Библиотека / Фантастика / Русские Авторы / ДЕЖЗИК / Каримова Лука: " Связанные Нитью " - читать онлайн

Сохранить .
Связанные нитью Лука Каримова
        Принц совершает очередную глупость, а расхлебывать приходиться мне - его личному магу! Сначала мы вынуждены бежать из нашего мира в Москву, где мне нельзя колдовать, затем обернуться теми кем я точно не ожидал стать! Да еще и втянули нашу соседку в неприятности. Я терплю это только ради принца, но ведь всему есть предел!
        Связанные нитью
        Глава 1
        Чайник закипел, булькая водой. Из тостера со щелчком выскочили прямоугольники хлеба. Осторожно, чтобы не обжечься, их подхватила худая женская рука с длинными пальцами. От узкого, несколько костлявого запястья и до локтя шла черная татуировка из вьющихся роз - настоящее произведение искусства. Тату-мастер, к которому Мирославу привел близкий друг Антон, оказался виртуозом.
        Мирослава и Антон познакомились в студенческие годы. Сначала они долго переписывались в социальных сетях, обмениваясь музыкальными рок-композициями, пока не решили встретиться в одном из московских баров. С тех пор их отношения потекли волнообразно: сначала они занимались сексом, не имея никаких требований, потом общение сходило на «нет» - у каждого появлялись новые партнеры, но… они снова возвращались друг к другу и однажды поняли, что стали просто близкими друзьями. Им было хорошо попивать по вечерам виски со льдом, когда Антон забегал в гости после работы, и вести задушевные беседы о «бывших».
        В свои двадцать пять у Мирославы за плечами был университет по туризму, несколько паршивых работ не по специальности и, наконец, спокойная должность в дешевом туристическом журнальчике. Смешно сказать: Славка писала статьи о различных странах, расхваливая архитектуру и невероятные достопримечательности, но сама никуда, кроме Турции и Египта в далеком детстве, не летала. Разве что проводила летние каникулы в Украине у тетки.
        Когда ей стукнуло восемнадцать, родители окончательно перебрались туда, а Мирослава осталась в Москве, в одном из тихих спальных районов.
        Из окна девятого этажа открывался прекрасный вид на парк. На кухонном столе стоял ноутбук, а закипевший чайник ждал, когда же из него польется кипяток, и Слава заварит чашечку фирменного кофе с ароматом шоколада и апельсина, а не «дешевки» из сетевых кофеен.
        На экране ноутбука был открыт вордовский документ с новой статьей: «Жизнь одна! Путешествуйте, стремитесь к неизведанному и скорее собирайте чемодан - новые впечатления и селфи ждут вас…»
        - Хоть сейчас набить это на моей будущей гробовой плите. Такими темпами я точно никуда не полечу, - пробормотала девушка и с недовольством кликнула мышкой по крестику, отправив документ начальнику.
        Главному редактору журнала «Дальняя дорога» было все равно, какие розовые сопли и сумасшедшие идеи сочиняли авторы статей. Важными для него оставались две вещи: чтобы продажи не падали и журнал не закрыли. А подписчики с покупателями, которые не могут себе позволить путешествия, продолжали тратить деньги на «глянцевую библию», где писалось о невероятной, полной красок и приключений жизни, к которой они, возможно, никогда не прикоснутся. Мирослава тоже покупала такие журналы - не каждый месяц, но бывало. И сейчас это чтиво лежало стопочкой в туалете, чтобы в раздумьях, листая страницы, она смотрела на любимые красоты Исландии и Шотландии, а потом нажимала на кнопку сливного бачка. И вместе с водой и средством для очистки унитазов ее мечты спускались по сточным трубам туда, откуда им не вернуться обратно.
        Время от времени девушка тяжело вздыхала, немного грустила, но продолжала мечтать: однажды она действительно побывает там, куда авиабилеты стоят баснословных денег, а проживание и питание еще дороже.
        Так случилось в прошлом месяце. Скопив кое-какую сумму, взяв в долг у Антона и у близкой подруги Насти, Слава впервые вошла в офис турфирмы и оплатила поездку в Норвегию. В путешествии она набралась впечатлений и сделала множество фотографий для будущих статей.
        Но долг, казалось бы, близкой подруге омрачил возвращение из отпуска. Вместо двадцати тысяч у Славы попросили проценты и добавили, что иначе ей несдобровать, и ее мордашку как следует разукрасят.
        Она вернула Насте двадцать тысяч переводом на банковскую карту, вычеркнула ее из списка друзей и быстро сменила дверной замок, потому что у бывшей подруги был запасной ключ. На некоторое время Антон поселился у Славы - как оказалось, не зря. Однажды вечером, с деревянной битой на плече он встретил парочку недотеп, вздумавших заявиться к Славе от Насти за процентами. Антон разъяснил парням, кто и куда пойдет, если приблизится к его женщине, хотя это было громко сказано, потому что они давно не спали вместе. Однако сложно не испугаться брутального мужика с рыжеватой бородой, всклоченными волосами и черными во всю голубую радужку зрачками. Накачанные руки бывшего любовника покрывали татуировки, как у настоящего викинга, на лице замерла хищная улыбка, а от остекленевшего взгляда стоящей рядом Мирославе было не по себе.
        Неугодные вмиг ретировались и больше не появлялись.
        «Лучше быть должной кредитной карте, чем живому человеку, который однажды из подруги превратится в старуху-процентщицу. Топора на таких нет», - думала девушка.
        Прикусив ноготь на большом пальце, Слава наконец-то заварила себе кофе и неторопливо съела два тоста с джемом. По вечерам ей всегда хотелось чем-нибудь похрустеть. Она могла не спать до глубокой ночи, ведь на утро ей не нужно идти на работу и коротать жизнь в офисной рутине с 9 до 18.
        За окном висел молодой месяц. В некоторых квартирах горел свет, хотя стрелки на часах замерли на начале второго. Девушка захотела посмотреть какой-нибудь фильм, как вдруг в дверь позвонили.
        - Кого нелегкая принесла, - ворчливо проговорила она, подтягивая любимые домашние джинсы с заплатками. Растянутые штаны свободно болтались на бедрах, зато мгновенно снимались, когда в порыве страсти от них нужно было избавиться.
        В глазке Слава увидела соседку - Ариадну Николаевну Потемкину, возможно, прапраправнучку Григория Потемкина или самой Екатерины II. Было ли это родство в действительности или нет - неизвестно, но соседка держалась как истинная дворянка: высокая, крутобедрая, с объемным бюстом, всегда с макияжем и на каблуках - другой обуви Ариадна Николаевна не признавала. Она любила курить сигареты через длинный костяной мундштук, и от нее пахло ароматным вишневым табаком.
        Ариадна считала, что Мирослава - барышня привлекательная, несмотря на наличие татуировок. Но то, что девушка не носит туфли и не пользуется косметикой, повергало даму в тихий ужас. В каждую их встречу, будь то чаепитие или утренний кофе с коньяком, без которого, кстати, госпожа Потемкина тоже не представляла себе жизни, Ариадна хотела подкрасить худощавую соседку то блеском для губ, то алой помадой. Но обычно это ограничивалось нежным взмахом кисточки с румянами.
        Сегодня же, в столь поздний час, Ариадна себе не изменила, будучи в домашних туфельках с красными пуховыми помпонами и бирюзовом шелковом халатике с китайскими мотивами. Длинные черные ресницы затрепетали, пухлые губы сжались: видимо, Ариадна теряла терпение, стоя дольше положенного.
        - И вам доброй ночи, - поприветствовала Мирослава, наконец-то явив свой скромный лик соседке.
        - Слава, киска, что же так долго? Даме не пристало торчать под дверью, здесь гуляют сквозняки, - она без разрешения вошла в квартиру, за ней последовали два ее кота.
        Что это были за коты? Один - британец с серебристой гладкой шерсткой в полоску и большими голубыми глазами, по кличке Владыка. Слава не знала, по какой причине хозяйка так его назвала. Возможно, из-за того, что когда ему подавали корм в чужой миске, он смотрел на всех уничижительным взглядом? Славу забавляла его манера прижимать уши к голове - так кот выражал свое недовольство.
        Вторым спутником Ариадны в ее кошачьей свите был мейн-кун Бегемот - рыжий и до невозможного пушистый. Даже от одного его лежания на ковре или диване оставалась шерсть. Чтобы убрать следы присутствия Бегемота, требовалось использовать половину запаса бумаги от липкого ролика. Поэтому когда Слава поняла, что соседские коты будут частыми гостями, пришлось заменить все ковры на ламинат, а дверь в гостевую комнату закрыть. Обычно там ночевал Антон, разбрасывая вокруг запчасти от компьютера вместе с инструментами и носками. Он страдал от аллергии на кошачью шерсть, и если в комнате как следует не убрать и не накормить его антигистаминными препаратами, то ночь соплей и чихов обеспечена.
        Видимо, и сегодня Ариадна решила оставить питомцев, потому что ее ждала очередная рабочая командировка. Женщина была владелицей сети магазинчиков с разнообразной экстрасенсорной, буддийской и тому подобной дребеденью, в которую Слава не верила, как и в то, что у нее есть какие-то чакры, которые необходимо открыть, после чего ей наконец-то повезет с парнями. Неспроста все ее бывшие - сплошные неудачники и самовлюбленные альфонсы. Так их называла Ариадна, не стесняясь более крепких выражений, особенно после употребления сорокаградусной вишневой настойки по рецепту ее сестры из Уфы.
        Удивительно, но «магический» бизнес процветал. Она открыла новые точки в Иваново, Владимире и вообще замахнулась на Малое Золотое Кольцо России. И как ей удавалось сбывать столько всякой ерунды, от брелоков с турецким синим глазом до огромных стеклянных шаров для гадания, не говоря уже о фигурах животных или божков? Как оказалось, многочисленные бизнесмены заказывали их для своих загородных вилл, надеясь, что потерев метровую статую Будды по выпуклому позолоченному брюху, обретут неземные богатства. И плевать, что биржевые акции ползут вниз. К чему эти мелочи, когда судьба все равно подбросит удачу, как уверяла своих покупателей Ариадна. Язык у этой дамочки был хорошо подвешен, она могла продать любую, даже бракованную вещь, наобещав три литра любви, десять килограммов удачи и повышение уровня положительной энергии, которая нагрянет к человеку из космоса и осветит его жизненный путь на три года вперед.
        - Почему на три? - спрашивали покупатели.
        - Потому что удача и благодать требуют подпитки, а для этого вам необходимо купить фито-чай, к нему банку заговоренного варенья, а лучше четыре, и зажигать эти толстые свечи с рунами каждый вечер, ровно в двадцать три ноль-ноль по московскому времени, - наставляла Ариадна. И ничего страшного, если предлагаемые товары на привлечение удачи каждый раз составляли новую комбинацию.
        Большей чуши Слава в своей жизни не слышала, провожая удивленным взглядом клиентов с огромными черными пакетами, на которых был изображен глаз египетского бога Ра.
        Сеть магазинов носила название «Матушка-удача». Один из них располагался в их доме, где Мирослава и познакомилась со своей соседкой по этажу. Девушка просто захотела устроить романтический вечер с тогдашним молодым человеком.
        За прилавком на барном стуле с чашкой кофе в руке сидела хозяйка, облаченная в бордовое платье по фигуре, в туфлях на шпильках и с узкими прямоугольными очками на цепочке. Одного взгляда на девушку ей хватило, чтобы скривить алые губы и устало закатить глаза. Укладывая пару коробочек со свечами в виде сердечек, она заявила:
        - Деточка, не разменивайся на эту мелочь. Не там ты любовь ищешь. Что свечи - один аромат, и только, а сгорят так же быстро, как и его чувства к тебе. Ты не нервничай и не позволяй распускать руки.
        Мирослава нахмурилась и, поблагодарив за свечи, сбежала из магазина, коря себя, что не купила их заранее в другом месте. Потому что в эту сумасшедшую лавчонку она больше ни ногой.
        Правда, тем же вечером вместо любви и романтики ее ждал ревнивый скандал. Парень в порыве гнева схватил ее за горло и, сильно сжав, припечатал к стене. Девушка почувствовала боль в затылке и… страх. Да, ей действительно было страшно. Еще секунда, и она готова была смириться со своей судьбой, согласиться на предложение-приказ парня переехать к нему жить и находиться под постоянным контролем. О статьях, общении с Антоном, дружных посиделках можно забыть навсегда.
        Резковатый запах от потухающих свечей заполз к ней в нос, и она громко чихнула. Ухажер разжал руку и выпустил Славу.
        - Ты слышала, что я тебе сказал? Я с тобой говорю, стерва! - он повысил голос и пошел за ней в кухню. Но когда в его лицо уткнулось острие большого ножа, парень опешил.
        - Пошел вон, мне такой жалкий слизняк и соплежуй не нужен. Найди себе малолетку и крути с ней шашни, я по горло сыта твоими изменами. Да-да, мне все известно. Лиза твоя растрепала. А я-то, дура, верила, что у тебя просто сестра ночует, и это ее длинные волосы по всей квартире и особенно в твоей кровати, - Славин голос набирал силу, она говорила уверенно, сжимая нож и угрожающе надвигаясь на горе-ухажера.
        В тот момент Мирослава понимала: если он нападёт, она его порежет, заколет, сделает что угодно, лишь бы больше никогда не испытывать страха перед мужчиной. Лучше умереть, чем дать слабину и стелиться перед кем-то ковриком, быть послушной.
        Видимо, он заметил что-то недоброе в ее взгляде, начал говорить разные нежности, пытался успокоить, но она выгнала его из квартиры, захлопнув дверь перед носом и закрыв задвижку. Затем вернулась в спальню, поправила покрывало на кровати, задула свечи. На кухне воткнула нож в подставку с собратьями и с облегчением выдохнула. Да, она чувствовала боль от предательства и измен, но лучше быть одной, чем с тем, кто поднимает на тебя руку.
        На следующий день у нее жутко болела шея, на коже красовались темные следы от мужских пальцев. Пришлось идти в аптеку за мазью от синяков, а заодно обезболивающим - было трудно поворачивать голову.
        По пути домой, сжимая в руке целлофановый пакетик с парой тюбиков и таблетками, Слава встретила Ариадну. Они разговорились: девушка не скрыла ссоры с молодым человеком. И хозяйка магазина пригласила ее на чашку чая, который, судя по этикетке, должен повысить ее удачу и поспособствовать очищению печени от шлаков и токсинов.
        Тогда и выяснилось, что Ариадна вместе со своими котами живет в квартире напротив.
        И сейчас соседка снова отправляется в командировку, а Владыка и Бегемот переезжают к Славе со всем кошачьим скарбом в виде двух лотков, наполнителя для туалета, нескольких пакетов корма, консервов, причем самых дорогих, и именными мисками. Две лежанки и несколько игрушек уже прятались у Мирославы в шкафу.
        - Какие-то проблемы с поставками, ну ничего без меня сделать не могут. Прямо сейчас сажусь в машину и еду в город невест, - пожаловалась Ариадна, поставив на пол недовольного Владыку, прижимающего уши к голове.
        - Бывает. Вы помощницу пригласили? - Мирослава наклонилась и погладила крутящегося возле нее Бегемота - тот довольно вытянул хвост и замурлыкал, навострив уши с кисточками.
        - Совершенно вылетело из головы, а ведь завтра пятница! С утра магазинчик должен быть открыт, - она задумчиво почесала ногтем висок. - Слава, котенок, ты не выручишь меня еще раз? Необходимо завтра выйти и отработать смену в магазине, с десяти и до семнадцати, короткий день. Обед с часу до двух, забежишь домой перекусишь. Не в службу, а в дружбу, выручай!
        Девушка тяжело вздохнула: от продаж она открестилась еще на третьем курсе, когда перешла на заочку и устроилась в турфирму. Все, что ей было нужно - молча заниматься документами, мотаясь в посольства с анкетами, но никак не втюхивать туры как горячие пирожки.
        - Даже не знаю… - она взлохматила короткие волосы на затылке.
        - Я знаю, что ты терпеть этого не можешь, но всего денек. А там с субботы выйдет моя помощница Любовь, Любочка, - пропела Ариадна.
        - Ладно, но за количество проданного я не отвечаю. Никому и ничего впаривать не буду.
        - Уж это я как-нибудь переживу. Любка в выходные сделает шикарную выручку. Как раз звезды сошлись, и пятничный день обещает быть относительно спокойным. Спасибо, дорогая, - она поцеловала Славу в лоб и, погладив котов, ушла восвояси.
        - Как будто у меня нет других забот, - Слава погасила свет и пошла в ванную смывать след от губной помады. - Как вы сами еще не зацелованы до смерти… - обратилась к последовавшему за ней Бегемоту. Кот шел вперевалочку, и это выглядело очень забавно.
        До начала четвертого утра Слава все-таки сумела написать адекватную статью, отдав предпочтение северным странам, куда лучше всего лететь в летние месяцы. На этом ее творческая ночь закончилась, и она пошла в душ.
        Расправив постель девушка упала на нее и включила релаксирующую музыку. Лежа в полумраке комнаты и почесывая шершавую пятку, она думала о том, что неплохо бы прикупить пемзы, а заодно и крема для рук. «Антон все вымазал. Подумаешь, однажды пожаловалась, что у него шершавые ладони сплошь в линиях. Ариадна говорила, что по таким очень интересно гадать». Сейчас друг жил за городом и заботился о любимой бабушке. Старушка занемогла, и за ней, кроме внука, больше никто не присмотрит. С родителями Антон общался нечасто, а все из-за его матушки, которая считала сына источником всех ее неприятностей. Из успешной стюардессы, облетевшей в свое время весь мир, она превратилась в домохозяйку с угрюмым сыном, малолетней дочерью на руках и скучным мужем. Отец Антона был молчаливым мужчиной. Втайне от супруги он мог выпить с сыном пива, а то и парочку стопок водки, покурить в подъезде, в спокойной обстановке расспросить о делах, а затем вернуться в квартиру и слушать брюзжание жены. Антон таким терпением не обладал, вечное нытье и обвинения матери были выше его сил. Поэтому, как только у него появилась
возможность, он переселился в общежитие, а с появлением высокооплачиваемой работы снял квартиру на другом конце Москвы - подальше от родителей и поближе к Мирославе. Жили они в разных домах, поэтому не сильно надоедали друг другу.
        Слава и не заметила, как уснула. Снились девушке не образы, а приятные ощущения: то ее гладили по голове, то по плечу, затем укрыли замерзшие ноги одеялом. А потом кто-то начал активно тыкаться в нос, щекоча. Открыв глаза, Слава увидела два блестящих кошачьих глаза. Владыка внимательно смотрел на нее, проверяя на предмет бодрствования.
        - Да встаю я, встаю. Сегодня же надо идти в ваш магазин, - она перевернулась на другой бок и услышала недовольный «мяв». Оказывается, Бегемот разлегся на другой половине кровати, которая именовалась мужской, а она, нехорошая, придавила его своим телом.
        - Прошу прощения, но вас сюда никто не приглашал. Тебе кухни что ли мало? - набросив на кота одеяло, Слава прошлепала в ванную.
        Владыка проследовал за ней, запрыгнув на стиральную машинку. Он внимательно наблюдал, как его временная хозяйка тщательно растирает тело мочалкой, а потом выключает воду и открывает пластиковую дверцу.
        На лопатках Славы были вытатуированы черные вороны бога Одина[1] - Хугин и Мунин. Она набила их после возвращения из Норвегии. Девушка настолько прониклась скандинавской мифологией, что не смогла не запечатлеть кусочек этого воспоминания на себе.
        Вытерев тело насухо и обернув голову полотенцем, она прошла в кухню, где на диване уже сидел отчего-то довольный мейн-кун. Возможно, Славе только показалось, но он как будто улыбнулся…
        Насыпав котам корм и налив чистой воды, Слава залила кипятком порцию овсянки с кусочками яблок.
        - Щекотно! - она неожиданно вздрогнула, когда Владыка лизнул ее икру. - Иди вон, ешь, завтрак подан, - махнула в сторону именных мисок и пошла одеваться. Нижнее белье, темно-синие джинсы, которые она не застегнула, пока не позавтракала, носки в черно-белую полоску и футболка с черепом. На лице - темный макияж, подчеркивающий каре-зеленые глаза.
        Взяв толстовку и ключи от магазинчика, девушка в последний раз взглянула на свое отражение в зеркальном шкафу и, махнув котам, проговорила:
        - Буду к обеду, не скучайте без меня! - и питомцы остались одни.
        ***
        Вход в лавку эзотерики «Матушка-удача» украшала дверь из темного дерева с разноцветным витражом. Вместо ручки - массивное железное кольцо, а над входом угнездилась камера слежения, спрятанная за висящим горшком с цветами.
        Стоило открыть дверь, как раздался легкий перезвон колокольчиков. Помещение было окутано мистическим полумраком.
        На полках и подставках располагались всевозможные магические атрибуты и просто безделушки вроде пестрых вееров. Стены задрапированы восточными тканями, что придавало особенный шарм. Всю левую часть магазинчика занял книжный стеллаж с яркими корешками «магической» литературы. Рядом - стеклянная подставка, заполненная баночками с чаем, лечебными травами и натуральными косметическими средствами. Вместо прилавка стоял широкий стол с кассовым аппаратом и расстеленной картой города и Подмосковья - старинной, из коричнево-желтой, местами выцветшей бумаги. На ней виднелись пометки красными крестиками - видимо, магазины Ариадны. Стоило девушке коснуться карты, как над ней зажегся теплый свет. На столе стояли плетеные корзинки с разнообразными украшениями. Мирославе приглянулся браслет из светло-голубых бусин на плотной нити. Девушка не знала, что это за камень. Она различила в корзинке рубины, сапфиры, изумруды и лунные камни. Взяв браслет, Слава почему-то воровато осмотрелась по сторонам, словно сейчас войдет Любовь и попросит ничего не трогать. Но за этот браслетик девушка решила заплатить, что и
сделала, открыв кассу и положив туда несколько купюр. Украшение она надела на левую руку с татуировкой роз. Повертев так и сяк и прислушиваясь к щелканью бусин, Мирослава довольно улыбнулась и неторопливо обошла магазинчик. Позади стола темнела дверь, ведущая на заполненный коробками с товарами крохотный склад.
        Первая посетительница пришла в начале одиннадцатого, покрутилась перед стеллажом с книгами и купила целую стопку литературы о любовной магии и приворотах, добавив к ним несколько толстых черных и белых свечей, а также подвеску с прозрачным кристаллом. Затем заявилась бабуля с маленькой девочкой. Она порылась в ветхой сумке и достала скомканные купюры, купив два браслетика, чему малышка очень обрадовалась. А третьим клиентом был мужчина с собакой. Он долго ходил вокруг высокой статуи в виде слона, затем ушел, но спустя несколько минут вернулся с еще одним мужчиной. Они пополнили кассу на кругленькую сумму. Слава нашла на складе упаковочную бумагу и помогла им завернуть статую, за что получила подмигивание от хозяина собаки и пыхтение от носильщика.
        До обеда все было спокойно, и девушка решила не ходить домой, а забежать в магазин напротив - купить пемзу, крем для рук и обед, состоящий из бутылки йогурта и сдобы с корицей.
        Перекусив, Слава прошлась вдоль книжного стеллажа, пока ее взгляд не остановился на тонкой книге с черным корешком, на котором белыми буквами красовалось: «Таро Уэйта. Толкования. Расклады». Пожав плечами, она вытащила единственный экземпляр. На круглом столике красовался открытый сундучок с новенькими, упакованными в коробочки картами Таро от разных производителей. Девушка выбрала относительно недорогую колоду. Полной суммы у Славы с собой не было, но она решила, что завтра обязательно занесет Любе недостающую часть. Все проданное она заносила в маленький ноутбук, стоящий под кассой на полочке.
        Раскрыв книгу и вскрыв упаковку карт, Слава понадеялась, что в ближайшее время никто не зайдет. То ли мистическая атмосфера «Матушки-удачи» сказалась, то ли обычное девичье любопытство, но ей действительно захотелось попробовать погадать.
        И, как назло, вошла клиентка. Фиолетовая помада, макияж из разряда «вырви глаз». Полная особа, перетянувшая тело зеленой юбкой и шелковой блузкой. Она напомнила Славе гусеницу. Образ завершали строгие туфли на золотой шпильке и такие же золотые массивные браслеты на запястьях престарелых рук с голубыми венами и пигментными пятнами.
        Губы у женщины были брезгливо сжаты, взгляд колючий. Она осмотрелась и, завидев Мирославу, уверенно подошла к прилавку. Осторожно подцепила пальцами браслеты, как будто на них были не бусины, а насекомые.
        - Где Ариадна?
        - Добрый день, Ариадна Николаевна уехала по работе, сегодня ее не будет, - «И, вероятно, завтра тоже, но это не моя проблема. Завтра будет Любовь».
        - Вот как? В таком случае, упакуйте мне браслеты, штук десять: вот этих с розовым кварцем и красные с яшмой. Двадцать черных свечей, три банки с травяным чаем: ромашковый, мятный и… из липы, - женщина продолжала перечислять, а Слава растеряно хлопала глазами. Однако вскоре собрала всё и упаковала в пакеты.
        Покупательница тщательно пересмотрела содержимое, еще более недовольно поджимая губы, а потом достала кошелек и, щелкнув застежкой, заглянула в него.
        - Вот незадача, забыла снять деньги и карточки дома оставила. Милая, а давай ты мне так все отдашь и запишешь долг для Ариадны? Мы с ней старые подруги, - она приторно улыбнулась.
        - Я не управляющая, чтобы решать подобные вопросы. Приходите в другой раз, - Слава пожала плечами, берясь за пакеты и уже собираясь убрать их под прилавок, когда в ее запястья вцепились на удивление сильными руками.
        - Ну, тебе же ничего не стоит, я постоянная клиентка, - увещевала тетка, впиваясь ногтями в кожу. Девушке стало больно, и она поморщилась.
        - Отпустите, - проговорила Слава, глядя в ее желтоватые глаза с морщинками в уголках.
        - Я еще не закончила, - прошипела она, обдав Славу зловонным дыханием, от которого чуть не стошнило.
        - Я все сказала, приходите с деньгами и покупайте то, что вам нужно. Просто так кому-то что-то отдавать я не имею права, - она наконец-то вырвалась из хватки неплатежеспособной покупательницы. - Магазин закрывается, будьте любезны уйти.
        Женщина смерила Славу хищным взглядом, улыбка не сходила с ее мерзкого лица. Но, на удивление, она послушалась и, махнув на прощание рукой, ушла, звякнув дверью.
        Слава с облегчением вздохнула; некоторое время потратила на то, чтобы расставить товар по местам, а затем погасила свет и, закрыв лавку «Матушка-удача», пошла в магазин. Настроение было ниже плинтуса - то ли из-за последней покупательницы с наглыми руками, то ли потому, что она отвыкла от работы продавцом. Купив бутылку белого полусладкого вина, свежеиспеченный багет и нарезку из мяса и сыра, Слава отправилась домой.
        «А ведь в студенческие годы я только так и зарабатывала. Возвращаясь же домой, проклинала и ненавидела людей, которые даже в праздники зачем-то приходили в торговые центры».
        В квартире ее встретил Владыка, потерся об ногу, а Бегемот вовсю обнюхал пакет с продуктами.
        - Ну, чего вы, соскучились, что ли? - она прошла в кухню и быстро накрыла на стол, поменяла котам воду, очистила лотки в туалете и наконец-то налила себе в бокал вина.
        - Ненавижу людей. Попалась какая-то бешеная клиентка. Взяла, схватила меня за руки, вон… на одной даже следы от ее ногтей остались. Ненормальная… - Слава рассматривала выемки в виде полумесяцев от острого маникюра «гусеницы».
        У нее была тонкая кожа, и, возможно, скоро на ней появятся синяки.
        - Устала так, как будто вагоны разгружала, хорошо, что завтра выходит Люба. Нет уж, больше я на такое не соглашусь! Пусть ваша хозяйка хоть вас ставит за прилавок клиентов обслуживать, - пожаловалась девушка котам.
        Владыка сидел на стуле и молча смотрел, как она пьет вино, Бегемот положил морду на стол, прицениваясь к кусочку карбоната, который в итоге заполучил.
        После двух бокалов Слава на удивление быстро опьянела и сама не заметила, как задремала на кухонном диване.
        Ей снилось, что она плывет по воздуху, ее куда-то несут, переворачивают, тянут за руки и ноги, а потом по правой руке прошлась горячая волна. Она чувствовала себя так хорошо и спокойно, как не было очень давно. Слава вдыхала свежий ночной воздух, шедший из приоткрытого окна, а озябшее плечо укрывало одеяло.
        Во сне она увидела две черные тени, сидящие за столом, которые разговаривали мужскими голосами, и первая тень сказала:
        - Девчонка пришла совсем опустошенная, видимо, нарвалась на энергетического вампира. Таких в этом мире полно. Им не нужна магия, они питаются человеческой энергией. А ведь она еще легко отделалась. После подобных встреч людям очень плохо, они становятся бледными, появляется головная боль, некоторых вообще тошнит.
        - Я могу радоваться тому, что ведьма позаботилась и установила в квартиры защитные амулеты. Ищейки Его Величества не смогут обнаружить нашу магическую энергетику, но находиться в этом теле… - голос звучал устало.
        - Согласен. Ничего не поделаешь, если превращаешься в другое существо, то личность, заключенная в чужую оболочку, делится надвое. Главное - не терять рассудок, иначе придется вылизываться до конца своих дней.
        - Без тебя об этом знаю. Не с тем вы умничаете, Ваше Высочество, - процедила вторая тень.
        - Как скажете, господин королевский маг.
        - Не ерничайте. Сейчас важно сохранить наше местоположение в тайне, иначе несдобровать обоим. Вам повезет куда больше, потому что ваш отец не станет казнить родного сына, а со мной поступят наоборот.
        - Не стоит беспокоиться, если мне уготована судьба находиться рядом с девушкой, которая после душа любит разгуливать голышом, я готов жить тайно куда дольше, чем планировал.
        - Ваше Высочество, вы рассуждаете как юнец. Впрочем, вы и эта барышня ровесники. Хотя порой мне кажется, что она куда умнее вас, несмотря на то, что является обычной простолюдинкой.
        ***
        Мирослава благополучно проспала до полудня, а когда очнулась, то еще долго лежала в кровати, пытаясь вспомнить, как она сюда дошла и что же ей снилось. Одежды на ней не было, зато под боком, растянувшись, лежал Бегемот, а из коридора показался Владыка. Он сел при входе в спальню и посмотрел на нее с укором.
        - Ну что ты смотришь? Да, у меня вчера был сложный день. Видимо, поэтому вино ударило в голову. Все проблемы от стресса, - она отбросила одеяло в сторону и ушла в ванную.
        Напустив тёплой воды и добавив ароматной пены, Слава включила на мобильном телефоне композицию одной из любимых групп и поставила его возле раковины. Погрузившись в воду и вынырнув, Слава как следует умылась и, откинувшись на спинку ванной, с усмешкой заметила, как рядом с приоткрытой дверью Бегемот играет с перышком на палочке. Владыка сидел на стиральной машинке, а когда девушка вытащила руку, он облизнул ее пальцы.
        - Как же хорошо… нужно только Любе занести денежку за Таро, а куда я их, кстати, дела? Ты не в курсе?
        Серебристый кот склонил голову на бок и спрыгнул на пол. Через несколько минут Слава вылезла из воды.
        Книга гаданий и колода карт лежали на пуфике в коридоре, где она их вчера оставила вместе с курткой и кошельком.
        Сегодня ее никто не мог отвлечь. Нужно только отдать Любе деньги, но это могло подождать до вечера.
        Слава бездельничала на любимом кухонном диване. Вся ее работа и творчество проходили именно на нем, рядом с холодильником и банкой кофе.
        Она смотрела фильмы и аниме, переписывалась с Антоном, который, возможно, зайдет завтра, потому что сегодня остался у бабушки в Подмосковье.
        Друг очень давно хотел их познакомить, но что-то никак не получалось: то Слава была занята, сочиняя новую статью, то бабушка попадала в больницу. Не судьба…
        Коты находились рядом. Время от времени Бегемот принимался кусать ее за пятку, цепляясь когтями за носок, а Слава играла с ним, размахивая палочкой с перышком и громко смеясь, потому что крупный кот был похож на мешок шерсти. На все эти игры Владыка смотрел высокомерным взглядом и молча сидел на подоконнике, пока Мирослава не начала его тискать, прижимая к груди.
        - Ну что вам не нравится на этот раз, ваше величество? Или вам не хватает игрушек? Так не проблема… - она поставила удивленного кота на пол и пошла в коридор. Вдоль стены располагался шкаф-купе, в котором хранился заветный пакет с игрушками, куда Бегемот тут же сунул любопытный нос.
        Перед новой мышкой, катающейся по ламинату, Владыка не смог устоять и гонял ее по всему коридору, пока с разбегу не заскользил и не врезался мордой в стенку.
        Девушка долго смеялась, жалея кота и наглаживая его по спине, но тот обиделся и даже не урчал.
        Слава занесла деньги Любе как раз перед закрытием магазина.
        - Славка, привет! - белокурая пышечка Любовь была очень милой и добродушной девчонкой, училась на заочном отделении академии искусств. Третий год работала в «Матушке-удаче» и заодно подрабатывала флористом, живя с матерью-пенсионеркой.
        - Привет, Люб, я прикупила вчера книгу и колоду Таро, вот, принесла долг.
        - Ух ты! Не думала, что ты увлечешься подобным, ты же скептик, - Люба улыбнулась и аккуратно положила деньги в кассу.
        Мирослава смущенно пожала плечами:
        - Атмосфера располагала, вот и захотелось. Теперь буду по книге учиться.
        - Хочешь, я тебе погадаю? Меня Ариадна Николаевна еще в прошлом году научила, теперь подруги в универе не отлипают. Все просят расклад на любовь или на будущее, - она убрала волосы в хвост и, подхватив сумку, вышла из-за стола.
        На улице давно стемнело и горели фонари, но сегодня для летней погоды было прохладно, поэтому Люба, помимо свитера, надела тонкое вельветовое пальтишко. С вьющимися волосами и во всем светлом, она напоминала Славе купидона. А тут еще и разговор про карты, и гадание на суженого.
        - Пока что не стоит, сначала сама хочу разобраться, попытаюсь раскинуть на будущее, - неуверенно проговорила Слава, провожая знакомую к остановке.
        Любовь жила неподалеку от дома Мирославы, днем она доходила до магазинчика пешком, а вечером уезжала на автобусе. Вот и сейчас, помахав рукой удаляющемуся транспорту, Слава подумала, как это здорово - ехать в пустом автобусе, когда все у тебя в жизни спокойно, никто не дергает, и даже отсутствие отношений является плюсом.
        В двадцать пять лет многие ее одногруппницы уже были замужем, с одним или двумя детьми, радовались этому, как любые нормальные женщины. А что же Слава? Неужели ей этого не хотелось? Нет. Она считала брак клеткой.
        «Я больше не смогу проводить дни, лежа на диване и строча свои статейки, гулять посреди ночи, если вдруг приспичит подышать воздухом. Буду вынуждена подчиняться расписанию ребенка. Или, может, я настолько привыкла жить холостяцкой жизнью, что кроме редких объятий и секса, мне больше ничего не нужно?» - она подошла к подъезду и подняла взгляд к небу. Отсюда ей едва были видны звезды, для города это целая проблема - разглядеть светящиеся крошки и загадать желание. Люба права. Слава - скептик, а еще циничная и далекая от романтики.
        Дома ее ждут два соседских кота, которых Ариадна заберет, когда вернется. Иногда заглядывает Антон, с которым можно легко переспать, и оба будут довольны, а что потом? Но об этом Мирослава предпочитала не задумываться. Сейчас в ее жизни все шло именно так, как она хотела - гладко и без лишних волнений.
        Ночью она не спала, знакомясь с историей нового хобби. Пыталась раскладывать карты, листая страницы и делая сумбурные выводы о том, что ее ждет, пока терпению не пришел конец, и девушка не захлопнула книжку.
        - Чушь какая… - недовольно пробормотала она, поглаживая Бегемота по рыжему брюху. - Говорится, что встречу любовь, но этому сопутствуют некие сложности. Хорошо, что с финансами проблем не будет. Хотя о чем я говорю, это же чертовы карты.
        Подавив зевок, Слава задернула плотные шторы и улеглась спать.
        Утром ее разбудил дверной звонок: звонили так усердно, что в пору было затыкать уши.
        Мирославу как ветром сдуло с кровати. Путаясь в одеяле и слушая недовольное мяуканье Владыки, который следовал за ней по пятам, она наконец-то открыла дверь - на пороге с букетом алых роз и банкой домашних солений стоял Антон собственной персоной.
        - Доброе утро. Прости, что разбудил, - привычным голосом с хрипотцой поприветствовал он, чмокнув ее в щеку и вручив букет, на который девушка скептично посмотрела, широко зевнув. А затем удалилась в кухню - ставить цветы в вазу.
        - Какая ты с утра молчаливая, к тому же, не одна! Опять эти два пучка ходячих аллергенов, так нечестно. Я приехал в гости, а ты заставляешь меня провести весь день в соплях и чихах, - он покачал головой, но в квартиру вошел и закрыл дверь. - Я тебя разбудил? - подошел к ней сзади и провел рукой по затылку, приглаживая торчащие волосы.
        - Угу, из-за тебя не выспалась, - она еще раз зевнула и потерла глаза. - Но продолжу спать, иначе мне станет плохо.
        - Естественно, но я рассчитывал на твою нежность… - он обнял девушку за талию.
        - Рассчитывай в другой раз, - она отмахнулась и, высвободившись, вернулась в спальню. В кровати ждал Бегемот, а следом пришел Владыка.
        - Прекрасно! К ней приходит горячий мужчина, а она делит постель с котами, куда катится этот мир, Слава!
        Но девушка только отвернулась, накрывшись с головой одеялом. Теперь она до вечера будет спать.
        - Ладно, отдыхай. А я пойду в комп поиграю, надеюсь, туда ты не пускала эти ворсистые коврики?
        - Наконец-то, - пробормотала Слава, притягивая к себе Владыку и гладя его по нежной шерстке. Вскоре ее рука ослабела, и девушка уснула.
        Ей снились коты. Они сидели за столом и пили… ее вино, как на картине, которую выставляли современные художники на старом Арбате, надеясь продать немыслимое творение туристам.
        Мирослава в любимой пижаме с изображением полосатого енота сидела напротив и молча слушала их треп.
        - Нет, ты видел! Она позволила этому бородачу остаться у нее, да еще обнимать себя! - ворчал Бегемот, дергая ушами.
        - Чего ты от нее ждал? Думал, она будет хранить верность, вдруг превратившись в монашку? - Владыка покачал головой и отпил из бокала, придерживая его когтистой лапой.
        - Нет, но не при нас же.
        - Ее обнаженный вид тебя радует, а как появляется соперник, так ты злишься - это нормально.
        - Я поражаюсь, как ты все это терпишь с таким спокойствием, - возмущенно зафыркал рыжий.
        - С большим трудом. Зато это отличный способ потренировать выдержку. Мы не знаем, надолго ли задержимся в этом облике. Ведьма сказала, что пока сама не решит.
        - Старая болтушка и сводница.
        - Что ей еще остается делать? Она знает Мирославу несколько лет и желает ей добра. Я и сам не в восторге от ее бывших, один хуже другого. И это еще мягко сказано, - Владыка покачал головой и тяжело вздохнул, его длинные усы зашевелились вместе с розовым носом.
        - Она подошла к сводничеству очень странно - велела быть в этом обличие, привыкать, наблюдать, а что потом? Вдруг мне не понравится… - заныл Бегемот, макая кончик пушистого хвоста в бокал.
        - Экий ты разборчивый. Раньше нужно было думать, прежде чем отказываться от руки принцессы Забавы. А теперь радуйся, что ты в этом мире, вдалеке от тех неприятностей, которые повлек твой отказ. Я поражаюсь, ты несколько месяцев живешь здесь, а от животного в тебе больше, чем от человека. Что это еще за кошачьи игры с перышком? - строго спросил Владыка.
        - На себя посмотри, стоило увидеть мышку - и побежал, чуть ли не приплясывая на задних лапах, - Бегемот хмыкнул и обрызгал собеседника вином, отряхивая хвост.
        - Это… просто инстинкты.
        - Ну не надо, не заливайте мне, дражайший герцог. Признайтесь, что вашей кошачьей натуре пришлось по нраву играть с этой милой игрушкой. В конце концов, в том, что животные прихоти берут верх, нет ничего странного. Ведь большую часть времени мы проводим в этом облике, что влечет за собой некоторые последствия, - успокоил его Бегемот, откинувшись на спинку стула. Он сидел в прямом смысле слова, щелкая длинными ноготками и кивая головой, будто в ритм музыке, которую слышал только он.
        - Ведьма сказала, что так нас точно никто не обнаружит. Пребывание в кошачьем облике скрывает нашу настоящую энергетику. Чуть позже мы сможем обернуться кем-то другим. Грань между мирами очень тонкая, поэтому сюда частенько наведываются ищейки Его Величества, вашего отца короля Олексия.
        - Ну, будет вам! Ведь не я один решил участвовать в побеге из той богадельни, в которой жил. И не только из-за оговоренного заранее между мной и принцессой Забавой брака…
        - Должно быть, причиной отказа была отнюдь не ее огромная бородавка на кончике крючковатого носа и не кривые желтые зубы. Любезный принц, вы слишком разборчивы. Уверяю вас, любой женский изъян можно изменить… найти в спутнице на всю жизнь другие достоинства, - Владыка развел лапами.
        - Вы, верно, шутите, мой друг! Вы прекрасно знаете: как принц, я вижу даже сквозь самые сильные иллюзии и боюсь, чтобы элементарно зачать сына, мне пришлось бы надеть на голову Забавы мешок да поплотнее.
        - Ну… что поделать, вы могли бы закрыть глаза и молча получать удовольствие, заранее позаботившись, чтобы супруга сняла с себя всю одежду. В этих шнурочках и подвязочках можно запутаться навеки, говорю вам, как истинный ценитель женской красоты, - они чокнулись и отпили вина. - От моды этого мира я в полном восторге.
        - И все же, что бы вы ни говорили, вы отправились вместе со мной. Но истинную причину вашего побега я так и не услышал! Как один из сильнейших магов, возглавляющих совет моего отца, дай, святая Кальпурния[2], ему долгих лет жизни, решился на бегство?
        - Скажу, что не вы одни были поставлены перед фактом того решения, которое приняли за вас и потребовали его немедленного выполнения. Это не связано с женитьбой и лишением всех регалий, все куда сложнее… - Владыка тяжело вздохнул и опустил голову на стол.
        - Ну же… не секретничайте. Откройтесь и излейте душу, ваша тайна умрет вместе со мной. Слово принца! - он поднял лапу.
        Владыка резко выпрямился и, поведя носом, навострил ушки:
        - Не сегодня, нам пора. Засиделись мы с вами, пора и честь знать.
        - Ох, надеюсь, когда проснемся, этот тип уйдет с глаз долой, у меня нет желания наблюдать за их плотскими утехами, когда сам я не могу позволить себе того же.
