкий шкаф. Тот, кто входил в моё временное убежище, определённо не был слабаком. Я приготовился увидеть ноздри с мою голову, втягивающие в себя воздух, как насос, исследуя помещение в поисках увиденного с высоту птичьего полёта Хюмана. Палец задёргался на спусковом крючке.
        Наконец, дверь приоткрылось достаточно, чтобы проникающий внутрь монстр смог протиснуть в неё часть своего тела. Я заметил тень, появившуюся из щели, и выстрелил.
        В ответ тень скрылась за дверью, и я услышал грубый мат.
        Драконы не матерятся… А голос, голос я узнал!
        - Андрей?..  - наполовину утвердительно выдавил я из пересохшего рта.
        - Да, чтоб тебя, да, Андрей!  - грубо донеслось снаружи.  - И со мной дети, придурок! Ты меня чуть не пришиб! Я могу зайти, или опять выстрелишь, кретин?!
        - Да… О, Боги, да!  - не помня себя от радости, я подскочил, отодвигая свою «баррикаду».
        И подумать не мог, что лица Лёшки, Насти и даже этого Андрея, которого я знал не больше одного дня, внушат мне такой приступ запредельного счастья, какой я испытал, увидев их на пороге. Сам Андрей, пусть и качал головой, недовольный моим «гостеприимством», всё же улыбался мне, и улыбки я заметил даже у вечно витающих в облаках Видящих, особенно у Лёшки, протянувшего ко мне свои ручонки:
        - Сашка!
        - Как же вы нашли меня?
        Стол вернулся на своё законное место, а стульев хватило на всех, чтобы рассесться, как настоящей семье. Вернувшемуся ощущению идиллии мешало лишь вываленное на столешницу вооружение: два меча, пистолеты и магазины с патронами, эльфийский щит, браслет, отданный мне Лерой как прощальный подарок, и, конечно же, автомат. Андрей с суровым видом пересчитывал патроны и, судя по выражению его лица, я предстал перед ним не в лучшем свете. Конечно, уходил с десятком магических пуль, а теперь, вот, три, причём одну истратил за просто так… Да я и сам винил себя, понимая, как оплошал. Но сейчас мне было не до угрызений совести. Были вопросы, на которые мне хотелось знать ответы.
        - Проще, чем ты мог бы подумать.  - Хмыкнул Андрей, с интересом схватив мой Меч Древнего.  - С рассветом мы снялись с места, хотя, скажу по правде, эти двое,  - кивок на Видящих.  - До последнего старались тебя дождаться, так что мы ушли лишь спустя час после того как показалось солнце.
        А после мы старались держаться восточнее, огибая Москву. Тогда и нарвались на деревушку троллей. Такие, знаешь, лопоухие здоровенные макаки без мозгов…
        - Я знаю, кто такие тролли,  - скривился я, подгоняя Андрея к сути рассказа.
        - … и у них оказался загон с лошадьми. Вот я несколько у них из-под носа и свистнул.
        - Да ты настоящий Бильбо,  - захохотал я.  - А где лошади?
        - Там,  - тыкнул он большим пальцем по направлению к двери.  - А то ты думал, мы что, на своих двоих сюда добрались? Так вот, я и говорю, свистнул лошадей, и дальше уже скакали без остановки вплоть до железной дороги, что между Москвой и Питером. Ориентируясь по ней, мы и двинулись…
        - Погоди-погоди,  - я остановил его, хмурясь.  - Зачем вы поехали по железной дороге?
        - Так в сторону Питера.  - Как ни в чём не бывало продолжил рассматривать меч Андрей.
        - Но я же сказал тебе спрятать детей! Какой, к чёрту, Питер?!
        - Уймись, Саш.  - Голос Андрея был даже спокойнее чем у Видящих.  - Неподалёку от этого города есть несколько селений, я там бывал и знаю дорогу. Спрячу я детей, спрячу - всё равно по пути.
        - Ладно.  - Всё-таки сдался я.  - Шли вы, значит, по дороге…
        - Ну да!  - опомнился мужчина.  - И вышли к местной речушке. Я смотрю - а из неё бошки девок торчат. Уж успел подумать, мол, реально девки, но потом заметил рыбьи хвосты… Короче, на нас они внимание не обращали - всё смотрели в эту сторону, где ты засел. И злые невероятно… Ну, я тебя в окне и заметил.
        Странно, не помню, чтобы я кого-то видел, когда выглядывал в окно. Ну да ладно. Всё же не так это и важно. Меня мучило другое.
        Я подался вперёд, опершись о стол локтями, и, заглянув в глаза Андрею, шёпотом поинтересовался:
        - А ты видел? Дракона?
        Но, как ни странно, вместо него моментально ответил Лёшка:
        - Не было никакого дракона.
        Причём быстро так ответил, будто заучивал. И тут же отвёл взгляд. Я пристально оглядел мальчика, затем вернул своё внимание Андрею. Но мужчина тоже развёл руками со словами:
        - Ты о чём?
        Тогда взгляд задел молчаливую Настю.
        - А ты что скажешь?  - с надеждой спросил я.
        Та только робко промолчала.
        Блеск. Кажется, я схожу с ума!
        Вновь откинувшись на спинку стула, я наскоро вернул пистолет на пояс, автомат на шею, меч за спину, а браслет надел на руку. Раз уж теперь он Лерке не нужен, то пусть меня сбережёт.
        Заметив браслет, больно внимательный для своих лет Лёшка задал наконец вопрос, который я ожидал услышать ещё в самом начале разговора:
        - А Лера… не придёт?
        - Не придёт.  - Со вздохом кивнул я.  - Давай сюда лямки.
        С видимым облегчением Лёшка вновь залез на меня живой опухолью. Я подправил лямки сбруи, немного сбитые по размеру - видно, Андрей успел подправить их под себя - и направился к выходу.
        Пора выдвигаться.
        На улице и впрямь оказалось три лошади. Небольших, покрытых толстым слоем шерсти, но крепких и с сёдлами, что не могло не радовать. Конечно, ездить на лошадях мне приходилось лишь при полном погружении, но не думаю, что по ощущениям это намного отличается от реальной верховой езды.
        Я никогда так не ошибался.
        Мы скакали лёгкой рысью от силы час, а вся моя пятая точка уже отчаянно молила об остановке и временной передышке. Но Андрей, ехавший впереди, чувствовал себя отлично, и выказывать перед ним слабость, как и перед детьми, не хотелось.
        Лёшка крепко держался за меня, не желая садиться на седло (в этом я его успел понять), а Настя, как это ни странно, уселась позади Андрея, теперь почему-то абсолютно не боясь того дядьку, оказаться в руках которого ещё пару дней назад было выше её моральных сил. Неужели что-то успело измениться за какие-то сутки? Что произошло, пока меня не было?
        Я собрался задать этот вопрос Лёшке, но Видящий как будто предугадал его и начал первым:
        - Андрей тебе не всё рассказал.
        - А что он не рассказал?
        - Он коней не крал. То есть… не совсем крал.
        - Как это?  - я искренне не понимал, что хочет сказать мне мальчуган.
        - Ну…  - при всём своём феноменальном развитии, этот девятилетний мальчик старательно подбирал слова.  - Не знаю, как это объяснить. Но когда он привёл к нам лошадей, то был как бы запыхавшийся. И в копоти. А потом, когда мы проезжали по холму, я успел заметить то селение троллей. Оно… было чёрное. И ни души вокруг.
        - Что ты хочешь сказать?
        Но Лёшка замолк. Ясно, значит, на сегодня никаких разговоров. Ну, блин, отлично. Мне ещё этого не хватало. Я почувствовал себя полным кретином и старался открыть для себя смысл сказанного девятилетним малышом! В конце концов, спустя минут десять бесполезных терзаний мозга, я плюнул на это дело. Но теперь стал смотреть в спину Андрея с большей настороженностью. А ещё задумался: не зря ли отдал тому меч и пистолет?
        К тому времени, как солнце село, мы проехали достаточно, чтобы можно было объявить привал. Завтра, не успеем пройти и пары шагов, покажется Тверь, это я успел уточнить по карте, что была у Андрея. А там будем смотреть и думать, как лучше составить маршрут. В любом случае, утро вечера мудренее, да и у детей определённо слипались глаза.
        Мы приметили неплохое местечко: почти идеально круглую вытоптанную полянку, спрятавшуюся среди густых кустов и тонких деревцев. И хотя, судя по слишком зелёной траве и идеально ровным стволам, место это принадлежало Коду, после небольшого патрулирования по округе ничего опасного обнаружено не было, и мы решили всё-таки остаться тут, выставив часового.
        Эта доля досталась мне, несмотря на протесты Андрея. Но я-то недавно выспался, да и чувствовал себя отлично - готов был горы свернуть! Так что все увещевания мужчины ударялись о мой упрямый лоб и рассыпались вдребезги. Я был неумолим.
        И вот, лошади привязаны к деревьям, небольшой костерок, пара мешков, на одном из которых сопят дети, а на другом - Андрей, и я, прислонившись спиной к дереву, с автоматом наперевес, несу свой дозор. Страшно. Я никогда не думал, как это - бдеть ночью в лесу. Теперь мне удалось испытать это чувство, и оно мне не нравилось.
        Ты смотришь в темноту, вслушиваешься в каждый шорох, и думаешь: что-то сейчас будет. Ещё хлеще портит настроение то, что все монстры, которых мы боялись увидеть под кроватью, теперь реальны, так что мне не раз мерещились чьи-то глаза, что оказывались обычными грибочками в пучке травы, а кваканье лягушки заставляло меня подскакивать в приступе страха.
        Нет. Всё-таки я не герой…
        В какой-то момент мне надоело вздрагивать от каждого телодвижения в темноте и от каждого стрёкота кузнечика, так что я отвёл взгляд, уставившись на огонь, заворожённо следя за его танцем. И уплыл мыслями куда-то туда, где исчезает в ночном звёздном небе дым костра.
        Я думал о суровом дядьке Степане. О весельчаке Хоттабыче, который понимал мои дурацкие шутки. О Варьке, что так и не нашла своей любви, хотя заслуживала её больше остальных. Что теперь с ними? Спаслись? Я хотел в это верить. Как и в то, что поступил правильно, бросив их.
        А ещё я думал о своей цели. О том, смогу ли вообще добраться если не до самой заветной ТДП, то хотя бы до Питера? Что меня ждёт завтра? Нынешняя жизнь доказала, что стоит только выйти за порог, готовься стараться защищать свою жизнь. А если есть ещё кто-то, кто тебе дорог, то стараться следует вдвойне.
        Шорох подкрался ко мне со спины незаметно. Наверное, я слишком увлёкся тяжёлыми размышлениями, забыв о деле. Но стоит сказать, что, когда мне на плечо легла чья-то рука, я только чудом не заорал как бешеный.
        - Тихо-тихо,  - ласково улыбнулся мне полненький лысы старичок с копной аккуратно подстриженной седой бородки, огибавшей овал его лица полумесяцем.
        - Я… я ведь мог Вас пристрелить!  - выпалил я первое, что пришло в голову, на автомате говоря полушёпотом, боясь разбудить спящих.
        Старик, впрочем, тоже проявил понимание, говоря невероятно тихо:
        - Ну так не пристрелил же,  - он указал палочкой, на которую опирался, как на клюку, в сторону огня.  - Можно?
        - Разумеется…  - протянул я, не сразу осознав, что совершенно не боюсь этого незнакомца.
        И не потому, что тот старик. Уверен, захоти человек-Код такого же возраста мне накостылять, он бы с удовольствием и без труда это проделал. У Кода сила высчитывалась, опираясь на характеристики, так что столетний старикашка вполне мог дать фору любому юноше, или побороть великана, если имел достаточные для этого данные.
        Но этот старик определённо не был из таких. Редкие волосы на голове сальные, переплетённые меж друг другом, со лба катится пот. Нос красный, глаза уставшие… Обычный дед, случайно заметивший в ночи добрый огонёк и пришедший к нему, как мотылёк на свет.
        Я подвинул ему свой мешок, на который тот благодарно уселся, и предложил поесть и попить. На что незнакомец вежливо отказался, пускай я и старался надавить.
        - Не нужно, добрый человек,  - улыбка этого старика согревала пуще огня.  - Дай просто у костерка посижу. Погреюсь…
        - Да, ночи теперь холодные,  - ляпнул я только чтобы что-то ляпнуть и уселся рядом, тоже смотря на огонь.
        Старик не назвал своего имени.
        Не знаю, сколько мы так просидели, но тут незнакомец совершенно неожиданно для меня оборвал молчание:
        - На что бы ты пошёл, чтобы всё вернуть?
        - А?  - я повернулся к старику, чтобы понять, к кому предназначался вопрос - быть может, он говорил сам с собой?
        Но незнакомец повернулся ко мне и повторил:
        - На что бы ты пошёл, чтобы всё вернуть?
        - Что вернуть?  - в тот момент этот вопрос показался мне абсолютно нормальным. По крайней мере здесь, у костра среди уставших путников, идущих к чёрту на куличики.
        - Всё это.  - Старик поднял руку с палкой и закрутил ею над собой.  - Чтобы как раньше?
        - Как раньше?..  - эхом ответил я и задумался.
        А действительно, на что?
        Сам в ужасе от себя самого, я начал вываливать на незнакомца и то, что думаю, и то, о чём боялся бы подумать даже в страшном сне, даже то, о чём я только подозреваю. Всё, как на проповеди. Как грешник перед священником:
        - А куда возвращаться? К чему? Человечество так долго и так упорно пренебрегало самим собой, что мне не хочется думать, что было бы, если бы мы продолжили жрать и срать на этом свете ещё хоть сколько-нибудь. Иногда мне кажется, что всё это должно было произойти, что я лишь цепляюсь за соломинку, стараясь жить. И как-то помочь миру, которому самому на себя уже давно начхать. Как если бы приставал к девчонке, которой не интересен… понимаете?  - судя по смешку старика, тот понял.  - Может, стоит отступить и дать Коду волю, которую он и так уже давно имеет, но которой я не хочу видеть. Мне до сих пор хочется думать, что мы, Хюма… люди, что мы, как же это, ну…
        - Хозяева жизни,  - подсказал мне старик.
        Я кивнул.
        - Ведь мы сами этого добились. Мы трахались без перерыва, как кролики, мы убивали всё, что движется, и жрали это, и то, что не движется, тоже. Мы скатились в каменный век, только с высокоуровневыми гаджетами, которые пытались создать иллюзию нашего превосходства. Мы деградировали… А где деградация, там - смерть.
        Я замолчал. Старик молчал в ответ. Словно ждал, что я хочу сказать ещё что-то.
        И я и впрямь захотел.
        - Я знал одну девчонку.  - Продолжил я говорить, разглядывая огонь.  - Ещё до Разлома. Познакомились мы, конечно, в виртуале. Стали кем-то вроде… друзей, наверное. Если вообще так возможно дружить. Она была пышногрудой высокой Крианкой, из такой, кошко-образной расы, прям модель. Ну короче. Она любила выпить. Считала это крутым. И покурить тоже любила. Рассказывала мне, одиннадцатилетнему пацану, который выдавал себя за совершеннолетнего, про всякие виды травки. Разбиралась в этом. Я её уважал. Ну, знаете, как мальцы уважают старшего, который впервые показал им пошлые картинки… Мол, знает то сколько, вот это да! А потом…  - у меня предательски шмыгнул нос.  - Потом она вдруг исчезла. Её просто не стало, перестала выходить в сеть. После на форумах я узнал, что она умерла. От чего? Слишком много выкурила. Передоз… И знаете, сколько было, оказывается, той девчонке? Десять… Младше меня.
        Я вновь замолчал, но всё-таки продолжил через секунду, решив закончить мысль:
        - Если в каком-то мире появляются десятилетние девочки, бухающие, как последние алкаши, и умирающие от передозировки наркотиками, то такому миру существовать нельзя.  - Не сдержавшись, я улыбнулся, ощущая такую грусть и пустоту внутри, что даже стало весело. Я посмотрел на незнакомца, что не сводил с меня взгляда, и через улыбку сказал: - Смешно. Рассказываю такое первому встречному. Хотя, может, потому и рассказываю. Незнакомцам почему-то всегда проще открываться, чем родным.
        - Да.  - только и сказал, непонятно на что, старик.
        Мы продолжили сидеть молча.
        А затем старик сказал, повернувшись к костру:
        - Я знал многих людей. Поверь, сынок, поживи столько сколько прожил я, и тоже повстречаешь кучу народа: хорошего и плохого. Конечно, плохого больше, но…  - он причмокнул, задумавшись. А я, неотрывно глядя на странного незнакомца, внимал.  - Я знал кое-каких хороших людей. Один, например, ненавидел виртуал, даже имея к нему доступ…
        - Иметь доступ к фантастической вселенной полного погружения и ненавидеть её?  - Я рассмеялся.  - Это невозможно.
        - И всё-таки,  - вздохнул старик.  - Всё-таки я его знал. Мы виделись редко, даже очень, но каждый раз, когда я его видел, он рассказывал мне о том, как ежедневно выходит на крыльцо своего домика и сидит, дышит пропитанным химикатами и дымом, но настоящим воздухом, который любит. А вечерами смотрит на обожаемый им закат, настолько красивый, что такого просто не может существовать в мире единиц и нулей. А ещё он сажал деревья. Говорил, у него была мечта сделать мир чуточку чище. На его заднем дворе росло множество деревьев, целый лес, уж не знаю, что там теперь…  - Старик снова повернулся ко мне. И в его взгляде скрывалась какая-то тайна. Как будто он смотрел не на только что встреченного им по чистой случайности путника, а на старинного знакомого.  - Таких людей совсем мало. Меньше, чем хотелось бы. Но, если говорить так, как ты, то… Если в каком-то мире существует хоть один человек, искренне любящий даже самый загаженный воздух родных земель и пытающийся эти земли спасти, то у такого мира должен быть шанс.
        Я понял, что у меня открыт рот, только когда старик уже, кряхтя, поднялся. И, кивнув мне, поплёлся прочь от костра, в темноту. Сначала я собрался остановить его, но затем заметил его клюку, которую тот оставил лежать на земле у вещмешка, и, схватив её, окликнул незнакомца:
        - Ваша палка!.. Куда же Вы?
        Старик остановился и встал в пол оборота ко мне. Но вместо ответа на вопрос произнёс странное:
        - Ты часто говоришь, что я не благосклонен к тебе. Но, поверь, сынок, всю свою мощь я трачу на то, чтобы помочь тебе пройти по выбранному пути. Не подведи этот мир. У него ещё есть шанс.
        А затем, незаметно для моих глаз, тьма окутала его и поглотила…
        Я стоял с протянутой клюкой в онемении, как столб. И пытался смириться с только что возникшей в голове мыслью: я только что говорил с Богом Кода. Богом Удачи.
        Вернувшись к костру и убедившись, что все спять тем же сладким сном, посмотрел на палку, что оставил старик. Я не готов был верить в то, что произошло. Возможно, я сплю?
        Но нет, мои руки всё также сжимали клюку. Внимательнейшим образом её осмотрев, я пригляделся и заметил, что на одном из концов палки едва заметная полоса, отделяющая десятую часть клюки. Потянув за неё, я в изумлении высвободил короткий нож, замаскированный под обычную палочку.
        На нём проступили странные витиеватые руны - прочесть я их, разумеется, не смог. Но по всему выходило, что это как минимум странный нож - иной, по моему разумению, носить с собой Бог и не мог бы. Даже если это - выдуманный Бог. В любом случае, он наверняка оставил его мне не просто так. Вернув оружие на место, я закинул клюку в свою котомку: завтра порасспрошу Видящих, что это за вещица.
        Но не успел я выпрямиться, как из-за спины послышался осторожный шорох. Оставшись под впечатлением от недавней встречи, я не опасался ничего.
        А зря.
        Обернувшись, я наткнулся на стрелу, глядящую своим острием мне в лоб, и эльфа, натянувшего тетиву. Руки сами собой рванули к висящему на шее автомату, но остроухий только поцокал недовольно и помотал головой: этого хватило, чтобы не глупить. Везёт же мне этой ночью на неожиданные встречи.
        Тем временем из-за деревьев показалось ещё несколько лучников, нацелившихся на остальных, которые уже раскрыли глаза, бегло оценив происходящее. По крайней мере, Андрей тут же встал и смиренно протянул свой меч, кладя его на землю и вставая на колени. То же самое проделала и Настя. Я же начал медленно опускаться вместе с ними, судорожно соображая, что делать. Если нас не убивают на месте - значит, возьмут в плен. Если возьмут в плен - конфискуют всё имущество, это логично. И мне хотелось сохранить хоть что-то: я изо всех сил пытался придумать, что.
        И тут вспомнил. Совсем маленькое - то, что вполне могут и не заметить. Тот странный тотем, который я забрал в качестве лута из убитого мной единорога. Рука моментально скользнула в карман - я пригнулся и искривился изо всех сил, стараясь, чтобы взявший меня на мушку эльф ничего не заметил - и, ухватив крохотную вещицу, сунул её в рот, спрятав за щекой. По крайней мере, ничего иного мне на ум не пришло.
        - Ты, Хюман!  - недовольно рыкнул эльф, пнув меня ногой.  - Что с тобой?!
        Я распрямился, сидя на коленях, и поднял руки. Молчал.
        - Животное,  - сморщился остроухий и, убрав лук и стрелу, но вытащив из-за пояса узкий длинный клинок, одним рывком снял с меня автомат и отбросил его в сторону.  - Всё снимай!
        Я сделал, как сказали. Пистолет полетел следом.
        Пока всё наше оружие собирал специально выделенный под это дело эльф, я услышал, как другой кричит где-то сбоку:
        - Встать на колени!
        Это он кричал Лёшке, совершенно безбоязненно наблюдавшему за действиями Кода. На помощь ему пришёл Андрей:
        - Не может он.
        - Не может?  - приподнял бровь остроухий. И заметил две сухих ветки, что заменяли ребёнку ноги.  - О, Элуна… Ладно. Тогда кто-нибудь из вас его понесёт!
        Получив дозволительный кивок, я кинулся к мальчугану, взваливая его на себя. Видящие вели себя достойно: ни писка. Даже я не паниковал. Почему-то воспринял происходящее как должное. Даже расслабился. Слишком долго везло, слишком долго избегал прямых столкновений с Кодом. Рано или поздно это должно было случиться.
        Наши вещи достались эльфам, несколько остроухих внимательно проверили нашу одежду - не прячем ли мы чего. Благо, никто бы даже не додумался облапать меня за щёки.
        Нас повели куда-то. Довольно быстро костёр скрылся за спиной, и я испугался, что в ночной темени не смогу различить даже спины сопровождающего, но тут нас окружили светлячки, преданно следовавшие по бокам от процессии. Ясно. Среди эльфов затесался маг.
        Мы шли между плотно выставленным эльфийским отрядом. Андрей - через двух остроухих позади меня, ведя за руку Настю. Мне искренне хотелось верить, что я не виноват в произошедшем. Ведь мы действительно исследовали территорию и никого не заметили. Только не учли, что эльфы - мастера скрытности, тем более в лесной местности, и потому заметить их порой очень и очень нелегко. Но кто мог знать, что они окажутся прямо тут, под боком?! Да и где, чёрт подери, они расположили своё Древо?! Ответ не заставил себя долго ждать.
        Ведь спустя час молчаливой ходьбы мы вышли к Твери.
        Я понял это по сохранившимся домам, как в том же Некрополисе. Но, в отличие от него, здесь, в городе эльфов, в котором мы так сумбурно оказались, конечно, царила абсолютно иная атмосфера.
        Постройки, что сохранились со времён правления на Земле Хюманов, оплетены корнями Древа и соединены друг с другом хлипкими на вид, но, видно, весьма пригодными для передвижения деревянными мостиками. По ним бегали с крыши на крышу смеющиеся дети, отлично видящие даже в ночи благодаря выставленным вдоль улицы «ульям», свисавшим с краёв крыш. Эти ульи были заполнены всё теми же светлячками, испускавшими мягкий голубоватый свет - они, похоже, выполняли роль фонарей. Также я заметил множество построек совершенно иного вида, смахивающих на шалаши, но всех их объединяло одно: они соединялись вездесущими корнями Древа, которые были, по сути, повсюду.
        «Будьте счастливы, дети мои…» - услышал я в своей голове и вздрогнул. Но больше ничего у меня в мозгу не возникло, и я решил считать, что мне показалось.
        По мере того как мы шагали по заполненным эльфами, несмотря на поздний час, улочке, нас провожали заинтересованными взглядами. Старики (да, поклонники Толкина, эльфы умеют стареть) приподнимались со своих мест, отвлекаясь от дел, чтобы увидеть, кого привели «доблестные охотники», те, кто был моложе, опасливо косились, а молодняк, хохоча, бежал следом.
        Но территория из домов, которая хотя бы приблизительно могла назваться городом, довольно скоро окончилась, резко оборвавшись гигантской площадкой, равной большой деревне - она всяко превышала площадь моей бывшей базы. И всю эту территорию занимал один единственный объект.
        Древо.
        Святое существо для всех остроухих действительно внушало. По сути, обычное дерево, напоминающее дуб с раскидистыми ветвями, но таких небывалых размеров, что его корни, проплывавшие мимо нас, толщиной могли тягаться со слоном. И всё Древо, от земли до листиков и желудей, полнилось светлячками: они кружили вокруг него, забирались в дупла, лазили по ветвям, испуская голубое свечение. Оказавшись среди них, я почувствовал, что иду по райскому саду. Красиво… И страшно одновременно. Не знаю, как назвать.
        Тут же вся следовавшая за нами малышня незаметно отстала, а в какой-то момент, по мере приближения к основанию Древа, я заметил, что корни меняют свой внешний вид. Они загибались под немыслимыми углами, сворачивались, как коконы, и образовывали что-то вроде уже увиденных мной шалашей, но полностью состоящих из единого корня. Это не описать! И такие «дома» тут встречались повсюду. Громаднейшее общежитие, созданное самой природой. Эльфийской природой, конечно же.
        Тут степенно бродили из стороны в сторону разные шаманы, разодетые в шкуры и рога оленя, с увесистыми посохами наперевес, маги, за которыми влачились белоснежные одеяния, какие-то суровые воины, покрытые шрамами и больше походящие внешним видом на орков. И, припоминая тех остроухих, что мы оставили позади, эти казались мне более… напыщенными, что ли? Наверное, здесь царит что-то из разряда иерархии: те, кто победнее да послабее, селятся на отшибе, в ничтожных «Хюманских» домах, а остальные, высокопоставленные, из тех, у кого и волосы попышнее, и ушки поострее, живут тут, под ветвями их священной обители…
        Пока я размышлял, мы добрались почти до самого ствола Древа. Остановились. Пара эльфов схватили меня за локти и потащили вперёд, в какой-то момент грубо поставив на колени. Той же самой процедуре подверглись и Андрей с Настей.
        Нас вывели на какую-то площадку меж высокого изгибающимися корнями, и поставили напротив отряда эльфов, возглавляемого каким-то индюком в белых одеждах, как у магов. А может, он и был магом - хрен этих остроухих разберёт! Никогда не любил эту считающую себя точкой отсчёта самого мироздания расу.
        Сновавшие повсюду эльфы на нас, кажется, не обращали внимание - шли по своим делам. Наверное, для них подобного рода разборки не в новинку, или здесь не вмешивались в чужие дела, предпочитая заботиться о себе. Это многое бы объяснило.
        - Кто это, Алиэль?  - махнул в нашу сторону своей наманикюренной ручкой индюк.
        Вперёд вышел один из охотников, которого я тут же про себя нарёк «Ариэлью», представив беднягу в образе русалки с копной рыжих волос, и хихикнул. Кто-то больно стукнул меня по затылку, заставив придержать фантазии при себе, а Ариэль, встав на колено, отрапортовал:
        - Мой лорд Кар-Лак!  - воскликнул он в услужливом трепете. «Карлик» - вмиг нарёк я индюка.  - Позвольте доложить. Мой отряд патрулировал южную территорию окраин града. Мы засекли этих личностей, остановившихся на ночлег в нашей священной роще!
        Священная роща?! Да там парочка деревцев и кустиков, напыщенные засранцы!
        - При них обнаружено много вооружения,  - продолжил Ариэль, кивнув своим подчинённым.
        Те из них, кто не сторожил нас, подошли к своему лорду, неся наши вещмешки и мою котомку, и с низким поклоном вывалили их содержимое перед нахмурившимся индюком.
        Карлик оценил взглядом наше имущество, особенно остановившись на Мече Древнего Короля, и соизволил оглядеть и нас.
        - Пахнет нежитью. Но вы - Хюманы, определённо. Почему от вас пахнет нежитью?
        Он определённо ждал ответа. Врать ему я не видел смысла. Но и сказать ничего не мог. Артефакт во рту не слабо мешал бы внятной речи, а выдавать свою заначку я был не намерен.
        - Один из нас,  - указал в мою сторону Андрей.  - Побывал в Некрополисе.
        Лицо Карлика чуть вытянулось, но лишь на доли секунды. Он будто бы просканировал меня взглядом и дал отмашку сторожившим меня охотникам. Те неприятным рывком поставили меня на ноги.
        Индюк подошёл ко мне вплотную, придирчиво прищурившись, и втянул ноздрями воздух. Скривился:
        - От тебя воняет вампирами и… кровью.
        Было вырвавшийся смешок я оставил при себе. Конечно, воняет! Плащ кровососов так и остался на мне, кровь с лица и рук пускай я и вымыл из фляжки Андрея по дороге, но вот до стирки как-то руки не дошли. Так что вид у меня был - тот ещё.
        Ответ пришёл в голову незамедлительно. И я всё же рискнул открыть рот, сделав такое выражение лица, будто усмехаюсь, но на самом деле пряча артефакт:
        - Пришлось убить парочку, чтобы выбраться оттуда живым.
        Кажется, голос у меня был вполне вменяемым - и не скажешь что прячу что-то во рту. Карлик вылупил на меня глаза, не скрывая удивления, а после захохотал, хлопнув меня по плечу. Впрочем, тут же сморщив нос и вытерев ладонь об одежду ближайшего охотника (тот тоже поморщился, но промолчал). А затем захохотал:
        - Юношу я, пожалуй, предпочту увидеть в своих покоях… Но пока всех их под стражу.  - Сменил тон, превратившись в грозного господина, эльф.  - Уберите от меня этих животных.
        Охотники незамедлительно принялись выполнять указание, так что мгновением позже нас уже тащили меж переплетений корней и витающих в воздухе светлячков куда-то в сторону. Куда - наверное, знали лишь сами провожатые.
        В конце концов нас привели к дыре у самого основания древа, которое перегораживалось толстыми частыми прутьями, выраставшими всё из того же ствола, являясь, по сути, его частью. Этакая природная решётка. В каком-то месте эта решётка переплеталась в дверь, запертую железными цепями и увесистым замком. Открыв замок, провожатый снял цепи и втолкнул нас внутрь.
        Пока решётку запирали обратно, я успел осмотреться. Внутри царил полумрак: свет внутрь тёмного зева камеры шёл лишь с ночной улицы, исходя от летающих снаружи светлячков. Но при этом разглядеть внутренне убранство вполне возможно. Тем более что было оно не богатым, по сути, просто небольшая пустая пещера из деревянных стен, с небольшим углублением в углу - видно, отхожим местом - да несколькими кучками сена, наверное, для сна. Но помимо прочего, тут мы были не одни.
        На стене висело существо, распятое на цепях. Приглядевшись, я узнал в существе эльфа, причём довольно измотанного и худого даже по меркам их братии. Он висел, поникнув головой и не обращая внимание на своих новых сокамерников. Я даже подумал было, что это - труп. Но нет. Грудь периодически вздымается при вдохе. Живой… За что же его так? Свои же?
        Но думать над чужим несчастьем мне было не досуг. Только замок вернулся на своё законное место, а наши провожатые сгинули с глаз, я выплюнул тотем себе в руку, вернув его в карман штанов, усадил Лёшку на сено, а сам начал обходить пещеру, обстукивая кулаком стены. Андрей с Настей тоже присели, наблюдая за мной. Причём с такими лицами, словно я занимался непонятно чем. Но не сидеть же сложа руки, в самом деле!
        Обстукивание стен ничего не дало: там, дальше, наверняка сплошь древесная толщь, а, судя по размерам Древа, толщь немаленькая. Устроить Побег из Шоушенка не удастся. Тогда я двинулся к прутьям решётки, крепко ухватившись за них. Конечно, мы не в мультике, чтобы надеяться на достаточную толщину между прутьями, для побега, но по крайней мере хотелось верить, что удастся справится с деревянным ограждением. Но куда там! Даже не шевельнётся, будто стальное.
        - Это бесполезно.  - Вдруг услышал я незнакомый высокий мужской голос.
        Обернувшись, я наткнулся на того распятого эльфа. Он поднял голову и глядел на меня. Значит, парень всё-таки не совсем отрешён…
        - Что ты имеешь в виду?  - нахмурился я, подойдя к нему поближе.
        Теперь, когда он сам изъявил желание пойти на контакт, я рискнул приблизиться к остроухому. И смог получше его рассмотреть. По сути, он ничем не отличался от типичных представителей своей расы: то есть был настолько стереотипен, насколько это только возможно. Светлые длинные волосы, которым позавидовала бы любая девушка, идеальные черты лица, прямой нос, голубые глаза, кубики пресса, выглядывающие из-под распоротой порванной рубахи… Второе пришествие Леголаса, чтоб его. Его внешность даже немного ущемила моё достоинство, пускай я и знал, что это Код. Мой то внешний вид сравнить с Орландо Блумом уж никак не получится: нос картошкой, волосы сальные, подбородок и надбровные дуги неправильные… Только вот выглядел «Леголас» не важно. Всё тело в каких-то зарубках, шрамах и ожогах. Будто его пытали. Хотя нет - пытали, определённо…
        Эльф сделал вид, как будто не видит того, как нагло я его рассматриваю, говоря с усмешкой:
        - Это не просто решётка. Её не сломать. Вы заметили, что рядом никакой стражи? Ведь это часть Древа. Величайшего магического существа, которое только могли создать наши Боги…
        - Мы.  - Грубо перебил его я.  - Мы это создали. Люди.
        Я не стал говорить «Хюманы».
        Эльф промолчал. Если ему и было что ответить, то он решил оставить мнение при себе. Я же, поумерив пыл, спросил:
        - Как твоё имя?
        - Ферил.  - чуть помедлив, ответил он.
        Мне не захотелось придумывать ему прозвище.
        - За что ты здесь, Ферил?
        - Пользовался технологиями космических ублюдков.  - Грустно улыбнулся тот.
        - Всего то?! Коду такое не запрещено.
        - Эльфам запрещено.  - Проскрежетал сквозь зубы, особенно выделив первое слово, Ферил.
        Но я уже его не слушал. Только смотрел с величайшим вниманием на одну из его ран, которая кровоточила. Из неё по животу остроухого стекала тонкая струйка крови. Жёлтой крови.
        В голове вдруг что-то взорвалось.
        - Лёшка!  - окликнул я мальчугана, не поворачиваясь к нему: всё моё внимание сосредоточилось на ране эльфа.  - Не напомнишь мне… то четверостишие. Связанное с вот этой штуковиной.  - Я достал из кармана артефакт и помотал им возле себя.
        Парнишка доложил сразу, как будто и не задумываясь:
        Коль скоро ты отыщешь этот камень,
        Найди к нему ты жёлтый эликсир.
        А после опрокинь в него ты пламень,
        Тогда завоет страшно твой Фенрир…
        После этих слов моя рука, державшая тотем, действовала как бы сама собой. Я поднёс артефакт к телу Ферила и без задней мысли коснулся им места на его ране. Жёлтая кровь эльфа частично окропила его.
        - Что ты делаешь?!  - возмутился остроухий, бряцая цепями.
