Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / ДЕЖЗИК / Керлис Пальмира: " Вернуть Огонь " - читать онлайн

Сохранить .
Вернуть огонь Пальмира Керлис

        Не стоит подбирать в мрачных особняках непонятные кольца, даже если они красивые и на вид бесплатные. Это не так. Быть невестой призрака - во многом непросто, как минимум потому что свадьбы не будет. А что будет? Ведь единственный мужчина, обративший на нее внимание, мало того, что редкостный нахал, так еще и охотится на ее жениха.

        Пальмира Керлис
        ВЕРНУТЬ ОГОНЬ

        Стрекот сверчков давит на уши. Душно. Чьи-то нетерпеливые руки подталкивают меня вперед, ближе к заполненному мраком особняку, к навсегда погасшим окнам, к темному дверному проему. Жмурясь от страха, шагаю вперед. Сердце пропускает удар, дыхание сбивается. Сейчас…
        Я мотнула головой, прогнав прочь детские воспоминания, нахлынувшие совершенно не к месту. Волосы растрепались, непонятно откуда взявшийся сквозняк пробрал до костей. Форточку на кухне забыла закрыть, что ли? А прическу жалко - полдня у зеркала с плойкой провела, и пожалуйста. Снова вместо кудряшек ерунда какая-то.
        - Вера,  - виновато вздохнул Вадик и проглотил дольку мандарина не жуя,  - ты плохого не подумай. Ты красивая, честно. Но вот… что-то в тебе не то.
        Я натянуто улыбнулась и отпила из бокала - больше, чем следовало бы. Вино обожгло горло, горячим комом опустилось в желудок.
        - Что «не то»?  - обреченно спросила я, заранее зная ответ.
        - Сложно объяснить,  - скривился он, будто вместо мандарина слопал лимон, а то и два.  - Понимаешь… от тебя словно холодом веет.
        - Это все ветер в моей голове,  - кокетливо хихикнула я, хотя больше всего на свете хотелось запустить бокалом в его смазливую физиономию.
        Загадочный полумрак казался смешным, музыка - слишком слащавой, а вкус вина - приторным. Зря я устроила это… свидание.
        - Ну, я пойду,  - смущенно сказал Вадик.  - Спасибо за чудесный вечер!
        Скомкал салфетку и сорвался с места, словно я собиралась привязать его к стулу и несколько раз посягнуть на его честь. Через пару секунд в коридоре хлопнула входная дверь.
        Про Вадика знает каждый: он готов волочиться за любой юбкой. Но только не за моей. Так уж сложилось - парни от меня шарахаются, в буквальном смысле. Подружки бегают на свидания, массово выходят замуж, а меня будто не видит никто. Отвечаю на бесконечные вопросы мамы о женихах и будущих внуках, в одиночестве приезжаю на семейные праздники и выслушиваю от парней какая я замечательная, но вот, к сожалению, не в их вкусе. А ведь я довольно симпатичная, хоть и не писаная красавица. Миниатюрная, стройная, почти блондинка. Ну вот, опять какая-то анкета для сайта знакомств получилась. Кстати, по фотографиям я там многим нравлюсь, а вот при личной встрече… Лучше не вспоминать!
        Я огляделась по сторонам и нервно рассмеялась. Приглушенный свет, нарезанные в форме сердечек фрукты и витающий в воздухе запах каких-то пробуждающих страсть благовоний, которые мне впарили в магазинчике фэн-шуя. Нескоро их удастся выветрить! Еще купила и надела мини платье самого намекающего вида. Это надо же так опуститься… Осталось разве что лепестки роз на постели разбросать и табличку прибить: «Готова на все». Фу! А ведь Вадик мне даже не нравится. Срочно пора кошку заводить. К тридцати годам надо, чтобы их было штук сорок, как у любой уважающей себя сильной и независимой женщины. Конечно, до этого еще долго, сейчас мне двадцать два. Два раза по два, а до сих пор одна! Это уже не шутки. Кому-то, может, и забавно будет. Девушка, какие ваши годы? Все еще сложится! Имя родители мне дали правильное, потому что надежды нет, и любви тоже, остается только верить. Парни меня боятся, я не преувеличиваю. Сбегают в ужасе. Последняя проверка провалилась. Всеядный Вадик, и тот сказал то же самое. Холод, лед, морозилка - это все про меня! Теперь уж ясно. Я безнадежна.
        Ночью мне снова приснился старый детский кошмар. Вот я вхожу в зал - просторный, мрачный, с блеклыми картинами на стенах и высокими подсвечниками-торшерами во всех четырех углах. У двери на балкон видна громада рояля, наполовину скрытая темной тканью. Клавиши беззвучно двигаются, нежная, похожая на шелк ткань, идет волнами. Пламя краснеет, размеренный треск свечей сливается в щемяще грустную мелодию. Тени на стенах призывно шепчут, их голоса растворяются во тьме.
        Наутро осталось лишь чувство одиночества, безысходности и холодок в желудке. Гастрит, что ли? А ведь мама давно вынесла вердикт - черный сглаз, могильная порча, надо срочно снимать. Редкостный бред, но какие у меня варианты?
        Стоя на пороге типично дачного домика местной ведуньи, я отворила скрипучую дверь и осторожно заглянула внутрь. В коридоре было пусто, прямо как у меня дома. Допотопная люстра с рожками очерчивала тусклый круг света на замызганном паркете, советский диван зиял дырой в обивке, за ним был виден проход - арка, завешенная длинными нитями деревянных бус. Осенний ветер подгонял в спину, я зябко поежилась и вошла. Дверь с грохотом захлопнулась.
        - Проходи,  - велел голос из-за арки.
        Я раздвинула плотные связки нитей, и увидела старушку, сидящую за массивным резным столом. Она молча ждала, пока я просачивалась внутрь и пристраивалась на стул - твердый и очень неудобный. Сзади раздалось чириканье, будто на телефон пришла смс-ка. Я оглянулась и увидела клетку - высокую, бронзовую, старинную. Желтая птичка впивалась клювом в прутик, уставившись на меня маленькими черными глазками. Неправильно! Должна быть ворона. Огромная, черная и мудрая. А не это недоразумение.
        - С чем пожаловала?  - прохрипела ведунья и вытерла лоб морщинистой ладонью.  - Что волнует?
        - Любовь,  - честно ответила я.  - Не складывается ни с кем.
        - Это неудивительно. Ты не свободна.
        - Свободна,  - возразила я.  - Как фанера над…
        - И глупа, как канарейка,  - перебила она.  - Кольцо приняла?
        - Какое?
        - Лучше чье. Вспоминай.
        В памяти всплыл мрачный зал, подсвеченный луной сквозь заколоченное окно, тени по углам. И кольцо на моей ладони - выпуклое с мутным синим камнем.
        - Это была игра,  - уверенно сказала я.
        - То была помолвка.
        Я попыталась осознать услышанное. Не вышло.
        - Уходи,  - недобро бросила старушка.  - Денег не надо.
        - Почему?  - спросила я, но со стула встала. Все равно жесткий.
        - Жизни твоей ничего не угрожает, а мне проблемы не нужны.
        - Проблемы с кем?
        - Замуж собралась, а за кого не знаешь,  - ухмыльнулась эта чокнутая.
        - Нет у меня никакого жениха!
        - Есть. Просто он не из нашего мира.
        Приплыли… Голова пошла кругом, обидно стало до слез. Приходишь к человеку, можно сказать, в отчаянье, а над тобой издеваются! Ну или у нее маразм, в таком возрасте немудрено.
        - Ясно,  - пробормотала я, потому что остановилась на втором варианте. Надо же стараться не думать о людях плохо.  - Все понятно, хоть и ничего непонятно. До свидания.
        - Городская легенда ответит на твои вопросы,  - донеслось в спину кряхтение.
        Спасибо. На кой черт я сюда таскалась вообще?!
        Легенд у нас в городе негусто. Только местные страшилки о ветхом особняке на окраине заброшенного парка. Классическая рухлядь с обугленными стенами и окнами, забитыми досками. В незапамятные времена его построили, веке в семнадцатом. На картинках в краеведческой энциклопедии был весьма красивым, даже с колоннами. Правда, недолго - сгорел. Только отстроили, рухнул. Видимо, криво отстроили. Потом была реставрация, попытка превратить дом в музей, война, снова реставрация и куча попыток спасти памятник архитектуры. Все не слава богу, будто место проклятое. Зато прикольное! В детстве мы с ребятами часто бродили по парку, лазали по облупившимся статуям, разбивали лагерь за кустами шиповника и околачивались вокруг этого дома. Брали друг друга «на слабо»  - кто войдет внутрь и выбежит быстрее, чем через пять минут, тот трусля. Я труслей не стала ни разу!
        Баек об особняке ходило море, самая популярная - там жил графский сын или баронский внук, и изменила ему невеста, да не абы когда, а накануне свадьбы. Он ее порешил тем способом, который больше нравится рассказчику, и сбросился с балкона в любимые кусты роз. С тех пор неупокоенные души обоих блуждают по парку и пугают туристов. Ума не приложу, как графо-барон умудрился разбиться насмерть с того низенького балкона, но… говорят, можно и на ровном месте шею сломать. Другой вариант - без памяти влюбленная служанка забеременела от хозяина, и они с этим делом как-то плохо разобрались, потому что она его столкнула с балкона, а сама умерла от горя. Еще бы, кто же ей после зарплату-то платил? Более правдоподобная история - бедняга растратил состояние, и родители любимой девушки решили, что нищего жениха не нужно им. Отказали, тот напился, ну и - ночь, луна, балкон. В общем, не легенды, так… Глупости любовные. Многим лишь бы какую-то девицу приплести, словно без нее неинтересно. Мне вот гораздо больше нравились версии пофантастичнее, например, о двинутом маге, который открыл портал в другой мир и удрал к
эльфам. Или что барон был пришельцем, и сородичи забрали его с балкона домой, случайно спалив особняк межгалактическим бластером. Ну, это хотя бы смешно! И сразу не так было страшно лезть туда. Раззадоренная местными мальчишками, я несколько раз забиралась в ветхую обитель зла и, надо сказать, была сильно разочарована. Никаких призраков невесты в окровавленном платье или балкона-убийцы - сплошь пыль и запустение.
        Доковыляв до остановки, я села вовсе не в свой автобус - поехала не в родную квартиру, коротать вечер в привычном одиночестве, а в тот самый парк. Зачем непонятно, особняк уже несколько лет как снесли и отгрохали на его месте торговый центр. Здоровенную махину в пять этажей, из стекла и металла. Ни горгулий, ни шиповника - газон и парковка. Инвесторы сумели убедить городские власти, что историческая ценность у памятника сомнительная. Заодно и половину парка оттяпали под застройку. Вот вам и романтика. Через десять минут пустых разговоров с самой собой на тему «что я делаю», очутилась у массивных распахнутых ворот, а чуть позже - в светлом холле торгового центра. Людей была тьма, хоть и не вечер. Сновали с пакетами, шумели, толкались. С растянутого во всю стену рекламного плаката улыбалась модельная дама в купальнике, приторно благоухал магазин косметики. Эскалатор увез меня наверх, к ресторанному дворику, в руки тут же всунули разноцветный флайер. Скидка в суши-баре, если придете парой. Да чтоб вас! Смяла и вышвырнула подальше. Есть расхотелось.
        Лампочки на потолке будто бы моргнули - на мгновение, проходящая мимо девочка уронила с рожка шарик мороженого. Шлеп, и розовая лужица на плитке. Следом - жалобное хныканье. Мать кинулась ее успокаивать, тщетно. Я свернула прочь от нарастающего плача и аппетитных запахов, побрела вдоль коридора, бестолково разглядывая витрины. Попадалось всякое: фигурные стопки книг, собранные из лего роботы, компьютерные игрушки, манекены во всевозможных тряпках. Торговый центр как торговый центр. Вереница магазинов, выше - кинотеатр, еще выше - развлекательный центр и каток. Всюду коридоры со скамейками, пальмы искусственные в горшках. Несмотря на толпу вокруг, одиноко. Всегда одиноко, а сейчас отчего-то и холодно.
        Тупик. Ведущая на служебную лестницу дверь, мигающий запретительным красным огоньком электронный замок. Догулялась. Что я здесь забыла? Неужели поверила?… Глупо оно! Эта, с позволения сказать, ведунья - обыкновенная мошенница. Навыдумывала ерунды, мозги мне запудрила. Но зачем? Денег не взяла… И кольцо, кольцо-то было. Помню его прекрасно, сколько лет уже мне снится. Нашла на втором этаже, у того балкона. Толстый серебряный ободок, мутный камень темно-синего цвета, бесконечно глубокого. Бездна бездной. Я сунула кольцо в карман, красивое и явно ничейное. Очень холодное, до дрожи… Куда же оно потом делось?
        Красная точка вспыхнула ярко-алым, на секунду ослепив. Что за… Поплывшая дверь, запах чего-то горелого. В ушах - звон. Карман странно потяжелел. Замутило, по полу заструилась дымка. Серая, едкая, густая. Пожар?! Не похоже! Холодом повеяло сильнее, зубы застучали. От страха, кажется… Дышать нечем, и шевельнуться страшно. У ног - пропасть с тлеющими краями. Я зажмурилась, мысленно повторяя, что все это не по-настоящему. Просто не может быть по-настоящему. Снова сон. Через силу вдохнула, запустила руку в карман. Ничего, пусто.
        - Детка, сделай одолжение,  - вернул в реальность нахальный голос,  - сдвинь свою задницу чуть в сторону. Она, конечно, прекрасна, но пройти мешает!