        - Терпение, Ваше Высочество. Как сказала ведьма, выбор падет на эту девушку либо на другую. Но все должно закончиться браком или единением ваших энергий. Чем прочнее связь, тем лучше. Вы и я зависимы от нее.
        Стол и бокалы с котами заволокло дымкой, где-то хлопнула дверь, и Мирослава проснулась.
        Коты спали рядом, девушка почесала голову с всклоченными волосами и подумала о том, какой бред ей приснился.
        Через неделю вернулась Ариадна Николаевна, забрала питомцев, и все вернулось на свои места.
        Пустая квартира. Гудящий по ночам холодильник. Щелканье клавиатуры и длинные статьи о путешествиях. Иногда Мирослава так погружалась в их написание, что в пору было собрать все тексты в один сборник и издать как полноценную книгу, а точнее, путеводитель. О чем она и задумалась, подкинув Дементию Александровичу идею об отдельной колонке «Путеводитель от автора». Шеф дал добро, и теперь у Мирославы появилась не просто своя колонка и куча опубликованных статей, но и повышение заработной платы.
        Мирослава чувствовала: и без гадания на картах Таро ее ждут перемены.
        [1] В скандинавской мифологии Один - царь богов-асов. Два его ворона - Хугин и Мунин («Думающий» и «Помнящий») сообщают Одину все, что происходит где-либо в мире. У этого бога лишь один глаз.
        [2] Кальп?рния (лат. Calpurnia) - римская матрона, третья жена Юлия Цезаря.
        Глава 2
        Ариадна Николаевна снова попросила Мирославу об услуге спустя месяц. Но в этот раз девушка думала дольше - уж больно неожиданной была просьба.
        Сейчас Ариадне нужно было срочно уехать в Уфу, потому что она получила сообщение о смерти родной сестры. Но за неделю до этого к ней приехали дальние племянники. Мальчишек не с кем оставить. Деталей об их родителях Мирослава не знала, а спрашивать сейчас - неловко.
        Стать нянькой шестилетнего Матвея и десятилетнего Кирьяна представлялось необычным и проблематичным. С котами проще: покормил, лоток убрал, поиграл - и все. А дети - это серьезно. Но Ариадна так ее упрашивала, клялась, что с мальчиками не будет никаких проблем: они очень самостоятельные и послушные. Их не нужно постоянно таскать по зоопаркам и музеям, развлекать и нянчиться.
        И сейчас, когда перед ней стояли эти двое, Мирослава чувствовала себя неуютно. Она никогда не имела дел с детьми, только держала разок на руках трехмесячную дочь троюродной сестры и не более.
        Дети, особенно их плач, заставляли вздрагивать, а нервная система напрягалась до головной боли. Но Матвей и Кирьян молчали и заинтересовано на нее смотрели, особенно Матвей с копной каштановых чуть вьющихся волос, едва доходящих до плеч.
        У него были большие серо-зеленые глаза и пухлые губы, расплывшиеся в улыбке при виде новой няньки, слегка приплюснутый нос, овальный подбородок, смугловатая кожа. Так сразу и не скажешь, что они с Кирьяном братья, внешне совсем не похожи.
        Кирьян, наоборот, не улыбался. И вид его был, откровенно говоря, скучающим. Но такого красивого мальчика Мирослава не встречала: светло-русые блестящие волосы зачесаны набок по последней моде, голубые глаза, тонкие губы с усмешкой, на щеках милые ямочки, узкий подбородок и курносый нос с россыпью едва заметных веснушек. Руки - в карманах темных джинсов. Оба приоделись и совсем не напоминали бедных несчастных сирот, брошенных на произвол судьбы.
        Кирьян был на голову выше Матвея и доставал Мирославе до груди.
        «Должно быть, когда он вырастет, то будет очень высоким и привлекательным парнем», - подумала она.
        - Так, кое-какие вещи здесь, их немного, - Ариадна вкатила в коридор синий чемоданчик. - Банковская карта с пин-кодом на их нужды вот. А вы, молодые люди, не просите лишнего - я не миллионерша, - она развернула к себе мальчишек за плечи и внимательно заглянула в глаза каждому. - Не доставляйте Славочке проблем, ясно? - женщина на прощание чмокнула каждого в макушку. - Девочка, я пока что не знаю, когда вернусь. Надеюсь, недельки через две, но ничего не гарантирую. Любочка присмотрит за магазином, а мальчишки на тебе, - она подтолкнула их и вручила карточку в конверте.
        - А как же ваши коты?
        - Коты? Ах коты… не переживай, я отдала их другой подруге.
        На том и распрощались, когда за Ариадной закрылись дверцы лифта, и Мирослава осталась наедине с детьми.
        «Надеюсь, я выживу… Интересно, каково приходится матерям-одиночкам?» - втроем они еще с минуту смотрели друг на дружку, переводя взгляды.
        - Добрый вечер, я Мирослава. Есть хотите? - спросила она, глядя на старшего.
        Кирьян пожал плечами.
        - Ты умеешь готовить? - в его голосе звучало сомнение.
        - Не шеф-повар, но кое-что приготовить смогу, смотря что вы хотите.
        - М-м-м… я не против спагетти с сыром, - задумчиво сказал Матвей.
        Кирьян снова пожал плечами, ему было абсолютно все равно. Главное, чтобы съедобно.
        На плече у старшего висела сумка с ноутбуком, поэтому пока Слава готовила ужин, а Матвей ей помогал, точнее, просто крутился рядом, Кирьян сел за кухонный стол, отодвинул открытый ноут Славы и достал свой. Следующие минут тридцать он внимательно читал одну из статей Википедии.
        Когда Мирослава случайно увидела, на каком сайте он сидит, то сильно удивилась. Как ей казалось, в таком возрасте мальчишкам интересно все что угодно, кроме истории России и Европы. Но нет, Кирьян внимательно читал, стараясь не отвлекаться, даже когда она поставила перед ним полную тарелку спагетти с плавленым сыром и зеленью.
        Матюха уминал свою порцию за обе щеки, закусывая нарезанным салатом. Мирослава же с Кирьяном скучающе ковырялись вилками в тарелках.
        - А почему ты одна живешь без мужа? - вдруг спросил Матвей, утирая рот протянутой салфеткой. Он не обратил внимания на строгий взгляд, которым его одарил брат.
        - Потому что не встретила такого человека, с которым бы хотела жить вместе.
        - Ну да, постоянно видеть друг друга - тоска смертная, даже соскучиться не успеешь. Хотя, если жить в замке, то муж в одном крыле, жена в другом. Встречаться придется изредка, - беззаботно продолжил Матвей.
        Мирослава удивленно вскинула брови и уже хотела было сказать что-то вроде: «Такие разговоры не для детей, и откуда шестилетнему мальчишке знать». Но ее опередил Кирьян:
        - Брат прочел недавно книжку фэнтези и теперь бредит драконами с рыцарями.
        - Ясно. Кому-то действительно так удобно жить, чтобы встречаться иногда, а кому-то этого мало, - проговорила девушка. Она относила себя к той категории людей, которых, как ей казалось, очень немного: одиночки, привыкшие не делить квартиру со спутником или спутницей.
        - Ты хорошо готовишь, - отметил все таким же скучающим тоном Кирьян.
        Должно быть, Слава слишком задумалась, поэтому не заметила, как быстро мальчишки умяли свои порции. Она убрала пустые тарелки со стола и пока мыла, не заметила, что в ее бокале слегка уменьшилось вина.
        Для детей она отвела комнату, где обычно ночевал Антон, а ему сказала, что в ближайшее время никаких ночевок у нее не светит, потому что ей нужно присматривать за племянниками соседки.
        Ночью Москву накрыл ливень с громом и молниями, Слава в принципе не боялась их, но сегодня ей стало действительно страшно. А когда в полумраке на пороге комнаты появился перепуганный и взъерошенный Матвей в пижаме, Славу окончательно проняло.
        - Боишься? - дрогнувшим голосом спросила она.
        - Угу, можно я останусь? - он переминался с ноги на ногу.
        - Наверное, можно, если ты не пихаешься.
        Матвей быстро подошел к кровати и забрался под соседнее одеяло.
        - Нет, я смирный, - он расплылся в довольной улыбке.
        - Матюха, иди обратно в комнату, нечего мешать Мирославе, - строго сказал Кирьян, появившись в дверях.
        - Иди к нам! - позвал его брат. - Слава, ты же не против? Ему тоже страшно, но он никогда не признается, - прошептал Матвей, укрываясь одеялом с головой, когда в небе прогремело так, что стекла задрожали.
        - Иди ложись, спать хочется… - обратилась Слава к старшему, повернувшись к нему спиной и закрыв глаза.
        Она услышала, как Кирьян обошел кровать и устроился с другого края. Матвей лежал посередине. Перед тем, как она заснула, Кирьян недовольно шепнул брату:
        - Хитрости тебе не занимать.
        Во сне Слава снова видела черные тени…
        - Непростая гроза. Ищейки подрядили магов. Из-за молний наши защитные амулеты будут некоторое время неисправны. Не говоря о том, что пока погода не улучшится - я не имею права не только колдовать, но и высовывать нос на улицу, иначе нас вмиг обнаружат.
        - Я же говорил, что это прекрасная идея - провести ночь рядом с ней. Ее энергетические потоки ненадолго скроют нас от ищеек. Для этого даже не нужно целоваться, просто подержать за руку.
        - Признаюсь, вы смогли удивить меня, Ваше Высочество. Но впредь нам нужно заранее продумать, что делать, если мы окажемся вдали от девушки. Ищейки не смогут наводнить город, их магия здесь не так сильна, тем более они задыхаются без нее.
        - Я их прекрасно понимаю. Помнишь тебе, как магу, в первую неделю нездоровилось? Ты не вставал с постели, пока Ариадна выхаживала тебя, а когда твоя энергетика слилась с этим миром - все сразу наладилось. Как сказала ведьма, появился иммунитет. Но сильному магу, запертому в маленьком теле, очень тяжело. Я не представляю, каково это.
        - Повезло вам, принц, что вы не я. Такое чувство, что меня постоянно лихорадит. Временами эти приступы проходят, но головная боль усиливается. Я пять дней в детском теле, но это лучше, чем быть котом.
        ***
        На следующее утро дождь и гроза прекратились. Стало солнечно и тепло.
        Рядом с Мирославой, сжав ее левую руку, спал Матвей, а за ним лежал и мирно дышал Кирьян.
        Осторожно, чтобы не разбудить детей, Слава выбралась из кровати. Поправив съехавшее с плечика Матвея одеяло, девушка прикрыла дверь и ушла в ванную.
        Она не знала, что приготовить им на завтрак, поэтому сделала большую сковородку омлета с колбасой, сварила сосисок и нарезала немного овощей с сыром на закуску.
        Впервые она заботилась о таких маленьких мужчинах - тех, кто зависел от нее и нуждался в защите. Чувство было странным, но… приятным.
        Быстро поев и сварив себе кофе, Слава села за ноутбук и стала вычитывать редакторские пометки в статье. Кое-что убрать, другое заменить, вот здесь добавить…
        Она быстро щелкала мышкой и стучала пальцами по клавиатуре, пока из ее творчества не вышла «конфетка». Если все будет идти такими темпами, ей не придется ждать год или два, чтобы накопить денег на новую поездку.
        С минуту она смотрела на отправленное шефу письмо, после чего снова застучала по клавишам, набирая статью. Журнал выходил раз в месяц, и у нее всегда было достаточно времени, чтобы закончить работу. Но тяп-ляп она никогда не писала, четко просматривая текст и поправляя его по сто пятьдесят раз.
        - Доброе утро, - на кухню в синей пижаме со звездами вошел Матвей. Ему в руке не хватало только игрушки. Позади в ванной шумел водой Кирьян. На миг он выглянул с зубной щеткой во рту.
        - Доброе, - Слава бросила на мальчишек быстрый взгляд и продолжила печатать. - Завтрак на плите. Матвей, пусть тебе поможет Кирьян.
        На столешнице рядом с плитой стояли чистые тарелки со столовыми приборами.
        - Я и сам могу, - Матвей выпятил грудь и взялся за лопатку, но его опередил брат.
        - Не дорос еще, садись, - приказал, как отрезал, Кирьян.
        - Ты никуда сегодня не пойдешь? - спросил у хозяйки Матвей, наблюдая, как быстро двигаются по клавиатуре ее пальцы.
        - Нет, а что?
        - Может быть, сходим в парк или что у вас тут есть за интересные места? Мы с тетей Ариадной никуда не успели.
        - Разные места, смотря куда именно ты хочешь. У Кирьяна есть ноутбук, поищите и сделайте выбор, - она говорила медленно и хмурилась.
        - Хорошо, - Матвей кивнул.
        - Кирьян, помой посуду, - попросила Слава.
        - Что сделать? - плечи мальчика напряглись, а волосы как будто встали дыбом. Слава посмотрела в его холодные голубые глаза: он напомнил Владыку, у кота тоже было подобное выражение недовольства.
        - Ты с братом поел - помойте после себя. Здесь слуг нет, я вам няня, а не уборщица.
        - Ладно… - пробубнил он себе под нос и принялся с остервенением мыть посуду. Но ни одной тарелки не разбил.
        ***
        Мирослава едва покончила со второй чашкой кофе, когда к ней из зала пришли мальчишки.
        - Мы решили, что хотим побывать везде. Москва большая, - озвучил решение Матвей, лучась предвкушением неизведанного. А вот Славе захотелось завыть в голос. День обещал быть тяжелым, и она мысленно прикидывала, сколько успокоительного придется выпить.
        «Мегаполис» для девушки - синоним слов «кошмар» и «толпа». Но что делать, мальчишкам все интересно.
        Они побывали на Красной площади, зашли в собор Василия Блаженного, прогулялись до Большого театра, затем заглянули в «Дом Книги» на Лубянке. Там Слава застряла у стенда с журналами, с гордостью разглядывая обложку с изображением фьордов[1], на которой было написано «Дальняя дорога», а на предпоследней странице красовалась ее статья с путеводителем.
        - Ты это читаешь? - спросил Кирьян. У него в корзинке лежало несколько книг разных направлений: от учебника по русскому языку и математики до широкого в дорогой обложке альбома, посвященного изобразительным искусствам. Слава догадывалась, что Кирьян разносторонний мальчик и, возможно, тот еще ботаник.
        - Это журнал, для которого я пишу статьи. Вот эту, - ткнула пальцем, - написала я. - девушка развернула журнал, и он быстро забрал его, вчитываясь в текст.
        Матвей стоял перед стеклянным шкафом и разглядывал железных солдатиков в форме разных эпох, здесь же находились монеты.
        - Хм, написано сказочно. Но познавательно, там действительно так красиво? - спросил Кирьян.
        - Еще лучше. Ни одно изображение не передаст той красоты, которую мы видим своими глазами, - она положила журнал в его корзинку, и они пошли на кассу.
        Матвею понравился черный блокнот с изображением черепа, к которому Слава купила красивую, истинно мужскую ручку, оплатив всё картой Ариадны Николаевны.
        Дальше они дошли до Китай-города, где пообедали в кафе, притаившимся среди узких улочек. Матвей крутился на стуле и вертел головой по сторонам. Особенно его привлекли девушки за соседним столиком в коротких платьях и юбках.
        - Не пялься, это неприлично, - одернула его Слава, когда принесли заказанную еду.
        - Но они практически не одеты, почему ты такое не носишь? - шепотом спросил Матвей, тыкая вилкой в творожные сырники с шариком мороженого. Рядом стояла плошка со сгущенкой.
        - Потому что сейчас лето, и им жарко. А я не люблю носить открытую одежду, мне некомфортно, когда на меня смотрят люди, особенно всякие мужики, - сегодня Слава надела потертые джинсы с прорезями, кеды и футболку с мрачным принтом.
        - Но мы же с тобой рядом, нас ты тоже стесняешься? - наивно хлопая глазами, спросил Матвей.
        - Ну, если бы вы были взрослыми мужчинами, мы бы вообще рядом не сидели, ешь давай, а то остынет. Вон, Кирьян уже почти закончил. А вы хотели еще пойти в зоопарк и планетарий, - при упоминании последнего Кирьян встрепенулся.
        От зоопарка мальчишки были не в восторге: хмурились, недовольно поджимали губы, пока не получили по порции холодного мангового смузи.
        - Не нравится мне, что животные в клетках. Им там плохо, - сказал Матвей; одной рукой он крепко держал Славину, а второй пластиковый стакан с крышкой, потягивая напиток из трубочки.
        - Я тоже… и вообще, не люблю я зоопарки.
        - Зачем тогда ты повела нас туда, куда сама не хотела? - спросил Кирьян.
        - Вы там ни разу не были, сами сказали, что все интересно.
        - Ты всегда делаешь то, чего не хочешь?
        - Нет, с чего бы? Но это мелочь, которую можно потерпеть. Мы ведь не собирались торчать там весь день.
        - Не собирались… - Кирьян отчего-то тяжело вздохнул.
        А вот из планетария они вышли перед самым закрытием, когда на улице совсем стемнело. Кирьян и Матвей были в шоке от увиденного. Оба еще некоторое время молчали, переваривая бушевавшие внутри них эмоции. Слава вызвала такси, и через час они подъехали к дому.
        - Нужно зайти в магазин, - и девушка потянула за собой еле передвигающего ноги Матвея. Кирьян тоже был уставшим и полусонным. «Весь день на ногах - еще бы они не устали», - с усмешкой подумала она, нагружая тележку продуктами.
        Кое-что по своему вкусу докладывал Кирьян, а именно: банки со свежевыжатым соком, упаковку дорогого сыра, не менее дорогую банку с джемом. Он уже потянулся к полке с винами, когда Мирослава перехватила его за запястье.
        - Ты аристократ? - вопрос был задан в шутку, но мальчишка враз побледнел и стал воровато осматриваться по сторонам, втянув голову в плечи.
        - Просто я читал, что к белому вину хорошо подходит определенный сыр, а если купить свежий хлеб, намазать джемом, а еще виноград…
        - Вино у меня дома есть, больше не надо. Будешь совершеннолетним - повторишь эти покупки.
        Кирьян пожал плечами и отошел от полки с алкоголем, Матвей крутился рядом со стендом с шоколадками, но никак не мог выбрать, пока не схватился за голову и не ушел.
        - Что это с ним? - шепотом спросила у Кирьяна.
        - Не смог выбрать. У вас здесь столько всего - глаза разбегаются. Мы многое не пробовали.
        «Ну, прямо как из пещеры вышли».
        Теперь они замерли перед холодильниками с мороженым, и тут сама Мирослава призадумалась, пока ее и Матвея не оттолкнула дородная дама с полной тележкой.
        - Не одни стоите, чего замерли как вкопанные? Что за люди пошли! - недовольно проговорила мадам, хватая две большие коробки с мороженым, а потом несколько пакетиков. - Чё вылупилась на меня? Приперлась и думаешь, весь магазин для тебя и твоих малолеток?
        - Магазин - это общественное место, где может находиться любой. И правила вежливости никто не отменял, - спокойно ответил Кирьян.
        - Чего? Еще поучи меня, сопляк, прочь с дороги, - «корова» двинула тележку и, если бы Слава не дернула Кирьяна за локоть, то ему бы проехались по ноге.
        Щиколотку полоснуло острой болью от колесика, и Слава охнула, поморщившись.
        - Вот грымза, - прошипел Матвей.
        - С тобой все в порядке? - обеспокоено спросил Кирьян. Его крепко обнимали за плечо, Слава сделала глубокий вдох, смахнув сбежавшую по щеке слезу.
        - Сойдет, надо будет дома мазью намазать или пакет с замороженными овощами приложить. Матвей, ты выбрал, какое будешь? - она, хромая, доковыляла до тележки, опираясь на ручку.
        - Да, попробую фисташковое, шоколадное и…
        - Много не набирай, ты все равно за раз не съешь, - Слава улыбнулась и погладила его по голове.
        На кассе им снова не повезло: они стояли за той самой крупной женщиной. Пока она доставала свои продукты, Слава хмуро на нее смотрела и в своем недовольстве была не одна. Кирьян осторожно взял ее под руку, а Матвей пролез между тележкой и девушкой.
        - С вас четыре тысячи семьдесят пять рублей и тридцать копеек, - проговорила полусонная кассирша.
        - Чего? За что это? Вот за этот пакет с беконом или за упаковку сыра? С ума сошли такие цены навешивать, где скидки? - начала возмущаться она.
        Слава уже поняла, что дамочка относится к тому типу людей, которые отличаются особо склочным характером. Им лишь бы с кем-то поскандалить, эдакие энергетические вампиры нашего времени.
        - Женщина, я вам русским языком озвучила цену. Никаких скидок не предусмотрено, платить или нет, дело ваше. Я выполняю свою работу.
        - Вы плохо ее выполняете, дайте мне пакеты бесплатно!
        - Пакет стоит по рублю каждый.
        - Ну, точно грабеж, что тут у вас за шарага? Мало того, что всякую бедноту пускаете в рванье с сопляками, так еще и пакеты по рублю! - она бросила взгляд на Славины джинсы. Но она широко зевнула, сделав вид, что ей не интересно, и отошла за соседнюю кассу, куда пришел другой кассир, и им не пришлось стоять за неприятной дамой.
        Мальчишки ловко засовывали покупки в пакеты. Когда Мирослава протянула карту постоянного покупателя со скидкой в десять процентов, ее углядела склочница - и все началось по новой.
        Славе стало жаль бедную кассиршу, ей попался такой тяжелый покупатель.
        - Эй ты, дай мне карту со скидкой! - требовательно сказала дамочка, уставившись на Славу.
        - С чего бы? - деланно удивилась девушка, беря Матвея за одну руку, а в другой держа более тяжелый пакет.
        - А что, жалко, да? Жадная? Смотрю, своим детям не смогла позволить накупить столько мороженого, небось, каждую копейку считаешь? Ну и ладно, не больно-то надо. Вали отсюда, - и она отвернулась от нее.
        - Чтоб у тебя язык отсох, корова, - пробормотал Кирьян.
        - Кир… - одернула его Слава, но было поздно, «корова» его услышала.
        - Ты чего сказал, ничтожество? - она бросила свой пухлый кошелек и подошла к Кирьяну, схватив его за ворот клетчатой рубашки.
        - Сказал, чтобы у такой коровы, как ты, язык отсох, слишком много на нем грязи. Видать, никто давно не чистил, пойди купи себе мыло, простолюдинка, - цедя каждое слово и при этом улыбаясь, проговорил Кирьян.
        - Отпустите ребенка немедленно! - Слава схватила женщину за запястье и сжала его, заслоняя собой мальчика.
        - Какая мать, такие и дети. Шалава! - она оттолкнула Кирьяна, но Слава удержала его, не дав упасть.
        - Пошла ты, корова! - ответила Слава и отвернулась, чтобы сделать шаг к дверям.
        Волосы на затылке всколыхнул незримый порыв ветра, запахло электричеством, и в магазине на мгновение погас свет, а когда включился, то все увидели, что на полу с зажатой в руках новенькой кастрюлькой валялась «корова».
        Матвей рассмеялся, увидев, как ее юбка задралась, показав всем далеко не стройные ляжки. Кирьян тоже усмехнулся, он потянул Славу за руку, и они наконец-то покинули магазин.
        - Ну дела… - пробормотала девушка. - Вот и ходи после этого в продуктовые, попадется какая-нибудь… - ей очень хотелось выругаться как следует, но не при детях.
        - Что с нее взять, обычная жирдяйка. Открыла собственное ателье и теперь считает себя деловой женщиной. Думает, что все ей в ножки должны кланяться, - пояснил Кирьян.
        - А ты откуда знаешь? И вообще, что за грубые выражения? Лучше бы промолчал. С такими бесполезно разговаривать, они кроме самих себя никого не слышат, - отчитала его Слава.
        - У нее из открытого кошелька карточка с названием ателье вывалилась, когда она его бросила на кассе. Я не собираюсь всю жизнь терпеть таких людей, они должны знать свое место. Вечно молчать тоже не выход, - как-то слишком по-взрослому проговорил Кирьян, - к тому же, она сначала задела тебя тележкой умышленно, а потом хотела припечатать кастрюлей по голове. Думаешь, это нормально?
        Про кастрюлю Мирослава узнала только сейчас и была действительно шокирована.
        - И что прикажешь делать? Если бы она тебя ударила? Ждать, когда охрана вызовет стража правопорядка, и потом нас отправят куда-нибудь, потому что ты не наш опекун, а нянька?
        - Ты прав. Я не подумала. Спасибо, что заступился за меня, - Слава коснулась его щеки, и Кирьян оцепенел, не моргая смотря ей в глаза.
        - Я устал… - прервал их Матвей, и пришлось немедленно идти домой.
        Сегодня мальчишки спали как убитые, их хватило только на душ. Даже мороженое не поели.
        А Мирослава долго лежала в постели, прокручивая в голове ситуацию с покупательницей. Щиколотка нещадно болела, пришлось как следует намазать ее разогревающей и ужасно пахнущей мазью, а затем забинтовать. «До чего странные дети, а с другой стороны, что я могу знать о поведении нормальных детей? Я ведь с ними не общаюсь».
        Ночью ей снова приснился тот самый стол, за которым сидели Владыка и Бегемот, но в этот раз за ним, скрытые тенями, находились мужские фигуры. Они пили вино, ели сыр с джемом и багет, которые она купила в супермаркете, и разговаривали.
        - Обрюзгшая тварь, посмела не только оскорбить, но и наехать на беззащитную девушку, - рычал повернутый к ней спиной брюнет с едва достающими до плеч волосами.
        - Чего еще ждать от простолюдинки. Но я не понимаю, отчего Мирослава предпочла смолчать, нежели ответить как полагается. Хотя эта недостойная не заслуживает такой чести, - лица второго она тоже не видела, у него были длинные светло-русые, почти белые волосы. На указательном пальце левой руки - массивный перстень, в оправе которого сверкал черный камень.
        - Ведьма велела оставаться нам подле нее столько, сколько потребуется. У нее действительно умерла родственница.
        - У ведьм это часто случается, несмотря на то, что в этом мире со слабым уровнем магии они продолжают оставаться долгожительницами.
        - Как тебе сегодняшний день?
        - Вышло очень познавательно. Особенно место, где я увидел всю необъятность этого мира. Невероятно. Ты мог бы быть более спокойным, а не так откровенно глазеть по сторонам, для принца это неприлично.
        - Не знал, что мой титул снова в чести, я полагал, что мы наконец-то перешли на «ты».
        - В любом случае будь осторожнее. Хотя, признаюсь, и в этом невинном облике ты прекрасно справляешься со своей ролью. В таком виде мы остаемся в здравом уме и без кошачьих инстинктов. Смотри, не потеряй свой артефакт.
        - Не потеряю, - он вытащил из-за ворота шнурок с черным крестом. - Ты слишком серьезен. Впрочем, она по этому поводу ничего не сказала. Ты подставил нас, применив магию. Не удивлюсь, если на утро район оцепят ищейки и будут заглядывать в каждый подъезд и квартиру. Нам необходимо срочно убраться. И не одним, а вместе с девушкой.
        - Не стоит волноваться, дорогой принц, все исправимо. Завтра узнаешь.
        Мирослава утонула в их легком смехе и дальше спала без сновидений.
        ***
        С утра Слава затеяла стирку, а пока машинка прокручивала и сушила белье, устроилась на мягком ковре на балконе с широкой подушкой под головой, занявшись чтением книги о картах Таро. Разбросанные прямоугольники карт с пестрыми изображениями валялись у нее в ногах. Она пыталась сделать расклад, но толкование было таким сумбурным, что Слава не выдержала и отбросила колоду вместе с книгой. Включив спокойную музыку, она прикрыла глаза.
        Девушка встала раньше обычного, и теперь ее немного клонило в сон. Мальчишки пока не проснулись, завтрак она еще не готовила, ограничившись чашкой кофе с булочкой. Слава задумалась. В последнее время ей стали сниться странные сны: то она видела разговаривающих котов, то спины мужчин. Но смысл их разговора всегда ускользал, и на утро она ничего не помнила.
        - Слава, где ты? - ее дрему прервал обеспокоенный голос Матвея.
        Мальчик стоял посреди кухни в пижаме, но не видел ее. Рядом с открытым холодильником топтался нахмуренный Кирьян. Наконец, он вытащил несколько яиц, готовый салат в упаковке. Вынул сковородку из духовки, включил плиту и принялся шустро разбивать яйца. Через несколько минут яичница зашкворчала.
        - Ай! Брызгает, - Матвей отпрыгнул от брата и уселся за стол.
        - А ты не стой близко, - он поискал в ящиках крышку и накрыл ею сковородку. - Где она может быть?
        - Может, ушла в магазин?
        - Не думаю, - Кирьян хотел поддеть лопаткой яичницу, когда на его плечо легла рука Славы. Он доставал девушке до груди, сейчас она стояла позади.
        - Неужели сегодня готовишь ты? - дыхание девушки коснулось его затылка, и Кирьян вздрогнул.
        - Д-да, мы думали, тебя нет дома. Где ты была? - он наконец-то поддел яичницу, чтобы та не сгорела, и повернул рычаг на плите, уменьшив огонь.
        - На балконе лежала, поэтому вы меня и не увидели, - у нее был нежный и приятный голос. Руку она по-прежнему не убирала с его плеча, а потом легонько погладила его по голове, хваля за самостоятельность, и присела за стол рядом с Матвеем.
        Мальчишка сразу же к ней потянулся и обнял за плечи.
        - Я думал, ты ушла, - в его глазах был страх.
        - И что? Я бы вернулась. Ты ведь не один, а с братом, - успокоила она, заглядывая в серо-зеленые глаза.
        - Он - не ты. Сегодня пойдем куда-нибудь? Я хотел себе новую рубашку...
        Мирослава посмотрела на Кирьяна. Мальчик выключил плиту и положил на тарелки яичницу.
        - У нас достаточно вещей, - он строго взглянул на младшего, сев за стол.
        - Ну и что? - возмутился тот.
        - Если Кирьян не против, то можем съездить в торговый центр и купить вам не только одежду. Вы надолго у тети Ариадны?
        - Вероятно... - неуверенно ответил Кирьян.
        - Так поедем? - Матвей нетерпеливо заерзал на диване, ковыряя вилкой в тарелке.
        - Ладно... - пробубнил Кирьян. - Только доедим.
        Слава улыбнулась, и пока они ели, быстро переоделась и собрала небольшой рюкзачок.
        В магазине у Матвея от удивления открылся рот, он смотрел на стеклянный потолок, под которым висели огромные листья и цветы, украшающие торговый центр. Разглядывал пеструю толпу людей и забрасывал Славу вопросами. Она держала их за руки, чтобы мальчишки не потерялись.
        Почти через два часа гуляния и примерок они уселись в одной из кафешек, где готовили блинчики. Матвей сначала с интересом наблюдал, как прямо при нем их выпекают и начиняют, а затем осторожно попробовал первый кусочек.
        - М-м-м... так вкусно, - промычал он.
        Кирьян был более сдержанным и неторопливо смаковал. Ему тоже купили новых вещей. Многие мамаши в магазине оборачивались, с восхищением разглядывая этого красивого мальчишку. Слава чувствовала удовлетворение, как если бы Кирьян был ее собственным сыном.
        «Оказывается, поход по магазинам с детьми - это не так тяжело», - подумала она, когда они направились в кинотеатр на фэнтези-фильм.
        После него Кирьян вышел абсолютно обескураженным.
        - Даже не знал, что такое может быть. Все детали дракона можно рассмотреть, а если бы в живую?
        - Наверное, было бы очень страшно. Я не встречала драконов, только в сказках, - ответила Слава, посмеиваясь.
        - Хотела бы увидеть их по-настоящему? Я имею в виду, если бы они существовали? - Матвей потянул ее за руку.
        - Не знаю...
        Дома Мирослава первым делом принялась отрезать бирки, поочередно раскладывая вещи в две ровные стопочки. Это занятие было таким умиротворяющим, что вызвало приятное и странное чувство, как когда-то - она любила и встречалась с человеком, думая, что у них есть будущее. Но не сложилось. Вот и теперь ей было уютно, спокойно. В соседней комнате мальчишки о чем-то разговаривали, возможно, играли, а она, как заботливая нянька, складывает их вещи. За этим занятием ее застал Кирьян, глядя, с каким трепетом девушка прижимает рубашку Матвея к груди, складывая рукава крест-накрест.
        - Есть хочешь? - не отрывая взгляд от одежды, тихо спросила Мирослава.
        - Нет, спасибо. Наелся блинами, надеюсь, попробую их еще раз. Ты умеешь печь? - он взял стопку готовой одежды.
        - Если попробую, то все должно получиться. Я давно их не готовила. Последний раз - когда училась в школе, но тогда они получились так себе, хоть и съедобные.
        - Я заметил, что ты не слишком много ешь. Придерживаешься какой-нибудь диеты?
        - Нет. Просто ем часто и понемногу.
        - Если что, то худеть тебе не стоит, ты и так... симпатичная.
        - Наверное. Но я не всем нравлюсь. Я не мужская мечта, - она невесело улыбнулась.
        - Почему? Конечно, твои рисунки на теле очень необычные и волосы короткие, но это не повод называть тебя уродиной, - он сел рядом с ней.
        - Мой бывший молодой человек считал иначе, и не один он так думал...
        - У тебя было много мужчин? - Кирьян деланно удивился.
        - Немного, и сплошь неудачные отношения.
        - Хм, ты не похожа на распутную девушку. Странно слышать это, - он нахмурился.
        - А мне странно слышать подобные вопросы от десятилетнего мальчика, - она многозначительно на него посмотрела.
        Кирьян тут же замолчал и ушел в комнату, а на столе завибрировал мобильный.
        - Слава, котенок! Привет!
        - Добрый день, Ариадна Николаевна, - Слава прикусила ноготь на большом пальце.
        - Прости, что не позвонила раньше, с мальчишками мы обычно переписываемся, а нормально поговорить получилось только сейчас. Столько всего навалилось, - пожаловалась женщина.
        - Ничего страшного.
        - Ты моя девочка. У меня к тебе будет еще одна просьба. Мне звонили из Подмосковья. Помнишь, у меня дачка небольшая. Так вот, там проводят какие-то работы, то ли с электричеством, то ли канализацию подключают. Не могла бы ты туда съездить и присмотреть, проверить? А то это электричество такая опасная штука, еще не дай бог где-нибудь перемкнет, искра - и дом сгорит.
        - Ну… а где ключ от дома взять?
        - Так у Любы есть, но они с мамой сами уезжают куда-то на неделю. У нее отпуск, магазин я доверить никому не смогла, поэтому разрешила закрыть его. Сама понимаешь, снова приходится тебя просить. Прости меня, деточка.
        - Хорошо, заберу. Скиньте тогда адрес смс-кой. Там хотя бы жить можно? В доме?
        - А как же, все удобства есть. Водонагреватель есть. Если вдруг отключат свет, то там полно свечек, холодильник я купила в прошлом году, но сама понимаешь - продуктов нет. Может, какие макароны завалялись, но ты не переживай. Там от станции не так далеко идти, а мальчишки помогут. Если что, будете на велосипедах ездить за продуктами. У тебя ведь машины нет?
        - Нет, только права, но, если что, попрошу друга. Подвезет нас, не пропадем.
        - Это тот, который Антон?
        Слава почувствовала в ее голосе недовольство.
        - Он самый.
        - Ладно, только смотри. Кирьян и Матвей могут быть ревнивыми. Маленькие, а мужчины. Разберетесь. Но в доме нет батарей, он летний, поэтому только обогреватели и пледы с одеялами.
        - Я вас поняла, позвоню Любе и заберу ключи.
        - Спасибо, киска, береги себя. И вообще, нечего сидеть и тухнуть в этой проклятой Москве. Дышать нечем, к тому же с детьми.
        - Я вас поняла.
        - Ну, всего хорошего, езжайте прямо сегодня, как раз пробок нет. Целую!
        Мирослава посмотрела на экран телефона и, смахнув челку с глаз, тяжело вздохнула. Делать было нечего. Антон на работе и отвезти их не сможет, а значит, придется добираться своим ходом.
        «За что мне все это?!» - мысленно взвыла она.
        Вещи собрали на удивление быстро. Мирослава не знала, на сколько дней уезжают, но прихватила самое необходимое, уместив все в спортивный рюкзак.
        Уже сидя в электричке и держа чемодан мальчишек между коленями, Слава пожалела, что не купила им удобных сланцев, а заодно кепок с солнцезащитными очками.
        Станция «Белые столбы» встретила их двумя супермаркетами, в которых можно было закупиться продуктами. Любочка оказалась так любезна, что сама заскочила к Славе домой и занесла ключи, пожелав отличного отдыха в Подмосковье. А она с мамой уезжает на целую неделю в Крым.
        Слава ей не завидовала - не выносила жару и с детства терпеть не могла ощущение липкости, остававшееся после купания в соленой воде. Ей по вкусу были озера или реки. В украинской деревне это было настоящей радостью: как следует искупаться в жаркий день, а потом сидеть и жевать теткины бутерброды, хрустеть домашними огурцами, запивая все холодным компотом.
        Деревня Артемьево оказалась местом, где прекрасно уживались огромные каменные дома обеспеченных людей, защищенные высокими железными заборами, и простые деревянные домишки с покосившимися оградами, расписными ставнями с выцветшей краской. Старожилы соседствовали с магазинами, где постоянно толпился народ.
        - Где дом тети Ариадны? - спросил Матвей, крепко держа Славу за руку и осматриваясь.
        - Судя по навигатору, идти минут пятнадцать. Тут где-то недалеко, - пояснила она, оглядываясь по сторонам. - Но сначала купим продукты. Вряд ли у Ариадны Николаевны в шкафу завалялось что-нибудь съестное.
        - Надеюсь, в этот раз обойдется без грубых дамочек, - пробубнил Кирьян.
        - Я тоже, - она ободряюще похлопала его по плечу, и они вошли в «Пятерочку».
        В этот раз им действительно никто не мешал и не оскорблял, правда, пришлось дольше постоять на кассе, но зато они спокойно вышли из магазина с несколькими наполненными едой пакетами.
        Из дома открывался прекрасный вид на холм, над которым возвышался дуб. К одной из его толстых ветвей была привязана плотная веревка-тарзанка. В детстве на Украине Слава частенько каталась на такой и прыгала в воду, но под этим дубом темнел овраг. Он уходил в низину, где блестел небольшой пруд, окруженный густой стеной темного леса.
        «Прямо как в сказке про Красную шапочку», - думала Слава, жадно вдыхая витавший в воздухе аромат хвои, прислушиваясь к жужжанию насекомых, стрекоту кузнечиков. Больше всего ее порадовал дом Ариадны в деревенском стиле: бревенчатый, из старого, местами потрескавшегося дерева, с облупившейся синей краской. Вдоль сооруженного из старых досок забора кустилась малина и росло несколько высоких сосен. Скрытый в их тени, дом казался мрачным. На калитку выходило два замутненных пылью окна со скрипучими ставнями, разукрашенными сине-серыми узорами, а сбоку, под козырьком находилась дверь. Солнечный свет скользнул по круглому чердачному окошку, и Слава заметила с обратной стороны кружевную занавеску. «Может, на чердаке есть спальня?»
        Внутри, к ее удивлению, оказалось не так пыльно. Обитые вагонкой стены украшали всевозможные тарелки из разных стран, деревянные поделки, флажки и даже несколько вымпелов. При входе располагалась уютная кухонька с круглым столиком. В углу стоял небольшой холодильник с магнитиками в виде подков и прочих оберегов, рядом туристическая плита на две конфорки и старенький обогреватель еще советского производства. На полу лежал домотканый половичок из разноцветных полос.
        Узкий коридорчик вел в спаленку с продавленным диваном, прикроватной тумбочкой и платяным шкафом. На чердаке действительно оказалась полноценная комната с низким потолком. Здесь же были и две узкие деревянные кровати, комод, обклеенный потускневшими от времени и солнечного света наклейками из-под жвачек. Внутри него Слава нашла пропахшее лавандой постельное белье и вручила его следовавшим за ней по пятам мальчишкам. Те быстро разложили вещи, и каждый занял свою койку.
        - Здесь душно, - пожаловался Матвей.
        - Зато ночью можно спать с открытым окном, к нему и сетка от насекомых прибита, - успокоил Кирьян, надавив на оконную задвижку. Та неприятно скрипнула, и он открыл окно на себя.
        Матвей включил кнопку торшера между кроватями, но тот не загорелся:
        - Точно! Электричества же нет.
        На первом этаже за дверью рядом с кухонькой обнаружилась полноценная душевая с туалетом. Из крана в раковину текла и холодная, и горячая вода, несказанно обрадовав Славу. В детстве она не раз мылась в тазу и бегала в уличный туалет, пугаясь его темноты и заползших туда насекомых или лягушек.
        Все продукты перекочевали в холодильник, а к вечеру по улочке прошелся мужчина в костюме электрика с сумкой на плече. В доме появился свет, никаких искр и неприятностей не было.
        Спать на новом месте Мирослава ложилась, прислушиваясь к звукам за приоткрытым окном: стрекотание сверчков, шелест травы и деревьев, шум ветра, а сверху доносились обрывки разговора мальчишек. От их шагов скрипели половицы. Дом ей понравился, и в таком месте на нее должно снизойти вдохновение. Не зря она взяла с собой ноутбук.
        Во сне Мирослава снова увидела сидящих к ней спиной мужчин. В этот раз они ничего не пили, но на столе лежало несколько оберток от мороженого.
        - Она странная, - проговорил темноволосый, поедая хрустящий стаканчик.
        - Мне так не кажется. Очень милая, заботливая, опытная, раз было несколько мужчин. Никогда не думал, что такой, как ты, из-за этого отвергнет девушку или будет ее осуждать. Не забывай о том, что нам сказала ведьма. Здесь другой мир, и люди живут с кем хотят. Эта девушка лучше и привлекательнее той, которую тебе прочили в жены, или предпочитаешь вернуться? Могу это устроить. Лично я останусь. Здесь очень интересно и необычно, а ко всему прочему удобно жить, не используя магию, - спокойно сказал светловолосый, перекинув косу через плечо.
        - Я не жалуюсь, она действительно хорошая. Я немного растерялся, странно ощущать себя в маленьком теле. Сразу хочется превратиться в несмышленыша, о котором будут заботиться, любить, и не будет никаких проблем, потому что есть взрослые.
        - Ваше Высочество, вы - настоящий ребенок. Ваш отец явно поторопился с женитьбой, следовало найти вам няньку.
        - Вы просто невозможный собеседник. Стоит нам преодолеть эту стену, как вы снова ее возводите. Говоря простым языком, ты меня достал своим высокомерием! Постоянно умничаешь, делаешь такое взрослое лицо, хотя это явно не идет десятилетнему.
        - Что поделать, если я умнее тебя, - он улыбнулся, повернув лицо в профиль, и это был профиль очень привлекательного мужчины.
        - Когда ей вдруг позвонила ведьма, и мы оказались здесь, это и был твой план - убраться подальше из города, пока по району шляются ищейки? Долго нам тут торчать?
        - Сколько понадобится. Но я не думаю, что долго. Мне некомфортно быть подростком. У меня есть свои потребности.
        - Какие же?
        - Как у любого взрослого мужчины и, думаю, в этом мне поможет наша спутница.