        - Прости!  - примирительно приподнял я ладони, отпрыгивая в сторону.  - Не знаю, быть может, я и не прав, но твоя кровь может помочь нам выбраться отсюда. Не знаю, как, но это хоть что-то…
        - Жёлтый эликсир?  - услышал я сомнение в голосе Андрея.  - Кровь эльфа? Что-то я не уверен…
        - И я тоже не уверен.  - пожал я плечами, возвращая тотем обратно в карман.  - Но, в любом случае, что мы теряем? Никаких других вариантов я не вижу. А вы?
        Ответом мне было молчание…
        Стражники пришли за мной довольно скоро: мои глаза даже не успели привыкнуть к полумраку камеры. Отворилась дверь, и несколько эльфов с копьями сопроводили меня на выход.
        Но пошли мы не по направлению к жилым местам у подножия Древа. Нет, мы направились к самому Древу, по ступеням, врезанным в его ствол, взобравшись вверх, на уровень двух человеческих ростов, и проникнув в нечто вроде дупла, оказавшегося на самом деле проходом в просторный коридор. Причём он был так искусно сделан, что не оставалось сомнений: Древо, великое магическое существо, позволило ремесленничать внутри себя своим остроухим детям, создавая изысканные интерьеры, которые я мог теперь наблюдать. Красивые готические своды, переплетаемые с некими славянскими мотивами - изображениями и скульптурами морд зверей и птиц - нити-растения, спускавшиеся с потолка до пола: лишь при ближайшем рассмотрении можно было догадаться, что они сотворены из всё того же дерева.
        Выйдя из коридора, мы оказались в круглой зале, где меня передали в руки целому отряду из эльфов. С ними я прошёл весь остаток пути, восхищённо озираясь и стараясь сложить в уме, что всё это вижу наяву: гигантские потолки, узкие переходы, переплетённые меж друг другом паутиной, величественные колонны… как всё это могло уместиться здесь - сложно представить. Но уместилось. И выглядело грандиозно!
        Наконец, меня подвели к двери, за которой располагались покои Карлика - видимо, важной шишки в эльфийском сообществе. Но к нему меня почему-то отправили без охраны - только вежливо отворили дверь, проводив колючими взорами. Это мне не понравилось. Выходит, индюк и впрямь был каким-то магом. Умей я видеть характеристики, наверняка поразился бы.
        Дверь за мной захлопнулась - я оказался в небольшом, в каком-то смысле уютном кабинете, окружённом шкафами, переполненными книгами и свитками, ульем, заполненным светлячками, под потолком, и со столом в центре. За столом, в резном кресле, и восседал Карлик.
        Этот индюк вроде как успел переодеться в ещё более просторные одежды, чем прежде, напоминающие кимоно. Присесть мне, конечно же, не предложили, да и некуда. Я не сразу обратил внимание на то, что на столе, среди кип бумаг, перьев и чернил удобно расположился мой Меч Древнего. Который Карлик при моём появлении взял в руки и, встав из-за стола, обошёл его кругом и встал напротив меня, оглядывая клинок так, словно только что его увидел.
        - Итак, юноша…  - начал он, почему-то надолго замолчав.
        Меня позабавило это его «юноша». На вид индюку - не больше двадцати пяти, старше меня всего года на два. Хотя, зная законы Кода, частично перекочевавшие в наш мир, и эльфийские реалии, рискну предположить, что на самом деле ему больше ста лет. Тогда…
        - Слушаю, дедуля.  - Едко оскалился я.
        Как всегда, зубоскалить хотелось в самый неподходящий момент.
        Карлик наконец соизволил обратить на меня внимание, пускай это самое внимание и заключалось в пожирании меня взглядом. Он сдержанно, хоть и с долей неприкрытой неприязни, произнёс:
        - Будь учтивей, Хюман. Теперь, когда я узнал, что ты владеешь информацией о внутренней структуре Некрополиса, ты - мой гость, а не пленник. Но не усложняй ситуацию. В любой момент твой статус в моём граде может измениться.
        Я отметил про себя, что Карлик при последних словах особенно выделил голосом «моём». Так что получается, он тут кто-то вроде мэра? Короля? Генерала? Что ж, что бы там ни было, я стоял перед тем, кто имел здесь большую власть.
        - Не понимаю, что бы Вы хотели от меня услышать.
        - О, это как раз довольно просто.  - Тон индюка моментально переменился, а на лице появилось даже подобие искренней улыбки. Эльф положил меч обратно на стол и скрестил на груди руки, причём так элегантно и красиво, что могло показаться, будто он готовится к фотосессии.  - Я бы хотел узнать о нынешнем вооружении нежити, о состоянии их войска, о ресурсах, о планах их города, о любых мелочах, которые ты мог бы припомнить, может, даже потайных ходах - это было бы просто замечательно!
        Он так восторженно перечислял мне желаемое, что я даже призадумался. А что? Почему бы и нет? Пускай Код потихоньку уничтожает сам себя: мне от этого ни жарко, ни холодно. Тем более, что в мире станет чуть лучше без Некрополиса…
        Но затем я посмотрел на ситуацию с другой стороны. Ну, расскажу я всё что знаю. Я не стратег, но, уверен, эта информация как-то поможет эльфам в борьбе с нежитью и некромантами. Допустим, они даже победят. Но… А что дальше? Возникнет ещё один град остроухих с ещё более гигантским Древом? Исчезнет Некрополис, но станут во много раз сильнее эльфы? Что в этом хорошего? Да и, к тому же, Лера… Я не могу забыть того, что она теперь - часть Некрополиса, и никак не могу считать её врагом.
        Кажется, Карлик ощутил длительное молчание и моё настроение, поскольку, вздохнув, заговорил сам:
        - Ты знаешь, что делают с такими, как ты, В Некрополисе? Даже не только с тебе подобными, но и с моими родичами, да и многими другими, кто не входит в круг нежити и не подвластен некромантам?  - индюк выдержал паузу, дождавшись от меня молчаливого кивка. Он хмыкнул и покачал головой: - Вот уж уверен, что ты знаешь далеко не всё. Я видел. Лично. Видел существо, которое раньше было моим собратом и Хюманом одновременно, уродливый паук, сшитый из плоти нескольких существ, с крючьями вместо головы и уродливыми серпами на месте кистей! Живое, слышишь меня? Живое существо, страдающее и хнычущее, но вынужденное убивать. И сквозь вопли убиваемых ими бедняг я слышал монотонное бормотание нескольких голосов: «Убейте, убейте меня». Вот, что творят эти бездушные уроды…
        - А что творите вы?  - Неожиданно для самого себя вставил я свои пять копеек.
        - Мы?  - Брови Карлика изумлённо поползли на лоб.
        - Мучаете и подвешиваете за цепи собственных родичей. Лишь только за то, что они… поигрались с высокими технологиями? Что за деспотизм?
        Индюк глубоко вдохнул и вальяжно вернулся за стол, устало откинувшись на спинку резного кресла. Пальцы его пробежались по лезвию клинка в странной задумчивости.
        - Это не деспотизм, друг мой.  - Всё же произнёс Карлик, поглядев на меня из-под бровей.  - Всего лишь мелкие ограничения. И, прошу заметить, совершенно незначительные. Не будет ограничений - не будет и сильного королевства. К тому же, с вами, Хюманами, мы не поступаем так же как эта тупорылая нежить.
        - Ну, нас вы посадили в клетку.
        - Да,  - кивнул эльф, разводя в стороны руки.  - Пока не выясним ваши намерения и того, насколько вы можете быть полезны. С теми, кто нам полезен, мы более чем дружелюбны…
        С этими словами он хлопнул в ладоши. В кабинет заглянула голова стражника.
        - Мой лорд?
        - Приведите придворного казначея,  - махнул рукой Карлик, и страж скрылся.
        В кабинете вновь воцарилась тишина. И пока приказ лорда выполнялся, я поглядывал по сторонам, стремясь обнаружить свечи, или что-то подобное.
        А после опрокинь в него ты пламень,
        Тогда завоет страшно твой Фенрир…
        Если верить строчкам этого стиха, мне нужен огонь. Но, чёрт подери, словно бы в насмешку над моим положением, эльфы не пользовались огнём! Свет им заменяли грёбаные светлячки!
        Под хруст моих сомкнувшихся зубов дверь вновь отворилась. И внутрь вошёл человек.
        Да, он определённо не был эльфом, хоть и был одет в красивый эльфийский сюртук с серебряной вышивкой, и с длинной дымящейся трубкой в зубах, которую я мог видеть у пары стариков с улицы эльфийского града. Мужчина был староват, но при этом отлично выглядел, волосы его были аккуратно уложены, а лицо невероятно чистым, гладко выбритым. Так что мне было сложно сказать, кто передо мной: Хюман, или же человек Кода?
        Пока я разглядывал его, мужчина лишь коротко зыркнул на меня и весело обратился к Карлику:
        - Что, Кар-Лак, это и есть та самая залётная птица, которую притащили к нам разведчики?
        - Да… Слухи быстро расходятся,  - улыбнулся ему в ответ индюк. И, дождавшись моего внимания, указал на мужчину: - Хотел бы представить тебе своего казначея. Кириэн, мой ближайший помощник и друг.
        - Раньше звался Кириллом,  - протянул мне ладонь мужчина.  - Можешь звать меня так, если удобно.
        Я напряжённо пожал ему руку.
        А Кирилл, повернувшись к Карлику, забавно смеясь, воскликнул:
        - О! Так ты ему ещё ничего не сказал?!
        - Предпочту оставить это тебе,  - скрестил пальцы в замок индюк.
        - Ха-ха! Ну у тебя, парень, будет и рожа!  - обратившись ко мне, в предвкушении потёр руки Кирилл, окликнув кого-то за дверью.
        Тот час же в кабинет вошла девочка. Совсем крохотная, наверное, младше Насти. Она была одета в обычную холщовую накидку, заменявшую ей всю одежду. Но не это было странным. А то, как она выглядела. Это был эльфёнок, определённо: длинные шелковистые волосы, очень красивое лицо, глаза, из которых будто льётся свет, как из улья над моей головой. Да, эльф, сомнений быть не может, но… Уши! Почему у неё обычные, человеческие уши. Я впал в ступор и посмотрел на Кирилла в немом вопросе.
        Мужчина же заржал навзрыд:
        - Вот! Говорил же, говорил! Ну и рожа!..  - отсмеявшись, он положил ладони на плечи улыбающейся девчонки.  - Это - моя дочь. Лиция. И она родилась от эльфийки Флории. Моей жены. Лиция - полукровка, в ней часть генов от отца-человека и матери-эльфы. Хотя, вряд ли меня уже можно называть человеком в твоём понимании. Эльфийский народ давно принял меня за ум и проницательность, а также за скрытые таланты. Ты знал, что в каждом человеке сокрыт какой-нибудь талант? После обряда в колодце Эллуны, я стал частью Кода. И частью Древа. Получив свою Силу… Вот, чтобы не быть голословным… Гляди!
        И с этими словами он протянул перед собой руку, напрягая мышцы лица, выдавив через плотно сжатый рот:
        - Здесь со спичками беда, а курить хочется… Так что мои силы пришлись как раз кстати.  - Закончив говорить, Кирилл расслабился и заулыбался. А в его руке вспыхнуло пламя. Само по себе. У Хюмана. Так не бывает!
        - Смотри, парень,  - захохотал мужчина, хлопая дочь по хрупкому плечику.  - Мы можем жить с Кодом в мире, и даже можем многое от него получить. Хватит выкаблучиваться, дружище, и давай уже мотай на нашу сторону!
        - Если будет полезен граду.  - Напомнил молчавший до этого Карлик.
        - Да, если будет.  - Кивнул на это Кирилл, продолжая поддерживать в ладони настоящее пламя.
        А я смотрел на извивающиеся языки огня и не мог сказать ни слова. Сейчас мой мир намеревался перевернуться с ног на голову и разрушиться к дьяволу. Передо мной стоял счастливый человек (а человек ли?), с семьёй, с улыбкой на лице. Он не копается в дерьме, не пробивается с боем через окопы, стараясь изменить то, что уже и так изменилось, не в его пользу. Он просто принял то, что есть, и оказался на своём месте. Так с чего я взял, что не окажусь на своём, согласившись?
        «Если в каком-то мире существует хоть один человек, искренне любящий даже самый загаженный воздух родных земель и пытающийся эти земли спасти…»,  - вдруг вспомнил я слова неожиданно повстречавшегося на моём пути Бога - «…то у такого мира должен быть шанс.».
        Я покосился на вполне удовлетворённого произведённым эффектом высокопоставленного индюка и хмуро поинтересовался:
        - Допустим, я соглашусь. Тогда… всех нас сделают частью… вас?
        Карлик задумался. Но всё же ответил, растягивая слова:
        - Всех ли… Знаешь, буду с тобой честен. Вас с тем мужчиной - да. Мы с удовольствием сделаем вас способными видеть и чувствовать, как мы, и примем в нашу семью. Но тех, двух, что пришли с вами…
        - Вы поняли, что они особенные.  - Догадался я.
        - Ну… в общем-то, да. Прости, но им в нашем мире места нет. Их будут изучать наши знахари. Уверен, эти ваши особенные детишки смогут многому нас научить. Если мы залезем в их…
        Но тут он осёкся на полуслове. Вот только поздно. Я уже понял, что хотел сказать этот индюк. «Тела». Они хотят исследовать их тела, вытащить мозги, или ещё что-то подобное. Что бы ни было, Лёшку с Настей ждёт смерть.
        Нет.
        Я посмотрел на не гаснущее пламя в руке Кирилла и сунул руку в карман.
        Аривидерчи. На такое я пойти не готов.
        Сжавшая артефакт-тотем кисть вмиг оказалась над ладонью колдующего Кирилла. Я стиснул зубы от жара огня и разжал пальцы, бросив вещицу прямиком в жадно поглотившие её языки пламени.
        Мужчина удивлённо уставился на вещицу в своей ладони, спокойно лежавшую в огненной пасти, и погасил пламя, поднеся артефакт к самому носу. Затем свирепо уставился на меня и прошипел:
        - Не знаю, что ты хотел тут учудить, парень, но у тебя ничего не вышл…
        «О» - застряло у того в горле, когда из тотема в его руке вырвался буйный ураган.
        Стихия отбросила Кирилла с дочерью в сторону, смела книги со стеллажей, сбросила закружившиеся по кабинету листы со стола. А спустя мгновение обрела плотность, вырастила кости, облепив их мясом и шерстью, и представила всем присутствующим гигантского ощерившегося волка, пускающего изо рта жёлтую слюну, с красными бешеным глазами и загривком, подпирающим собой потолок.
        Я повалился на пол и стал растирать глаза, горящие от боли. Причём эта боль взялась словно из ниоткуда: только что не было, и - раз!  - ударила по глазным яблокам, как ножом.
        Но, проморгавшись, я почувствовал, как боль ушла. Вот только сквозь красную пелену, возникшую перед глазами, отчётливо проступили символы, словно на игровом интерфейсе. Сверху и сбоку я увидел едва проявившийся значок с изображением морды волка, рядом с трудом читаемую строчку «Фенрир» и цифру «150». Ниже располагались совсем уж невразумительные иконки. Всё, что я смог, так это прочитать слова, расположенные рядом, в столбик: «Атака», «Защита хозяина», «Следовать за хозяином», «Спрятаться».
        Придя в себя, я понял: передо мной интерфейс управления питомцем. Пускай и едва видимый, почти незаметный, как бы на краю зрения, но настоящий, мать его, интерфейс! Я приподнялся и попытался осмыслить происходящее. Я не Видящий. Тогда как… О, Боги, глаза! Как же больно-о-о!!!..
        Но на страдальческие слёзы не было времени. Взбешённый высокоуровневый питомец, оглядевшись по сторонам, заметил вжавшихся в угол Кирилла и Лицию и, рыча, двинулся к ним, не получая никакой команды. Недолго думая, я сосредоточил взгляд на иконке «Следовать за хозяином» и представил, как будто нажимаю на неё, как делал это много лет назад в виртуале - отца с дочерью я трогать не собирался!
        Фенрир застыл, развернулся и в один широкий шаг оказался рядом со мной, скуля и глядя на меня, то бишь хозяина, преданными красными глазёнками. Ути-пути, пёсик…
        - Умри!  - раздался сбоку гневный голос, определённо принадлежавший лорду Карлику.
        Я повернулся и увидел взъерошенного эльфа, вознесшего над собой руки и зачитывающего какое-то заклинание. Нет, ну что за идиот?! Что за дурацкие штампы?! Сначала кричать «умри» и только потом стрелять?!
        Но теперь это было не важно. Я указал на индюка и отдал команду «Атака». Не прошло даже пары мгновений, как Фенрир, воя, перегнулся через стол и вгрызся клыками в заоравшего лорда, откинув его в шкаф, с треском развалившийся на кусочки. А из-за спины раздался иной треск: дверь растворилась и внутрь вбежала перепуганная стража. Команда «Атака» теперь была направлена в другую сторону…
        Пока Фенрир раскидывал в сторону мало что способный сделать с гигантским волком эльфийский отряд, я, пребывая в адреналиновом экстазе, подскочил к столу, хватая Меч Древнего Короля. Бросил прощальный взгляд на покорёженный труп лорда, убедившись, что тот мёртв. Нечего угрожать моим близким, скотина.
        Под аккомпанемент воя, рыка и душераздирающих криков стремительно теряющих хит-поинты бойцов, раздававшихся за дверью, я присел у так и не покинувшей угла семьи и обратился к Кириллу, недвусмысленно выставив напоказ клинок:
        - Жить хочешь?
        - Ты ещё поплатишься за это, щенок…  - прошипел тот, прижимая к груди хнычущую девочку.
        В любой другой ситуации я бы размяк. Но не теперь. В груди бухало сердце, как сумасшедшее, по венам разливался адреналин, а в голове разрасталась суровая уверенность в собственных действиях.
        - Повторю ещё раз.  - Процедил я с пугающей даже для самого себя суровостью.  - Быть может, ты не понял. Думаю, ты ещё не научился читать характеристики, или просто не захотел. Так вот. Эта железяка в моих руках - артефакт вампиров, их Короля, почивавшего, но оставившего наследие. Меч. Очень голодный меч. Он заберёт жизнь, если ранить им и дать напиться крови. Раз в день, правда, но на тебя хватит. Итак, Кирилл. Ради своей дочурки и жены, ответь мне. Ты жить хочешь? Третьего шанса не будет.
        Мужчина выдвинул челюсть, поигрывая желваками, и всем видом выражая ненависть по отношению ко мне. Я понимал его и не винил. Сейчас мне важно было другое. Его глаза. В них я увидел всю правду.
        - Хочу.  - Наконец твёрдо решил Кирилл.
        - Славно.  - Я выпрямился и, выглянув за дверь, увидел кучу разбросанных тут и там тел и Фенрира, озирающегося в поисках ещё какой-нибудь жертвы. Хватит с тебя пока. Команда «Защита хозяина», и вот уже волк рядом, настороженно принюхивается и рычит. Я указал кончиком клинка за дверь, обратившись к Кириллу.  - Показывай, где у вас здесь склад. Или место, куда сносят найденное вооружение. Уверен, оно у вас тут под учёт - кому как не казначею заниматься подобным?
        Мужчине нечем было перебить мой аргумент. Он поднялся, подхватив и не прекращающую хныкать Лицию, и, поглаживая её по спине, прошёл мимо, боязливо, но всё с той же хмурой суровостью косясь на вставшего на пути Фенрира.
        Я пошёл следом.
        По пути лишь несколько раз пришлось столкнуться со стражей, которую без проблем расшвыривал высокоуровневый волк. Это меня порядком насторожило. Куда делись все? Но ответ пришёл сам собой, стоило только заметить хитрый прищур Кирилла. Ясно. Кто-то додумался доложить о переполохе, основные силы Древа сняли с места, и теперь собирают в единый здоровый кулак, чтобы как следует впечатать его в наши наглые морды. Что ж. Надеюсь, у нас ещё есть время.
        Склад оказался всё в том же Древе, на одном из нижних этажей - пришлось лишь раз подниматься по ступеням, вырастающим из тела древесного великана. Он представлял из себя просторное помещение, уставленное всевозможными сундуками, бочками и, конечно же, оружием. В основном из вооружения здесь хранились лишь луки да колчаны со стрелами. Поэтому выловить взглядом автомат, два пистолета, щит, меч, браслет и плащ, некогда бывший котомкой, сложенные в углу, не составило труда.
        Плащом вампиров я снова воспользовался, чтобы перевязать вещи. На этот раз ноша оказалась куда тяжелее обычного, но бросать свой инвентарь я не собирался.
        Но когда котомка была уже собрана, и я было собрался её потуже перевязать, мои глаза засекли выделявшееся среди однотипных луков и стрел изобретение. Нет, на вид это нечто тоже было луком и стрелами, но какими… Само основание лука - стальное, с какими-то цветастыми индикаторами и мигающими кнопками. Тетива тоже непростая - определённо не обычная ниточка, скорее уж проволока, или вроде того. А стрелы, пускай и с деревянными древками, но наконечниками тоже непростыми - будто схлопнувшийся стальной ландыш с заострённым концом и всё теми же индикаторами на блескучей поверхности. Кажется, стоит стрелку определённым образом подать сигнал от лука стреле, и та раскроется, будто пасть мухоловки. И что тогда будет - чёрт знает. Но определённо ничего хорошего…
        Надо ли говорить, что склад я покидал с ещё более тяжёлой котомкой.
        На выходе стоял Кирилл с успевшей (во дела!) заснуть дочуркой. Его не смущал ни Фенрир, облизывавшийся на полу-эльфа, ни то, что ему только что представилась возможность сбежать. По правде говоря, я полагал, что пока потихоньку обкрадываю здешний боезапас, он успеет несколько раз оббежать град и выдать моё местоположение. Хотя, толку в этом мало. Громадный высокоуровневый волк - кто такого упустит из виду?
        Мимо мрачного, как туча, мужчины я проходил безбоязненно. За спиной - послушный пёсик, в руке - Меч Древнего. Этот колдун со своими фокусами, в случае чего, не успеет и пикнуть.
        Но Кирилл не был дураком. Он не бросился мне наперерез, не стал угрожать или пытаться как-то помешать. Только злобно, едва сдерживая себя в руках, проронил:
        - Ты зря всё это сделал, парень…
        - Может быть.  - Согласился я.  - Но я хотя бы попытался.
        Вниз я спускался бегом, как и покидал Древо, как-то даже не обращая внимание на громыхание шагов Фенрира за спиной. Может быть, привык. А может, думал лишь о том, как поступить дальше. Следовало спешить - несмотря на напускное спокойствие, внутри меня зарождалась паника: что успели сделать остроухие, пока я устраивал свой крошечный геноцид?
        Я опрометью бросился меж мельтешащих перед лицом корней в ту сторону, откуда, по моим прикидкам, меня и привели, и где остались ждать своего часа Андрей и дети. У меня не было другого пути, кроме как вернуться за ними. В конце концов, именно ради них всё и затеяно.
        Как ни странно, осторожность, с которой я пытался передвигаться, даже пускай и с таким питомцем, себя не оправдала: некого было опасаться. Рядом с клеткой, к которой я в скором времени выбежал, не оказалось никого. Наверняка эльфы не думали, что я стану тратить время на пленных - посчитали, что сразу рвану когти, и выставили стражу у ворот града. Что ж, они сглупили, но это не отменяло того, что нужно как-то выбираться.
        Могучая лапа Фенрира разорвала замок решётки, как Тузик грелку. И я вошёл внутрь, под вытянутые в изумлении физиономии всех, включая и Видящих, от которых наблюдать такую эмоцию - верх удовольствия.
        - Как ты…  - вопросительно выдохнул Андрей, пока я разворачивал котомку.  - Мы думали…
        - Слишком много думаете не по делу,  - огрызнулся я, кидая ему меч и пистолет. Подумав, отдал и автомат тоже, оставив у себя лишь свой клинок. С интерфейсом перед лицом, который норовил вот-вот исчезнуть и на поддержание которого уходило много сил, особенно не постреляешь. А вот отмахнуться от особо настырных железкой - всегда пожалуйста. Сам же заложил за спину эльфийский щит и покрепче стиснул рукоять вампирского меча.  - Надо думать, что делать. Остроухие знают, что я попытаюсь сбежать. Что вместе с вами - не знают, но скоро поймут. Думаю, в целом городе наберётся достаточно сил, чтобы нашинковать нас стрелами, как ёжиков!
        Андрей бегло вооружился и, заметив мой кивок в сторону Лёшки, понятливо кивнул и взвалил ребёнка себе на спину, затянув лямки сбруи. Тот, надо сказать, не возражал. Настя же, я обратил внимание, ни на шаг не отходила от Андрея. Что ж, это хорошо. Не будут мешаться под ногами. Боюсь, если считать наше сегодняшнее приключение этаким игровым рейдом, то мне предстоит быть танком и идти напролом. Не хотелось кого-нибудь затоптать по пути.
        И тут взгляд скользнул по висящему на стене и внимательно следящему за нами Ферилу. «Атака» - волк со злобным рёвом замахивается лапой, эльф щурится, страшась неминуемой гибели от этого монстра. Звякающий звук, и цепи, расколотые размашистыми ударами звериных лап, падают на пол вместе с пленником.
        Ферил тут же вскочил, отступая назад, но я уже отдал питомцу команду защищать меня, и потому волк зашёл мне за спину, хвостом выглянув за пределы пещеры.
        - На!  - Бросил я остроухому странный стальной лук и колчан со стрелами.  - Наверное, это твоё?
        Эльф довольно ловко схватил подарок и счастливо пробежался глазами по луку, закинув за спину колчан. Да, определённо - я угадал с гостинцем.
        - Я помогу вам пробиться.  - Вдруг произнёс он со сталью в голосе покрепче той, из которой было сделано его оружие.
        - Что?!  - вроде как это воскликнули все мы, разом. А затем я добавил от себя: - Ты пойдёшь против своих сородичей?
        Ферил перекинул лук из одной руки в другую и хохотнул:
        - Сородичи мне - те, кто освободил меня от цепей и дал оружие, которым я могу отомстить своим пленителям. Мой лук - ваш, навеки!
        Я грустно усмехнулся - ну, точно, Леголас…
        - Если выберитесь,  - продолжил лучник.  - Пойдёте к базе десантников. Я нашёл её далеко отсюда. Она одинока и давно заброшена, но ещё имеет в себе какой-то запас сил. Именно там я и создал себе это,  - потряс он сжатым в ладони луком.
        - Но как мы её найдём?  - тут же уцепился я за информацию.
        - Покажи мне,  - произнёс вернувший на своё лицо маску спокойствия Лёшка.
        Ферил смерил мальчишку заинтересованным взглядом и шагнул к нему. Их глаза встретились и пожирали друг друга довольно долгое время, словно они играли в гляделки. Пока наконец оба не проморгались, и Лёшка выпалил:
        - Я знаю, где это. У меня есть карта,  - тыкнул он пальцем себе в висок.
        - Идём!  - воскликнул эльф, направившись к выходу из пещеры.  - Времени мало.
        Переубеждать эльфа я не стал. Говорить о цели, которую он поможет нам достичь - тоже. Сейчас я думал не о благородстве, а о том, чтобы выбраться живым. И меткий лучник с прокачанными непонятной для меня силой стрелами могли этому поспособствовать.
        Танк с высокоуровневым питомцем, воин с мечом и парой магических пуль и лучник. Не хватает ещё лекаря для полноценной пробивной команды, но это я уже замечтался. Пожалуй, шанс есть. Прорвёмся.
        Мы двинулись следом за Ферилом, знавшим дорогу.
        Как я и думал, нас ждали. Стоило только покинуть территорию Древа и выйти на ставшие пустынными улочки «бедняков», как дорогу перегородил пост натянувших тетивы воинов, и мы остановились, прячась за одним из шалашей. Невероятным усилием воли я заставил-таки Фенрира, недовольно скуля, лечь на брюхо. Мы затаились.
        Эльф выглянул из-за переплетённых ветвей и внимательно изучил позицию лучников. Затем коротко бросил нам:
        - С ними, похоже, парочка магов, но отряд небольшой. Наверное, других отправили к остальным выходам из града, всего их четыре.  - А затем Ферил приподнялся и двинулся куда-то меж домов короткими перебежками.
        - Куда ты?!  - шикнул я остроухому.
        - Ждите сигнала,  - донеслось из полутьмы, и я заметил, как силуэт эльфа взбирается куда-то наверх и перебегает по деревянному мостку на крышу.
        - Какой ещё сигнал…  - смутившись, пролепетал я, вместе с Андреем выглядывая из укрытия.
        Не прошло и пяти секунд, и мы узнали - какой.
        Слева рассекла ночную мглу стрела и спикировала точно на одновременно поднявших взгляды вверх лучников. Послышался крик, и воины ринулись врассыпную, но - поздно. Взрыв был страшный: поднялись клубы пыли, полетели в стороны раненные остроухие, а я застыл с открытым ртом, впечатлённый небывалой силой оружия Ферила.
        Мне дал опомниться жёсткий рывок за руку от Андрея и крик на ухо:
        - Идём! Бегом!
        Точно.
        В Атаку…
        Фенрир ломанулся вперёд, высунув язык в предвкушении смертоубийства. Из-за рассасывающейся пыли вылетело несколько стрел не задетых волной взрыва лучников, но те снесли лишь процент от здоровья монстра. Волк, взревев, набросился на них, вгрызаясь клыкастой пастью.
        Я же кинулся следом, старательно пытаясь убедить себя, что передо мной - всего лишь Код, нули и единицы в игре, которую нужно пройти. Что я никого не убью - только сотру, а это нечто иное… До этого я расправлялся с Кодом, но только на расстоянии, с помощью выстрела. Вплоть до этого самого мига мне не приходилось убивать мечом…
        Древний Король, чья суть осталась заточена в магическом мече, разинул свою пасть в предвкушении настоящей крови, которой так до сих пор и не успел распробовать, когда мне на пути попался приподнимающийся с земли отплёвывающийся лучник, не успевший даже наложить на тетиву стрелу. Я замахнулся оружием, почувствовав, что холодею. Клинок рассёк воздух и радостно зашипел… И в последний миг я трусливо извернул меч, и врезал тяжёлой рукоятью по голове эльфа, отправляя того видеть дивные сны.
        Меч Древнего разочарованно загудел.
        Раздалось ещё несколько взрывов, совсем рядом, и я побежал вперёд, перепрыгивая тела воинов. Возле меня заплетающимся языком зазвучали слова заклинания, и я наугад размашисто ударил кулаком в сторону говорившего: маг рухнул, хватаясь за висок. Сколько бы у вас ни было здоровья, гады, боль никто никогда не отменял!!!
        Дав команду Фенриру защищать меня, я завертелся в поисках своих. И обнаружил Андрея, беспощадно пронзившего мечом прыгнувшего ему навстречу воина. Тот захрипел и, съехав с клинка, рухнул. Мёртв. И я понял, что его обнажённый кинжал целился в державшуюся за штанину мужчины Настю. Андрей защитил ребёнка и не проявил малодушия.
        - Сюда!  - придя в себя, окликнул я их.
        И мы побежали вперёд. Под раскаты разрываемых взрывом стрел.
        Бег длился до тех пор, пока я не понял, что стало совсем темно, и за нами никто не гонится. Моментально ощутив невероятную слабость и боль по всему телу, я осел возле каких-то кустов и, тяжко дыша, осмотрелся.
        Град эльфов остался где-то там, вдалеке, но отсюда, с невысокого холмика, облачённого в куцый парик из кустов, можно было заметить частые красные вспышки от взрывов.
        Ферил остался там.
        - Это его выбор.  - Будто прочитав мои мысли, произнёс Андрей, хватая меня за плечи. Впрочем, взгляд его тоже был обращён в ту сторону.  - Но он помог нам. Я и не думал, что удастся так запросто выбраться. У Кода тоже есть душа…
        Я только и сумел, что кивнуть. Подняться удалось с трудом, но от помощи Андрея я отказался, отбив его руку. Мужчина поморщился:
        - Что с тобой?!
        - Какой уровень был у тех лучников?  - Заглянул я за спину Андрею - туда, где в ночи едва виднелась мордашка Лёшки.
        Малец не увидел в моём вопросе второго дна, и тут же выпалил:
        - Общий - где-то восьмидесятый.
        - Восьмидесятый, значит…  - Андреналин не унимался, а в голове творилось чёрт-те что. Я сделал шаг к Андрею и ухватил его за грудки, наплевав на то, что когда-то он без видимых усилий поднял меня одной рукой в воздух.  - И ты, гад, его с одного удара умертвил?! Хватит! Мне надоело! Кто. Ты. Сука. Такой?!?!
        В этот раз мужчина мне ничего не сделал. Только потупил взгляд и аккуратно убрал от себя мои руки. Аккуратно, но со значительной силой, так что я вынужденно разжал пальцы. И, подняв на меня взгляд, как мне показалось, усталых глаз, выдохнул:
        - Немного осталось. Думаю, скрывать уже нет смысла. Я…
        «Ро-о-а-а-а-р-р-р!!!» - прервал его фразу отдалённый рык. Я покосился на Фенрира, но пёсик принял вид а-ля «а я-то тут причём?». Но рык всё не унимался, и его дополнил шум, похожий на… что? Стрёкот? Рёв двигателей? Скорее уж последнее…
        Я подбежал к краю холма и, присев за кустами, старательно выглядывал происходящее у эльфийского града. А там уже творилось что-то невероятное.
        На месте взрывов будто бы из ниоткуда, из самой мглы, возникла армия. Ну, как армия - небольшой отряд, если подумать, но в сравнении с оставшимися в живых лучниками - всё-таки армия. Тем более что выглядели проникшие в город существа внушительно: на летающих байках, с секирами, мечами и дубинами, воздетыми над головами, они будто вышли из фильма про апокалипсис, какого-нибудь «Безумного Макса». Рознило их с фильмом одно: они не были людьми. Орки!  - понял я, когда существа выехали к свету огня, который заполнил собой улицы. Зелёная кожа, челюсти торчат дальше кончика носа, клыки навыкат… Орки, ошибки быть не может. Но откуда они здесь?..
        Вспомнил! От кого мы бежали, кто стал причиной нашего побега? Именно они. Но неужели… неужели зеленокожие уродцы преследовали нас всё это время? Зачем?!
        Глаза сами собой уставились на Андрея.
        Он им нужен… Он.
        Чёрт!
        Вдруг что-то ударило по глазам, и я повалился на землю, под озабоченный выкрик подоспевшей Насти и удивлённое хмыканье Андрея. Я почувствовал, что они оба окружили меня и стали помогать подняться. Но через секунду в этом уже не было никакой необходимости. Я встал сам, открыв глаза. И читал возникший передо мной полупрозрачный текст: «Внимание, время существование питомца «Фенрир» истекает через: 1:27:04,03,02… По истечению указанного времени, пожалуйста, воспользуйтесь камнем души Фенрира повторно».
        Словно сквозь сон я сунул руку в карман, не надеясь найти там хоть что-то. Так и было. Пусто. Я оставил артефакт в Древе! Не рассчитывал на то, что придётся воспользоваться им вновь - нигде не было указано, что Фенрир - не вечный питомец! Конечно, стоило самому догадаться, но… дерьмо! Где тут можно накатать жалобу разработчикам?!
        Но делать всё равно нечего. Я ещё раз посмотрел в ту сторону, где постепенно умирал эльфийский город, под монотонное уничтожение жителей огромными могучими клыкастыми тварями. Похоже, они обыщут его весь, вдоль и поперёк, стараясь отыскать то, что им нужно. Вот, уже не слышен шум взрывов. В глубине души я надеялся, что Ферил мёртв. В противном случае его станут пытать и вызнают, куда мы отправились. Но хотелось уповать на лучшее. Для нас - лучшее. Хотя что-то не вижу я конца нашей чёрной полосы…
        Вздохнув, я отдал Фенриру приказ спрятаться. Волк, скуля, выполнил приказание, сбежав с холма куда-то вниз, к лесу. Там он затаится и дождётся мгновения, когда его нули и единицы сотрутся из Земных реалий. А нам нужно идти дальше. Ведь Питер так близко.
        И тут я услышал в своей голове плач. И слова, пробивающиеся сквозь него: «Дети мои… Мои дети!». Выпучив глаза, я медленно обернулся к раскачивающемуся Древу, хотя никакого ветра не было в помине. Готов поклясться, голос принадлежал именно ему…
        Но я тут же мотнул головой, отгоняя глупое наваждение, и бросился бежать вместе с остальными, оставив за спиной пылающий град и нависшую тёмной тучей опасность.