        Я вздрогнула. Моргнула - раз, второй. Дым и гарь улетучились, вместе с ожившим некстати кошмаром. Под ногами блестела обыкновенная плитка, отражая льющийся сверху свет. Напротив меня была дверь, по-прежнему запертая. Робко горел красным замок, где-то вдалеке коридора заливалась сигнализация. С пожарной тревогой ничего общего.
        - Ну, давай-давай,  - раздалось сзади уже настойчивее,  - шевели ножками, не коротенькие же.
        Я обернулась. Симпатичный… Правда, на бандита похож. Широкие плечи, наглая физиономия. Недельная щетина, черные волосы дыбом, расчески не видавшие еще дольше. Кожаная байкерская куртка, перчатки с обрезанными пальцами, грязь на потертых джинсах. Взгляд откровенно изучающий, дерзкая ухмылка. В общем, плохой мальчик, с которым хорошим девочкам общаться противопоказано.
        Он утомленно вздохнул. Его руки беспардонно обвили мою талию, притянули к себе. Ой! Оказался близко, ближе некуда. Запахло сигаретами и машинным маслом, до головокружения. Шею обожгло горячим дыханием, я нервно сглотнула. Незнакомец отпустил меня и шагнул на то место, где я прежде стояла.
        - Вот видишь,  - подмигнул он,  - это легко. Попробуй как-нибудь сама на досуге.
        Пикнул карточкой-пропуском перед замком и исчез за дверью, теперь медленно закрывающейся. Что?… Что это сейчас было? Ко мне как бы… подкатывали?! Я опять моргнула, на сей раз осмысленнее. Придержав дверь ногой, юркнула следом.
        Настигла с трудом - на лестничном пролете последнего этажа, перед закрытым массивной решеткой выходом на крышу. Ничего себе у него скорость! И ведь не гонится никто. Ну, почти.
        - Стоять!  - скомандовала я.
        Кажется, слишком громко, еще и эхо подхватило. Он замер, развернулся. Взгляд мне достался настолько озадаченный, что в нем даже проблеск интеллекта промелькнул. Или померещилось… Я приосанилась, этот бандитский тип облокотился о перила и вопросительно изогнул бровь.
        - Если задница у меня прекрасная,  - перешла я сразу к делу,  - значит, она тебе понравилась?
        Бровь удивленно поползла на лоб, да там и приклеилась.
        - А я?  - вырвалось само.  - Я тебе тоже нравлюсь?
        - Воу-воу,  - он попятился,  - полегче. Я буду звать на помощь, так и знай…
        Я закатила глаза. Шутник нашелся. Ну и пусть мои вопросы звучат странно. Или неподобающе. Мне терять нечего!
        - Обнял же! И как, тепло было? Приятно? Хочется повторить?…
        - Вот это напор,  - присвистнул тот, продолжая пятиться, пока не уперся спиной в решетку.  - И многих таким образом догнала?
        - Ни одного,  - честно призналась я и в несколько решительных шагов преодолела расстояние между нами.  - А что, разонравилась?
        Парень задумчиво запустил пальцы в волосы. Стал еще симпатичнее, как назло. Наверное, потому что пригладил их немного.
        - Вера,  - представилась я зачем-то.
        - Извини,  - шепнули томно,  - бабушка запрещает мне знакомиться с девушками.
        - Считай, уже познакомились. Елена Викторовна?  - Я издевательски кивнула на выглядывающий из его кармана пропуск с фотографией седовласой женщины.  - По-моему, тебе тут быть не положено.
        - Это и есть моя бабушка,  - ничуть не смутился он.
        - Детей у нее нет,  - парировала я.  - Только мопс и три кота. Которым будешь?
        У маленьких городков свои фишки. Помимо заброшенных домов с жаждущими женихаться призраками.
        - Ладно, ты все раскрыла…  - Воздух рассек тонкий писк, затем - бряцанье решетки. Мгновение, и он ловко захлопнул ее перед моим носом, оказавшись по ту сторону.  - Поэтому я вынужден спасаться бегством.
        Пару секунд видела его спину, после - опустевшую лестницу. Гад! Действительно смылся! Впрочем, случай не первый, и точно не последний.
        От злости и безысходности я пнула решетку. Послушав ее возмущенное дребезжание, спустилась обратно. На первом этаже рабочие разгружали какие-то ящики, оставив дверь нараспашку, я спокойно проскользнула на улицу. И поняла, что все. Не могу так больше! Порчи, призраки, проклятия… Не знаю, существуют ли они, но против фактов не попрешь - сны у меня навязчивые, а глюки на редкость однообразные. Даже если я сошла с ума, приятного мало. Тлеющая пропасть под ногами и запах дыма до сих пор пугали до ужаса. Моментально оживали в памяти, стоило лишь закрыть глаза… Хватит, надоело! Надо с этим бороться. Супермаркет был к моим услугам, выбор успокоительного на несколько витрин. Домой завалилась с полным пакетом разнокалиберных конфет и бутылкой виски. Как там было? «Джек сделает тебе хорошо…» Я готова! Кроме Джека все равно больше некому…
        Моя собственная вечеринка. Громыхала ничуть не романтичная музыка, трюфели и шоколад таяли во рту. Мягкий диван, теплый плед. Детские мультики по телевизору, от которых никакого стресса. Добавленный в колу виски делал жизнь лучше, прямо чувствовала, как она налаживается. Хотя без колы тоже шло неплохо! Бутылка пустела, улицу за окном окутывала темнота. Перед глазами плыло, то и дело тянуло хихикать над беганьем Смешариков на экране. Забавные такие, круглые. От конфет подташнивало, видимо, перебрала я их… конфет этих. В кадре появился большой деревянный сундук, и меня сорвало с дивана. Конечно, сундук! С древним барахлом, в углу кладовки. Получила в наследство от крестной вместе с квартирой. Валялся годами, набитый всем тем, что жалко выбросить. А выбросить ей было жалко мои старые игрушки, детсадовский костюм снежинки, школьные рисунки, и прочее, прочее…
        Я перерыла сундук вдоль и поперек. Нашла. Среди пластмассовых кубиков и крошечных чешек, на дне. Кольцо. То самое, из снов, с синим камнем. Настоящее, старинное на вид, и мертвецки ледяное. Выходит, притащила из особняка сюда. И ведь не потерялось… Повинуясь непонятному порыву, я осторожно поднесла кольцо к кончику безымянного пальца. В ушах раздался треск, горячий воздух обжег, отчетливо запахло гарью. Но стало жутко холодно. Я бросила его в карман, мотнула головой - раз, еще, и еще. Пока мысль не утряслась. Кольцо реальное, оно существует. Это правда. Помолвка была? Я подобрала его, получается, дала согласие. И теперь любовь до гроба с тем, кого сотни лет как нет? А вот фиг! Обойдется, покойничек. Как согласилась - так и откажусь! Подумаешь, забрала побрякушку. Верну. Пусть только попробует обратно не взять!..
        Меня не остановили ни заплетающиеся ноги, ни полночь на часах. Я решительно вывалилась из подъезда в такси и продиктовала адрес торгового центра. Что значит, не работает уже? Плевать!
        Вышла у входа в парк. Отсветы фонарей разгоняли мрак, ночной воздух отрезвлял. Точнее, пытался… Я срезала путь через темные кусты, бесстрашно прошагала мимо улюлюкающих с лавочки сомнительных типов. Спорим, я не в их вкусе? Ха-ха! Сексуальные маньяки тоже не страшны. Это им бы надо… бояться…
        Торговый центр с погасшими окнами, но горящими вывесками, возвышался неприступной громадой. Кроны деревьев шуршали, медленно покачиваясь на ветру. Зловеще, ик… Я двинулась вдоль забора, поросшего плющом, прикидывая - где именно раньше был дом? Вроде здесь. Пустая парковка расплылась, привиделась облезлая статуя у ворот. Глядела на меня с укором. Я шагнула к ней, подступило удушье, желудок болезненно сжался. Картинка из кошмара вновь ожила. Почерневший особняк. Свист ветра между стен, стук наполовину прибитых досок. Плотно заколоченный вход, удобная ступенька-подоконник, щель в окне. Через нее мы и забирались…
        Я запустила руку в карман, стиснула кольцо в кулаке. Размахнувшись, зашвырнула в окутанный дымом дом и крикнула:
        - Я передумала! Забирай обратно.
        В висках застучало. Голова закружилась, по воздуху разнесся пепел. Натурально, пепел! Особняк вспыхнул спичкой, факелом, до самого неба. Жар невыносимый, треск пламени. В нем соткался силуэт, вихрем пронесся над обугленной крышей. Палец обожгло болью. Чувствовала его, не глядя. Кольцо… Всем нутром ощущала холод, лед, саму смерть, ну или ее отпечаток. Она была рядом, близко, не моя, но связанная со мной тысячей незримых нитей. Вместе навсегда. Отзвук неразборчивых слов, чья-то хватка на плече. Не отпустит…
        - Слушай, ты,  - прошипела я,  - между прочим, это незаконно! Мне было восемь.
        Дым рассеялся, вместе с наваждением. Ни статуй, ни пепелища. Увидела пять этажей ультрасовременного здания и охранника перед собой, в форме и недоумении. Его железная лапа сжимала мое плечо, на хмуром лице ничего хорошего не читалось.
        - В дупель, что ли?  - рявкнул он, грубо толкнув меня к воротам.  - А ну, вон отсюда!
        - Не тех гоняете,  - протянула я, с трудом удержав равновесие.  - У вас тут призрак-педофил завелся…
        Брови охранника сдвинулись в одну линию, довольно недружелюбную. Понимания озвученной проблемы - ни грамма. Вопиющая безответственность.
        - Иди домой,  - поторопил он, указав пальцем на кусты, будто там я и жила,  - протрезвей.
        Стало обидно, очень. До этого ниоткуда не выгоняли, если не считать тот случай в детском лагере, когда мы играли в бутылочку, и никто не захотел меня целовать. Ну вот, опять некстати вспомнилось… Все мои беды из-за одного дурацкого кольца, абсолютно! А ведь оно даже не в моем стиле!..
        - Знаете, что?  - встала я в позу. Не уверена, в какую именно, но внушительную.  - Вы не имеете права меня выставлять, ясно? Это моего жениха дом! Был… Понастроили здесь… А моего разрешения спросили?! Может, я против! Снесли, понимаешь ли, почти законную свадебную недвижимость. Хапуги! Мошенники!
        - М-да, явно чем-то позабористее заправилась,  - проворчал охранник, принюхиваясь.
        Я обогнула его и ломанулась к парковке, на бегу пытаясь стащить с пальца чертово кольцо. Подальше зашвырну, вдруг сработает! Увы, не снималось. Никак. Словно влитое сидело! Блюститель порядка подло настиг меня у шлагбаума, подцепил за шиворот, я потрясла рукой перед его носом, надеясь, что кольцо таки соскользнет. Фиг. Да и расценили мои телодвижения как-то превратно.
        - Сейчас полицию вызову,  - пообещал охранник грозно, увернувшись от просвистевшей у его щеки ладони,  - пристроят тебя по назначению!
        Я фыркнула, сзади донеслось ласковое:
        - Нет-нет, полиция лишняя, мы уже уходим.
        Хм-м-м? Голос, несмотря на интонацию, был смутно знакомым. Я заглянула за спину охранника, сфокусировала взгляд. Ну, надо же, кто нарисовался!
        - О, Елена Викторовна,  - пропела я приветливо,  - что-то заработались вы сегодня.
        Не так давно удравший от меня тип усмехнулся. Подбросил на ладони ключи, кинул их в карман куртки и на полном серьезе заявил:
        - Это мое. Существо злобное, но забавное.
        Чего?! Зато охранник руки убрал. Уставился пристально, со странным недоверием. Я поправила кофту и твердо решила былых обид не прощать. Вздернув подбородок, сказала честно:
        - Я его не знаю!
        - Верочка, ну хватит,  - одернули с такой натуральной обидой, что впору было прослезиться.  - Подебоширила, теперь пора баиньки.
        - Никуда. Я. Не пойду!
        Он невозмутимо кивнул. Мгновение, и меня сгребли в охапку, прямо на глазах равнодушно зевающего хранителя порядка. Оказалась варварски закинута на плечо, еще и шлепок по заднице получила за попытку вывернуться. Ух ты… Я протестующе пискнула, забор начал отдаляться.
        - Эх, Родька,  - пробормотал вдогонку охранник,  - не мог себе нормальную бабу найти?
        Что?! Я нормальная!
        Мир гнусно закружился, рядом пикнула сигнализацией машина. Вернее, ее очертания. Куда это мы? Не поеду! К горлу подкатила тошнота, лишая возможности высказаться. Чертовы конфеты… Щелкнула дверца, из салона пахнуло теплом. Сгрузили на заднее сидение, между пакетом с непонятной пластмассовой ерундой и диванной подушкой. Я сглотнула противную горечь и хотела наконец возмутиться, но голова так удобно легла на подушку, словно мы были созданы друг для друга. Пока я дошла до мысли, что возмутиться-то можно и лежа, машина тронулась с места. Укачало за секунды, со всех сторон накинулась темнота. Подушка стала совсем родной, глаза закрылись сами собой…
        Когда открылись, за мутным оконным стеклом занимался рассвет. Ярко-оранжевый, с насыщенными розовыми всполохами. Как с картинки, если не считать тех подозрительных пятен, сквозь которые приходилось это великолепие наблюдать. Я осторожно приподнялась, силясь не тревожить ежиков в голове. Они пищали, кололись и вели себя из рук вон плохо. Осмотреться пришлось, болезненно прищурившись. Ага, машина… Кроме меня в ней никого. Просторный салон, запах старой кожи. Потертые сидения, глубокая царапина на потолке. Висюлек всюду до кучи с черепами, сушеными глазками, когтями и даже лапками. Жуть. Со скрипом припомнились события минувшей ночи. Ох, ё! Вот это угораздило. На пальце было все то же неснимаемое кольцо, за окном - слякоть и редкий покосившийся забор, за которым едва виднелся приземистый домишко. Куда меня завезли?… Может, он все-таки маньяк? Не сексуальный, а обычный такой маньяк, скучный. Прикопает на окраине, и поминай, как звали. Я завозилась, поддела дрожащими пальцами ручку дверцы. Та легко отворилась. Снаружи окутало прохладой, окрестности вмиг перестали быть неведомой окраиной. Знакомый
поселок. Особенно крыльцо типично дачного домика ровно напротив машины.