        - Уж не хочешь ли ты сказать, что намерен открыться ей? Ведьма сказала привыкнуть, узнать ее получше.
        - Я уже узнал и не намерен тянуть. Мне дорога моя голова, и я пойду на все, чтобы она осталась на месте. Поэтому если ты не решишься раньше, то это сделаю я. Уверен, ей понравится. У нее никогда не было близости с сильным магом. А ты можешь и дальше оставаться в юном теле и тупеть на глазах.
        - Как ты смеешь! Она не заслуживает подобного к себе отношения. Эта девушка неосознанно подвергает свою жизнь опасности, пока мы рядом.
        - С каких пор ты стал думать о ком-то, кроме себя? Я вас не узнаю, Ваше Высочество.
        - Зато я слишком хорошо понял, кем являешься ты. И не дам ее в обиду.
        - Посмотрим, кто завладеет ее сердцем быстрее…
        [1] Фьорд, также фиорд (норв. fjord) - узкий, извилистый и глубоко врезающийся в сушу морской залив со скалистыми берегами.
        Глава 3
        Кирьян
        Мои амбиции послужили отправной точкой для событий, приведших меня в мир без магии.
        На первом этаже крепко спала Мирослава, а на соседней койке лежал Его Высочество - принц Матвей. Мой подопечный. Я дал клятву его отцу, присягнув служить как маг, быть наставником и другом его непутевому сыну. И что теперь?
        Я лежу на железной, ужасно скрипучей кровати в теле десятилетнего мальчишки со смазливой внешностью, и мне нельзя колдовать.
        Если бы я обладал даром предвидения, то действовал бы осторожнее. Но тогда, в двадцать лет я был молод и глуп. Мне не хватало подозрительности, которой обладал мой отец. Королевская ищейка - вот кем он был, пока не ушел на заслуженный покой в надежде, что я его заменю. Но я пошел своим путем - подался в магическую академию, где и встретил лорда Распутина.
        Он прочил мне великое будущее, и я повелся на словесные ухищрения. Стать магом в совете короля! Что может быть прекраснее? Красочнее и почетнее будущего не придумать. А взамен я должен был оказать небольшую услугу: какую именно, он тогда не сказал. Я учился, затем дал клятву и поступил на службу, с гордостью нося форму мага. Теперь все, что осталось у меня от былого величия - перстень на руке, принадлежность к ордену Кудесников. Но это оказался не добропорядочный клуб кройки и шитья или кулинарных курсов, старики там не сидели и не вязали, вспоминая былые деньки. Там присутствовали важные люди, мнение которых король ценил превыше всего. Но и в этом стаде нашлась своя паршивая овца, которая вздумала завербовать меня.
        Целью была королевская семья.
        План Распутина заключался в том, чтобы женить юного принца на малопривлекательной невесте из соседнего королевства - принцессе Забаве. Девушка действительно не блистала красотой, хоть и носила сильнейший амулет, скрывавший ее истинный облик. Все окружающие видели в ней миловидную барышню, но принца Матвея оказалось не так легко провести. Его мать, покойная королева Аннушка, была сильной кудесницей. К сожалению, сыну не передался магический дар, только долголетие и истинное зрение. Принц видел сквозь иллюзии, и скрыть «красоту» принцессы не удалось. Но отказ от брака означал ужасные последствия, вплоть до возможной войны.
        Мальчишка вздумал бежать, перед этим доверив мне свою тайну. Если бы не разговор с Распутиным, я бы оставил Матвея без помощи, и принца насильно женили, а затем, как и планировалось - убили вместе с отцом. Возможно, от короля избавились бы не сразу, а со временем. Для этого имелась масса способов, вплоть до планомерного накачивания ядом, и тогда его смерть показалась бы следствием обычной болезни. Но король Олексий - далеко не старый мужчина, всего-то под сорок пять. Он и сам мог жениться, благо в невестах недостатка не было, да хотя бы на принцессе Лебедине с острова Буяна. Её отец владел большим, а главное сильным флотом. Это означало, что морские границы перешли бы под контроль Олексия.
        Или принцесса Северина с северных земель, где обитали разнообразные хищники, которых приручили и сделали отличным оружием. Одно такое существо могло справиться с двадцатью солдатами. По крайней мере, ходили подобные слухи.
        Наше королевство называется Ворожея, это широкая и благодатная земля. Население промышляет земледелием, животноводством, рыболовством. Все живут в мире и гармонии. Никому не хотелось воевать: Олексий активно поддерживал мир с соседями, а выбор будущей жены для сына обусловил, ссылаясь на слова Распутина, что принцесса Забава - кудесница. Несмотря на то, что у принца нет дара, их с Забавой дети с большой вероятностью будут полноценными магами. А объединение с процветающим морским государством - словно благословление от святой Кальпурнии. Помимо добычи жемчуга и рыбы на территории королевства Русалия, принцу достанутся рудники, богатые драгоценными камнями.
        Распутин так удачно все расписал, что король не на шутку заинтересовался этой идеей. Когда на троне сидит маг - это дает стране дополнительную защиту от возможного неприятеля. В отличие от других, их земли слишком плодородны. Их народ никогда не голодал, да и климат всегда благоприятный без сильных холодов.
        Когда-то на них напали соседи: с севера и запада, где были не земли, а сплошная равнина. Тогда многие полегли на поле брани, и деду нынешнего короля Олексия стоило больших трудов заключить мир. Перед смертью он наказал беречь то, чего с большим трудом добился. Со временем между соседями наладились торговые пути, враг стал другом, народы породнились, и распри забылись.
        Но Распутин умудрился заронить в голову Олексия зерно сомнения и страха за его единственного сына, а также за Ворожею и народ, который славил и любил своего короля.
        По мнению Олексия, браку было суждено случиться. А то, что Забава далеко не привлекательная - не причина для отказа. Принц не может жить свободной жизнью, он в первую очередь должен думать о народе и государстве. А сильный наследник-маг упрочит позицию Ворожеи.
        Мне отвели роль палача - та самая услуга, о которой говорил Распутин. Либо я способствую быстрой женитьбе принца Матвея на Забаве, а затем он избавляет трон от наследника, оставляя безутешную вдову, и тихо убивает короля Олексия. Либо все узнают о том, что я предатель, спланировавший покушение на королевскую семью. Король с наследником в любом случае умрут, а вот останусь ли жив я? В этом деле все зависит только от меня - так говорил Распутин, довольно улыбаясь.
        Как только дело будет сделано, он сам станет править Ворожеей в должности регента, верного Забаве и ее ребенку. Лицемер!
        Принцесса Забава не так глупа, как все думают. Она расчетливая, высокомерная и лживая до мозга костей. Девушка приходится дальней родственницей Распутину - кажется, четвероюродной племянницей. Об их родстве никто бы не узнал, если бы я не был сыном ищейки. С трудом, но я добыл нужную информацию, только не успел оповестить короля Олексия о готовящемся против него и сына заговоре.
        Распутин понял мое намерение и решил убрать опасного свидетеля, выдав за убийцу принца.
        Мои способности помогли сбежать в единственное, относительно спокойное место - мир без магии, или, как его называли, техно-мир. Сюда могли попасть только сильные маги. И не только попасть, но и провести за собой кого-то ещё - как произошло с королевскими ищейками, от которых мы с Матвеем сбежали.
        Ариадну я знал давно, еще со времен студенчества в Академии. Она преподавала историю магии и не единожды расписывала особенности и удобства техно-мира, грезя о том, что когда-нибудь уйдет туда и останется жить. Студенты смеялись, удивляясь, как можно жить без магии. Эти знания отложились в моей голове на черный день, который, к сожалению, наступил быстрее, чем я думал.
        Я примерно помнил, где территориально живет бывшая преподавательница и открыл портал в городском парке. Мы переместились глубокой ночью, когда в замке все только-только зашевелились, послав стражу в погоню. Но я опередил их на час, и вот мы с принцем в плащах стоим посреди леса. Вдалеке горланят песни пьяные мужики. Слышится звон разбитой бутылки, а к нам из тени, стуча каблуками, спешит Ариадна Николаевна. Имя она решила не менять. Москва - город, где никто и ничему не удивляется.
        ***
        - Кирюша, Ваше Высочество, - дама сделала реверанс, хотя в облегающей юбке это было несколько проблематично.
        - Ариадна Николаевна, какой Кирюша, мне тридцать два года, я состою в совете магов Его Величества, - строго сказал Кирьян.
        - Больно взрослым ты себя возомнил, мой мальчик. Распутин так легко обвел тебя вокруг пальца. Пойдемте, нечего тут языками чесать, а у меня как раз глинтвейн с шарлоткой готовы, - она взяла обоих под руки и повела за собой, цокая каблуками.
        Матвей озирался по сторонам, приоткрыв рот от удивления. Тянущиеся к небу в свете фонарей, огни в квадратиках окон. Такого принц еще не видел. Самыми высокими местами в Ворожее были горы, ну и королевский замок. Здесь же высотки стояли на каждом шагу.
        В лифте удивление усилилось. И только в квартире, которая была под защитой амулета, они наконец-то смогли расслабиться.
        Кирьян сразу пошел в ванную, Матвей юркнул следом за ним. Пока разобрался, как и что включается, часы пробили два часа ночи.
        Сидя на светлой новенькой кухне с глянцевыми белыми поверхностями, попивая пряный глинтвейн из фарфоровой чашки с золотой каймой, Кирьян как никогда чувствовал себя свободным. В квартире бывшей преподавательницы все было сделано с изящным и тонким женским вкусом. Ему нравилась аккуратная мебель, простота изделий. Но главное, что здесь дышалось гораздо легче, чем в Ворожее. Когда-то он считал дворец своим настоящим домом, где работал и жил много лет, изредка наведываясь в поместье отца. Сейчас же трехкомнатная квартира стала для него желаннее любых апартаментов обители волшебного мира.
        - Итак, расскажи мне еще раз. Четко, без лишних подробностей, что у вас там произошло, - попросила Ариадна, подкладывая Матвею вторую порцию яблочной шарлотки, которую Его Высочество съел без должного этикета.
        - Госпожа Ариадна, вы помните, что… - начал Кирьян, но женщина прервала его.
        - Просто Ариадна, без титулов и прочих обращений, а то я чувствую себя старой кошелкой.
        Кирьян усмехнулся и продолжил:
        - Как будет угодно. До этого я прислал вам весточку о планах Распутина относительно Его Высочества, поэтому у меня не осталось иного выхода, кроме как покинуть Ворожею. Принц не захотел жениться на непривлекательной особе и ушел бы в неизвестном направлении. А затем либо увяз бы в болоте, либо голодное зверье из северных земель перегрызло ему глотку. Поэтому сейчас мы сидим на вашей кухне в техно-мире.
        - Ну и заваруху вы устроили.
        - За мою самодеятельность мне полагается смертная казнь: похищение принца, саботаж его женитьбы, оскорбление соседнего государства и, как финал - возможная война.
        - Не нужно так утрировать, Кирьян. Король Олексий не дурак. Да, с соседями из Русалии будут уже не такие теплые отношения, как раньше, но выход есть, и король будет вынужден сам жениться на принцессе. В идеале хорошо, чтобы королевой стала или Лебедина, или Северина, флот и северные чудовища - это лучший выбор, но не может же он жениться сразу на обоих, - она засмеялась, хлопнув себя по коленке.
        - Если доживет до этого момента. Распутин хочет начать травить короля, щепотка яда в одно блюдо, капля в другое, и не пройдет пары месяцев, как Олексий сляжет с болезнью, которую все будут считать сильной простудой, но итогом станет его смерть.
        - Не будь таким наивным. Думаешь, раз Олексий не маг, то от него легко избавиться? Вовсе нет, к тому же, северянам и западникам невыгодно лишиться его поддержки. Совершенно не понимаю, чем таким Распутин прельстил его, что он нацелился именно на принцессу Забаву. Это далеко не самая подходящая партия, вокруг полно других привлекательных и умных невест.
        - Как, например, загадочная принцесса Лебедина, дочь короля Черномора с острова Буяна. Говорят, она сказочно хороша, но то лишь слухи… неизвестно, обладает ли она магическим даром. Король бережет Ее Высочество как зеницу ока.
        - Что сын, что отец - оба зациклены. Кто на внешности, кто на магически одаренном потомстве, тьфу ты! - она в сердцах хлопнула по столу ладонью, ложечка на блюдце звякнула и упала на пол.
        Все это время Матвей молча слушал их. Он понимал, что назад ему просто так не вернуться.
        - Как все запутано, - пробормотал принц, хватаясь за голову. Он сидел за столом в рваных джинсах и обычной футболке, на ногах желтые носки, каштановые волосы всклочены.
        - Да будет вам, Ваше Высочество, не стоит так себя мучить. Рекомендую отписать вашему батюшке письмо о том, что вы в полном здравии и что в его окружении есть предатель. Имена не называйте, но также отметьте, что вы не отрекаетесь от женитьбы, а просто решили исследовать земли вашего государства, соседей, чтобы знать об их устройстве, как и положено будущему королю. Это ненадолго отвлечет его и ищеек от ваших поисков в этом мире, а также успокоит Забаву и ее отца. Королевский маг подтвердит ваши намерения своей печатью на кольце. Все будут знать, что вы путешествуете вместе. Принц и его телохранитель - уже звучит лучше, чем похититель.
        - Неплохая идея. В любом случае я уже подвел себя под плаху, хуже быть не может. Матвей, начни писать письмо, - Кирьян ободряюще похлопал принца по плечу.
        Принц так и поступил, как только Ариадна положила перед ним чистый лист бумаги и ручку, к которой он быстро приноровился. Запечатав письмо в конверт, Кирьян скрепил его перстнем, накладывая усовершенствованную защиту от прочтения на крови Его Высочества. Только король Олексий сможет взломать печать и прочитать послание от сына. Ариадна занялась отправкой.
        А спустя время, когда Ариадна дала им оборотные амулеты, из зеркала на мужчин смотрели кошачьи морды.
        Матвей лежал рядом, шевеля усами, рыжий и до ужаса пушистый. Распознать в нем принца было невозможно. На его шее болтался ошейник с черным крестиком, а вот с перстнем Кирьяна женщине пришлось повозиться. Но в итоге у Ариадны получилось связать два амулета в один.
        - В этом облике вы будете время от времени находиться. Это в целях вашей безопасности, письмо я отослала. И прежде чем оно дойдет до короля, его пощупают все и каждый. Так что за отпечаток вашей ауры можете не волноваться. И еще, советую позабыть, что ты, Кирьян, умеешь пользоваться магией, - она погрозила ему пальцем.
        «Как скажете», - мысленно ответил он, рассматривая передние лапы, мягкие розовые подушечки, острые коготки.
        - Какой ты хорошенький, - не удержалась женщина и стала его тискать до недовольного мявка.
        «Леди, осторожнее. Я вам не мешок с мукой».
        - А как вы себя находите, Ваше Высочество? Точнее, с этого момента, в этом облике вас будут звать Бегемот, а тебя Кирьян… - она задумалась.
        «Владыка», - подсказал Кирьян, недовольно помахивая хвостом.
        - Как скажешь, котик, - засюсюкала она, убирая со стола посуду.
        «Мне немного непривычно. Почему именно я такой пушистый?» - спросил Матвей.
        - Потому, что девушки любят пушистиков, а на вас двоих у меня есть одна задумка.
        «Что еще?» - Кирьян скептично на нее посмотрел. Сейчас он был гораздо ниже женщины, и ему это не нравилось.
        - Путь к отступлению. Если Его Величество не одумается оставить сына в покое, сам не женится, а тебе будет грозить смертная казнь. Хотя она тебе и так грозит, в тот мир ты сможешь вернуться, только если… - она задумалась. - Честно говоря, на твоем месте я бы не возвращалась. Мало ли… Сегодня тебя оправдают, завтра вспомнят, что ты предатель и снова повесят на тебя всех собак. Королевский двор - сборище лизоблюдов и интриганов. Спокойной жизни тебе там не будет даже в совете магов. Я бы сказала, особенно там, где каждый жаждет заполучить побольше власти, всеми правдами и неправдами влиять на короля, как это сделал Распутин. Сильный маг, но ничтожный человечишко, который пытается прыгнуть выше головы. По этой причине я ушла из академии, там невозможно работать. Кроме того, что вокруг одни шовинисты, будь они неладны, так каждый пытается вставить тебе палки в колеса. А здесь у меня есть и почет, и слава, и какое-никакое уважение. Я сама себе хозяйка, у меня свое дело, я пользуюсь магией, никому не причиняю вреда и делаю что хочу, когда хочу и тем более с кем. Здесь мне если скажут, что женщине где-то
не место, то пойдут по статье в суд и сухими из воды не выйдут.
        «Госпожа Ариадна, вы так расписали этот мир, как будто здесь свободы и возможностей больше, чем в нашем, где мы владеем магией», - Матвей прижал уши к голове, не веря в то, что это действительно так.
        - Ваше Высочество, я скажу одно: везде есть свои плюсы и минусы. Тут тоже не все так радужно, но лучше здесь, чем там.
        «Так что ты задумала, ведьма?» - прорычал Кирьян.
        - Поживешь - увидишь. Познакомлю вас с одной милой барышней, которой просто жизненно необходим достойный мужчина. Насчет Матвея не уверена, а вот ты, Кирьян, ей в самый раз.
        «Кому ей? Что еще за девицу ты пытаешься мне подсунуть или меня ей?!» - кот зашипел.
        «Почему это я не подойду? - возмутился Матвей. - Я принц. Как это я могу не понравиться какой-то простолюдинке без магии?»
        - Вот поэтому и не понравишься. И вообще, забудь о том, кто ты. Здесь мы все простые люди, исключение составляют разные богатеи. Только попробуй назвать ту девушку простолюдинкой, я тебе усы пообрываю и за хвост оттаскаю, потом отвезу к ветеринару и кастрирую, - Ариадна злобно прищурилась, ткнув в его пушистый рыжий бок острым ногтем.
        «Ай! Не тыкайте в меня, леди! Я, может, и пушистый, но от вашего маникюра это не спасает», - завыл Матвей.
        - Вот познакомлю вас со своей соседкой, а там присмотритесь к ней, подумаете. Может, она подойдет вам, например, на роль жены, и тогда никому не будет грозить смертная казнь. Потому что тот, кто будет женат на девушке из техно-мира, свяжет себя с ней всеми возможными узами. Но сначала разведка. Будете в роли послушных котов и только попробуйте что-нибудь испортить, я вам устрою. Сами себя в могилу загоните.
        На том и началась их жизнь в роли котов. Как показало время - жить в этом облике рядом с Мирославой оказалось очень удобно.
        Кирьяну было доступно то, чего он не смог бы увидеть, будучи в человеческом облике. И со временем он действительно вошел во вкус, пока однажды не понял, что его мысли слишком перепутались с кошачьими. Это испугало мага, и в ту же ночь он обернулся в человека. Мирослава как раз спала на кухне, после стресса с энергетическим вампиром и выпитого вина она даже не проснулась, когда он перенес ее в спальню и, раздев, уложил в кровать. Он долго лежал рядом, рассматривая черты ее лица, татуировку на руке. Она была привлекательной девушкой. Но если бы они встретились в его мире, он бы даже не обратил на нее внимания, а возможно и посмеялся, видя короткие волосы и странные рисунки на теле. Когда в спальню вперевалочку вошел Бегемот, то широко зевнул и недовольно уставился на голого мага, занявшего его облюбованное место возле молодой хозяйки.
        «Ты хотя бы соображаешь, что делаешь?» - мысленно спросил Матвей, недовольно махнув хвостом и запрыгнув на кровать.
        - Видимо, нет, - мужчина тяжело вздохнул и убрал со лба девушки темную прядь.
        Кирьян был рад оказаться в теле мальчика. Лучше так, чем когда инстинкты животного рвут твое сознание на части, и ты начинаешь плохо соображать, а лучшим другом становится дурацкая игрушка.
        - Племяннички, - давясь смехом, говорила Ариадна, собирая новые вещички в чемодан.
        - Уж лучше так, чем хвостатым, а то ум за разум заходит. Мне это не по нутру, - проворчал Матвей. Внешность ему досталась обыкновенная, не сильно отличающаяся от его собственной в таком же возрасте.
        - Мне тоже нравится, так необычно, считай, снова вернулся в детство, - Кирьян с улыбкой взлохматил волосы на макушке.
        - Ты из него и не уходил, - подколол его принц.
        - Спокойно, Ваше Высочество, главное не наделать глупостей.
        И они бы не наделали, если бы та жирная корова не вздумала грубить в магазине.
        - Тварь, простолюдинка! Посмела назвать меня сопляком! - негодовал в тот вечер Матвей.
        - Если ты не услышал, то оскорбили нас всех, больше всего не повезло Мирославе, - успокоил его Кирьян, зависая на очередном сайте с научными статьями. Этот необычный мир нравился ему все больше и больше.
        - Но и вы, герцог, хороши, как додумались применить магию? Госпожа Ариадна нас предупреждала, и что теперь?
        - Я уже отправил ей сообщение, завтра она позвонит Славе, и мы дружно отправимся отсюда подальше.
        - Куда на этот раз?
        - Не так близко, как из одной квартиры в другую, но думаю, тоже в довольно сносное место.
        - Надеюсь.
        И вот они на даче. За окном дует ветер, а ветви деревьев шелестят по крыше. Слышен стук колёс проезжающего поезда, и они сидят в спокойной обстановке. Здесь до поры до времени их не станут искать. Кирьян посмотрел на месяц за окном и, закинув руки за голову, закрыл глаза.
        Глава 4
        В Подмосковье Мирославе понравилось. Особенно после того, как она купила мальчишкам сланцы, головные уборы и средство от комаров. На участке находилась небольшая закрытая беседка, где можно завтракать. Погода была не жаркая, именно такая, какую любила Слава.
        Пока Кирьян с Матвеем изучали содержимое небольшого сарайчика, Слава сидела в беседке за ноутбуком и печатала статью.
        Постепенно они обживали дом. Нашли кладовку, где поместились два велосипеда, и после полудня, подкачав шины, они отправились кататься.
        Славе нравилось крутить педали, Матвей устроился на багажнике. Кирьяну удалось приноровиться к велосипеду не с первого раза, и теперь он щеголял сбитыми локтями и содранными коленями.
        Они проезжали деревенские улочки, местные пруды, доехали до соседнего поселка и повернули обратно. Возвращались вдоль поля, по краю которого стоял густой лес.
        На обед Слава варила гречневый супчик и приправляла свежей зеленью, которая пучками росла на крохотной грядке под забором вместе с клубникой.
        - Видимо, помимо эзотерики, Ариадна Николаевна немного увлекается огородничеством, - пробормотала девушка, сидя на корточках и подрезая ножом зелень.
        - Можно будет после обеда поесть ягод? - спросил Матвей, плотоядно глядя на клубнику.
        - Нужно, жаль, нет взбитых сливок. - Мирослава вздохнула.
        - Давай я сгоняю в магазин и куплю, - предложил Кирьян.
        Девушка задумчиво на него посмотрела:
        - Если хочешь, то вперед. Найдешь их?
        - Спрошу у продавца, - он взял у девушки кошелек и поспешил сесть на велосипед.
        Пока суп варился, Слава нарезала салат; потом вместе с Матвеем они вытряхнули от пыли несколько одеял и покрывал, подмели ступеньки на крыльце, а чуть погодя вернулся Кирьян.
        Девушка встретила его со спокойным лицом, но внутри нее все дрожало от волнения.
        - Вкусно! - похвалил стряпню Матвей, откусывая кусок от свежей узбекской лепешки, которую вместе со взбитыми сливками прихватил Кирьян.
        - Не нашел серого хлеба. Когда он свежий, то есть его одно удовольствие, - сказал Кирьян.
        - Это да, - согласилась Мирослава.
        Потом Матвея сморил дневной сон, а Слава с Кирьяном отправились в лес на короткую прогулку.
        Мальчик внимательно озирался по сторонам, изредка бросая внимательный взгляд на девушку. Та молча наслаждалась хвойным ароматом леса. Под ногами пружинили еловые иголки, а спрей от насекомых защищал открытые руки.
        Мирослава настолько погрузилась в собственные ощущения, что не заметила, как Кирьян куда-то подевался. Она заозиралась по сторонам и окликнула его, но никто не ответил. Между деревьев мелькнул край белой футболки.
        - Наверное, это он прячется, - она нахмурилась. - Кирьян! Если ты вздумал шутить, то очень неудачно, - девушка уверенно подбежала к дереву и дернула за футболку. Но вместо мальчика перед ней, опершись о широкий ствол дерева, оказался взрослый мужчина. Такой знакомый! Где она могла его видеть?
        - Простите? - на нее удивленно смотрели серо-голубые глаза.
        - Добрый день, - удивленно поздоровалась Мирослава, продолжая его разглядывать и держать за край футболки. - Извините, я обозналась, думала… мой племянник прячется.
        - Добрый. А ваш мальчуган убежал вперед, там за холмом небольшой пруд с мостиком, - спокойно ответил незнакомец, также рассматривая ее. - Мы с вами раньше нигде не встречались? - солнечный свет посеребрил его светлые волосы, переплетенные в косу. Прямой нос, очерченные губы и узкий подбородок. Он улыбнулся, и на щеках незнакомца заиграли ямочки, по острым скулам захотелось провести пальцем.
        - Н-н-не знаю… - промямлила она, чувствуя, что точно его знает. Но откуда?
        - Погода сегодня отличная, совсем не жарко, - он выпрямился и теперь возвышался над ней. Девушка смотрела в его широкую грудь, чувствуя себя дюймовочкой.
        - Да, я не выношу жару. Сразу плохо становится.
        - Как я вас понимаю. Приехал на пару недель, надоело торчать в городе. А вы в каком поселке живете? Я в Артемьево, недалеко от станции, - он неотрывно разглядывал ее и непритворно улыбался.
        - Тоже. Кирьян, ты где?! - она окликнула мальчишку.
        - Значит, мы с вами еще увидимся, приятной прогулки, - он махнул ей рукой и, засунув руки в карманы, скрылся за деревьями, а спустя минуту оттуда появился Кирьян.
        - Звала? Там пруд небольшой был, пойдем посмотрим. Сходим туда с Матюхой, ему точно понравится, - весело проговорил мальчишка, беря ее за руку.
        ***
        До самого вечера из головы Мирославы не выходил образ того мужчины. Ночью ей приснился сон: она брела по лесу в сарафане и постоянно оборачивалась, чувствуя, что за ней кто-то следит, но позади никого не было. Вокруг лишь деревья. Порыв ветра всколыхнул челку и зашевелил волосы на затылке, погладил плечи, а когда она обняла себя, пальцы встретились с чьими-то руками. Обернувшись, Мирослава увидела того самого незнакомца.
        В этот раз на нем была другая одежда: черная свободная футболка с рваным воротником обнажала грудь до середины, на пальце блестело кольцо с черным камнем, волосы разметались по широким плечам. Он положил горячие ладони ей на тонкую талию и прижал к себе, водя кончиком носа по ее виску и щеке, нежно целуя в уголок губ.
        - Мне этого так не хватало… - прошептал он, блаженно прикрыв глаза и поглаживая ее обнаженную спину.
        - Чего именно? - не поняла она, даже не пытаясь отстраниться.
        - Ощущения тепла и прикосновений к женскому телу.
        - Мы ведь уже встречались с тобой, верно?
        - Верно, только ты никак не можешь вспомнить, - он поцеловал ее между бровей и в кончик носа. Нежно…
        Мирослава закрыла глаза и напряглась, пытаясь вспомнить, но ее отвлекли поцелуем в губы. Если это сон, то почему бы ей не открыться ему… и она сделала это. Вначале спокойный мужчина стал нетерпеливым, кусая ее губы, сильнее сжимая в объятьях, пока не остановился, зарычав ей в шею.
        - Прости. Но не сегодня, не сейчас… - он отошел на пару шагов, тяжело дыша, и исчез. Сон закончился, а Слава проснулась с колотящимся сердцем. На улице едва светало.
        «Да, девка, одна встреча с парнем, и он тебе в таких откровениях снится. Кому-то чего-то не хватает!» - отчитала саму себя Мирослава и, сдерживая смех, уткнулась лицом в подушку. Полежав некоторое время, она больше не смогла уснуть и пошла умываться, а затем готовить завтрак.
        К десяти вниз спустился Матвей в своей космической пижаме. Зевая, он сидел за столом, подперев щечку ладошкой, и внимательно смотрел, как Мирослава накладывает ему пухлых оладий, нарезав на них клубнику и добавив взбитых сливок. К оладушкам шел мятный чай, а себе девушка сварила кофе в турке, используя запасы, привезенные из дома. Пить магазинную бурду, именуемую «растворимый», она не могла.
        - Кирьян не встал?
        - Он не ложился, до утра сидел за ноутбуком, сказал, что будет спать теперь, пока не выспится, - с нотками обиды ответил Матвей.
        - Нам же лучше, сходим в лес. Погуляем.
        - А сегодня на велосипедах еще покатаемся?
        - Может быть, давай ешь. Я посмотрела карту на телефоне: через лес можно дойти до пекарни. Купим Кирьяну серого хлебушка, а если не будет, то вкусных плюшек к чаю.
        Матвей согласно закивал. А по дороге им снова встретился тот самый светловолосый мужчина.
        - Доброе утро, вы сегодня рано. Куда собрались? - он приветливо улыбнулся, глядя на нее и Матвея и, казалось, вообще не удивился, увидев ее с другим ребенком.
        - Доброе, в пекарню. Она за лесом, где мы с вами вчера встретились, - ответила Слава.
        - Вот как? Тогда вы не будете против, если мы пойдем вместе? - предложил он, удобнее перехватывая рюкзак.
        Слава пожала плечами:
        - Почему бы и нет, только мы с вами так и не познакомились. Меня зовут Мирослава, а это - Матвей.
        Мужчина и мальчик смерили друг друга оценивающими взглядами.
        - Корней, - протянул ей руку, и она пожала ее. - Теперь можно отправляться в путь.
        И они спустились с холма вниз по тропинке через лес. Шли долго, больше часа.
        Корней оказался бизнесменом. У него была своя сеть магазинов с разнообразной туристической экипировкой: от складных ножей до дорогих палаток, всего того, что может понадобиться в походе.
        Он недавно приехал в Москву и открыл дело. В Артемьево у него доставшаяся от бабушки дача, где он решил провести короткий отпуск.
        Мирославе было легко с ним общаться, а забота о Матвее добавила этому высокому мужчине еще несколько плюсов. Мальчик устал, не поспевал за ними, но Корней усадил его себе на плечи.
        В булочной купили самый ароматный серый хлеб, какой Мирослава когда-либо пробовала. Поэтому она порадовалась, что взяла вторую буханку. Остальную часть пакета занимала разнообразная выпечка. Себе и Мирославе Корней взял по стакану чая с лимоном, и на обратном пути они ели выпечку, запивая чаем, устроив пикник на траве. Матвей дремал на Славиной кофте, положив голову ей на колени.
        - Слава, вы очень приятная девушка и интересный собеседник. Понимаю, что во время социальных сетей, Интернета люди отвыкли вот так в живую знакомиться, но не хотели бы вы проводить со мной время и дальше? Берите своих мальчишек, сгоняем в ближайший парк. Поедим сладкую вату, мороженое… - едва слышно проговорил он, чтобы не разбудить Матвея.
        - Я не против, - она улыбнулась, чувствуя, как пылают щеки. Давно с ней подобного не происходило.
        До дома они дошли гораздо быстрее, чем Славе хотелось бы. Они даже успели подержаться за руки, но когда он поставил Матвея на землю и улыбнулся на прощание, девушка грустно вздохнула: «Вот и все. На сегодня наше приятное общение закончилось».
        Она хотела зайти в дом, но Матвей отвлек ее, разглядывая большую ягоду клубники.
        - Вот это да! А вчера ее не было, да точно говорю тебе. Я внимательно все осмотрел, просто магия! Прямо как волшебной палочкой, и вот тебе! - он взял короткий прутик и стал тыкать им в грядку. - Расти, ягодка!
        - Чего расшумелся? - окликнул его из открытого окна всклоченный Кирьян.
        - А ты догадайся, - процедил Матвей и, отбросив прутик, ушел в дом. А Слава осталась стоять, не понимая, что же между мальчишками происходит.
        Серый хлеб Кирьяну понравился.
        - Очень вкусный, молодцы, что погуляли. Я всю ночь не спал, зато днем так хорошо, в тишине и покое, никто не скрипит всю ночь кроватью, - он бросил колючий взгляд на Матвея.
        - Слава, можно мне с тобой спать? Тогда я не буду мешать брату, а то он вон какой ворчливый, - спросил Матвей, присаживаясь к ней ближе и обнимая тонкими ручками за талию.
        - Эм… даже не знаю, мы можем просто постелить на полу, и кровать скрипеть не будет, или попробовать смазать чем-нибудь.
        - Не помогает. Кирьян уже пробовал, ну или у него просто руки не оттуда растут.
        - Матюха, ты, кажется, давно не получал по одному месту, - оскалился Кирьян и бросился на него, повалив мелкого на пол и отвешивая ему щелбаны.
        Матвей орал не своим голосом, лягался, отпихивал от себя старшего брата, пока Слава не бросилась их разнимать.
        - А ну прекратите оба, что на вас нашло?! - вскричала она, отталкивая Кирьяна к столу и прижимая к себе Матвея.
        - Ты же старший, тебе не позволительно так себя вести. Он младше и слабее тебя. А ты, Матвей, должен уважать старшего брата, а не провоцировать. Будете спать в разных комнатах, - строго сказала она.
        Ночью к ней снова пришел Корней, он ласково целовал ее, крепко обнимая, пока девушка не ощутила на своей спине чужие прикосновения. Обернувшись в кольце рук Корнея, увидела своего ровесника, парня с каштановыми чуть вьющимися волосами, подтянутым телосложением и нахальной улыбкой на пухлых губах. Его серо-зеленые глаза хитро поблескивали, он держал свои руки на ее бедрах. И сейчас Слава чувствовала себя между молотом и наковальней. Оба мужчины с хищными взглядами, по-собственнически касаются ее, как добычи.
        - Неужели ты не узнаешь меня, Слава? - промурлыкал зеленоглазый.
        - Нет, а должна? - удивленно спросила она.
        - Тебя сюда не звали. Проваливай, - процедил Кирьян.
        - Экий ты неласковый. Думал, раз маг, то тебе все достанется? Нет уж, я тоже хочу жить и выбираю ее, - парень схватил Славу за запястье и дернул на себя, девушка как кукла упала ему на грудь, а он без стеснения впился губами ей в шею.
        - Отойди от нее, - прошипел Кирьян.
        - Нет уж, достало изображать из себя твой щит и придумывать отмазки. Мы пришли сюда, чтобы спастись. Ведьма сказала: только благодаря ней мы сможем это сделать.
        - Не только. Ты ведь не любишь ее, а она тебя. Какая между вами может быть связь? - Кирьян попытался схватить Славу за руку, но его соперник отошел вместе с ней назад.
        - Меня? Конечно, любит! Она заботится, кормит, чего еще нужно?
        - Вы глупец, Ваше Высочество. Неужели подумали, что все будет так просто? Или из слов ведьмы вы ничего не поняли? Прискорбно сообщать, но нам было позволено присмотреться к девушке, как и ей к нам. И пока что, как маг, я вижу только одну связующую нить, но не между тобой, а только между мной и ею, - он коснулся пальцами солнечного сплетения, и только сейчас зеленоглазый увидел тонкую изумрудную нить, тянущуюся от Кирьяна к сердцу Мирославы.
        - Как это возможно? Мы были в равных условиях! - он оттолкнул от себя Славу, и она тут же оказалась в нежных объятьях Кирьяна.
        - Что происходит? Кто вы на самом деле? - прошептала девушка.
        - Мы… - начал было он, но закричал от боли, упав на колени и схватившись за голову. Со вторым стало происходить то же самое. Они метались по земле, из их носов шла кровь, а Мирослава не знала, что делать.
        - Проснись, проснись, проснись! - кричала она и когда открыла глаза, со второго этажа доносились детские крики.
        Выбежав из комнаты и схватив первое, что попалось под руку с кухонного стола, она бросилась наверх.
        Там из старинного зеркала, в котором вертелась черная воронка, к детям тянулись чьи-то когтистые руки. Они не позволяли мальчикам дышать, и те судорожно дергались на своих кроватях, пока их лица синели. Когтистые руки лишь сильнее сжимали их шеи.
        - А ну прочь от моих детей! - закричала Мирослава и каким-то чутьем поняла, что зеркало необходимо разбить. Прихваченной вещью оказалась сковородка. Зеркало разлетелось на множество осколков, дети судорожно задышали, Матвей всхлипывал, а Кирьян молча смотрел на место, откуда к ним проползла странная рукастая тварь.
        - Что произошло? - спросила Мирослава, ощупывая каждого.
        - Оно нашло нас и напало, - прохрипел Кирьян, откашливаясь и вытирая выступившие на глазах слезы.
        - Вот дьявол, нашли! Как им это удалось? - просипел не своим голосом Матвей.
        - Во всплеске магии мы сами виноваты. Поэтому уже поздно скрываться, надо бежать, - прогнусавил Кирьян.
        - На чем? - спросил Матвей.
        Осколки на полу задрожали и стали медленно подползать к друг другу, чтобы собраться воедино.
        - На том, что нашли в сарае - бежим! - крикнул Кирьян и, схватив Славу за руку, потянул за собой. Сзади ее подталкивал Матвей.
        - Потом будешь удивляться и задавать вопросы, сейчас надо спасаться, и это не шутки! - поторопил он, и девушка сбежала с Кирьяном по лестнице.
        Матвей позади них закрыл дверь на ключ и придвинул стул, хотя чем это могло помочь - непонятно. Если ищейки прорвутся, то никакая дверь не станет преградой - с треском выломают.
        - Матюха, ты не забыл рюкзак? - спросил Кирьян, хватая со стола мобильник.
        - Подхватил в последний момент, - Матвей повернулся к нему спиной, за плечами был новенький рюкзак с пристегнутой к нему кепкой и перевязанными шнурком от кроссовки сланцами.
        - Когда вы успели собраться? - пролепетала Мирослава. Происходящее казалось ей каким-то сумасбродством и галлюцинацией, но мальчишки были так серьезны, что она засомневалась в собственных выводах.
        - Ты бы тоже поторопилась, у нас не так много времени, прежде чем зеркало восстановится. Скорее собирай вещи, мы улетаем, - Кирьян стал помогать укладывать невеликие пожитки.
        - Куда улетать, на чем? - у нее все валилось из рук, и Матвей, скрипнув зубами, запихнул оставшиеся вещи. Стянув молнию Славиного рюкзака, Кирьян застегнул ее.
        - Увидишь! - Матюха весело подмигнул, и они высыпали на улицу. - Дом можно не закрывать - это бесполезно, - он сказал это, видя, как девушка достает ключ, а Кирьян - длинную и пушистую метлу из сарайчика, где они недавно крутились. - Думаешь, у тебя хватит сил? Оболочка-то не такая прочная, - он потянул мага за рукав рубашки, обнажив на запястье нить-браслет с черной бусиной.
        - Это лучше, чем быть пойманными, но тебе надо обернуться. Боюсь, троих моя сила не потянет, - Кирьян стряхнул с прутиков сухие листья и паутину.
        - Ладно, но потом сам ей будешь объяснять, - Матвей страдальчески закатил глаза и, не успела Мирослава опомниться, как раздался хлопок и перед ней на землю на четыре лапы приземлился рыжий мейн-кун по кличке Бегемот.
        - Мотя? - жалостливо спросила она, кусая себя за палец и ойкая от отрезвляющей боли.
        - Садись, Слава, а то нам не жить, - Кирьян уже оседлал метлу. Кот запрыгнул, устроившись прямо перед ним, словно он сидел не на палке, а в удобном кресле.
        Бред или нет, но, удивляясь самой себе, Мирослава сделала то же самое и почувствовала, что в ее попу ничего не впивается. Сидеть девушке было очень даже удобно.
        Треск двери, и на улицу высыпали большие черные кошки, очень похожие на сфинксов, такие же лысые и с уродливыми мордами. Они навели на девушку не просто дрожь, а ужас. Когда одна из них приготовилась прыгнуть сзади, Мирослава закричала дурным голосом. Из прутиков метлы раздался треск, и в морду «лысых» ударило двумя крохотными огненными шариками, которые вспыхнули, опалив им усы.
        Мирослава крепко обняла Кирьяна за бока и зажмурилась, мысленно молясь богу о своей грешной душе и вопрошая, за что на ее голову такие неприятности.
        Холодный порыв ветра погладил ее по щеке. Приоткрыв глаза, девушка поняла, что они летят, а посмотрев вниз, испуганно взвизгнула и еще сильнее сдавила Кирьяна.
        - Тихо ты, задушишь, - пробурчал он, - только не закатывай истерик, а то собьешь меня с курса. Мне и так тяжело сосредоточиться, - попросил он и, к его удивлению, Мирослава послушалась. Она уткнулась носом ему в плечо и то ли чихнула, то ли всхлипнула.
        «Как это? Что, черт возьми, происходит? Они ведь простые дети, и кто те существа, похожие на кошек, которые за ними пришли?! Знала ли Ариадна Николаевна, что ее племянники не обычные люди? Может, мы летим в Хогвартс или Тибидохс? Одно и то же! Черт возьми! Черт возьми!» - мысленно ругалась Мирослава. Будь ее воля, она бы орала во весь голос, проклиная день, когда в ее квартире появились злополучные коты-племянники. И тут ее осенило: «Коты?! Вот же… леший их задери! Маленькие развратники! Ну все, как только приземлимся, вырву прутья из этой метелки и отхожу обоих по задницам, чтоб сесть потом не смогли! Оборотни, магия! Вот тебе и приключения, Славочка, вот тебе и поездочка!»
        - С тобой все в порядке? - беззаботно спросил Кирьян. Ему пришлось выкрикнуть этот вопрос. Они летели с такой скоростью, что порывы ветра заглушали голос.
        - Пока что живая! Неужели нас никто не видит?
        - Люди вообще не видят дальше собственного носа, но чтобы тебя успокоить, скажу так: сейчас ночь, но если вдруг кому приспичит смотреть в небо, то вместо нас увидят черную ворону.
        - Хорошо, что не жирную и аппетитную утку, а то мало ли. Вдруг подстрелят!
        Кирьян рассмеялся, а Слава неторопливо осмотрелась по сторонам. Признаваться, что она страшно боится высоты, было уже неуместно. Среди звезд и огоньков домов, фонарей вдоль дорог страх немного отступил. «Летят утки-и-и! Летят утки-и-и!» - вспомнила слова песни.
        - Так куда летим-то? - через несколько минут спросила она, потому что их со всех сторон окружили облака и, странное дело - было совсем не холодно.
        - В Уфу, к Ариадне Николаевне!
        - Сколько же туда добираться?
        - Часа два, возможно, меньше. Мы летим в магическом потоке, а он как портал - сокращает расстояние. Ты, кстати, не замерзла?
        - Нет! И это странно! Хотя о чем я говорю, с моими глюками пора ложиться в клинику для умалишенных!
        Кирьян снова рассмеялся, но его по бедру ударил пушистый хвост Бегемота. Что этим движением пытался сказать кот, Слава не поняла, поэтому не придала значения.