        Глава 4

        Есть такое выражение: «Из огня да в полымя». В какой-то момент, когда взошло наконец солнце и, со слов Лёшки, мы были совсем близко к указанной Ферилом базе, я посчитал, что огонь кончился. Мы вышли из него, обожжённые, в каких-то местах даже обугленные, но живые.
        Только никто не предупредил меня о полыми…
        В какой-то момент интерфейс перед глазами исчез, знаменуя формальную смерть Фенрира. И краски мира вокруг сразу как-то потускнели, как будто до этого я выкрутил настройки яркости по максимуму, а теперь вернул всё на место.
        В руках - снова автомат, за спиной - щит и меч, браслет Леры жжёт руку… Сколько мы бежим? Час? Несколько часов? Не важно. Потому что останавливаться нельзя!
        Мы услышали рог. Он прозвучал громом, знамением скорой смерти. Орки знали, куда мы направились, и двинулись следом. То ли всё же выбили информацию из Ферила, то ли просто чуяли близкую цель - не важно. Всё неважно!
        Только бежать…
        Когда мы выбежали к базе десантников, расположенной на пересечении дорог, неподалёку от какой-то речушки, стрёкот двигателей только усилился и казалось, что преследователи уже здесь, над самым ухом, дышат в спину. Холодный пот выступил у меня на лице и, вытершись рукавом, я указал на стальной цилиндр с выпуклостями в виде балконов и небольшой каменной стеной вокруг. База десантников напоминала туру из шахмат, с дверью, спрятанной в самой стене, какими-то антеннами и проводами, переплетающимися в странную сетку, спаявшую ограждение и сам цилиндр, как паутина, и турелью на входе, о работоспособности которой я даже не мечтал.
        - Спрячь их!  - крикнул я, замирая возле турели и стараясь прийти в себя от нехватки воздуха в лёгких. Рёбра трещали, норовя хрустнуть. Из последних сил добавил несущему на себе Видящих Андрею: - Только живее…
        Тот подбежал к небольшому сооружению, застыл возле входа, ожидая, пока отъедет в сторону дверь. Если её смог открыть эльф, значит, база не стоит не блокировке: видно, её покидали в спешке. И она впустит кого угодно. Так и оказалось: дверь послушно уехала в сторону, прячась в стене и открывая тёмный зев помещения, и Андрей юркнул туда, на какое-то время исчезнув.
        А рёв всё приближался. Я устало присел возле стены, положив на колени автомат, и посмотрел вдаль: на горизонте, среди бескрайней пустой равнины, уже можно было заметить широкоплечие силуэты… Мне даже думать не хотелось, как быть. В случае чего, для нас, обычных Хюманов, подойдут и обычные патроны. Четыре выстрела - и всё, никаких тебе пыток, которым нас наверняка подвергнут зеленокожие - так, для смеха - и вообще никаких больше страданий. Уйдём, только нас и видели…
        - Дети в безопасности.  - Вдруг возник справа от меня внимательно глядящий вдаль Андрей.  - Там остались рабочие мед капсулы. Я настроил их так, что открыть можно только изнутри, а сами они прочнее титана. Саш…  - он повернулся ко мне.  - Я так и не сказал тебе, кто я.
        - Пофиг.  - Честно ответил я, стараясь морально подготовить себя к самоубийству.  - Всё равно мы все уже мертвецы.
        Послышался шорох: мужчина отошёл от меня, начав где-то бродить. Я же ни на что не обращал внимание, впав в апатию.
        Но через какое-то время услышал задумчивый голос Андрея:
        - Кто тебе сказал…
        Я сделал над собой усилие и повернулся. Мужчина скакал возле турели, которую, думается мне, не использовали уже давно, и оно понятно: к такой модели следовало прицеплять ленту с патронами. А ничего подобного рядом я не увидел. Так что это - всего лишь куча металлолома, не больше. О чём я и поспешил сообщить Андрею.
        - Ну не скажи.  - Неожиданно произнёс он, приседая возле пушки и как будто прислушиваясь к чему-то.  - Может быть, я смогу с ней что-то сделать…
        - Что?!  - Я вскочил, приблизившись к нему, и попытался понять о чём тот ведёт речь.  - Поясни.
        - Ну,  - Андрей улыбнулся и положил ладони на турель. Та на моих глазах начала раскаляться, но не плавиться: лишь постепенно наливалась красным цветом.  - Может быть, я и не смогу сделать из неё прежнее оружие. Но зато смастерю кое-что другое!
        Он ещё пошаманил с чем-то и отошёл от турели, с таким видом, словно я должен восхититься. Ну, турель как турель, ничего особенного. Как была без боеприпасов, так и осталась.
        На мой немой вопрос Андрей только и сказал:
        - Увидишь, она себя покажет. Становись. Знаешь, как управляться?
        Конечно, я знал. Система управления этим орудием смерти была предельно простой: хватаешься за ручки с кнопками и нажимаешь на них, следя за количеством боезапаса и вращая турель туда-сюда. Не сложнее, чем в детской стрелялке. Но, хоть вопрос о том, как она будет работать, всё ещё оставался, поглядев на уверенное лицо Андрея, я всё же встал за пушку, ухватившись за ручки с ностальгическим ощущением. Автомат повесил на плечо: три магических пули хотелось оставить про запас. Мужчина же встал возле меня, достав меч. Куцая, конечно, оборона, но, что есть - то есть…
        Отряд орков приблизился настолько, что можно было отчётливо рассмотреть каждый шрам на их квадратных мордах, и громилы затормозили свои байки, подняв пыль. Я прикинул: до нас им оставалось шагов десять (по человечьим меркам)  - не больше.
        Тот из них, кто ехал впереди всех, с отвратительным глубоким шрамом через всё лицо, спрыгнул на землю и, вытащив из прикрепленной к металлическому боку своего «коня» сумы секиру, сделал пару шагов в сторону базы, с усмешкой подкидывая в лапе увесистое оружие. Я обратил внимание на его байк. Точнее, на то, что к нему крепилось. Рядом с сумой заметил ещё что-то. Необычной формы, но скрытое падающей тенью.
        Следом за ним спешились и остальные зеленокожие, встав в полукруг. Я стал бегло пересчитывать их, но на двадцатом орке плюнул, осознав неизбежность своей кончины. Сбоку же над самым ухом послышался шёпот Андрея:
        - Как думаешь, какие у них уровни?
        - А тебе не всё равно? Ты же у нас грёбаный супермэн - вот всех и уложишь.  - Едко огрызнулся я в паническом приступе.
        Тем временем тот, что был со шрамом во всё лицо, развёл руки в стороны, глядя мне через плечо.
        - Ты! Тот, кто помечен Повелителем… Мы следуем за тобой столь долго, что начинаем сердиться… Не заставляй нас сердиться, ибо когда мы злы, наши клинки жаждут плоти.  - Его сородичи дружно загоготали.  - Нам известно, что ты уходил на Ту Сторону, в наш изначальный мир… Расскажи нам всё. Мы найдём способ вернуть Повелителя в этот мир, и тогда вместе сядем на трон всего мироздания. Ты же будешь нашим пророком, нашим предводителем… Как тебе такие перспективы, дракон?!
        Дракон?..
        Я обернулся к Андрею. А тот как-то смущённо пожал плечами. Я прочёл по его выражению лица: «Ну, да, я пытался сказать, а теперь что уж…».
        - Дракон?!  - вслух изумился я, на какое-то время даже забыв о неминуемой гибели, стоявшей в нескольких шагах от меня.  - Какого?!..
        - Да. Последний из своего вида.  - Андрей не смотрел на меня. Он всё также держал перед собой меч.
        - Но ты ни хрена не похож на крылатую ящерицу!  - И тут меня озарило.  - Ты. Это ты тогда пролетал над моим укрытием.
        Он кивнул. И я услышал его голос, пробившийся через ворох беснующихся мыслей:
        - Тот, кого ты видел ночью. Бог… Я чувствовал его присутствие. Можно сказать, что он всё это и затеял. Он… Я умирал, не в силах пережить местные условия. Прозябал в пещере, ждал часа смерти. И тогда пришёл он. Назвался Удачей, и сказал, что сегодня - мой день. И наложил на меня Божественный Баф. Или как вы это называете? Обратил меня в человека. Изменил мои характеристики. Я смог жить, имея возможность вернуться в облик дракона лишь раз в несколько дней. Но не видел в этом смысла. До того дня, как мне пришлось отправиться на твои поиски, ну и… одолжить лошадей у племени троллей.
        Я стоял, раскрыв рот. И вновь вернул самообладание лишь услышав гнусный смешок. Обернулся. Это хохотал орк со шрамом, отчего-то вогнав меня в недра ненависти.
        - Хватит болтать!  - прорычал он, делая ещё шаг в сторону базы.  - Дай ответ, дракон. Мы ждём.
        - Ждите хоть до посинения!  - рыкнул я в ответ, вместо Андрея.
        Дракон-не дракон. Какая теперь разница? Сейчас я бы даже обрадовался, если бы он смог обратиться в гигантского огнедышащего монстра. Но, судя по тому, что Андрей держит в руках меч и даже не собирается обращаться, время его возможности становиться драконом ещё не пришло.
        Орк наконец обратил внимание и на меня, удивлённо приподняв бровь.
        - Что?  - протянул он, как будто бы даже опешив.
        - Сделаешь ещё шаг, и…
        - И что?!  - заржал в голос уродец.  - Эта твоя штука даже не заряжена!
        - Ничего.  - Я усмехнулся, как делал всякий раз, когда паниковал.  - Снег башка упадёт - совсем мёртвый будешь.
        Кажется, он не понял смысла моих слов. Впрочем, как и все остальные. Но мой настрой почувствовал. И, попятившись, развернулся, двинув к своему байку под непонимающие взгляды остальных громил. Хотя, я тоже не до конца понимал, что тот делает. В голову даже забралась крамольная мысль: может, всё-таки испугался?..
        Конечно же, нет.
        Орк нагнулся к своему металлическому коню и начал что-то отвязывать. А затем вернулся обратно, протянув вперёд лапу, в которой держал…
        - Суки…  - проскрежетал я, кроша зубы в порошок.  - Не прощ-щ-щу…
        На меня смотрели выкатившиеся в ужасе глаза дядьки Степана. Его голова была синей, как у утопленника. Рот раскрыт в немом крике, из него вывалился почти сиреневый язык. То, что у головы не было тела, надеюсь, говорить не стоит.
        - Этот Хюман!  - воскликнул уродец, явно потешаясь над моей реакцией на вид мёртвого друга.  - Тоже встал у нас на пути! И теперь я частенько любуюсь его тупорылой башкой, когда мне скучно! Но - не жалко! Забирай! Гляди, что станет и с тобой!
        Он разжал пальцы, и, лишь только выпущенная из ладони голова полетела вниз, с размаху пнул её, как футбольный мяч. Пролетев расстояние, отделявшее меня от толпы зеленокожих, она ударилась о мою ногу и повалилась на землю. Я не посмотрел вниз. Не отшатнулся. Не испытал отвращения. В груди бурлила лишь искренняя, чистая, всепоглощающая ненависть.
        К чёрту драконов.
        К чёрту орков.
        К чёрту эльфов.
        К чёрту этот мир!
        Они. Убили. Моего. Друга!!!
        Под раскатистый хохот орки двинулись к нам. Кажется, Андрей что-то прокричал. Я не слышал. Пальцы лишь нажали на кнопки турели, вдавливая их в ручки, словно пытались сломать. Я знал, что она не работает. Знал, что нет боеприпасов. Это знали и зеленокожие мрази, безбоязненно подошедшие почти вплотную. И всё же я нажал эти кнопки, про себя представляя, как размазываю грязную кровь Кода по земле, а после отрубаю голову главаря, как тот поступил со Степаном.
        И тут произошло невероятное.
        Из дула пушки с бешеным рёвом вырвалось бушующее пламя. Извиваясь и крутясь, как ураган, оно в мгновение ока охватило собой ближайших ко мне орков, завизжавших, как дворовые псы, и ринувшихся врассыпную с горящими ирокезами. Ещё даже не до конца понимая, что происходит, я напряг мышцы и, упёршись ногами в землю, начал медленно поворачивать турель в сторону беглецов. Пламя, счастливо зачавкав, двинулось следом. В ушах стоял сладостный крик сгорающих в огне.
        Я жёг их, как сорняк, и не чувствовал ни сострадания, ни страха. Всё куда-то ушло, а мысли пришли наконец в порядок. Теперь я знал, что делать. Знал, как поступать. Я потерял жалость. И обрёл уверенность.
        И тут увидел, что сквозь пляшущие языки огня прорывается тень. Демон, пробирающийся через портал из ада - так я в первое мгновение подумал. Но затем всё прояснилось: из не прекращающего литься из дула турели пламени вышел орк. Тот, со шрамом. Частично обугленный, со сползающей кожей, и всё-таки - живой. И твёрдо стоящий на ногах.
        Его маленькие, покрасневшие от лопнувших капилляров глазки, прожигали меня пуще пушки. Он замахнулся секирой, намерившись разрубить меня пополам.
        Я выпустил ручки турели и отпрыгнул в сторону, пропуская сокрушительный удар, оставивший в земле глубокий раскол. Пламя сразу стихло, явив отпрянувших назад орков и нескольких их сородичей, валявшихся мёртвым угольками. В руки лёг автомат, палец нащупал спусковой крючок…
        Но - поздно. Орк, прошипев нечто невразумительно, ударом ноги отбросил меня назад. Автомат полетел в другую сторону. Я рухнул на щит, почувствовав, что онемело тело, по позвоночнику пробежала судорога.
        Орк со шрамом подошёл ко мне и схватил за волосы, поднимая. Наверное, мне было больно - ведь я сцепил зубы. Но в тот момент я не понимал этого. Перед глазами лишь стояла оплавленная морда ублюдка. Рука потянулась за спину, к Мечу Древнего. Вот только мне не дали даже ухватиться за рукоять: лапа орка схватила меня за руку и стиснула её, заставив вздуться и покраснеть. Наверное, это тоже было больно: я заорал. Хотя и до сих пор не понимал, что мне больно.
        - Рылграг!  - услышал я рычащий возглас.
        Орк со шрамом остановился и повернулся. Вместе с ним, в ту же сторону, скосил взгляд и я.
        Парочка зеленокожих держала в крепком захвате Андрея. Причём мужчина (или, лучше сказать - дракон?) пребывал в чём-то вроде полудрёмы, при этом всё же кое-как пытаясь сопротивляться. Определённо, среди клыкастых верзил затесался маг, или шаман, воздействовавший на него своей силой.
        - Мы его взяли,  - с улыбкой доложил очевидное один из орков.  - Только он успел троих забрать к Титанам в их жаркие Кузни…
        Тот, кого назвали Рылграгом, едва заметно улыбнулся и, наградив меня презрительным взглядом, сплюнул:
        - Червь!
        И брезгливо отбросил меня, как шавку. Я прокатился по земле, отбив себе плечи, бока и спину, и упёрся локтями, пытаясь приподняться.
        - Уходим!  - услышал я оклик их главаря.  - Тот, кто помечен Повелителем, у нас! Те, кто погиб сегодня, счастливы оказаться на пире со своими братьями!
        Ответом ему был дружный ор и бряцанье оружием.
        Наконец, я встал. И увидел, как Андрея закидывают на один из байков. Те из металлических коней, что остались без хозяев, привязывали цепями - не пропадать же добру. Трупы так и оставили лежать на земле. Рылграг отходил от меня всё дальше, и я понимал, что не достану его, даже если сейчас же встану за турель.
        - Рылграг!  - хрипя, проорал я, наконец обнажив клинок. Дождавшись, когда орк обернётся, я продолжил рвать глотку: - Трус! Я вызываю тебя! Дуэль! Один на один! Иди сюда и докажи, что у тебя яйца не всмятку!
        Я выставил перед собой щит и кое-как поднял меч, попытавшись встать в какую-то стойку. В голову пришла лишь поза из фильма «Триста Спартанцев». Я попытался изобразить Леонида. Думаю, со стороны это смотрелось некрасиво, хотя мне и представлялось иначе.
        Орк со шрамом оглядел меня как-то… иначе. С другим видом. В его взгляде я заметил отблески чего-то, кардинально отличавшегося от прежнего презрения. Он простоял какое-то время в задумчивости. А затем я облегчённо расслышал:
        - Я принимаю твой вызов, жалкий Хюман.
        - Вожак!  - удивлённо вскрикнул тот из его клана, что был ближе остальных.  - У нас на это нет времени!
        - Не перечь своему вожаку,  - оскалился на это Рылграг, всё также разглядывая меня с искренней лыбой.  - Лучше дай свой меч.
        Орк смутился, но всё же отдал грубо сделанное кривое оружие, которое я назвал бы мечом с очень большой натяжкой. Я полагал, что Рылграг отложит секиру и возьмёт в руки меч, который на вид был намного увесистее моего Меча Древнего. Но мои ожидания не оправдались. Орк просто принял оружие в левую руку, с таким видом, словно оно было для него не тяжелее ножичка, и буркнул своим:
        - Езжайте. Я вас догоню. Только порезвлюсь немного…
        И двинулся ко мне. Под стрёкот удаляющихся байков.
        Я невольно попятился назад, когда орк уверенными семимильными шагами пересёк турель, оттолкнув в сторону голову Степана. Он шёл на меня как таран, которому плевать, что встретится ему на пути - всё равно снесёт, и не заметит. Пускай страх и исчез, но телу было сложно найти общий язык с головой: ноги подкашивались, а руки тряслись. Мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы вернуть власть над конечностями.
        Рылграг взмахнул секирой и обрушил её на меня, одновременно с этим замахиваясь мечом. Я ушёл в сторону - секира касательно проскрежетала по щиту - и тут же присел, уходя из-под закружившегося лезвия меча. Кувыркнулся за спину орка, замахнувшись собственным клинком. Один удар - один-единственный удар, и - всё. Меч Древнего наконец поест спустя столько времени диеты! Только бы ударить…
        Но орк оказался проворнее чем я ожидал: его секира ушла зеленокожему за спину, отбив мой удар, и Рылграг извернулся, нанося удар другой рукой сбоку.
        На этот раз я принял на щит весь удар. По ощущениям на левую руку словно обрушилась лавина: щит погнулся в том месте, куда пришёлся удар от меча, а меня развернуло спиной к противнику: в последний момент я успел прыгнуть вперёд, затылком почувствовав, как накалился воздух от невероятного по силе удара.
        Щит был отброшен в сторону, меч взят в обе руки. Дышать тяжело, даже очень. Кое-как я поднялся на ноги, закружив вокруг гневно уставившегося на меня уродца.
        - Хватить скакать!  - проорал тот, вновь бросившись на меня.  - Дерись, как мужчина!
        Я упёрся спиной в стальную дверь базы. Ноги рванули было в сторону, стремясь убрать меня с траектории удара. Но я замер. Заставил себя остановиться. Это ли не шанс убить гада?
        Вы знаете, что это такое, когда твой живот пронзает громадная острейшая железка? Надеюсь, никогда не узнаете, и не надо. Потому что это больно. Настолько больно, что, уверен, муки ада выглядят именно так.
        Изо рта у меня хлынула кровь, когда меч орка пронзил меня насквозь. Из глотки вырвался крик, который испугал меня самого. Я видел злорадную ухмылку на лице зеленокожей твари. Дверь позади меня отъехала в сторону, и я начал заваливаться назад, в пустоту помещения. И сквозь пульсирующую в ушах, голове, перед глазами боль, замахнулся и вонзил собственный клинок в грудь Рылграга. Орк заорал мне в унисон, выпуская из руки меч. Ухмылка на его лице сменилась гримасой ужаса. Он умирал вместе с «жалким Хюманом», и понимал это.
        Я же рухнул на холодный металлический пол базы. И, как ни странно, в этот миг боль ушла. Лишь тело само по себе начало дёргаться в предсмертном приступе, отплясывая на полу брейк-данс. Мне оставалось только смотреть на торчащий из живота меч и удивляться, почему всё ещё не помер.
        Кажется, мы начали отсюда, да?
        Но тут я перевёл взгляд в сторону - туда, где должен был валяться труп Рылграга. И к своему ужасу увидел, как орк, хрипя, хватается за рукоять вампирского меча и с пронзительным криком вытаскивает его из груди. Нет. Нет-нет-нет! Он должен был умереть! Должен был! За что я отдал свою жизнь?!
        Рылграг отбросил оружие в сторону, с трудом приподнимаясь с колена, и поплёлся ко мне, рыча:
        - Ублюдок!.. Проклятый Ублюдок!.. Чтоб тебя, как же больно!.. Ты чуть не убил меня!.. О, Боги!.. Я чуть не погиб от рук Хюмана!.. Если бы не моя связь со священной Кузней и благословение Предков!.. Я убью тебя! Ты свёл мои жизни к единице!
        Он встал на входе в базу, перегородив его громадным валуном, и крепко стиснул секиру. Но затем, задумавшись, вонзил её в землю, ступив внутрь и склонившись надо мной.
        Страха я так и не чувствовал.
        Лишь разочарование. И злость.
        - Я убью тебя собственными руками…  - в предвкушении прошипел Рылграг, улыбаясь сквозь боль. Омерзительная кровь из его раны на груди стекала мне на лицо.  - Я буду откручивать тебе голову до тех пор, пока не услышу сладостный хруст. И только после этого отделю её от тела и заберу как трофей. Я повешу ею у отхожего места и буду любоваться всякий раз выходя облегчиться!
        Радостные перспективы, что тут скажешь…
        Я видел, как его пальцы, каждый с мою ладонь, приближаются ко мне, смыкаются на шее, способные раздавить её лишь слабым нажатием. И внутри меня всё заклокотало. Я смотрел прямо в глаза того, кого желал уничтожить, раздавить, стереть, но не мог. Всего какой-то один вшивый процент хит-поинтов… И в ту самую секунду, когда Рылграг стиснул лапы на моей шее, импульс ненависти в моём мозгу был послан в Лерин дварфский браслет на моей руке.
        Он наносил урон в половину хитпоинтов от изначального здоровья любому существу, какого бы то ни было уровня. Рылграгу этого хватило с лихвой.
        Орк выпустил меня из захвата и попятился. В его глазах вновь возник страх. Что принесло мне небывалое наслаждение.
        - Будь ты проклят!  - проорал гигант, вновь двинувшись было ко мне.
        Но словно по щелчку он вдруг замер, закатил глаза и рухнул у моих ног. Больше не намереваясь подняться.
        И тут на меня накатило. Не успел я прочувствовать вкус победы, как вся та боль, которую мой мозг успешно блокировал, набросилась на меня безжалостной силой, вгрызаясь острейшими клыками во всё тело и заставляя изогнуться, отчего стало ещё больнее. Рано обрадовался. Рылграг мёртв, но и я от него недалеко ушёл. Сколько мне осталось жить? Сколько у меня хит-поинтов? Готов поспорить, я вышел в красную зону.
        Не знаю, сколько ещё меня колотило, пока я не услышал чьи-то шажки. Именно шажки - частые, почти невесомые. Из-за охватившей весь мой рассудок боли я не догадался, кого услышал. И не сразу осознал, даже когда увидел прямо перед собой Настю.
        Девочка смотрела на меня, и на её лишённом эмоций лице стояли слёзы. Странно. Я думал, Видящие не умеют плакать.
        «Потерпи…» - донеслось до меня сквозь красную пелену тумана, занявшим собой всё пространство вокруг. В ту секунду я не понимал, что мне говорят. До меня это дойдёт позже…
        После случившегося.
        Настя ухватилась за рукоять меча и, зажмурившись, потянула его вверх, отчего боль стала совсем невыносимой, и я оказался в шаге от того, чтобы не отключиться. Но, вот, клинок падает на пол, из огромной дыры в животе фонтаном бьёт кровь, перемешанные в кашу кишки выглядят не презентабельно.
        Девчонка без капли брезгливости уткнулась своим ручонками в мою рану и начала что-то нашёптывать себе под нос. Я и сам не заметил, как боль начала постепенно стихать, рассудок приходить в норму, а рана прямо на глазах срастаться, останавливая кровь. Но с каждой секундой, как я приходил в себя, Настя как будто иссушивалась. Она поникла плечами, её кожа стала чуть ли не серой, а затем начала синеть, под глазами образовались синяки. Создалось впечатление, словно из неё уходит жизнь.
        - Что ты делаешь,  - еле пролепетал я не слушающимся языком. А затем, не получив ответа, уже уверенней ухватился за её плечо.  - Что ты делаешь?!
        - Спасаю тебя.  - Только и пробормотала она с лёгкой улыбкой, пробившейся сквозь слёзы. В этот момент она показалась мне человечнее чем когда-либо.  - Я видела. Видела всё. И не могу тебя не спасти. Ведь ты спасёшь нас.
        После этих слов я понял, что происходит. Такие раны не затягиваются в нашем мире, даже если будет действовать прокачанный целитель. Настя таковым не являлась. Она отдавала собственную жизнь.
        - Нет!  - воскликнул я, намерившись её оттолкнуть.
        Поздно.
        Раны на моём теле больше не было. А девочка, в последний раз улыбнувшись, прямо на моих глазах рассыпалась в пыль.
        Странно. Только теперь я начинаю задумываться: распылению, эффекту, в котором умирали персонажи в виртуале, подвергся не Код, а именно Видящие. Словно само мироздание отказывалось оставлять их тела тут, на бренной земле, и отправило их… куда? На перерождение? В тот миг я желал верить в это больше всего на свете.
        Меня переклинило. Я смотрел в пустую точку, где только что сидела, спасая меня, Настя. Девчонка, не успевшая толком пожить. Отдавшая жизнь ради… меня. Меня?!
        Дальнейшие действия я выполнял как робот, которого запрограммировали на совершение конкретных операций. Встал. Поднялся по железной лестнице наверх. Обнаружил капсулы. Увидел одну из них, что была закрыта. Постучал и букрнул: «Это Саша. Открой.».
        Когда Лёшка вылез из капсулы, без каких бы то ни было эмоций взвалил его на спину. Двинулся обратно. По пути заметил какую-то панель управления. Радиостанцию, или нечто похожее. Один из экранов мигал красным, оповещая, что мы обнаружены. Кем? Не важно. Плевать.
        Пошёл дальше.
        Выйдя на улицу, не обратив внимание на вопросы Лёшки о мёртвых телах и отсутствии Насти, молча подошёл к валявшемуся в пыли автомату. Подобрал. Проверил магазин. Всё также три патрона. Ничего нового.
        Меч Древнего я оставил валяться на месте. Бесполезная хрень.
        И направился к стоявшему в отдалении одинокому байку, ожидавшему другого хозяина. Сел на него. Почувствовал, как неудобно дотягиваться до ручек, рассчитанных на другие габариты всадника. Бегло исследовав металлического коня, обнаружил, что можно отрегулировать рычаги и сиденье под себя. Справившись с этим, уставился на экран прямо перед лицом. Двуличные орки, пользующиеся технологиями десантников и презирающие их. Но что это за экран?
        Включив его, понял предназначение этого устройства. Карта. С мигающей красной точкой, что обозначала уехавший отряд. Точка стояла на месте, неподалёку отсюда - судя по всему, они разбили лагерь, хоть день ещё и не успел приблизиться к вечеру. Они ждали своего вождя. Что ж…
        Я врубил двигатели, почувствовав, как байк понёсся над землёй. Управлять им оказалось ещё проще, чем стрелять из турели.
        Я не слышал возгласов Лёшки. А если быть точнее, то не слушал. Кажется, он говорил что-то про количество патронов. Что-то о безумии. Вроде как он имел в виду, что я обезумел. Почему бы и нет. Такое вполне возможно. Ведь…
        Ведь передо мной отчётливо мигали иконки игрового интерфейса.