        Совпадение?… Вряд ли. Мне туда - не сомневалась. Не приглашали, но где еще искать этого похитителя нетрезвых девиц? Я повторила недавний путь: калитка, скользкие ступени, незапертая дверь, пустой коридор. Нехорошо, но звонка не было, а на стук и громкое приветствие никто не отзывался. За аркой в одиночестве чирикала птичка - звонко и лениво, подоконник ломился от горшков с рассадой. Не заметила их вчера… Широкий стол усеивали разложенные на газетке душистые травы, на самом обыкновенном единственном стуле покоилось едва начатое вязание в куче клубков. Комната выглядела далеко не так пугающе, как в прошлый раз. Местная ведунья специально перед клиентами мистичность наводит? Ну или у меня во время визита случился приступ богатой фантазии! Голова загудела с удвоенной силой, подтверждая догадку - сейчас режим фантазий недоступен…
        Из глубины дома донеслось шипение и невнятное бряцанье. Значит, есть кто-то живой. Я вернулась в коридор и прошла дальше, на шум. По вздувшемуся паркету, мимо приоткрытых дверей и стенного шкафа, из которого пахло старьем и нафталином. Кухня, крохотная. Древний пенал, посеревшие от времени столешницы. Гудел пузатый холодильник, на чугунной плите шипела и пузырилась маслом сковородка. Сбоку на скрипучей доске нарезала картошку ломтями старушка в халате, цветастом и жизнерадостном. Я споткнулась о здоровенный кабачок на входе и окончательно почувствовала себя вломившейся без спросу нахалкой.
        - Вы меня помните, наверное,  - сказала робко хозяйской спине,  - я…
        - Упрямее, чем мне сначала подумалось. И глупее, в разы.
        Хриплый властный голос словно по гвоздю в виски вбил, в горле предательски пересохло. Ведунья обернулась. Зыркнула на меня так, что будь здесь лопата и печь, следовало бы заподозрить ее в скверных намерениях.
        - Он тебе в этом не поможет,  - отрезала она.  - Не надо.
        Интересно прозвучало. Речь о моем новом знакомом? А что именно не надо? Предполагается, будто я в курсе?… Вот теперь еще интереснее! Я сделала умное и очень уверенное лицо. Ну, насколько позволяло состояние…
        - Не стоит оно того,  - жестко пояснила ведунья.  - У тебя жизнь есть, твоя собственная, цени. В ней много чему место найдется, помимо мужиков. Не столь велико горе, чтоб новое призывать! Брось. Найдешь себя в другом. Многим и такого не дано. Дух, что привязан к тебе, силен. Ты в безопасности, покуда с ним. Жива, здорова. Не зли его!
        Отговаривает. Получается, можно что-то попробовать? Тогда еще как надо!
        - А я рискну,  - выдавила я сипло, оттого не слишком убедительно вышло.  - Не нужна мне такая жизнь…
        Она сдвинула седые брови и смахнула на сковородку картошку с доски. Масло брызнуло во все стороны, я вздрогнула и отскочила. А ей хоть бы хны… Терминатор, а не старушка.
        - Коза бестолковая,  - высказали мне.  - Только хуже будет.
        Я бы ответила, что хуже вроде бы некуда, но язык увяз во рту, и как-то дурно стало, хоть рядом с кабачком ложись.
        - Знаю я, чего тебе нужно,  - зло бросила ведунья, распахнув створку пенала.
        Оттуда одуряющего громко звякнуло, забулькало. «Пожалуй, не стоило ее злить»,  - подумалось с опозданием. Перед глазами поплыли мутные круги, из-за них вынырнуло морщинистое лицо. В руки ткнули стакан воды. О! Осушила его за секунды. М-м-м, холодненькая… Но привкус странный… Я уставилась на пустое дно и озадаченно облизала губы.
        - Сейчас с женихом и познакомишься,  - захохотала старушка, ловко выхватывая стакан.
        А?! Я закашлялась. Не смешно!
        Она демонстративно отвернулась к сковородке, жареной картошкой потянуло невыносимо. А еще прогорклым маслом и солью. Желудок сжался в тугой комок. Не от голода… Если я что-либо съем, меня вывернет. Ну или если продолжу нюхать то, что можно съесть.
        Кабачок оскалился рвано обрезанным хвостиком, в коридоре хлопнула дверь. Пробухали тяжелые шаги, явно в нашем направлении. С кухни меня сдуло безо всякого сквозняка. Свернула за угол и столкнулась с тем, кого, собственно, и искала.
        - Вот ты где,  - сказал он таким радостным тоном, какого наверняка не слышали даже в бюро находок.  - Я уж думал, удрала. В лес.
        - Пытался преследовать?  - уточнила я, двумя пальцами выцепив из его шевелюры кусок обломанной ветки.
        - А то. Теперь снова твоя очередь.  - Этот нахал издевательски подмигнул и крикнул так, что я чуть не оглохла:  - Бабуль, до вечера!
        О-о-о… Это и есть та самая бабушка, которая запрещает знакомиться с девушками? Пожалуй, дела у него обстоят немногим лучше, чем у меня!
        Я доковыляла за ним до прихожей, за дверь вывалились вполне грациозно - не упав. На крыльце облокотилась о перила, вдохнула полной грудью. Опора, свежий воздух. Хорошо! Голова гудела чуть меньше, словно ежикам вздумалось вздремнуть. На улице заметно посветлело, наконец смогла нормально рассмотреть машину за забором. Волга старая, прям совсем, натурально советская. Черненькая, лупоглазая. Выглядела довольно прилично, разве что помыть бы ее. Царапины на боку смотрелись стильно, эдакими брутальными шрамами. Охренеть, раритет! Я протерла глаза, машина никуда не делась. М-да… Как оно дожило до наших времен? Ее хозяин что, некромант?!
        Некромант проследил за моим взглядом, красноречиво усмехнулся. Встал чуть поодаль, весь такой непричастный, будто не он меня вчера со стоянки утащил. И было бы куда и зачем - в машину, спать! Размяв затекшую спину, я наморщила лоб и спросила:
        - Родион же, да?
        - Кое-что из вчерашнего помнишь,  - протянул он уважительно.  - Не ожидал! Чем ты так надралась-то, а?
        - То, чем надралась, уже закончилось!
        - Виски?
        - По запаху определяешь?  - восхитилась я.  - Талант.
        - У меня их много. Талантов.
        Почему-то бросило в жар. Приятный, но странный. Пришлось вдохнуть поглубже. Родион шагнул ко мне, на мгновение замер, и решительно приблизился вплотную. Моя левая ладонь вдруг оказалась в его, серые глаза прищурились. Я нервно сглотнула, в горле мгновенно пересохло, воздух куда-то подевался. Весь! Покалывание на коже, нагревшийся ободок кольца. Оно дрогнуло и легко соскользнуло с пальца. Прямо ему в ладонь. Обалдеть! Он задумчиво подбросил кольцо. Поймал и констатировал:
        - Дрянь всякую подбирать любим, значит.
        Что?! Ответила бы, да еще как, но… Этот сверхтактичный тип, чтоб на него учебник хороших манер упал, не просто любитель порисоваться. Он ведь снял его! Снял!.. Кольцо это проклятое. При мне. Только что. Боже!..
        - Я…  - мысли спутались.  - Ты… Оно… А что это за штука?
        - Ну,  - таинственно протянул Родион, разглядывая кольцо. Может хоть насовсем себе оставить, я не против.  - Атрибут варварских, давно устаревших церемоний. Помолвка, брак, все такое…
        - У меня вчера снять не получалось,  - пропустила я колкости мимо ушей.  - Старалась, старалась, и никак.
        - Не твой размер?  - скептически улыбнулись мне.
        Захотелось его стукнуть. Аж ладони в кулаки сжались! Ай… Отманикюренные перед недавним свиданием ногти больно впились в кожу, Родион уставился на меня с тем веселым умилением, с каким обычно наблюдают за кусающим свой хвост котенком. Я спрятала руки за спину и сделала то, что мне часто советовала мама: глубоко вдохнула, медленно выдохнула. Буду пререкаться, ничего кроме ответных шуточек не дождусь. Запретительная бабушка мне помогать не стала, и ему явно велела со мной не связываться. Упоминала риск, проблемы и «хуже будет». Собственно, почему он должен ее ослушаться? Кто я такая-то?
        - Хочу избавиться от него,  - сказала я прямо,  - и от кольца, и от жениха дохлого. Можешь помочь? Взамен… на что-нибудь.
        В глазах напротив мелькнул интерес, и что-то еще, неуверенное. Сомнения? Хм… Новый опыт с парнями! Впервые не безоговорочное «нет».
        - Вера,  - произнес Родион серьезно. Ни издевок, ни улыбочек.  - Ты во все это действительно веришь?
        Я покосилась на серое кольцо в его ладони. История, конечно, за гранью. Похоже на выдуманный бред, который сойдет разве что для пьяных туристов или наивных впечатлительных дурочек. Ни один здравомыслящий человек на байки о потусторонних женихах не купится. Но факт: никто, никогда, ни разу, даже не посмотрел на меня как на девушку. Проявляла инициативу - тактично отказывали, тайком избегали, откровенно шарахались. Каждая попытка мимо! Не бывает такого невезения. Если дело не в призраке, то в чем? Выходит, я просто… стремная, что ли?! Ну, нет! Привидения виноваты, и точка.
        - Верю,  - ответила я без малейших колебаний. Так убежденно, что спина сама собой выпрямилась, а подбородок поднялся.  - На все готова!
        - Любопытно.  - Мне достался очередной оценивающий взгляд, довольно нескромный.  - Прямо на все?
        Мой же томный взор намертво прилип к забору, щеки залила дурацкая краска. Но я все-таки кивнула. Тоже забору… Хохотнув, Родион цапнул меня за ремень джинсов. Э-э-э! Крыльцо стало тесным, а забор совершенно гипнотическим. Прикосновения явственно почувствовались и сквозь ткань, в оттянутом настойчивыми пальцами заднем кармане осело злополучное кольцо.
        - Больше не кидайся,  - усмехнулся он, убрав руки.  - Пригодится.
        Гад! Нет, ну какой же гад! Я стиснула зубы, чтобы не высказать это вслух, и наконец подняла на него глаза. Кажется, они были злые. И никакие мамины техники не помогут, хоть обдышись!
        - Да?  - процедила я, отыскивая во дворе предмет потяжелее. Увы, ассортимент подкачал. Лишь пустое ведро у перил напротив, вряд ли дотянусь. Впрочем, попробовать стоит!  - Конкретно кольцами не кидаться, или вообще?…
        Родион посторонился, с джентельменским видом освободив мне путь на лестницу и заслонив ведро.
        - В машину садись,  - сказал с той многозначительной интонацией, когда вовсе не до дома предлагают подвезти.
        Неужели есть контакт? Он мне поможет?… Было не особо понятно, да и условий не прозвучало никаких. Но сама ведь заранее на все согласилась. И даже если надо мной попросту издеваются, что я теряю? Увлекательный вечер в компании компьютера или вечно сочувствующих подруг? Переживу, пожалуй.
        Я забралась на переднее сидение, коварно рассчитывая, что сидящего рядом собеседника игнорировать сложнее. Зеркало заднего вида отразило мою заспанную и одновременно невыспавшуюся физиономию, и знатный шухер на голове. Жесть… Безо всяких проклятий шарахнешься. Кое-как пригладив волосы, я выцепила из-за спинки ремень безопасности и прилежно пристегнулась. В отличие от водителя, который завел машину, и небрежно вырулил со двора, не отрываясь от дисплея телефона. Ладно… Раз мы вчера доехали, авось, и сегодня выживем. Урчал обогреватель, извергая обжигающе горячий воздух, из угла с подвески пялился пустыми глазницами крошечный остроносый череп. Какой-то птички, явно недружелюбной. Я аккуратно подцепила его ногтем и дала волю любопытству:
        - А это зачем?
        - Ты что…  - Родион испуганно округлил глаза.  - Его потрогала?…
        Я отдернула руку, он довольно хохотнул. Дурак!
        - Сегодня будешь занята,  - заявили как ни в чем не бывало,  - до утра так точно.
        - Минуточку…
        Призраки - призраками, а понедельник никто не отменял. Я выудила из куртки телефон. Удивительно, но еще не сел. Показывал последний десяток процентов зарядки и семь утра. Через час на работу, в фитнес-клуб первые посетители подтянутся. На йогу. Видимо, чтобы с чистой совестью доспать… Ну, была не была. Палец мазнул по номеру начальницы, некстати вспомнилось, что на прошлой неделе я уже отпрашивалась - на свадьбу тетки… Третью по счету. Лучше бы пропустила один раз, на следующую бы сходила.
        - Анна Петровна,  - выпалила я, едва та ответила сонным «слушаю».  - Не смогу прийти сегодня…
        - В чем дело?  - осведомилась она строго.  - Что опять стряслось?