        - Нас окружает защитный купол. Он полупрозрачный, если присмотришься, то увидишь. Я создал его, как только мы оторвались от земли, именно он не позволяет окружающим нас увидеть и не дает замерзнуть.
        - Ничего себе! - восхитилась Слава, и действительно, вокруг них тянулась тонкая, как линза, золотистая пленочка. «Как необычно! Никакое термобелье не нужно». - А я так тоже могу?
        - Вряд ли, в тебе есть крупица магии от нас, но не более!
        - Это что, заразно?! - она удивленно захлопала глазами, а Кирьян снова засмеялся.
        - Что-то вроде того. Если рядом с человеком находится сильный маг, и их энергетические поля соприкасаются, то все может быть. Но это не значит, что человек изначально без магии станет настоящим волшебником - это тебе не Гарри Поттер.
        - А ты очень сильный маг, раз сумел поднять нас троих в воздух.
        На это Кирьян предпочел промолчать, не может же он поведать Мирославе о том, что будь он в своем настоящем облике, то никакая метла им, возможно, и не понадобилась бы, как и превращение Матвея в кота. Но сейчас, в теле мальчика, Кирьяну было необходимо сохранять равновесие силы, иначе он не выдержит и от перенапряжения потеряет сознание. Детское тело - неподходящий сосуд для того уровня магии, которым он обладает, но Славе об этом знать не полагается.
        - Как только приземлимся, не выставляй ноги - сломаешь, - предупредил он.
        Время в полете прошло на удивление быстро, и они опустились среди высоких деревьев.
        - Все, можешь слезать с метлы, - шепнул Кирьян.
        В темноте глаза Бегемота блестели, кот довольно шуршал хвостом, пробираясь между кустов, пока не обернулся Матвеем.
        - Отлично долетели, я тебе поражаюсь, - похвалил он Кирьяна.
        Маг слабо улыбнулся, опираясь на метлу. У него слипались глаза, и он почти спал на ходу. Слава топталась рядом, от полета у нее немного затекли ноги, и пришлось несколько раз поприседать, чтобы восстановить кровоток.
        - Где мы? - спросила она.
        - Село Жуково, минут тридцать или сорок от центра города. Ариадна здесь, - широко зевая, проговорил он.
        - Ты знаешь, куда идти?
        - Матвей знает, так что топайте, а я пока вздремну, - он неторопливо сел на землю и откинулся на ствол дерева. Метла была зажата между его рук, сложенных на груди.
        Не успела Слава что-либо сказать, как Кирьян уже спал крепким сном.
        - Не трогай его - он сильно устал, - Матвей взял ее за руку.
        - Ну уж нет, не для того мы от кого-то там убегали, чтобы сейчас он тут торчал как гриб под деревом. Возьми метлу, а я его, - скомандовала она, взвалив Кирьяна себе на спину и придерживая за детский зад.
        - Тебе не тяжело? - Матвей поднял метлу.
        - Нормально. Не тяжелее мешка с кукурузой, который мы однажды с подругой в детстве собрали на кукурузном поле. Веди давай, я-то дороги не знаю.
        - Ааа, хорошо, нам прямо, - проговорил он, раздвинув куст, за которым оказалась протоптанная тропинка. - А почему вы таскали кукурузу? Это ведь кража…
        - Потому что детство, и для нас это было то еще приключение - пробраться к соседу и набрать целый мешок. У соседей всегда все вкуснее, - она усмехнулась и наклонилась вперед, чтобы было удобнее нести Кирьяна. «Хорошо, что я додумалась обуть кеды, но разгуливать среди ночи в пижаме - хоть и приличной - это точно клиника. Надеюсь, у Ариадны Николаевны найдутся для меня не только объяснения, но и одежда».
        Через несколько минут они вышли к ряду старых домиков. Такие Слава видела разве что в книжках с русскими народными сказками: избушка Бабы-Яги, дом трех медведей… И кто же в этой истории она сама? Явно не ведьма, а было бы так чудесно. Пальцами щелк - и она сидит в своей уютной квартирке на кухне, работает за ноутбуком, и ее не преследуют лысые кошки неизвестного происхождения.
        Крайний дом за деревянным забором, на чьих колышках висели разбитые горшки, встретил их тускло горящим окошком. За белой кружевной занавеской в свете старой масляной лампы угадывались очертания мебели.
        Матвей открыл скрипучую калитку, и Слава вошла на участок. В полумраке его было тяжело разглядеть, но то, что под ногами не валялся разный хлам, не могло не радовать.
        Не успели они постучать в дверь, как та резко распахнулась, едва не задев Матвея по носу. Слава вовремя схватила его за руку и чуть не завалилась на бок вместе с Кирьяном.
        - Здравствуйте, гости дорогие! - поприветствовала крупная особа в цветастом халате, из-под которого виднелась кружевная ночнушка. Через плечо у женщины была перекинута толстая коса с алой лентой, одной рукой она придерживала подсвечник, а другой подпирала дверной косяк.
        - Здравствуйте. Извините нас за поздний визит, нам нужна Ариадна Николаевна, - проговорила Мирослава.
        - А это кто с тобой? Знакомые мордашки… - женщина прищурилась, внимательно разглядывая Матвея и спящего Кирьяна, а затем ее взгляд метнулся на метлу в руках мальчика. - Батюшки, неужто вы из самой Москвы? Так бы сразу и сказали, быстрее заходите. А то комары налетят.
        Они вошли внутрь дома, где было тепло и уютно, пахло церковными свечами и благовониями.
        - Не топчись, неси этого увальня в комнату, а то где это видано, чтобы хрупкая девушка носила на себе здорового мужика, - женщина указала на открытую дверь. За ней находились две узкие койки, на одну из которых Слава уложила Кирьяна и едва разогнула спину.
        - Ох, действительно, как будто несла взрослого человека, а не ребенка, - прошептала она и стала быстро снимать с Кирьяна обувь.
        Прикрыв за собой дверь, она подошла к женщине. Та ухаживала за Матвеем, перед мальчишкой уже стояла полная тарелка горячих щей со сметаной. Метлу оставили в коридоре.
        - Присаживайся, милая, умаялись, наверное, с дороги. Поешь моих щей, уверена, ничего вкуснее ты не пробовала.
        Слава села рядом с Матюхой. Тот уплетал еду за обе щеки и отсутствием аппетита не страдал, а вот Славе кусок в горло не лез.
        - Спасибо, я бы только чая… - осторожно сказала она, боясь обидеть добродушную хозяйку, впустившую их к себе среди ночи.
        - Через минуту-другую закипит, - она внимательно посмотрела на Мирославу, и девушке стало немного не по себе от ее взгляда.
        - А где Ариадна Николаевна?
        - Думаю, уже в Греции, вчера она отдыхала в Турции, но ей там наскучило. А то вкалывает, как проклятая, со своими магазинами, который год никуда не выбиралась. Я ей говорю, мол, сестра, загонишь ты себя с этой работой проклятущей и покупателями, будь они неладны. Что ни покупатель, то энергетический вампир, сколько сил у нее пытались выпить, ироды, - женщина хлопнула пухлой ладошкой по столу так, что ложка в тарелке Матвея звякнула. - Может, тебе добавочки, сынок? - ласково спросила она, пододвигая блюдце с колбаской и нарезанными огурцами. - Лучок бери, свеженький, от всяких инфекций помогает.
        - Спасибо, можно добавки, - Матвей кивнул.
        Слава удивлялась, переваривая услышанное: «Сестра? Так ведь она к сестре и полетела, сказала, что на похороны…»
        - Подождите, а вы, случаем, не та самая сестра Ариадны, к которой она на похороны полетела?
        - Она самая! Похороны не у меня же были, а у знакомой нашей. Учились вместе в школе, на шабаш летали, а она возьми и попади на своей старой метелке в турбину самолета. Железке-то хоть бы хны, а знакомой кирдык пришел. Глупая была баба, ну да земля ей пухом. Кушай, мой птенчик, набирайся сил, - прощебетала хозяйка, ставя добавку перед Матвеем.
        «Как в него столько влезает, тут порция для здорового мужика!» - а ей уже налили чай, предложили мисочку с домашним вареньем и мягкий хлеб.
        - Кушай, милая, все свое. Сама варенье закрывала да хлебушек пекла. Знай, что вы прилетите в гости, целую поляну накрыла, ну да это уже днем, когда отдохнете.
        - Подождите! - Слава схватилась за голову. - Объясните, что происходит, а то я сейчас сойду с ума от обилия информации.
        - Батюшки, так они тебе ничего не рассказали?
        - Не успели, - сказал с набитым ртом Матюха, с хрустом откусывая от огурца.
        - Мать честная! Во мужики пошли, как в постель тащить - так сразу, а как правду рассказать, так сто лет у них не допросишься, - она покачала головой. - Меня зовут Алла, без всяких отчеств, и говори со мной на «ты». Я дама в самом соку, - она игриво подмигнула Матвею, который закашлялся, подавившись щами.
        Мирославе пришлось как следует похлопать его по спине.
        - А почему вы мальчишек называете мужчинами?
        - Так а кто ж они? Самые настоящие мужчины… - она осеклась, посмотрев в сторону комнаты, где спал Кирьян. - Только маленькие, - женщина засмеялась.
        - Значит, нам не ждать Ариадну? Я не знаю, что делать, первый раз столкнулась с… магией, - пробормотала Слава, пробуя варенье. Чай также оказался на удивление вкусным, и с каждым глотком напряжение и волнение отпускали Мирославу. Случившееся казалось пустяком: подумаешь, волшебство существует. Действительно, чему тут удивляться.
        - Да, сестры не будет, а сколько - ей одной известно. Она редко отзванивается и часто бывает недоступна. Пробовала связаться с ней через зеркальце, но там как по телевизору без антенны - один серый шум и волны.
        - И как нам быть? Нас преследовали какие-то странные большие кошки… лысые, - Мирославу передернуло при воспоминании об этих существах. Она не любила сфинксов, потому что считала их мстительным животными, не говоря уже о непривлекательности данной породы. «Моя неприязнь к ним началась после одной такой кошки у моего бывшего, которая каждый раз норовила укусить меня или оцарапать. Видать, ревновала к своему хозяину».
        - Ну ничего, красавица, пока поживете у меня. Ариадна говорила, что ты пишешь статьи по туризму. Так у нас тут тоже имеются свои достопримечательности, надо развивать внутренний туризм, а не шляться в эту Европу. Ты не знаешь, там уже прошло средневековье и времена чумных крыс?
        Матвей в голос засмеялся.
        - Я полагаю, что да-авным да-авно…
        - А вы, молодой человек, будьте любезны вымыть руки и отправляйтесь спать к своему… дружку. Мы тут с Мирославой посекретничаем, по-женски, - скомандовала Алла.
        - Вы главное лишнего не наболтайте, а то Слава с дороги еще упадет в обморок, - он округлил глаза и ушел. Когда за ним закрылась дверь комнаты, Алла схватила Мирославу за руки и, улыбаясь, прошептала:
        - Ну тебе девка и свезло, таких красавцев отхватила. Ну да ладно, слушай меня внимательно. Они теперь повязаны с тобой жизненной нитью, и связь эта будет крепнуть или истончаться, в зависимости от твоих к ним чувств.
        - Не совсем понимаю, о чем вы… - Слава осторожно высвободила руки и взялась за чашку.
        - Они-то тебе вряд ли расскажут всю правду. Мужчины… мальчики все любят секретничать и казаться сильнее, чем они есть на самом деле. Но у этих двоих большие неприятности в своем мире.
        - Каком еще своем мире?
        - Ты пей, пей. Очень вкусный чай с вареньем, - Алла намазала на кусочек хлеба клубничную смесь и засунула в раскрытый рот Славы. Девушка послушно зажевала, запивая большим глотком чая.
        - Так вот, они оба из другого мира, где есть магия и прочая ахинея. Мы-то у нас тут привыкли к шабашам, изредка балам, но такие в основном в Европе. Там полным-полно аристократишек-магов, которые кичатся своим происхождением, хотя у меня в мизинце магии больше, чем в надушенном парике какого-нибудь барона.
        - Они не носят парики… разве что на маскарады, - осторожно поправила Слава.
        - Да? Ну неважно. В общем, сбежали твои мальчишки от проблем. Да не простых, а которые угрожали их жизням. Всего рассказать не могу, чего не знаю, того не знаю. Сама все услышала от сестры. Сидели с ней на похоронах, наливку мою домашнюю пили. Знакомая так ее уважала, жаль, что перед смертью не успела еще раз выпить. Ну да я отвлеклась! Повязаны вы этой самой нитью, и чем крепче связь, тем лучше.
        - Эм… я все еще не понимаю, о чем вы говорите…
        - Ох, плохо мне удаются объяснения. У Ариадны язык хорошо подвешен. Нельзя твоим мальчишкам к себе возвращаться, иначе убьют их. Там сейчас в королевстве такие козни, что лучше переждать здесь. Особенно наследному принцу.
        - Какому принцу? - Мирослава откинулась на спинку стула, удивленно хлопая глазами.
        - Матвей - принц. Решил его папаша не без помощи своего советника женить на заморской девице и породниться всеми способами. А принцу эта идея ох как не понравилась, и он улизнул, а в помощь ему подрядился Кирьян - сильный маг. Ему тем более нельзя обратно. Принцу-то ладно, никто не тронет. Женят насильно и все, а Кирьяну - голову с плеч или в цепи противомагические закуют и бросят в темницу.
        - Так, это я поняла. А что за нить, которая нас связывает?
        - Так зеленая она, неужели ты не замечала ни разу?
        - Нет. С чего бы? - Слава сделала еще глоток, и появившаяся злость мигом улетучилась. «Ну да, не понимаю я, что происходит. С трудом верится, что магия есть, а вместе с тем, почему ей не быть-то? Я же все видела своими глазами, так почему Матвею не быть принцем, а Кирьяну магом в бегах?»
        - Я так поняла, что их чуть не поймали, раз напали королевские ищейки? - спросила Алла.
        - Да, черные и лысые кошки, правда, большие.
        - Вот-вот, точно ищейки. Ими управляют королевские маги, сам Кирьян был на службе.
        - Маленький мальчик и при этом сильный маг?
        - А ты как хотела? В их мире все может быть. Это у нас в магию никто не верит, все чертовы скептики, зато нарисованным образам молятся и думают, что на них снизойдет манна небесная. Тьфу ты! Я понимаю верить в древних богов, которые природой повелевали, но мало нас, язычников, осталось. Вся магия от природы: солнце светит, трава растет, вода течет, огонь горит. Даже цветок вырастает сам - уже волшебство, главное приложить к этому руку и сердце.
        Мирославе нравилось умиротворение на добром лице Аллы, ее улыбка и как она с нежностью отзывалась об этих вещах.
        - Связь ваша нужна в первую очередь мальчишкам. Окрепнет - и никто не посмеет отобрать их у тебя, а там кем решишь - тем им и станешь: хоть матерью, хоть женой или на крайний случай сестрой.
        - Какой женой? Они ведь мальчики!
        - Ну так вырастут! Или ты думаешь, они только котами могут оборачиваться?
        На это Мирославе нечего было возразить. Она вспомнила сон, в котором ссорились тот самый светловолосый мужчина, с которым она познакомилась, и чье имя вылетело у нее из головы, и другой - с каштановыми, чуть вьющимися волосами и серо-зелеными глазами. «Может, это был вещий сон, и парнями могут оказаться Матвей и Кирьян, что-то схожее есть… вроде бы».
        - Ладненько, утомила я тебя беседой. Твоя комната на втором этаже. Дом небольшой, но здесь вам ничего не угрожает, и не волнуйся за свои вещи. Утро вечера мудренее, - Алла проводила ее до крохотной комнатки, в которой поместился узкий раскладной диван, небольшой комод и столик с книжным стеллажом.
        - Вы прочли все эти книги? - спросила Слава, разглядывая корешки книг в жанре фентези, любовные романы, классическую литературу вроде «Джейн Эйр»[1].
        - А то! Так смешно, когда пишут про разных барышень, попавших в другие миры, а какие они там всесильные. Чушь! Не бывает такого: дар либо есть, либо его нет. Вот в тебе есть немного, но самая малость. Прямо кот наплакал, - Алла скуксилась, как от съеденного лимона.
        - И ничего с этим нельзя поделать? Развить? Усилить…
        - Ох, милочка, всякое бывает. Но чтобы вот так простая девушка, которая о магии узнала в… твоем возрасте, и она в ней прорезалась крохотной песчинкой - слабо верится, что из тебя выйдет толк. Тут разве что Кирьян поможет или подскажет. Отдыхай. Если что, ванная на первом этаже. При входе в дом - прямо и направо, рядом со спальней мальчишек, а я сплю за соседней стеной, - выходя из комнаты, она обернулась и поцеловала Мирославу в лоб, как если бы была ее родной тетушкой. - Спи крепко…
        Слава на автомате расстелила постель и, упав на подушку, провалилась в сон.
        [1] «Джейн Эйр» - роман английской писательницы Шарлотты Бронте, выпущенный под псевдонимом «Каррер Белл».
        Глава 5
        Мирослава проснулась ближе к полудню. Диван она так и не разобрала, свернувшись на нем калачиком. На комоде лежала стопка глаженой одежды. Спустившись на первый этаж, девушка прошла в ванную комнату, где была полноценная душевая кабина, а на полке лежали банные полотенца. Как следует вымывшись, Слава переоделась в чистую одежду и с мокрыми волосами двинулась к кухне, откуда раздавалось пение хозяйки дома и музыка из радио:
        «Во тьме бегут фонари, где же, на какой дороге мой милый друг?
        Он затерялся вдали, и мужские руки сильные держат руль.
        Включён приёмник на любимой волне, и вместе с ритмом бьётся сердце.
        Всю жизнь глядятся в ночь усталые глаза, в пути шофёр-дальнобойщик.
        Он знает лучше всех, он может рассказать, что наша жизнь - шоссе, шоссе длиною в жизнь…»[1]
        Пахло выпечкой, а на столе стояла тарелка с горкой свежеиспеченных блинчиков. Алла закончила с пирожками и теперь засунула два противня в духовку. Рядом со столом сидела пушистая белая кошка. Животное внимательно следило за манипуляциями хозяйки, пока ей в мисочку не налили сливок.
        - Кушай, моя хорошая, - ласково проговорила Алла и обернулась к Мирославе, стоящей в дверях. - Доброе утро, деточка, ну что, выспалась? Садись, покушай, как раз недавно испекла, - она засуетилась, поставив перед Славой тарелку, баночку домашней сметаны, варенье и чайник с чаем.
        - Здравствуйте, спасибо. Спала очень крепко, а где мальчишки? - она села на стул и принялась намазывать на блинчик варенье. «Вкуснятина, прямо как у мамы». Маминой стряпни она не ела почти год. И сейчас, чувствуя вкус детства, девушка испытала невероятную тоску по родным.
        - Да давно проснулись, отправила их помогать по хозяйству. Кирьяну - дров наколоть, а Матвею - птицу в курятнике покормить, потом воды из колодца принести. Она у нас не хуже бутилированной в магазинах. Я на этой чудо-водице готовлю разные отвары лечебные или еще лучше: заливаю в формочки для льда и потом кусочком таким по утрам лицо протираю, сразу молодеешь.
        - Им будет не тяжело таскать воду?
        - Здоровые мужики, что им станется! - отмахнулась Алла. - К тому же, там маленькие ведерки и тележка им в помощь. Не переживай, для ребятни работа на свежем воздухе - самое то! Они ведь не могут использовать магию, иначе их засекут, - прошептала она.
        - А вы тоже умеете колдовать? - также шепотом спросила Мирослава, доедая второй блинчик.
        - Естественно! У нас это семейное, мы с Ариадной ведьмы в девятом колене, если мне не изменяет память. Как поешь - отправляйтесь на прогулку на озеро, тут недалеко. Не стоит сидеть дома.
        - Угу, спасибо за завтрак, - Слава вдоволь наелась и напилась чая. В коридоре ее ждали собственные кеды. «Какое счастье, что я успела их обуть».
        - Погода была прекрасная, принцесса была ужасная[2], - напевая песенку из мультфильма, Мирослава наконец-то смогла как следует рассмотреть участок Аллы: ухоженная травка, к забору прислонена коса, а за ним пасется чья-то коза.
        ***
        С утра Алла загоняла Матвея и Кирьяна по домашней работе. Вид невинных детских глаз на нее не подействовал, и мальчишкам пришлось поснимать свои артефакты для оборота и предстать в истинном облике.
        - Ба! Какие красавцы, эх! Была бы я моложе! - разрумянившись и жадно разглядывая их, проговорила Алла.
        Проснулись они с первыми петухами, в то время, когда Мирослава благодаря усыпляющему поцелую ведьмы, спала крепким сном.
        Мужчины топтались на месте в одних шортах до колен, с обнаженными торсами. Правда, в сравнении с магом, Его Высочество был более худощавым и не таким широкоплечим, да и ростом доставал товарищу до плеча. Стой Мирослава рядом, они с Матвеем были бы вровень.
        - Значится так, добры молодцы, пока ваша прекрасная дева спит, помогите-ка мне по хозяйству. Долг платежом красен, уже то, что я вас тут приняла, считайте божьей благодатью. Мне в моем селе, - она выделила это слово и уперла руки в бока. - Неприятности не нужны, особливо с вашими королевскими интригами, - Алла так забавно выговаривала букву «г», что Матвей не удержался от смешка, но тут же потупил взгляд. Эта крупная женщина немного пугала его.
        Принц привык к тому, что всю жизнь его окружали тонкие, как молодые деревца, девушки, разодетые в нежные шелка, с замысловатыми прическами, дивными украшениями и флером цветочных ароматов. Стоило им пройти мимо Матвея, как он чувствовал запах их туалетной воды, слышал легкий шелест юбок. Здесь же перед ним стояла простая русская баба, которой наплевать на его титулы. Главное, чтобы парни умели работать руками и выполняли все ее поручения. И если Кирьян воспринял все перечисленные дела с привычной молчаливостью и терпением, то Матвея при словах «почистить курятник» передернуло.
        Но и перечить он не стал, успокоив себя тем, что лучше так, чем вернуться в Ворожею и стать насильно женатым на принцессе Забаве, а затем якобы случайно убитым наемником-отравителем, подосланным Распутиным.
        Кирьян ловко орудовал всем, что ему попадалось под руки: от метлы до косы, которой он быстро скосил отросшую на участке траву. Матвей, в свою очередь, укладывал все в широкий холщовый мешок.
        - Алла Николаевна! - окрикнул он женщину.
        - Просто Алла, милок, можно Аллуша или Аллушка, - защебетала она, убирая со лба принца влажную челку.
        - Одного мешка для сбора всей скошенной травы мне не хватит, - он посмотрел на кучу, которую сгреб граблями после Кирьяна.
        - Хватит, дорогой, это ведь не простой мешок. Но советую класть туда понемногу, а то на чердак станешь подниматься вместе с ним и завалишься, - она засмеялась, прикрыв рот пухлой ладошкой. - А сено я потом соседке отдам, у нее коровы молочные. У нас в селе ничего не пропадает, кому продается, кому просто так, за доброе дело, отдается.
        Матвей кивнул и принялся охапками укладывать влажную траву в мешок. На чердаке его пришлось как следует потрясти, чтобы все высыпалось, и разбросать по чистому полу. Здесь, как и в сарае, не было ни пылинки, зато над балками под крышей пауки сплели белесый узор паутины. Матвей хотел было смести ее метлой, но Кирьян остановил его, внимательно разглядывая черные точки насекомых. У каждого на круглой спинке были нарисованы разноцветные символы.
        - Не трогай их, они несут в себе магию трудолюбия. Каждый помечен ведьмовской печатью, чтобы хозяйка не спутала их с обычными.
        - Что за магия?
        - Чтобы в доме не завелась лень и праздность. Если ты не заметил, то село Жуково[3] очень ухоженное, каждый на своем месте и при деле, не увидишь среди дня пьянчугу, слоняющегося по дворам или попрошаек. Все чем-то заняты и вполне себе счастливы.
        - Ты хочешь сказать, что ведьма их околдовала? - Матвей удивленно раскрыл глаза. Такой магии он не любил, считал ее подчиняющей - когда человек сам не может решить, чем ему заниматься, а действует по магической указке.
        - Не их, а только пауков. Эти мудрые создания сами решают, в каком доме им поселиться, кто нуждается в их помощи. Будь то разведенная женщина, проводящая дни в праздной тоске или запойный мужчина, который, если останется последняя копейка, потратит ее на выпивку, а не отложит на кусок хлеба или игрушку для ребенка.
        - О… вот оно как… - Матвей призадумался. В этом действительно была польза, а он уже надумал разные ужасы. - Мудро придумано, ай да ведьма! - похвалил Аллушку и продолжил раскладывать траву.
        Затем настал черед сорняков на грядках, тут уже им помогала сама хозяйка. Согнувшись пополам, Матвей работал в перчатках, наполняя ведро сорной травой, а когда разогнулся, то охнул от боли.
        - Уф! - тяжело вздохнул он, обернувшись и оценив свой труд - морковь и редиска были прорежены. Рядом, расставив ноги на ширину плеч, между грядками с огурцами работал Кирьян.
        От летнего солнца его бледная кожа раскраснелась; длинные волосы он убрал под бандану, а обувь давно снял, оставшись босиком.
        Матвея удивило, что за пару часов труда маг не проронил ни тяжкого стона, ни жалобы. Видимо, один принц был непривычен к подобной работе, в то время как у мага было совсем другое детство.
        - Так и есть, - подтвердил его мысли Кирьян. - Не всю жизнь мой отец состоял на королевской службе. Его отец, мой дед, был отменным землевладельцем, вникал во все тонкости и говорил: чтобы понять, как что-то работает, необходимо самому научиться, разобраться. Поэтому меня с детства приучали не только к владению оружием и магией, но и к хозяйству: убрать сено, наколоть дрова и прочее.
        - И это мне говорит королевский маг, тот, кого знатные дамы Ворожеи и не только видят как отличную партию для брака. Герцог, вы меня удивляете…
        Кирьян усмехнулся и вернулся к сорнякам. Чуть позже, пока они с Аллой собирали урожай и подвязывали отросшие колючие ветки, Матвей все-таки занялся курятником.
        «В такой работе нет ничего зазорного, как и в том, чтобы мести улицы метлой. Но как же, черт возьми, здесь воняет!» - он с отвращением морщился и старался дышать ртом, но это мало спасало.
        После ненавистной уборки, кормя птицу, Матвею захотелось с силой забросать их пшеном. Куры же как ни в чем не бывало квохтали вокруг, ершили перья, а за наседками бегали желтые крошки-цыплята. В деревянных коробках со старой соломой лежали свежие яйца, которые Алла осторожно переносила в корзинку.
        - Вот и отлично, мои хорошие, мои птички дорогие, - хвалила она. - Будет мужчинам после работы яичница, одной овсянкой не наешься. Правда, Матвеюшка? - она подмигнула парню, и они вышли из курятника.
        Кирьян вовсю орудовал топором, его стук раздавался по всему участку, пока Матвей стряхивал с яблонь созревшие плоды.
        - Ну ладно, ты тут заканчивай, все гнилье на помойку, свеженькие собери вот в эти ведра, а сильно побитые - в мешки. Потом отнесете их соседке, у нее свинки страсть как любят мои яблоки, - скомандовала Алла и ушла в дом, готовить поздний завтрак. Ведьма чувствовала, что Мирослава скоро проснется.
        К тому времени, как Слава вышла на улицу, мужчины закончили с делами, освежились в летнем душе и вернули детский облик.
        Когда девушка подошла, они сидели на лавке за домом, у каждого во рту по травинке, одеты в широкие футболки. Картина была презабавная. У обоих волосы торчали в разные стороны, носы красные, а в глазах усталость.
        - Доброе утро, ну как вы? Не сильно вас Алла загоняла? - она встала напротив и осмотрела мордашку каждого. - Нужно будет попросить у нее солнцезащитный крем. Кирьян, ты сгорел, - она недовольно покачала головой, переводя взгляд на Матвея. - А вот тебе повезло больше, кожа от природы смугловатая. Главное, не солнечный удар.
        - Все в порядке, помочь женщине в огороде не проблема, а краснота пройдет, - Кирьян осторожно убрал ее руку от своей щеки.
        - Конечно, пройдет, схожу в аптеку и куплю крем от ожогов. Вы поели? Там Алла блинчиков напекла, вкуснятина.
        - Наконец-то, а то в животе пустота… - пожаловался Матвей, спрыгнув с лавки и взяв девушку за руку. - Пойдемте поедим, а потом сходим на озеро искупаться.
        - Тут и озеро есть? - Слава удивленно на него посмотрела.
        - Да, на другом конце деревни, не там, где мы появились, - ответил Кирьян.
        Уже втроем они вернулись в дом, и мальчишки как следует поели. Вместо крема носы им намазали сметаной, от чего оба так скуксились, что Мирослава с Аллой рассмеялись.
        Прихватив выданные хозяйкой полотенца и откуда-то взявшийся для Славы купальник, они пошли к озеру.
        Вода оказалась кристально чистой. На их берегу было просторно, на другой же стороне - полный пляж народу.
        - Водичка ничего… - пробормотал Кирьян, пробуя босой ногой. Вместо плавок на них с Матвеем были новенькие боксеры, которые они со Славой купили вместе с рубашками.
        - Слава, раздевайся, и пошли купаться, - Матвей довольно улыбался, помогая ей расстелить покрывало. Кирьян стоял к ним спиной, без одежды он выглядел таким же худощавым, как и Матвей.
        - Вы начинайте, а я за вами. А то знаю я вас, стоит по колено войти, и обрызгаете меня с обеих сторон, так что вперед! - девушка убрала под сумку футболку и стянула с себя джинсы.
        Мальчишки одновременно разбежались и нырнули в воду, под которой отчетливо угадывались их тела. Они плыли брассом и очень быстро оказались практически на середине озера.
        Мирослава прошагала вдоль берега, затем вошла по колено и только после этого поплыла. Вода оказалась прохладной, плавать было одно удовольствие. Но стоило выйти на берег, как вместе со стекающими каплями с нее сошло чувство покоя и умиротворенности. Вернулись прежние страхи и непонимание происходящего, словно ее разум затуманили, заставив поверить, что все в порядке.
        Ей стало не по себе, она быстро обтерлась полотенцем и, нацепив одежду на мокрый купальник, посмотрела, как плещутся дети, и помахала им рукой.
        - Я ненадолго отойду в магазин! - крикнула Кирьяну, тот кивнул в ответ.
        - Если что, мы знаем дорогу домой!
        Но Слава не пошла ни в какой магазин и тем более домой к Алле. Она неторопливо побрела, а затем побежала по дорожке вперед, где виднелись кроны деревьев. Миновала пшеничное поле, пока не очутилась в густом лесу, где, опустившись под старым дубом, расплакалась. Ее душили слезы паники, страха, всего того шквала эмоций, которых она лишилась, стоило прибыть к Алле в дом.
        «Может, она меня чем-то опоила? Ведьма ведь и не на такое способна. Подмешала в еду сильнодействующее успокоительное», - ей была необходима передышка.
        Побыть одной, все обдумать, переосмыслить. Всего лишь она и лес. Мирослава не слышала, как ее зовут два детских голоска, сменившиеся на громкие мужские, не чувствовала, что в ней нуждаются и за нее боятся, она просто сидела в глубине лесной тиши. Утирала слезы краем футболки и думала, как теперь жить с грузом знаний о том, что в ее судьбу вместе с появлением мальчишек ворвался волшебный вихрь, а ведь у нее есть еще и работа, которая требует времени.
        - Работа. На ближайший месяц я могу быть спокойна. Статья уже вышла, и у меня много времени, чтобы написать новую. Я ведь не собираюсь увольняться или куда-то переезжать, главное, иметь под рукой ноутбук или хотя бы тетрадь с ручкой. Как в старые времена, строчить все от руки… - она тяжело вздохнула, смахивая остатки слез со щек и осматриваясь по сторонам. То ли лес был таким густым, то ли Слава не заметила, как быстро прошло время, и день уже склонился к вечеру.
        - Ладно, поревела и успокоилась… Мне ведь не руку отрезают. Подумаешь, магия есть! Напугали… - встав с земли, она отряхнулась и попыталась понять, откуда пришла. - Вроде бы туда… здесь и трава немного примята от моих следов. Влажный купальник неприятно лип к телу, поэтому она ловко вытянула из-под футболки верхнюю часть на завязках.
        Выйти из леса оказалось не так просто, Слава немного поплутала, пробираясь сквозь ветки. Наконец она вышла к полю. Солнце успело сесть, и на розово-голубом горизонте зажглись первые звезды.
        К дому Аллы она дошла без проблем, в окне горел свет, а по кухне туда-сюда ходил Кирьян.
        - Волновался… - отчего-то довольная, прошептала Мирослава, неторопливо закрывая за собой калитку и поднимаясь по скрипучим ступенькам в дом.
        [1] (Песня) Татьяна Овсиенко - Дальнобойщик.
        [2] Короткометражный мультфильм «Принцесса и людоед» Эдуарда Назарова, снятый по стихотворению Г.Сапгира.
        [3] Жуково - село в Уфимском районе Башкортостана, Россия.
        Глава 6
        - А вот и пропажа нашлась! Девонька, они себе места не находили, а я так и сказала - нечего ее мучить, ей надо побыть одной, все обмозговать. Ты прости меня, я ж как лучше хотела, успокоить тебя, а потом забыла совсем про то, что вода в озере зачарована. Ежели на тебе какое зелье или чары - она все очищает, - за столом сидела Алла, ее щеки раскраснелись, а глаза странно блестели. Но при виде бутылки вина Мирослава поняла - ведьма захмелела.
        Девушка уже не злилась на нее, поняв, какие мотивы двигали Аллой.
        Кирьян замер на месте и долго буравил ее злобным взглядом, пока молча не ушел в комнату. Проходящий мимо Матвей взял Славу за руку и прошептал:
        - Ты так быстро сбежала, я тебя не сразу хватился, пока плавал, а Кирьян весь испереживался.
        - Батюшки, бедненький какой! - смеясь, проговорила Алла. - Попереживает и успокоится. Нет бы сразу все Славочке рассказали, было бы меньше проблем. Садись со мной, детка, налью тебе. Самое лучшее лекарство от всех невзгод - домашнее вино моего приготовления. Я и сестре присылаю, она обожает его, а настойку так тем более.
        Мирослава с Матвеем сели за стол, и девушке налили в граненый стакан бордовую жидкость: на вкус вино оказалось сладковатым, но приятным. В отличие от обычных магазинных вин, спиртом совсем не отдавало.
        - Вкусно…
        - Ты вон пирогом яблочным закусывай, а то домашнее вино, оно такое коварное… - Алла сладко причмокнула губами и сделала еще пару глотков. Подперев щеку ладонью, она начала петь песню «Ой цветет калина».
        Матвей по-прежнему держал ее за руку:
        - Прости, что мы не рассказали тебе всей правды, не думали как-то, что придется…
        - Придется, - с нажимом ответила Мирослава, стараясь качать головой в ритм песни и улыбаться, чтобы Алла не обиделась.
        - Ты уже знаешь, что мы из другого мира и что Кирьяну, как магу, нельзя колдовать.
        - Знаю, а что дальше? Рассказывай, пока я добрая, - она грозно посмотрела на мальчика.
        - Я принц королевства Ворожея и… в своем мире выглядел не совсем так, как сейчас. Не спрашивай. Это не только моя тайна, и я не могу сейчас ее рассказать, но мой отец решил женить меня на принцессе. Она ужасно страшная, с такой даже спать рядом невыносимо. И мы с Кирьяном сбежали, но все думают, что он меня похитил. Сейчас я надеюсь, что все разрешилось, ведь в ночь нашего побега я написал отцу письмо с объяснениями, мол, отправился в далекие края повидать мир и вернусь не скоро. А Кирьян меня сопровождает. Но об этом знает лишь отец, остальные считают, что он изменник, предатель и, главное, убийца. Многие во дворце считают, что меня уже нет в живых.
        - Как все сумбурно, - под одобрительный взгляд Аллы Мирослава налила себе еще вина.
        - Те существа, которые напали на нас - королевские ищейки, они могут легко найти Кирьяна по запаху его магии, если он ею воспользуется.
        - Но мы же летели на метле, и это было колдовство, как нас тогда не отследили?
        - Это все защитная оболочка, она отбирает у Кирьяна много сил, но под ней он может колдовать, правда, отдача очень сильная. Поэтому он тогда упал в обморок и проспал до самого утра.
        - А как вы стали котами?
        - У каждого из нас есть специальные амулеты, - он вытащил из-за ворота футболки крестик. - А у Кирьяна кольцо на пальце, но ты его не увидишь. Оно не просто меняет его внешность, это его отличительный знак как королевского мага. У меня же простой артефакт и не более. Я, как и ты, не обладаю магией.
        - Принц и без магии, как такое может быть? Обычно именно принцы, не считая королей, всегда сильные колдуны, разве нет?
        - Все это сказки, я таким родился. А вот моя мама была очень сильной колдуньей, но, к сожалению или к счастью, от нее мне досталось только истинное зрение и долголетие.
        - Что за истинное зрение? - Мирослава жевала пирог, запивая вином.
        - Я вижу сквозь личины, даже самые умелые. Например, моя невеста Забава прибыла ко двору, и все восхищались ее красотой, но это была умело наведенная магическая маска. Мой отец, он тоже не маг - ее не увидел, как и остальные приближенные. Но она действительно очень страшная, к тому же, характерец у неё ещё тот...
        - Она что, помыкала слугами, раздавала пощечины и оскорбления направо и налево и не чистила зубы? - с усмешкой спросила девушка, осушая стакан.
        - Что-то вроде того, только добавь к этому порцию отменных ругательств, которые не каждый мужчина знает, эгоизм и стервозность.
        - Незавидное будущее тебе светило.
        - У меня не было будущего. Едва у меня появится наследник, я тут же отправлюсь к праотцам. А на трон сядет она, а точнее, наш советник Распутин, но в роли регента при малолетнем ребенке, - Матвей с тоской посмотрел на Славу.
        - Вот это драма, еще и Распутин… королевский советник, а Забава… случаем, не Путятишна?
        - Нет, а у вас есть дева с такой фамилией?
        - Да, героиня одной детской сказки. Но там она была очень умной, хитрой и безумно любила своего мужа, она спасла его из ловушки, устроенной врагами. Судя по всему, тебе ничего подобного не достанется.
        - Нет, скорее наоборот. Она поможет моим врагам во главе с Распутиным избавиться от меня.
        - Значит, ты правильно сделал, что сбежал, - Слава икнула и, рассмеявшись, отпила еще вина; когда оно появилось в стакане, девушка не заметила, но Алла уже пела другую песню, причем очень бодро, а не пьяно.
        - Нам во что бы то ни стало нужна твоя помощь. Ты сама…
        - Для чего, Матвей? Я не собираюсь ждать вашего совершеннолетия, чтобы один из вас женился на мне, если, конечно, вы преследуете именно эту цель.
        - Не совсем эту, просто нам надо быть рядом, чтобы наша связь укрепилась. Тогда, даже если нас поймают, а этого не миновать, то все будут знать, что мы с Кирьяном заняты другой женщиной. У нас будут отношения как у братьев с сестрой…
        - Очень странные отношения, к тому же, вы с Кирьяном не братья, а просто друзья, так?
        - Я принц, он мой маг, - уточнил Матвей.
        - Да хоть четвероюродный сын двоюродной тети по отцу от его брата, - с заплетающимся языком, сказала Мирослава и рассмеялась. - Что за чушь я несу, Алла, не наливайте мне больше. У меня кружится голова не только от вина, но и от информации из уст этого юного дарования. Его Высочество… - девушка снова рассмеялась, сама не понимая, что ее так развеселило.
        - Что происходит? - она услышала знакомый мужской голос позади себя, но обернуться не успела, ей жутко захотелось спать. Глаза слиплись, и она положила голову на стол.
        - Забирай ее, переборщила с вином, - спокойно проговорила Алла, и Слава почувствовала, как ее взяли на руки и подняли с лавки. Она уткнулась носом в чью-то грудь и зевнула.
        Пока ее несли на второй этаж, в ушах слышался шум моря: звук волн, накатывающих на берег, щелканье ударяющейся друг о дружку гальки, далекий крик чаек.
        С нее с легкостью стянули всю одежду и укрыли тонким одеялом, под которым она свернулась калачиком, но ей стало вдруг так одиноко и холодно.
        - Останься со мной… - едва выговаривая слова, пробормотала Слава.
        А потом она вспомнила, что у нее не разложен диван и уже хотела было встать, когда ее легонько толкнули обратно на подушку. Некто свободно устроился рядом и своим дыханием щекотал ее волосы на затылке, гладил по обнаженной спине… очерчивал концами пальцев ее татуировки на лопатках, пока не коснулся горячим поцелуем плеча.
        Широкая ладонь скользнула ей на плоский живот и выше к округлостям груди, слегка сжав их и как будто случайно задев набухшие соски, от чего внутри Славы зародилось желание. Все это казалось ей сном, в голове не осталось ни одного вопроса и мысли, только шум моря и запах вина. Она не сразу поняла, что ее лицо покрывают короткими поцелуями, осторожно кусают за мочку уха, шею, заставляя выгнуться вперед.
        А когда горячие пальцы скользнули ей между ног, лаская самое чувствительное, она едва слышно застонала, сжав пальцами подушку и придвинувшись к своему искусителю еще ближе.
        - Хм… - это было все, что он озвучил, когда осторожно вошел в нее сзади, придерживая за ягодицу и неторопливо двигаясь.
        Мирослава чувствовала себя податливой куклой, которую с легкостью крутили, чтобы не мешала доставлять себе удовольствие. А его руки бродили по ее телу: то продолжая ласкать между ног, где двигалось нечто поистине твердое и мужское, то второй рукой сжимая грудь, от чего ее собственное желание еще больше усиливалось.
        Как и когда он оказался сверху, Мирослава не знала, она давно отдалась на волю собственных ощущений. Ее разум был расслаблен до предела: никогда и ни с кем она не испытывала таких сильных тягучих ощущений, которые все продолжались и продолжались, а она лишь тяжело дышала, боясь задохнуться.
        Он нежно кусал ее грудь, водя кончиком языка по животу и ниже, заставляя выгибаться и чувствовать, как по щекам текут дорожки горячих слез. Он слился с ней в одно целое, крепко обнимая и поддерживая за бедра, она обвила его ногами и двигалась до тех пор, пока не укусила его в плечо, чтобы не застонать вслух. По телу разлилось нечто горячее, заставляющее вздрагивать и глубоко дышать. Скользнув на подушку с довольной улыбкой, она ощутила во рту привкус крови, но для нее он стал нектаром.
        ***
        Сидя на стуле у дивана со спящей Мирославой, Кирьян молча любовался умиротворением на ее лице. Так он сидел уже час, дрожь в руках и в удовлетворенном теле понемногу отступала, а он продолжал смотреть на нее.
        Дверь скрипнула, и в комнату с чашкой в руке заглянула Алла.
        - Вид у тебя такой, как будто ты неделю не вылезал из лучшего борделя, - ведьма тихонько рассмеялась и подала ему чашку. - На-ка, напои ее, а то мало ли…
        - О чем ты? Я все сделал осторожно, без последствий, - но кружку принял. Еще одной функцией его магического кольца была защита во время близости между мужчиной и женщиной. Пока оно было на нем, Мирославе не угрожали неожиданные последствия.