* * *

        «Что ты видишь?» - хотел задать я вопрос Лёшке, когда наш мотоцикл остановился у дороги на небольшом возвышении, у подножия которого разместились костры и большие палатки: орки разбили лагерь. Но я не спросил его. Не видел смысла. Я видел всё сам, ещё не до конца понимая, как это вообще возможно. Над ухом стоял настойчивый Лёшкин шёпот:
        - Пули, Саша! У тебя три пули, что ты делаешь?!
        Что он сказал?
        Не важно.
        Я сосредоточенно ждал наступления темноты. Не ночи - нет. Я боялся, что и сам ничего не увижу ночью, да и к тому же, не вернись их вожак до захода солнца - клан что-то заподозрит. Мне нужен был вечер, полутьма, в которой я, небольшой узкоплечий Хюман, сумею остаться незаметным.
        Ожидание, казалось, длилось вечность. Лёшка колотил меня по спине своими кулачками, но я будто этого и не чувствовал. Только смотрел, внимательно сканируя местность и проигрывая в голове только одну фразу: «Они все умрут. Все.». Раз за разом. Раз за разом…
        Наконец, округу окутала полутьма вечера, настолько плотная, что костры в ней казались яркими маяками. Больше ждать нельзя.
        Пора действовать.
        Я проверил, всё ли в порядке с двигателями байка, зависшего в воздухе справа от меня и ожидающего своей очереди скатиться с горки. Точнее, убедился, что с ними всё не в порядке. Эта идея пришла мне в голову, когда я уже добрался до лагеря зеленокожих и понял: у меня нет даже примерного плана действий. Тогда некая пародия плана возникла в мозгу сама собой, но я боялся, что не смогу реализовать её. В конце концов, я же не инженер и не разбираюсь в особенностях строения двигателей звёздного десанта!
        Но вдруг пришло просветление: каждый проводок, каждый шуруп и кнопка на странной коробке двигателя - я знал, что с ними делать, как будто сам их собирал с нуля! Откуда это в моей голове?.. Не важно. Всё не важно, если это поможет в достижении цели!
        И вот, когда с двигателями было покончено, я задержался, не доделав последнее действие, необходимое для нужного результата. Теперь же - всё. Пора с этим заканчивать…
        Сомкнув необходимые провода, провернул спрятанный в ложбинке между байком и коробкой двигателя рычаг и с улыбкой стал наблюдать как тот меняет свой цвет с голубого на красный. Интересно, как быстро до этих идиотов дойдёт?
        Поднапрягшись, я упёрся в заднюю часть байка руками и потащил его вперёд. Воздух как будто бы сопротивлялся моим действиям, отчего тащить его было довольно трудно, но всё же в итоге я столкнул его с возвышения вниз, к лагерю.
        И, поудобней перехватив автомат, стал наблюдать, ожидая.

* * *

        - За Рылграга!  - дружно воскликнули сидевшие возле костра орки, вздымая над костром заполненные до краёв кружки.
        Выпили. Вновь окунули кружки в стоявший тут же бочонок с хмелем. Один из них, выпятив губу, промямлил пьяным голосом:
        - А что тот дракон, не сбежит?
        - А!  - махнул другой лапой, прикладываясь к кружке.  - Куда там! Наш Ястреб - лучший шаман клана. Держит его под силой заклинания. Тот всё равно что спящий младенец…
        - Дык может, это, и ему принести выпить? Не равноправно, вроде как.
        - Не мешай! Ещё контроль потеряет, будет нам тут…
        - Между прочем!  - воздел палец к стремительно чернеющему небу наименее нажравшийся из клыкастых.  - Сдаётся мне, Рылграга нет уже довольно давно…
        - И что?
        - Ничего… не знаю. Не странно ли это?
        - Может, он с тем Хюманом заигрался, откуда нам знать?! Рот кружкой заткни и не балаболь попусту.
        - А может тот сопляк его… ну… того?  - говоривший провёл указательным пальцем по шее.
        Возникла секундная заминка. А затем все зеленокожие взорвались таким хохотом, что задрожало пламя в конце.
        Да. Смешная шутка.
        Под раскатистый хохот из густой тьмы, окружившей костёр, выехал мотоцикл. Орки повскакали со своих мест, уставившись пьяными глазами на взявшийся словно из ниоткуда байк. Переглянулись.
        - Чей это?  - поинтересовался один из них, ухватившись за рукоять секиры.
        - Гляньте!  - тыкнул того в бок другой.  - Сумки. Вроде как Рылграга?
        - Да ну? А чего, по-твоему, он тут делает?
        - А это что?
        Двигатели байка загудели. Только сейчас остолбеневшие громилы заметили, что они вовсе не голубого цвета, как обычно. Красного. Гнетуще-красного.
        А гудение тем временем становилось всё громче, пока от него, наконец, не заложило уши.
        - Бежим!  - запоздало отреагировал наиболее трезвый из них, бросившись наутёк.
        Слишком поздно.

* * *

        Лишь только раздался взрыв, я рванул вперёд, велев Лёшке стать черепахой: то есть спрятать голову и руки в панцирь и не высовываться.
        Подбежав к месту происшествия, я притаился возле одной из палаток, скрываясь в темноте. Убедился, что байк разворочен и уничтожен вдребезги, а обезображенные тела орков валяются повсюду на расстоянии десяти метров вокруг. На шум взрыва из палатки высунулся один из зеленокожих. Надо было видеть его морду, когда тот взглядом наткнулся на пылающее зарево взрыва и мёртвые тела. Кажется, он собрался закричать…
        Я оказался возле него в мгновение ока, сам от себя не ожидая такой прыти. Дуло автомата уткнулось разинувшему пасть орку в подбородок. Щелчок. Выстрел. Мозги монстра оказываются в палатке, тело заваливается назад. Но я уже не там. Пригнувшись, змеёй мечусь вперёд, проникая в следующую палатку. Только разлепивший глаза на своём примитивном ложе орк не успевает даже понять, что происходит. Щелчок. Выстрел. Чёрная тень с автоматом наперевес выбегает из палатки, в которой остался труп.
        Почти сразу я чуть ли не утыкаюсь носом в живот преградившего мне путь клыкастого. Тот, похоже, сделал это не намеренно: выбежал на шум. Но надо отдать ему должное: заметив меня, он не растерялся и тут же ухватил меня лапой за горло, сдавив. В глазах резко помутнело, стало невозможно дышать. Но я не стал ждать, пока меня задушат и, замахнувшись рукой, ударил ребром ладони верзиле ниже основания кисти. На странность, сработало. Орк заревел и осел на корточки, выпустив меня из захвата и начав баюкать повреждённую руку. Это я так ударил? С такой силой?
        Плевать.
        Щелчок. Выстрел.
        Дальше.
        Я монотонно и целенаправленно исследовал лагерь, уничтожая каждого орка, что встречался мне на пути. И не считал, скольких убил. Не пытался даже помыслить о жалости. Не пробовал подумать о том, что невозможно убить высокоуровневого врага даже выстрелом в голову. И не пробовал понять, что три пули, засевших в рожке, давно использованы. И всё же каждого я убивал выстрелом в упор.
        До палатки, отличавшейся от остальных своими размерами как в ширину, так и в высоту, я добрался по дороге из зеленокожих мертвецов. С чего я понял, что Андрей - там, не понятно. Ведь это мог быть и обычный пустующий шатёр для вождя, ожидающий появления Рылграга. Но несмотря на это я шмыгнул ко входу в палатку и, первым делом проникнув в неё стволом оружия, отодвинул в сторону скрывавшую проход шаль и протиснулся внутрь, бегло оценив ситуацию.
        Внутри помимо поддерживавшей палатку балки расположилось ещё два воткнутых в землю кола. Между ними - ковёр с какой-то пентаграммой, нарисованной на ней красной краской (хотя кого я обманываю?). На ковре на коленях стоит Андрей, обнажённый по пояс, с такой же пентаграммой на животе, понуренной головой и раскинутыми в стороны руками, накрепко примотанными канатами к кольям.
        А в двух шагах от него, спиной ко мне, стоял орк, выбросивший перед собой руки. Он выглядел не так, как остальные. Более… фэнтезийно, что ли. На башке - перья, как у индейца, на плечи накинута шкура какого-то неведомого мне зверя. В целом, именно так должен выглядеть шаман. Тем более что из кончиков его пальцев к пентаграмме на животе Андрея, а через неё в ковёр шли полосы энергии, благодаря которым он, видать, и сдерживал дракона.
        Что ж, ку-ку, не ждали?
        Но тут шаман извернулся в мою сторону. То ли у него была выставлена магическая сигнализация, то ли просто почуял меня спиной - в любом случае, я был обнаружен. Поэтому не стал приближаться, а выстрелил так, сходу, почти не целясь.
        Только мой выстрел был остановлен. Шаман выставил перед собой какой-то полупрозрачный щит, и то, чем я выстрелил, застыло, завязнув в воздухе. Я успел обратить внимание, что это «что-то» - вовсе не пуля. Какой-то сгусток энергии, мне не понятный.
        Но думать об этом не было времени: орк, хрипя, одной рукой продолжая поддерживать сон Андрея, другую стиснул в кулак, и его щит преобразился, свернувшись в небольшую яркую сферу. Шестым чувством я понял, что стоит ей даже коснуться меня - и конец. Поэтому, лишь только она отправилась в полёт, намерившись разорвать меня в клочья, я по наитию выставил перед собой руку.
        И сфера застыла, зависнув в миллиметре от моей ладони.
        Морда орка изумлённо вытянулась. Он вытаращил зенки, так и застыв с протянутой в мою сторону лапой. Из его полуоткрытого рта вырвалось шипящее:
        - Как…
        Я и сам не знал. Только послал в ладонь импульс. И сфера отбилась от меня, как мяч от штанги, рванув в сторону шамана. Тот не успел ничего предпринять. Только молча разлетелся на кровавые куски, испачкав меня вонючей плотью.
        Тот ритуал, что происходил здесь, вмиг прекратился. Пентаграммы потухли, и Андрей, вроде как, пришёл в себя - по крайней мере, я заметил, как он пошевелился. А по спине у меня пробежали мурашки. Хотя, нет, это Лёшка завозился, выглядывая у меня из-за плеча.
        Вытерев рукавом с лица кровь, я уверенной поступью приблизился к дракону и без лишних слов несколько раз выстрелил в сдерживавшие его канаты. Тот осел на пол, грудь его тут же начала стремительно шевелиться: Андрей жадно дышал.
        Присев возле него на корточки, без капли сочувствия поинтересовался:
        - Ты как?
        - Как общипанная курица,  - усмехнулся дракон, подняв на меня взгляд.  - Спасибо.
        - Ты как будто и не сомневался, что я тебя спасу.  - Заметил я, помогая ему подняться.  - Только учти, я пришёл не за тобой. За ними всеми,  - обвёл я стволом автомата кровавую кашу, в которую превратился шаман.  - А ты пошёл в качестве бонуса.
        Лицо Андрея стало похожим на то, что принадлежало шаману за мгновение до смерти:
        - И что, ты их всех…
        - Всех.  - Кивнул я.  - До одного.
        И, больше ни слова не говоря, направился прочь из палатки, стремясь поскорее покинуть это место, которое стало для меня душным.
        Но на самом выходе остановился. Полуобернулся к так и оставшемуся стоять на месте Андрею. И пробормотал, ни к кому конкретно не обращаясь:
        - Почему я?
        - Потому что так сказал Он.  - Тыкнул указательным пальцем дракон в потолок.
        Конечно, я понял, о чём он говорит. Усмехнулся:
        - Тот вредный старикашка.  - Меня обуревали противоречивые чувства.  - Всё ложь, да? Про тебя и… про ТДП?
        - Нет!  - неожиданно уверенно воскликнул Андрей.  - Про ТДП - это правда. Я действительно нашёл его в Питере.
        - А как же ты всё-таки сбежал?  - теперь я полностью обернулся к нему.
        Дракон же насмешливо замахал руками:
        - По воздуху.
        - Ну да.  - Я кивнул.  - Всё время забываю.
        Теперь, даже сосредоточившись, я вряд ли смог бы вспомнить, о чём мыслил и как пришёл к тому, к чему в итоге всё-таки пришёл. Помню только, что в голове было холодно и пусто. Но в том только смысле, что эта пустота принимала в себя словно всю вселенную и выплёскивала её потоком мысли. В то мгновение я как будто увидел будущее. Как будто на секунду, нет, на доли секунды, приоткрыл завесу неизведанного, подсмотрел в замочную скважину.
        И сказал:
        - Если я дам тебе неделю. Сможешь ли ты собрать армию?
        - Армию?  - Дракон сощурился.  - Для чего.
        - Не спрашивай. Просто собери её и расскажи всем и каждому о ТДП, спрятанном в Питере. Уверен, каждый захочет захапать его себе в руки. Неделя, Андрей. Ты сможешь? А, дракон?
        Он ничего не ответил мне.
        Только кивнул.
        Я же развернулся и вышел наружу.
        И только оказавшись в кромешном мраке, который кое-как разгоняли нетронутые остатки костров, почувствовал, что подкашиваются ноги. Все события прошедших дней как будто навалились на меня разом, сковали тело и начали плясать на мне чечётку. С трудом я проковылял к одному из костров и рухнул на землю, не обращая внимание на раскиданные повсюду зеленокожие трупы.
        Пляшущие в невообразимом танце языки пламени вдруг пригнулись к земле, а за спиной раздался звук, похожий на удары крыльев по воздуху. Огромных крыльев. Видимо, дракон улетел.
        Но обещал вернуться…
        И тут я понял, что остался один. Хотя, нет. Не один, конечно. Со мной был Лёшка. Вот, он уже обхватил ладонями мою голову и привычно влил в неё ощущение расслабленности и покоя. Я какое-то время просидел в ощущении эйфории, прикрыв глаза и наслаждаясь теплом от огня.
        А как только эффект наложенной Лёшки магии окончился, распахнул веки, опомнившись.
        Всё это время, начиная от смерти Насти, произведшей эффект пушки, выстрелившей мне прямо в голову, и до этого самого момента, я как будто бродил по краю лезвия, в каком-то тумане, за гранью, где мог воспринимать происходящее, но не понимал этого. Теперь же всё как будто вернулось на свои места: пришли боль, усталость, дикая усталость, а вместе с ними и осознание…
        Боги, я же вижу игровой интерфейс!
        И он никуда не уходит. Висит передо мной, мигает, переливается различными цветами, особенно яркими в вечерней мгле.
        - Лёшка…  - прошептал я, разглядывая иконки со способностями, шкалу здоровья и маны.  - Сколько у меня было патронов?
        - Три,  - ударил по ушам спокойный ответ.
        - А скольких орков я убил?
        - Больше трёх, это уж точно.
        Услышав эту новость, я стал раскрыв рот наблюдать за тем, что творилось перед глазами. Только теперь я увидел, что сбоку, на грани зрения, несутся вниз чёрные строчки оповещений. Прямо как в виртуале. Как под воздействием техники погружения, только…
        Только без неё.
        Сосредоточив взгляд на строчках, я каким-то образом увеличил их в размерах и переместил в центр, прямо перед собой. Примерно также я манипулировал действиями Фенрира, только в том случае интерфейс выглядел расплывчато, прозрачно, и мне приходилось невероятно напрягаться, чтобы заставить гигантского волка выполнить хоть какое-то действие. А тут - всё чётко, ярко, контрастно и разборчиво. Мне нужно лишь частично о чём-то помыслить - и вот оно, происходит, в то же мгновение.
        Каким образом это произошло? Как я стал Видящим? Даже не так… Видящие, насколько я знал, способны воспринимать мир без игровых дополнений. У них перед глазами нет никаких иконок, настроек и тому подобной чепухи. Тогда что произошло со мной? Сказалось ли моё существование в мире Кода с самого детства? Или, может, всё произошло из-за случая с Настей? Что тогда случилось с моей головой? Быть может, я сошёл с ума?
        Но я решил отринуть подобные мысли и, всё ещё пребывая в некоем мандраже, углубился в чтение. С удивлением обнаружив, что мельтешащие перед глазами строчки - по сути, игровые логи произошедших со мной событий за всё время, начиная от Разлома! Сколько я заработал очков опыта, какие возможности для себя открыл! Всё это время я мог стать кем-то другим, всё это время был способен открыть в себе способности Видящих. Но при этом раскрылись они лишь после толчка, которым, я уверен, и стала смерть Насти…
        Какое-то время прокрутив игровые оповещения (Или Земные? Чёрт, не знаю я!), я остановился на том моменте, что начинался с убийства злосчастного розового единорога. И того дня, когда моя жизнь перевернулась с ног на голову. Я мог взять и прочесть всё, что со мной произошло, как в книге, только со стороны игрового процесса, как бы странно это ни было.
        Выглядело это примерно так, если отбросить описание новых открытых локаций и разнообразной мелочи:
        НАНЕСЁН КРИТИЧЕСКИЙ УРОН! ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ УРОН: ПОПАДАНИЕ В ГОЛОВУ!
        ПОЛУЧЕНО ДОСТИЖЕНИЕ «СНАЙПЕР»: ТОЧНОСТЬ СТРЕЛЬБЫ ИЗ ОГНЕСТРЕЛЬНОГО ОРУЖИЯ УВЕЛИЧЕНА НА +1. ТЕКУЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ: 12
        УБИТО СУЩЕСТВО: «ЕДИНОРОГ ИЗ СНОВИДЕНИЙ БОГА»
        ПОЛУЧЕНО ОПЫТА: 50
        ТЕКУЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ ОПЫТА: 8035/11000 (10 УРОВЕНЬ)
        ПОЛУЧЕН АРТЕФАКТ: «КАМЕНЬ ВОЛКА» 50 УРОВНЯ. *ПРОЧЕСТЬ ОПИСАНИЕ ХАРАКТЕРИСТИК*
        СГЕНЕРИРОВАНО СЛУЧАЙНОЕ ЗАДАНИЕ: «ТАНЕЦ ФЕНРИРА»
        *ПРОЧЕСТЬ ОПИСАНИЕ НАГРАДЫ*
        НАНЕСЁН УРОН СУЩЕСТВУ «НИЗШАЯ ГОРГУЛЬЯ»
        ПОПОЛНЕНИЕ ИНВЕНТАРЯ: *ПРОЧЕСТЬ ОПИСАНИЕ ХАРАКТЕРИСТИК*
        АВТОМАТИЧЕСКАЯ ГЕНЕРАЦИЯ ГРУППЫ:
        САША24 (10 УР.)
        ЛИЗА17 (5 УР.)
        ЛЁШКА1 (15 УР.)
        НАСТЯ30 (13 УР.)
        ZZZZZZZZОШИБКА… АНДРЕЙ8… ZZZZZZZОШИБКА… (350 УР.)
        ПОЛУЧЕН БАФ: ZZZZZZZZОШИБКА… «ДРУГ ДРАКОНА»! ВРЕМЯ ДЕЙСТВИЯ: 7 ДНЕЙ.
        ОПИСАНИЕ: ZZZZZZZZОШИБКА… БУДУЧИ ДРУГОМ ДРАКОНА, ВАШЕ ПОВЫШЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИК ПРИ ВЫПОЛНЕНИИ ЗАДАНИЙ УВЕЛИЧИВАЕТСЯ В: (10) РАЗ
        ПОЛУЧЕНО ДОСТИЖЕНИЕ: «ДЛИТЕЛЬНЫЙ БЕГ»!
        ВЫ ИСТРАТИЛИ ПОЧТИ ВСЕ ЗАПАСЫ ВЫНОСЛИВОСТИ, ПРОБЕЖАВ *ПРОСМОТРЕТЬ ОТЧЁТ*! ЭТО ЗАСЛУЖИВАЕТ УВАЖЕНИЯ! ПОВЫШЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ «ВЫНОСЛИВОСТЬ» НА +1. ТЕКУЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ ВЫНОСЛИВОСТИ: 10
        ВАМ НАНЕСЁН УРОН! НАЛОЖЕН ЭФФЕКТ «УДУШЕНИЕ»: -100 ЗДОРОВЬЯ КАЖДЫЕ ДВЕ СЕКУНДЫ! ТЕКУЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ ЗДОРОВЬЯ: 10900, 10800, 10700…
        СГЕНЕРИРОВАНО СЛУЧАЙНОЕ ЗАДАНИЕ: «СПАСЕНИЕ ДРУГА (ПЕРСОНАЖ: ЛИЗА(17))»
        СГЕНЕРИРОВАНО ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ ЗАДАНИЕ: «НАЙТИ ДРУГА (ПЕРСОНАЖ: ЛИЗА(17))»
        *ПРОЧЕСТЬ ОПИСАНИЕ НАГРАДЫ*
        ВЫ ОБНАРУЖИЛИ СЛЕДЫ СУЩЕСТВ «ВЫСШИЕ ВАМПИРЫ», И ПРОСЛЕДИЛИ ИХ ДО ЛОКАЦИИ «КЛАДБИЩЕ ВАМПИРОВ»! ПОЛУЧЕНО ДОСТИЖЕНИЕ «ВНИМАТЕЛЬНЕЙШИЙ»! ТАЛАНТ «СЛЕДОПЫТ» УЛУЧШЕН! ТЕКУЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ: «ОХОТНИК»! ПОВЫШЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИК ЛОВКОСТИ И ВЫНОСЛИВОСТИ, ГЕНЕРИРОВАНИЕ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫХ ТАЛАНТОВ И СПОСОБНОСТЕЙ: *ПРОЧЕСТЬ ОПИСАНИЕ НАГРАД*
        ВНИМАНИЕ! ВАМИ НЕ ВЫБРАНА НИ ОДНА СПОСОБНОСТЬ, НАПРАВЛЕНИЕ РАЗВИТИЯ, ТАЛАНТЫ… *ОТКРЫТЬ ПОЛНОСТЬЮ*. ПОЖАЛУЙСТА, ВЫБЕРИТЕ ВОЗМОЖНОСТИ: *ПРОСМОТРЕТЬ*. ДОСТУПНО С 5 УРОВНЯ
        ВЫ ЗАВЛАДЕЛИ АРТЕФАКТОМ: «МЕЧ ДРЕВНЕГО КОРОЛЯ ВАМПИРОВ» И ВЫЖИЛИ!
        СКРЫТОЕ ЗАДАНИЕ «ДРЕВНИЕ СОКРОВИЩА» ВЫПОЛНЕНО!
        ПОЛУЧЕНИЕ НАГРАДЫ:
        ТАЛАНТ «СКРЫТНИК»
        СПОСОБНОСТИ: *ПРОСМОТРЕТЬ*
        ПОВЫШЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ «ИНТЕЛЛЕКТ» НА + 5 - ПОВЫШЕНИЕ ЗНАЧЕНИЯ МАНЫ: +5000. ТЕКУЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ: 27000
        СРАБОТАЛ БАФ «ДРУГ ДРАКОНА»!
        ПОВЫШЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ «ИНТЕЛЛЕКТ» НА +50 - ПОВЫШЕНИЕ ЗНАЧЕНИЯ МАНЫ: +50000. ТЕКУЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ: 72000
        ВЫ ПОЛУЧИЛИ НОВЫЙ УРОВЕНЬ ЗА ОТКРЫТИЕ ЛОКАЦИЙ! ТЕКУЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ ОПЫТА: 0/12000 (11 УРОВЕНЬ)
        ПОЛУЧЕНО ДОСТИЖЕНИЕ: «ПУТЕШЕСТВЕННИК»! ПОВЫШЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ «ВЫНОСЛИВОСТЬ» НА +2. ТЕКУЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ ВЫНОСЛИВОСТИ: 12. ТАЛАНТ «ОХОТНИК» УЛУЧШЕН. ТЕКУЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ: «ПОКОРИТЕЛЬ»
        СРАБОТАЛ БАФ «ДРУГ ДРАКОНА»!
        ПОВЫШЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ «ВЫНОСЛИВОСТЬ» НА +20. ТЕКУЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ ВЫНОСЛИВОСТИ: 30. ТАЛАНТ «ПОКОРИТЕЛЬ» УЛУЧШЕН. ТЕКУЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ: «ВЕЛИКИЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬ»
        ПОПЫТКА НАЛОЖЕНИЯ ЗАКЛЯТИЯ «ЛЮБОВЬ»
        ПАРИРОВАНИЕ!
        ОТВЕТНАЯ АТАКА!
        ВЫ ПОСЛАЛИ В ВАМПИРА АШАСС ЗАКЛЯТИЕ «ЛЮБОВЬ». ПОЛУЧЕНО ДОСТИЖЕНИЕ: «ЗЛОСТНЫЙ ЛЮБОВНИК». ПОЛУЧЕН ТАЛАНТ: «СЕРДЦЕЕД» - ВАША РЕПУТАЦИЯ С ЛЮБОЙ ВСТРЕЧЕННОЙ РАСОЙ ВСЕГДА ИЗНАЧАЛЬНО БУДЕТ РАВНА ЗНАЧЕНИЮ «НЕЙТРАЛЬНО».
        СГЕНЕРИРОВАНО СЛУЧАЙНОЕ ЗАДАНИЕ: «ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК»
        *ПРОЧЕСТЬ ОПИСАНИЕ НАГРАДЫ*
        ЗАДАНИЕ «СПАСЕНИЕ ДРУГА (ПЕРСОНАЖ ЛИЗА (17))» ПРОВАЛЕНО!
        ЗАДАНИЕ «НАЙТИ ДРУГА (ПЕРСОНАЖ ЛИЗА (17))» ВЫПОЛНЕНО!
        ПОЛУЧЕНИЕ НАГРАДЫ:…
        ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ! ТЕКУЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ: 843/13000 (12 УРОВЕНЬ)
        ИЗМЕНЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИК ПОД ВЛИЯНИЕМ СПОСОБНОСТИ «ТЕНЬ ВАМПИРА»… ГЕНЕРАЦИЯ НОВЫХ ХАРАКТЕРИСТИК…
        АВТОМАТИЧЕСКАЯ ГЕНЕРАЦИЯ ГРУППЫ:
        САША24 (12 УР.)
        СЕЛИМ (50 УР.)
        ЛЕРА17 (25 УР.)
        АШАСС (50 УР.)
        ГЕНРИ (50 УР.)
        РОДЖЕР (50 УР.)
        УБИТО СУЩЕСТВО: «ПРЕДВОДИТЕЛЬ ГОБЛИНОВ» 50 УРОВНЯ!
        УБИТО СУЩЕСТВО: «МЕРЗОСТЬ» 55 УРОВНЯ!
        УБИТО СУЩЕСТВО: «МЕРЗОСТЬ» 55 УРОВНЯ!
        РАЗДЕЛЕНИЕ ОПЫТА МЕЖДУ ГРУППОЙ…
        ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ!
        ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ!
        ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ!
        ТЕКУЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ: 15
        ВНИМАНИЕ! ВЫ ПРЕОДОЛЕЛИ ТЁМНЫЙ ГРАД «НЕКРОПОЛИС», И ПРИ ЭТОМ НЕ ПОГИБЛИ! ПОЛУЧЕНО ДОСТИЖЕНИЕ: «НЕУЯЗВИМЫЙ»! ТАЛАНТ «ПОКОРИТЕЛЬ» УЛУЧШЕН! ТЕКУЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ: «НЕБЫВАЛЫЙ ПОКОРИТЕЛЬ»
        ЗАДАНИЕ «ГЕРОЙ-ЛЮБОВНИК» ВЫПОЛНЕНО!
        *ПРОСМОТРЕТЬ НАГРАДЫ*
        ОТНОШЕНИЕ ПЕРСОНАЖА АШАСС: «ИНТЕРЕС»
        ВЫ ПРИЗВАЛИ СУЩЕСТВО «ФЕНРИР» 50 УРОВНЯ!
        ВАШ ПИТОМЕЦ «ФЕНРИР» УНИЧТОЖИЛ ЭЛЬФИЙСКОГО СТРАЖНИКА!
        ВАШ ПИТОМЕЦ «ФЕНРИР» УНИЧТОЖИЛ ЭЛЬФИЙСКОГО СТРАЖНИКА!
        ВАШ ПИТОМЕЦ «ФЕНРИР» УНИЧТОЖИЛ ЭЛЬФИЙСКОГО СТРАЖНИКА!…
        *ПРОЧЕСТЬ ПОЛНОЕ ОПИСАНИЕ*
        ЗАДАНИЕ «ТАНЕЦ ФЕНРИРА» ВЫПОЛНЕНО!
        ПОЛУЧЕНЫ НАГРАДЫ…
        УБИТ ПЕРСОНАЖ РЫЛГРАГ 90 УРОВНЯ!
        ВЫ УНИЧТОЖИЛИ ПЕРСОНАЖА, ВО МНОГО ПРЕВОСХОДЯЩЕГО ВАС В УРОВНЯХ!
        ПОЛУЧЕНИЕ ОПЫТА…
        ПОЛУЧЕНИЕ НАГРАД…
        ПОВЫШЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИК…
        В голове помутилось. Я бегло пролистал информацию вплоть до того самого момента, как оказался в лагере орков. И, если судить по описанию в логах, трижды выстрелив из автомата, я продолжил стрелять уже чистой магической энергией, о чём говорило постепенное уменьшение маны, которой у меня стало невероятно много.
        По сути, после всего случившегося, я оказался ничтожным шестнадцатиуровневым пареньком с, чтоб их, запредельными характеристиками! Непонятно откуда взявшаяся игровая система в моей голове предлагала выбрать кучу возможностей развития моего «персонажа», но у меня не осталось на это сил.
        Я даже не сумел как следует впечатлиться. Стало не по себе, усталость врезала по лицу пудовым кулачищем, и я повалился на бок, прямо так, на земле, с ускользающим с глаз миром…
        Но прежде, чем окончательно отдаться объятиям Морфея, услышал отдалённые голоса:
        - Там, там, ищите… Это должно быть здесь!
        - А ты быть уверен? Мы не иметь гарантии, что это не ловушка…
        Кажется, разговор продолжался, но мне уже не было до этого дела. По сути, мне ни до чего не было дела. Я просто заснул. Тяжёлым беспробудным сном.