        - Заболела,  - соврала я, не придумав ничего более уважительного, и старательно покашляла.  - В смысле, простудилась. Отлежусь… завтра приду…
        - Как умудрилась? Когда?  - недоверчиво отозвалась Петровна.  - Некстати очень! Может, ты все же не сильно простудилась? У нас открытый урок танцевальный, для тех школьников. Из газеты грозились нагрянуть и местных новостей. Что, все на мне одной?
        - Извините, что так получилось…
        - Детка, а ты одна живешь?  - громко спросил Родион.
        Черт!.. В трубке повисла растерянная тишина. Ой-ёй…
        - Веруня,  - странно нежным тоном пропела начальница.  - Милая, отдыхай, конечно. Выздоравливай. Беречь себя надо! Ишь чего удумала, один день лечиться. Лечись два. Или три! Больничный можешь не нести, сколько я тебя знаю уже, обойдемся без этих формальностей.
        У меня дар речи пропал. Хотя он бы мне сейчас не пригодился, челюсть-то тоже отвисла.
        - Отлежись хорошенько,  - припечатала Петровна на прощанье.
        М-да… Я ошеломленно повертела в руках замолкшую трубку и запоздало ответила:
        - Одна живу, ага.
        Родион удовлетворенно кивнул и сосредоточился на дороге, а я на своем недоумении. Что это было-то? Впрочем, начальница ко мне всегда хорошо относилась. До меня в фитнес-клубе администраторы вылетали одна за другой, кто по собственному желанию, а кто не очень. И все из-за этого коня педального, мужа Петровны. Работал у нас тренером по шейпингу и имел две страсти - свое ухоженное тело и девушки. Годилась любая, лишь бы не та, что в паспорте. Вечно сидел в приемной, чай пил. Супруге доставался список желаемых блюд на ужин, а администраторам - конфеты, цветы да комплименты, только недолго. У Петровны глаз наметанный, враз просекала всех, кто потенциально мог посягнуть на клубное накачанное достояние. Посягательницы шли искать работу, муж возвращался в стойло, и все по кругу. То ли дело я! Тренера исправно сдувало в противоположную от меня сторону, в приемную шастать вовсе перестал. А стоило ему провести со мной пару минут, сразу вспоминал, что у него есть замечательная красавица-жена. Цветы шли по назначению, а ужин после такого количество съеденных конфет не лез в обоих. Петровна была в восторге. За
опоздания не ругала и дважды повышала мне зарплату.
        Вот так. Все в моей жизни на идиотском поднятом в детстве кольце завязано! Что ни вспомни! Тряхнув головой, я решила немедленно перестать что-либо вспоминать и уставилась в окно. Тут-то и дошло, что местность вокруг дикая слишком. Ни души, дорога едва виднеется. Трава жухлая, кусты, деревья, деревья, деревья… Лес? Машина притормозила там, где просека превращалась в тропинку, сердце екнуло. Родион заглушил мотор, в загадочном предвкушении потер ладони и скомандовал:
        - Выходи.
        Здесь?! И для чего он спрашивал, одна ли я живу? Мама…
        Я вылезла из машины, старательно пытаясь выкинуть глупости из головы. Достаточно там похмельных ежиков. Родион выдал кровожадное «Бу!», от которого я позорно вздрогнула, и открыл багажник. Что там?… Лопата и брезент? Плед. Скатанный в толстый рулетик, шерстяной, в красную клеточку и вышитым с краю мишкой. У настоящих маньяков таких милых вещей не бывает, несолидно же!
        - Чтобы произвести впечатление на девушку, отвезите ее в ресторан или в лес,  - пробормотала я,  - в лес, конечно, дешевле. Так ты мне поможешь?
        - Возможно,  - ответил он туманно.
        - А зачем…
        - Затем. Впечатляйся. Вопросы - потом.
        Потом? Потом - очень хорошее слово. Мне нравится! Я улыбнулась, дружелюбно и немного кокетливо. Зря, что ли, вчера перед зеркалом репетировала, половину бутылки спустя. Родион озадаченно приподнял бровь. Похоже, над обольстительной улыбкой еще стоит поработать…
        - Не отставай,  - он двинулся к кустам, с пледом подмышкой и невозмутимой физиономией.
        Я кинулась следом. Успеть за ним оказалось даже тяжелее, чем за тренером по спортивной ходьбе, который непременно стал бы моим главным ночным кошмаром, если бы это место уже не было занято. И зачем я тогда пошла на тот бесплатный мастер-класс… Сдуру построила немножко глазки тренеру, он как дал деру. Не догнала. Думала, программа занятий такая, половину города истоптала. Оказалось - реально удрал. Сейчас было хуже. Кусты сменились самой настоящей чащей, деревья цеплялись ветками, царапались, коряги норовили сбить с ног. Было совсем не до разговоров, как бы на земле не распластаться, и скоростного Родиона из виду не потерять.
        Из чащи мы вышли на поляну. Небольшую, идеально круглую. Жухлая трава, абсолютная звенящая тишина. Посередине - дерево. Мощное, лысое, раскидистое. Кривые узловатые корни взрывали землю, сучковатые ветви пытались проткнуть небо. Я замерла, Родион спокойно постелил плед поверх корней и кивнул на него.
        - Садиться? Туда?!  - Я решительно мотнула головой. Зря. Ежики тут же проснулись и выпустили иголки.  - Ни за что…
        - Ну, можешь лечь,  - разрешил он и поманил меня пальцем.  - Правда, не обещаю, что выспишься.
        Достал! Внутри забурлил вулкан, захотелось развернуться и… Нет уж, фиг ему. Так легко не отделается. Справлюсь. У торгового центра я буянила, в чужой машине не в самой удобной позе ночевала. Работу прогуляла, начальнице бессовестно наврала. Неужели какое-то дерево из фильма ужасов меня напугает? Да ни в жизнь! Я смело шагнула вперед. К пледу, красному и клетчатому. Осторожно села с краю, где мишка, ощутив странное тепло. Кажется, Родион прошептал что-то, не разобрала. Приблизился ко мне вплотную, свет будто померк. Ненормально для утра… Почувствовала головокружение и его ладонь на своем затылке. Горячую, обжигающую! Мир крутанулся, отовсюду хлынула темнота.
        Поляна. Та же самая поляна. Но зеленая, яркая-яркая в лучах солнца. Дерево с шапкой сочной листвы, щебетанье птиц. Небо светлое, высокое, не осеннее. Никакого пледа. И я одна. Господи, боже! Где я?! Непременно пустилась бы наутек, куда глаза глядят, но с места сдвинуться не могла. Даже пошевелиться. Тревога усилилась многократно. Острая, колючая. Не моя. И мысли не мои. «Хоть бы обошлось, хоть бы справился». Стиснутый кулак, прикушенная губа, до боли. Опаздывает. Не придет. Взгляд в чащу, горечь на губах, как от того поцелуя. Прощального? «Они против. Знаю, вижу, чувствую». Страх - липкий, вязкий. Силуэт за деревьями. И решимость. «В крайнем случае… Сбежим, и все». Шаг на встречу, разжатая ладонь. На пальце - знакомое кольцо. Только другое словно, серебристое, сияющее, с переливами радужных бликов. И камень нежно-голубой, ослепительно ясный…
        Тьма навалилась многотонным грузом, придавив к земле. Прошелестела злое: «Не смей», и растворилась без остатка. Остался лишь пробирающий до дрожи холод. Я протерла глаза и вскочила с пледа. Да, он был на месте, вместе с клеточками и мишкой. Все тут. Тусклая поляна, лысое дерево. И осень, и пасмурное небо. Родион стоял рядом, близко, но уже не касаясь, и смотрел на меня неотрывно.
        - Может, и получится,  - глубокомысленно изрек он.  - Шансы есть.
        Ага, да, конечно. Я облизала пересохшие губы и сказала единственное, что на языке вертелось:
        - А?…
        Похоже, вопрос сочли риторическим. Тот же задумчивый взгляд в ответ, и ничего больше. В пятую точку стрельнуло жгучей болью, я аж подпрыгнула. Зашипев, вытряхнула из заднего кармана кольцо, необыкновенно горячее, почерневшее. Упало на землю, мутным камнем вверх. Трава вокруг него тотчас обуглилась, выстрелив тонкой струйкой дыма. Бр-р-р! Родион мигом уставился на кольцо. Даже пристальнее, чем секундой ранее на меня. Кольцо посветлело, струйка истончилась и растаяла в воздухе без следа. Остался лишь запах горелой травы, и тот рассеивался.
        Пожара не будет? Похмелье потихоньку отпускало, в пустой голове завертелись мысли. Мои собственные, это точно. Ибо умной - ни одной. А воду греть призрако-кольцом можно?… Жаль, летом не знала, когда отключали. Такая полезная в хозяйстве вещь в кладовке валялась.
        - Оно энергию из мира духов проводит,  - глубоко шокировал меня Родион. Тем, что снизошел до объяснений. Правда, понятнее не стало.  - Подкидывает видения из жизни своей первой владелицы. Тебе, случаем, сны навязчивые не снятся?
        Выходит, рояль и жуткая мелодия - аккорды из той же оперы? Точнее, события из жизни напуганной девушки, что четыре века назад сидела под этим деревом.
        - Еще как снятся!  - поделилась я щедро.  - Кошмары самые настоящие. Мрачный зал, свечи по углам, шепот, и полтергейст какой-то предметы двигает.
        - Интересно…
        - А мне интересно, что это за кольцо проводящее!
        - Да, так,  - он склонился над обугленной травой.  - Артефакт древний.
        Меня хватило лишь на глубокомысленный кивок. Ну, а что тут скажешь? Обидно, конечно. В детстве, обыгравшись в «Героев», я мечтала об артефакте. Считай, мечта сбылась! Только вместо дара телепортации или призыва ангелов с мечами подсунули женихающуюся нежить. Тьфу…
        Кольцо вызывающе скалилось паутиной трещин, пялилось камнем-глазом. Стиснутые от злости зубы аж скрипнули, в голову стукнуло предельно логичное - раз оно всему виной, то надо просто от него избавиться. Уничтожить. С концами. Нет кольца, нет проблем! На вид оно не такое уж прочное. Нога сама оторвалась от земли, метя каблуком в камень. Ненавижу!
        Равновесие исчезло резко, почва уплыла. Рывком сдернуло с места и впечатало спиной в жесткий ствол дерева. Никаких полтергейстов… Родион, чтоб его! Маньяк все-таки. Лицо перекошенное, взгляд бешеный. За плечи схватил, встряхнув нехило. Перед глазами заплясали звездочки, замутило.
        - Вот дура,  - зашипели в ухо.  - Ты его уже выкинуть пробовала! Получила бумерангом в лоб. Понравилось, что ли?!
        - А если в лаву?  - рискнула я открыть рот, надеясь, что меня не придушат. Ну, и что не стошнит.  - Однажды сработало…
        - Палец себе откуси еще, ага!  - Он отстранился, сердито прищурился.  - Особенные вещи, созданные для чего-то, всегда хозяев ищут, чтобы свое предназначение исполнить. А если им мешают…
        Из второй половины предложения можно было вывести, что мешать крайне опасно для здоровья. И что бабушка его очень плохо воспитывала! Зато отпустил.
        - Давай подарю?  - буркнула я, косясь на кольцо в траве.  - Раз уж так беспокоишься за его сохранность!
        - За свою,  - процедил Родион.  - Оно будет пытаться вернуться к тебе, любыми путями. А подвластные влиянию о нем забудут быстро, снова у себя найдешь. Неудачный подарочек.
        Универсальный подарочек! Можно всем дарить… на все праздники. Ну, кроме как ему.
        - Погоди,  - дошло до меня.  - Значит, на тебя и моя антисексуальная магия тоже не действует?
        Он закатил глаза, сдернул плед с корней. Перекинул через плечо, развернулся и зашагал прочь. Черт… Кажется, и без магии того же эффекта добиться удалось. Я подняла кольцо, сдула с него грязь. Сунув в карман, понеслась в кусты - догонять.
        Потенциальный спаситель учесал далеко, за деревьями мелькала спина в кожаной куртке, неотвратимо отдаляясь. Потревоженные в голове ежики превратились в полноценных дикобразов и устроили фейерверк из иголок. Глаза слезились, горло царапало каждым вдохом. Куда он так летит? Бросить меня решил? В лесу, с разряженным телефоном. Как я домой-то доберусь?… К вечеру пешком, если повезет. Или вообще заблужусь… потеряюсь… и меня съедят медведи! Дура я действительно, дура. Зачем сюда поехала?! А он гад, гад, гад… Невольно всхлипнула. Потом еще, и еще. Под ногами что-то хрустнуло, и я рванула вперед, подвывая от ужаса. За очередными кустами оказалась припаркованная поперек просеки машина.
        - А, это ты,  - сказал небрежно прислонившийся к ней Родион.  - А я-то думал жених твой за мной по пятам идет, знатно воет. Странно, что цепями не гремит!
        Я вдохнула поглубже, нижняя губа задрожала. В глазах предательски защипало, брызнули слезы. Все смазалось: лес, машина, просека, гад этот бесчувственный.
        - Вера?…  - голос у него уже был другой. Какой-то испуганный.  - Ты чего?
        Я вытерла щеки рукавом, отвернулась. И разревелась в голос, ни в чем себе не отказывая.
        Всхлипывания наружу вырывались горькие, судорожные. Так обидно было, так тоскливо. Хватит, устала, надоело! Медведи - не худший вариант! Хоп, и конец!.. Поплыли мутные круги, сзади протопали шаги. На спину легла тяжелая ладонь, похлопала осторожно, после - погладила, еще осторожнее. Я вывернулась, размазывая слезы по лицу.