        - Ты мне зубы не заговаривай. Дело молодое, да и вам, мужикам, веры нет. Напои, чтоб я видела, - ведьма насупилась и сложила руки на груди. Она стояла в халате поверх ночнушки, на ногах были мягкие тапочки с заячьими ушками.
        Осторожно влив в горло Мирославы отвар, который она проглотила, продолжив крепко спать, он вернул чашку Алле.
        - Так-то лучше, а теперь ступай в душ. Смой с себя этот аромат счастья, а то бедный принц сойдет с ума. Как так, его светлость опередил тот, кто ниже по статусу, - шутливо заметила она и, посмеиваясь, удалилась.
        - Спасибо тебе… - он погладил ее по коротким волосам, видя, как изумрудная нить, связывающая их, окрепла. Теперь ищейки ему не страшны - даже если обнаружат и захотят убить, то не смогут. Он связан с девушкой иномирного происхождения душой и телом. «Придется Его Высочеству отступиться от нее», - маг усмехнулся и покинул комнату.
        После душа он вернулся в их с Матвеем комнату, где уже поджидал недовольный принц в своем истинном облике.
        - Не удержался, да? Воспользовался ею, пока она была пьяна и плохо соображала, - зашипел он, накинувшись на мага.
        - Она сама захотела, чтобы я остался, и не была против того, что случилось потом, - Кирьян отмахнулся от его слов как от назойливой мухи и разлегся на кровати, закинув руки за голову. У него было слишком хорошее настроение и сильное состояние расслабленности, чтобы лишний раз напрягаться или обсуждать свою интимную жизнь даже с принцем.
        - Это нечестно, как она могла тебе отказать? Она пьяна в стельку, Алла специально опоила ее ради тебя. Я знаю, вы в сговоре, чтобы ты остался с ней здесь в мире без магии, а не ждал казни. А от меня избавитесь, выдадите Распутину и жените на Забаве, - злился Матвей, ходя по комнате.
        - Угомонись и не истери - это тебе не к лицу, - одернул его маг, прикрыв глаза. Он прокручивал в голове образ Мирославы, картины того, что между ними происходило, и хотел еще, но уже когда девушка сама его об этом попросит и будет желать.
        - Что мне делать с моей связью?
        - Что захочешь, но не надейся, что я подпущу тебя к Мирославе на таком уровне.
        - Не придется, она сама захочет, - высокомерно проговорил Матвей, в упор глядя на Кирьяна. - Только все будет по-честному, а не как у тебя - благодаря помощи ведьмы и ее колдовского вина.
        - Ты хочешь прикрыть свою потребность спором? - Кирьян открыл глаза.
        - Нет, это слишком по-детски… Тебя она не выбрала, за нее выбрало вино, а тело откликнулось потому, что у девушки давно не было мужчины.
        - Утешайте себя этим, Ваше Высочество, - маг усмехнулся. - Мирослава желала этого с нашей первой встречи. Я разве не говорил тебе о том, что уже появлялся перед ней в истинном обличии? Правда, пришлось представиться местным дачником, но я видел блеск в ее глазах, чувствовал интерес и даже отголосок желания. Я приходил к ней во сне, и она хотела меня, я мог сделать это с ней гораздо раньше, а не сейчас.
        - Ты такой же интриган, как Распутин! Что мешает мне прямо сейчас выдать наше местоположение?
        - Вперед, напишешь письмо и пошлешь через Аллу Его Величеству Олексию? Самого принца обидел маг-изменник, какая чудовищная несправедливость, утю-тю, пустите слезинку, Ваше Высочество, - Кирьян рассмеялся.
        - Вы перешагнули допустимую черту, герцог! Я вызываю вас на поединок чести!
        - Чьей? Моей или твоей? Не я оскорблял тебя.
        - Жду вас на улице через пять минут, - он развернулся и вышел из комнаты.
        «Что задумал этот сопляк… Без меня ведь не продержится, а тут еще поединок вздумал устроить. Проиграет и что тогда?» - делать было нечего, и Кирьян пошел, хотя мечтал отхлестать принца хворостиной, которой Алла гоняла кур.
        Так и случилось: желание осуществилось без помощи магии, потому что горячая голова принца не давала покоя, пока ее не остудил отменный удар и целое ведро ледяной колодезной воды. А пока Матвей приводил себя в порядок, мечтая, чтобы перед глазами все перестало плыть, Кирьян навесил на них защитный полог. Он взял хворостину, заколдовал ее и натравил на зад принца. С криком Матвей сбежал от нее в курятник и остался там до самого утра.
        Кирьян уснул на своей койке и был очень доволен, несмотря на усталость и головную боль от отката после использования магии.
        ***
        Мирослава проснулась от жуткой сухости во рту, горло саднило, и ужасно хотелось пить. На стуле рядом с кроватью стояла большая кружка с водой, которую девушка мгновенно опустошила, утирая влажные губы.
        «Какая же я голодная, сейчас бы съела целую тарелку борща и котлет», - мечтательно подумала она, вспоминая то, что ей приснилось… или же нет. Жажда была единственным признаком похмелья, она чувствовала себя отдохнувшей.
        «Надеюсь, это только сон, и я не переспала с незнакомым мужчиной, который по-соседски зашел к Алле в гости. Или он все же знаком… этот голос я уже слышала…»
        На подоконнике лежала чистая выглаженная стопка одежды. Забота Аллы ей нравилась, несмотря на то, что ведьма была на стороне мальчишек.
        - А мальчишек ли? - глядя на мокрое лицо с зубной щеткой во рту, она задала себе вопрос. «В своем царстве, как оно там называлось… Ворожея, Матвей считается совершеннолетним и имеет другой облик. Может жениться и завести ребенка. А Кирьян - сильный маг, состоящий в совете. У них же не королевство гномов. Они были котами, теперь детьми, значит, могут поменять облик на любой другой, может, даже превратиться в копию меня? Почему я раньше не задавалась таким вопросом? Со всей этой магией разучилась здраво мыслить. На моем месте Шерлок Холмс давно бы сказал - элементарно!» - эту информацию ей было необходимо уточнить, и если ей не ответят, она первым же рейсом улетит в Москву, а они пусть и дальше играют в беглецов. Закончив умываться и переодевшись, Мирослава обнаружила в кухне слегка помятого и не выспавшегося Матвея, который лениво жевал… котлету. Зато из комнаты вышел бодрый Кирьян, потягиваясь и широко зевая, он сел за стол и тут же сделал себе бутерброд из черного хлеба с салом и горчицей.
        - Доброе утро, ну что… мужчины, будем рассказывать правду или дальше таиться за детским ликом? - уверенно спросила Мирослава.
        Матвей подавился котлетой, а Кирьян замер, не донеся руку с бутербродом до рта, но потом все же откусил и, жуя, ответил:
        - Ты, на удивление, догадливая. На чем же я прокололся этой ночью? - Кирьян стал постепенно раздаваться в плечах, делаясь выше ростом, волосы на его голове зашевелились, и на лопатки упали длинные серебристые пряди.
        Когда он повернулся боком, то Мирослава смогла разглядеть его лицо с острыми скулами, прямым носом и проницательным взглядом голубых глаз, узкий подбородок и знакомые ямочки на щеках. Тот самый незнакомец в лесу, которого она потянула за футболку, думая, что за деревом прячется Кирьян. А Кирьян - это сильный маг Его Величества короля Олексия и напарник принца Матвея, который… тоже сидел перед ней в своем истинном обличие.
        - Вот дьявол… - прошептала Мирослава, смотря на них ошалевшим взглядом, пока в дом не вернулась Алла с полным лукошком собранной вишни.
        - Доброе утро, добры молодцы и красна девица, ну что, не желаете вареничков с вишенкой? - ведьма как ни в чем не бывало прошла мимо. С помощью магии она избавила красные плоды от косточек, сняла с замешенного теста широкий таз и лепила один вареник за другим в гробовой тишине.
        - Так это ты… скажи, это ведь был не ты… этой ночью? - с сожалением промямлила Мирослава, тыкая в Кирьяна пальцем.
        Маг тяжело вздохнул и кивнул.
        - Вот черт! - выругалась девушка, закрывая смущенное лицо руками и отворачиваясь к стене.
        - Нечего ругаться у меня в доме, черта всуе поминать, а то, не ровен час, заявится. Поди потом выпроводи этого неугомонного. Опять будет сманивать меня игрой в карты, - проворчала Алла, закидывая в кипящую воду первую порцию вареников. - Ай, хороша в этом году ягодка, вкуснятина. Да не стой ты, девка, чай не невинная овечка. Подумаешь, скоротали ночку вдвоем, и что? Вы же не вчера познакомились, а то, что парни меняли облик, даже интереснее, - она подмигнула.
        - Алла, прошу вас, помолчите, - спокойно проговорил Кирьян, встав из-за стола, он подошел к Мирославе и положил руки ей на плечи. Девушка вздрогнула и склонила голову.
        - Ты сожалеешь о том, что произошло между нами? Ты этого не хотела? Скажи честно.
        Слава молчала с минуту, он чувствовал, как мечется ее душа от одного ответа к другому:
        - Не сожалею… и да, хотела… я помню, что просила тебя остаться со мной, но тогда… я не знала, что это именно ты, и я никогда подобного не делала с первым встречным…
        - Я не первый встречный, - он развернул ее к себе и взял за подбородок, подняв лицо, чтобы заглянуть в смущенные женские глаза. - Мы познакомились в лесу, и ты хотела продолжить общение, тебя никто не заставлял и не соблазнял.
        - Все так… - неуверенно прошептала она.
        - К черту сомнения, - огрызнулся он, а Алла недовольно зацокала языком. - Тебе было хорошо со мной, мне с тобой, нам… Ты солжешь, если скажешь, что это не так, и я почувствую неправду, - он впился в нее взглядом, от которого у Мирославы подогнулись колени, и она схватилась за его плечи, чтобы не упасть.
        «Было слишком хорошо…», - девушка кивнула и смущенно уткнулась ему в грудь.
        - Матвей, подай-ка мне дуршлаг, - скомандовала Алла. Но принц продолжил молча сидеть, и предмет кухонной утвари сам подлетел к хозяйке. - Вот и варенички, голубки, вам с домашним вареньем?
        Кирьян обнял Мирославу за талию и усмехнулся:
        - Я люблю со сметаной и сахарком, - он подвел смущенную девушку к столу и усадил, налив чай.
        Матвей сидел красный от гнева с поджатыми губами. Если бы взглядом в Кирьяне можно было прожечь дыру, принц так бы и сделал, но увы. Маг только усмехнулся, его ноздри широко раздувались. Он был доволен.
        Аллушка заботливой рукой поставила перед ними мисочку с дымящимися варениками и баночку сметанки.
        - Кушайте, мои хорошие, а то не скоро вам удастся спокойно поесть.
        - О чем ты? - скрипнув зубами, спросил Матвей.
        - Так о том, что через час-другой здесь объявятся ищейки. Видать плохо ты вчера растянул свое защитное полотно, пока отхаживал кое-кого хворостиной, - вытирая руки полотенцем, ответила Алла, глядя на Кирьяна, который уже уминал второй вареник, не боясь обжечься.
        Глава 7
        Алла провела троицу к колодцу за своим участком. Тот находился между ее и соседским домами, куда недавно мужчины снесли яблоки для коровы.
        Колодец - из серого камня, с привязанным цепью железным ведром на лавке и открытой крышкой. Проем казался настолько узким, что в него можно было пролезть стройной Мирославе, но не двум взрослым мужчинам.
        - Так, вы оба оборачивайтесь детьми, а ты, милая, как окажешься в магическом мире, ни на шаг от них и во всем слушайся. А то знаю я вас, молодок: одни сплошные эмоции и обидки, прямо как прынцессы, - строго наказала ведьма.
        Мужчины снова превратились в детей, а Слава думала, стоит ли ей бросаться в очередной водоворот событий с головой.
        «Хотя, о чем я? И так влипла, к тому же, повязана с ними какой-то там чудесной нитью», - одна ее половина рвалась в уютную квартиру за ноутбук, а другая… жаждала приключений.
        - Давайте быстрее! - поторопила Алла, подталкивая их к колодцу. - Если тебе так будет проще, то задержи дыхание, - она похлопала девушку по плечу.
        - Спасибо за все, - поблагодарил Кирьян и первым прыгнул в колодец.
        - Благодарю за все, Аллушка. Славка, давай скорее, - Матвей пошел вторым.
        - Ступай, девонька и ничего не бойся, слышишь? Сюда-то ты в любом случае сможешь вернуться. Той магической песчинки, что живет в тебе, хватит. Любой колодец приведет тебя домой, ступай с богом, - она прижала ее к своей внушительной груди, крепко обняв, и поцеловала в лоб. - И помни: верь своей интуиции. Ты хоть и не ведьма, но все равно…
        - Спасибо, Алла Николаевна… - Мирослава зачем-то перекрестилась и, сделав глубокий вдох, прыгнула в черный омут колодца.
        Ледяная вода впилась в тело, захотелось вдохнуть. Стало так холодно! Вот она только что плыла куда-то вниз, и тут же ее завертело, закрутило и выплюнуло.
        Мирослава сидела на мокрой траве, с волос по шее стекала вода, мокрая холодная одежда облепила тело, в кедах хлюпало. Громко чихнув, девушка застучала зубами.
        - Вставай, некогда рассиживаться, а то заболеешь, - Кирьян протянул ей руку.
        Мужчина был в своем истинном облике, абсолютно сухой, как и Матвей. Оба с напряженными лицами, принц озирался по сторонам.
        Стоило Мирославе встать рядом с Кирьяном, как от него хлынула горячая волна: вся одежда, волосы и обувь моментально высохли. Челка аккуратно лежала на лбу, как после укладки утюжком. Странно, но кожа лица не пересушилась, хотя это был настоящий жар.
        «Никакого крема не надо», - гладя себя по щеке, подумала девушка и взяла Кирьяна за руку.
        - На улице светло, поэтому я наброшу на нас с Мирославой легкий морок до ближайшей лавки. Там тебя надо переодеть во что-то подходящее, - он посмотрел на ее джинсы и кеды. - И дойти до портала. Надеюсь, нам удастся попасть на остров Буян к королю Черномору.
        - Куда? Ты собрался заниматься дипломатическим визитом именно сейчас, когда в любой момент к нам могут подослать наемника? - прошипел Матвей.
        - Именно, а теперь верни себе детский облик, чтобы не привлекать к своему королевскому… заду лишнее внимание.
        Матвей нахмурился, но сделал как было велено.
        - Пойдемте скорее. Здесь повсюду уши, недосуг разговаривать у старого колодца, - крепко держа Мирославу за руку, Кирьян повел ее за собой, принц понурил голову и пошел следом. Он тоже взял девушку за руку.
        Легкий морок, который на себя и Славу навел Кирьян, не привлекал к ним лишнего внимания, но сильный маг при желании с легкостью бы его развеял. Троице повезло, что такого поблизости не оказалось, и окружающие видели в них семью: жену с мужем и ребенка.
        Так они быстро дошли до главной улицы портового городка, расположившегося ровно на границе между королевством Ворожея и островом Буяном, на который можно было попасть только порталом и по особому разрешению. Чем и собирался воспользоваться Кирьян, правда без официальной бумаги, а предоставив свой перстень мага и принца в истинном виде. Дипломатическая работа начиналась.
        В лавке с готовой одеждой Мирославу обрядили в мужские зауженные брюки с бесформенной рубахой и курткой. Обули ботинки, и только после этого, когда Кирьян расплатился, девушка превратилась в молодого юношу.
        - Почему на мне мужские вещи? - шепотом спросила она, выходя из лавки и поправляя фуражку на голове. Сейчас она чувствовала себя женской копией Тома Сойера[1]: подтяжки, коротковатые штаны, грубоватые ботинки и головной убор, из-под которого торчала челка. Мирославе нравился этот небрежный мальчишеский образ, но для чего?
        - Помнишь, что тебе сказала Алла? - спросил Кирьян, строго глядя ей в глаза.
        - Слушаться тебя и Матвея, - она пожала плечами.
        - Именно. Мы отправляемся не на увеселительную прогулку и не ради смеха тебя обрядили юношей. В замке короля Черномора ты будешь в роли моего помощника. Я маг - и мне будет гораздо удобнее и проще выполнять свою работу, если я не буду постоянно думать о том, что с тобой, как с девушкой, могут что-нибудь сделать. К примеру, очаровать в попытке вызвать мою ревность и вывести из себя. Я не знаю, что нас там ожидает. Черномор очень подозрительный правитель. Я доходчиво объяснил?
        - Вполне… - об этом она не подумала. «Это не сказка. Здесь одни сплошные интриги и дворцовые перевороты. Раз для дела надо притвориться парнем, то я сделаю это». - А почему ты не дашь мне какой-нибудь артефакт, чтобы я так же, как и вы с Матвеем, оборачивалась кем захочу? Так ведь проще…
        Шедший рядом в новой одежде из дорогого материала, скрытого под плащом, Матвей прыснул в кулак от смеха, как будто она сказала глупость.
        - Сейчас чем меньше я пользуюсь сильными чарами, тем позже королевские ищейки и враг обнаружат наше местонахождение. Но я дам тебе один артефакт и сделаю это прямо сейчас, - Кирьян прикоснулся к мочке уха, а когда поднес пальцы к глазам Мирославы, она увидела ромбовидный камешек серьги.
        - Протяни ладонь.
        Когда камень коснулся ее кожи, серебряная огранка раскрылась, превратившись в тонкие, как у муравья, лапки, и камешек перебежал на безымянный палец правой руки, сомкнувшись вокруг него кольцом.
        - Это мой маленький подарок тебе, - из манжеты новенькой рубашки, в которой блестела запонка, он вытащил швейную иглу, прихваченную в магазине, и проткнул себе палец: капелька крови упала на камень-кольцо. Артефакт за секунду впитал ее в себя, а в груди Мирославы кольнуло, как если бы Кирьян уколол не себя, а ее.
        - Ай, - потирая грудь, она недовольно посмотрела на мага. - Что ты сделал?
        - Связал нас с тобой еще одним доступным способом. Теперь ни у кого не возникнет сомнения, что ты помощник мага, от тебя будет исходить моя энергетика. Ты под моей протекцией, и на тебя не смогут влиять другие маги. А они любят насылать различные иллюзии, опаивать одурманивающими зельями.
        - Им заняться больше нечем? Зачем же я тогда одета, как парень? - со скепсисом спросила девушка, они почти дошли до пристани, и запах рыбы и водорослей усилился.
        - Все маги разные, но любят строить козни, мелкие подлянки соперникам, соревноваться в силе. С девушкой они вообще не стали бы церемониться, сразу бы заперли тебя и шантажировали меня, а вот с юношей придется повозиться.
        - Мальчишки такие мальчишки… - она наморщила нос и тут же получила укоряющий взгляд от Матвея.
        - На острове Буяне так не делай, это будет особенно неучтиво, потому что большая часть населения - русалки, - пояснил принц.
        - Ясно. Маги-шалуны, русалки, что дальше? Драконов у вас тут нет? А то кто-то был в восторге от фильма в кинотеатре, - напомнила Мирослава.
        - Таких не водится, только в легендах. Хотя, говорят, что король северных земель, ныне покойный, управлял одним драконом. Но после войны тот залег в спячку, слившись со льдами, и больше его никто и никогда не видел. Правда стала легендой, - Матвей тяжело вздохнул.
        Ему бы и самому очень хотелось увидеть того величественного дракона, о котором он читал в книгах. Год назад, до всех этих событий с Распутиным, король Олексий с сыном посетили северные земли. Отец остался под впечатлением, особенно его привлекла дочь старого короля Ледоника - принцесса Северина. Но принц считал, что она слишком холодна. Быть может, если бы отец женился на ней, то принц продолжал бы вести разгульный образ жизни. «Все это кабы да если бы…», - одернул себя Матвей.
        Они подошли к позолоченной арке-порталу, украшенной серебристыми морскими раковинами и жемчугами. По обе стороны арки застыли морские стражи с трезубцами.
        Портал находился на воде, и дойти до него можно было по узкой полоске суши. Морские стражи не могли долгое время нести караул на поверхности, поэтому стояли по колено в воде. До бедер их тела были покрыты чешуей, а человеческие туловища и головы укрыты блестящей кольчугой. Головы увенчаны шлемами, из которых торчали острые ядовитые шипы.
        - Кто такие? - в грудь Кирьяна одновременно уткнулись два трезубца.
        Матвей прижался к Мирославе, а она спряталась за спиной мага.
        - Королевский маг Кирьян Валерьян с помощником и… Его Высочеством принцем Ворожеи - Матвеем Кальпурнийским, - спокойным и четким голосом, словно ему не угрожала опасность, ответил Кирьян. - Мы с дипломатической миссией к королю Черномору, детали я могу рассказать только Его Величеству.
        Один из стражников опустил трезубец и достал из воды большую раковину; приложив ее к уху, он сказал что-то неразборчивым языком, напомнившим Мирославе журчание ручья.
        - Велено доказать кровью, и если все подтвердится - пропустить.
        Слава боялась представить, что будет, если это не подтвердится: их порежут на суши и преподнесут королю Черномору на закуску?
        Матвей вышел вперед, и страж взял его за запястье, проведя острым ногтем по коже. Выступила кровь, страж слизнул ее кончиком раздвоенного языка, и удовлетворенно кивнул. Рана вмиг затянулась.
        - Проход открыт.
        Кирьян довольно улыбнулся и, положив ладони на плечи своих подопечных, прошел через портал. Вначале за аркой Мирослава не видела ничего, кроме моря, а когда они прошли сквозь нее - оказались в круглом тронном зале с высоким куполообразным потолком со стрельчатыми окнами. Стены расписаны морскими пейзажами, украшены жемчугами, кораллами и раковинами. И… совсем не пахло рыбой.
        Сзади раздался громкий щелчок, запястья Кирьяна сковали противомагической цепью. Рядом возникло трое стражников. Мирослава прижала Матвея к себе и отступила на шаг, у нее бешено колотилось сердце, она не понимала, что произошло. Их ведь пропустили…
        - Вот и попался преступник и похититель принца Матвея, - по зале разнесся удовлетворенный мужской голос. Неторопливым шагом к ним шел самый настоящий морской витязь: такого здоровяка Мирослава никогда не видела, ей даже захотелось пригнуться от страха. Но вперед вышел Матвей.
        - Приветствую, Ваше Величество, - принц вежливо поклонился, преобразившись в статного юношу, не хватало только короны на голове. - Вижу, что слухи о моем якобы похищении дошли и до вашего острова, и это не может меня не огорчать, - он тяжело вздохнул, разведя руки в стороны. - Но моего мага оклеветали, иначе зачем нам являться в ваши владения?
        - Страж признал тебя, принц, но о твоем маге действительно ходят разные слухи, а что это за юнец с вами? - король нахмурил густые черные брови, сверкнув подозрительным взглядом зеленых глаз.
        У него был крупный мясистый нос, а копна черных волос сливалась с длинной бородой, в которой было переплетено несколько косичек. Руки он сложил за спиной, неторопливо вышагивая напротив гостей.
        - Помощник и не более, наш паж. Путешествовать - дело утомительное, не обойтись без пары лишних рук и ловких ног. Но, возвращаясь к заключению моего мага, уверяю вас: все слухи абсолютная ложь, ко всему прочему оскорбительная. Герцог Кирьян - королевский маг, а не деревенский шут.
        - Поклянись, что он не причинит вреда ни тебе, ни мне, и я отдам приказ отпустить его.
        - Клянусь, Ваше Величество, святой Кальпурнией, что герцог Кирьян не замышляет против вас и вашей семьи, а также народа ничего дурного. Мы прибыли с дипломатической миссией. Давайте потратим время с пользой, оговорив жизненно важные вопросы, а не на такую мелочь, как слухи, пущенные магами-завистниками, - Матвей добродушно рассмеялся, искренне улыбнувшись королю Черномору.
        Бородач отдал приказ, и с запястий Кирьяна сняли браслеты.
        - Благодарю, Ваше Величество, - маг поклонился, и Мирослава на всякий случай сделала то же самое, за что получила одобрительный кивок от Матвея.
        «Чертов этикет, теперь всем подряд кланяться?» - недовольно подумала она, стараясь не глазеть по сторонам.
        - Пройдемте в обеденный зал, своим появлением вы оторвали нас с принцессой Лебединой от трапезы, - сварливо сказал Черномор.
        Стражники шли за гостями, держа трезубцы наготове, видимо, чтобы было удобнее насадить несостоявшегося похитителя на острие. Слегка ссутулившись, Мирослава семенила за Кирьяном, маг шел с гордо поднятой головой и ровной спиной, так же, как и принц.
        Обеденный зал располагался за стеклянными дверями рядом с тронным. За длинным прозрачным столом одиноко сидела девушка. Не было толпы гостей, музыкантов, множества блюд. Все скромно, однако напротив принцессы и короля стояли два столовых прибора, специально для принца и мага.
        Матвей и Кирьян поклонились ей:
        - Приветствую вас, принцесса Лебедина, - Матвей хотел двинуться к девушке, но Кирьян придержал его за локоть.
        Что это была за принцесса! Таких красавиц Мирослава никогда не видела: лицо в форме сердца, пухлые розовые губки, большие, цвета морской волны, глаза и вьющиеся, почти до самого пола, золотые волосы. На голове красовался ободок диадемы из розового жемчуга. Тонкую шею полностью закрывало колье из кружева, в центре которого, переливаясь сине-зелеными оттенками, сверкал опал. На ней не было пышного наряда, только легкий, как шелк, полупрозрачный тюль облегал тело подобно тунике. Принцесса была прекрасна, несмотря на странную особенность... местами ее нежную светлую кожу покрывала серебристая чешуя. Вместо дорогих браслетов она вилась от изящных запястий и до открытых локтей. Девушка смотрела на них заинтересованным взглядом, особое внимание заслужил принц Матвей.
        - Ваш слуга может отобедать в кухне. Прошу, - пригласил король, сев рядом с дочерью и нежно сжав ее руку.
        - Благодарю, Ваше Величество, но он не слуга, а племянник по материнской линии, - отметил Кирьян.
        - Вот как, в таком случае нам понадобится еще один столовый прибор, прошу вас, юноша, не стесняйтесь. Как вас зовут? - король был само добродушие, несмотря на то, что еще несколько минут назад в его глазах сверкала решимость наказать похитителя. На столе появился дополнительный прибор, но никаких слуг поблизости не было.
        - Благодарю за заботу, - поблагодарил Кирьян, усаживаясь рядом с принцем. - Моего племянника зовут Мирослав, в шестнадцать лет он дал обет молчания святой Кальпурнии и с тех пор не проронил ни слова.
        - Неужели? Как старомодно… Давно я не встречал таких набожных молодых людей, - было непонятно: одобряет это Черномор или нет.
        На столе стояли всевозможные салаты из даров моря, горячее, жареные осьминоги на шпажках и прочие закуски и напитки.
        - Угощайтесь, все свежевыловленное и приготовленное, - не сказала, а пропела принцесса дивным голосом, который мог принадлежать только сирене.
        - Благодарю, Ваше Высочество, - улыбаясь, ответил принц. - Я был наслышан о вашей морской красоте и сожалею, что мы с вами ни разу не виделись. Я многое потерял…
        Девушка смущенно отвела взгляд, вернувшись к поеданию креветок и салата из морской капусты. Его Величество хрустел кальмарами, вытирая стекающий по бороде соус салфеткой.
        У Мирославы же напрочь пропал аппетит, но было бы подозрительно не съесть или не выпить хоть что-нибудь.
        Видя ее замешательство, Кирьян налил в бокал зеленоватую жидкость и пододвинул ближе. Девушка кивнула и сделала небольшой глоток - по вкусу напиток напомнил яблочно-виноградный сок.
        - Что же за дело привело вас сюда? Поделитесь историей своего бегства, или что там у вас в действительности произошло? - спросил Черномор.
        - Охотно, Ваше Величество. Я окончательно убедился в том, что стоит срочно проредить ряды королевских магов. Слишком вольно они стали себя вести, их шуточки зашли дальше некуда. В угоду своим амбициям они пойдут на все, даже на обман и очернение репутации монаршей особы, - начал рассказ Матвей. Сейчас он не выглядел трусливым мальчишкой, который боялся стражей у портала, а превратился в настоящего принца, уверенного в себе, и это не могло не радовать Мирославу, привыкшую видеть его совсем другим. - Хотя, каюсь, быть может, в этом есть и моя вина. Я слишком поспешно покинул стены нашего замка. Идея путешествий захватила мой разум, и я не смог ждать ни минуты, оставаясь на месте.
        - Понимаю, молодость, горячая голова… Вы напомнили мне о том, каким я был в ваши годы, - поддержал король.
        - Ах, отец, но ведь это так захватывающе, когда у тебя есть яркая мечта, и ты готов бросить ради нее все, отправиться за приключениями, - с восхищением сказала принцесса, интерес к принцу в ее глазах разжегся не на шутку.
        - Дорогая, это позволительно любому другому, но не принцу и тем более не принцессе. Девушка должна думать о репутации, скажи, что ты пошутила, - сейчас, глядя на свое чадо, Черномор предстал для Мирославы в совсем ином облике: заботливый, трогательный отец, которому страшна мысль о том, что его дочь может куда-нибудь отправиться. Как, например, за этими самыми приключениями.
        - Да… конечно пошутила, в нашем королевстве, особенно подводном, еще столько всего неизведанного, - она улыбалась, но в голосе звучала тоска. - Кажется, мне попалась несвежая креветка, - тут же оправдала она свою грусть.
        - Я велю, чтобы ловцы тщательнее отбирали морепродукты для нашей трапезы. Моя дочь не должна есть испорченное, - он стукнул кулаком по столу, и Мирослава вздрогнула, вжавшись в спинку стула.
        - Осьминоги отменные, а морские салаты и рыба просто волшебные. Нигде не пробовал ничего вкуснее, - похвалил Кирьян, деликатно меняя тему разговора.
        - Да, мы не морская держава, но наши земли так же плодородны, как ваши необъятные глубины. Надеюсь, когда-нибудь вы навестите Ворожею, - Матвей обращался к королю, искоса поглядывая на принцессу.
        Кирьян молча пил сок, пока не поймал взгляд Матвея.
        - Но что-то я заговорился, касательно слухов о маге и якобы моем похищении, - он рассмеялся. - Повторюсь - просто слухи. Мой отец знает, что я путешествую по разным землям, но моя поездка так некстати затронула возможную помолвку с принцессой Забавой. Хотя я не давал принцессе никаких обещаний и даже больше, считаю себя не обремененным никакими обязательствами, кроме будущего престолонаследия. Поэтому, как я полагаю, некоторые злопыхатели и пустили слух о том, что герцог Кирьян меня похитил, право слово, что за нелепость, - Матвей и Кирьян рассмеялись, Мирослава ограничилась улыбкой.
        «Немая, что он еще придумает?» - она понимала, что Кирьян сказал так с определенным умыслом. «Ладно, ему виднее».
        - Представляете, они распускают нелепые слухи, что Кирьян умыкнул меня из Ворожеи и пустился наутек в другой мир без магии, чтобы королевские ищейки не смогли его отследить, а заодно приплели сюда мой якобы отказ от якобы уже оговоренной помолвки. Видимо, некоторым не живется спокойно, обязательно необходимо поинтриговать. А ведь это не шутка, такие слухи могут довести до войны.
        - Ах! - Лебедина не сдержала восторга. - Вы побывали в том необычном мире, где люди обходятся без магии? - теперь принцесса взяла разговор в свои руки. Говорить о войне ей совсем не хотелось, как и всем присутствующим. - О нем я читала в книгах и слышала от старого учителя истории. Скажите, принц, там действительно все именно так, как пишут: люди пользуются подручными средствами, создают что-то при помощи… электричества и тому подобного? Поэтому им не нужна магия?
        - Верно, Ваше Высочество. Все именно так, и не сказал бы, что им от этого плохо или чего-то не достает. Все трудятся, так же возделывают землю, ловят рыбу, как и жители наших земель. Только у нас магия, а у них технологии - так это называется. Верно, Кирьян?
        - Да, мой принц. Даже больше. Скажу вам, что некоторые из магов перебираются туда жить и встречают там спокойную старость.
        - Вот как? И у них безопаснее, чем у нас? - спросил Черномор, отпивая из бокала.
        - Проклятий там нет, но, естественно, существует опасность: кражи, убийства, но не так глобально. У них свои стражи правопорядка, которые вооружены специальным оружием, - ответил Кирьян.
        - У них тоже трезубцы? - Лебедина широко раскрыла глаза.
        - Нет, что вы, принцесса, - Матвей улыбнулся ей. - Но оружие не менее опасное, чем у вашей стражи.
        Остаток обеда прошел за рассказами принца о техно-мире, иногда Кирьян участвовал в беседе, но в основном разговаривали король, принцесса и Матвей.
        Когда со стола исчезли недоеденные блюда и грязная посуда, король Черномор встал, чтобы проводить дочь до ее покоев.
        - Вам отведены смежные апартаменты, - король указал на третью дверь от столовой.
        - Ваше Величество, могу я попросить принцессу провести моему племяннику небольшую экскурсию по вашему волшебному замку? Он очень робкий и стеснительный юноша, но с детства мечтал увидеть остров Буян, - Кирьян поклонился.
        Черномор нахмурился, а дочь коснулась его локтя и, улыбнувшись, проговорила:
        - Отец, полагаю, в любознательности Мирослава нет ничего такого. Ведь он первый раз у нас в гостях, а мне будет интересно рассказать нашу историю.
        - Что ж, раз ты не против, то ступайте.
        Лебедина радостно улыбнулась и поцеловала королю руку.
        - Пойдемте, Мирослав, и прошу не отставать, - нежно сказала она.
        Слава поймала успокаивающий взгляд от Кирьяна и последовала за принцессой.
        - Ваше Величество, у нас есть возможность побеседовать в приватной обстановке? - сразу же сменил добродушие на строгость Матвей.
        - Кхм, я чувствовал, что вы захотите это сделать. Пройдемте, - король еще сильнее нахмурился, ведя их по длинному коридору.
        Их окружали черные мраморные стены, от чего пространство казалось мрачным. Тускло горели светильники, а под ногами мерцали прозрачные плиты, открывая вид на морское дно с его обитателями.
        Матвей, как завороженный, смотрел под ноги, стараясь не отставать от широкого шага Черномора, пока они не вошли в круглый темно-зеленый кабинет, похожий на каюту настоящего корабля. Стены обшиты деревом, скромная обстановка; из мебели - книжный шкаф, стол со стульями и зеленый диван, цветом похожий на салат из морской капусты.
        - Итак, вы прибыли сюда, чтобы просить руки моей дочери? И это несмотря на то, что о вашей помолвке с принцессой Забавой известно повсюду и каждому, - громко известил король так, что у Матвея слегка заложило уши. - Не думайте, что живя вдали от других, мне ничего неизвестно.
        Король стоял к ним спиной, повернувшись к закрытому окну, за которым с криками летали чайки, и была видна небольшая пристань без единого корабля. Там купались русалки и местные жители. Остров Буян держался обособленно от других государств. Он находился посреди моря, и проплывающие мимо корабли не могли его ни увидеть, ни попасть на него, если у них не было специального разрешения.
        Король Черномор вел такой же закрытый образ жизни: никаких балов, толпы слуг, только магия. Единственной его отрадой и любовью была дочь.
        Восемнадцать лет назад на остров Буян напали пираты. В тот день погибли многие из морского народа, в том числе и супруга Черномора, пытавшаяся с помощью водной магии защитить свое королевство. Общими усилиями врага изгнали, но потери были несопоставимы, а боль утраты, сменившаяся гневом и ненавистью, так сильна, что Черномор полностью укрыл остров магией. Никто не хотел повторения того ужас, который произошел из-за их беспечности.
        - Я… вовсе нет… - начал было Матвей, но Кирьян бросил на него ледяной взгляд. - Не совсем так, Ваше Величество, без сомнения, принцесса Лебедина прекрасная дева, но я бы ни в коем случае не хотел растревожить ваше отцовское сердце. Мы с Кирьяном рассказали вам не всю правду. Не хотелось, чтобы и принцесса волновалась. Но мое королевство в опасности, и я прибыл сюда, чтобы предупредить вас о возможных переменах на землях Ворожеи. Конечно, если мы не сумеем опередить нашего врага.
        Черномор повернулся к нему, удивленно вскинув брови:
        - Продолжайте.
        - Ваше Величество, королевский советник, много лет служивший моей семье, хочет узурпировать[2] трон.
        - Кто же этот безумец, вздумавший занять королевство, созданное Святой Кальпурнией, Первой королевой Ворожеи? Той, благодаря которой вы сейчас стоите передо мной.
        - Советник Распутин Ежовый, - ответил Кирьян.
        - Что за вздор?! - Черномор рассмеялся, усевшись за стол. Но видя озабоченность в глазах Матвея, его улыбка погасла. - Вы не шутите? Это серьезное обвинение, какие доказательства у вас имеются?
        Принц развел руки в стороны:
        - Никаких...
        - Прощу прощения, мой принц, но доказательства есть. Если позволите… - Кирьян снял с пальца кольцо и положил перед королем.
        Матвей удивленно захлопал глазами и тоже сел за стол.
        Они увидели события, случившиеся за несколько дней до побега Матвея из своего мира в другой.
        С каждым словом, которое король Черномор слышал, и образами, которые видел, он то сжимал руки в кулаки, то разжимал. Матвей же наоборот сильно побледнел. Напарник, друг, которым он считал Кирьяна, мог убить его… Вот почему он не хотел рассказывать об истинной причины своего бегства. Правда могла навсегда сделать их врагами.
        Если бы Кирьян не нарушил слово, данное Распутину, не пожертвовал своим положением при дворе - Матвея насильно бы женили, а затем избавились. Всего этого Матвей бы не узнал и подписал другу приговор о смертной казни, потому что Распутин выставил его предателем. Но Кирьян подставил себя ради того, чтобы спасти принца и друга, помог ему сбежать.
        - Это все? - процедил король.
        - Полагаю, что не все. Нам неизвестно, что предпримет Распутин, чтобы вернуть принца обратно и женить на своей племяннице, а затем избавиться от Матвея и Его Величества Олексия. Либо он кардинально изменит план и подставит меня, как и хотел. Обставит убийство принца моими руками, а потом убьет меня и, как герой, представит все королю Олексию.
        - Твой отец ещё не стар и полон здоровья, он может жениться… - начал Черномор.
        - Это не имеет значения, у Распутина масса возможностей убить короля, постепенно травя его. Не может Его Величество постоянно не есть и не пить - это будет выглядеть подозрительно, будто он о чем-то догадывается. Необходимо поймать Распутина на «горячем» и наказать по всем правилам. Помимо этого, у меня есть еще кое-что, и вам это совсем не понравится… поэтому умоляю, Ваше Величество, держите себя в руках, - Кирьян говорил спокойно, но все его тело напряглось.
        - О чем ты? Что может так меня шокировать помимо того, что сильный маг и советник мечтает занять чужой престол не по закону?
        - Тот, кто послужил смертью вашей супруги, королевы Перл, - теперь кольцо показывало совершенно другие эпизоды восемнадцатилетней давности.
        Если бы Кирьян не поставил на кабинет шумовую завесу, сюда бы давно прибежала целая толпа стражников. Потому что король Черномор рвал и метал: вся мебель превратилась в деревянные куски. Наконец, мужчина успокоился, по его щекам текли слезы.
        - Моя Перлиша… - шептал он, сжимая в руке овальный медальон и смотря на образ жены с младенцем на руках. Лебедина выросла копией своей матери. - Почему я не знал об этом, как это возможно? Неужели я был так слеп…
        - Это было не спонтанное нападение пиратов, а четко спланированный захват острова. Когда я собирал информацию о Распутине, то случайно наткнулся на нестыковку в прошлых событиях. Опытных наемников нарядили, как актеров, повесить нужный флаг не составило труда. Но самого Распутина ни на одном из осаждающих остров кораблей не было, иначе его давно бы засекли. Мне с трудом удалось найти единственного выжившего наемника, потому что после провала миссии от них планомерно избавлялись, чтобы не осталось никаких следов или упоминаний об их причастности. Распутин состоит в совете магов, у него много подхалимов и учеников, готовых пойти за ним и сделать все, что потребуется. Он не пощадил тех юнцов, зато воспользовался их магическими способностями, чтобы навредить морскому народу. Теперь-то вы верите тому, на что он способен, и что принц Матвей и я говорим чистую правду?
        Король кивнул, закрыв медальон. Он убрал его под кольчугу и, проведя рукой перед собой, вернул кабинету прежний, целостный вид.
        - Что от меня потребуется?
        - Поддержка. Мы не просим воевать за Ворожею. Но Распутин не остановится, его не так просто убить, он хитер и изворотлив. Это кольцо - единственное доказательство, так ведь? - спросил Матвей, глядя на Кирьяна.
        - Есть еще кое-какие документы, они находятся у моего отца.
        - Помнится, что когда-то он был лучшим дознавателем Ворожеи… - Черномор погладил себя по бороде, его брови снова сошлись на переносице.
        - Да, и я жалею, что не пошел по его стопам.
        - Никогда не поздно поменять свою жизнь. Вы уже начали это делать. Герцог Кирьян, королевский маг, затем предатель и убийца принца, кем только вы не были за столь короткое время!
        Кирьян усмехнулся:
        - Да, Ваше Величество, поэтому пора остановиться и стать тем, кем я должен быть.
        - Все впереди, юноша. Я окажу вам должную поддержку. От меня войны можете не ждать и даже более… Если все закончится благополучно, возможно, я даже рассмотрю кандидатуру принца Матвея на роль мужа для моей дорогой Лебедины.
        - Я… это большая честь, - проговорил Матвей.
        Принцесса ему действительно понравилась и даже больше: представив ее в роли своей жены, он не испытал неприязни, особенно в сравнении с Забавой.
        Он понимал, что при других обстоятельствах заполучить в жены Лебедину было бы невозможно. Только если он не потратит полжизни, уговаривая короля Черномора и убеждая его в том, что будет сдувать с Лебедины пылинки и сделает его дочь невероятно счастливой.
        Потерять жену по вине того, кто работал на Ворожею, закрыть королевство от посторонних, не выпускать дочь дальше дворца - и все это в целях безопасности. Матвею придется очень хорошо постараться, чтобы доказать: его будущий зять - не желторотый юнец, давший врагу сбежать от правосудия. Будущий зять? «Лебедина… она прекрасна, уверен, проведи я с ней больше времени, мы найдем много общих тем для разговоров. Она ведь такая любознательная и сама хочет всюду побывать, узнать много нового. И она так на меня смотрела…»
        - Ваше Высочество, - вывел его из задумчивости голос Кирьяна. - Я рад, что вы снова с нами. Так что вы скажете Его Величеству по поводу вашего решения относительно возможного брака с принцессой? Конечно, при условии, что король согласится, посчитав вас достойным сердца дочери.
        - Я согласен, - почти выкрикнул Матвей, не ожидавший от себя такой прыти. Король, судя по всему, тоже, но видя горящий взгляд, строго ответил:
        - Гуляйте по замку, пока у вас есть время, но не забывайте о приличиях, иначе мои стражники покажут вам свои умения владения трезубцами.