        Глава 5

        Сон дался мне нелегко. Я даже не могу назвать состояние, в котором пребывал, сном. Скорее я впал в какую-то кому, из которой мог отдалённо чувствовать и слышать, что происходит, хотя в мыслях и стоял бедлам.
        Я помню, как меня несли. Вроде как. Кто-то хотел убедиться, что со мной всё в порядке, кто-то высказывал предположение, что я окочурился. Кажется, что-то говорил и Лёшка. А потом - тёмные пятна, через которые не пробивалось в сознание абсолютно ничего.
        Ещё я помню картину, возникшую передо мной и показавшуюся мне в тот момент настолько реалистичной, что становилось действительно не по себе.
        Пустынная земля, абсолютно лишённая растительности, больше похожая на поверхность громадного булыжника. Но здесь кое-что есть. Портал невероятных размеров, устремившийся ввысь, к небу, исчезающий где-то в пустоте космоса, который навис над головой тёмным куполом. А у самого основания портала стоит некто. Он повёрнут ко мне спиной, так что я могу рассмотреть лишь его поношенный плащ, укрывший человека с ног до головы. Или не человека?
        Каким-то образом я приблизился к нему, хотя отчётливо понимал, что не двигался. И стоило мне оказаться возле невероятной гигантской постройки, которую при всём желании невозможно было бы построить в реальности, некто в плаще вздрогнул. И обернулся ко мне, завертев головой.
        И я увидел каменное крошево вместо лица, маленькие впалые глазки, широченный квадратный подбородок…
        ОраККул. Это определённо был он.
        Каменное существо протянуло руку перед собой, почти дотрагиваясь до меня толстыми неуклюжими пальцами, шепча:
        - Кто… здесь?
        Мне стало не по себе. Всё происходящее было слишком реалистичным, а я словно бы и не владел своим телом, чтобы повлиять хоть на что-то. И всё, что мог - молча наблюдать за тем, как пальцы ОраККула приближаются ко мне и утыкаются в грудь.
        Он изумлённо вытянул заскрежетавшее лицо и произнёс:
        - Вот кто ты… Откуда ты здесь?!
        Его пальцы подхватили меня за грудки и потянули. Я понял, что если не выберусь, то что-то произойдёт. Что - мне не хотелось знать. Поэтому я попытался дёрнуться, глядя в глаза безумного ОраККула, отчаянно проревев про себя: «Проснись!».
        Я сел так резко, что сидевший возле меня Лёшка разве что не подскочил в испуге. Дыхание было сбивчивым, на теле выступил холодный пот. Но, как ни странно, я стал быстро приходить в себя, почти сразу собрав мысли в кулак. Огляделся.
        Я лежал на постеленном прямо на полу матрасе, успевшим пропитаться моим потом, бережно укрытый одеялом. Помимо прочего в полутёмном небольшом помещении, подсвеченном лишь неяркой керосиновой лампой, больше ничего и не было. Разве что Лёшка сидел на постеленном ковре, или типа того.
        - Где мы?  - задал я логичный в данной ситуации вопрос.
        - Это есть не та информация, которая ты должен знать,  - услышал я режущий ухо акцент со стороны противоположной от меня стены.
        Из тёмного закутка помещения, будто следуя заветам эпичного появления в каком-нибудь боевике, вышел скрестивший на груди руки человек. Причём похож он был на какой-то спецназ, судя по количеству вооружения на поясе и однотонному тёмному костюму, часть которого составлял солидный бронежилет.
        Рука сама собой зашерстила в поисках оружия, но человек только усмехнулся:
        - Даже не пробуй, с-с-сука-коммуняка.  - Наше ругательство определённо далось ему с трудом, но на лице странного мужчины проявилось нечто вроде удовлетворения.  - Твои вещички мы изъять. Пока не понять кто вы и что вы.
        - Комму… кто?  - Не понял я, быстро оценив, что действительно лишился всех вещей, и одежду мне составляли лёгкая белая рубашка и коричневые штаны. Вот и всё. Вновь подняв взгляд на мужчину, сказал, оскалив зубы: - А ты кто? Америкос?
        - Американец!  - Гневно поправил меня тот.  - Гражданин великой страны!
        - И что тут,  - вздохнул я, стараясь сложить в уме два и два.  - Все такие же… как ты?
        - Ты тут не задавать вопросы!  - скривил рот, будто намерился харкнуть, мужчина.  - Их задавать я. Позже. Не здесь. Мы собрать совет. И наш Видящий решить, что вы такое. Гудбай!
        С этими словами он и покинул помещение, отворив скрытую в стене деревянную дверь, через которую внутрь пробился яркий дневной свет, на мгновение меня ослепивший.
        Я тут же наклонился к Лёшке:
        - Сколько я… спал?
        Тот, как всегда, ответил незамедлительно:
        - Всю ночь и всё утро.
        - А где мы? Что они успели с нами сделать?
        Лёшка пожал плечами:
        - Не знаю, где. Мне глаза завязали. Зачем - тоже не знаю. Наши вещи забрали, даже сбрую, повязку сняли только тут. Тебя уложили, вкололи какое-то лекарство. А этот, со странным говором, сказал, что дождётся твоего пробуждения.
        Я посмотрел туда, где скрылся американец:
        - Вот гандон…
        - Не говори так,  - покачал головой мальчонка.  - Если верить их разговорам, раньше та база десантников, на которую мы наткнулись, была их пристанищем. Так что сигнал, который ты послал, приняли их… рации, не знаю, там слово было заумное. И тот мужчина был одним из тех, кто настоял на том, чтобы проверить сигнал. Тогда их Видящий вывел их на нас. Если бы не этот… гандон, нас могли бы найти и не они. А кто-нибудь другой.
        - Да ну?  - мой пыл тут же поостыл. И начали скрежетать шестерёнки в мозгу.
        Я вспомнил о том, что успел увидеть перед тем как отключиться. Способности! Таланты! Чёрт, мне стоит поторопиться и разобраться с этим перед тем, как нас познакомят с местным Видящим, где бы мы ни оказались! А то, что это произойдёт - наверняка. Я вообще не понимаю, как их наделённый способностями ребёнок всё ещё нас не проверил. И если он увидит мои характеристики, проявившие себя во всей красе… Следовало разобраться с этим поскорее.
        Бегло оценив всю свалившуюся на меня инфу, я понял, что ничего не понял. Мне было трудно мыслить, как во времена детства, когда я чётко знал, как стану развивать своего персонажа, в какие характеристики вкину свободные очки характеристик, какие таланты оставлю, какими способностями буду пользоваться. А тут… Неизвестная мне система давала столь обширный спектр возможностей, что кружилась голова. Но разве я персонаж? Разве я пиксельная кукла, чтобы подстраивать себя под игровые рамки?
        И что мне делать?
        В итоге я сошёлся с самим собой на мысли, что следует довериться чувствам. Вполне может оказаться и глупой затеей, но всё же… Почему бы и нет? В конце концов, со слов дракона, за мной следит никто иной как сам Бог Удачи, не последняя фигура в божественном пантеоне «Techno-Magic». Тогда почему бы ему не привести меня к верному решению. Логика лентяя, конечно, но почему-то я ощущал, что это правильно.
        Прикрыл глаза. Как ни странно, интерфейс и окно возможностей «персонажа» остались, только теперь на тёмном фоне закрытых век казались ослепительно белыми. Что ж, так даже лучше. Итак…
        И вдруг я ощутил такой поток целенаправленно влившейся в мозг уверенности, что сомнений быть просто не могло! Чувства вопили: вкладывай всё, что только можно, в интеллект! Увеличь силу магии! Возведи количество маны Абсолют! Почему, когда нетронутыми остались выносливость, ловкость, скорость и, чёрт подери, сила, которая у меня оказалась прокачанной меньше всего, пускай и на приличном уровне. А, к демонам всё! Что ж, Удача, смотри там… Я доверил тебе свою жизнь!
        Вбухав всё в интеллект, я на физическом уровне почувствовал, как увеличилось количество питающей меня маны. Внутри стало как будто намного холодней, а голубая полоска, приютившаяся под моими хит-поинтами, удлинилась и превысила полосу жизни раза в четыре. Теперь способности. Тут всё обстояло намного проще. Сгребая в охапку несколько простецких заклинаний из разряда огненного шара и осколков льда, призванных наносить урон, я расставил их в квадраты интерфейса, так, чтобы они всегда были перед глазами и добавил к ним пассивную способность «Берсеркер», которая улучшала мощь подобного рода заклинаний. А затем пришлось немного поразмыслить, прежде чем наткнулся на невероятную по своим читерским данным способность!
        Игра без читов, говорите? Ну-ну…
        Дело в том, что данная способность рассчитывалась для довольно узкой ветки развития. Ибо редко кто решался вкладываться либо в силу и выносливость, либо магию и интеллект. Потому как и в первом и во втором случаях есть большой шанс тебя загасить, в то время как он намного меньше у игрока, чьи характеристики по-умному сбалансированы.
        Но это не про меня.
        Способность называлась «Безумец» (Иронично, не правда ли?), и её особенности были таковы: при запуске этого заклинания оно моментально сжирало ровно половину маны, по факту присутствующей у игрока. То есть если у тебя, к примеру, десять тысяч единиц маны всего, но ты успел козырнуть огромным фаерболом и иссушил её на тысячу единиц, то в итоге после использования «Безумца» у тебя останется не пять тысяч маны, а четыре с половиной. Но это ещё не всё. После того, как мана ополовинится, способность начнёт постепенно сжирать остатки: тысячу единиц маны в секунду. Но зато за оставшееся время она увеличит твои характеристики и мощь других заклинаний пропорционально десяти процентам от всей твоей маны! И если кому-либо другому такой расчёт показался бы невыгодным - на кой тебе сила халка на ничтожные крохи секунд?  - то с моим количеством маны приходилось надеяться чуть ли ни на минуты неистовства! При этом по мощи превосходя любого высокоуровневого мага! А если вспомнить и про невероятные, по меркам моего уровня, характеристики… Кстати о них.
        Последним заклинанием из возможных я выбрал «Невидимку», которое, несмотря на название, не делало тебя невидимым. Оно скрывало твои характеристики или исправляло их так, как ты хотел, в зависимости, опять же, от количества маны, которое ты готов дать сожрать голодной способности.
        Выбирать не приходилось. «Невидимку» - на интерфейс, и быстро менять характеристики, пока не поздно. В итоге, после долгих манипуляций над собственным естеством, я стал нубом второго уровная с настолько низким показателем характеристик, что странно, как вообще могу передвигаться. Что ж, надеюсь, после такого у местных гостеприимных америкосов (Не будем тыкать пальцами) отпадёт желание считать меня врагом.
        - Лёшка!  - тут же окликнул я успевшего заклевать носом мальчугана.  - Проверь меня. Что ты видишь?
        Тот поколебался мгновение, но всё же прошил меня взглядом и затрясся. Из носа потекла струйка крови. А затем он непонятливо прошептал:
        - Как же так?.. Но ты ведь был…
        Что «был» он так и не успел договорить. С противным скрипом отворилась дверь, свет ударил по глазам. Проморгавшись, я увидел двух мужчин с обрезами наперевес и суровыми минами, а между ними - старого знакомого американца.
        Тот обвёл нас взглядом и фыркнул:
        - Идти. За мной.
        Я покосился на одного из мужчин с обрезом и насмешливо помахал ручкой:
        - Хэллоу!
        - Чё сказал, блин?  - быдловато оскалился тот, нахмурив брови.
        Нахмурился в ответ и я. Не понял? Меня что, разыгрывают? Что за смешение языков?
        Поднявшись, ступил было к Лёшке, но дорогу мне преградил американец. Буркнул:
        - Идти один.
        - Я без него не пойду,  - тут же набычился я, краем глаза следя за мужиками с обрезами. Доверия они определённо не вызывали.
        - Мальчик - Видящий,  - сказал очевидное тот.  - Если пойти с тобой, может помешать нашему Видящему. Не делай глупость и просто следовай.
        Я посмотрел на Лёшку. Мальчик только кивнул, абсолютно спокойный. В отличие от меня. Мне всё это ох как не нравилось.
        - Ладно,  - поднял я ладони в примирительном жесте.  - Пошли, америкос.
        - Американец!  - гаркнул тот, но я уже направился к выходу.
        На улице чуть сощурился, но быстро свыкся с солнцем и осмотрелся. Да, я определённо оказался в какой-то деревне, сильно смахивающей внешним видом на нашу старую базу: такие же узкие улочки, дома-коробки… Правда людей побольше. Можно было заметить снующий из стороны в сторону народ, что таскал на плечах мешки, какие-то доски - в общем, все были в работе.
        Меня зло тыкнули меж лопаток. Обернувшись, обнаружил одного из обладателей обреза. Другой остался сторожить у двери. Американец встал впереди и скомандовал:
        - Пошли.
        Получив ещё один тычок меж лопаток (Ему что, делать нечего!), обречённо последовал за ним, уверенно лавирующим меж хижинами.
        Пока мы шли, я пытался понять, где нахожусь. То место, где меня нашли, территориально располагалось неподалёку от Валдайского озера, если мой топографический критинизм не зашкалил. Значит, больше половины пути до Питера пройдено. Но куда нас привели? Не откатились ли мы обратно? Или же, наоборот, ещё больше приблизились?
        Я на ходу обернулся к своему хмурому «телохранителю»:
        - Слушай, браток, а где это мы?
        Тот только ожидаемо фыркнул. М-да. Разговорчивые ребята…
        Мы довольно быстро дошагали до места, которое дядька Степан называл бы Оплотом. Я ещё успел подумать, что, где бы и как бы ни обустроились люди, мышление у них примерно одинаковое, даже если разнится менталитет. Похоже, мне повезло оказаться в более-менее обустроенном местечке, а не дикой пещере, какими мне описывал быт выживших дракон. Хотя… а повезло ли? Вон, обрез, целящийся мне в спину, не особо радует…
        Американец открыл дверь в Оплот и вошёл первым. Следом вошёл я, а за мной «телохранитель». По крайней мере, мне именно так хотелось назвать этого донельзя серьёзного мужика. Не тянуло использовать слово «охранник»: звучало так, будто я под арестом.
        Или так оно и есть?
        Внутри оказалось не так просторно, как я помнил из бытности жизни на базе. Похоже, здесь Оплот использовали всегда, а не в исключительных случаях: здесь расположились какие-то швейные станки, оборудование непонятно для чего, столы, за которыми сидели сосредоточенно перебирающие горки риса и гречки подростки и женщины. Короче, вовсю занимались своими делами, и на меня не обращали ни малейшего внимания.
        Единственные, кому я здесь был интересен - какой-то коротко подстриженный и гладко выбритый мужчина, сидящий за небольшим столиком в самом конце помещения, женщина, скорее смахивающая на старуху, возле него, и, конечно, ребёнок. Видящий - сразу понятно. Полненький мальчик, на вид совсем чуть-чуть старше Лёшки.
        Как только я подошёл, мужчина тут же поднялся и приветственно протянул руку со словами:
        - Ну наконец-то! Думали, не очнёшься. Садись, вот, пожалуйста… А где стул?
        Помедлив, я пожал протянутую мне руку. Кто-то принёс стул. Я сел, ощущая себя мягко говоря некомфортно.
        Тем временем мужчина, тоже сев, с улыбкой представился:
        - Я - Фёдор…
        - Как из Простоквашино?  - кто-нибудь, остановите меня.
        Фёдор насупил нос, завертел головой, ища помощи. Старуха наклонилась к его уху и что-то прошептала. По итогу мужчина уважительно выпятил губу и усмехнулся:
        - О! А ты, значит, знаком с таким раритетом… Да. Как из Простоквашино. А это,  - указал он на внимательнейшим образом оценивающую меня старуху.  - Наша уважаемая Лариса…
        - Как из Чебурашки?  - тут же заработал мой лишённый костей язык.
        Кто-то больно стукнул меня по затылку. Я цыкнул и покосился на садиста. Из-за плеча вышел красный и злой американец, вновь замахивающийся кулаком:
        - Хватит глумиться, коммуняка!
        - Джон, нет!  - взмахом руки остановил его Фёдор.  - И, ещё раз,  - сдержанней проговорил он, когда Джон удручённо прекратил замах.  - Не говори этого твоего «коммуняка», я же говорил. Это глупо.
        - Прости, Федь. Привычка.  - Пожал плечами американец, отходя в сторону, но не слишком далеко от меня, как будто ждал ещё одного удобного случая мне врезать. Ладно, гад, я тебе это ещё припомню!
        - Ну а ты,  - обратился ко мне Фёдор.  - Действительно, придержи коней. Конечно, ты нам не враг. Пока,  - сказав это, он украдкой поглядел на Видящего, а затем снова на меня.  - Но и не думай, что ты у нас в гостях. Мы поняли друг друга?  - получив от меня утвердительный кивок, он благостно улыбнулся: - Славно. А теперь скажи своё имя.
        - Зачем?  - развёл я руки в стороны, указывая на мальчика.  - Пусть он вам скажет.
        Фёдор вздохнул. Глубоко и тяжко. Нет, а что вы хотели? Привели меня сюда, как пленника, даже ботинок не выдали, все пожитки забрали, как воры, ни про что относятся как к врагу, а теперь хотят, чтобы я был ласковый и шёлковый? Не дождётесь!
        - Да,  - шлёпнул мужчина ладонями по столешнице.  - Пожалуй, ты прав. Тём,  - посмотрел он на мальчика.  - Что скажешь?
        Но того уже чуть потряхивало. Хотя, в отличие от Лёшки, никакой крови у пухляка из носа не текло. Может, просто помощнее был, или больше обвыкся со своими способностями. По итогу «сканирования» моей сущности он расслабился и сказал:
        - Его зовут Гриша.
        Я про себя возликовал. Значит, «Невидимка» работает как надо, вон, даже Видящий ничего не заподозрил. Хотя, согласен, имя глупо звучит, но ничего лучше я придумать просто не успел. Что ж, пускай пока буду Гришей, хоть посмеюсь.
        Но, кажется, мой «допрос» окончен не был: Видящий всё также продолжал исследовать меня. Что ж, пусть хоть обисследуется. Я поглядел на количество маны, и ощутил себя спокойней некуда. Скрывающая мои характеристики способность отнимала такие крохи маны, что не приходилось сомневаться: скрываться я смогу ещё очень и очень долго.
        Вот только тишина, неожиданно возникшая в этом клочке Оплота, перебиваемая лишь фоновым стуком станков, угнетала. Поэтому я решил заполнить её, спросив:
        - Слушайте, а этот,  - кивнул я на Джона.  - У вас откуда? Неужели океан переплыл?
        - Эй, ты!  - с ходу разошёлся американец.  - Не говорить так, будто меня здесь нет!
        - Тихо, Джон,  - примирительно замахал рукой Фёдор. Но когда посмотрел на меня, в его взгляде я увидел несдержанную злобу.  - Знаешь, Гриш, это не твоего ума дело…
        - Ты, наверное, с детства привык к виртуальности?  - Вдруг, абсолютно неожиданно для всех, прохрипела старуха, спокойно оглядывая меня.
        - Лариса!  - возмутился Фёдор.  - Что Вы с ним разговариваете?!
        - А ну цыц!  - Резко оборвала его старуха. Как ни странно, это подействовало, и мужчина заткнулся, поникнув.  - Подрастите лет этак на двадцать, тогда и будете со мной спорить, щенки!  - Она вновь поглядела на меня, и голос её вновь моментально стал спокоен и размерен.  - Так вот, сынок, думаю, что тебе повезло обрести новую жизнь в виртуальности. В детские годы?
        Я кивнул, не понимая, к чему этот вопрос.
        А старуха продолжала:
        - Не всем повезло так же, как и тебе. Очень многим пришлось вкалывать здесь, за гроши, только лишь чтобы хоть как-то прокормиться и, по сути, поддерживать на Земле жизнь. В то время как вы развлекались, зарабатывая на завоевании замков и космических станций, они штамповали роботов на фабриках, чинили канализационные системы, выращивали пищу, поддерживали технику на ходу. Этим занималась почти треть Земного шара…
        - Чушь!  - нахмурился я.  - Пять процентов - вот официальная информация!
        Старуха захохотала. Мне почудилось, что заскрипела ветка.
        - Чудик,  - вынесла вердикт Лариса.  - Думаешь, какие-то триста пятьдесят жалких миллионов смогли бы вытащить на себе всё это? Официальная информация, как же. Только дураки слепо верят ей. Знаешь, сколько профессий стало ненужными? Сколько людей потеряли работу и вынуждены были вкалывать для поддержания жизней счастливчиков, обзаведшихся ТДП? Стали, по сути, рабами у игроков? Таких людей не спрашивали, чего они хотят. Им говорили делать, и они вынуждены были делать. Им говорили отправиться в другую страну, бросив свою семью и друзей, и они уезжали, потому что иначе не выжили бы. Вот, Джон, например,  - указала она на притихшего американца.  - Один из таких. Кандидат наук, который вынуждено стал обычным инженером-механиком, отправившимся в России для починки робототехники и техники для погружения. Ему не повезло остаться здесь во время Разлома…
        Я скосился на Джона. Тот скрестил руки на груди и смотрел в пол, похоже, ударившись в воспоминания. Чёрт, а я и подумать о таком не мог. Мои розовые очки разбились в щепки. Сколько же на самом деле стоили ТДП? И почему никогда подобная информация не высвечивалась в сети, не обозревалась в новостях? Может быть, потому, что люди не хотели этого знать. У них был меч за спиной, бластер на поясе и громадные перспективы: на кой им париться насчёт неудачников, оставшихся в скучной реальности? Наверное, поэтому в своё время большинству олигархов было плевать на нищих. Они их просто не волновали. У них то всё хорошо… Тогда какая разница?
        - Прости, Джон,  - невольно сорвалось с моих уст.  - Что назвал тебя америкосом.
        Тот хмыкнул и даже улыбнулся:
        - Прощён, коммуняка.
        Не сдержавшись, я улыбнулся в ответ. Надо бы и ему какое-нибудь прозвище придумать, что ли…
        И тут я заметил, как Видящий что-то шепчет на ухо Фёдору. А тот внимательно слушает, не отводя от меня глаз. И по мере того, как ребёнок говорил, лицо мужчины вытягивалось всё сильнее. Пока он не вскочил, указав на меня и крикнув:
        - Взять его!
        Что?!
        Только ни оправдаться, ни разобраться в произошедшем я не успел. Потому что стоявший в каком-то шаге от меня верзила с обрезом, не спрашивая, с размаху познакомил мой висок со своим кулаком. Конечно, такой удар не снёс и пары процентов от моих хит-поинтов. Зато довольно успешно отправил меня видеть дивную темноту…
        Кажется, я провёл в забытье от силы минуту. Но этого вполне хватило, чтобы меня успели привязать к стулу и - в этом я убедился, оглядевшись - эвакуировать весь Оплот. В помещении остались лишь Фёдор да Джон. Первый сидел на столе передо мной, закинув ногу на ногу, а второй совсем рядом, опасно стиснув кулак. Вот как, значит. Неожиданно всё перевернулось ко мне нелицеприятной точкой. Как я вообще мог что-то упустить? Что сделал не так?
        - Знаешь,  - начал говорить Фёдор, когда заметил, что я уже пришёл в себя. Его слова показались мне гонгом, бьющим по ушам: башка раскалывалась…  - Может, я и не знаком с этими твоими раритетными мультфильмами, шутничок. Зато отлично знаком с историей своей Родины. Так вот. Во времена Второй Мировой - слыхал про такое событие в истории?  - наши засылали в тыл врага, фашистской Германии, своих разведчиков. Они выглядели как немцы, разговаривали, как немцы, вели себя, как немцы. Порой даже получали высокие чины в немецком командовании…
        - Клёвая история,  - плюнул я ядом, морщась даже от малейших звуков. Сильно же тот гад приложил меня по голове!  - И при чём тут я?
        Но мои слова не были замечены. Фёдор продолжил говорить, как ни в чём ни бывало:
        - … но многие из них всё равно проваливались. Знаешь почему?
        - Интересно.  - Оскалил зубы я.
        - Очень просто. Они попадались на мелочах. Один завернул хлеб в газету. Немцы так не делают, но привычка выдала разведчика с потрохами. Другой, выйдя из туалета, застегнул ремень и начал поправлять форму. Немцы себе такого не позволяли и заправлялись не у всех на виду. Разведчик был разоблачён, жестоко допрошен и убит.
        - Ещё раз повторюсь, история наиинтереснейшая! Но…
        - Но при чём тут ты?  - саркастично перебил меня Фёдор.  - Действительно. А вот при чём. Ты, так же как и те злополучные разведчики, спалился на мелочи.
        - Что?!
        - Наш Видящий,  - продолжил мужчина, довольный собой.  - Прочёл твои характеристики. Три единицы выносливости?.. Чёрт, дружище, ты ничего не попутал? Чтоб наша Лариса была выносливее тебя? А остальные характеристики? Почти все на паре единичек, ты у нас чуть ли не инвалид! Как тебе такое, а, Джон?  - посмотрел он на американца.  - Напомни-ка мне, что ты увидел, когда нашёл этого и его безногого дружка?
        - Трупы,  - без промедления ответил тот.  - Трупы орков лежать повсюду. Наш Видящий сказать, что это были высокоуровневый существа. Убить их всех - такое под силу разве что целому отряду Кода. Даже наши ребята, до зубов вооружённые, вряд ли такое осилить бы.
        - Видишь?  - Фёдор смотрел на меня с таким видом, как будто мне должно было стать стыдно.  - Но не было найдена и следа присутствия кого бы то ни было на той стоянке. Ни чьих следов! Кроме твоих. Значит, логично предположить, что это сделал ты. В одиночку. С парой единичек выносливости… Да ты нас что, за дебилов держишь?!
        Я поник, сгорая от злости. Обозлённый на самого себя. Действительно, перестарался. Думал, что самый умный, а оказалось, что глупее некуда. Но я не собирался ждать, пока меня начнут пытать, стараясь выбить то, чего я знать не могу, или просто убьют. Пошевелил пальцами. Кисти связаны, но могут двигаться. По крайней мере, я их ощущаю. А это значит…
        - Далее.  - Язык у Фёдора определённо развязался.  - Мы получаем на наш передатчик сигнал со станции космодесантников, которая когда-то была нашим временным пристанищем. Оттуда мы много чего свистнули для процветания общины, ну да не важно. Это могло быть элементарной ловушкой, и я был против спасательной экспедиции. Но Джон настоял, и вот вы здесь. А теперь вопрос,  - он подался вперёд, приблизив ко мне своё лицо, и выдохнул: - Какого хрена ты послал сигнал? На что рассчитывал? Откуда знал, что придёт помощь. Как твоё настоящее имя и кто ты, бл*, такой? Разведчик космодесантников? Эльф? Некромант? Отвечай!
        Я зашевелил пальцами и попробовал активировать огненное заклинание. И, к моему удивлению, заработало! Иконка интерфейса заискрилась, готовая к использованию. Но я не спешил её активировать. Оглядел мужчин, определённо настроенных на суровые действия, оценил отсутствие у них оружие (Наивные!), и понял, что не собираюсь врать.
        Сняв с себя «Невидимку», пусть и смысла в этом из-за отсутствия Видящего не было никакого, я собрался с мыслями и на одном дыхании рассказал всё. От начала до конца. Своё имя, откуда я и кто. Что случилось и как я попал сюда. Всё своё путешествие, в малейших деталях. Не упустив из рассказа даже знакомство с настоящим драконом и Богом. И завершил рассказ такими словами:
        - …я отправил сигнал, потому что знал, что попаду сюда. Знал, что так всё и будет. Не конкретно, без деталей, но в общем и целом… знал. И знаю, что будет дальше. Это сложно объяснить. Но после произошедшего я как будто заглянул дальше, чем позволено, и увидел события будущего… Мельком и расплывчато, но… увидел.
        И замолчал. А Джон, который теперь подсел к Фёдору и оглядывал меня с нескрываемым интересом, покосился на товарища. Тот пожевал губу и пробубнил:
        - Ну и? Что думаешь?
        - Похоже на сказку,  - пожал плечами американец.  - Но на слишком складную сказку…
        Фёдор повернулся ко мне. Я увидел в нём глубочайшее сомнение, в котором зрела крупица веры. Он хотел поверить мне, но не мог.
        - Значит, ты…  - протянул мужчина.  - Теперь вроде как Видящий?
        - Нет,  - покачал я головой.  - Что-то другое. Я как будто в виртуале. Но только… здесь.
        Чёрт, Сашка, да тебе стоило пойти в ораторы!
        Хотя, вроде как, меня поняли. И Фёдор задал следующий вопрос:
        - И что же, по-твоему, будет дальше?
        - Ну…  - я попытался напрячь мозги, что давалось мне с трудом, и припомнить те расплывчатые картинки, которые возникли у меня перед глазами в момент изменения собственной реальности.  - Всё зависит от того, как далеко мы от Питера. Дайте предположу. Мы совсем близко, а?
        Мужчины переглянулись.
        - Он в дне ходьбы,  - ответили они одновременно.
        - Так я и думал. Тогда, пока мы тут с вами разговариваем, сюда двигается флот космодесантников, полагающих, что тот, кто им нужен, находится здесь. Всё это время они преследовали отряд орков, который я уничтожил. Уверен, ваши люди не замели следов, так что найти это место им будет как два пальца… Им нужен дракон. Они его, естественно, не обнаружат… И тут есть два варианта. Либо они перебьют всех. Либо возьмут всех в плен. Мы не должны сопротивляться. Нам нужно смиренно сдаться…
        - Что ты говоришь?!  - взвился Фёдор, вскакивая и хватая меня за ворот рубашки.  - Выходит, мы все в опасности!  - Он обернулся к Джону.  - Сообщи всем, времени мало. Нужно собираться как можно скорее и бежать!
        - Нет.  - Твёрдо произнёс я, когда Джон сорвался с места. Удивительно, но американец действительно остановился.  - Вам нужно остаться.
        - Что-о-о?!  - Фёдор определённо не мог принять моих слов.  - Что ты несёшь, придурок?!
        - Вам нужно остаться,  - сдержанно повторил я.  - Чтобы меня вместе со всеми взяли в плен и отвезли в Питер. Это единственный способ добраться до ТДП.
        - Заткнись!  - замахнулся кулаком взбешённый мужчина.
        С кончиков моих пальцев сорвался огненный шар, сжигая верёвки. Я ринулся вперёд, протаранив Фёдора головой в грудь, и повалил того на стол, надавив рукой, невероятно легко удерживая взрослого мужчину. Сказывались повышенные характеристики выносливости и силы. Резко дёрнув головой, остановил взглядом бросившегося было к нам Джона. Американец застыл в нескольких шагах в нерешительности. Он сжимал и разжимал ладони, но агрессии с его стороны я не чувствовал.
        - Послушай,  - спокойно сказал я, не давая брыкающемуся Фёдору вырваться. И, протянув в сторону Джона ладонь, создал в ней ледяное свечение, на которое американец уставился заворожённым кроликом на змею.  - Вы можете вечно бежать и прятаться, пытаясь выживать и в ужасе представляя себе тот день, когда человечество окончательно вымрет. Или попытаетесь поверить мне и всех спасти. Там, за стенами Питера, есть то, что может помочь. В теории. Но за этой теорией скрывается единственная надежда на наше спасение. И я могу это сделать.
        Джон, наконец, оторвался от магического свечения и поглядел мне прямо в глаза. Он какое-то время пытался что-то в них высмотреть, а затем, про себя придя к какому-то заключению, буркнул:
        - Откуда ты знаешь, что у тебя получится?
        Я хмыкнул:
        - Так сказа мне та, что отдала за меня жизнь…

* * *

        Разглядывая местность через экран иллюминатора, генерал Вард-Лок не мог отделаться от чувства дежавю. Всё тот же лес, тот же частокол и примитивные деревянные домишки. О, Император, неужели все Хюманы настолько тупы и примитивны?
        Краснокожий силач гаркнул пилоту:
        - Это точно здесь?
        - Разведчики указали эту точку, генерал!  - отрапортовал остроухий карлик-пилот.  - Сомнений быть не может!
        - И как мы не заметили такого под самым носом…  - пробубнил в полголоса гигант.  - Отдать приказ всему флоту садиться,  - скомандовал Вард-Лок, впечатляющее запахнувшись в плащ и крутанув в руке пистолет.  - Захватим эту никчёмную деревеньку.
        Стоило звёздному флоту высыпать из тёмных зевов кораблей, уничтоживших при посадке половину лесополосы, и все закованные в скафандры бойцы вскинули бластеры, ожиая дальнейших указаний.
        Вард-Лок, вышедший вперёд войска, бегло оценил свои силы. М-да, пожалуй, для прячущихся за этими стенами обезьян хватило бы и трети присутствующих бойцов. Ну да ладно: больше - никак не хуже. Вскинув над собой пистолет, гигант прогорланил:
        - За мной! Брать живыми!
        И, получив в ответ дружное «Есть!», первым вошёл в узкие ворота.
        Но за ними его ждал сюрприз. Генерал даже опешил, когда увидел уйму Хюманов, стоящих на коленях и с закинутыми за голову руками. Гигант бегло оценил ситуацию своим глазом. Ни у кого из этих людишек не было оружия! Ловушка?
        - Что это, генерал?  - возникли возле него телохранители.  - Какой будет приказ?
        Вард-Лок нахмурился. Крутанул в руке пистолет, думая. К этому времени уже все его бойцы заполонили собой территорию базы, но никто не решался напасть. «Брать живыми» - вот каким был приказ их генерала. А тут, смотрите-ка, все уже и так сдались, так какой смысл палить?
        Краснокожий гигант сделал несколько шагов вперёд: ближайший к нему рядок Хюманов тут же попятился, отползая назад. Генерал хмыкнул. Такое положение дел ему очень даже нравилось.
        И, набрав в лёгкие побольше воздуха, он гаркнул, сотрясая своим басом хлипкое селение:
        - Кто из вас видел Повелителя?!