        - Да ладно тебе,  - произнес Родион ласково-ласково.  - Все не настолько плохо, честное слово. Бывает гораздо хуже. По крайней мере, оно не пытается тебя убить, подчинить или сожрать.
        Утешил, блин… Затрясло, слезы хлынули как из ведра.
        - Ну, не плачь,  - ладонь вновь нахально оказалась на моей спине.  - Порой эдакую гадость напризывают… Особенно в святки, а теперь и в Хэллоуин. Фильмы ужасов отдыхают. Гадали они, курицы безмозглые! А тебе призрак вполне интеллигентный попался, почти не высовывается. Не такая уж большая твоя проблема.
        Небольшая?! Мне двадцать два, а я до сих пор девственница! Вслух произносить это, конечно, не стала. Да и выжать из себя сквозь всхлипы удалось лишь:
        - Уы-ы-ы…
        Которое утонуло в громких рыданиях. Ими я не ограничилась. Сопли, хрипы, завывания, полный набор. Наверняка, всех медведей в округе распугала. Родион продолжал что-то говорить, затем с утешительных речей перешел на тихое «тс-с-с». Руку не убрал, и по спине начал наглаживать очень увлеченно. Я рассудила, что терять уже нечего. Уткнулась носом ему в грудь и, не стесняясь, выревела все, что могла. А могла я много!
        - Теперь куртку выжму, и порядок,  - сказал он, когда я наконец утомилась всхлипывать.  - Детка, так ты от него не избавишься. Бесполезно швыряться, драться и реветь. Тут иначе действовать надо.
        Я вцепилась в его рукав и, от души икнув, спросила:
        - Как?…
        - Понять, в чем предназначение кольца. Любое проклятие можно снять, если докопаться до его сути.
        - Необходимо узнать, что на самом деле произошло?  - Мой нечастный, измученный ежиками мозг со скрипом напрягся.  - С той девушкой и призраком? То есть тогда еще не призраком…
        - Именно, плакса.  - Родион мстительно потрепал меня по голове. Пф-ф-ф! Уверена, безобразнее не стало.  - Случилось это так давно, что хрен что выяснишь. Но ты связана с ней, через кольцо. Поэтому шансы есть. Попробуем.
        Ура! Призрачное расследование предстоит, значит. С подглядыванием. Я отодвинулась и шмыгнула носом. Вышло громко. Впрочем, неважно. Еще сильнее опозориться сложно.
        - А ты что…  - решила я все же попытаться,  - как бы это сказать… ведун?
        - Ведьмак,  - хохотнул он и стукнул по капоту машины.  - Вперед, Плотва.
        Не смешно! Но я почему-то хихикнула. Уселась на переднее сидение, прочие вопросы оставив при себе. Главное, что мы попробуем. Не буду лезть в эту его… профессиональную область. По-моему, когда я молчу, у нас разговор гораздо лучше складывается.
        Всю дорогу я прилежно в салоне ничего не трогала, дышала глубже и делала вид, что рассматриваю в щели приоткрытого окна деревья, а потом уже и дома. Родион одной рукой крутил руль, другой барабанил по переключателю скоростей. Надеюсь, не передумает! Музыку включил, под которую размышлять было совершенно невозможно. Гремела похлеще связки жестяных банок по асфальту. А уж вокал… И это я-то, по его словам, знатно выла?…
        Миновав пестрящие высокими новостройками новые районы, включая мой, мы легко и умеючи очутились в центре города. Теми закоулками, о которых знают разве что коренные жители и избранные таксисты. Вроде незнакомые места, а потом бац, и за поворотом - главный универмаг или с детства родная площадь. Покружив по старым улочками между ухоженными уютными дворами, машина въехала в массивные кованые ворота и остановилась. А за ними… Кирпичная серая пятиэтажка, лепнина ласточкиных гнезд под аркой, разбитая брусчатка. Я высунула нос в окно и, с любопытством оглядев колоритные окрестности, поинтересовалась:
        - Мы к кому?
        - Ко мне. Выходи, коли приехала.
        - Разве ты не с бабушкой живешь?  - удивилась я. Наткнулась на не менее удивленный взгляд.  - Прощался ведь с ней до вечера…
        - О, это просто помочь заскочить.  - Родион заговорщицки подмигнул.  - Наши ведовские дела. Лягушек засушить, крови младенцев нацедить, и всякое по мелочи.
        Я фыркнула и пулей вылетела на улицу. Пусть подумает над своим поведением! Думал он ровно минуту, пока глушил мотор и ставил машину на сигнализацию. С таким равнодушным скучающим видом, будто не девицу с опасным проклятием домой привез, а стопку отчетов на подработку. Может, так оно для него и есть? Не Хэллоуин, чтобы разгар сезона, но все-таки… Старушки с лавочки, вылитые идейные сплетницы, возбужденно зашушукались, я отчего-то смутилась. Родион извлек с заднего сидения тот самый пакет с непонятной ерундой и прошествовал в подъезд, а я - за ним. Ну, коли приехала.
        Лестницу устилал ковер. Настоящий, ворсистый, в пестрые ромбики! Как в машину времени угодила… Резные перила, между пролетами - рядки аккуратных узких почтовых ящиков и фиалки в горшках. Через два этажа - обитая войлоком дверь. Едва Родион ее отворил, я первой юркнула внутрь, не дожидаясь приглашения. Ох ты ж! Просторный коридор в книжных шкафах вдоль стен, люстра на три рожка под высоким потолком, выцветшая елочка паркета. Всюду книги: забитые полки над дверьми, стопки на стульях. Пахло старым деревом, немножко пылью, и чем-то неуловимо родным и знакомым из далекого детства.
        - Олдскульно,  - поделилась я впечатлениями.
        - Были времена, да,  - Родион тяжело вздохнул, пристраивая куртку и пакет на колченогую вешалку.  - Не то, что теперь. До сих пор не привык…
        - А?!  - Почувствовала, как глаза выкатываются из орбит.  - Тебе сколько лет-то?
        Он попытался сделать серьезное лицо, но улыбка все испортила. Уж слишком издевательская была. Оп-я-ять!
        - Хватит надо мной глумиться!  - разъярилась я, для внушительности притопнув.  - Прикалываться, троллить и нести чушь!..
        - А ты не ведись,  - посоветовали как ни в чем не бывало,  - не то, знаешь ли, сложно удержаться… Идем есть.
        Желудок согласно булькнул, и я поняла, что за еду готова простить все. Даже шуточки эти идиотские. Что у нас тут на кухне? Дверная мебель, допотопная плита, слой крошек, бог весть когда в последний раз мытая чашка, огромная микроволновка, хоть слона разогревай, и кофемашина с таким количеством программ, что ловушка для призраков тоже вполне могла быть встроена. Вот так смесь! Впервые постигла истинное значение слова «диссонанс».
        Родион куртку снял еще в прихожей, но теперь можно было внимательнее рассмотреть футболку со схематичной мордой недружелюбного оленя, настолько растянутую по широкой груди, что отчетливо проступали контуры мышц. Да-да, именно оленя я и изучала. А еще татуировку на предплечье. Странный знак - круг, четырехконечная звезда и причудливо сплетенные волны, волны, волны. Наверное, по работе что-то особо оккультное. Он полез в холодильник, я бесцеремонно заглянула за приоткрывшуюся дверцу. Ну, ясно - живет один. Ничего, кроме бережно накрытой тарелкой кастрюли и залежей пельменей в морозилке. Может, у него девушки и нет? Или она не фонтан, и не заботливая совсем. Мысленно отвесив себе затрещину за неуместные предположения, я усадила себя на стул и принялась рассматривать свои ногти. Мало интересного, конечно, но я ему и без призрачного отпугивания не очень-то нравлюсь. Разве что задницу оценил. Но задница - это такое, идет только в комплекте со мной. Поэтому, извините.
        - Как мы будем вызывать воспоминания, проясняющие, что случилось в прошлом?  - спросила я с расчетом на то, что услышу в ответ нечто язвительное, отчего у меня разом пропадет интерес к оленям.  - По другим лесам и магическим деревьям прокатимся?
        Родион отвлекся от богатого ассортимента холодильника.
        - Все дело в пледе,  - не подвел оленевод, и вдруг безо всяких издевок добавил:  - А еще под тем деревом его невесту нашли. Мертвую.
        - Чего?!  - Я подскочила на стуле.  - Откуда ты знаешь?
        - Та история много шума наделала. Даже века спустя… отголоски.
        Господи, и я там сегодня сидела? Жуть!
        - Ее же барон убил,  - вспомнилась самая популярная версия легенды,  - из ревности. Накануне свадьбы.
        - Во-первых, не барон, а разорившийся дворянин,  - поправил он.  - А, во-вторых, она его на тридцать лет пережила. К тому моменту шестой десяток разменяла.
        - А при чем тут беременная служанка?  - озадачилась я.
        - При том же, при чем портал и инопланетяне,  - скептически отозвался специалист по призракам.
        - Но он ведь действительно погиб?  - почему-то не до шуток стало.  - В доме, на месте которого сейчас торговый центр стоит? И пожар был?
        - Да. А вот подробности утеряны. Исторических источников мало.
        Не сказала бы, что мало! Через пару минут мне притащили их из коридора и щедро вывалили на стол, вместе с пылью и засохшим приплюснутым жуком. Я брезгливо смахнула его на пол конвертом пожелтевшего письма и вчиталась в каллиграфически выведенные буковки. Там вроде было про погоду, предстоящую ярмарку и снова про погоду. Каждое третье слово - загадка, а у знакомых и интуитивно понятных написание такое, что глаза сломаешь. Родион ткнул пальцем в следующий абзац, где автор оставил наконец погоду в покое, и перешел к свежим сплетням. Особенно подробно докладывалось о помолвке Януша и Марии, той, что умница, первая красавица и самая завидная невеста. О! Неужели это наши?… Второй замызганный листок с расплывшимися чернилами подтверждал, что да. Автор побывал у Януша в гостях, после чего долго и обстоятельно изнывал от зависти, жаловался на страшенные статуи и клятый шиповник, который буквально везде. Сосед Янушу попался гадкий, но общительный, письма другу строчил пачками. Тяжело людям без интернета жилось… Я напрягала глаза и мозг, всматриваясь в смазанные строчки, Родион резво совал мне под нос нужные
бумажки и подсказывал смысл устаревших слов. Откуда только знал? Может, не глумился насчет возраста-то?…
        Из сборника бессвязно пересказанных сплетен по крупицам удалось собрать маленький пазл. Увлекательный, черт возьми! От родителей Януш унаследовал кучу денег, но распоряжался ими как попало и умных советов не слушал. Вообще никого не слушал кроме няньки-ведьмы. Та была «бабой дурной» и зыркать умела так, что душа в пятки. Из-за нее, окаянной, коровы дохли, и дождя за все лето не случалось. По авторитетному мнению нависающего надо мной профессионала «пока на метле мимо окон не летаешь, не считается». Ха-ха!
        На радость соседу имение вскоре разорилось, Януш состояния лишился, еще и в долгах погряз. Семья Марии от него живо открестилась и помолвку разорвала. М-да… Обидно, правдивой самая скучная легенда оказалась. Януш пытался откупиться от кредиторов и прочих жадных людей, но безуспешно. Имение собирались продать с молотка. Не успели… В последнем письме почерк был уже не таким ровным. Буквы заваливались друг на друга и тонули в отпечатках клякс, словно у автора рука тряслась. Говорилось, что особняк сгорел дотла вместе с хозяином и не достался никому. Полыхало на всю округу, до самого неба.
        Ух… Ничего себе!
        Под ворохом писем лежал дневник, любовно обшитый облезлым бархатом. С тремя закладками. Спасибо Родиону, иначе я бы с ума сошла разбирать эти каракули, к тому же сестра Марии писала в основном о детишках и сортах капусты. И совсем немножко - о ней. Замуж первая красавица так не вышла, сколько родители ни хлопотали. Носила, не снимая свое обручальное кольцо, и старой девой пробыла до трагичного конца. Хм…
        - Ну и ну,  - высказалась я, отчаянно пытаясь разложить все по полочкам. Оно не умещалось и падало. Что-то смущало, и очень.  - На ней тоже проклятие было? Из-за кольца?
        - Возможно,  - пожал плечами Родион, сбагривая разбросанные желтые листы в подобие стопки. А ведь хорошо сохранились, любой музей оторвал бы вместе с конвертами.  - Я говорил, известно мало. И этот сплетник доверия не вызывает.
        - Погоди!  - Осенило внезапно.  - А зачем ты все это собирал?…
        А главное - дотошно ведь собирал. Задолго до нашей встречи! До моей просьбы помочь. Какой у него интерес?!
        Он сделал невозмутимое лицо. Убрал бумаги на холодильник и, спрятав руки в карманы, ответил с неохотой:
        - По работе.
        - Надо же,  - я подалась вперед, рискуя свалиться со стула, но усидеть на месте было просто нереально.  - Неужто колец целая партия? И каков твой круг обязанностей? Увещевание ревнивого признака? Слежка за его выпившими невестами? Устранение пожаров на траве?
        - На кухне суши-бара,  - огрызнулся этот работящий.  - В торговом центре со дня строительства весело, а как открылись - ни дня без приключений. Заевшие кассы, массовое падение всего и сразу с полок, высокохудожественное мерцание лампочек и много чего еще, после чего посетители разбегались, а продавцы увольнялись.
        - А ты, значит, типа охотник за привидениями,  - не упустила я шанс отыграться за все сегодня выслушанное.  - Но от моего избавиться не получилось, ай-яй-яй.