        Когда Матвей с Кирьяном направились к двери, Его Величество остановил мага:
        - Герцог, я хотел бы переговорить с вами с глазу на глаз.
        Матвей переглянулся с другом и молча вышел.
        - Какие ваши дальнейшие планы, Кирьян? - спросил Черномор, когда они остались вдвоем.
        - Отправиться в северное королевство и заручиться поддержкой короля Ледоника, - маг присел на стул. Все эти напряженные разговоры слегка утомили, но он убедился, что король Черномор стал их соратником.
        - На короля особо не рассчитывай, он до невозможного стар и слаб памятью. Договариваться нужно с принцессой Севериной. Но берегись: она очень расчетливая и хладнокровная девушка.
        - Я не знал об этом… - Кирьян нахмурился, он считал себя отличным дознавателем и владельцем различной секретной информации.
        - Это известно мне и ей, но не буду рассказывать подробностей. Просто поверь, лучше сделать так, как она попросит, если, конечно, попросит. Потому что принцесса с легкостью может не пустить вас на порог своего замка, и вы останетесь посреди льдов и снега, а добираться оттуда до жилых земель непросто и даже смертельно опасно, особенно если поблизости бродят ирбисы.
        - Те самые хищники, о которых ходит столько слухов? Якобы одна такая зверюга стоит двадцати опытных солдат?
        - Это не слухи, мой мальчик, лично для меня. И одеваться туда лучше по погоде. Я снабжу вас всем необходимым. Если заручитесь поддержкой принцессы, останется только король Бурый с пустоши. Я лично им займусь, у нас давно наметились планы на будущее, а мужику надоело торчать на пустынной равнине. Жаловался мне недавно за бутылкой вина, что его уже подташнивает от всего плоского. Но учти, что я делаю это не для принца Матвея с Ворожеей, а ради себя и возможного счастья дочери, - разоткровенничался король.
        - Понимаю, - Кирьян сдержал улыбку. Он и не думал, что король Черномор может оказаться таким. С одной стороны, кровожадный правитель, которому ни до чего, кроме Буяна, нет дела, а с другой - заботливый отец и собутыльник короля Бурого.
        «Неужели он стал таким откровенным благодаря тому, что узнал от меня информацию о Распутине и его истинных мотивах? Мне это на руку», - подумал Кирьян.
        - Прошу прощения, Ваше Величество. Я всегда считал, что остров Буян живет обособленно от других королевств и не интересуется ничем, кроме собственной выгоды.
        - Именно так все и должны думать. Но не стоит недооценивать противника, и ты сам об этом не забывай. Распутин действительно хитер и коварен, раз смог все провернуть так, что его до сих пор никто не заподозрил. Конечно, он переоценил человеческую жажду власти и славы, как, например, в случае с тобой. Но будь уверен: такие, как он, быстро учатся на своих ошибках. Поэтому не жди, что он встретит тебя с распростертыми объятьями. При первой же возможности он убьет тебя, заранее соберет все доказательства, воспользуется всем, что тебе дорого, даже пригрозит смертью твоего племянника-помощника.
        Кирьян не смог скрыть страха в глазах, и Черномор успел его заметить.
        - Всю ли правду ты мне рассказал? - он прищурился. - Что не так с тем сопляком, моей дочери что-то угрожает? - он возвысился горой мышц над столом и разве что не дышал огнем, от чего Кирьян не сдержал улыбки.
        - Прошу прощения, Ваше Величество, но с Мирославом Ее Высочеству абсолютно ничего и никогда не будет угрожать в том плане, о чем вы подумали…
        - С чего бы? Он что, и свою невинность завещал святой Кальпурнии? - король присел.
        - Не совсем так, но вряд ли одна девушка сделает что-то непотребное с другой.
        - Девушка? - тут уже настал черед короля рассмеяться. - То-то он такой смазливый, обрядил ты ее на славу, но кто же тогда она?
        - Полагаю, моя невеста и будущая жена. Она из мира без магии.
        - Вот значит как? А она об этом знает или ее родители?
        - Боюсь вас разочаровать, но мы пока что не обсуждали столь далеко идущие планы… однако мы с ней, как и принц Матвей, связаны одной нитью.
        - Это уже кое-что. Берегись, как бы Распутин не прознал о ней… Лучший способ шантажировать сердце влюбленного мужчины - отобрать ту, ради которой он готов на все. Ты ведь готов?
        Кирьян кивнул:
        - И не только. Хотя я не предполагал, что такое может произойти… Изначально я планировал, что девушка поможет принцу, и он сможет остаться в мире без магии, прожить там спокойную жизнь. Но нельзя оставлять короля Олексия в беде. Матвей никогда бы себе не простил его смерти, которую мог предотвратить.
        - Я полагал, что ты пришел ко мне заключить какую-нибудь сделку. Сейчас, как выяснилось, все наоборот. Сначала ваш побег в техно-мир, теперь бурное возвращение, не много ли приключений на две головы?
        - Мне казалось, что я все спланировал…
        - Такое никогда невозможно спланировать. Неприятности появляются оттуда, откуда их не ждешь. Как и любовь, она либо постучит в твое сердце, либо нет.
        - В мои жизненные планы не входит оставаться здесь.
        - Неужели ты оставишь карьеру мага и возможность стать дознавателем, как твой отец, и переберешься жить в мир без магии ради любви?
        - Именно. Я прошу вас не сообщать вашей дочери о том, что Мирослав девушка, до поры до времени, пока между ней и принцем Матвеем не образуются доверительные отношения. Женская ревность - коварная эмоция… А теперь, прошу прощения, нужно проверить, как там принц Матвей. Благодарю вас за все, - он встал со стула и поклонился королю, ниже, чем полагалось, но тем самым выказав к нему глубокое уважение.
        - Я исполню твою просьбу, ступай, мы не прощаемся. Останетесь у меня ненадолго, здесь вам не грозит нападение Распутина.
        Кирьян удалился, а король Черномор еще долго сидел в кресле, разглядывая портрет жены.
        - Перлишенька, надеюсь, я сделал правильный выбор, и наша доченька будет счастлива…
        По кабинету пронесся легкий ветерок, распахнул окно и вырвался наружу, а король вдохнул свежего воздуха, принесшего с собой аромат моря, шум прибоя и крики чаек.
        [1] Том (Т?мас) С?йер (англ. Tom Sawyer) - один из главных персонажей романов Марка Твена: «Приключения Тома Сойера».
        [2] Произвести незаконный захват, присвоение чего-н. (власти, прав).
        Глава 8
        Пока парни обсуждали свои мужские дела, Мирослава с Лебединой отправились на осмотр замка и его достопримечательностей, каковых оказалось не так много: небольшой сад с фонтаном и одинокая пристань, у которой плескались русалки. Водяные ныряли и выныривали со сплетенными из толстых водорослей сумками, в которых были видны черные и белые раковины. На пристани сидели обычные женщины с косынками на головах и в передниках. Они забирали сумки и вычищали их содержимое. Целые раковины отправлялись в одну корзину, а разбитые и непригодные - в другую. Принцесса рассказывала, что в целых находятся жемчужины: черные, белые и розовые. Вторые - очень редкие, и драгоценности из них очень ценятся жителями других королевств. А из разбитых, в которых ничего нет, делают специальную пудру, которую добавляют в различные крема и лекарства. Но особенно хорошо такие раковины подходят для заливки фундаментов или украшения домов - их частицы обладают магическими свойствами, защищают от затопления подвалов и разных паразитов вроде слизней, которые обожают поедать корнеплоды.
        Русалки, как и тритоны, отличные пловцы. Все на острове помогают друг другу: морской народ занимается собирательством, а люди все чистят и распределяют для изготовления и отправки. Иногда на чистку одной целой раковины для строительных работ уходит около двадцати минут, чтобы получился качественный материал. А сколько всего можно сотворить из множества кораллов, собранных с морского дна или на отмелях.
        Далеко от дворца они не отходили, но и с перекидного моста Мирослава увидела деревушку, расположившуюся на зеленых холмах острова. Замок короля Черномора был как врата, и уже за ним - поселение. Остров напомнил Славе Норвегию. Дома с травой на крышах или красной черепицей, никаких заборов. «Чудесное место», - подумала она, улыбаясь.
        - Понравилось вам у нас? - спросила принцесса, внимательно глядя на племянника Кирьяна. Юноша был таким хрупким и миловидным, полной противоположностью беловолосого мага, от которого веяло холодом. Кирьян немного пугал принцессу, поэтому естественно, что из всех троих ей больше понравился Матвей - золотая середина.
        Его чуть вьющиеся каштановые волосы, которые, она уверена, были мягкими и послушными, смугловатая кожа - следствие загара в постоянных путешествиях. Если бы только она могла так жить и уехать отсюда, повидать мир…
        Мирослава кивнула и улыбнулась еще шире, чтобы показать, что ей действительно все нравится.
        - Я рада, здесь действительно одно из самых безопасных и прекрасных мест среди всех королевств, по крайней мере, я так считаю. Судя по тому, что видела в книгах и мне рассказывал мой учитель, - принцесса старалась говорить бодро, но от Мирославы не утаилась ее грусть.
        «Бедняжка, всю жизнь провела на острове и никуда не выезжала. Видимо, отец за нее сильно переживает, но так ведь нельзя…»
        - Вы не против, если мы немного посидим в саду? Если нет, то хорошо, пойдемте, я бы хотела для вас спеть - мне это всегда поднимает настроение.
        ***
        «От ищеек не спрячешься, и как я мог так оплошать с защитной пеленой? Сделанного не воротишь, нам некуда было бежать, только обратно в свой мир», - думал Кирьян, идя по темному коридору к апартаментам, выделенным для них королем Черномором. Он надеялся застать там Матвея. Но принца на месте не оказалось, зато за открытыми окнами раздавался дивный женский голос. «Должно быть, принцесса Лебедина решила окончательно очаровать нашего принца», - так и оказалось, стоило магу выйти на улицу и найти взглядом друзей.
        В небольшом саду у фонтана на лавке сидели Матвей с Мирославой, а Лебедина стояла рядом в легких шелках и пела. Еще немного, и Матвею придется закрывать рот, чтобы у него не потекли слюни, но за Кирьяна это сделала Мирослава.
        Она увидела мага и помахала ему рукой.
        - Принцесса, мы в восхищении. Но боюсь, что своим пением вы окончательно заставите принца позабыть о цели нашего визита на остров Буян, - вежливо проговорил Кирьян, незаметно покручивая кольцо на пальце, тем самым окружая Матвея незримым коконом. Принц тут же заморгал и полностью протрезвел. Пение сирен опасно тем, что заслушавшись, можно элементарно забыть, как дышать, зато умереть от счастья.
        - Прошу прощения, я забылась, - девушка смущенно улыбнулась, теребя прядь волос.
        - Ну что вы, это честь для нас, услышать ваше дивное пение. Но сейчас принцу Матвею необходим отдых. Мирослав, пойдем. Хорошего дня, Ваше Высочество, - Кирьян поклонился, и они удалились.
        Троица устроилась в апартаментах, и все с облегчением вздохнули. Но никто не стремился начать разговор первым. Кирьян сидел в кресле, нахмурившись. Матвей отвернулся к окну, а Мирослава, чувствуя между ними напряжение, не знала, как помочь.
        - Прекратите… - пробормотала она. - Что у вас там случилось?
        - Однажды ради должности в совете магов я согласился на сделку с нашим врагом. Но когда пришел черед платить по счетам, меня не устроила цена, - спокойно пояснил Кирьян. Матвей бросил на него странный взгляд.
        - Ты все узнал, и что теперь? Будешь играть в молчанку и обижаться, как мальчишка?
        - Ты мог сразу обо всем мне рассказать, а не устраивать наш побег в другой мир или…
        - Этих «или» и прочих вариантов развития нашего будущего мы не знаем. Поэтому успокойся. Мы уже взялись за дело, нам улыбнулась удача с королем Черномором, ты уже почти стал женихом Лебедины. Чего еще тебе не хватает? Моих личных извинений? Прости, что я был молод и не думал о том, что в будущем Распутин поставит меня перед таким чудовищным выбором, но я, как мне кажется, не ошибся в своем решении. Или мне стоило оставить все как есть? - Кирьян разозлился.
        - Нет! - Матвей вскочил с кресла. - Я рад, что ты не пошел против меня, не стал моим убийцей, но как же твое будущее? Ты обрек себя на смертную казнь, ты это понимаешь? На участь предателя! Даже если мы выберемся из этой передряги, и тебя оправдают, ты не сможешь жить как прежде.
        - Знаю, - Кирьян откинулся на спинку кресла и, тяжело вздохнув, наконец-то улыбнулся. - Не тревожьтесь за меня, Ваше Высочество. Все будет в лучшем виде, уж поверьте.
        Матвей подошел к нему и положил руку на плечо друга. Маг тут же встал и сделал то же самое.
        - Считаешь, у нас все получится?
        - Уже получается. Поддержкой Черномора мы заручились, несколько дней переждем здесь и отправимся в северные земли. Как тебе принцесса Лебедина?
        Матвей расплылся в мечтательной улыбке.
        - Вижу, все не так печально, как с Забавой. Но не забывай, она не просто принцесса, а дочь Черномора. И за нее он готов убить. Поэтому никаких любовниц и необдуманных авантюр с ее участием, - предупредил Кирьян.
        - Бедной девушке не хватает глотка свежего воздуха и приключений, - поделилась Мирослава.
        - Вот как? - спросил Матвей, и она закивала. - Это я могу устроить. Она дивно поет… Я действительно забыл, как дышать.
        - В таком случае, измены отменяются. Когда супруга с таким голосом - все вокруг блекнут. Отличный приворот, - Кирьян усмехнулся. - Теперь мы можем отдохнуть. Места всем троим хватит. И еще: король знает, что Мирослава девушка.
        - Зачем ты ему рассказал? - не понял Матвей.
        - Он спросил, не скрываю ли я от него чего-то. Он не выдаст ее.
        - Надеюсь, он не ворвется в наши апартаменты среди ночи и не скажет, что место барышни в другом крыле.
        - Точно нет, у нас смежные комнаты. Мирослава будет спать отдельно и одна.
        Девушка широко зевнула. День выдался насыщенным: еще недавно они завтракали у Аллы, а теперь солнце уже садится за горизонт.
        - Главное, чтобы там была нормальная ванная, - проговорила она, сняв фуражку и взлохматив волосы.
        - Пойдем и проверим, - уверенным шагом Кирьян отправился к дверям, разделяющим их комнаты.
        Ванная с уборной оказались совершенно обычными, здесь лежали полотенца, халаты, но никакой одежды.
        «Голой что ли спать придется?» - она бросила короткий взгляд на Кирьяна, повторения той пьяной ночи ей не хотелось. Явно не сейчас, когда вокруг них напряженная ситуация.
        - Ладно, буду мыться и укладываться спать.
        Маг стоял рядом с ней почти вплотную, его дыхание касалось ее кожи.
        - Спокойной ночи, - короткий поцелуй в висок, и он ушел, закрыв за собой дверь.
        Правда, остаться голой Мирослава так и не решилась, поэтому в кровать улеглась в халате, хорошенько укрывшись одеялом. Лежать одной на широком ложе среди белоснежных подушек и слушать шум прибоя, когда за окном во всю горят звезды, было волшебно.
        Весь следующий день Матвей провел подле принцессы Лебедины. Кирьян с Мирославой прогуливались поодаль, чтобы король Черномор не разозлился. Оставлять дочь наедине с принцем было неприлично. Поэтому, как бы ни мечтала Мирослава подольше понежиться в постели, но ей пришлось встать и привести себя в порядок. Позавтракали они в апартаментах, куда невидимые слуги доставили еду. Кирьян объяснил ей, что король Черномор очень подозрительный и нелюдимый. Он терпеть не может лишнее внимание, особенно к своей дочери. Когда была жива его жена, замок полнился весельем, народом и счастьем, но после трагедии он опустел. В нем остались только король с маленькой дочерью и охрана. Никаких слуг, придворных дам и светских раутов.
        В беседе с принцессой Лебединой Матвей не прилагал особых усилий, чтобы завоевать ее расположение. Он был самим собой: общительным, добродушным. Активно рассказывал о техно-мире, о своем доме в Ворожее, однако при упоминании того, что вскоре ему предстоит встреча с принцессой Севериной, Лебедина поджала губы и молчала несколько минут. Матвей не придал этому значения, а Мирослава не могла подсказать ему, что следует говорить мужчине в данном случае.
        Она осторожно толкнула Кирьяна локтем и сделала большие глаза, кивнув в сторону Матвея. Мол, скажи ему, чтобы уверил ее в том, что едет исключительно с дипломатической миссией, а не ради самой принцессы Северины.
        - Кхм, - Кирьян откашлялся, привлекая внимание. - Ваше Высочество, как печально, что вы не можете поехать с нами в северные земли. Принцу Матвею будет не хватать вашей компании.
        - Это действительно так? - кокетливо спросила девушка.
        - Герцог Кирьян сказал чистую правду, в северных землях очень холодно, - он взял Лебедину за руку и погладил ее тонкие пальчики. - Без вас там будет еще холоднее…
        Мирослава осмотрелась по сторонам, заметив в окне второго этажа фигуру короля, и захлопала в ладоши. Матвей тут же отпустил руку принцессы.
        - Чему он радуется? - с непониманием спросила Лебедина.
        - Мой племянник напоминает о том, что нам необходимо заняться подготовкой к дипломатическому визиту и рассмотреть карту северных земель, - поспешил объяснить Кирьян. Он тоже увидел фигуру короля.
        - Там действительно так холодно? - принцесса невольно съёжилась, почувствовав прохладное дуновение ветерка.
        - Безумно. Пойдемте, мне кажется, что сегодня будет дождь, - Матвей предложил ей опереться на свой локоть.
        - Да, скоро вон те тучи будут здесь, - она приняла молчаливое предложение, и парочка вновь шла вместе.
        - Не привык, что за мной кто-то наблюдает. Не сразу его заметил. А ты молодец, - шепотом проговорил Кирьян. Мирослава улыбнулась.
        Северные земли действительно оказались еще тем ледником, раз в их апартаментах появилось столько теплой одежды, сколько у Мирославы не было за всю жизнь. Несколько разновидностей пальто, отороченных мехом, пушистые шубы, шарфы и головные уборы, варежки и высокие сапоги.
        Им предстояло пройти через портал, который сократит время путешествия, и они сразу окажутся рядом с дворцом, но до него еще нужно дойти. Открытая местность, продуваемая сильными ледяными ветрами. Скользкая и при этом хрупкая дорога, которая может проломиться, если не туда шагнуть. И, наконец, узкий мост, по обе стороны которого пропасть, утыканная ледяными шипами.
        Принцесса Лебедина не покидала их ни на минуту, оценивая, какая верхняя одежда больше идет принцу Матвею и в какой ему будет теплее. В итоге она остановила свой выбор на шубе и собственноручно укутала его широким вязаным шарфом из синей пряжи.
        - Я читала, что на севере не принято носить ярких цветов. Их народ отдает предпочтение черному, синему, серому и белому оттенкам.
        - Верно, также у них специально изготовленная одежда. Такой нигде нельзя купить. Стоит она баснословных денег, но удобнее и теплее не сыскать. Они, кстати, не носят шубы, - отметил принц, вспомнив, что за те десять дней, что они с отцом гостили там, не видели никого в местной одежде.
        - Вот как? Как же в таком случае им не холодно? - удивилась принцесса, помогая ему снять шубу. В помещении было достаточно тепло, несмотря на то, что море разбушевалось, и начался дождь.
        - Их маги творят из тканей бесшовную одежду и обрабатывают специальными чарами, отводящими холод. Дамы надевают платья только на балы, а в остальное время отдают предпочтение брючным изделиям: утепленные лосины, свитера с высокими воротниками и жакеты. Все это облегает их как вторая кожа, и им не бывает холодно, а за стенами замка они носят специальные тканевые маски, чтобы закрыть лицо и глаза.
        - Как же они тогда видят? - Лебедина держалась за концы шарфа, обмотанного вокруг шеи принца.
        - Маски позволяют им видеть все. Магия… - последнее он сказал, понизив голос, глядя в ее бирюзовые глаза. Эта пара отлично смотрелась: в меру широкоплечий и высокий принц и хрупкая миниатюрная принцесса с волной золотых волос.
        - Мне кажется, или они пахнут водяными лилиями? - он взял прядь ее волос и вдохнул легкий аромат. Девушка смущенно улыбнулась, ее глаза блестели, она неотрывно смотрела на Матвея.
        - Вам не кажется… Это мыло, которое варят у нас на острове.
        - Такие мягкие, - он накрутил золотистую прядку на палец и поднес к губам, целуя.
        Лебедина приоткрыла рот, стараясь не дышать и не спугнуть этот миг, она сама коснулась виска Матвея, убрала челку ему за ухо.
        - У вас тоже прямо как шелк.
        Принц едва слышно рассмеялся, но стоило ему положить ладонь на талию принцессы, как его прервал кашель Кирьяна, и принцесса сделала шаг назад, убрав руки за спину и кусая губы.
        - Мирослав, как тебе вот это пальто? Да, ты прав, зеленый цвет точно не подходит, - маг сделал вид, что не заметил того, что было между Матвеем и Лебединой.
        Мирослава тоже, она хмурилась, выбирая между перчатками и варежками.
        - Может быть, нам стоит выпить чая с пирожными? - спросила принцесса.
        - Прекрасная идея, Ваше Высочество, вы прочитали мои мысли, - Кирьян улыбнулся ей, и девушка ретировалась. Как только за ней закрылась дверь, маг скептично взглянул на Матвея: - Держите себя в руках, мой принц, сейчас не время нервировать Черномора вашими ухаживаниями.
        - Ты прав, но я сам не знаю, что на меня нашло. Стоит ей оказаться рядом, и я обо всем забываю. Может, я болен?
        - На голову… - буркнула Мирослава, сев в кресло.
        - Я серьезно, скажи как девушка, что я делаю не так? - Матвей умоляюще на нее взглянул.
        - Все так, по-моему, вы оба очарованы друг другом, но я не верю в любовь с первого взгляда, - ей вспомнился эротичный сон с Кирьяном после их первой встречи в лесу, и она засомневалась в честности своих слов. - Хотя… все может быть. Ты ей симпатичен, и я уверена в том, что Лебедина никогда не была так близка с мужчинами, как с тобой. Явно не при строгом папеньке, который опекает ее со всех сторон и готов прожечь взглядом любого, кто посмеет прикоснуться к ней пальцем. Главное… быть осторожным, тактичным. Я ведь не знаю, какие в вашем мире порядки относительно ухаживаний за дамами, - она пожала плечами.
        - Довольно строгие и зависят от статуса семейства. Если бы Лебедина была дочерью булочника, то Матвей мог бы подойти к ней на улице и при всех хлопнуть по заду. Чем выше статус, тем меньше позволяется влюбленным: быть наедине, прикасаться друг к другу, - пояснил Кирьян.
        - Какой ужас… - Мирослава поморщилась, радуясь, что в ее мире такое ханжество не в чести. «По меркам их общества я могу считать себя распутницей. Переспать с мужчиной до свадьбы в состоянии алкогольного опьянения. Так, стоп!» - у нее перехватило дыхание, и она с ужасом посмотрела на Кирьяна. Как она могла забыть о такой важной детали, как предохранение, может, она уже в положении и не знает об этом, ведь она была пьяна и точно не спрашивала: «А есть ли у тебя средства контрацепции?»
        - Слава, с тобой все в порядке, ты как-то побледнела? - озабоченно спросил Матвей.
        - Эм, мне надо поговорить с Кирьяном, можно тебя на пару слов? - она резко встала с кресла, чуть не ударив склонившегося к ней Матвея головой по носу. Принц успел отскочить, а Слава схватила мага за руку и потянула в свою комнату.
        - Вы там только не начинайте творить разные непотребства! Кирьян, ты сам сказал, что сейчас не до этого! - крикнул им вслед Матвей.
        Захлопнув дверь, Мирослава повернулась к Кирьяну. Мужчина хмурился, не понимая, чего от него хотят.
        - Слушай, я, конечно, знаю, что уже поздно спрашивать, если все случилось, но… - она замялась, сжимая пальцы. - Короче, ты тогда, когда мы… ну, это самое сделали, пока я была пьяна. Ты ведь не сделал то самое, о чем я думаю? Всякие неожиданности вроде: «Ой, дорогая, у нас будет ребенок?»
        Маг выслушал сумбурную речь, сложив руки на груди, а когда понял, чего от него пытаются добиться, положил руки ей на плечи и привлек к себе.
        Стройное женское тело не скрылось от его прикосновений, когда он с удовольствием коснулся ее талии, бедер и потерся носом о шею.
        - Нет, я не сделал ничего, за что бы ты меня возненавидела, - он чувствовал пульсирующую жилку на ее коже и поцеловал ниже уха.
        Мирослава втянула в себя воздух и обмякла в его руках, уткнувшись носом в грудь.
        - Я ни о чем не сожалею, и тебе не советую мучить себя вопросами, зачем ты это сделала и как могла - это пустая трата времени. Нам было хорошо друг с другом, и я не хочу, чтобы это так просто закончилось, - он говорил тихо, спокойно, а Мирослава слушала, закрыв глаза, и понимала, что он прав. Какие-то пуритане придумали все эти правила и запреты, как в этом магическом мире, где нельзя просто так взять девушку за руку, нельзя сказать о своих чувствах, нельзя почувствовать человека, к которому тебя тянет всем телом.
        Мирослава вспомнила историю одной знакомой, которая вышла замуж девственницей. Она любила своего избранника, считая, что он тот самый единственный, а на деле… они не сошлись в постели. Он не смог удовлетворить ее, а она корила себя за поспешность и за то, что слушалась советов матери, бабушки, тети - всех тех, кто сделал из нее якобы правильную приличную девушку, которая не станет спать с другими парнями до свадьбы. Через год она подала на развод, а пока была в поиске новой работы, познакомилась со взрослым и опытным мужчиной, с которым ощутила себя настоящей женщиной. Она поняла, как прекрасна и незабываема может быть любовь, когда ее тело испытывает одно удовольствие за другим. Нет, она не вышла замуж во второй раз, и тот секс на третьем свидании стал единичным случаем, который показал ей, что сначала нужно попробовать, чтобы понять, подходит тебе этот человек во всех смыслах или нет.
        Но что могла сказать Мирослава насчет Кирьяна? Только то, что он привлекал ее внешне, и в постели с ним было хорошо. Нет, должно быть что-то еще. Он - заботливый, умный и расчетливый, смелый и не эгоистичный, раз пожертвовал своей мечтой и статусом ради спасения Матвея. Также Кирьян немногословен и, в отличие от бывших Мирославы, которые божились и клялись ей в любви, при этом изменяя, не давал ей никаких обещаний и просто так ничего и никогда не говорил.
        - О чем ты думаешь? - прервал он ее воспоминания. Его ладонь уже успела оказаться под рубашкой, и теперь он нежно гладил ее обнаженную поясницу.
        - О том, что устала от слов, и мне нужны другие доказательства серьезности намерений. Если они, конечно, есть… - она подняла на него взгляд, почему-то боясь, что он скажет, что для него секс с ней был лишь физиологической потребностью и не более.
        Кирьян встретил ее взгляд, и они долго смотрели друг на друга.
        - Ты боишься разочароваться во мне? - спросил он.
        - Не знаю… Я не уверена ни в чем касательно нас, если про тебя и меня такое можно сказать.
        - Я не стану забегать вперед, но на тебя у меня есть планы, и это касается не только постели. Но это лишь слова.
        - Сейчас не время, я знаю, - она опустила голову, но Кирьян остановил ее, взяв за подбородок.
        - Я рад, что ты это понимаешь, а главное, принимаешь. Скажу сразу - я не выношу женских истерик, беспочвенных упреков и тем более ревности.
        - А я скажу, что я не из обидчивых и точно не ревнивых.
        В дверь постучали.
        - Там принцесса зовет на чай, хватит секретничать! - позвал Матвей.
        Кирьян улыбнулся уголками губ, и на его щеках появились такие знакомые Мирославе ямочки.
        - Когда вы были детьми, с вами было куда проще… - пробормотала она.
        - Какое счастье, что я больше не маленький! Пойдем, нехорошо заставлять Ее Высочество ждать.
        ***
        Оставшиеся два дня прошли незаметно. Но дождь почти не прекращался: серый горизонт, бушующее море. Сухопутные жители сидели каждый в своем доме у горящего очага, в тепле и уюте, морские углубились на дно.
        Матвей с принцессой Лебединой встречались за каждым приемом пищи, поддерживая разнообразные темы для беседы, вместе листали книги с картинками о соседних королевствах, играли дуэтом на фортепьяно в музыкальной комнате.
        Мирослава удивилась таланту принца, заворожено слушая пение Лебедины. Принцесса оказалась приятной особой, всегда вежливой, в меру наивной и ничуть не высокомерной. Хотя со статусом единственной дочери и принцессы она могла позволить себе все, что хотела.
        В последнее утро своего пребывания на острове Буяне троица, облаченная в теплую одежду, стояла в тронном зале рядом с порталом, через который они пришли сюда.
        Черномор придирчиво оглядел гостей и приказал страже выдать парням по мечу, а Мирославе достался изящный стилет.
        - Нехорошо присягнувшему святой Кальпурнии проливать кровь. Надеюсь, тебе не придется им воспользоваться, - он многозначительно посмотрел ей в глаза. Слава взяла стилет и поклонилась в знак благодарности.
        - Что за принц без меча и тем более маг-защитник, они вам пригодятся. Сегодня вы покидаете остров, и с вас снимается моя защита. Я пригнал сюда тучи, несколько дней шел дождь, его водная стена защищала вас от ищеек, они появлялись, но не могли пробиться. Их словно подстегивала чья-то воля, приказ, которого они не могли ослушаться.
        - Благодарю за помощь, Ваше Величество, маг такой силы, какой обладаете вы, вызывает у меня искреннее благоговение, - Кирьян также поклонился, пристегнув меч к поясу.
        - Ступай и помни, достойный сын готов на все ради блага и процветания своего государства, - напутствовал Черномор Матвея. Сзади послышался всхлип, и король обернулся к Лебедине.
        - Соринка в глаз попала, - девушка утерла выступившие слезы платком, стараясь улыбаться.
        - Уходите, - приказал Черномор, открыв портал. В этот раз по ту сторону простиралась снежная равнина, вздымались острые шпили замка короля Ледоника.
        Кирьян рассказал Славе о том, что землями правит не король, и взял с нее обещание держать это в тайне и быть осторожной с принцессой. Там они точно никому не могут доверять.
        Первым пошел маг, а за ним Мирослава и Матвей. Принц на прощание обернулся к Лебедине.
        Принцесса помахала ему платком, и их окружил ледяной ветер. Портал закрылся.
        Передвигаться в шубе по высоким сугробам, в которых увязли по колено, было тяжело; Кирьяну снег не доставлял таких трудностей. Мирослава не знала, что хуже: то, что ей становится невыносимо жарко или то, что ветер колет глаза. Она прикрывала их рукой, глядя под ноги и стараясь не упасть, пока на нее сзади не навалился Матвей.
        - Вот дьявол, ну и пурга. Святая Кальпурния, за что нам все это, - кое-как, путаясь в полах пальто, он встал и потянул на себя Славу, но ветер, словно живой, толкнул их в бок, и они снова упали.
        - Как дети! Мы не прошли десяти шагов, а вы уже валяетесь разбитыми снеговиками, - отчитал Кирьян и поднял обоих за вороты.
        - Тебе легко говорить, включил свою магию и идешь по снегу, как будто ничего не весишь! - огрызнулся Матвей, смахивая с шарфа снег.
        Мирослава посмотрела на ноги Кирьяна и удивленно осознала, что он стоит вовсе не по колено в снегу, а на нем.
        - Я не могу здесь пестрить своей магией, одного себя я еще могу скрыть незримой пеленой, но не вас двоих. Боюсь, снова не рассчитаю, и появится брешь, а там и до ищеек недалеко, и куда прикажешь нам деваться?
        - Ладно, хватит болтать, давайте двигаться! - одернула их Слава, стараясь перекричать усилившийся вой ветра. Так они шли, пока не выбрались на твердую ледяную поверхность.
        - Здесь будьте осторожны, идите за мной след в след, - предупредил Кирьян, но стоило Славе двинуться за ним, маг резко остановился, и девушка впечаталась ему в спину.
        - Есть идея, но боюсь, она тебе не понравится… - проговорил он, глядя Славе в глаза.
        - Что еще?
        - Связать нас образовавшейся нитью, чтобы мы не потерялись. Ты уже заметила, что пурга усиливается, скоро ты вообще ничего не разглядишь. Я маг, и я буду вашими глазами и ушами.
        - А причем здесь я и эта самая нить? Я ее не вижу, не знаю, как пользоваться…
        - Главное, что это знаю я, но если между нами связь окрепла, то между тобой и Матвеем нет.
        - Что ты там еще придумал? - спросил Матвей, щурясь от порыва ветра.
        - Поцелуй ее, - скомандовал маг.
        - Ты в своем уме, я почти женат на Лебедине!
        - Я тоже не хочу с ним целоваться. Это нехорошо по отношению к принцессе и… - она примолкла.
        - Напомнить, что тебе велела Алла? Или тебе, - он окликнул принца. - Ради чего мы сюда прибыли? Нам нужна прочная связь, в любой момент лед может треснуть. Я могу не успеть подхватить кого-то, а если вы оба упадете в ущелье? С помощью связующей нити у нас есть шанс спастись и не потерять друг друга. Она заменит следящие чары и удержит одного рядом с другими, если что-то произойдет, особенно сильное ранение.
        - Прости, - не успела Слава опомниться, как Матвей поцеловал ее в губы. Она уперлась ладонями ему в грудь, пыталась сопротивляться, но принц держал крепко.
        Не то чтобы поцелуй был противен, просто это оказалось так странно. Вот рядом с ней стоит мужчина, с которым она разделила свое тело, а вот тот, кому оно не нужно, а нужна лишь возможность выжить.
        «Разве я не хочу помочь им?» - задалась вопросом Мирослава. И она ответила на поцелуй, не грубо, а нежно, стараясь полностью проникнуться чувством к Матвею, желанием помочь и сделать ему приятно.
        - Хватит, - ее оторвали от принца в тот миг, когда поцелуй стал ей даже нравиться. Кирьян держал ее за капюшон и смотрел куда-то между ней и Матвеем.
        - Видишь? - спросил он у друга.
        - Раньше она была тоненькой, а сейчас стала почти такой же, как у тебя. Слава, ты ничего не видишь? - он ткнул себя в грудную клетку.
        Присмотревшись, девушка все же увидела тонкий зеленый отблеск. «Нить…»
        - В ней крупица магии, не забывай, она не сильная ведьма, как Алла или Ариадна, - отметил Кирьян. - Отлично, теперь я вас точно не потеряю, - и пошел вперед.
        Мирославе стало немного обидно: он ее не обнял, не поцеловал, но она смолчала, помня, что сама призналась, что не из обидчивых и, немного подумав, поняла, что глупо расстраиваться от того, что это волшебство с нитью именно такое.
        «Лучше бы связь между нами укрепилась за общей готовкой или пробежкой, зачем сразу целоваться или спать друг с другом? Магия, будь она неладна», - дальше они шли без трудностей, не считая снега в лицо, порыва ветра, который, если бы не тяжелая шуба, унес Мирославу как Элли в Волшебную страну.
        Наконец, они дошли до узкого моста. У Мирославы застучали зубы, и она схватилась за локоть Кирьяна.
        - Я туда не пойду, мне страшно, - прошептала она.
        Основание моста было вырублено из скалы. Ров устилал ковер из колючих цветов, их ледяные иглы опасно торчали в разные стороны.
        - Бояться - это правильно, но не стоит терять голову. Нам придется пройти, другого входа нет, - спокойно сказал Кирьян и сделал первый шаг.
        Что-то кольнуло Мирославу в солнечное сплетение и начало тянуть следом за Кирьяном, а за ней и Матвея.
        - Это нить, иди вперед и смотри под ноги, только не расставляй руки, а то тебя снесет ветром, - предостерег Матвей.
        Сзади раздался рык, и когда Мирослава хотела обернуться, ее потянуло со всей силы. Кирьян бежал, и она бежала за ним, стараясь не закричать.
        «Молчи дура, молчи! Нельзя выдавать себя!» - повторяла как молитву Мирослава, не глядя по сторонам и шевеля ногами, а позади с рыком, скрипя когтями по каменному мосту, за ними гнались ищейки.
        - Ты же сказал, что они нас не засекут, если ты не будешь активно пользоваться магией! - заорал Матвей.
        - Это не мастерская, чтобы я давал тебе стопроцентную гарантию! - ответил Кирьян.
        Мирослава чувствовала себя собакой, которую с одной стороны тянут за поводок, а с другой в любой момент, стоит лишь замешкаться, дадут хорошего пинка.
        «Черт! Черт! Черт!» - кричало ее сознание, пока она не добежала до ворот замка, приникнув к ним, как к самому надежному, что может уберечь от убийственной пропасти.
        Кирьян с Матвеем встали перед ней с обнаженными мечами, готовые отбиваться от ищеек, но вместо этого по мосту пронесся снежный ураган, сметая все на своем пути. Черные кошки с шипением и ревом упали в пропасть.
        - Их спугнула непогода? - удивленно спросил Матвей, убирая меч в ножны и прикрывая лицо капюшоном.
        - Нет, сильная магия, видимо, кое-кто постарался, - Кирьян нахмурился и оглядел ворота, к которым они прижимались, пока те не раскрылись в узком проходе. - Идемте, нас уже ждут и, чувствую, не с распростертыми объятьями.
        Они оказались за пределами бури, под полупрозрачным куполом, простирающимся до острых шпилей башен. Холод отступил, и их окружила тишина.
        Это был величественный замок из серого камня с синим отливом, стрельчатыми окнами с белоснежными рамами и такими же балкончиками.
        Однако рычание ищеек сменилось на другое, куда более угрожающее, чем Мирослава могла себе представить. Со всех сторон к ним шли огромные, размером со среднюю машину, то ли леопарды, то ли еще какие хищники. Серебристый окрас, темные пятна по всей шкуре, клыки-бивни и горящие неестественно голубым цветом глаза.
        - Это ирбисы, они вместо стражей, - спокойно пояснил Кирьян, медленно убрав меч и придвинувшись к Мирославе с Матвеем. Втроем они образовали круг, на живот девушки что-то давило. «Наверное, это нить держит нас вместе».
        Глава 9
        - И что теперь будем делать? - спросил Матвей, когда они втроем оказались в отведенных для них покоях. Это было такое же мрачное место, как и весь замок.
        Каменные стены, камин без единого намека на согревающий огонек. Сняв шубу, Мирослава ощутила холод. «Как же они здесь живут?» - она зябко потерла плечи. Постоянно ходить в верхней одежде ей не хотелось. Мех вымок и теперь отдавал псиной.
        Посреди гостиной стоял высеченный из черного камня стол, такие же стулья с косыми спинками, на сиденьях лежали тонкие подушки из синего атласа. Под высоким стрельчатым потолком затаилась темнота. Скромная, несколько аскетичная обстановка навевала уныние. Никаких ярких тканей, лишней мебели, только самое необходимое. В замке короля Черномора Мирославе понравилось куда больше, а от этой мрачности хотелось сбежать.
        За узкими, покрытыми узорами инея окнами открывался вид на внутренний двор: одинокий фонтан из серого камня, из которого когда-то лилась вода, а сейчас застыла льдом. Зеленая, но покрытая инеем трава, высокие черные деревья с замерзшей красной листвой. Сад был похож на приют осени, которая ненадолго сюда заглянула и уснула от мороза, укрывшего ее своим покрывалом.
        Между кустиками Мирослава заметила шевеление, это оказались меховые комочки - настоящие кролики.
        Девушка приникла к окну и с улыбкой наблюдала за пушистиками, пока на одного не кинулся затаившийся неподалеку ирбис. Хищник играючи разорвал добычу на куски, разбросав недоеденные ошметки по траве.
        Девушка вскрикнула и закрыла глаза ладонями. В одно мгновение Кирьян оказался рядом с ней и прижал к себе:
        - Не смотри, это обычное дело. Кроликов разводят ради забавы, чтобы ирбисам было с кем играть и на кого охотиться, - он чувствовала, как девушка тяжело сопит, ее замерзшие руки дрожали, и он подышал на них, согревая.
        - Когда мы с отцом посещали это королевство, здесь было не так мрачно, и охоты на ушастых я не заметил, - Матвей осмотрел темный потолок. Света, лившегося из окон, явно недостаточно для чтения или написания писем.
        На каминной полке находились стеклянная масляная лампа и длинный коробок со спичками.
        - Ее Высочество не отличается гостеприимством, могла бы приказать разжечь камин со светильниками, согреть постели, - ворчал принц, укладывая поленья и поджигая их с разных сторон. Через несколько минут те вспыхнули приветливым огоньком.
        - Радуйся, что мы сейчас в апартаментах, а не в ледяной темнице, - Кирьян усадил Мирославу в кресло и укрыл широким пледом крупной вязки. - Ты не голодна?
        Девушка молча кивнула, потирая ладони и поджимая под себя ноги, став одним дрожащим комочком.
        Кирьян снял пальто с перчатками и выглянул за дверь.
        - Его Высочество желает отобедать в своих покоях.
        Ему что-то ответили, после чего он прошелся по апартаментам. Из гостиной влево и вправо вели две двери в отдельные комнаты с ванными. Оттуда он вернулся в более радужном настроении:
        - Мирослава, иди в серебряную комнату, что слева, прими горячий душ и найди другую одежду в шкафу.
        - Там есть одежда? - удивилась девушка, стараясь не стучать зубами.
        - Да, тебе больше не придется мерзнуть, поэтому поспеши. Скоро нам должны подать еду. Ваше Высочество, это касается и нас с вами.
        Они разбрелись по комнатам.
        В серебряной спальне в шкафу из мореного дуба Мирослава действительно обнаружила несколько вешалок и полок с одеждой черного или синего цвета.
        Лосины и кофта напомнили ей термобелье, которое она носила, стоило температуре в Москве упасть ниже нуля. Но это белье оказалось куда более дорогим и качественным, чем в спортивном магазине.
        «Сначала душ, а то я уже ног не чувствую», - стянув с себя всю одежду, она прошла в ванную: черная плитка с белыми, как вены, узорами, круглая матовая ванна. На полке несколько квадратных флаконов с гелями и шампунем.
        Она грелась под струями душа, пока не услышала стук в дверь.
        - Слава, у тебя все в порядке? - спросил Кирьян.
        - Да, - девушка машинально прикрыла грудь руками, боясь, что мужчина войдет. Его ведь ничто не могло остановить, кроме приличия.
        - Хорошо, поторопись.
        - Поняла, - быстро помыв голову и растерев тело мочалкой, девушка выключила воду. Она заранее положила полотенца на батарею и обернулась в теплую ткань.
        Но чем высушить мокрые волосы, она не знала, поэтому переодевшись, обмотала голову другим сухим полотенцем и вышла.