* * *

        - Кто из вас видел Поелителя?!  - ударил по моим ушам крик громилы, судя по всему, главного из прибывшей флотилии.
        Я стоял на коленях среди остальных жителей базы и старался убедить себя в том, что поступаю правильно. Чудо, что Джону удалось убедить Фёдора в необходимости сделать так, как я предложил. Ещё большее чудо в том, что Фёдор сумел убедить остальных. Хотя, если подумать, особого выбора у них не было. Насколько я знал, кое-кто всё-таки сбежал, не поверив моим словами. Но их достаточно быстро найдут и прикончат, если до этого не прикончат другие исчадия Кода.
        Покосился на Лёшку, затаившегося за моей спиной. Тот, кажется, переживал, хотя по его лицу и не скажешь. Справа от меня стоял на коленях Джон, который с недавнего времени не отходил от меня ни на шаг. Думаю, всё-таки не от переживаний за мою персону: скорее, чтобы следить. Но сейчас всё внимание американца было направлено на десантников. Наверняка он боялся. Как и все здесь. Как и я.
        Краснокожий, интересовавшийся помеченным Повелителем, выждал, внимательно прислушиваясь, но так и не дождался ответа. Вздохнув, он вновь крутанул в своей лапе громадный пистолет и пробасил:
        - Позвольте мне вам пояснить, животные! Вы мудро поступили, сдавшись нам. Но вот в чём проблема. Мы пришли за тем, кто помечен Повелителем, или тем, кто поможет нам его отыскать! Все остальные нам не нужны… Так что подумайте дважды! Я повторю ещё раз: где тот, кто помечен Повелителем?!
        Тишина… Лишь слышно, как завывает лёгкий ветерок, да кто-то молится вполголоса. Я стиснул зубы, стараясь что-нибудь придумать. Ясное дело, что привело их сюда: я пробыл с драконом достаточно долго, чтобы его метка, или как это называется, перекочевала и на меня. Правда выявить обладателя метки среди такого количества народа Код, видать, не может. Значит, будет худо… Следовало придумать хоть что-то! Но ничего в голову не приходило. Как? Я ведь видел, видел, что нас возьмут в плен! Ошибся?! Не может быть…
        Похоже, тишина длилась слишком долго, и терпение генерала звёздного флота лопнуло. Он наставил дуло своего оружия на ближайшего к нему паренька, тут же павшего ниц и захныкавшего, и проорал:
        - Тогда я буду убивать каждого, пока тот, кто мне нужен, не признается!..
        - Стой!  - неожиданно оборвал его тираду уверенный мужской голос.
        Джон встал и поднял над собой руки, повторив:
        - Стой!
        - Я слушаю,  - процедил сквозь сжатые губы гневно сморщившийся генерал, не убирая пистолета от мальчика.
        - Я знать, кто тебе нужен!  - сведя брови на переносице, бесстрашно произнёс американец.
        - И?..
        - Но прежде ты пообещать не трогать остальных!  - выдал условие Джон.  - Дать слово!
        - Я могу просто пытать тебя…  - возмутился такой наглости генерал.
        - Можешь,  - сказал Джон.  - Или можешь согласиться на мои условия и покончить со всем здесь и сейчас.
        Краснокожий задумался, а меня прошиб холодный пот. Я неотрывно глядел на американца, который, кажется, отлично знал, что делает. Неужели решил меня сдать?!
        Наконец, генерал вернул пистолет за пояс и кивнул:
        - Я согласен на твои условия, ублюдок. Говори.
        Джон вдохнул, как будто собирался с мыслями, и скосил взгляд в мою сторону. А я пообещал себе, что убью его сразу же, лишь грёбаный американишка меня сдаст. Вот и иконка с заклинанием едва засветилась…
        - Я.  - Произнёс Джон.  - Я - тот, кто быть помечен Повелителем.

        Глава 6

        Стальные стенки камеры душили и давили на меня своим однообразием. Из элементов интерьера здесь не было ничего: даже банальной кровати. Спал я на полу, вместе с Лёшкой. Раз в день дверь камеры отъезжала в стену, заходил злой охранник с пультом управления ошейниками и нажимал на кнопку. Встроенный в охватившую мою шею железку электрошок выдавал неслабую порцию разряда, который поднимал меня лучше всякого будильника. Затем, взвалив на себя Лёшку, я топал вместе со всеми пленниками к «Мусорке»: огромной свалке, размером с город, и начинал работать. Работа заключалась в том, чтобы набирать остатков Земной цивилизации, которые сгребли в одну кошмарную кучу, и нести их к громадным печам, на утилизацию. После возвращаться, брать очередную гору мусора, и снова, снова, снова… Необходимо было выполнять нормы, которые были просто кошмарны: из раза в раз я еле-еле успевал доделать необходимое, чтобы вечером получить свою порцию еды и рухнуть спать.
        До сих пор не могу понять, как так всё обернулось, но оказалось, что у генерала действительно было нечто вроде чести. Когда Джона, как важного Хюмана, забрали в отдельный космолёт, остальных и впрямь не стали убивать, а взяли в рабы, загнав, как стадо, на грузовой крейсер.
        Каким-то чудом от Лёшки, являвшегося инвалидом, избавляться не стали. Может, причиной послужил приказ краснокожего генерала, или мои увещевания о том, что с пареньком мне работать будет сподручней, но мальчонка остался со мной, на него даже ошейника надевать не стали. Только порцию еды, и так мизерную, пришлось делить на двоих… Но я не жаловался. Главное, что в итоге оказался в Питере, пускай и не так, как планировал изначально.
        Конечно, я не смог разглядеть сам город: нас привезли, по сути, в багажном отделении, а загоняли в камеры дубинками и электрошоками, так что наслаждаться округой не было ни времени, ни сил. Да и, к тому же, не город мне нужен был. А Мусорка, примыкающая к нему отдельным небольшим городком.
        Что ж, чего хотел, то и получил…
        Сегодня шёл четвёртый день моего заточения на базе космо-десантников. А я так и не нашёл ТДП. Даже примерно не представлял, где она находится: обнаружить подобное в гигантском скоплении всего, что только накопил немаленький город за много-много лет - всё равно что искать иголку в стоге сена. Да и, к тому же, следовало выполнять нормы, что было практически невозможно, если постоянное не работать. Мне слабо верилось, что кто-нибудь вообще способен сделать норму раньше положенного времени: разве что Андрей, но с того взятки гладки.
        «Он идёт»,  - раздалось у меня в голове, и я, кое-как расцепив веки, поднялся, растолкав и заспанного Лёшку.
        Начинался новый день…
        Дверь камеры отъехала в сторону, вошёл охранник. Как обычно, с пультом наготове и гаденькой ухмылкой. На этот раз - какой-то жабообразный жирдяй. Но, заметив, что мы с мальцом уже на ногах, чуть приуныл и разочарованно фыркнул:
        - Давай, топай.
        И пошёл дальше, будить остальных.
        Я же чуть размял руки и плечи и, как обычно, взвалил на себя Лёшку, который, паршивец такой, заснул прямо у меня на плече: пользовался любыми средствами, чтобы поспать. Хотя, и правильно: я бы тоже на его месте так поступил.
        «Спасибо, что предупредила меня»,  - отправил я мысленный сигнал.
        «Незачто»,  - получил я ответ, и покинул камеру.
        Этот голос я начал слышать почти сразу как оказался в этом месте. Но теперь я не стал отмахиваться от него, как от какой-то галлюцинации. Я прислушался. Сначала далёкий и неясный, голос становился всё более отчётливым, похожим на стальной женский скрежет, будто говорила программа. И тогда я впервые связался с ним. Заговорил.
        И выяснил, что говорю с городом…
        Тогда меня будто окунули головой в ледяную воду. Всё стало ясно, встало на свои места. Тот Червь в Некрополисе - это через него я слышал всё, что говорила тамошняя нежить. Древо в граде эльфов: я слышал, как оно стенает и плачет… Но тогда это были лишь частичные видения. Так, отголоски реальности, и всё. Но теперь, когда мой интеллект настолько возрос, я сумел связаться с этим странным искусственным интеллектом, что жил в каждом городе Кода. Связаться и поговорить. О, мы говорили всё время, и днём, и ночью, даже когда я спал! И после этих разговоров, в которых я изо всех сил втирался городу в доверие, выяснилось невероятное.
        Города страдали. В отличие от живых существ Кода, что населяли их, сами постройки, стены, крыши, полы, которые, оказывается, обладали душой, стенали ежесекундно, проливая невидимые слёзы. Они не желали существовать здесь, их обжигал местный воздух, бил больнее урагана обычный ветерок, истязал банальный дождь. Этот мир - не для них, и города, в отличие от живущих в них блох, всё это уже давно поняли, но не имели возможности избавиться от своей каторги.
        В общем, мы подружились с той, что являлась душой этого места. И я даже придумал ей имя: Ева. Ей понравилось.
        «Слушай, Ева»,  - обратился я к городу, ступая вместе с высыпавшими в коридор остальными угрюмыми рабами в сторону выхода к Мусорке,  - «А, может, ты сегодня добавишь в отчёты по норме мне пару единичек? Совсем чуть-чуть? Чтобы я раньше освободился, а?».
        Та ответила с непривычной для неё задержкой. И я услышал в её неживом голосе тень сомнения:
        «Но я не могу обмануть своих…».
        «Чуть-чуть, Ева!»,  - изобразил я про себя смешок, делая вид, как будто меня это особо и не волнует.
        Та расхохоталась в ответ:
        «Ладно. Разве что чуть-чуть».
        «Спасибо, подружка!».
        Мне показалось, или я отчётливо почувствовал, как она покраснела?
        За несколько дней я выучил путь до Мусорки наизусть. Вот, сейчас мы спустимся по винтовой лестнице вниз, пройдём по длиннющему однообразному спуску, затем пара коридоров и большие круглые двери, раздвигавшиеся в стороны при вводе кода на пульте стоявших на посту стражников. И на всём протяжении пути - воткнутые в потолки бластеры, похожие на небольшие камеры слежения: именно так я и подумал, впервые их увидев. Но когда во второй день моей рабской жизни один из пленных свихнулся и попытался сбежать, «камеры» выплюнули дозу разряда, и бедняга повалился без чувств, тут же схваченный вмиг подоспевшей охраной. Затем его уволокли, и больше я этого дурака не видел. Что с ним приключилось - ума не приложу. Но что-то подсказывало, что ничего хорошего. По крайней мере, на мои расспросы на эту тему Ева лишь удручённо молчала.
        Мы длинной колонной высыпали наружу, в ставший нашим основным миром мусорный город. И тут же ринулись кто куда, спеша поскорее начать работу. Быстрее начнёшь - быстрее закончишь. Все здесь мечтали о хотя бы паре лишних часиков сна…
        Я, как и остальные, принялся за дело. Только прежде прошёл путь дальше обычного, желая охватить как можно большую местность Мусорки. Её начало я исследовал вдоль и поперёк, и не нашёл никаких следов ТДП. Хотя, может, просто плохо искал. В любом случае, просто бродить здесь никто не запрещал: главное, выполняй нормы, и делай что хочешь, никакой охраны, вообще ничего. Всё равно не сбежишь через абсолютно гладкие стены высотой с многоэтажку, окружившие этот серый мирок рабов.
        Вот, какая-то детская обугленная игрушка: медведь без глаза и пары лап. Лампа, старая и побитая, книги (Совсем уж раритет), кружки и другая мелочь. Собирая всё это в кучу, я частенько ловил себя на мысли, что оглядываю остальное пространство Мусорки, заваленное всем, что только можно себе вообразить, сверху-донизу, и нет этому ни начала, ни конца. И понимаю, что на своём веку, даже если буду трижды выполнять норму изо дня в день и загнусь лишь лет через сто, не увижу даже того, как мусора станет хотя бы вполовину меньше. Так и проживу, видя перед собой лишь это всё…
        С такими мыслями я и шёл к печкам, которые как будто специально располагались на самом краю Мусорки. Самые умные раньше работали рядом с ними, только быстро поняли, что от исходящего от них жара невозможно было продержаться на ногах и часа, и потому быстро сдавались, ретируясь на более дальние расстояния. Вот, оставался ещё целый километр до того, как я доберусь до их кровожадного огненного зева, а жар уже начинает лизать кожу на лице, руках и стопах, не защищённых одеждой. Даже Лёшка, сопевший над ухом, встрепенулся и разлепил глаза.
        И тут я услышал непривычный звук. Словно где-то неподалёку шла целая толпа народу. Непривычно - потому что каждый здесь был сам за себя, не было такого, чтобы рабы соединялись в группы, работая сообща. Ведь в этом не было смысла: здесь бы самому выжить, а не помогать другим. А, значит…
        Я суетливо побежал на шум, лавируя между горами мусора, стараясь не уронить ничего из своей ноши. И довольно скоро добрался до источника звука, присев за парой ободранных кресел: благо, здесь, на Мусорке, играть в прятки было легче простого!
        И увидел отряд космо-десантников, закованных в доспехи своих бронекостюмов, с огнестрелами наперевес. Всего существ было пятеро: у кого-то из них из специальных дыр в костюмах выглядывали разного рода хвосты. Причина такого переполоха стала ясна, когда я увидел Джона, возглавляющего отряд. Хотя, как возглавляющего… В наручниках, понурого и под прицелом бластеров. Вид у него был, конечно… Я помню его на второй день заточения, видел, как он выходил с таким же отрядом на Мусорке, уверенно ведя их вперёд. Тогда он был краснощёким, явно хорошо себя чувствующим: вероятно, его неплохо кормили и хорошо содержали, как важного пленника. Конечно: ведь это он, по их мнению, может показать месторасположение ТДП, о чём американец, конечно, был ни сном, ни духом.
        Теперь же Джон выглядел удручающе: на лице проступили скулы, показалась щетина, плечи понурены, а взгляд уставлен в землю. Он водит космо-десантников по этому мёртвому городу уже четвёртые сутки, как какой-нибудь Сусанин. И если в первые дни он ещё мог оправдываться тем, что просто вспоминает путь, то теперь… Представить сложно, как он теперь оправдывается перед командованием, пытаясь тянуть время. Но, судя по всему, вера к нему стремительно падает. Да и как скоро они поймут, что Джон вовсе не помечен Повелителем? Вряд ли раньше, чем догадаются, что тот понятия не имеет о месте, где спрятано ТДП. День-два, не больше.
        Я проводил отряд взглядом до ближайшего поворота и, сдержав себя, чтобы не двинуться следом, развернулся и направился к печам.
        Когда день приблизился к концу, я едва стоял на ногах. Присоединившись к тянущейся по всей Мусорке колонне до смерти уставших рабочих, приблизился к воротам, дождался, пока охрана зафиксирует количество мусора, брошенного мною в печь (В печи располагались датчики, фиксирующие кто и сколько принёс мусора), и, получив кивок, поплёлся к своей камере, провожаемый глядящими мне в спину бластерами.
        Съев скудный паёк и завалившись спать, я упёрся взглядом в затылок Лёшки. Пусть мальчик и не работал вместе со мной, но я чувствовал, как Видящий тает прямо на глазах. Мне вдруг подумалось, что мы с ним почти и не разговаривали: я всё время в собственных мыслях, а парень и не очень стремится говорить.
        - Эй,  - тихо произнёс я, ткнув мальца в плечо. Лёшка на это повернулся ко мне боком.  - Не унывай, ладно? Я знаю, что делаю.
        - Не говори со мной, как с маленьким.  - Насупился он.
        Я через силу улыбнулся:
        - Ну, конечно, ты же у нас совсем взрослый мужик, м? Может, тебя по имени-отчеству звать? А? Алексей…  - тут я запнулся, с удивлением осознав один факт: - Кстати. А как тебя по отчеству?
        Лёшка окончательно отвернулся от меня, не разделив искусственного оптимизма, и только лишь полушёпотом пробубнил:
        - Нет у меня отчества…
        И затих, быстро погрузившись в сон. А я так и остался лежать, кляня себя на чём свет стоит. Конечно, что это был за вопрос?! У Лёшки с рождения отца не было, какое, к чертям, отчество?! Ну ты, Саш, и идиот…
        «Ты опечален?»,  - неожиданно возник у меня в голове голос Евы.
        «Всё то ты знаешь»,  - вздохнул про себя я, ложась на спину и, прикрыв глаза, полностью сосредоточился на разговоре с городом.
        «А в чём причина?»
        «А разве ты сможешь понять?»
        Возникла длительная пауза. Мне почудилось, что Ева обиделась. Но через какое-то время она снова возникла у меня в мозгу:
        «Может быть, я попробую? Понять?»
        Мне оставалось только тяжко вздохнуть.
        «Ты веришь… в судьбу, Ева?»
        «Судьбу? Мне знакомо такое понятие. Но оно не имеет под собой технических выводов. По сути, это скопление случайностей и долей вероятностей, которые совпадают с изначальной целью…»
        «Вот я о том и говорю. Не веришь»,  - я ненадолго замолчал, думая, как бы объяснить свои мысли. А затем махнул рукой и заговорил о том, о чём думаю, без остановки: - «Один старикашка сказал мне, что моя судьба - спасти этот никчёмный мир. То же самое сказала мне одна девочка, которой я обязан своей жизнью. Я должен уничтожить Код. И прекратить твои мучения, Ева.»
        «И ты думаешь, это твоя Судьба?»
        «В том то вся и суть. Я не знаю.»
        На этот раз тишина продлилась дольше обычного. Я даже успел провалиться в сон. Но из него меня выдернул неожиданно уверенный, даже жёсткий голос города:
        «А если я помогу тебе? Сделать так, чтобы всё это стало… Судьбой?»
        «Поможешь?!»,  - я даже сел, не веря тому, что слышу.  - «Но как?! Чем ты… Можешь помочь? И почему?! Кто я тебе?! Ведь ты… часть Кода.»
        Мне послышалось, что город тяжело задышал и понурил свои незримые плечи. В этот миг мне явственно виделась Ева: кроткая невысокая женщина с короткой красивой причёской, чуть скромная и улыбчивая. Только улыбка её была грустной. Не знаю зачем, но город проявил себя в моём разуме именно в таком виде.
        «Прямо сейчас,» - заговорила, запинаясь, Ева,  - «Я чувствую невыносимую боль. От всего. Даже от ног моих детищ, что бродят по мне. Каждый их шаг отдаётся невероятной болью, как для вас резать ножом прямо по сердцу. И так - тысячи раз, каждую секунду… Я устала. Мне так больно, Саша!!! Ты ведь хочешь уничтожить нас, да? Я буду счастлива тебе в этом помочь…»
        Мне понадобилось какое-то время, чтобы осознать услышанное. Сам город хочет помочь мне?! Чёрт… кулаки сжались сами собой. Разве могу я сдаться, могу ли я отступить после такого?! Больше не было никаких сомнений, никаких тяжких дум.
        «Ева.»
        «Да?»,  - услышал я нескрываемую надежду.
        «Я сделаю, как ты хочешь. Нужно только дождаться подходящего случая…»
        Через несколько томительных секунд я услышал облегчённый женский выдох:
        «Спасибо.»
        Скажем так: столь крепко, как в ту ночь, я не спал ещё никогда.