        - Зато сдерживать можно,  - обиженно возразил Родион. А-а-а! Повелся на провокацию. Класс!  - Владелец денег в проект вбухал немерено, терять не хочет. На все готов, чтобы в здании спокойно было. Даже весьма нетрадиционными методами не гнушается.
        Теперь ясно, откуда его охранник знал. И Елена Викторовна, наверное, сама свой пропуск одолжила. Занятный расклад! Он мне помогает, чтобы на работе премию дали? Или в принципе не любит незаконченных дел? Ай, неважно. Главное, что наши желания совпадают. Сразу чувствовала себя не такой уж облагодетельствованной. Расслабилась, закинула ногу на ногу.
        - Так и быть,  - я красиво облокотилась о стол.  - Помогу тебе прижучить этого гада.
        Его бровь взлетела вверх, как и моя самооценка. Да! Я вовсе не бесполезная проблемная девица. Я - ключ к разгадке древней тайны!
        - Детка, не наглей,  - наградили снисходительной усмешкой.  - Между прочим, постоянного дохода могу лишиться. И бесплатных плюшек на обед…
        - Ну-ну,  - не поддалась я.  - Многовато ты о моем призраке знаешь для случайной подработки. Дневник сестры его невесты, письма соседа. Еще и целая пачка! Они на дороге не валяются, и попробуй предположи, что там что-то полезное есть. Где ты их отрыл?
        Родион непонимающе моргнул, я сложила руки на груди. Нет уж, нет уж. Не прокатит. Попался! Не удивлюсь, если и в торговый центр в рамках расследования нанялся, а не владелец его сам нашел по объявлениям «усмиряю злых духов». Святую невинность он изображал недолго - до тех пор, пока я не начала картинно всхлипывать. Испуганно поднял руки и признался:
        - В антикварном магазине, в столе. Секретный ящик, все дела. Повезло.
        - Антикварный магазин?  - не удержалась я.  - Наш, который на проспекте… Или где?
        - Далеко, отсюда не видать.
        - Ты там тоже работал?
        - Конечно. Демонов изгонял,  - хмыкнул Родион,  - из стола.
        Отвернулся к духовке и нарочито громко принялся извлекать оттуда сковородку. Ага! Да, кажется, он стесняется. Темы всей этой сверхъественной. Потому и шуточки залпом, вместо нормальных ответов. Так-так-так…
        - Выходит, с писем все и началось,  - вывела я, почему-то оставив при себе ехидные комментарии.  - Прочитанную историю привязать к нашей городской легенде легко. А откуда дневник? Из музея упер?
        - Чего сразу упер?  - Родион бухнул сковородку на плиту.  - Одолжил.
        Ладно, пожалуй, не так уж мне интересно, где он его взял… Тем более что предположения из меня сыпались, словно из дырявого ведра:
        - В торговом центре, наверное, ничего толком не выяснилось. Практически тупик, несмотря на все старания. А тут, бинго, я с кольцом!
        - Толку от твоего кольца ноль,  - остудили мой пыл,  - если не понять, каким образом его наделили силой и с какой целью.
        - А что наделяет вещь силой?  - заинтересовалась я.
        - Всплеск… энергии. Мощные эмоции. Неосторожные или наоборот умышленные слова. Обычно это клятвы или проклятия.
        - И вещий сон подскажет, что именно! Ты мне поможешь его увидеть. А как?
        - Вечером.  - Родион обернулся и коварно подмигнул:  - Навестим свадебную недвижимость.
        У-у-у… Так он слышал мою вчерашнюю пламенную речь? Всю, целиком? Черт! Я закрыла рот и решила в следующий раз открыть его лишь затем, чтобы съесть то, чем меня угостят. Хотелось верить, что таки угостят, да… Желудок уже не урчал, а норовил прилипнуть к позвоночнику.
        Узнала, что молчать я способна не более минуты, и что жареные пельмени - это умопомрачительно вкусно, а кастрюля сметаны к ним - вообще бесценно. Домашней, божественно густой. М-м-м! Была бы котом - непременно бы сунула в нее морду и жадно чавкала. Но я не такая, я воспитанная. Пришлось взять ложку. Правда, соглашаться есть прямо со сковородки оказалось опрометчиво, потому что она одна на двоих. Пока я смаковала каждую пельмешку, этот голодный смел все остальное. Впрочем, девушке не стоит столько жрать, особенно в гостях…
        После была комната - большая, светлая, без штор и занавесок. Приглушенные шаги по ковру, уже привычный запах старых книг. На окне та же композиция из подвесок, что и в машине. Жутких, но отчего-то больше не пугающих. Постер с кроликом из «Алисы» на полстены, нехилый гербарий в серванте, а в углу за загнутым ковром… мотоцикл?! Надеюсь, в ванной не плавает подводная лодка? Как хозяин его сюда втащил?! Страшным колдунством?… И всюду детали какие-то, и еще одна новая прибавилась, из того принесенного пакета. На подоконнике были налипшие желтые листья, словно их впустили специально, и лежала колода карт старинных, узорчатой рубашкой вверх. Интересно… Едва потянула руку, хапнули за нее и усадили на диван. Рядом с собой, таким обжигающе горячим. Сердце екнуло и подскочило к горлу. Ощущался странный жар, накатывал волнами, намертво приковывая к месту. Ни шелохнуться. Дальше - как в тумане. Невесомые прикосновения, голова кругом. Тихий шепот, слова, смысл которых ускользал. Пахнущая маслом и горечью толстая нить, продетое сквозь нее кольцо. Два узла, и оно ледяным кулоном легло на мою грудь. Отрезвило
враз. Родион по-хозяйски спрятал его мне под кофту и сказал серьезно:
        - Не снимай, не трогай и не показывай никому.
        Я кивнула. Как тут было ответить? Горло пересохло, дыхание сбилось. Только и смогла, что откинуться на спинку дивана и смахнуть со лба капельки пота. Вот это накрыло! Точно магия.
        В ушах зазвенело, перед глазами поплыла невнятная картинка. Поначалу невнятная… Потом - до боли знакомая. Полумрак зала, кружение теней. Шелковая простыня на рояле, дрожащее пламя свечей. И что-то новое - дверь, на балкон. Приоткрытая. За ней - темная фигура. Стоит на месте, но приближается. Это я к ней иду? Шаг, другой, третий. Зажмуренные глаза, глубокий вдох. Крепкие объятия и оброненное чужим женским голосом: «Твоя…»
        Пришла в себя от сквозняка, по-прежнему полулежа на диване. В лицо бил свет, вместо звона - дребезжание. В открытое окно залетали желтые листья, цеплялись за подоконник, шелестели. Родион ковырялся в какой-то громкой коробочке в углу, у мотоцикла. На меня ноль внимания. Я старательно поерзала, поскрипела диваном. Не помогло. Зябко поежилась и доложила:
        - Мой детский кошмар обретает подробности!
        - Хорошо,  - донеслось из-за его спины.
        - Все равно непонятно, что у них там стряслось.
        В ответ - ничего. Тишина. Хотя, какая уж тут тишина, при таких адских звуках. В этой коробке демоны, не иначе!
        - Что дальше?  - не выдержала я.
        - Домой поедешь,  - заявил он, не отвлекаясь от ковыряния. Ах так?!  - Подготовишься…
        - К чему?!  - мгновенно стало не до обид.  - Как?…
        - Морально. Но если отдохнешь или поспишь - будет неплохо. Около одиннадцати вечера за тобой заеду.
        - Куда заедешь?  - надула я губы.  - Адреса-то не знаешь!
        - Не проблема,  - Родион соизволил обернуться,  - ты мне его сейчас скажешь.
        Сказала, куда деваться. Надеюсь, до вечера моего спасителя никуда не сдует. А то вон как окно открыл…
        Я решила прогуляться пешком - идти недалеко, и проветриться не лишнее. Как знать, может, заодно дурь из головы выветрится? Кольцо тянуло вниз, как булыжник, дурь не выветривалась, но укладывалась покомпактнее. Без понятия, на что я сегодня подписалась, но Родион явно знает, что делает. Дураком самоуверенным не выглядит, всякие паранормальные штучки делать умеет, и в этой истории пытался разобраться давно. Мне остается лишь его слушать и слушаться. Для начала домой - отдыхать, как и было велено!
        Квартира встретила привычной тишиной и напоминаниями о вчерашней стыдной пьянке. Пустая бутылка виски, кучка скомканных фантиков от конфет, компьютер с поставленной на паузу серией мультика, отличающегося крайне черным юмором. Розовый бурундук с большим бантом на голове страшно пучил глаза, готовясь к очередной кровавой кончине. Много же я выпила, чтобы это смотреть! Я заметалась по комнате, устраняя последствия свидания с Джеком. Интересно, зачем мне понадобилось вырезать из старого глянцевого журнала накачанного красавца в трусах?… Ай, не хочу знать! Красавец упал в мусорную корзину, а я - на диван. Хорошо, хоть романтическое безобразие после Вадика было сразу убрано, выкинуто и проветрено. Для большей неадекватности мне как раз и не хватает тех возбуждающих благовоний нанюхаться.
        Пальцы нащупали в кармане телефон, поставили на зарядку. Два пропущенных вызова от мамы, это серьезно. В первой половине дня она у меня неактивная. Набрала ее, тут же валом посыпались вопросы. О вчерашнем визите к ведунье и приближении счастливого дня рождения внуков. Я соврала, что сходить не успела, но скоро собираюсь. Кажется, мама не очень-то поверила. Битый час я слушала, что категорически нельзя жить с порчей, сглазом или чем похуже. А еще у меня мебель в квартире неправильно стоит, не по фэн-шую. Энергия любви не проходит, стопорится у тумбочки в коридоре, и дальше никак, поэтому все плохо. А ведунья - замечательная старушка, помогла Ларочке похудеть, и Осиповне любовницу мужа спровадить. Ну-ну. Скорее Ларочке в деле похудания больше помогла ипотека, а Осиповне - визит к сопернице со скандалом и вырыванием волос. Спорить было бесполезно, и я изредка вставляла покорное «угу», разглядывая потолок, а потом вдруг дернуло спросить - есть ли у такой замечательной старушки внук? Мама мгновенно оставила в покое мою одинокую старость без стакана воды и понеслась… Оказалось, что внук есть, но его
мало кто видел. Зовут то ли Герасим, то ли Руслан, то ли этот, шестикрылый, как его… Серафим… В общем, мудреное что-то. В другом городе жил, занимался антиквариатом. К нам совсем недавно переехал, наследство от деда получил. Елена Викторовна говорит - хороший мальчик, хоть сразу и не скажешь. О, как. Ну, я бы тоже так сразу не сказала…
        Отложив трубку, я помассировала изрядно покрасневшее, раскаленное долгим разговором ухо и сладко потянулась. Лежать было мягко и удобно, не то что буквой «Зю» на заднем сидении машины. Зато там прикольно укачивало, и чувствовалось тепло - от печки, и вообще. А сейчас лишь холод кольца, будто оно в сосульку превратилось. Я обняла подушку и от души зевнула. Сама не заметила, как провалилась в сон. Глубокий, спокойный. Не приснилось ровным счетом ничего, даже обидно. Где мой навязчивый, набирающий обороты кошмар? Накануне часа икс новые подробности очень пригодились бы! За окном плескалась темнота, до приезда шестикрылого Родиона оставалось два часа. Я усилием воли подняла себя с дивана, протерла глаза. И озадачилась тем самым вечным вопросом. А что надеть?
        Перебирая в голове все доступные в шкафу варианты, я прошла к зеркалу. У-у-у… ужас. Мятая кофта, затяжка на воротнике, с ремня на поясе пуговка оторвалась, на джинсы что-то налипло. Волосы дыбом, под глазами синяки. У моего жениха - достойная невеста. То-то приклеился, и ни в какую разводиться не хочет. Пора это изменить! Пятнадцать минут в душе, упоенное выуживание с полок одежды из серии «понравилось, но некуда надеть». Неожиданно нашла сногсшибательный комплект нижнего белья, полупрозрачный, с черным кружевом. Как сейчас помню, восемьдесят процентов скидка, а цена все равно была убийственная. Потом жаба душила, на фиг оно мне, с моей-то личной жизнью? Только перед девочками в раздевалке фитнес-клуба выпендриваться… Так и лежал новенький, в упаковке. А вот и надену! И обтягивающую юбку с вырезом от бедра. Подумаешь, неприличная немножко. Не на работу иду. Может, это мой последний вечер! К юбке идеально подошла шелковая блузка, открывающая спину и плечи. По такому поводу достала сапоги на шпильке - высокой, но устойчивой. Если придется, побегаю, да еще как. Может, для разнообразия, не за кем-то,
а от кого-то…
        Волосы высохнуть не успевали, взялась за фен и расческу. Увлеклась… Локоны получились красивые, точь-в-точь как из салона, сами сложились в пышную прическу. Дальше - макияж. Щедро, но без перебора. Подчеркнуть, замазать, губы обвести красной помадой. Финальным штрихом - по капле терпких духов на запястья. Очнулась перед тем же зеркалом, в легком шоке. А я вполне ничего! Очень даже! Покрутилась и так, и эдак, отражение мне под всеми ракурсами понравилось. Я бы на себе женилась, определенно…
        От зеркала оторвал звонок в дверь. Я распахнула ее, замерла. Родион тоже замер - на пороге, в явном ступоре.
        - Интересно ты подготовилась,  - присвистнул он.
        Щеки вспыхнули, захотелось захлопнуть дверь и спрятаться. Чего я вырядилась?… Стукнуло же в голову! Глупо это. Неуместно. Страшно представить, какой дурой выгляжу.