        Вся троица оделась в черные наряды, но от вида мужчин у девушки перехватило дыхание. Она и подумать не могла, что Кирьян такой широкоплечий и мускулистый, а в этой одежде он, кажется, стал еще выше, чем был, или просто она никогда не замечала этого. Рукава с манжетами для больших пальцев, высокий воротник с подобием молнии, слегка широкие в бедрах и зауженные к низу штаны облегали икры. На ногах - высокие ботинки из черной кожи. С распущенными серебристыми волосами и точеными чертами лица Кирьян был похож на божество, но какое? Может, скандинавское, но без бороды… В животе появилось странное чувство - будто запорхали бабочки.
        «Хорошо, что это не трико как в балете», - она лишний раз убедилась, что в сравнении с Кирьяном Матвей, будучи принцем, все равно проигрывает.
        Ей захотелось продолжить любоваться каждым изгибом плеч мага, но ее отвлек стук в дверь.
        - Давай помогу с волосами, - Кирьян подошел к ней и стянул полотенце, второй рукой провел по затылку, и уже сухая челка легла ей на лоб.
        - Спасибо, так гораздо лучше.
        В дверь едва слышно постучали.
        - Войдите! - повелительно проговорил Матвей.
        Появился мужчина с широким подносом, полным еды. Он молча поставил его на стол и, поклонившись, вышел.
        - Дрожь пробирает от их вида, словно неживые, - прошептала девушка.
        - Скорее, немногословные и равнодушные. Такой менталитет в северных землях, - пояснил Матвей.
        - Непривычно, - девушка села в кресло, пока Кирьян проверял еду на наличие ядов.
        Но, видя поджаренные ножки, она скривилась.
        - Не волнуйся, это не крольчатина, хотя и она вкусная, - пояснил он.
        - Все в порядке, я пробовала когда-то кролика, по вкусу как курица, но видеть, как их живьем пожирают ирбисы, а потом такое блюдо могут подать на стол… - ее передернуло.
        - Привыкай, пока мы здесь. В следующий раз нам могут принести ушастого, запеченного под ягодным соусом и с тушеной морковкой в одном месте, - Матвей налил темной жидкости в кубок из принесенного графина. - Вот это я понимаю вино, а не та кислятина, которую я попробовал раньше.
        - Ты не успел оценить вкус местных ягод, - усмехнулся Кирьян, но к выпивке не притронулся, вместо этого он налил себе и Мирославе талой воды с зелеными листиками.
        - И что нас теперь ожидает? Она вроде бы согласилась помочь взамен на встречу с королем. Это возможно? - спросила Мирослава, аккуратно поедая курицу и вытирая пальцы салфеткой.
        Кирьян со звоном положил столовые приборы на тарелку и промокнул уголки губ:
        - Возможно. При других обстоятельствах нам бы следовало узнать у Его Величества Олексия, как он сам относится к браку с принцессой Севериной. Но я уверен, что он с большей вероятностью согласится, потому что на кон поставлено королевство и корона.
        - Верно, отец сделает все ради того, чтобы враги не смогли получить свое, - подтвердил Матвей. - Нужно отправить ему письмо.
        - Хватит и короткой записки прямо сейчас. Матвей, берись за перо, - Кирьян встал с кресла и взял из тумбы рядом с камином письменные принадлежности.
        - Что писать? - спросил принц.
        - «В качестве платы за оказанную нам помощь Ее Высочество Северина просит о личной встрече с вами для обсуждения дел, важных для обоих государств», - выведя последнюю строку, принц нахмурился, а Кирьян отобрал у него бумагу и оторвал исписанную половину. Разорвав ее на несколько мелких частей, он приоткрыл окно, подул на письмо, ветер подхватил кусочки, и они растворились в воздухе.
        - Что теперь? - спросил Матвей, отложив перо.
        - Ждем… - задумчиво ответил Кирьян, закрыв окно, потому что на рукава его костюма упали снежинки. Начался снегопад.
        Со щелчком в миску с салатом упал кусок пергамента.
        - А вот и ответ, быстро же Его Величество принял решение, - принц не успел взять письмо от отца, Кирьян уже держал его в пальцах, смахнув листик салата. - Согласен, а еще просит нас быть осторожными. Он подозревает, что за нами в северные земли могли отправить отряд наемников. В этом я и сам не сомневался, здесь не остров Буян, где мы были в полной безопасности, - он скомкал кусочек и бросил в камин, наблюдая, как огонь пожирает пергамент, превращая в черный прах.
        - Сколько дней мы проведем в царстве вечной мерзлоты? - спросила Мирослава.
        - Столько, сколько потребуется, - ответил Кирьян, нахмурив брови. Он начал расхаживать по комнате.
        - У нас есть план отступления, куда мы направимся дальше? - не выдержала Мирослава, чувствуя напряженность мага.
        - Кроме Ворожеи, нам больше некуда идти, потому что блудный сын должен вернуться домой и предстать перед королем и народом, тем самым показав, что он жив, здоров и готов выполнить долг принца - жениться на принцессе, но на какой именно, все узнают тогда, когда враг будет ликвидирован, а вместе с ним и неугодная невеста.
        - Но как же то, что принц должен жениться на магически одаренной? - Мирослава посмотрела на Кирьяна.
        - Кто сказал, что принцесса Лебедина недостаточно одарена? - удивился Кирьян.
        - Разве это не так? - настал черед Матвея удивляться.
        - Ваше Высочество, вы будто вчера родились. Только потому, что Распутин сказал, что принцессы Северина и Лебедина якобы не обладают магией, не говорит о том, что это чистая правда. Ему нужно было убедить в этом вас и вашего отца. Но на деле он мог лишь догадываться о способностях принцессы Лебедины, потому что с самого рождения она носа не показывала за пределы острова, ревностно оберегаемая сильным отцом. А как вы убедились, Черномор не слабый маг, по силе он превосходит Распутина, и наш советник прекрасно это знает. Как и то, что Черномор живет на закрытой территории, и ему нет дела до других - это слухи. Слух о том, что дочь короля слабая магичка - для Черномора пустое, потому что он сам выберет ей подходящего жениха, и ему нет дела до принца Ворожеи, как не было до сих пор. Но, к нашему счастью, Лебедина владеет средним уровнем магии, слабее Северины, но все равно у нее есть дар. А вот в способностях принцессы Забавы я как раз сомневаюсь. Быть может, она вообще не магичка, а обычная взбалмошная девчонка, охочая до власти, как и ее дядюшка.
        - А насколько сильна Северина? И почему в таком случае этот Распутин изначально не посоветовал ее в жены королю или Матвею? - спросила Мирослава.
        Кирьян перестал вышагивать и сел в кресло, постукивая пальцами по подлокотникам. Его что-то тревожило, но он этим не делился, периодически посматривая то на окно, то на дверь.
        - Северина сильна примерно так же, как была твоя мать, - он посмотрел на Матвея, и в его серо-голубых глазах появилось уважение. Нет, не к принцессе, а к той сильной и одаренной магией женщине, покойной супруге короля Олексия.
        В свое время королева внесла большую лепту в развитие Ворожеи и магического университета, в честь нее там установили памятник.
        - Но в качестве невесты принца Матвея она не подошла бы по одной причине - умная. Ею невозможно манипулировать, к тому же, за ней весь север и целый выводок снежных ирбисов, а эти звери очень мстительные. Они любят хозяйку больше, чем люди своих детей. Что касается короля, то Распутин потратил много лет, чтобы убедить Олексия в том, что ему нет необходимости жениться, и его удел - остаться вдовцом и нести бремя памяти о покойной жене. Иначе простой люд не поймет, как это так их король посмел вторично жениться. Ведь он так любил покойную.
        - Какая чушь и ханжество! - фыркнула Мирослава. - Они у вас тут что, с ума сошли? Представляю, какой бы у них был повсеместный шок от моего мира. Черт возьми, не хотела бы я у вас жить.
        - Да, в твоем мире мне понравилось куда больше, и Ариадна права, там больше свободы действий и выбора, - согласился Кирьян.
        - Неужели король так подвержен влиянию Распутина?
        - Слава, королевская жизнь очень непроста. Ты никогда не можешь думать о себе, своих желаниях, потребностях. У короля после смерти жены не было любовниц, он вел несколько монашеский образ жизни.
        - Кошмар, столько лет и без женщины, как он вообще остался в здравом уме?
        - Вот и я этому удивляюсь… - Матвей смущенно потупил взгляд, стараясь не смотреть на Мирославу с Кирьяном.
        - Не будем об этом, это личное дело Его Величества, - Кирьян пожал плечами и снова посмотрел на дверь.
        - Что такое? - Мирослава сделала большие глаза и кивнула в сторону двери.
        Матвей тоже повернулся туда, и все трое замолчали.
        - Я безумно устал, думаю, нам стоит лечь пораньше спать и обсудить все дела завтра! - слишком громко озвучил Кирьян, встав с кресла и оказавшись рядом с Мирославой. Он обнял ее за талию и прошептал: - Нас подслушивают.
        - Как? - одними губами спросила девушка.
        - Я наложил чары, и все это время их дергали, как струны арфы, кто-то пытался пробиться сквозь них, - тихо ответил он.
        Матвей нахмурился и хотел было подойти к двери, но Кирьян покачал головой.
        - Ты прав, стоит отдохнуть, - также громко проговорил принц.
        - Сегодня тебе придется побыть с нами в одной комнате, - сказал девушке на ухо Кирьян, касаясь губами ее щеки. У Мирославы по спине пробежали приятные мурашки, но она постаралась не отвлекаться. Сейчас не время.
        Девушка кивнула и сходила в комнату за вещами, сегодня они вряд ли будут раздеваться, и неизвестно что может произойти, лучше одеться и готовиться ко всему. Из шкафа Слава достала перчатки и сапоги, которые были ей великоваты, но пара толстых носков спасла положение. Также на вешалке имелось черное длинное пальто с разрезами на бедрах, глубоким капюшоном и высоким воротником, позволяющим скрыть лицо. «Видимо, чтобы в нем было удобно бегать и прыгать. Нам бы в Москву такую экипировку», - шубу она повесила на спинку стула ближе к батарее, а вещи, купленные в лавке, убрала в шкаф.
        На всякий случай, прихватив еще и подушку, она перешла в комнату мужчин. Матвей устроился на одной половине кровати, глядя в окно, а Кирьян ходил вдоль стены, проводя по ней руками.
        - Что ты делаешь? - спросила девушка, закрывая дверь и ставя сапоги рядом с кроватью. Пальто она положила на пуфик, там же лежала верхняя одежда мужчин.
        - Обдумываю план к отступлению, - на стене замерцали тонкие нити, преобразившись в паутину.
        - И как это сработает?
        - Легко и просто, сейчас ты ничего не увидишь, но в нужный мне момент все получится, а теперь ложись. Нам необходимо хотя бы немного поспать. Чувствую, ночь будет длинной, мы же на северных землях, - Кирьян пошел в ее спальню и, вернувшись оттуда через минуту, запер дверь на ключ.
        - Что ты там делал? - Мирослава укрылась одеялом, Матвей потянул за другой конец.
        - Создал твою иллюзию, она недостаточно сильная, но даст нам несколько минут форы, - он потушил свечи и упал рядом с ней, закинув руки за голову.
        Мирослава долго не могла уснуть, боясь пошевелиться, пока ей это не надоело, и она не разлеглась так, как ей было удобно.
        «Да, на этом ложе преспокойно может спать человек пять, а я волнуюсь. Подумаешь, с двумя мужчинами, к тому же, один почти женат», - через несколько минут она крепко спала.
        Кирьян открыл глаза. В белесом свете луны, едва проникающем в комнату, он всматривался в лицо Мирославы, пока осторожно не взял ее за руку. Девушка слегка сжала его пальцы и потерлась щекой о подушку.
        Ровно три часа Кирьяну потребовалось для того чтобы поспать, прежде чем его внутреннюю струну дернуло предчувствием опасности.
        Резко встав, он разбудил Матвея и Мирославу, девушка тут же бросилась обуваться и надевать пальто. Дверь замерцала под воздействием внешних чар и пошла трещинами, но то, как ее попытались магически выломать, троица уже не застала. Взявшись за руки, они выбежали из комнаты через зачарованный ход в стене. В коридоре поджидало четверо людей в черном, на некоторых из них красовались плащи с золотой вышивкой в виде треугольников, и Кирьян понял, что это маги. Сколько всего было человек - он не знал, времени на размышления не осталось, и они рванули в противоположную сторону, туда, где располагался выход из замка.
        Но им преградили путь двое ирбисов, рядом с которыми стояла принцесса Северина. Девушка несла ночной караул с копьем в руке.
        - Нападение! - гневно закричала она, но, не успев преградить им дорогу, была схвачена Матвеем за руку. Принц потащил ее за собой.
        В спину им полетели электрические шары, но Кирьян отразил их, и те ударили по стенам, оставив в камне изрядные вмятины. Осколки посыпались в разные стороны.
        - Закройте лица! - приказал маг, ему самому слегка задело лоб.
        - Что происходит?! - спросила Северина.
        - Прошу прощения, Ваше Высочество, но этих гостей мы не приглашали! - ответил Матвей, а за ними гнались ирбисы. Животные недовольно рычали, не понимая, куда уводят их хозяйку.
        - Есть место, где мы можем спрятаться? А лучше покинуть пределы замка? - спросил Кирьян, отбрасывая в сторону мчащихся за ними врагов порцией огненного града и одновременно прикрываясь защитной оболочкой. Это были не столько атакующие чары, сколько замедляющие, Кирьяну не хотелось тратить силы, потому что он не знал, что их ждет дальше.
        - Тронный зал! - скомандовала принцесса и уже сама потянула Матвея за собой. Из ее груди вырвалось рычание, но не простое, а такое, что животные остановились и бросились в атаку, призывая своих собратьев на выручку.
        - Боюсь, что кто-то их сюда пустил, сами бы они так легко не прошли и уж точно не поняли бы, куда нас определили на ночь, - поделился Кирьян. - У вас случайно нет врагов, жаждущих занять трон вместо вашего батюшки? Или, быть может, они устали от того, что ими тайно правит принцесса?
        Девушка недобро сверкнула взглядом:
        - Черномор проговорился? Знала, что мужчинам нельзя доверять.
        Они свернули за угол и остановились, переводя дыхание. Кирьян наблюдал, как животные расправились с двумя приспешниками, и те остались валяться в луже крови.
        - Если вы не примите решение, то боюсь, что вашим кошечкам несдобровать. Идете с нами в Ворожею или оставайтесь здесь и ищите предателя? - поставил ее перед выбором Кирьян.
        Было видно, что Северина не привыкла к подобному, но делать нечего. Сделка есть сделка, она своего слова не нарушит.
        - Закройте уши, сейчас будет шумно, - приказала она.
        Кирьян наложил на троих спутников чары, а принцесса набрала побольше воздуха в легкие, открыла рот… и по замку прошелся ее крик:
        - Измена! Стража!
        Стекла над ними лопнули. Секунда, вторая… стены задрожали, а в коридоре послышалась ругань наемников. Завязался нешуточный бой, из всех углов замка, подобно теням, появились защитники принцессы.
        Троица вбежала в тронный зал, а Северина замерла посреди коридора и с отвращением наблюдала, как ее стражники борются со своими собратьями. Как она могла быть так слепа: пропустить заговор под собственным носом? Где она просчиталась?
        - Убейте ее! Убейте! - закричал стражник в черной маске, его голос был ей знаком - один из хранителей покоев отца.
        Ей в грудь понеслась стрела, но Северина не была слабой и беззащитной девушкой. Изо льда она сотворила толстый щит, в котором застрял наконечник.
        - Предатель! - процедила она, гордо вскинув подбородок. Ее белоснежные волосы рассыпались по плечам, во второй руке она зажгла голубоватый шар и бросила его в хранителя. Мужчину отбросило на стену, впечатав в камень, по которому он сполз на пол, оставив кровавую полосу.
        - Схватить предателей, они убили короля! - взревел другой стражник. - Принцесса вместе с ними!
        Девушка задохнулась от злобы и возмущения, хотела броситься на него, но сзади ее подхватил Кирьян и потащил в тронный зал. Принцесса извивалась и рычала, подобно ирбису, пока за ними не захлопнулись двери, а ее не толкнули к стене.
        - Успокойтесь! Принцесса вы или истеричная баба?! - рявкнул Кирьян, сверля ее строгим взглядом. - Мертвых не воскресишь, а нам необходимо выбраться. Отсюда есть выход? Уверен, что да… уж больно необычно сделан пол. Такую паутину нельзя не узнать, - он постучал ногой по черным плитам.
        В этой мгле пустой трон казался еще более одиноким и заброшенным. Король мертв, убит заговорщиками.
        - Да, выход есть. Подземные тоннели.
        В углу раздался скрежет и цокот, к ним вышли двое мужчин с обнаженными мечами и пара ирбисов.
        - Стоять на месте, убийцы короля!
        - Лорд Ивер, генерал Келер, - принцесса вышла вперед, закрыв своих спутников.
        - Отойдите, принцесса, они убили вашего отца! - приказал генерал, седовласый мужчина с резким, словно высеченным из мрамора лицом без единой морщинки. В серых глазах плескалась ненависть и решимость отомстить.
        - Они ни в чем не виноваты.
        В дверь зала забарабанили. Раздались крики: «Откройте, выломайте двери!»
        - Тогда кто? - спросил лорд Ивер. Один ирбис зарычал; оба зверя обогнули троицу, обнюхивая, и даже лизнули их ладони, после чего спокойно подошли к принцессе и улеглись у ее ног.
        - Не может быть! Но лорд Кастилион уверял нас в обратном! - прошипел генерал, не спеша убирать меч.
        - Полагаю, вас всех умело ввели в заблуждение. Думается мне, что этот ваш лорд Кастилион каким-то образом понял, что король Ледоник слаб умом и не в силах управлять государством. Зато есть принцесса, которая скрывает факт того, что она давным-давно взяла бразды правления в свои руки, - пояснил Кирьян, глядя на дверь, которую пытались выломать. - Он и есть главный убийца, а также изменник, он под шумок провел сюда наших врагов.
        - Я считал, что о вашей женской хитрости знает только Черномор…
        - Моего врага мы определи, но кто же ваш? - принцесса сделала глубокий вдох.
        - Советник его величества Олексия - Распутин. Видимо, нынче в моде покушения, узурпация власти, - Кирьян развел руками. - Кто бы мог подумать, я-то считал, что это угрожает только Ворожее, но и у вас, Ваше Высочество, все не так спокойно.
        - Признаюсь, герцог, я тоже не в восторге от подобной новости.
        - Как для принцессы, потерявшей отца во время дворцового переворота, вы держитесь очень хладнокровно.
        На это девушка предпочла промолчать.
        - Так вы идете с нами к своему жениху или остаетесь и разбираетесь с врагами севера? - спросил ее Кирьян. - У нас мало времени на размышления, от этого зависит жизнь принца Матвея.
        - Моя королева, пусть наши воины ненадолго увидят вас… раненой, а дальше мы все сделаем сами. Верно, лорд Ивер? - предложил генерал.
        - Да, но раз ваши спутники действительно ни в чем не виноваты, и мы убедились в этом благодаря нюху наших ирбисов, предлагаю всем скрыться в потайной комнате.
        Второй раз троицу просить было не нужно. А пока они прятались за толстыми стенами, наблюдая в небольшое окошко за происходящим в зале, принцесса Северина правдоподобно и прекрасно разыграла жертву покушения. Она разлеглась на полу, удобно устроив голову на коленях у лорда Ивера, рядом лежали ирбисы. На всех принцесса навела сильную иллюзию: теперь ворвавшиеся увидят лужи крови.
        - Изменница! Ее убили собственные подельники[1], я знал, что принц Матвей со своим магом Кирьяном что-то задумали! Несчастный наш король! - причитал лорд Кастилион, как только двери зала сломали, и заговорщики ворвались внутрь.
        - Да, так и есть, было задумано страшное против короля Ледоника и всего северного королевства! - воздев окровавленные руки к потолку, заговорил лорд Ивер, драматично пуская слезу. - Услышьте меня, братья по оружию! Нашего короля действительно убили заговорщики, лизоблюды[2], те, кому он доверял! А затем подослали убийц к его дочери, осквернили ее благородство и чистоту помыслов! Тот, кто обманом и корыстью завладел вашими умами, вот он истинный убийца - лорд Кастилион! - Ивер направил на него палец, и взгляды собравшихся скрестились на нем и его приспешниках.
        Сзади подходили новые стражники и ирбисы, звери рычали, теснили врагов, окружая кольцом. Как оказалось, мятежников было не так много, человек пятнадцать.
        - Взять их! Схватить! - прогремел генерал. - Ирбисы признали в них врагов, их нюх невозможно обмануть! Они убили короля и нанесли тяжелую рану принцессе, она едва дышит!
        - Принцесса! - послышались голоса стражников со всех сторон.
        - Ваше слово, моя… королева, - проговорил генерал, склонившись перед ней на одно колено и опираясь на меч.
        - Казнить… - проговорила она, откашливаясь кровью и мстительно глядя на предателей. - Убийцы.
        - Вы слышали? Схватить предателей! Лекаря, срочно!
        Когда в зал вбежал слегка запыхавшийся старик с длинной бородой, генерал гаркнул, чтобы все лишние выметались, и с помощью магии починил двери.
        Повесив на них чары против прослушивания, Келер подошел к лекарю и, положив руку на плечо, проговорил:
        - Крепитесь, старина Павен, все будет не так, как обычно.
        - Чтоб мою душу прибрал ледяной дракон, сколько же крови она потеряла! - он хотел было притронуться к разорванной груди принцессы, но девушка спокойно встала на ноги и, отряхивая пальто от пылинок, тяжело вздохнула.
        - Я думаю, что стоит застелить пол ковром, да потолще, лежать на нем - не беречь здоровье, а ведь я планирую родить наследника.
        Лекарь раскрыл рот и смотрел на принцессу, как на призрака.
        - Ну что вы, лекарь Павен, спокойно, это всего лишь иллюзия, - принцесса усмехнулась и, встряхнув волосы, обрела первоначальный чистый и здоровый вид без крови и раны.
        - Ледяной дракон… - пролепетал лекарь, касаясь рук принцессы. - Пульс в норме, пресвятая Кальпурния, но как, для чего?
        - Старина, тебе ли не знать. Ты слышал, что произошло? - генерал похлопал его по плечу.
        - Да, но я полагал, что это гости из Ворожеи затеяли темное дело…
        - Это ересь, мой друг, - отметил лорд Ивер. - Наш общий друг Кастилион устроил небольшой дворцовый переворот, нужно было спасать репутацию принцессы и наших гостей, кстати… Ваше Высочество, куда это вы отправились на ночь глядя? Вы опять самостоятельно несли дозор?
        - Лорд Ивер, я принцесса и должна делать то, что и мои солдаты. Чем я отличаюсь от них? Ничем. Нести службу и надзор за замком отца - моя обязанность.
        - Помилуйте, моя госпожа, но вы ведь принцесса, а не солдат. У вас столько стражников, что нет никакой необходимости изводить себя дозорами, - увещевал Ивер, умоляюще глядя на генерала. - Это вы виноваты, с детства обучаете своим солдафонским штучкам!
        - Я? Да если бы не мои уроки, что бы сейчас с ней было? Вы получили бы изнеженную барышню, а не воительницу! - генерал выпятил грудь, смахивая прядь волос назад.
        - Господа, я прошу вас. Сейчас не до споров, у меня серьезные новости: я покидаю северные земли, но ненадолго. Мне нужно наведаться к будущему супругу.
        - Как, вы выходите замуж, но за кого? Кто этот смелый мужчина? - спросил лорд Ивер.
        - Сейчас необходимо решить вопрос с этими интриганами, ничтожными слизнями, погаными… - распалялся генерал.
        - Я выхожу замуж за короля Ворожеи Олексия. И вместе с его сыном и герцогом Кирьяном мы отправляемся туда. Сейчас Ворожея стоит на краю гибели. Советник Распутин хочет узурпировать трон и убить всех членов правящей семьи. Я не заметила изменников в собственном доме, с Ворожеей мы не можем допустить подобного. Сообщите всем, что наши гости проведут время со мной и убудут рано утром телепортом. Иллюзии вам в помощь.
        - Но, Ваше Высочество, как же безопасность, ведь вы совсем одна… - пролепетал лекарь. - Ваше здоровье, если уж вы собрались замуж и завести ребенка, необходимо беречь вдвойне, а то и втройне.
        - Не переживайте, Павен, я пойду не одна. Что касается вопроса о судьбе изменников, то здесь я полностью полагаюсь на вас. Лорда Кастилиона и других заговорщиков ждет смертный приговор - это все, на чем я настаиваю, с остальными солдатами разбирайтесь по собственному усмотрению, они находятся в вашем ведении, генерал. Рассчитываю на вашу проницательность, - она положила руку на плечо Келера. - В мое отсутствие вы трое будете разыгрывать драму о моем ранении, от которого я нахожусь на грани жизни и смерти. Никого не подпускать, при необходимости использовать сильную иллюзию и… разрешаю поцеловать себя на прощание, - она впервые широко улыбнулась.
        - Все будет исполнено, моя королева, - лорд Ивер первым заключил ее в объятья, по-отцовски поцеловав в лоб. - Но прошу вас не затягивать с возвращением, второй переворот нам без вас не пережить.
        - Покажите им там, где раки зимуют, - генерал поднял ее над полом и тоже поцеловал в лоб. - Я воспитал из вас настоящую воительницу, не дайте себя одурачить, особенно комплиментами от короля Олексия. Хотя в нем, как в достойном для вас мужчине, я уверен.
        - Вот, Ваше Высочество, от… сами знаете. По календарю как раз на подходе, - лекарь вручил ей мешочек с несколькими флакончиками.
        - Создавайте свою иллюзию, лорд Ивер, - недовольно пробурчал генерал.
        - Могли бы и сами, вы в этом деле более опытны, - парировал Ивер.
        - Господа, поторопимся, иначе придется создать не иллюзию живой принцессы, а уже покойной. Давайте опираться на лекарские показатели и придерживаться реального времени.
        Наконец троица вышла из потайной комнаты, и они сплотились вокруг принцессы.
        - Руки и ноги не раздвигать, там длинный тоннель, и в конце сгруппируйтесь, - предупредила Северина, глядя на Кирьяна, Матвея и бледного Мирослава.
        Не успели они о чем-то спросить, как паутина пола исчезла, и они упали в черный колодец-тоннель, понесший их тела по извилистым проходам, как санки с горы.
        [1] Подельник - (жарг.) тот, кто проходит по одному уголовному делу с кем-либо; (разг.) то же, что компаньон.
        [2] Лизоблюд - (устар. презр.). Человек, который прислуживается к кому н., подхалим.
        Глава 10
        Когда свет над их головами иссяк, Слава поняла, что наступила ночь.
        - Лучше дойти до следующего тоннеля, ночевать опасно - потолок из тонкого льда, в любой момент может обвалиться, - предупредила принцесса.
        Из последних сил Мирослава пошла следом. Она не ждала, что сегодня вообще будет спать, но в рюкзаках нашлись хитро сложенные спальники, которые девушка поначалу приняла за несколько тонких рулонов. А когда голова Славы коснулась плоской подушки, девушка забылась крепким сном. Рядом с обеих сторон устроились Матвей и Кирьян. Принцесса предпочла спать отдельно. Но спустя полчаса Кирьяну надоело слушать непрерывные шорохи со стороны принцессы. Маг встал и, взяв Северину в охапку с ее спальником, перенес к ним поближе и уложил рядом с Матвеем, чтобы ей было теплее.
        Девушка хотела возмутиться, но спутник шикнул на нее, и принцесса притихла. Нет ничего такого в том, чтобы спать рядом с сыном будущего мужа. Ее с Кирьяном защитное поле проработало всю ночь, и на утро они были магически истощены.
        На завтрак - все те же хлебцы и вода. Для умывания в рюкзаках нашлось подобие влажных салфеток. Именно так Мирослава назвала кусочек ткани, который, стоило закончить протирания, растворился в ладонях, оставляя ощутимый запах кондиционера для белья. Карты у них не было, и все ориентировались на Северину и одной ей ведомые знаки, указывающие правильное направление.
        День прошел без происшествий. Странно, но на пути никто не встретился, даже намеков на подземных существ не было. Мирослава ненадолго расслабилась, надеясь, что оставшийся путь будет таким же спокойным.
        Но на третью ночь от роскоши под названием сон им пришлось отказаться. Они попали в настоящий кокон из паутины, которая опутала с ног до головы. Северина и Кирьян заплели волосы в тугие косы и убрали под капюшон.
        - Здесь может быть паучья колония, - шептала принцесса, держа копье наготове.
        Матвей с Кирьяном также обнажили оружие, Мирослава старалась не отставать.
        Сквозь толщину стен пробивался шорох и пощелкивание, от чего у Славы перехватывало дыхание.
        - Они плетут паутину и создают коконы для выращивания потомства. Если поймать детеныша, то он станет отличным домашним питомцем, и его можно будет использовать вместо лошади. Наши охотники их истребляют, как только пауков становится больше положенного, и они начинают представлять опасность для королевства, - рассказывала Северина, пока они быстро продвигались вперед. - Наше счастье, что мы путешествуем не в брачный сезон, иначе с большой вероятностью могли бы остаться без головы.
        - Ваши слова успокоили меня, - скептично сказал Матвей, а чуть позже все звуки исчезли. На выходе из «царства» пауков принц рассек мечом полог из паутины, и коридор оглушил ужасный звук, как будто кто-то провел железкой по грифельной доске.
        Все зажали уши, вжимаясь в стены и приседая. Вдруг на Матвея набросился белый паук. Его жвалы были из прозрачного льда, но далеко не такими хрупкими. Они оставляли на каменном полу глубокие царапины.
        Кирьян запустил в паука электрический разряд, сбив его с принца. Мирослава кинулась поднимать его, у нее дрожали руки, ведь еще секунду назад она думала, что это чудовище если не раздавит Матвея, то действительно оторвет ему голову.
        Паук лежал лапками кверху. Северина подскочила к нему, на ходу размахивая чем-то длинным, и обвязала вокруг головы. Кирьян понял ее задумку и помог перевернуть насекомое.
        Девушка села на голову паука и положила ладони над четырьмя нижними глазами.
        - Ты мне послужишь, дружок, - процедила принцесса, насылая на него подчинительные чары. - И отвезешь нас куда следует, иначе я размажу твою башку.
        Она не отводила взгляда, стараясь не нарушать зрительный контакт, и держала руки раскрытыми, словно хотела поймать чудовище в свои объятья и не отпускать. Острый наконечник копья сверкал, слепя пауку глаза.
        - Взбирайтесь на него, пока его дружки не подоспели, - скомандовала принцесса.
        Матвей с Мирославой осторожно влезли на паука, позади сел Кирьян.
        - Умница… - она погладила монстра между глаз, и тот блаженно прикрыл их, щелкнув жвалами.
        ***
        Тряска верхом на пауке продолжалась всю ночь. Мирослава не понимала, какое сегодня число, день недели и время. Все смешалось в дурацкий водоворот. И она мечтала, чтобы это закончилось, иногда сожалея о том, что черт дернул ее отправиться с парнями.
        «Разве мне было плохо дома? Сидела бы спокойно на кухне, строчила на ноуте статейки, и все было бы отлично. Нет же, захотелось приключений на одно место, и что теперь? Если вернусь домой, то в ближайшее время точно никуда не поеду».
        Наконец тряска закончилась, и Кирьян помог слезть с паука: ее пришлось едва ли ни силой отцеплять от него, потому что за много часов руки и ноги онемели. Пытаясь не упасть, Слава оперлась о стену, пока принцесса Северина как ни в чем не бывало снимала с паука упряжь из белесой веревки и отпускала на волю. Последнее, что в тусклом свете увидела Мирослава - как их транспорт со всех лап убежал обратно, скрывшись во мраке тоннеля.
        - Устроим привал, - проговорила Северина, но по ее голосу было слышно, что принцесса тоже устала, хоть и тщательно скрывает это, чтобы не показывать слабости.
        Мирослава помогла Матвею со спальными мешками и указала пальцем на свое запястье, принц все понял и ответил:
        - Скоро будет полдень, но здесь мы его не увидим.
        Слава немного успокоилась и как легла на подушку, так и уснула. Она не слышала разговора мужчин с принцессой, не видела, как Кирьян внимательно смотрит на нее. Её окружали только сны, полные пауков и колодцев, в которые она все прыгала и прыгала, пока резко не проснулась. Вокруг стояла мертвая тишина, ее попутчики спали. Во сне лицо Кирьяна стало немного детским и беззаботным, разве что серебристые волоски седины в белоснежных волосах говорили о том, что он давно не ребенок.
        Стараясь не шуметь, Слава выбралась из спальника и пошла к голубоватой стенке с защитным полем; пройдя сквозь нее, девушка свернула в боковой коридор и отошла к камням по нужде, радуясь, что в этой части тоннелей температура повысилась, и не было необходимости носить теплое пальто.
        Всматриваясь в полумрак, прислушиваясь к звукам, Слава провела ладонью по влажной стене. Сверху вместо потолка был лед, в некоторых местах сквозь трещины стекали тонкие ручейки талой воды. Они сбегали в желобки вдоль пола и растекались в разные стороны. Остаток привала девушка потратила на то, чтобы умыться влажными салфетками и привести себя в порядок. Хотя ничто ей не заменит настоящего душа, о котором она мечтала разве что не больше, чем об удобной кровати.
        ***
        Дальше они шли пешком, минуя то слабо освещенные, то совсем темные коридоры, пока не остановились посреди развилки. Пути уходили в разные стороны, и принцесса Северина задумчиво нахмурилась.
        - Не припомню, чтобы здесь было четыре тоннеля.
        Кирьян попытался создать магический шар, но у него ничего не вышло, и впервые на лице мага Мирослава увидела некое подобие страха.
        - Аномальная зона. Магия здесь не действует. Мы не сможем пустить «следилки» в коридоры. Остается только двигаться по наитию, - проговорил он, сжимая руку в кулак.
        - Это меня и беспокоит. Здесь могут водиться любые существа. Идти по одиночке нам тоже не стоит. Лучше по парам. Так мы быстрее исследуем коридоры, и у каждого будет по напарнику, - предложила принцесса.
        - Это не опасно? - спросил Матвей. Идея ему не нравилась, но он понимал, что так их шансы найти спасительный выход увеличиваются. Между ним и Кирьяном с Мирославой была нить, и они найдут друг друга, даже если находятся в зоне, где магия не действует.
        - Мирослав, пойдешь со мной, - скомандовал Кирьян, и Слава послушно шагнула к нему.
        - Ваше Высочество… - обратилась принцесса к Матвею.
        - Почту за честь, но мы не прощаемся, - принц помахал друзьям рукой и направился следом за Севериной.
        Мирослава смотрела ему в спину, пока мрак не скрыл уходящих.
        - Пойдем, нам нужно найти выход, иначе без магии долго здесь проплутаем, - поторопил Кирьян и вошел в другой тоннель.
        Мирослава брела рядом, тяжело вздыхая, пока Кирьян не обернулся:
        - Устала? - в полумраке она не видела цвета его глаз, только легкий блеск.
        Мирослава покачала головой, и мужчина улыбнулся:
        - Сейчас можешь говорить, нас никто не услышит.
        - Когда мы выберемся отсюда?
        - Полагаю, что скоро, как только принцесса сориентируется и поймет, какой из тоннелей нужный.
        Девушка отвела взгляд и кивнула:
        - Поскорее бы…
        - Я вижу, это не все, что тебя тревожит… - он встал так близко, что Мирослава уткнулась носом ему в грудь, а затем подняла взгляд.
        - Сожалею о том, что отправилась в это путешествие. Все здесь необычное и непривычное для меня. Я боюсь сделать что-то не так, чтобы не навлечь на вас позор или беду. И мне страшно.
        Лицо Кирьяна было непроницаемым, пока он не прижал ее к себе:
        - Вряд ли мои слова тебя утешат, я не мастер успокаивать девушек, попавших в беду.
        Мирослава рассмеялась и осмелилась обнять его за талию:
        - Все в порядке, просто надо было высказаться. Я не из тех, кто распускает нюни.
        Маг улыбнулся и взял ее за руку. Они пошли вперед.
        В это время в соседнем тоннеле Матвей шагал рядом с принцессой Севериной. Они сохраняли полное молчание, пока Матвей не нарушил его:
        - Не хотите поделиться тем, что привлекло вас в моем отце?
        Принцесса долго молчала прежде чем ответить, затем резко повернулась, вперив в спутника прищуренный взгляд и проговорила:
        - Вы поверите мне, если я скажу, что это была любовь с первого взгляда?
        Матвей пожал плечами:
        - Возможно, если вы ответите на мой вопрос. Я ведь не спрашивал о ваших чувствах, а о том, что привлекло вас в короле Ворожеи.
        - Смелость. Он не был похож на всех тех, кто просто разглагольствует. Молчаливый, говорил только по делу, без подобострастия к моему отцу. Все вопросы решались четко и ясно. Лорд Ивер и генерал Келер как-то раз сказали: «Вот тот мужчина, который по праву заслужил звание короля. Корона на его голове не для красоты, она там потому, что он истинный правитель». И я с ними согласна.
        - Слова ваших… подчиненных возымели на вас такое сильное действие, или это был спланированный маневр?
        Принцесса стиснула губы, она злилась:
        - Вовсе нет. Они воспитали меня, но не приделали свою голову. Я… прониклась настоящими чувствами к вашему отцу. С вами или без вас, я все равно бы прибыла к нему вместе с посольством. Даже если советник Распутин взял бы верх, я была бы готова пойти на риск, дабы спасти вашего отца и, естественно, вас.
        - К чему такие жертвы? Где же здоровый эгоизм, желание не влезать в чужие проблемы, отказать в помощи соседям? - Матвей с усмешкой сложил руки на груди. Эта гневная ледяная дева вызывала симпатию. Сейчас она говорила жарко, вопреки привычной сдержанной холодности.
        - Не думайте, что все такие, как Распутин, - это было все, что принцесса ответила, после чего резко развернулась и, сделав шаг, провалилась в появившуюся под ногами трещину.
        Матвей бросился к краю, но ничего, кроме эха от крика девушки, не услышал.
        - Северина! - позвал ее. Но ответом стала тишина. Увидеть что-либо в этой дыре было невозможно.
        - Кирьян! - он окликнул друга.
        Сзади послышался топот, и перед ним возникли запыхавшиеся друзья.
        - Мы нашли выход, - проговорил Кирьян, а затем увидел дыру в полу. - Проклятье, что произошло?
        - Видимо, тут поработали снежные черви, вырыли дыру, чтобы такие путники как мы прибыли в их пасть без лишних проблем. И что теперь?
        - Я без магии и не могу определить, жива она или нет, но по крайней мере мы знаем, где выход.
        - Вы нашли выход? Как-то быстро…
        - Это все тяга Мирославы к солнечному свету. Мы заметили в ледяном потолке широкую расщелину, я помог Славе подняться, и оказалось, что могу протиснуться туда сам.
        - С твоей комплекцией найти широкую лазейку - это еще та беда, - Матвей нервно стучал ногой по полу. - С ней-то что делать? Нельзя же бросить Ее Высочество там одну-одинешеньку. Почти родственница… будущая мачеха.
        - Нельзя, но и прыгать туда нам не с чем, разве что, - Кирьян улыбнулся. - Есть идея, но она вряд ли тебе понравится.
        - Говори, как есть, - поторопил принц.
        - С помощью связующей нас нити спустить кого-нибудь.
        - А это возможно? - спросила Мирослава.
        - Да, но, боюсь, придется туда полезть кому-то, у кого нить прочнее всего.
        Слава с принцем переглянулись.
        - Давай я пойду, - вызвалась она.
        - Нет, не вздумай! - Матвей взял ее за руку. - Это опасно.
        - Не опаснее, чем если туда пойдет Кирьян, и мы останемся без магической поддержки? Как ты собираешься вернуться в Ворожею, спасти короля и самого себя без доверенного мага?
        На это принцу нечего было возразить.
        Кирьян подошел к ней и положил ладонь на живот, как если бы пытался ощутить там нечто живое. Он нахмурился и был явно недоволен. Наконец, его пальцы зацепились за что-то невидимое, и он притянул Мирославу к себе. Девушка почувствовала, как ее живот сдавливает, но не душит.
        - Вот она, Матвей, протяни руку, - скомандовал маг и, стоило принцу раскрыть ладонь, как он тут же сжал нить в кулак, как будто намотал ее.
        - Я ее чувствую, но не вижу. Странно… - он усмехнулся.
        - А теперь, Мирослава, слушай внимательно. Мы спустим тебя туда, по возможности старайся держаться за выступы на стенах. Как только окажешься внизу, дерни за нить, и мы поймем, что ты на месте. Дальше нить потянется следом за тобой, пока ты будешь искать принцессу Северину, и когда найдешь, снова дерни.
        - Поняла, - она кивнула и повернулась к провалу в полу.
        Мрак скрадывал его, образуя черную дыру. Ей было страшно. Но если бы она видела дно, было бы еще хуже.
        Присев на край, девушка свесила ноги.
        - Будь магия здесь активна, я бы запустил поисковые чары, и мы нашли принцессу, - прошептал Кирьян, погладив ее по затылку и заглянув в глаза.
        - Знаю, - девушка откинула голову назад, стараясь продлить мимолетную ласку, пока мужские пальцы касались ее кожи. - Я не собираюсь там сгинуть, поэтому, если что, тяните меня обратно как можно быстрее. У нас здесь не драматический сюжет, и дракона нет.
        Кирьян улыбнулся, Матвей ободряюще похлопал по плечу:
        - Давай, сестренка, мы в тебя верим. Кто еще будет готовить мне блинчики на завтрак.
        - Жена, кто же еще, - с улыбкой ответила Мирослава, и ее стали осторожно спускать вниз.
        Она едва скользила ладонями вдоль стены, пытаясь нащупать ногами выступы. Их было не так много. «Как только Кирьяну удалось их разглядеть! Ничего же не видно. Маг, одним словом, а точнее кот по кличке Владыка!» - она мысленно подбадривала себя, пока ступни не коснулись мягкой рыхлой поверхности. Это оказался пушистый снег. «Упав на такой, принцесса явно не разбилась. И пахнет чем-то знакомым, не то морем, не то чем-то похожим…» - она прижала ладонь ко рту и сдавленно чихнула.
        Оказалось, здесь не так высоко, но мешала непроглядная тьма.
        - Дерни за веревочку - дверь и откроется… - шепча под нос, Мирослава так и сделала, ощутив, как от живота вверх по нити пошла вибрация.
        Она съехала по сугробу и ступила на шероховатый ледяной пол. Чуть дальше, в паре шагов от нее можно было заметить освещенный белесым светом тоннель.
        «Тот, который мы с Кирьяном нашли, оказался не совсем выходом, скорее удачной расщелиной в потолке, а что же здесь… Как устроены все эти пещеры? Только бы не нарваться на насекомых, я и так их не выношу», - она поправила перчатки на руках и двинулась вперед.
        - Как думаешь, она найдет принцессу? - Матвей сидел на краю, свесив ноги и вглядываясь во мрак.