* * *

        Подходящий случай наступил на следующий день.
        Я, как обычно, лежал в полудрёме, ожидая сигнала от Евы, во избежание кары от охранника. И каким-то шестым чувством понял, что слишком долго сплю. И пускай кого угодно другого это лишь обрадовало бы, я насторожился. И, раскрыв глаза, поднялся, постаравшись не разбудить сопящего Лёшку.
        Приблизившись к двери камеры, попробовал дозваться Еву. Не вышло. Что насторожило меня вдвойне. Тогда я приложил к двери ухо, прислушиваясь. И услышал. Топот множества ног, крики, призывы к действиям. Что там, чёрт возьми, происходит? Я, кажется, услышал выстрелы?!
        «Саша!»,  - вдруг возник в моей голове голос города, заставив меня подпрыгнуть.
        «Ева! Не пугай ты так!»,  - разозлился я на неё, но быстро взял себя в руки и спросил: - «Что там у тебя происходит?»
        «Нападение! Армия! Много армий! А с ними дракон! Мне больно, Саша!»
        Я остолбенел. Внутри меня всё затрепетало, а на лицо сама собой наползла улыбка. Дракон… Андрей! Недели не прошло, а этот сукин сын выполнил своё обещание! Привёл под стены Питера армию! Час настал!
        «Ева!»,  - тут же поспешил я обратиться к городу,  - «Помнишь, я говорил тебе про подходящий случай?»,  - мне почудился кивок.  - «Так вот, это он и есть. Тебе больно, я понимаю. Так поспеши. И я окончу твои мучения!».
        «Что мне делать?»,  - на этот раз Ева ответила без промедления.
        «Для начала… ты можешь снять с меня ошейник?»
        «Его код деактивации не предусмотрен моими системами безопасности…»,  - с сомнением покачала головой Ева, так что я даже испугался за возникший в голове план.  - «Но я попробую его взломать!»
        Стоило ей это сказать, как ошейник завибрировал: Ева начала попытку взлома. Я же метнулся к Лёшке и потрепал его за плечо. Тот проснулся мигом и удивлённо уставился на меня, оценив закрытую камеру и отсутствие охранника. Но затем без вопросов протянул ко мне руки. Умный парень.
        Как только я взгромоздил на себя Лёшку, в мозгу возникло радостное «Есть!», и ошейник, расцепившись, с лязгом рухнул на металлический пол.
        «Дверь, Ева!»,  - поторопил я город.
        Это уже было под властью Евы. Кодовый замок сработал сам по себе, и дверь отъехала в сторону, открывая проход. Я уже собрался было сделать шаг наружу, но тут прямо передо мной пробежал закованный в скафандр широкоплечий воин, не имевший шлема и выставивший напоказ свою лысую остроухую голову. Воин затормозил, заметив открытую камеру, и нелепо перехватил бластер, непонятливо уставившись на меня и прошипев:
        - Что за…
        Я не дал ему опомниться. Активировав ледяные иглы, сгустил перед собой воздух, образовав в нём нечто вроде крохотного ледяного портала, и выпустил из него несколько ледышек, пронзивших космо-десантника насквозь. Но его жизни, пускай и просели в красную зону, всё же не скатились до нуля, и потому взревевший стрелок остался жив, нацелив на меня дуло бластера.
        Град выстрелов. Смятение, длившееся одно мгновение. И осознание того, что выстрелы застывают в воздухе прямо передо мной, а вокруг, на расстоянии метра, меня окутывает полупрозрачное свечение. Щит.
        Я покосился на Лёшку, из носа которого потекла кровь, а руки дрожали, выпуская из себя невидимые для обычного человека нити энергии. Не став терять время, пока космо-десантник очухается, я добил его фаерболом и пошёл по коридору привычным маршрутом, бросив за спину:
        - Сколько сможешь вот так продержаться?
        - Сколько смогу!  - огрызнулся малец сквозь зубы, определённо не настроенный разговаривать.
        Кругом творилась вакханалия. Мигали красным датчики на потолках, грохотали выстрелы, слышался топот бегущих существ. Где-то в этом же здании расположена одна из казарм десантников, и потому многие бойцы расположены именно здесь. И пускай, уверен, большинство уже убежало наружу, оборонять город, некоторые ещё встретятся нам на пути: по сути, мы с Лёшкой шли против течения, и вопрос состоял в том, сможем ли пройти, или потонем.
        «Ева»,  - сказал я, завидев нескольких молодчиков, выскочивших из-за угла,  - «Помоги»
        Наверное, вставшие на моём пути десантники успели удивиться, затормозив и поднимая оружие, целясь. Они успели сделать несколько выстрелов, ударивших по щиту, от которых Лёшка горестно застонал. Но в эту секунду ютившиеся в недрах потолка бластеры выступили из него, как шасси, и, направив на бойцов свои дула, выпустили в них по разряду. Этого было достаточно для того, чтобы стрелки рухнули на пол без чувств.
        Я же пошёл вперёд.
        «Спасибо, Ева»
        И дальше всё шло по одной схеме: нам встречались бойцы десантников - Ева расправлялась с ними с помощью электрошоков, мне даже не приходилось тратить маны. Так что под конец пути, когда я добрался до выхода к Мусорке, за спиной осталась цепочка из обездвиженных тел. На моей стороне был сам город, но что это даст? Только лишнее время… Но никакой гарантии, что я найду ТДП даже за сотню лет!
        Охранников на своём обычном посту не было, так что я без проблем пробрался через гостеприимно раздвинувшиеся створки и оказался в проклятом городе мусора. Теперь, когда здесь не было ни одного живого существа, он казался ещё более зловещим. А по ушам ещё отчётливее, чем за стенами коридоров, ударил шум выстрелов, ор и рыки.
        Я затоптался на месте в неуверенности. Щит Лёшки погас, парень обомлел на мне без сил. Следовало расправиться со всем поскорее, пока не стало худо. Как быстро командование десантников поймёт, что город не на их стороне? А Джон? Уверен, в такой ситуации с ним перестали сюсюкаться и выбивают информацию другими методами. Вряд ли он продержится долго - а, значит, всё расскажет. И в таком случае бойцы выйдут уже по мою душу…
        Быстро покопавшись в своих способностях, лишь часть из которых я выставил на основной интерфейс, наткнулся на одну, возможно, подходящую к данной ситуации. «Эхо Русалки»: понятия не имею, каким образом оно мне досталось. Возможно, мой контакт с подводными обитательницами как-то на это повлиял, или то, что я некоторое время был обладателем Фиала… В любом случае, не было времени об этом думать: я вынес «Эхо» на основную панель и активировал способность, физически ощутив, как просела полоса маны. Требовательное, чтоб его, заклинание!
        Эхо Русалки работало этаким эхолокатором, как у летучих мышей. Они посылают вперёд себя звуковой сигнал, неслышимый человеческим барабанным перепонкам, и благодаря этому видят предметы, которые не могут увидеть глазами. Только здесь всё зависело от вложенной в способность маны. Я на неё не поскупился. И потому эффект был потрясающим!
        И стоило мне воспользоваться Эхом, как я увидел всё!
        Для меня открылось то, что происходило за пределами стен Мусорки. Силуэты, просвечиваемые светящимися контурами. Глаза тут же заболели, как и голова, но я не отрывался от увиденной картины.
        Армия десантников, укрывшись в стальных приземистых бойницах, отчаянно грохотала турелями, отбиваясь от наседающих на них нескончаемых армий Кода. Я увидел эльфов, скачущих верхом на оленях, умирающих пачками, но продолжающих лавиной нестись на укрепления и уничтожать своими стрелами тех из космо, кто не был прикрыт сталью, и в открытую стрелял по нападавшим. Также их прикрывали и снайперы, прячущиеся на верхотуре стен, кружили над полем боя взрыхляющие землю градом выстрелов из пулемётов звездолёты. Но у остроухих была помимо прочего магия: и потому следом за ними тащился дополнительный авангард в лице оживших деревьев, энтов, без труда швыряющих огромные валуны, сбивающие летательные аппараты и заодно забирающие жизни не успевших разбежаться в стороны бойцов. Здесь были и некроманты, отправляющие в бой беспрекословно подчиняющихся их воле упырей, зомби и скелетов-лучников, которым были нипочём даже пули. А их заклинания создавали ядовитые облака, облетавшие ряды сопротивляющихся десантников зелёным черепом, раскрывшим пасть. Мельтешащие тут и там феи пробивали космо шлема, вгрызались в глаза,
окидывали поле боя сводящей с ума пыльцой. Демоны, перепрыгивая на невозможные расстояния благодаря своим небольшим перепончатым крыльям, сносили головы бойцов огненными мечами, создавали порталы, из которых появлялись жаждущие убивать черти во главе с самой смертью, перебросившей через плечо косу.
        В невообразимом мельтешении я даже не смог до конца разобраться, кто участвует в битве: кажется, пришли все. Все, некогда бывшие врагами, варвары, объединились для уничтожения общего противника, костяка космо-десанта, основные силы которого находились в Питере. И я, вроде как, знал, для чего… Техника для Погружения. Вот зачем здесь собрался весь Код необъятной России. Знают ли они о том, где она? Вряд ли… Но один из них должен знать наверняка!
        Мана, которой и так осталось меньше половины, просела ещё на треть, я не выдержал, припал на одно колено, и сквозь боль отправил мощный посыл, сосредоточившись на одном-единственном существе:
        «Андрей! Я здесь!»
        И замер в ожидании. Но ждать пришлось не долго. Пускай я и прекратил использовать Эхо, и теперь вновь вперился в сплошные завалы мусора, не услышать, как гигантские крылья бьют по воздуху, было невозможно. Взмах, ещё один, и вот меня закрывает тень. Я посмотрел вверх и увидел планирующего вниз красного дракона. Длинная лебединая шея, пар, валящий из широких ноздрей, витиеватые рога, шипы, идущие от головы к шее, по спине и до самого кончика хвоста, четыре мускулистых когтистых лапы с когтями, всё равно что серпы, и, конечно, крылья, каждый взмах которых заставлял верхушки гор мусора обваливаться, создавая сплошной хаос.
        Когда до земли этому величественному и, что уж там говорить, пугающему существу оставалось не больше десяти метров, он начал трансформироваться, прямо в воздухе. Сначала стали уменьшаться лапы, затем втягиваться шея, морда стала плоской, исчезли рога. Затем втянулись и крылья, всё тело стремительно уменьшилось в размерах, пока дракон окончательно не превратился в Андрея, ловко приземлившегося на ноги и согнувшегося так, что стал похож на путешествующего по времени терминатора. Образ дополняла его нагота.
        Я быстро стянул с себя длинную рубашку и со смешком бросил Андрею. Тот схватил её и благодарно нацепил на себя.
        - Быстро ты!  - не скрывая восхищения, воскликнул я, выпрямляясь.
        - Я ведь обещал,  - спокойно, но всё же с улыбкой ответил дракон, и тут же нацепил на себя суровое выражение лица.  - Основные силы десанта отвлекает армия Кода. Будь уверен, скоро они прорвут их оборону и ринутся сюда. Тогда у нас не будет никаких шансов. Надо спешить. Уверен, они видели, как я пробрался сюда, и…
        Не дав ему договорить, позади, со стороны прохода на Мусорку, раздался призывный вопль: кто-то отдавал приказ рассредоточиться.
        - Это по нашу душу,  - угрюмо заметил Андрей.
        - Сколько их?  - я почувствовал, как потеют ладони.
        - Точно не знаю,  - покачал головой дракон.  - Но, если судить по запаху и топоту, очень много. Думаю, это внутренняя армия города. Не меньше пятидесяти.
        Пятьдесят?!
        Я скосил взгляд на Лёшку:
        - Щит?
        - Нет,  - покачал головой малец.  - Сил нет.
        - Бежим!  - рявкнул Андрей, тут же бросившись наутёк со словами: - Я покажу дорогу к ТДП!
        Ломанул он, надо сказать, быстро: я едва поспевал следом, подгоняемый лишь мыслью о невероятно близкой цели. Но надежды на то, что удастся скрыться или оторваться, не было: уверен, среди пришедших по нашу душу бойцов найдётся пара-тройка следопытов, или владеющих хотя бы чем-то вроде Эха, чтобы открыть наше месторасположение. Поэтому оставалось только одно: бежать, и как можно скорее.
        В какой-то момент мы оказались в той части Мусорки, в которой я никогда не бывал: не приходилось забираться настолько далеко. Здесь была свалка машин, бытовой техники и других тяжеловесных предметов, наваленных друг на друга нелицеприятными кучами. Андрей застыл возле одной из куч, где два легковых автомобиля навалились друг на друга этакой странной аркой, образуя тёмный узкий проход. Дракон оглянулся на меня и поманил рукой:
        - Здесь.
        Я остолбенел, заворожённо глядя в зев прохода к тому, к чему я стремился всё путешествие. Было чувство, будто я кролик, уставившийся на змею, не способный оторвать от неё глаз. Кролик впечатлён, сведён с ума, но в то же время ему невероятно страшно…
        - А ты?  - обратился я к Андрею, почему-то боясь сделать первый шаг.  - Почему ты этого не сделаешь?
        Дракон пожал плечами:
        - Я в тот раз чуть не умер от перегрузок. Чтоб мы, дети Кода, и пользовались ТДП… да я там и пары минут не проживу. Нет. Это должен сделать ты.
        Аргументы были железные. Я начал было стаскивать с себя Лёшку, отдавая его на попечение дракону, но тут за спиной раздался выстрел, и в бампер машины прямо передо мной попал яркий луч, прошивший её насквозь. И так неустойчивая конструкция зашаталась, норовя вот-вот рухнуть. Я тут же юркнул в сторону, прячась за ближайшей горкой мусора. Дракон приютился рядом. Чуть выглянув из-за ненадёжного укрытия, я заметил отряд десанта, уверенно двигающийся в нашу сторону. Некоторые из них сделали несколько пробных выстрелов. Те довольно успешно прошили ржавый металл «укрытия», но по нам не попали: я согнулся в три погибели, велев и Лёшке втянуть голову в плечи. Среди прочих обычных вояк мною был замечен уже знакомый генерал Вард-Лок, шедший к нам в гости так беззаботно, как будто и не сомневался в исходе преследования.
        - Саш,  - раздался над ухом голос Андрея.
        Я повернулся к нему и не без удивления уставился на искрящийся овал портала, который дракон образовал в своей ладони. Определённо, ему приходилось прилагать невероятные усилия, чтобы творить магию в человеческой ипостаси. Зачем, я понял уже через несколько секунд, когда из портала медленно выдвинулась рукоять трости, которую Андрей схватил и высвободил полностью, погасив заклинание.
        - Что это?  - я непонятливо уставился на трость.
        - Не узнаёшь?
        Но вопрос уже не был необходим. Я моментально узнал эту вещицу, пусть и видел её лишь однажды. Та самая трость, которую забыл у меня Бог Удачи. Хотя теперь я и сомневаюсь в том, что это было обычное стечение обстоятельств. Старый говнюк не забыл её, а оставил, непонятно зачем. Но ведь после она была потеряна в стане эльфов! Хотя… если Андрей умудрился собрать столько армий меньше чем за неделю, что ему стоило отхапать себе этот предмет. Вот только…
        - Зачем она нам сейчас?!
        Вместо ответа дракон молча вытащил спрятанный под личиной трости кинжал. И протянул его мне. Будто сквозь пелену сна я взял его в руки, а затем услышал:
        - Вот. Проткни им меня.
        - Что?! На кой?!
        - Прочти характеристики…  - со вздохом произнёс Андрей.
        Я бегло прочёл. И обомлел.
        КЛЫК ДРАКОНА-ПЕРЕБЕЖЧИКА
        КЛАСС ПРЕДМЕТА: БОЖЕСТВЕННЫЙ
        ХАРАКТЕРИСТИКА: ЯД, ЧТО СОДЕРЖИТСЯ В КЛЫКЕ НЕКОГДА ПРЕДАВШЕГО СВОЙ НАРОД И ПОПЫТАВШЕГОСЯ СРАВНЯТЬСЯ С БОГАМИ ДРАКОНА, ОБЛАДАЕТ НЕСЛЫХАННОЙ ОСОБЕННОСТЬЮ. ОН ЗАБЕРЁТ В ТЁМНОЕ ЦАРСТВО СМЕРТИ ЛЮБОГО ДРАКОНА, КОТОРОГО КОСНЁТСЯ. НО БУДЬ ОСТОРОЖЕН, ЕСЛИ В ТВОИХ РУКАХ ОКАЗАЛАСЬ ЭТА БОЖЕСТВЕННАЯ ВЕЩЬ! ВЕДЬ СТОИТ ТЕБЕ УБИТЬ ЕЮ ТЕХ, ЧЬИМ СОБРАТОМ БЫЛ ОБЛАДАТЕЛЬ ЭТОГО КЛЫКА, И ТЫ СТАНЕШЬ ИЗГОЕМ, ВЕЧНЫМ ВРАГОМ ВСЕХ РАС, ХОТЬ И ОБРЕТЁШЬ НЕВЕРОЯТНУЮ СИЛУ!
        Я ещё раз перечитал текст, не обратив внимание даже на прошивший воздух над моей головой энергетический импульс и далёкий недовольный рёв Вард-Лока «Брать живыми!». И поглядел на Андрея, призывно смотрящего на меня в ответ. Язык заплетался, когда я сказал в растерянности:
        - Но ты же… умрёшь?
        - Да. И готов к этому.  - В голосе дракона не слышалось и капли сомнения.  - Послушай меня внимательно. Моя жизнь ничего не стоит сейчас. Я и так пробыл в облике дракона слишком долго, и теперь вряд ли скоро смогу им стать. Что я противопоставлю тяжело вооружённому отряду десантников?! Но ты можешь. Я исключил из команды Лёшку и себя. Теперь мы трое сами по себе. Убьёшь меня, и даже без дружбы с драконом получишь запредельные характеристики.  - Говоря это, он одновременно стащил с меня не сопротивляющегося мальчонку и усадил рядом, в закутке, где его сложно было бы заметить.  - Система видит меня драконом, и засчитает убийство. Заверши это, Саша. Я просто строчки кода, не больше…
        - Ты мой друг!  - зарычал я, чувствуя, как меня начинает трясти.
        И сквозь охвативший меня гнев не сразу понял, что сильные руки дракона хватают мои, держащие кинжал, а затем, стоило мне всё осознать и предпринять попытку сопротивляться, дёрнули их на себя. Кинжал с отвратительным чавканьем пронзил Андрею грудь.
        Я выпустил оружие из рук, но - поздно. Дракон просто улыбнулся мне и что-то произнёс одними губами. А затем, не кривясь от боли, и вообще никак не выказав, что умирает, раскинул в стороны руки и зашёлся пламенем, рассыпавшись в пыль, в отличие от других существ Кода, что просто падали мёртвыми куклами.
        У драконов иные законы.
        Мне захотелось выкинуть проклятый кинжал, но я не успел. Всё моё тело пронзила невыносимая боль, невидимая сила скрючила меня и заставила повалиться на пол. И сквозь красноту, затмившую передо мной весь мир, и выкрики Лёшки, которые было не разобрать, я увидел бегущие перед лицом строчки:
        ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ!
        ПОВЫШЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИК!
        ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ!
        ПОВЫШЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИК!
        ПОВЫШЕНИЕ…
        И так - нескончаемо долго, пока всё не смазалось в сплошную кашу, и всё моё сознание заняла долбаная боль…
        Понятия не имею, сколько я крючился в приступе, пытаясь хоть на мгновение глотнуть воздух сквозь насмерть стиснутые зубы и будто закупорившиеся ноздри. Но, судя по тому, что десантники ещё до нас не дошли, недолго. Но, боги, чего мне это стоило! Для меня прошла вечность, вечность, за которую я прошёл все круги ада!
        Порой мне удавалось вновь осознавать происходящее, но лишь на доли мгновения, и всё, что я успевал увидеть, это строчки оповещения:
        ПОЗДРАВЛЯЕМ! ВЫ ПРОШЛИ 50 УРОВНЕЙ, И НИ РАЗУ НЕ ПОГИБЛИ!
        НАГРАДА…
        ПОВЫШЕНИЕ ХАРАКТЕРИСТИК!
        И снова дикая, невыносимая боль…
        Всё закончилось резко и неожиданно. Я вынырнул из адского круговорота и тяжело задышал, хапая ртом воздух и пуча глаза. Наверное, это выглядело действительно устрашающе, поскольку у сидевшего в закутке Лёшки не было лица. Ощущения были странные. Как будто я вот-вот подохну от перегрузок, что выдержало моё тело, и в то же время будто мне теперь море по колено. Нет, я не стал выглядеть как халк, хотя моё тело определённо уплотнилось и проявились мышцы. Но при этом внутри себя я ощущал такой прилив сил и энергии, какого не чувствовал никогда!
        Взгляд волей-неволей скользнул проверить характеристики и уровень. Двести тридцать четвёртый. Уровень характеристик вообще не поддаётся объяснению. Даже находись я сейчас в виртуале, наверняка бы попал на первую строчку рейтинга игроков. Насколько помню, самым высокоуровневым в «Techno-Magic» был некий ведьмак-наёмник сто пятидесятого уровня.
        За спиной раздались шаги, и мне в спину упёрлось дуло бластера. И я услышал грубый бас:
        - Заложи руки за голову и не сопротивляйся, Хюман. Медленно и без шуточек.
        Почему-то мне стало смешно. Нет, меня обуревали тысячи и тысячи чувств, но в тот миг я про себя безудержно смеялся. Интересно, этот тип что, не умеет видеть характеристики? Для большего смеха я спрятался под «Невидимкой». Теперь, с моим количеством маны, её присутствие даже не ощущалось. Где-то на периферии зраения мигали оповещения о новых способностях и талантах, но я не обращал на них внимание. Мне стало легко и ясно. Теперь я ощущал магию, даже не сосредотачиваясь на иконках интерфейса. Я просто ЗНАЛ, как колдовать.
        Выполняя указ злющего вояки, стал медленно поднимать руки, подмигнув Лёшке:
        - Эй. Сиди тут, понял меня? Не высовывайся.
        Получив в ответ робкий кивок, я расслабился.
        Пора!
        Стоило мне развернуться, отбив бластер в сторону, и мир вокруг растянулся и смазался, а оружие получило столь сильный удар, что руки десантника не выдержали и выпустили его - бластер улетел куда-то к остальному мусору. Сквозь непроницаемую поверхность шлема я видел, как вытягивается, будто в замедленной съёмке, лицо бойца. Слышал его сердцебиение, настолько учащённое, что казалось быстрым даже в этом растянувшемся на минуты миге. Воин боялся. Воины не должны бояться. Но этот собрался убежать.
        Я выстрелил ладонью вперёд, впечатав её десантнику в грудь и предотвратив его бегство: тот взлетел и умер в воздухе - сломавшаяся грудная клетка пронзила ему сердце. А я нырнул за угол и оказался лицом к лицу с ещё несколькими стрелками, что провожали своего так и не приземлившегося товарища взглядом. Некоторые из них отправились в полёт следом так и не успев меня заметить.
        А вот шедшие за ними десантники даже умудрились совершить несколько выстрелов, медленно и лениво двинувшихся ко мне жужжащими осами. Одна из них даже умудрилась ужалить меня в плечо - хотя, скорее, это я позволил им себя ранить, проверив одну нехитрую догадку. И, как выяснилось, оказался прав: жизни, просевшие чуть больше на сотую долю процента, в мгновение ока восстановились, а неглубокая рана в плече затянулась розовой коркой.
        Что ж, гады - я хрустнул пальцами - из-за вас умер Андрей!
        Фаербол превратил ближайших ко мне бойцов в угли. Затем, сковав льдом телохранителей Вард-Лока, я без труда раскрошил их на мелкие осколки и бросился дальше, лениво уклоняясь от выстрелов и уничтожая одного десантника за другим.

* * *

        Вард-Лок замер в немом ступоре, когда его бойцы, тяжело вооружённые высокоуровневые десантники, общий уровень которых достигал его собственный, вдруг начали отрываться от земли и взмывать в воздух. Словно само притяжение исчезло, заставив их зависнуть роем мух.
        Всё это время он улавливал своим единственным глазом нечто, абсолютно точно не поддающееся объяснению: оно смазывалось в воздухе, исчезало и появлялось в другом месте, и всякий раз, когда это нечто оказывалось возле его бойцов, генерал видел лишь взмывающие в воздух орущие тела. После - больше. Некоторые из стрелков вдруг взрывались ледяным крошевом, и при этом видеть, как была использована магия, Вард-Лок не мог: просто-напросто не успевал!
        Краснокожий гигант сделал несколько выстрелов из пистолета. Но это было то же самое, как попытаться попасть копьём в скоростной истребитель. Когда его луч, кажется, достигал размытой тени, она вновь исчезала, и уже была у него за спиной. Так продолжалось до тех пор, пока Вард-Лок с ужасом не осознал, что его окружают застывшие в воздухе ледяные крошки и разинувшие пасти бойцы, и что с момента непонятного нападения прошло от силы несколько секунд!
        А затем перед ним появился Он.
        Кажется, генералу не приходилось видеть его раньше… Судя по виду - самый обыкновенный Хюман, но его характеристики… Хюман глядел Вард-Локу прямо в глаза, и гигант поёжился. Впервые в жизни ему стало страшно. Страшно?! Как это возможно?! Ему, генералу армии звёздного десанта?! Прошедшего через сотни галактических сражений?! Мечтающего стать Императором и не брезгующего убивать даже женщин и младенцев?! Что может испугать такого, как он?! Хюман?!
        Генерал наставил на спокойного, как недвижимая гора, человека, свой пистолет. В ту же секунду мир вокруг вновь пришёл в движение, крошки посыпались на землю, как и бойцы, чьи хит-поинты рухнули в ноль.
        Только что весь его отряд из пятидесяти шести вояк был уничтожен за несколько секунд.
        В приступе бешенства Вард-Лок нажал на спусковой крючок. Выстрел. Ещё! Ещё! Ещё! Прямо в упор! Лучи прошили Хюману насквозь плечо, затем грудь в нескольких местах, живот, шею.
        Генерал прекратил стрелять лишь когда энерго-запас батарей бластера исчерпал себя. Почему-то дыхание стало невероятно тяжёлым, и гигант разве что не задыхался, медленно опуская дымящееся оружие.
        А Хюман, харкнув кровью, ухмыльнулся и, поведя плечами, прохрипел:
        - Больно…
        Но Вард-Лок его уже не слышал. Он заворожённо уставился на его безумные раны, которые начали затягиваться сами собой схватывающимися друг с другом щупальцами мышц и скрываться за розовой коркой новой кожи. Переведя взгляд на жизни этого существа, генерал покраснел ещё сильнее. Снесённые на четверть хит-поинты Хюмана стремительно неслись к прежней отметке в сто процентов… Четверть хитов?! После полного истощения энергии батарей бластера в упор?! Как это возможно?!
        Кажется, он произнёс это вслух, потому как человек сказал:
        - Я убил дракона. И жестоко покараю тех, из-за кого это произошло.
        С этими словами человечишка выбросил руку вперёд и ухватил своими крохотными пальцами Вард-Лока за горла. Гигант захрипел и, выпустив пистолет, обеими мускулистыми лапами вцепился в ручонку Хюмана. Мышцы его вздулись, напряглись… Ноль реакции. Кажется, это существо даже ничего не почувствовало. Для него Вард-Лок, генерал, убийца, высокоуровневая смерть во плоти, был не страшнее щеночка, дворовой шавки, которую держат за шкирку, а она барахтается и скулит, не в силах ничего предпринять.
        Хюман надавил рукой вниз, сильнее сдавив шею краснокожего монстра пальцами, и Вард-Лок рухнул на колени, затрясшись. Не от боли. А страха.
        - Какая у тебя сила?!  - в панике прошипел он, выпучив покрасневшие от лопнувших капилляров глаза.
        - Достаточная, чтобы впечатать твою рожу тебе же в затылок.  - холодно проговорил Хюман.
        И, сказав это, он замахнулся, сжав руку в кулак…
        - Саша, нет!!!

* * *

        - Саша, нет!!!  - по ушам ударил пронзительный крик Лёшки.
        Застилавшая всё до этого мига пелена спала, и я проморгался. Как будто проснулся от полусна, в котором моя ненависть и кровожадность достигла неслыханных размеров.
        Ощутив вдруг накатившую на меня брезгливость, я разжал пальцы и выпустил рухнувшего на землю и отчаянно хапающего ртом воздух Вард-Лока, который вроде как и сам не мог поверить что жив.
        Обернулся.
        Мальчонка заполз на гору мусора, что далось ему, очевидно, с большим трудом. И, глядя на меня глазами, стоявшими на мокром месте, ещё раз прокричал:
        - Нет!  - он уверенно пополз в мою сторону: ноги влачились за ним мёртвыми змеями.  - Хватит, Саш! Не потеряй себя!
        Я растерянно посмотрел на улепётывающего генерала. Мог бы нагнать его за мгновение, и так же быстро лишить жизни. Но - нет.
        Подойдя к мальчонке, присел возле него и обнял. Тот уткнулся мне в плечо. Кажется, он рыдал, хоть и пытался скрыть это. Видящий… плачет?
        Я отнял от себя Лёшку, всё лицо которого покраснело, а по щекам бежали тонкие мокрые дорожки, и доверительно прошептал:
        - Ты прав, дружище. Во всём прав. Спрячься, ладно?  - я перевёл взор на злополучный тёмный зев, за которым таилась причина войны, отголоски которой были отчётливо слышны здесь, среди гор мусора, оставшегося после некогда великого человечества.
        Лёшка кивнул мне. Утёр слёзы. Другое дело. Я поднялся. И двинулся в проход между ржавыми машинами: мне даже пришлось развернуться боком.
        Пока я протискивался через тёршиеся о мою спину и грудь железяки, не мог, да и не хотел отрывать взгляда от манящей к себе полутьмы. Где-то там, впереди, то, что всё завершит. Осталось сделать лишь несколько шагов…
        Ошибся. Шаг. Всего один. Вот, я ступаю вперёд, и втискиваюсь в небольшое пространство, каким-то чудом сумевшее сохраниться среди этого безумного нагромождения вещей. Здесь можно было видеть: тьму разгоняли редкие солнечные лучи, пробивавшие через зазоры меж мусором. И я увидел. Припав на одно колено в некоем праведном экстазе.
        ТДП. Техника для погружения во всей своей неописуемой красе. Стальной Иисус, раскинувший в стороны провода, как руки, прибитые на кресте. То, что всё это время вело меня вперёд, заставляя вставать даже тогда, когда, казалось бы, не оставалось сил. Но первое впечатление прошло, и я стал анализировать, старательно вспоминая былые годы, которые уже должны были стереться из памяти.
        ТДП не моргала, не искрилась работающими мониторами. Она не работало. На миг этот факт заставил моё сердце замереть. Но тут же пришла некая глупая уверенность: она работает. Иначе быть и не может.
        Ступив на круглую платформу, из которой вырастало крепление с ремнями для игрока и усыпанным проводами шлемом, я начал неуклюжее подключение. Но руки всё равно помнили, как и что делать, и потому уже спустя минут шесть я был полностью зафиксирован ремнями и тросами. Оставалось лишь надеть шлем.
        В тревожном волнении, чувствуя, как по всему телу проступил пот, хотя ничего подобного не было буквально только что, когда я без колебаний убивал существ Кода, я ухватился за края шлема и потянул его на себя. Но прежде чем накрыться им, послал мысленный сигнал:
        «Ева»
        «Да, Саш?»
        «Я спасу тебя»
        «Я знаю…»
        А затем обзор мне перегородили очки шлема, и я не успел даже лишний раз вздохнуть, когда перед глазами возник бесконечный тоннель, похожий на радужный мост Асгарда, который втоптал меня, смял, растянул, и выбросил в виртуал, как какую-нибудь грязную бумажку…

* * *

        Я не увидел окна с выбором персонажа. Не было даже банальной авторизации, что, конечно же, априори невозможно с отсутствием интернета на Земле. И всё же я появился в виртуале: просто-напросто рухнул на голую холодную землю, под внимательно следящими за мной звёздами.
        Не было окна интерфейса, не было никаких вкладок и оповещений, что странно, поскольку всё это было у меня в реальности. Но несмотря на этот необычный факт, я физически ощущал проходящие через мои руки волны энергии, как мана течёт по моим жилам, и прямо-таки молит выпустить её в виде могущественного заклинания. Я мог без каких-либо иконок интерфейса использовать многочисленные магические приёмы, доступные моему уровню: а их было неисчислимое количество! А физические чувства не то что остались теми же - они возросли стократно! Мне казалось, что стоит подпрыгнуть, и вылечу в открытый космос. Дёрну рукой, и снесу скалу, изогнувшуюся в нескольких метрах от меня, как кривая ветка.
        Только всё это в тот момент стало неважным, когда я понял, где оказался.
        Прямо передо мной высился, исчезая в облаках, портал. Точно такой же, каким я запомнил его с той давней видеотрансляции. Сердце застыло, перестав стучать. Я начал медленно приближаться к порталу, ощущая себя духом, путешествующим в странном вязком сновидении, и протянул к нему руку, как зомби, тянущийся к сладким мозгам.
        Но из сладостной неги меня вырвал силуэт, возникший где-то с боку, на самой границе зрения. А затем, не успел я обернуться, по ушам проскрежетал гнусавый и скрипящий, размеренный голос:
        - Вот ты и пришёл. Я видел тебя во снах.
        Обернувшись, я встретил взглядом его.
        На меня смотрел, оглядывая с нескрываемым интересом, никто иной как ОраККул.

* * *

        - Туда! Вперёд!  - указал пальцем Вард-Лок, почувствовав себя намного увереннее, когда перехватил спешивший на защиту города вооружённый отряд. Теперь за его спиной было вдвое больше солдат, и теперь он знал, чего ждать. Специальная техника, использовавшаяся для подачи высокочастотных звуков, заставляющих пасть без сознания любого, кто попадёт под её звуковые волны, тащилась следом.
        Генерал невольно перешёл на осторожный шаг, стоило ему оказаться на той территории Мусорки, где в прошлый раз лишился бойцов: о том свидетельствовал хруст осколков льда под ногами. Шедшие за ним воины прислушивались к отзвукам битвы за стеной и не до конца понимали, зачем понадобились генералу десанта, но задавать вопросов не смели. И потому лишь внимательно оглядывали окрестности, водя дулами бластеров из стороны в сторону.
        И тут - выстрел! Он раздался так неожиданно, что до генерала даже не сразу дошло, что случилось. Лишь один из бойцов рухнул замертво с простреленной головой.
        - Ложись!  - рявкнул генерал и, подавая пример остальным, бросился за ограждения из старинных стиральных машин.
        Отряд бросился врассыпную, а выстрелы продолжали грохотать без остановки, бряцая по мусору, снося перегородки и заставляя десантников бешено метаться от места к месту, стремясь укрыться хоть за чем-нибудь!
        Ближайший к Вард-Локу боец прокричал, перебивая шум выстрелов:
        - Их там что, сотня?!
        Краснокожий гигант попробовал высунуть голову из укрытия, но тут же присел обратно, уходя из-под выстрела, и прорычал:
        - О, Император! Наверняка к ним подоспело подкрепление! Но откуда?! Они же не могли появиться из воздуха!
        Наверное, он бы выглядел в глазах десантников полным дураком, если бы им было известно, что выстрелы производил всего один человек: маленький мальчик с бесполезными отростками вместо ног. Он улёгся в проёме меж машинами, где скрылся его друг и, обложившись бластерами убитых противников, стрелял из каждого до тех пор, пока не сядет батарея, затем хватал следующий и разряжал его, пускай это и было адски нелегко для ребёнка его возраста, тем более с такими слабыми руками…
        Но у него нет ног: он не может сбежать. Да и даже если бы мог, не оставил бы своего поста. Саша сказал ему прятаться… Дудки! Он его не оставит! Не даст проклятому Коду помешать спасению человечества!
        С этими мыслями Лёшка схватил следующий бластер из выложенной подле него кучи и продолжил стрелять, не давая нападающим даже высунуть головы. А те не решались сунуться против сотен невидимых врагов…

* * *

        Я смог раскрыть рот не сразу. Но только с моего языка стали слетать какие-то звуки, я вдруг понял, что глупо и невнятно мычу, вместо того чтобы разговаривать. Глядящий на меня крохотными светящимися глазками-угольками ОраККул перебил меня. Его голос резал барабанные перепонки, заставляя невольно кривиться, но при этом звучал странно-маняще, как если ты слышишь мудрого человека, которому внемлешь, как родителю:
        - По правде сказать, я и подумать не мог, что ты сможешь добраться сюда. Мне виделось, будто ты погибнешь ещё в начале пути… Странно. До этого я не ошибался.
        После его слов я как будто ожил. В голове всё выстроилось в единую ровную линию, мысли сгруппировались и больше не были похожи на витающие в небытии осколки.
        - Откуда ты мог что-то знать? Здесь…  - я зачем-то затоптался на месте, озираясь.  - Взаперти. В клетке?
        ОраККул загоготал. Создалось впечатление, будто заскрежетали друг о друга камни.
        - Взаперти? Взаперти?! О-о-о, друг!  - он полушутливо погрозил мне пальцем, скалясь.  - Я жил здесь, но моё око простиралось по всей Земле! Через сломанные телевизоры, через старые фонари, даже глаза иных существ, я видел всё!  - он раскинул в стороны руки резким жестом.  - Я стал Богом! А виртуал превратился в мой небесный чертог! Подумать только! Полагать, что эти невиданные просторы, дающие мне небывалую мощь, сравнимую с божественной, могут стать для меня позорной тюрьмой! Здесь я свободен как никогда! Гляди!
        Он повёл пальцами, и его окружила стая обнажённых суккуб. Они тёрлись о его ноги, обхватывали гибкими руками бёдра, лезли ему между ног. ОраККул счастливо хохотал. Мне же эта сцена показалась отвратительной.
        - И всё случившееся ради… этого?  - махнул я рукой в сторону демонических красавиц.  - Ради похоти неудовлетворённого мужика, на которого из-за прыщей и расплывшейся физиономии не обращали внимания сверстницы? Ради этого ты уничтожил свой мир?!
        Я начал ощущать, что весь трепет, который я ощутил при виде самого Апокалипсиса, которым являлся ОраККул, отходит на второй план. Он плавно обратился в злость, клокочущую в груди и стремящуюся вырваться наружу. Мне пришлось заставить себя успокоиться, и всё же приходилось почти физически напрягаться, чтобы устоять на месте.
        ОраККул помрачнел. Каменный человек дёрнул плечом, и суккубы с дружным тяжёлым вздохом испарились.
        - Не смей говорить так.  - Куски камня на лице ОраККула зашевелились, изобразив гримасу презрения.  - Ты же не такой? Не такой как все остальные? Ты смог добраться сюда, значит, всё так. Не разочаруй меня, Саша! Ведь это всё…  - Он развернулся и уставился ввысь, на мерцающие на чёрном холсте небосклона звёзды.  - Это доказательство! Доказательство существования самого Бога! И этим Богом стал я! А можешь и ты!.. Да, точно! Ведь скучно править одному, верно?! Да-да. Пантеон! Настоящий пантеон Богов, почему бы и нет?! Как у Древних Греков! Как тебе такая идея, дружище?! Это будет наш мир, для нас, самых могучих существ! Нам будут поклоняться, нас будут любить и бояться, мы… мы станем теми, кем я всегда мечтал стать! Правителями всего сущего! Настоящими вселенскими Божествами!!!
        Он говорил ещё что-то - я не слушал. Лишь отдельные части его слов умудрялись пролезать ко мне в голову. Кажется, он хотел занять место Зевса. А меня сделать своим Гермесом. Мне стало окончательно не по себе. Я знал, что увижу зло. Зло, которое ради собственных амбиций погубило то, что ещё имело шанс на светлое будущее, но окончательно его лишилось. Но это зло представлялось мне Люцифером. Цезарем. Чингисханом. Гитлером. Теперь же я видел перед собой безумца. Свихнувшегося человека, которому просто повезло.
        Я покосился на панель управления, встроенную в стальную коробку у основания портала. Тут же в голове всплыли события далёкого прошлого: запись, на которой ОраККул открывает портал. То же самое место. Те же кнопки и рычаг, подсвеченные красным, будто приглашая их нажать. Что бы там ни было, вокруг меня - игра, виртуальность. Я не должен обладать академическими знаниями инженерии, чтобы вырубить эту штуку!
        Править на Олимпе, говоришь? Заманчиво, чёрт подери… Но не в этот раз!
        Я бросился с места так быстро, что такой скорости, думается, позавидовал бы и гепард. Но, как выяснилось мгновение спустя, недостаточно быстро.
        ОраККул извернулся всем корпусом и выставил в сторону свой пудовый кулачище, больше похожий на знатных размеров булаву. Удар об этот каменный исполин оказался страшен: мир перед глазами перевернулся, и я почувствовал, что лечу.
        Спиной врезался обо что-то, полетел дальше, и заметил, что передо мной крошится скала, которую я только что пробил насквозь. Затем ещё раз. Снова. Снова. Когда я рухнул на землю, прокатившись ещё метров двадцать и врезавшись в какой-то валун, за мной осталась дорога из разрушенных до основания скал.
        Я поднялся. Решил проверить здоровье, но - ничего. Я всё также не видел количества хит-поинтов и маны. Где-то далеко впереди виднелся силуэт ОраККула. Он вроде как смеялся. Только мне было не до смеха. Он дёрнул рукой, и я пролетел навскидку с полкилометра! Да ещё и пробил собой скалы! Что за сила таится в этом каменном теле? Может, он действительно… Бог?
        Но тут пришло понимание. В первые секунды я не придавал этому значения, и вдруг понял. Поглядел на свои руки. Осмотрел тело. Ни царапины. А было ли мне хоть сколько-нибудь больно, когда моим телом ломали камень в крошку? Нисколько. Да и по ощущениям мои хиты не упали даже на один процент. Я чувствовал себя сильным, как никогда. Мы - я и ОраККул - два существа в огромном пространстве, дающим силы обитающим в нём игрокам. И её силы распределились по нам. Нам двоим. Увеличив и мои, убийцы дракона, способности, стократно.
        Я сжал кулаки, и окружившие меня камушки затрепетали. А затем медленно приподнялись воздух и окружили меня крутящимся вихрем. Присев, я сосредоточился на силуэте ОраККула. Вот он, мой враг. Последняя преграда на пути к цели. Главный Босс, от которого следует избавиться. И награда, что последует за победой, отнюдь не опыт и золото…
        Награда - сама жизнь.
        Прыжок вперёд. Настолько лёгкий, что я по ощущениям превратился в пёрышко. Но в то же время пёрышко настолько стремительное, что все пятьсот метров до ОраККула я преодолел в один низкий прыжок за долю мгновения. Кулак ударился в живот выпучившего глаза каменного человека - Ораккул, кувыркаясь, полетел прочь, повторив и мою участь, с той только разницей, что снёс две скалы, а я четыре.
        Он, шатаясь, поднялся, и уставился на меня. Почему в этот миг я не бросился к рычагу? Наверное, потому что в глубине души понимал: он сумеет настигнуть меня на микроскопические доли секунды раньше, чем я успею всё исправить. Так что,  - я хрустнул кулаками, на сводя с каменного человека взгляда - прежде надо покончить с ним.
        Кажется, ОраККул понял мои намерения. Он заулыбался и сплюнул на землю нечто чёрное - наверное, кровь. И повторил мой жест с хрустом кулаков: с его рук посыпалось каменное крошево.
        - Вот оно, выходит, как…  - растягивая слова, произнёс ОраККул.  - Битва Титанов?! Мне это нравится!
        - О, побыстрей бы заткнуть тебе рот…  - покачал я головой, бросившись на врага.
        ОраККул налетел на меня в ответ.
        И содрогнулась планета.