        - Минуту, во что-нибудь поудобнее переоденусь,  - пробормотала я, отступая в коридор.
        - Нет-нет, так вполне удобно будет,  - горячо уверил Родион, цапнув меня за руку.  - Поехали.
        Только и успела сдернуть с вешалки накидку, чтобы не замерзнуть.
        Уже в салоне машины до меня дошла реальность происходящего, в желудок опустился колючий комок страха. Скоро, совсем скоро все решится. Под колесами исчезали километры, приближая злосчастный парк, а уверенности убавлялось. Вдруг не получится? Сорвется. Или сделаем то самое «еще хуже». Не из вредности же его бабушка меня пугала. Сначала спровадила, потом уговаривала отступиться. Предупреждала. Чем-то мы сильно рискуем: и я, и он. Призрак злится, точно. После первого моего видения кольцо так накалилось, что едва дыру в джинсах не прожгло, а трава, на которую оно упало, за мгновения обуглилась. Что же будет во второй раз? Я скосила глаза на Родиона. Он крутил руль, беззвучно подпевая бодро гремевшей из динамиков песне. Я вцепилась в сидение и попробовала подпевать за компанию. Не то, чтобы успокоилась, зато отвлекло.
        - Не бойся,  - сказал специалист по привидениям, паркуя машину у ворот парка. Подмигнул и дурашливо добавил:  - Бояться нужно ему. В гневе ты страшна, упорна и непредсказуема!
        Я кивнула, и всю дорогу до торгового центра пыталась понять, считать услышанное за комплимент, или как?…
        Приближалась ночь. Ярко светили фонари, звезд на небе не было ни одной. У главного запечатанного входа со стеклянной «вертушкой» царила пустота, служебный оказался скучной дверью сбоку здания. Тот же самый охранник впустил нас внутрь тесного коридора, мазнув по мне вопросительным взглядом. Услышал от Родиона лаконичное: «Так надо», многозначительно усмехнулся в усы. Черт! Вчера меня неизвестно за кого принял, сегодня… Я почувствовала, как краснею до кончиков ушей, в тон помаде. Опустила глаза и поспешила за Родионом - вглубь коридора.
        Это тяжело, но если постараться, то можно. Дышать глубже, не думать о плохом. Идти, несмотря на дрожь в коленях, считать шаги. Девятнадцатый, двадцатый, двадцать первый. Поворот, дверь, писк пропуска. Моя ладонь, зажатая в его пальцах, простор за порогом. На знакомом этаже не так как днем. Разлитый полумрак, застывший эскалатор, опущенные рольставни магазинов. Все хорошо, все будет хорошо. Тридцать шестой, тридцать седьмой, тридцать восьмой. Последний… Пришли? Узорчатая скамейка в холле, между инсталляцией из плюшевых зайцев в игрушечном домике и собранного из лего гигантского дятла. Напротив - магазин пончиков, в вывеске розовые пухлые буквы «о» с присыпкой-конфетти.
        - Примерно здесь был его дом,  - сообщили мне.
        - Миленько переделали,  - я хихикнула, чтобы не показывать, насколько перетрусила.  - Я готова, запускай…
        Родион аккуратно потянул за нить на моей шее. Кольцо выскользнуло наружу, легло на ткань блузки. Стало не так холодно. Я через силу улыбнулась, он мне тоже - непринужденно, будто сто раз предстоящее проделывал. Усадил меня на скамейку, не отпуская руки, и навис сверху.
        - На счет три?  - спросил с расслабляющей заботой в голосе. Я пискнула что-то утвердительное, мысленно готовясь.  - Три.
        А?! Этаж крутанулся, пол поменялся местами с потолком, все смешалось: плюшевые зайцы, слепленный из пупырчатых деталей клюв, пончики на вывеске. Хлынула темнота, с тоской и безысходностью. Черной, густой. В такую раз попадешь, утонешь навсегда. Поле, очертания деревьев вдали, сумерки заката. Скамейки нет, стою. Горький воздух в легких, брошенный за спину взгляд. Там обгорелые руины и выжженная земля. «Опоздали, всего на день опоздали». Обхваченный знакомым кольцом палец ноет, трудно дышать. Дома - собранные тайком вещи, до сих пор лежат. Еще день, убежали бы вместе, как условились. Не нашел бы никто. Но… «Надо было сразу, в тот вечер, когда пришла и сказала - решение родителей ничто». А наутро… Несчастный случай, дикий пожар. Ей сказали, он спасся почти, на балкон выбрался. Почти… Глубоко внутри щемит, больно, невыносимо. Слезы не идут, кончились. Неважно. «Не уходи… Останься со мной, пожалуйста». Кольцо горит, обжигает. «Ты мой, я твоя. Это не изменится ни теперь, ни дальше. Клянусь…» Камень мерцает ярко-преярко, до боли в глазах. Ослепляет. И гаснет, словно не сиял никогда.
        Тьма поглотила все, прошелестела злое: «Уйди», и разом расступилась. В венах пульсировал жар, кольцо давило на грудь неподъемной тяжестью. Из пончиков лился тусклый свет, мутило. Сжимающие мою ладонь пальцы тянули куда-то, перед глазами мельтешило лицо. Взволнованное… Родион! Я тут, я видела… Получилось! Открыла было рот, но смогла только судорожно вдохнуть. Он сорвал с моей шеи кольцо, сграбастал меня обеими руками. Оторвало от пола. Мимо поплыли рольставни магазинов, разноцветные вывески и туман. Едкий, непроглядный. Подбирался ко мне, шипел. Родион шикнул в сторону этой дряни, ее шугануло прочь. Я вцепилась дрожащими пальцами в его рукав и отключилась. Кажется…
        Пришла в себя на диване, в тех же объятиях. Тесных, таких теплых и приятных. Хотелось зажмуриться и дальше лежать. Не прокатило. Тормошили напористо, поднеся к лицу стакан. Вода? Не хочу… Ай, а в лицо-то ею брызгать зачем?! Я протестующе фыркнула, глаза с третьей попытки открылись. Порябило, постепенно очертания предметов обрели форму и цвет. Действительно, диван. Мягкий, пружинистый. Лампочка в светильнике, погасший монитор на столе, жужжание компьютера. Комнатка охранника? Родион отстранился, не стало ни тепла, ни его рук на моей спине. По ней пробежал озноб, мысли живо вернулись в нужное русло.
        - Это она,  - выпалила я. Оголенные до предела нервы звенели.  - Это была она! Мария. Ее клятва.
        - А подробнее?  - оживился он.
        Я приподнялась на локтях, сдула упавший на лоб локон. С трудом сдерживая волнение, кашлянула пару раз и хриплым голосом отчиталась:
        - Мария Януша любила, на самом деле, сильно. Сбежать с ним хотела, когда родители их помолвку разорвали. Но накануне побега он погиб в пожаре. Она просила его остаться. Обещала, что все равно будет навеки его, и…
        - Напитала кольцо тем, что чувствовала,  - закончил Родион,  - и получился артефакт.
        - Да! Дело было в ней, Януш не виноват. Мария и есть призрак?
        - Нет, точно нет. Призрак - ее жених.
        Он нахмурился, достал из кармана чертову безделушку. Всмотрелся в нее внимательно и подытожил:
        - Мария не позволила ему уйти, привязала к себе. Всю жизнь прожила, следуя обещанному и увеличивая силу кольца. Оно и после ее смерти продолжило исполнять свое предназначение, только с другими девушками.
        Бесконечная поставка невест?! Вряд ли она об этом мечтала…
        - Кольцо и само по себе непростое,  - Родион задумчиво подбросил его на ладони,  - сдается мне, няня Януша постаралась. Должен был быть талисман или вроде того, однако…
        - Удружила, блин!
        - Порой вещи используют не по назначению,  - он наклонился ко мне.  - Как там точно условие звучало?
        - Секунду,  - напрягла я память.  - «Буду вечно лишь его».
        Его лицо было близко-близко. Щекотное дыхание, взгляд пристальный. Откровенный, практически раздевающий. Горячие ладони вновь оказались на моей спине и, прочертив тотчас покрывшуюся мурашками дорожку, сползли ниже. Ой… Губы накрыло поцелуем, дыхание сбилось. Пульсация в висках, жесткая щетина под пальцами. Касание за касанием, нарастающее желание всего и сразу. Юбка съехала набок, как и моя крыша. Стоп!
        - Слушай,  - я вывернулась, но не то чтобы очень.  - А проклятие-то будем снимать?
        - Мы этим и занимаемся,  - заявил Родион ответственно и опять потянулся к моим губам.
        - Чего?…  - опешила я.
        - Ну, надо нарушить условие…
        У меня челюсть отвисла, что, как выяснилось, серьезное препятствие для поцелуев. Хм! Условие. Если у меня будет кто-то другой, то вечная верность Янушу даст трещину и артефакт сломается? Логично, только… Хм-хм! В горле пересохло, стало, мягко говоря, не по себе. Родион терпеливо ждал, но в прищуренных глазах терпения не было ни на грамм.
        - Отличный план,  - всецело одобрила я и притянула его к себе.
        Поцелуй, еще, и еще. Надетое на палец кольцо, раскаленное. Плевать! Жар по коже сильнее, эйфория сумасшедшая. Прикосновения обжигающие, губы ноют, а все мало. Вскоре - ни отчета, ни самоконтроля. Вон с палубы, тут шторм! Нас тоже смыло. Короткая возможность отдышаться, проложенная от шеи до ключицы дорожка поцелуев. Объятия разомкнулись, расстегнутая его проворными пальцами блузка упала на пол шелковой тряпочкой. И футболку с оленем туда же… Беззастенчивый стон, путешествие нахальных ладоней по телу. Да, только да, и никаких сомнений. Скрип потревоженного дивана, наваждение по венам, в воздухе, везде. Я и он, остальное лишнее!
        После - обессиленное падение в его объятия, попытки восстановить дыхание. Мысли возвращались в голову медленно, разнесенная в щепки крыша склеивалась по кусочку. Ух… Я повернулась, остывшее кольцо мертвым грузом соскользнуло с пальца. Без звука, в никуда. Поводила ладонью по дивану - пусто, постаралась высмотреть его на полу - ничего. Неужели…
        - Получилось?  - прошептала я.
        - Еще как,  - подтвердил Родион, прижав губы к моему уху.
        В коридоре пробухали шаги, провернулась ручка двери. Ой-ой. Я прильнула к нему и отчаянно зажмурилась. Не вижу, значит, и меня не видят… В детстве в это верилось! Потянуло сквозняком, вспыхнул верхний свет. Ненадолго, эдак на пару секунд.
        - Родька,  - разрезал тишину голос охранника следом за двойным щелчком выключателя,  - не, ну ты вообще совесть потерял?…
        Впрочем, дверь быстро захлопнулась. Родион невозмутимо зевнул, я издала смущенное «ы-ы-ы» и по-идиотски прыснула ему в плечо. Вот, совсем я испортилась. Всегда знала, что к этому склонна! Веселье длилось от силы минуту, ровно до услышанного:
        - Надо уходить.
        Тон был вовсе не тот, когда о приличиях волнуются. Я вскочила, пошарила глазами и руками в поисках вещей. На диване, вокруг него и под ним… Нашла юбку и сапоги, остальное мне торопливо подали. Пока возилась с завязочками на блузке, Родион успел и одеться, и мой выложенный телефон с ключами от квартиры отыскать. Я натянула сапоги, пространство взорвалось звуками сирены и механическим голосом по громкоговорителю. Пожарная тревога?! К горлу подкатила паника, охватило оцепенение. Черт-черт-черт! Еще не конец?… Я в ужасе уставилась на дверь, Родион метнулся ко мне. Хапнул за локоть, ткнув в руки накидку и выволок в коридор. Пахло дымом и гарью, истошным воем надрывалась сирена. Уши закладывало, ноги не слушались, заплетались. Сама бы давно упала, но меня тащили вперед, к выходу. Мелькали плитки пола, по пятам ползло марево - темное, ядовитое, и веяло от него холодом. Наконец, дверь. Пропуск пикнул у замка раз, второй. Хоть бы хны. Заперто. И на ближайших окнах решетки. Мамочки…
        - Спокойно!  - Родион каким-то чудом переорал сирену и крепче сжал мою руку.  - Есть путь в обход!
        Я клацнула зубами, развернулась следом за ним. Коридор затягивало дымом, запах становился гуще, омерзительнее. Обратно бежалось быстрее и, кажется, осмысленнее. Отлично, давно пора взять себя в руки, а не быть беспомощным котенком, которого тянут за шкирку! В конце коридора - еще одна заклинившая дверь и лестница. Задержанное дыхание, шаг к пролету. Залп ледяного холода в затылок, мигом напрягшийся Родион. Из марева вынырнула тень, невнятная, черная. Витком дыма взмыла под потолок, закружилась. Кажется, оно злится… На меня. Гад дохлый, пусть уже упокоится - с миром или без! И невеста его зараза. Всю жизнь мне испортили своими великими чувствами, подсунули это кольцо дрянное. А я просила?… Да пошли они оба! Я выступила вперед, отодвинув сосредоточенного Родиона, и что есть мочи крикнула:
        - Иди отсюда! Что ты здесь забыл теперь?!
        Оно зашипело, завертелось ураганом, самым настоящим. Искры, заглушающее сирену шипение, дышать нечем. Дыма прибавилось с лихвой, коридор тряхнуло. На ногах не устояла, завалилась на Родиона. Тот, вместо того чтобы разозлиться на меня за отсебятину, с энтузиазмом кивнул. О, значит, можно высказаться? Да легко! Я задрала голову повыше и рявкнула:
        - Не люблю я тебя! Не люб-лю!..