* * *

        - Он там один!  - сообщил, перебивая шум выстрелов, один из десантников.
        Глаза Вард-Лока удивлённо полезли из орбит:
        - Что ты сказал?!
        - Стрелок всего один!  - повторил боец, наклонившись к своему генералу.  - Какой-то малец! Засел в укрытии!
        - Да-а-а?..  - оскалил зубы в усмешке краснокожий гигант и, крутанув в руке пистолет, фривольно выбрался из-за мусора, с улыбкой двинувшись против града выстрелов.
        Лёшка, скрипя зубами, продолжил стрелять в надвигающуюся на него гору, что звалась Вард-Локом, но - безуспешно. Каким бы ни было вооружение, которое он добыл с убитых десантников, всё же его собственный уровень был намного ниже, чем генеральский. Каждый выстрел выбивал из Вард-Лока совсем крошечное количество хитов, и они успевали восстанавливать прежде, чем Лёшка выстреливал снова. И всё же мальчик не прекращал стрелять до тех пор, пока гигант не застыл прямо перед ним, схватив своей огромной пятернёй его бластер, разломив на кусочки.
        Другой рукой он ухватил мальца за шиворот и рванул вверх, поднимая на уровне собственных глаз, сморщившись, когда вспомнил, что совсем недавно его почти также держал за горло тот Хюман…
        Ноги Лёшки повисли плетьми, а сам Видящий заколотил кулачками по ручище монстра: для генерала эти удары были не больнее щекотки.
        - Твой друг,  - прорычал Вард-Лок, указав на брешь за спиной мальчика.  - Он там, верно? Как и прибор, с помощью которого можно связаться с Повелителем… Полагаю, мне незачем спешить. Сначала я оторву тебе твои бесполезные ноги. Затем руки. А после начну медленно рвать всё тело… Твои визги станут для меня музыкой!  - изо рта генерала пошла бурлящая пена. Лицо преобразилось в ненависти.  - Я запомню её и буду напевать, когда сделаю то же самое и с твоим другом, ничтожество!!!
        Всё то время, что краснокожий монстр говорил, он не обращал внимание на мелькающие за его спиной тени. Они стремительно пронеслись меж рядами бойцов, зачарованно следящих за действиями генерала, и забирали их жизни, мощными рывками отрывая им головы.
        Когда последние выжившие стрелки наконец поняли, что происходит, их осталось не больше пары десятков: тени, только что забравшие жизни основного отряда, в едином порыве уничтожили и их.
        Тогда Вард-Лок обернулся. И даже успел выстрелить.
        Прежде чем окутанная в чёрный плащ когтистая белая рука разрубила пополам его пистолет, а несколько других теней набросились на генерала, впиваясь в него клыками и когтями, как охотничьи псы на здорового медведя…
        Мощные пальцы Вард-Лока выпустили охнувшего Лёшку: мальчик полетел вниз с трёхметровой высоты. Но одна из теней пронеслась рядом и ухватила мальчонку, плавно, как кошка, приземляясь на землю.
        Видящий разлепил глаза, которые сами по себе зажмурились при падении, и посмотрел на облачённую в чёрный латекс вампиршу, что держала его в руках, как новорождённого младенца.
        - Лера?  - изумлённо выдохнул он.
        Вампирша кивнула, расплывшись в доброй улыбке:
        - Да, Лёшка. Я здесь. Мы здесь. Прорвались через их кордоны!  - Затем она озадаченно осмотрелась.  - А Саша? Где Саша?
        - Тот красавчик?  - отвлеклась от поедания трупа Вард-Лока черноволосая Ашасс.  - Да, где он! Я соскучилась по этому Хюману…
        - Саша!  - завопил, перебив их всех, Лёшка и, забарахтавшись, выбрался из рук удивлённо отпрянувшей Леры и пополз в проём меж машинами, в гнетущую мглу, пыхтя себе под нос: «Саша, Саша, Саша…».
        - Лёшка!  - воскликнула Лера, бросившись было за ним. Но её остановила сильная рука, легшая на плечо. Девушка быстро обернулась, ощерив выступившие клыки, но вмиг осеклась, увидев перед собой своего жениха.  - Селим?
        Вампир покачал головой, глядя вслед исчезающему во тьме Лёшке. Сказал:
        - Не стоит идти за ним.
        - Это ещё почему?!  - возмутилась, наморщив носик, Лера.
        - Ты видела? Он не ушёл, даже несмотря на свои ноги. Несмотря на то, что не смог бы в крайнем случае сбежать, всё же оставался здесь до конца. Защищая нечто очень ему дорогое. Ты не вправе мешать ему. Пусть уходит… А нам нужно добить живых космо.
        Лера закусила губу, вновь посмотрев в тёмный провал в мусорной куче. И кивнула.
        Лёшка полз вперёд, пробираясь через мусорные завалы, порой пропихивая себя через совсем узки щели, но всё же уверенно стремясь туда, во тьму. Где исчез его друг. Или же брат?..
        Мальчик ускорился, когда выбрался из вытянутого коридора и оказался под куполом из мусора, увидев никогда не виденное им ТДП и Сашу, повисшего куклой на специальных креплениях и в шлеме.
        Лёшка подполз к металлической платформе, кряхтя, взобрался на неё, перевёл дух и уцепился за крепления, подтягиваясь. Ему не понравилось онемевшее тело Саши. По его же рассказам, игроки, погрузившиеся в виртуал, двигались в реальности точно так же как и в игре. А если он был без движения, то… что?
        Мальчонка через силу рассоединил сдерживавшие на весу тело игрока ремни и повалился вместе с Сашей на пол, чуть было не поломав себе все кости. Но это было не важно. Он моментально очухался и приподнялся, заглядывая другу в лицо.
        Здесь, во мгле под грудой мусора, оно казалось бледным и мёртвым.
        - Саша!  - толкнул он обездвиженное тело, чувствуя, как к глазам подступают слёзы.  - Хватит, Саша! Это не смешно! Очнись!
        Но тело не шевельнулось, сколько бы Лёшка ни пытался. В конце концов, мальчик уткнулся щекой в не вздымающуюся грудь и тихо заплакал. И сквозь всхлипы и прерывистое дыхание, под мусорным куполом раздался тихий голосок:
        - Александрович… Моё отчество - Александрович!

* * *

        Я ухватил ОраККула за плащ. Тот сжал мои плечи, будто пытался вдавить в землю. И у него выходило. Но в определённый момент я оттолкнулся ногами и взлетел. По-настоящему взлетел! Устремился ввысь вместе с ревущем на всю округу каменным человеком.
        Кларк Кент, наверное, завидно присвистнул бы, когда увидел, как я рассекаю воздушное пространство и врываюсь в космос. Удар - каменная рожа ОраККула трескается, он летит вниз. Я устремляюсь следом, хватаю его, и вновь лечу вверх.
        Звёзды облепили меня со всех сторон…
        На пути встретился астероид. Или луна - не важно. Мы оба врезались в неё и вместо того чтобы застыть с нулевым процентом здоровья, полетели дальше, глубже и глубже проникая в земную твердь, бурля её похлеще громадного бура.
        Я и сам не заметил, как вновь оказался среди звёзд: оставшийся позади астероид раскололся надвое. ОраККул нанёс удар: я поставил блок, и ударная волна понеслась в стороны, круша встречающиеся по пути космические камни.
        Он вырвался и, отлетев, выпустил в меня искрящуюся молнию. Я поставил щит: заклинание ОраККула врезалось в него и полетело в неизвестном направлении, уничтожив планету где-то на периферии зрения.
        Мы были Богами, демиургами пустого мира, в котором нам было подвластно всё. Мне не было известно, чем все эти годы занимался ОраККул, проводя время в мирке, где он стал самим Божеством… Наверняка удовлетворял свою похоть, лень и скуку. Он не готовился встретить кого-то, кто может прервать его вечное блаженство. Но теперь встретил меня. И впервые за многие годы блаженства получил по каменной роже…
        Я налетел на него и схватил, закружившись в бешеном вихре. Мы били друг друга в корпус, по рёбрам и по лицу, и от каждого удара сотрясался сам космос.
        Я начал чувствовать, что угасаю. Сила, которой питал меня виртуал, была для меня слишком велика, и я выпускал её несдержанно, огромными кусками, в то время как ОраККулу с этим было проще, и он не выглядел сильно уставшим.
        В какой-то миг я перестал чувствовать руки. Они замерли, вцепившись в плащ противника, и не двигались. Создавалось ощущение, словно всё моё тело постепенно замораживается, и я теряю над ним контроль.
        Это проигрыш?
        Глаза закатились, всё окутал мрак… Даже звёзды погасли. ОраККул бил и бил меня, крича. Но я не чувствовал этого. Завалился назад, стремясь отпустить руки и поплыть в бесконечный виртуальный космос, уплыть навстречу звёздам и неизведанным планетам… Я так устал…
        НЕТ.
        Рыча, я открыл глаза и уставился прямо на оцепеневшего ОраККула, собравшегося было вновь нанести удар: его каменный кулак застыл в замахе. А затем я закинул голову, пророкотав:
        - Это тебе за Стёпу!
        Кр-р-рах!!!  - мой лоб выбивает на лбу Божества глубокую трещину.
        ОраККул кричит. Его кулак сдвигается с места и несётся прямо к моему окровавленному лицу.
        - Это за моих родителей!
        Казавшаяся до этого недвижимой рука отрывается от плаща каменного человека и бьёт по его кулаку снизу-вверх. Тот изгибается под немыслимым углом, трещит и крошится. И снова, один бесконечный крик ОраККула, который для меня слаще любой песни!
        - Это за Настю!
        ОраККул уже не орал, а визжал на какой-то небывалой высоты ноте, получив ногой в пах.
        - За Еву! За Андрея!
        Его каменное тело всё крошилось и крошилось: куски камня разлетались в стороны, барахтаясь в невесомости космоса. Я прочно ухватил ублюдка за грудки и стиснул кулаки:
        - А это за весь мир!
        Я понёсся вниз, крепко удерживая барахтающегося каменного человека. Голая земля астероида становилась всё ближе с каждым мгновением, пока я наконец не влетел в неё, запустив ОраККула в полёт со скоростью ракеты, и плавно приземлившись возле образовавшейся воронки, как от ядерной бомбы.
        От воронки, в центре которой возлежал, раскинув в стороны руки, хрипящий ОраККул, шли в стороны в виде креста глубокие щели, прошившие насквозь весь немаленьких размеров космический булыжник. Я какое-то время стоял, приводя дыхание в норму и разглядывая тело божка местного разлива, и, убедившись, что он больше не опасен, обернулся к порталу. И, волоча отнявшуюся ногу, побрёл к нему.
        Дыхание было неровным, кости трещали, а усталость норовила вот-вот утащить меня в тёмное небытие. Поэтому, оказавшись у подножия портала, возле заветного рычага, я повалился на землю, ухватившись за железню коробку с панелью управления белыми пальцами. Подтянулся, скрипя зубами, ухватился за рычаг…
        - Нет!  - разлетелся по астероиду душераздирающий ор ОраККула.  - Постой! Погоди!
        Наверное, всё же нельзя анализировать людскую логику. Она необычайно гибка и изменчива… По какой причине я не нажал на рычаг в ту же секунду?.. Наверное, этого никто не смог бы объяснить. Даже я. Но факт остаётся фактом: я замер и повернулся к своему врагу.
        ОраККул выглядел не важно. Плащ превратился в куски ткани, каменная кожа покрошилась и осыпалась, частично обнажив розовую поверхность обычной кожи, прячущуюся под ней. Странно. Наверное, став частью Земли, виртуал перенял от неё некоторые реалистичные данные. По крайней мере, не припомню, чтобы урон в «Techno-Magic» обозначался так красочно…
        Каменный человек заполз на край воронки. И даже это действие далось ему, очевидно, через силу. Он не говорил - хрипел, и при этом выдыхался через слово от того, что ему приходилось кричать.
        Заметив, что я не шевелюсь, он просветлел в лице. Кажется, это даже ему дало неких дополнительных сил. Он приподнялся и крикнул:
        - Ты не понимаешь, что ты творишь! Откуда тебе знать, что это сработает?! Что произойдёт, когда нажмёшь этот рычаг?! Думаешь, всё вернётся на свои места?! Сотрётся Код?! А если не произойдёт ничего?!
        - Вот и узнаем…  - тихо проворчал я, надавливая на рычаг.
        Портал загудел.
        - Стой!  - вновь воскликнул ОраККул, снова каким-то волшебным образом останавливая меня.  - Ты не знаешь! Ты ведь не знаешь! А я знаю!  - он истерично захохотал.  - Там, на Земле, тебя уже нет!
        - Нет?..
        - Ты мёртв, Саша! Понимаешь, мёртв! Это шаг в бездну! Билет в один конец! Ты не сможешь вернуться обратно! Если уничтожишь этот мир, уничтожишь Код, то и сам погибнешь! Сейчас твой разум сохранён в виртуальности, ты бессмертный! Что стоит тебе просто наслаждаться вечностью, божественной силой! Я уступлю тебе трон! Ты будешь править! Ты построишь Олимп! Что скажешь?! Ты ведь не идиот… Ради чего тебе жертвовать собой?!
        Я задумался. И в самом деле всерьёз задумался над сказанным ОраККулом. Я боялся смерти. И хотел, желал убедить себя в том, что всё это не необходимо. Что я могу просто отпустить рычаг и наслаждаться вечной жизнью в раю. Действительно, что мне мешает? Что зудит на сердце, не давая покоя?
        Ответ пришёл сам собой:
        - Я делаю это ради себя.
        И накинулся всем весом на рычаг, вдавливая его до упора.
        Портал вспыхнул ярким свечением, перекрывшим собой всё вокруг. Я ослеп, не успев зажмуриться, и затем только слышал как выворачивается наизнанку само мироздание, ревёт и бушует виртуал, перебивая отчаянный вопль ОраККула…

        Эпилог

        В кабинете правителя, на самом высоком этаже Башни Власти, царила напряжённая атмосфера. Причём ни один из двух присутствующих здесь не мог объяснить её причину. Ни окутанная в чёрный латекс беловолосая вампирша, закинувшая ногу на ногу, что восседала за большим тяжёлым столом, ни седоволосый старец, лавирующий над полом в специально изготовленном эльфами полукровками антигравитационном кресле.
        Старец сидел у окна, занимавшим собой всю стену, и смотрел наружу. Он часто сидел вот так, и мог часами просто наблюдать за тем, как уже которое десятилетие строится обширный город…
        Высокие остроконечные постройки, похожие на башни магов, соседствовали с приземистыми домишками, каждый из которых принадлежал разным культурам, верам и даже образу жизни. Здесь невозможно было найти ни одной схожей друг с другом постройки: полу-эльфы, полу-орки, маги, охотники, кузнецы, кожевники, оружейники, учёные, обычные горожане - все жили так, как им было удобно. Их правитель старался, чтобы было именно так.
        Вот и сейчас. Вдалеке кружили на своих зачарованных мётлах маги, поднимая на невероятную высоту украшенную барельефами глыбу. Строилась новая башня, наверняка для одного из их братии. Этим магам определённо было комфортно жить именно в подобного рода постройках - наверное, из-за связи с космосом, или вроде того. В любом случае, это было красиво, и старец в антигравитационном кресле не отрывал от этого действа взгляд. Но периодически его внимание всё равно занимала гигантская статуя на главной площади. Которая своими размерами, пожалуй, не уступала ни одной высотке этого града.
        Статуя из чистого мифрила изображала юношу с немного растрёпанными волосами, в бронежилете, с мечом за спиной и автоматом в руках. На плече у него сидел дракон, оплетающий одну из его рук своим хвостом. Лицо юноши архитектор (Не без магии, конечно) выполнил просто виртуозно: оно было и печальным, и хмурым, и насмешливым одновременно. Казалось, с какими чувствами ты на него посмотришь - то выражение лица и увидишь.
        Старец тяжко вздохнул…
        Сколько уже прошло лет с тех пор, как Великий Разлом сменился Великим Удалением, как стало принято называть год уничтожения Кода? Много… Наверное, почти столетие, плюс-минус пара десятков лет. Многое изменилось с тех пор.
        Пусть Код и стёрся с Земных карт памяти, но всё же он оставил своё наследие. Видящих и полукровок. Первые стали отборными магами, а вторые… вторых оказалось намного больше, чем можно было предположить вначале. Выяснилось, что многие Хюманы женились или выходили замуж за существ Кода, стремясь либо обезопасить себя, либо улучшить адскую жизнь. А рождённое от них потомство было уже чем-то другим… Ни Хюманами, ни Кодом. Потому Великое Удаление никак на них не повлияло, дав возможность существовать. Конечно, первое время они подвергались гонениям и даже казням, но, не без вмешательства нынешнего правителя, что парил в антигравитационном кресле, это удалось свести на нет, и начать отстраивать город, общий для всех, как для полукровок, так и для видящих с обычными людьми. Сюда стекались народы со всего Земного шара. Дошло до того, что в одном городе стали проживать все выжившие народы и расы. Пришлось даже вводить новый, Общий язык, который был выдуман заново специально для новой эры, и преподаваться в наспех выстроенных школах. В итоге он всё-таки прижился, так что в итоге все сковывавшие человечество
барьеры пали…
        Теперь стали создаваться специальные отряды. Они рыскали повсюду и разносили весть о городе, в котором безопасно и счастливо жить. Так он и отстраивался, пока наконец не достиг размеров Москвы. Но и на этом правитель не намерен был останавливаться.
        - Прошу прощения, Алексей Александрович…  - хмыкнув, прервала тишину, напомнив о себе, вампирша.
        - Лера,  - улыбнувшись, повёл рукой над одной из рун на подлокотнике кресла старец, разворачиваясь к молодой, нисколько не изменившейся за многие годы, девушке.  - Сколько раз просил так меня не называть?
        - Прости, Лёшка!  - хохотнула вампирша,  - Просто как вижу твою бороду, морщины и… седину, так сразу на какое-то благоговение пробивает. Совсем Вы, Ваше Величество, суровым стариканом стали!
        - Ну, хватит,  - махнул рукой Лёшка, подлетев к столу и, возложив на него руки, скрестил пальцы в замок, напряжённо поглядев на подругу.  - Знаю ведь, зачем пришла. Опять будешь от лица кланов мне это предложение делать?
        - А что, в качестве главы кланов имею полное право!  - развела руки в стороны Лера.  - И я знаю, что задолбала тебя со своим, как ты это называешь, балабольством. Но уж извини, когда тебе стукает второе столетие, поневоле учишься терпению. И я всё же пробью твоё баранье упрямство!
        - Я не стану преобразовываться.  - Сказал, как отрезал, старик.
        - Да почему?!  - схватилась за волосы вампирша.  - Вот старый идиот! Один укус. Коротенький ритуал - и всё, ты как огурчик! И будешь жить ещё тысячу лет! Жизнь вампира не так плоха, как думаешь… Разве что твой дурацкий закон о запрете питья человеческой крови нам жизнь подпортил, но мы ведь создали свои фермы! Животная кровь ничуть не хуже! Ну соглашайся…
        - Нет.
        - О, Тёмные Боги!  - вознесла руки к потолку Лера, откинувшись на спинку стула.  - Этому тупорылому человеку в нынешнем году стукнет девяносто лет, лекарей уже раз десять вызывали, впору гроб заказывать, а он всё выкаблучивается…
        Лёшка улыбался. Ему льстила такая забота со стороны человека, который был ему дорог и важен, да и к тому же напоминал о тех днях, когда ещё был жив тот, кого он теперь называл не иначе как «Отцом».
        - Жизнь тем и прекрасна, Лера,  - протянул, вздохнув, старик.  - Что за ней следует смерть. К тому же,  - он хохотнул.  - Не вечно же мне править! Нужно место и молодым уступать! Вон, мой секретарь, умный полуорк. Давно метит на моё место. Образован, любим обществом… Думаю, через годик, если не помру, отдам ему трон…
        - Ну и дурак,  - насупилась, скрестив руки, Лера.  - Я тебе так скажу, если бы здесь был Саша…
        Договорить она не успела. Стоило сердцу старика ёкнуть при последнем слове вампирши, как двери в кабинет правителя распахнулись, и внутрь вбежал молодой полудварф, тут же припавший на одно колено.
        Он, как и все из его рода, обладал пышной бородой, заплетённой в несколько кос. Чёрные волосы собраны на затылке, из-за плеча торчит рукоять секиры. Одет он был в лёгкие кожаные доспехи, за поясом заткнуто два лазерных пистолета. На одном из наплечников краской аккуратно выведена аббревиатура: «ОП» - Отряд Поисковиков. Хотя и без этой аббревиатуры Лёшка узнал бы вошедшего: то был сам глава поискового отряда, которого правитель самолично и назначил на эту важную должность.
        - Встань,  - коротко бросил на Общем языке старец, выехав из-за стола и приблизившись к гостю.  - К чему формальности?
        - Да, Алексей Александрович,  - выпрямился полудварф, кивнув и также обернувшейся к нему вампирше. Затем его взгляд вновь вернулся к застывшему перед ним правителю.  - У меня важные новости.
        - Кого-нибудь удалось найти?
        - Да, мой повелитель. Нескольких людей и одного демона полукровку. Последний оказал сопротивление, но наш штатный маг его успокоил. Потерь нет.  - на одобрительный кивок Лёшки глава отряда замялся, потоптавшись на месте, и пробурчал: - Но новость не в этом.
        - Что такое?  - сощурившись, заглянул в глаза полудварфа Лёшка.
        Тот ответил не сразу. А ответив, выпрямился по стойке «смирно» и отрапортовал:
        - По пути обратно нами был обнаружен неопознанный объект. При ближайшем рассмотрении и помощи мага было обнаружено, что этот объект - магический портал.
        - Портал?!  - на этот раз подала голос Лера, заинтересованно подавшись вперёд.  - Его сделал кто-то из наших?
        - В том то и дело,  - Полудварф говорил скованно и сбивчиво.  - До сих пор магам не удавалось сделать ничего даже отдалённо похожего на порталы. К тому же, когда маг нашего отряда попробовал как-то воздействовать на него, то получил разряд. Еле откачали. Мы даже пробовали проникнуть в портал. Того, кто попытался, выбросило обратно с многочисленными травмами. Мы понятия не имеем, что это такое. Алексей Александрович…  - понурив взгляд, пробубнил глава поисковиков.  - Если позволите, я бы посмел просить вас… Как сильнейшего чародея…
        - Я понял тебя,  - остановив его жестом руки, проговорил Лёшка.  - Подготовь повозку. Покажешь мне это место.
        - Лёш?!  - непонятливо уставилась на него Лера.  - Ты уверен?
        - Если в этом деле не поможет Верховный Чародей,  - ткнул себя ладонью в грудь старик.  - То для чего я вообще годен?
        - Тогда я пойду с тобой!  - уверенно поднялась Лера, уперев кулаки в бока.
        - Нет,  - покачал головой Лёшка.  - Я не позволю Королеве вампирских кланов рисковать собой.
        - Но…
        - Это приказ твоего повелителя.  - Перебил её суровым голосом старец.
        Вампирша осеклась. Посмотрела в глаза своему другу. В глаза, которые не терпели возражений. И в голове у неё пронеслась мысль, которая мелькала всякий раз, когда она приходила на приём к повелителю: «А мальчик то вырос…»
        Повозка - широкая платформа на грави-подушках, позволявшим ей витать над землёй, с высокими крепкими бортами - остановилась, когда полудварф вдавил в панель управления магический кристалл. Обернулся к повелителю, закрепившему своё кресло в специально отведённой для этого руне по центру, и кивнул, указав мясистым пальцем в сторону раскинувшегося по правую руку густого леса:
        - Там.
        Лёшка кивнул. Повёл рукой, воздействуя на один из бортов. Тот заскрипел и рухнул, уткнувшись в землю и образуя нечто вроде небольшого трапа. По которому чародей и спланировал вниз, безбоязненно двинувшись в полутьму леса, где мелькал отблеск пробивающегося сквозь деревья свечения портала.
        - Мне пойти с Вами?!  - раздался за спиной озабоченный голос полудварфа.
        - Не стоит,  - спокойно произнёс старик.
        - Я жду Вас здесь!
        Последние слова Лёшка слышал уже как отдалённое эхо, полностью углубившись в лес, и довольно скоро вылетев на антигравитационном кресле к месту, о котором говорил ему глава поисковиков.
        И сердце его забилось сильнее.
        Он смотрел на покошенные колья старинного забора, на доску, перекрывавшую ворота, которая теперь съехала с державших её гвоздей и рухнула. На выглядывающие из-за кольев доски приземистых домишек, исчезающих в глубине базы.
        Его базы.
        А прямо перед воротами, застыв в считанных сантиметрах над землёй, расположился портал. От его свечения Лёшка поморщился. Но всё же приблизился к нему. Протянул руку, едва не касаясь клубящегося вихрем света. Прикрыл глаза. Прислушался. Он видел магические потоки, мог прочитать по ним составляющую портала, как если бы читал открытую книгу. Но для него эта книга была написана иероглифами, ему незнакомыми. Лёшка с удивлением обнаружил, что не может разобраться в магической связующей этого заклинания, а также проследить, откуда она идёт.
        Но прежде, чем он успел хоть что-нибудь придумать, послышались шаги. В первое мгновение старик посчитал, что шаги раздаются тут, рядом. Но затем он понял, что слышит их через магические импульсы, и издаёт их нечто из портала. По ту сторону.
        Как только шаги стали настолько тяжёлыми, что начали раздирать барабанные перепонки, Лёшка опустил руку и, проведя по руне на подлокотнике, отъехал назад, замерев и уставившись на возникший в портале силуэт.
        - Ты всё же пришёл…
        Лёшка затрясся, услышав этот голос. Он смотрел в лицо вышедшего из портала человека, и не обращал внимание ни на его странное лёгкое шелковистое одеяние, ни на его босые стопы, которые определённо не касались земли. Только лицо. Улыбчивое лицо молодого юноши, которое он помнил досконально, и никогда не забывал.
        - Саша!  - выдохнул Лёшка, кое-как успокоив намерившееся выскочить из груди сердце.
        Саша широко улыбнулся и приблизился к нему, проведя рукой перед лицом старика. С кончиков его пальцев посыпались какие-то искры, и сердце Лёшки успокоилось, стало проще дышать.
        Что это? Магия? Тогда почему он, Верховный Чародей, не почувствовал её?
        - Я ждал тебя,  - произнёс, присев у ног старика на корточки и возложив ладони ему на колени, юноша.
        - Столько лет,  - закачал головой Лёшка, чувствуя, что вот-вот заплачет.  - Столько лет от тебя не было вестей. Я считал, что ты мёртв… Мы похоронили тебя. Поставили памятник…
        - Я знаю, видел.  - Вздохнул Саша, поджав губы.  - Мне пришлось истратить много сил, чтобы открыть окно в этот мир. И копить их долго. Очень долго. Все эти годы… Я и сейчас с тобой ненадолго. Только чтобы увидеться.  - Он окинул Лёшку взглядом, и от этого взгляда Верховному Чародею стало не по себе.  - А ты постарел.
        - А ты ничуть не изменился,  - тихо прохрипел Лёшка, улыбнувшись сквозь слёзы.  - Разве что наряд у тебя дебильный.
        Они оба захохотали. А затем, через несколько минут шумящей в ушах тишины старик прошептал:
        - Где ты теперь? Откуда пришёл?
        - Ты знаешь,  - задумавшись, закинул голову Саша.  - ОраККул всё же был прав. В каких-то вещах. Мы создали целый мир, иную вселенную, жизнь. И не придавали этому значения, брезгливо назвав виртуальностью. А ведь это действительно целый мир, Лёшка. Целый мир…  - Он посмотрел в глаза старику и со сталью в голосе продолжил: - Если тебя интересует, как я выжил - забудь. Потому как и сам не знаю. Может быть, повлияло и то, что я лично уничтожил портал, сам нажал на рычаг… Этого теперь не узнать. А после того, что произошло, виртуал преобразился. Он наложился на Землю иной реальностью, вторым полотном, окутавшим мир. Стал чем-то вроде иного измерения. Измерения, в котором есть сила, неслыханная до сих пор.
        - Что ты хочешь сказать?  - каждое слово давалось Лёшке с трудом.
        Саша ответил с яркой улыбкой:
        - Я - Бог, Лёшка. И все эти годы я занимался тем, что создавал Божественные чертоги… Не те, о которых мечтал ОраККул, нет. Теперь я могу влиять на погоду, на судьбы людей, даже создавать новые виды. С моей то больной фантазией, вас, друзья, ждут весёлые времена.
        - Значит, теперь ты - Бог Земли?  - грустно усмехнулся старик.  - Похоже, мы все обречены.
        На это Саша усмехнулся и встал, оглядевшись. Он вдохнул лесной воздух полной грудью, сощурился от света солнца и сказал:
        - Как мне не хватало всего… живого. Да, мой мир невероятно реалистичен. Но это не идёт ни в какой сравнение с графикой реальности.  - Он опустил взор, уставившись на Лёшку, и протянул к нему руки со словами: - Пойдём. Погуляем.
        Старик протянул к нему свои руки, пребывая в ощущении сна. Ухватил кисти Саши и подался вперёд, ощущая, как что-то меняется в нём и вокруг.
        А Саша взвалил на спину маленького мальчика, безэмоционального Видящего с атрофированными ногами и, смеясь и рассказывая истории из своей новой жизни, пошёл с ним в глубины леса.
        Оставив за собой одинокое антигравитационное кресло.
        КОНЕЦ.

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader . Для андроида Alreader, CoolReader, Moon Reader. Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к