        С потолка посыпалась труха, все заволокло чернотой. Густой, непроглядной. Я опрометчиво вдохнула, тут же закашлялась. Обдало холодом, затем жаром, мир поплыл. Не стало ничего, кроме ощущений. Необыкновенно ярких, обостренных. Шум в ушах, сумасшедшее головокружение, хватка железных пальцев на запястье. Родион! Потянул прочь, резко и настойчиво. Глаза слезились, душил кашель. Споткнулась о неведомый порожек, пара шагов наощупь… Дым чуть рассеялся. У лестницы окно - широкое, без решетки. Что там говорилось про «в случае пожара»… Звонкий удар, и стекло осыпалось. Меня подсадили на подоконник, почти закинули. Подалась вперед, мягко вывалилась в кусты. Снаружи тоже дым, воздух горький, тошнотворный. Треск, вой сирены и сзади, и вдалеке. Родион спрыгнул следом, поднял меня на ноги. Пошла я сама, откуда-то вдруг силы взялись. С каждым шагом отпускало, мутные пузыри перед глазами лопались и исчезали один за другим. За воротами удалось вдохнуть полной грудью и откашляться.
        Мелькнуло белое лицо охранника, что-то тараторил как заведенный, потом медики - отстали бы, а? Толпа зевак, толкаются локтями, так бы и стукнула. Машина… Ура! Я упала на сидение. Он - рядом, ладонь теплая, надежная такая. Дышалось легко и свободно, чувства тревоги как не бывало. Я повернулась к окну. Хоть и окраина парка, пожар вдали был виден отчетливо. Здание полыхало, охваченное пламенем целиком, дым валил до неба. Ого, разгорелось! Площадку за деревьями усеивали пожарные машины, вразнобой вопили сирены и метался народ с камерами и телефонами.
        - Он устроил?  - я облизала пересохшие губы.  - Призрак?…
        - Ага. Зато ушел. Артефакт его больше не держит, все кончено.
        - Ушел,  - повторила я и, до конца не веря, протерла глаза. Ничего не изменилось, разве что дым в небе пошел вширь. Надеюсь, потушат.  - Проклятие сняли, призрак изгнали. Насовсем!
        - Кардинально, да,  - согласился он.
        Покосился на гигантский факел торгового центра и, непричастно засвистев, отвел глаза. Что-то мне кажется, ему за это не заплатят… Я откинулась на спинку сидения. Покрутила затекшей шеей, рассматривая глубокую царапину вверху. Неужели проклятия действительно теперь нет? От меня не станут все подряд нос воротить, шарахаться, сбегать через полгорода? Морозилкой обзывать? Да ладно… Даже не знаю, каково это, не чувствовать себя постоянно стремной девицей, рядом с которой любая подружка суперзвезда. Не засыпать каждую ночь с мыслью, что со мной что-то не так. Мама перестанет на праздники дурацкие любовные талисманы дарить? Сочувствующих речей и неудобных вопросов тоже не станет? С ума сойти! Быть такого не может.
        Кажется, последнее я произнесла вслух.
        - Может, может,  - улыбнулся Родион.  - Нет больше никакого влияния, я вижу.
        - Не верится,  - призналась я.  - Невероятно просто. Наконец у меня будет нормальная жизнь…
        Повисла пауза, улыбки не стало. Его рука соскользнула с моей, легла на руль.
        - Ну да, нормальная,  - буркнул он будто и не мне. Щелкнув по клюву птичий черепок, устало добавил:  - По домам пора.
        Эм-м-м?… Взгляд мимо меня, провернутый ключ зажигания. Я хотела что-то сказать, что-нибудь, но не придумала что. «Спасибо»? Нелепо и двусмысленно. «Неплохо время провели, если не считать призрака и пожара»? Еще хуже… За окном мелькали дома, кострище отдалялось, только столб дыма преследовал неустанно. Наверное, его сейчас из любого места в городе видать. В родные стены хотелось очень, а еще спать. Ни о чем не думать, ничего не анализировать. Все завтра. Я прикрыла глаза и очнулась лишь перед подъездом своего дома. На автомате подцепила ручку дверцы, выбралась наружу. Едва захлопнула ее за собой, машина сорвалась с места и исчезла за поворотом. Посмотрев ей вслед, я фыркнула в пустоту и потопала домой.
        На кровать рухнула, не раздеваясь. Снились пончики-кольца и горелые пельмени. Метались тени, шипели, требовали абонемент на пилатес со скидкой. Потом надоедливо звонил будильник, пиликал, орал. В чувство пришла в душе, под тугими струями ледяной воды. А-а-а!.. Холодно же! Пулей вылетев навстречу полотенцу, я прокляла сбитый режим и вспомнила, что на любимой работе меня вроде как не ждут. Все равно наспех привела себя в порядок и без пяти минут восемь стояла за стойкой фитнесс-клуба, даря дежурные улыбки.
        Это было ужас что! Сначала любитель ранней йоги пожаловался на неудобный коврик, заставил меня на него улечься и даже изобразить ту позу, которую в юбке делать определенно не стоило. Успокоился, и, довольно хрюкая, ушел смотреть какой-то ролик в телефоне. Не снимал, надеюсь?! Потом перекачанный субъект полчаса играл мышцами, рассказывая, как правильно складывать пластиковые стаканчики в кулере, и просил мой номер телефона, пока дамочка в очереди не сделала замечание, что на рабочем месте можно бы и работать, а не парней цеплять. Что?… Это я-то?! К обеду явился тренер, незабвенный муж Анны Петровны. Прорысил привычно мимо, у выхода тормознул, словно в стену впечатался и вернулся, требуя чаю. Застукавшая его в приемной жена наградила меня испепеляющим взглядом, по которому стало ясно: зарплату мне больше не поднимут. Эту бы получить… Только отгремели раскаты семейной ссоры, у стойки нарисовался пафосный тип в солнечных очках и красиво пел, что его творческому проекту для полного успеха не хватает как раз меня. Мол, идеально подхожу. Выяснилось, что проект его не особо творческий, и вообще для порно
сайта. Чертов извращенец был сдан охраннику и несколько раз выведен за дверь. Последний раз - удачно. Мрак… Что творится?… Верните мне мое кольцо обратно!
        К вечеру я сама готова была начать ото всех шарахаться. Нетерпеливо ждала конца рабочего дня, улыбалась гораздо осторожнее и лишних бесед ни с кем не вела. Помогло - обошлось без происшествий. Часы показывали долгожданные десять часов, народ расходился с последних занятий. Я заполняла журнал, в очередной раз просматривая городские сводки новостей. Пожар в торговом центре стал главным событием, взбудораженные журналисты щедро делились подробностями. К счастью, никто не пострадал: ни работники центра, ни пожарные. Под утро здание потушили, но от него мало что осталось. Сообщалось, что виной всему коротнувшая проводка и вопиющие нарушения пожарной безопасности в торговом центре. Мало того, что владелец землю в парке сомнительным способом получил, еще и строил как попало. Теперь он пустился в бега, объявлен в розыск. Точно Родиону не заплатят… Интересно, а ему не хочется узнать, как я тут? Хоть бы позвонил, спросил. Ах да, у него моего номера нет. Совместное изгнание призрака вовсе не повод телефонами обменяться! Зачем оно ему? Без злых духов в комплекте я товарищам ведьмакам не нужна. Дело сделано -
давай, до свидания. Ну и пусть один свои вкусные пельмени ест!
        Я со злостью отбросила журнал, двери распахнулись, и в приемную ввалился… Вадик. Картинно убрал длинную челку со смазливой физиономии и уставился на меня в оба глаза, будто впервые видел. Да чтоб его!
        - Верунчик,  - пропел он, красиво распластавшись по стойке.  - Ты сегодня неотразима! Сменила прическу?
        - Ювелирку,  - процедила я.
        - Тебе идет!  - его взгляд прилип ко мне намертво, к тому месту, где сережки носят редко.  - Кстати, спасибо еще раз за чудесный вечер, надо будет повторить.
        - Пожрать и свалить?  - не выдержала я.  - Не набегался? Рекомендую беговую дорожку, недорого. А от меня отстань. Со мной ведь «что-то не то».
        - Чего?! Кто сказал?  - Вадик озадаченно поскреб затылок.  - А ну да, я же и сказал. Слушай, не знаю, что на меня нашло. Готов загладить свою вину. Немедленно!
        Рядом с ним нарисовалась блондинка со спортивной сумкой и недоумевающим личиком. Показательно постучала длинными ноготочками по стойке.
        - Мне вино очень понравилось, и музыка,  - не обратил на нее никакого внимания Вадик,  - и платье твое…
        - Ва-а-адь,  - возмущенно протянула блондинка.  - Ты же меня пришел встречать!
        Он повернулся, расплываясь в приторной улыбке.
        - А, Светочка. Извини, дела срочные появились. Ты ведь одна дойдешь, да?
        Светочка поджала пухлые губы и прищурилась, явно прикидывая, как половчее вцепиться мне в волосы. Я с независимым видом нырнула под стойку и затихла. Не вылезу, пока не уйдет. Пусть лучше своему Вадику морду царапает. И почему я не в детском садике работаю? Одни спортсмены вокруг - опасно. Вот и эта, фитнесом подкачанная, как даст сумкой и прощай, Вера. Наверху презрительно фыркнули, процокали каблуками к выходу, мстительно бабахнув дверью. Пойти, что ли, в те руины, кольцо поискать?… Права была бабушка Родиона.
        - У меня тоже срочные дела,  - сказала я, выбираясь из-под стойки.
        Помахала на прощание охраннику и поспешила на улицу. Вадик увязался за мной, не отставая и не затыкаясь ни на секунду:
        - Обязательно надо повторить, но на этот раз у меня. Любишь шампанское? Не страшно, если не любишь. В моем баре много чего есть.
        - Просто уйди,  - окончательно рассвирепела я.  - Ты мне даже не нравишься!
        - Да ладно тебе ломаться,  - не проникся Вадик.  - Ты не встречаешься ни с кем, это все знают.
        - Уйди-и-и!..  - взвыла я дурниной посреди улицы покруче любого привидения.
        Сработало. Его нафиг сдуло, мимо дорожки, сквозь кусты. Осталась одна в закоулке перед клубом с погасшей вывеской. Ну, думала, что одна.
        - Гляжу, от поклонников уже отбоя нет,  - раздалось сзади насмешливое.
        Ой! Я поправила воротник второпях накинутой кофты, обернулась. От дерева отделился силуэт, и из тени вышел Родион. С самым невозмутимым видом, будто случайно мимо проходил. Выглядел небрежно и вместе с тем вопиюще привлекательно. Волосы взъерошенные, небритость запредельная, куртка нараспашку. Во взгляде тонна неприкрытого веселья, на губах ехидная усмешка. Еще бы, такой цирк застал. Подошел ближе, отчетливо запахло сигаретами. Ни разу не видела, чтобы курил. Может, он их ест?… Или это одеколон специальный? «Ароматы ада»! Родион вопросительно изогнул бровь, я сделала надменное лицо. Подумаешь, красавец. Не буду за ним бегать, больно надо. Лучше скажу что-нибудь умное, гордое и неприступное. Прямо сейчас…
        - Почему ты вчера уехал?
        Черт, не то!
        - Подвез в нормальную жизнь. Проклятие снято, все путем.
        Я бессмысленно моргнула. Еще, и еще.
        - А сейчас чего пришел?…  - выдавила, тщетно пытаясь сообразить, насколько далеко меня только что послали.
        - Так мало ли,  - он пожал плечами,  - вдруг ты нового призрака успела подцепить. Проверить не лишнее.
        - Долг - это святое,  - вырвалось само, не разобрать с обиды или со злости.  - Работа тяжелая, ответственная! Торговых центров еще сколько осталось неспаленных…
        Родион сделал непроницаемое лицо и шепнул:
        - Я буду все отрицать…
        - Может, пока ты тут со мной болтаешь, другие девицы помощи ждут.
        - Симпатичные?
        Сердце пропустило удар, нижняя губа по-дурацки поползла вперед.
        - Дурак!  - высказалась я и прикусила ее от греха подальше.
        Развернулась, чтобы шагнуть прочь, но ладонь мгновенно зажало в тисках его пальцев. Попыталась высвободиться, но рука предательски задрожала и поникла. Дура! Рывок, и горячим дыханием обожгло висок, напротив оказались прищуренные глаза. Серые, глубокие, до дрожи в коленях.
        - Иди-иди,  - пробубнила я.  - Всю работу пропустишь! С этими, симпатичными…
        - А я с тобой не закончил,  - двусмысленно протянул Родион. Чуть ослабил хватку и обвил мою талию второй рукой.  - Надо повторить, чтобы наверняка. Как специалист говорю. И вообще для профилактики полезно.
        Я сдвинула брови и строго посмотрела на него. Зря. Воздух моментально стал горячим и плотным, по спине промчалось стадо мурашек. Родион наклонил голову и поцеловал меня прямо в губы. Ой… Что он творит? Совсем уже? Пусть только попробует перестать! Небо качнулось, перед глазами мелькнула вывеска фитнесс-клуба, подумалось отчетливо - ну ее, нормальную жизнь. Хочу эту.
        - Угу…  - единственное, что смогла ответить, еле оторвавшись от его губ. Следом вылетел самый глупый вопрос на свете:  - А что дальше будет?
        - Все будет,  - уверенно пообещал он и добавил чуть тише:  - Какое кольцо тебе подарить?…
        Я ахнула, стукнула его по плечу. И рассмеялась. Да уж, в этот раз без кольца как-нибудь обойдусь!

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader, BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader. Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к