        Кирьян вместо того чтобы смотреть туда, широко раздувал ноздри, принюхиваясь и прислушиваясь, как кот. Ему не хватало только прежних ушей и подергиваний хвоста.
        - Скорее да, чем нет. Ты ничего не чуешь?
        - Нет, я что, похож на Бегемота?
        - Нисколько. Но мое чутье прекрасно работает.
        - Это потому, что ты маг, а вы все чокнутые.
        Кирьян усмехнулся, в словах друга была правда. Аномальная зона не позволяла колдовать, но у него остались инстинкты и навыки. Он не видел нить на теле Славы, но интуитивно ощущал ее, как и Матвей. Это было совершенно другой магией, той, которой обладают только взаимные чувства между людьми, и ни одна аномалия этому не помешает.
        - Мне кажется, или сзади нас что-то ползет? - Матвей нервно обернулся, всматриваясь в темноту.
        - Боюсь, не кажется, прыгаем! - Кирьян схватил его за руку, и они полетели в черную дыру.
        Сверху них по тоннелю пробежало нечто длинное и массивное, раздавливающее острыми шипами окружающие стены и оставляя на них глубокие вмятины и трещины. Потолок в некоторых местах обвалился, а упавшие камни перекрыли пол. Выхода обратно не было. Снежный червь продолжил путь в поисках того аппетитного запаха еды, который учуял, но, не найдя никого, скрылся в соседнем тоннеле, где под потолком зияла найденная Кирьяном и Мирославой трещина.
        Лед сверкал под лучами солнца, переливаясь всеми цветами радуги. Сквозь трещины виднелись кусочки чистого голубого неба без единого облака. Под их ногами простиралась граница между северными землями и королевством Ворожея.
        Глава 11
        Приземлившись в мягкий сугроб, принцесса Северина еще долгое время пролежала на спине, раскинув ноги и руки в разные стороны. Она была ошарашена падением и тем, что осталась цела, ничего не сломав. «Я жива!»
        Она осторожно встала и соскользнула с горки на землю. Постучав острием копья по ледяной поверхности, она подняла взгляд вверх - ничего, кроме мрака. «Надеюсь, Его Высочество справится».
        Вперед уходил ледяной тоннель, освещенный белесым светом, падающим с потолка. Коридор вывел её в огромную пещеру, светлую до рези в глазах. Такой Северина никогда еще не встречала, а ведь она не раз вместе с генералом Келером обходила свои владения. Принцесса и будущая королева обязана знать родные земли от и до.
        Но это место оказалось абсолютно уникальным: от серебристо-белого до кристально-голубого оттенка стены с ледяными узорами поражали воображение, словно здесь обитала кудесница, выткавшая магическими нитями разноцветное покрывало и укрывшая им каждый сантиметр пола и стен. Сталагмиты[1] разной формы напоминали закованных в лед живых существ.
        «Если я когда-нибудь умру, то пусть меня похоронят именно здесь», - ее слуха коснулось журчание воды и чей-то вздох, будто за одной из ледяных стен сидел кто-то, кого давно позабыли. Северину одолело странное чувство тоски, но по кому?
        - Рина… - эхо женского голоса перешло в нежную песню[2], которую пела ей в детстве мама.
        Легкий порыв ветра всколыхнул снежную пыль, и появилась женская фигура. Если бы Северина не узнала ее, то подумала, что смотрит на собственное отражение. Но нет. Вот тонкие морщинки залегли в уголках немного раскосых серебряных глаз в обрамлении заледеневших ресниц. Белоснежные волосы укрывают плечи, тянутся вдоль бедер. К ней протянули полупрозрачные руки. Шаг, другой, и она чувствует крупицу тепла, аромат морозного утра, каким всегда пахли мамины волосы, когда она приходила в спальню маленькой Северины и будила ее.
        Принцесса чувствовала, как по ее волосам скользят в знакомом движении материнские пальцы, гладят по плечам; затем женщина заглядывает в ее глаза и улыбается так, как может улыбаться только мать - со всей теплотой, нежностью и одновременно тоской по оставленному наедине со своей болью ребенку.
        - Мама… - прошептала Северина, роняя на пол слезы, разбивавшиеся о лед замерзшими крупицами. - Ведь ты погибла в экспедиции…
        - Так и есть, - она перебирала волосы дочери.
        - Это магия? - Северина сделала шаг назад, затравленно озираясь по сторонам.
        - Древняя сила, соединившая мою душу с тем, кто когда-то служил твоему деду, королю Ледышу. Пойдем, я покажу тебе… - женщина протянула руку, и пальцы Северины прошли сквозь нее. Дух матери манил за собой в соседний грот с озером, где в прозрачной воде на бирюзовом дне лежал спящий дракон. Половина его могучего туловища возвышалась над поверхностью, укрытая широкими кожистыми крыльями. Он спал крепким сном, из его ноздрей шли большие пузыри.
        От удивления Северина едва не выронила копье.
        - Как такое может быть… - прошептала она, обходя величественную рептилию, того, кто когда-то был предан достойнейшему из правителей северных земель.
        - Он спит здесь с тех пор, как умер твой дед. И проснулся лишь однажды, чтобы забрать мою душу и не дать ей пропасть среди льдов и холода ночи. Мое тело погибло, но не душа, - вещала королева Аликанта, подходя к морде дракона и опуская на нее ладонь. Животное рыкнуло, но не очнулось.
        Этот дракон с белоснежной чешуей, по бокам переходящей в синюю, был из древних сказаний, известных в разных королевствах. На полу под ногами Северина увидела множество разбросанных чешуек.
        - Почему он осыпается? - спросила она.
        - Потому что ему одиноко, он тоскует по своему хозяину и верному другу. Кроме меня, с ним больше никого не было. Он спал много лет и проснулся, когда почувствовал смерть твоего отца. Это вытащило его из сна, полного одиночества и печали. Его сердце нуждается в огне, так же, как и твое, - королева погладила дракона вдоль сомкнутых век и обняла за шею, насколько ее могли обхватить женские руки.
        - Как мне его пробудить? - Северина подошла еще ближе.
        - Капни в воду своей бесценной крови, и дракон очнется. Ты станешь его новой хозяйкой.
        Северина стянула с руки перчатку и, вытащив из сапога нож, проколола палец - вмиг выступила кровь. Журчание воды усилилось, ветер всколыхнул ее волосы, капля сорвалась и с громким всплеском упала в воду, как если бы это был большой камень. Длинный сине-белый хвост дракона зашевелился на дне, дракон выпустил из ноздрей пузыри воздуха и поднялся на поверхность.
        Треск льда - и по стенам пошли глубокие трещины, пещера в любой момент могла обрушиться. Северина пригнулась под градом осколков, осыпавшихся на нее сверху.
        Древние сталактиты ломались от движений когтистых лап и крыльев.
        Дракон развернулся и пополз в противоположную сторону, где стены и потолок расширялись настолько, что мог бы пройти настоящий великан. Северина шла следом, пока не выбралась на равнину к усыпанному звездами ночному небу.
        «Выход!» - возликовала она и сделала несколько шагов за драконом, который дышал полной грудью и постепенно приходил в себя.
        - Там мои спутники! - окликнула она и остановилась, собираясь повернуть обратно.
        «Не тревожься за них. Они найдут выход», - прозвучал рычащий голос в ее голове. Это был дракон. Он смотрел на нее большими раскосыми глазами, в которых отражались звезды. Гигант вдыхал ее запах.
        - Ты понимаешь меня, а я тебя, - удивленно проговорила девушка, выставив руку вперед. В ладонь уткнулась горячая морда, но не шершавая, как она думала, а гладкая, как кожа змеи.
        «Безусловно. Я стар, но не глух и не слеп. Все это время со мной была душа твоей матери. Сейчас, когда ты рядом - она растворилась, обретя покой».
        «А если я буду мысленно с тобой говорить, ты тоже услышишь?» - озвучила Северина немой вопрос - дракон согласно кивнул, расправляя крылья и готовясь взлететь.
        «Я долго спал, и мое тело нуждается в полете, а ты жди… я слышу шаги твоих спутников», - с этими словами он взмыл в воздух, просыпав на Северину снежную крошку. С равнины подул сильный ветер, всколыхнув волосы принцессы, и она быстро натянула на голову капюшон.
        - Ваше Высочество! Вы целы?! - к ней из пещеры бежали принц Матвей с Кирьяном и Мирославом. Вся троица была невредима.
        - Да, - ответила девушка, глядя в небо, но не заметила дракона среди звезд. - Думаю, что теперь мы быстро сможем добраться до Ворожеи.
        - Я все еще не чувствую магию, аномальная зона распространяется и на эту территорию, - Кирьян нахмурился.
        - Магия нам не понадобится, - Северина продолжила смотреть в небо, и троица повторила за ней. А когда с громким хлопаньем крыльев на землю приземлился огромный бело-синий дракон, Матвей сел на землю и так долго сидел с раскрытым ртом, что Северине стало смешно.
        «Принц, а так реагирует. Какой же король из него получится?»
        Кирьян помог ему подняться, но сам, не отрываясь, наблюдал за драконом, Мирослав тоже вовсю таращился и… улыбался от восторга.
        - Не верю своим глазам, - пробормотал Матвей.
        - Поверь, в нашем мире возможно все, - Кирьян улыбнулся, похлопав друга по плечу. - Приветствую вас! - маг поклонился дракону, друзья сделали то же самое.
        - Здравствуй, маг, юный принц и прекрасная дева, - поздоровался дракон вслух.
        - Дева? - Северина бросила на Мирослава прищуренный взгляд. - И как долго вы собирались скрывать от меня то, что ваш племянник - девушка? Кто она такая?
        - Не стоит волноваться, Ваше Высочество. Мирослава из другого мира, не магического, и она наша связанная, - спокойно пояснил Кирьян. - Увы, мы в аномальной зоне, и магия здесь по-прежнему не действует, поэтому я не могу показать вам связывающую нас нить жизни.
        Северина поджала губы. Она ненавидела, когда ей лгут, а умалчивать о чем-то для принцессы было тем же самым.
        - Нам нужно попасть в Ворожею. Это возможно сделать с вашей помощью? - спросил Кирьян у дракона.
        - Возможно, если принцесса того пожелает, - ответил он, выдохнув облако пара в сторону, чтобы не обжечь людей.
        - Ваше Высочество? - Кирьян заложил руки за спину и мило улыбнулся.
        - Поедем, точнее, полетим. Но ваши недоговорки я не забуду, - она первой влезла на шею дракона.
        - Это было ради безопасности Мирославы. Ее могли захватить приспешники Распутина, пытать, шантажировать или убить, и, тогда, боюсь, с нами, - он указал на себя и Матвея. - Было бы покончено куда раньше, - Кирьян помог Славе устроиться позади Северины.
        - Я это понимаю, - процедила принцесса, мысленно ругая мага: «Как будто у нас и без этого нет проблем. Еще и их связанная».
        Когда все устроились, дракон взмыл в небо. У Мирославы заложило уши, и она теснее прижалась к сидящей впереди Северине.
        Разговаривать, когда свистит ветер, было невозможно, и они летели молча, общаясь с драконом мысленно.
        «Мое имя - Ледорилиан. Я вырос в северных землях. Тогда еще не было ни людей, ни войны, ни кого-то из тех, кто мог навредить этой земле. Все сковывал лед и покрывал снег, невиданной красоты серебро, переливающееся всеми цветами радуги. Ночами в небе полыхало северное сияние, и пещер было куда больше. Но затем пришли люди. Другие земли страдали от болезней и войн, все пытались друг друга завоевать, брат шел на брата. Один смелый муж просил у небес о помощи, дабы прокормить свою семью и людей, которые пришли с ним в поисках нового места жительства. Тогда на зов откликнулся я и помог найти подходящие пещеры. Со временем людей стало больше, и они назвали себя северянами. Образовали собственное королевство, выстроили черный замок и начали исследовать ту землю, на которой жили. Шли годы, времена менялись, одни люди умирали и на их месте рождались другие. Когда случилась великая война, твой прадед, а затем дед, вновь обратились ко мне, пробудив от спячки. И я указал им на подземные ходы, где жили обитатели пещер. Ты видела их, принцесса. Пауки, черви и многие другие, кого не видно и не слышно, потому что
они живут так глубоко, где камень и лед встречаются с водой. Я помню запах войны - эту ни с чем несравнимую вонь, смрад отчаяния и боли. Смерть была повсюду, и когда война закончилась, я вновь впал в забытье, но очнулся, когда твой дед Ледыш пришел ко мне. Он разбудил меня и жил со мной некоторое время. Я привык к нему, он был мудрым правителем, который хотел не воевать, а просто жить и заботиться о своих землях и народе. Его помыслы были чисты, и я оставался с ним до конца, до последнего вздоха. Больше у северных земель не было достойного короля», - дракон надолго замолчал, а Северина нахмурилась.
        «Как же мой отец?»
        «Твой отец… человек, носящий имя созвучное моему - Ледоник. Позор твоего рода и земель, тот, кто недостоин короны, и он сполна поплатился за безрассудство и слабость. Его дух был сломлен, в то время как дух его супруги Аликанты жаждал обрести вторую жизнь. Но никому не подвластна нить жизни и смерти. Все мы рано или поздно умираем и рождаемся заново, это замкнутый круг. А все эти маги, играющие с волшебством, такие же простые и никчемные людишки, возомнившие себя всесильными богами».
        «Отец обратился в безумие, оставив трон и королевство. Но его оправдывает то, что он просто хотел забыть боль от разлуки с любимой женщиной», - Северина сама не верила в то, что думает об отце. Она попыталась оправдать человека, который позабыл ее. Полжизни она жила с мыслью, что он оказался слабым человеком, и вот теперь, когда услышала вердикт от самого дракона, ей стало стыдно.
        «Его ничто не оправдывает. Тогда, когда твоей матери не стало - он явился ко мне. В ту самую ночь, ночь его безумия, когда он дошел до грани своего сознания и был готов разбить голову об стену, лишь бы не вспоминать об утерянной любви. Он пришел и молил меня, пытаясь разбудить шепотом, слезами и соплями, текущими из его носа по дрожащим губам и подбородку. Пытался разжалобить меня - кровожадного дракона. И я помог ему, назвав то самое заклинание, которое освободит его память и душу от страданий, от одиночества, с которым он не смирился и отвергал, мучая свою душу и наплевав на единственного ребенка и королевство».
        «Ты… из-за тебя он лишился памяти, забыл обо всем и превратился в немощного старика?» - возмутилась Северина. Гнев душил ее, хотелось взять шест и всадить его в шею дракона.
        «Он лишился памяти по собственному желанию, а я лишь подсказал, как это сделать. Если даже в таком деле он не справился, то радуйся - теперь трон северных земель по праву принадлежит тебе. Усмири свою бурю, твои чувства не приведут ни к чему хорошему, а горячая голова под короной не приемлема. Учись контролировать себя».
        Ледорилиан был прав, и Северина сделала несколько успокаивающих вдохов. Ее спутники слышали каждое слово дракона, но предпочли молчать.
        «Что нынче происходит в Ворожее, раз вам понадобилось туда попасть?» - спросил дракон, и Кирьян поведал ему историю с самого начала.
        «Значит, теперь эта девушка - ваша связанная, и вы повязаны на всю жизнь. Как ты мог это допустить, маг, глупец! - дракон смеялся над ним. - В руках врага вы окажитесь быстрее, чем думаете, если не избавитесь от нее. Пусть уходит в свой мир, а вы решите все вопросы и живите счастливо».
        «Я не смогу и не хочу жить без Мирославы», - ответил Кирьян, прижав к себе девушку.
        «Тогда уповай на милость короля Олексия и на то, что совместными уговорами принцесса Северина и принц Матвей спасут тебя. Пусть король ограничится твоей ссылкой в мир без магии, там тебе самое место».
        «Идея прекрасная, но для начала нам необходимо ликвидировать Распутина и его племянницу», - наконец-то подумал Матвей. Весь полет он не знал, как заговорить с драконом, боясь ляпнуть что-нибудь не то. Но раз Кирьян может свободно разговаривать с этим великим и мудрым созданием, то чем он, принц, хуже.
        «Мне нельзя вмешиваться в судьбы людей, по крайней мере, напрямую, поскольку другие королевства увидят, что у принцессы есть дракон, и будут всячески думать, как заполучить его себе. Моя миссия в том, чтобы доставить вас до Ворожеи и вернуться на границу, оберегать северные земли. Это мой долг и обещание королю Ледышу».
        «Ты правда пообещал это деду? Не участвовать в войнах, не мешать и помогать людям? А как же мой отец?»
        «Верно, принцесса. Твой отец - это небольшое исключение. Горем, с которым он как король не справился, он мог навредить моему дому. Поэтому ты можешь злиться, проклинать или благодарить, мне все равно».
        Северина немного подумала и прошептала, но Ледорилиан ее услышал:
        - Я благодарна и не смею упрекать тебя в том, что ты думал о других, в то время как этим должен был заниматься отец.
        «Я рад, что ты приняла мудрое решение. Нам предстоит ночной перелет над горами Альпин. Держитесь крепче, и будем надеяться, что ваши конечности не онемеют от напряжения. Моя кожа выделяет тепло, и вы не замерзнете», - предупредил он.
        Даже в ночи Мирослава видела верхушки величественных гор, укрытых снегами. Они тянулись вдоль границы двух королевств неприступной стеной.
        Ветер обдувал ее щеки, но на спине у Ледорилиана и в объятьях Кирьяна Славе было тепло и хорошо. Наконец-то их путешествие близится к своему завершению. Может быть, очень скоро она окажется дома.
        [1] Сталагм?ты (греч. капля) - натечные минеральные образования (большей частью известковые, реже гипсовые, соляные), растущие в виде конусов, столбов со дна пещер.
        [2] Автор слушал трек «Yule-Threefold».
        Глава 12
        Ледорилиан доставил своих пассажиров в пещеру, где они провели целый день. Дракон, пока они переводили дух, слетал на охоту и принес тушу оленя. Северина и Матвей взялись ее разделывать, Мирослава же предпочла отсидеться на улице, чтобы не видеть этого кровавого месива. Кирьян с Матвеем решали, как лучше войти в замок короля Олексия, ведь с ними сейчас принцесса Северина, готовая свидетельствовать против напавших на нее в пользу гостей, выступивших на стороне принцессы. Все это дает им возможность свободного прохода.
        - Необходимо послать магического вестника Черномору. Его поддержка будет очень кстати, - сказал Матвей, помогая принцессе. Для них четверых мяса оказалось слишком много, поэтому остатки отдали дракону.
        - Особенно если ты увидишься с принцессой Лебединой, - Кирьян улыбнулся, глядя на смутившегося друга.
        - И это тоже, - не стал он отрицать.
        - Я чувствую пульсацию магии, значит, мы почти вышли из аномальной зоны.
        - С ума сойти, как же далеко она простирается, почти от центра северных земель и до самой Ворожеи. Ведь мы уже в нашем королевстве, а ты по-прежнему не можешь колдовать в полную силу. Не боишься, что если отправишь сейчас вестника, то нас быстро обнаружат?
        После этих слов Кирьян задумался, его взгляд стал сосредоточенным.
        «Не бойся, маг. Как только ты отправишь послание, твои враги почувствуют лишь легкое колебание магии и решат, что это помехи в аномальной зоне. Здесь всякое может случиться», - услышал он в своей голове голос Ледорилиана.
        Медлить Кирьян не стал, создал вестника и отправил синей ласточкой в сторону острова Буяна.
        - Теперь необходимо сообщить королю Олексию о нашем возвращении, он что-нибудь предпримет, - с ладоней мага взлетела другая ласточка. - Будем надеяться, что наш план удастся.
        - Тебя могут попросить открыть разум, чтобы самим увидеть, как все происходило, а главное услышать. Ты готов к этому? - спросил Матвей.
        Он знал, что это очень болезненная процедура. В большинстве случаев такие свидетели не выдерживали, и у них случалось кровоизлияние в мозг. Зато после этой проверки человек мог быть признан невиновным, хоть даже и посмертно. Но такая перспектива совсем не привлекала Матвея. Он не хотел, чтобы друг и напарник погиб. «Лучше пусть его отошлют в мир без магии, и там он проживет долгую жизнь, а не умрет здесь ради того, чтобы обелить свое имя и честь, доказав всем, что не преступник».
        Ужинали у разведенного Кирьяном костра и спали в теплых мешках. Остатки оленины были дракону на один укус, и большую часть дня он провел на охоте, прежде чем они снова отправились в полет.
        Они передвигались только ночью, чтобы никто из магов не смог особенным зрением увидеть такую громадину. А Северина с Кирьяном почти не колдовали, чтобы не выдать себя.
        Принцесса не пыталась подружиться с Мирославой, и в отличие от разговорчивых мужчин, девушки молчали. В последнюю ночь, перед прибытием в замок Ворожеи, у Славы разболелся живот. Ее мучили спазмы и… впервые она сильно пожалела о том, что так же, как Кирьян или Матвей, не может обернуться кошкой или маленькой девочкой.
        Северина смекнула, что с Мирославой что-то не так, и сама подошла к ней с вопросом, а получив ответ, выудила из мешочка флакон, который дал ей лекарь.
        - Выпей его полностью, и все пройдет. Цикл остановится на месяц, а затем снова возобновится.
        - Спасибо, видимо, из-за перемещения в ваш мир у меня нарушился график, - девушка с благодарностью приняла флакон и все выпила. По вкусу было похоже на сироп от кашля: тягучий и сладковатый, с ноткой горчинки.
        - Мои должны начаться примерно на следующей неделе, поэтому лекарь и отдал мне лекарства в дорогу. Кто знает, где я окажусь завтра. А с этим средством еще и забеременеть невозможно, поэтому, если ты собираешься что-то подобное сделать с магом Его Высочества, то действуй, пока он жив.
        Они сидели у выхода из пещеры, но в этот раз их окружали не горы, а густой лес. Мужчины отправились на разведку территории.
        - В каком смысле, пока Кирьян жив? - Слава напряглась.
        - Я полагала, что тебе известны все их планы. Ты ничего не знаешь?
        - Кирьяна обвинили в том, что он якобы похитил принца, чтобы убить его. Но я думала, что король Олексий знает правду.
        - Верно, но как только нога герцога Валерьяна переступит порог замка короля Олексия, его, как предполагаемого изменника, возьмут под стражу и предадут суду, а там… возможно, и казнят, - принцесса говорила спокойно, глядя холодным решительным взглядом. Ей было абсолютно все равно, что произойдет с Кирьяном. Она преследовала другую цель - завоевать расположение короля.
        - Он ведь не виноват. И покажет им все, о чем знает, чтобы оправдать себя.
        - Может и так, в любом случае, возможность казни никто не отменял. Даже если оправдают, то сошлют куда-нибудь. И не обязательно в твой мир. Если, конечно, за него никто не вступится. Я сообщу то, что известно мне. Но не рассчитывай, что королю и его советникам этого будет достаточно.
        - Он… мог бы сбежать, - пролепетала Мирослава, тщетно пытаясь найти лазейку. Она и в законах своего-то мира плохо разбиралась, не говоря уже об этом.
        - Сбежать? Плохо же ты знаешь герцога Кирьяна. По нему сразу видно, что он амбициозный мужчина, для которого честь семьи - не пустой звук. В любом случае он захочет себя оправдать, даже если это будет стоить ему жизни.
        - Я как-нибудь могу ему помочь? Мы ведь связанные. Неужели это ничего не даст?
        - На самом деле, то, что вы втроем связаны, я считаю странным. В нашем мире такой связки давно не делают, это что-то вроде утерянных знаний. Мало кто владеет ими целиком, не говоря уже о том, чтобы навести нужные чары.
        - Расскажи мне подробнее об этом волшебстве, - Слава придвинулась поближе, заглядывая в голубые глаза принцессы.
        - Связанных создавали, чтобы если на грани смерти будет первый, то второй, а в вашем случае двое, смогли его вытащить с того света. Вы как один организм - не можете жить друг без друга. Между тобой и принцем связь как между братом и сестрой, а с Кирьяном более сильная - взаимные чувства. Не зря же он все это время скрывал тебя. Я еще подумала: «Надо же, какой герцог заботливый, а по виду и не скажешь…»
        Мирослава пришла в ужас: «Неужели я его потеряю. Его убьют?»
        - Но для чего нас втроем так связали?
        - Для того чтобы помочь вам влюбиться, сплотиться, стать роднее - все, что угодно. Я ведь не знаю, кто умудрился наложить на вас связку. Может, кто-то руководствовался только благими целями, но у всего есть обратная сторона. Если кто-то из вас умрет, точнее, его убьют, то умрете и вы. Стрелу в плечо вы переживете, но вот если вам будут целиться в голову или сердце или кромсать на части, то тут вы точно не жильцы. У всякой магии есть предел. От смерти возможно сбежать, но не навсегда. Рано или поздно она придет к каждому.
        Мирослава посмотрела на кроны деревьев. Ветви клонились к земле под тяжелым снегом. Из-за пушистых елок вышли вооруженные Кирьян с Матвеем. Они едва слышно переговаривались и улыбались.
        - Пока есть возможность, то воспользуйся ею, - шепнула Северина и ушла обратно в пещеру к огню.
        - Ты здесь не замерзла? - спросил подошедший Матвей.
        - Нет, в самый раз, - Слава выдавила из себя улыбку, спрятав пустой пузырек в кармане пальто.
        - Не стойте долго на холоде, - принц оставил их наедине.
        Мирослава с Кирьяном смотрели друг другу в глаза. Девушка не знала, с чего начать разговор. Но потом, плюнув на все, подошла к нему и крепко обняла, повиснув на шее. Кирьян был на две головы выше. Мирославе пришлось встать на цыпочки.
        - Что-то случилось? - тихо спросил он, гладя ее по затылку и придерживая за поясницу одной рукой.
        - Не хочу с тобой расставаться… - пробормотала она, от чего маг довольно хмыкнул.
        - Мы и не расстанемся, не волнуйся. Сдадим принца на руки королю, уладим кое-какие дела и вернемся домой… если ты не против, - теперь был его черед заглядывать ей в глаза.
        - Не против, наоборот, только за.
        - Договорились, но у меня есть одно условие.
        - Какое же? - Мирослава изогнула бровь, размышляя, что же Кирьян может потребовать взамен.
        - Никаких Антонов, максимум, мы можем завести кота.
        Девушка рассмеялась, и они поцеловались. Слава наслаждалась каждой секундой, проведенной рядом с Кирьяном. Они вдвоем стояли под звездным небом, наслаждаясь красотой и свободой. Да, он был немногословным мужчиной: не давал пустых обещаний, не клялся в вечной любви, как в дешевом дамском романе. Он просто был сейчас рядом с ней. А о большем она не мечтала и не хотела задумываться.
        «Пусть хоть конец света наступит, а я все равно не подумаю о том, что уже взрослая девка, а не захочу напоследок ни замуж, ни ребенка от мужика. Может, со мной что-нибудь не так? Точно нет. Это у других все как у всех. А у нас совсем по-другому».
        - Знаешь, даже если тебя вздумают казнить, и ты никак не выпутаешься из этой королевской истории, я буду с тобой до конца, сколько бы времени нам не осталось, - гордо сообщила Мирослава.
        - Отлично, меня все устраивает. Перед смертью не надышишься: и если мне суждено лишиться жизни, то хотя бы последние дни я проведу с тобой, - он усмехнулся и поцеловал ее более жадно и страстно, а затем нежно и неторопливо. Они смаковали миг, наслаждаясь каждой секундой.
        Мирослава сама расстегнула пальто, открыв ему обтянутое одеждой тело, по которому он заскользил ладонями, задержав их на ягодицах и сжав их.
        Возможно, не будь Кирьян смертником, Мирослава сомневалась бы в правильности своих действий. Но воспоминания об их первой, а заодно и пьяной ночи убедили в том, что с Кирьяном ей будет очень хорошо. Но не здесь и сейчас, не на снегу или в пещере, и не под сосной.
        Отрезвленная этими мыслями, она заерзала в его объятьях и опустила голову. Кирьян тяжело дышал ей в шею и продолжал целовать, нежно покусывая. Холодный ветер скользил по влажному участку, от чего по коже пробежали мурашки.
        - Мы увлеклись… - изрек маг, отбросив косу назад и делая успокоительный глубокий вдох.
        - Немного, но даже если между нами все будет на трезвую голову, то точно не здесь. Я не любительница экстремальной страсти.
        Кирьян рассмеялся и, подняв ее над землей, поцеловал в нос, после чего коснулся его своим.
        - Ты прямо как кот, - улыбнулась Мирослава, убирая выбившуюся прядь светлых волос ему за ухо.
        - Он и есть. И не волнуйся: даже если меня не оправдают и захотят казнить, то я вернусь к тебе. Где бы ты ни находилась, уж поверь мне. Это единственное, о чем я прошу тебя: не теряй надежды.
        Мирослава долго смотрела ему в глаза, запоминая острые скулы, прямой нос, тонкие губы, на которых замерла вечная усмешка, и ямочки на щеках, делающие мужчину очень милым. Шелковые волосы, стать и сила. Кирьян был идеалом ее мужчины, и отказываться от него она не намерена.
        - Если тебя не станет или ты не вернешься, то мне будет очень плохо, - спокойно проговорила она.
        - Знаю, как и мне. Поэтому я не допущу такого расклада событий. Никакие старцы в совете магов или король не помешают мне достичь намеченной цели.
        - Вас опасно злить… герцог Валерьян, - Мирослава в последний раз коротко поцеловала его в губы, и он опустил ее на землю.
        - Пойдем в тепло.
        - Угу! - отозвалась Слава и уже сделала шаг, но ей на голову что-то упало. На снег свалился свернутый листок бумаги.
        - А вот и послание от короля Олексия. Вряд ли Черномор станет мне что-нибудь отписывать, - Кирьян развернул сверток, быстро пробежал взглядом. Секунда - и его лицо озарила несколько хищная улыбка, глаза азартно блеснули.
        - Путь открыт, но продвигаться придется через казематы замка.
        Мирослава застонала от разочарования.
        - Снова подземелья и тоннели?! За что мне все это… - заламывая руки, она вошла в пещеру.
        Чуть погодя все вышли на улицу попрощаться с драконом. Ледорилиан напутствовал их:
        «Не стоит недооценивать врага, не рассчитывайте на простую победу. Особенно ты, маг. Помни: если будет возможность сбежать, то беги без оглядки и сожаления».
        Кирьян поклонился ему и Матвей с Мирославой последовали его примеру, а принцесса обняла дракона, гладя обнаженными руками по теплой сине-белой чешуе и мысленно шепча:
        «Я скоро буду дома, дождись меня и не смей засыпать».
        В голове она слышала его смех. Дракон взмыл в воздух, подняв столп снега, и ночное небо поглотило его от людских взглядов.
        - Если все отдохнули, то через час мы можем выдвигаться. Я получил послание от короля Олексия, нам предстоит идти через городские катакомбы до самого замка.
        - Канализация?! - опешила принцесса. Впервые в ее глазах читалось отвращение.
        - О, так вы все же девушка. Оказывается, принцессу севера пугают вовсе не кровожадные насекомые или разделывание туши, а милые крыски и ароматы людских испражнений, - Матвей довольно потер ладони, предвкушая поход.
        - Вовсе нет, - девушка гордо вздернула голову, стараясь не морщить нос. - Я не хочу предстать перед будущим супругом в неподобающем виде и… не желаю, чтобы он сбежал от меня, как только учует недопустимый запах.
        - Поверьте, Ваше Высочество, он от вас никуда не сбежит. По крайней мере, пока мы не избавимся от Распутина и его подчиненных. Если мы будем использовать магию, то нас точно будут ждать в катакомбах, и уж поверьте, не с распростертыми объятиями. Там нет помех аномальной зоны, периметр отлично защищен и отслеживается магическими нитями. Стоит кому-то неугодному воспользоваться своей силой, и Распутин за пять минут узнает не только наше местоположение, но и кто конкретно пожаловал к нему в гости. Поэтому предостерегаю вас от необдуманных действий, - напутствовал Кирьян.
        - Как будто до этого мы провели время за увеселительной прогулкой, - фыркнула Северина.
        - Согласен, тоннели и ледовые пещеры северных земель завораживают своими приключениями и уединенными местечками. Да и пахнет там в разы приятнее, чем под Ворожеей.
        - На такой случай нам пригодятся зимние маски. Полагаю, что с ними вонь канализации будет терпимой, - Матвей достал одну из внутреннего кармана пальто.
        Мирослава слушала их, улыбаясь тому, что, возможно, в скором времени новоявленная мачеха и ее пасынок будут не разлей вода после того количества дружеских подколок и приключений, что выпали на их долю.
        ***
        Как и говорил Матвей, маски действительно пригодились, и не потому, что с первых шагов в канализации только слегка попахивало, но и из-за свисающих с потолка клочьев паутины с черными точками насекомых, попавшихся в паучьи ловушки.
        Мирослава и Северина шли за Кирьяном, сзади страховал Матвей. В отличие от северных земель, здесь в тоннелях не водилось никаких монстров, разве что попадались жирные крысы, бегающие по сточным трубам и вдоль канализационных каналов.
        Чуть позже запах усилился, и Мирослава плотнее прижала маску к лицу, стараясь дышать ртом. Северине было так же не просто, но она стойко держалась, молчаливо следуя за магом.
        Когда тьма сгустилась, и Матвей с девушками стали спотыкаться, Кирьян зажег факел, прихваченный на входе в катакомбы. В отличие от своих спутников, он прекрасно видел в темноте, но использование магии оставалось под запретом. По ровной поверхности они продвигались очень быстро, но на подходе к замку короля Олексия периметр осветился защитными фиолетовыми нитями.
        Мирославе это напомнило шпионский фильм, где герои должны выделывать различные акробатические трюки и другие чудеса пластики, чтобы не задеть ни одну из нитей, иначе сработает оглушающая серена, и их всех поймают, как зайцев на охоте.
        «Судя по всему, здесь такой же принцип, разве что… упади я на эту ниточку, и меня в секунду может испепелить. Или какие там заклятия используют королевские маги от врагов государства», - Мирослава была рада, что Кирьян приказал снять верхнюю одежду и оставить лишние вещи в укромном углу при входе. Поэтому их компания действительно напоминала шпионов или танцоров из балетной труппы. Но любоваться подтянутыми, и судя по всему, очень упругими ягодицами Кирьяна, девушке понравилось. Она улыбалась, радуясь тому, что ее лицо скрыто маской.
        «И где же паника, истерика, что там обычно случается у барышень в таких напряженных и опасных для жизни ситуациях?» - возможно, с кем-то это происходило, но только не сейчас и не с Мирославой.
        В северных землях она действительно испугалась. Хотя в канализации были крысы и крупные пауки, страха Мирослава не испытывала.
        «Кирьян ведь отправил послание королю, и тот побеспокоился о безопасности собственного сына. Он точно не позволит, чтобы Матвея убили. А Кирьяна тем более. Будет суд, на котором все выяснится и… наверное, нас ждет счастливый конец, как в какой-нибудь неудачной мыльной опере. Что я в самом деле… или, может, у меня от выпитого зелья успокоились не только гормоны, но и нервы?» - об этом она как-то не думала, поэтому шепотом спросила у Северины:
        - Слушай, а то зелье, которое… ну, сама знаешь от чего. Оно действует как успокоительное?
        - Какое еще зелье, дамы? - вклинился Матвей.
        - Не твое дело, - шикнула на него Слава.
        - Да, причем доза подобрана на славу. Но это даже к лучшему. После зелья на все негативные новости я реагирую так спокойно, что мне смешно. Особенно когда мне сообщали о чем-нибудь действительно раздражающем, и в стене тронного зала могла появиться дыра от использования магии, - Северина, видимо, улыбнулась, потому что из-под маски послышался смешок.
        - Тогда отлично, - Слава ощутила страх за любимого, пробивающийся через толщу успокоительного зелья. «Если Кирьяна решат казнить, я буду так же спокойна? Когда у меня отберут того, кого я…» - на протяжении всего их путешествия-приключения она держала себя в руках, сдерживалась, чтобы выглядеть спокойно и никому не доставлять неудобства. По собственному желанию отправилась с ними, слушалась Кирьяна, да и как иначе? Славка ведь не в своем мире, где все просто, особенно когда на банковской карте лежит приличная сумма денег, тебя не преследуют маги-маньяки и никто не обвиняет в измене родине. Живешь себе спокойной жизнью и горя не знаешь, а единственная проблема - скорее накопить средств, чтобы отправиться в путешествие.
        «Если мы выберемся из этой передряги, и Кирьян все-таки решится перебраться в мой мир без магии, а точнее, с ее малым количеством, то мы немедленно улетим куда-нибудь. Хоть бы он выжил. Пожалуйста!» - мысленно взмолилась она.
        - Сейчас все идите вдоль стены шаг в шаг и будьте осторожны. Заденете или, не дай Святая Кальпурния, наступите на нить - о нашем присутствии мигом узнают, - предупредил Кирьян, прижавшись спиной к стене и скользя вдоль нее. Шаг за шагом они миновали первый коридор с высоким потолком. Его стрельчатые арки уходили вверх, а из крохотных канализационных люков капала вода.
        - Первая преграда пройдена, - Матвей довольно улыбнулся, стянув с лица маску.
        - Не расслабляться, - Кирьян обернулся и тоже потянул за маску.
        В другом коридоре им пришлось перепрыгивать через нити и действительно показывать чудеса ловкости и гибкости. После всех этих прыжков и увиливаний Мирослава уперлась ладонями в стену, тяжело дыша. Поясница и шея ныли от напряжения, но она могла радоваться тому, что ее не заставили сесть на шпагат, иначе она бы точно завалила все дело. Ко всему прочему, нити были обжигающе горячими и невероятно острыми, поэтому каждому досталось по несколько ссадин и порезов.
        - Черт, мне кажется, банк ограбить куда проще, чем проходить всю эту череду препятствий, там еще пол неровный, камни торчат, - пожаловалась она.
        - Что есть, то есть, - Матвей храбрился, но Слава заметила пот на его лбу. Видимо, у них с принцем были общие страхи насчет растяжки.
        - Мне хорошо известен план катакомб, до нужной нам потайной двери осталось недолго, - взбодрил Кирьян.
        Из них тяжелее всего было именно магу. Нити он прошел только благодаря собственной ловкости. В одной руке зажимал факел, а другой указывал, через какие нити лучше переступать, чтобы не сильно высоко задирать ноги, а под какими лучше проползти.
        Через час блужданий и преодоления новых препятствий, на которые Мирослава уже смотрела со спокойствием, они остановились. Северина недовольно сдвинула брови и уперла руки в бока. Кирьян сосредоточенно разглядывал стену перед собой.
        - Герцог, быть может, вы подскажете, что видите своим магическим зрением? - спросила она. - Потому как если это обычная стена, то мы теряем время…
        - Ничуть, принцесса, мы на месте. Я пытаюсь вспомнить, как действует механизм открытия.
        - По-моему, нужно приложить ладонь… - влез с советом Матвей, встав рядом с другом и также уставившись в стену.
        - Не уверен… слишком просто. Этот ход ведет в королевские апартаменты, и открыть его может лишь наследник. Так, давай сюда палец… - скомандовал Кирьян.
        - Надеюсь, ты не собираешься его отрезать, хотя бы не безымянный, иначе на что моя невеста наденет обручальное кольцо?
        Кирьян усмехнулся, достав из манжеты тонкую иглу, ту самую, которой воспользовался, когда они прибыли через портал-колодец в этот мир. Мирослава бросила взгляд на кольцо на своем пальце.
        «Надеюсь, на меня не вздумают влиять. Но ведь для этого Кирьян и дал кольцо, чтобы никто не задурил мне голову иллюзиями».
        Матвей стиснул губы, когда Кирьян проткнул ему палец и заставил провести им по стене. Камни замерцали, и дверь приоткрылась с негромким лязгом. Мужчины надавили на нее, образовав широкий проход.
        - Дамы, вперед, - распорядился Кирьян, галантно кланяясь принцессе.
        Девушка вздернула голову и прошла внутрь, Мирослава юркнула за ней. Кирьян вытер след от крови Матвея, и они закрыли дверь.
        - Здесь всегда так… мрачно? - спросила Мирослава. - Я представляла себе потайную комнату несколько иначе. А это больше похоже на пыльное, давно не убираемое пристанище узника.
        Слава немного покривила душой. На темницу место не тянуло - ни окон, ни дверей. На стенах висели когда-то зеленые, а теперь выцветшие бурые гардины, в углу стояла потертая оттоманка и круглый столик с трещинами поперек столешницы.
        «Явно не будуар с красными бархатными диванчиками и стенами, обитыми алым шелком, а где малиновое вино в хрустальных бокалах?» - девушка прыснула от смеха.
        - Что смешного? - спросил Матвей, касаясь ее плеча.
        - Да так… ничего, - она бы рассказала, но вовремя спохватилась, представив, что выслушивать ее бредни принцессе Северине будет неприятно.
        Кирьян вручил факел принцу и стал шарить ладонями по стене с гардинами, пока не открыл уже нормальную дверь.
        - Все-таки есть в магии что-то полезное, взять хотя бы этот факел. Если бы не его длительные свойства горения, пришлось бы нам долго плутать по катакомбам, - отметил Матвей.
        - Будешь об этом рассказывать своим детям. А теперь пойдемте, нас уже ждут, - он повернул ручку, и комната наполнилась теплым светом, льющимся из соседних апартаментов.
        Матвей затушил факел ногой и пошел следом за другом. Северина ненадолго замешкалась и, быстро сняв маску, поправила волосы и стряхнула с рукавов налипшую паутину. Она уже хотела спросить у Мирославы, как выглядит, но та ее опередила:
        - Ты прекрасна!
        Северина улыбнулась и, расправив плечи, покинула тайную комнату.
        Апартаменты Его Величества оказались в строгих тонах, обставлены скромно, без вычурности. О живущем в них человеке можно было сказать, что он сдержан, не любит помпезность и не выпячивает свой статус на всеобщее обозрение.
        При виде хозяина комнат Северина без стеснения взглянула в его пронзительные серые глаза, чей взгляд столько раз заставлял сердце вздрагивать и биться чаще. Северине захотелось запустить пальцы в копну мягких, чуть вьющихся, как и у его сына волос, ничуть не тронутых сединой. Этот мужчина был действительно хорош собой и очень брутален: твердый, гладко выбритый подбородок, строгие губы. На его королевском лице замер гнев, который он тщательно скрывал, переводя взгляд с сына на Кирьяна.
        Маг поклонился ему и начал разговор:
        - Приветствую, Ваше Величество. Я выполнил ваш приказ и доставил принца Матвея в целости и сохранности.
        - Я должен быть этому рад? Тому, что предатель увел моего единственного сына и наследника трона в мир без магии? Множество раз подвергал его жизнь опасности и… - он бы продолжил дальше, если бы не обратил внимания на девушек.
        - Ваше Высочество, - Олексий пожирал принцессу удивленным взглядом, не веря, что перед ним правда, а не иллюзия. - Как вы здесь оказались? - он сделал шаг к ней, а Северина в ответ ступила к нему.
        - Я пришла, чтобы… - она начала и резко замолчала, пытаясь собраться с мыслями, но Олексий уже взял ее за руки и поцеловал их.
        - Герцог Валерьян, надеюсь, вы объясните, что на землях Ворожеи делает принцесса Северина? - король бросил негодующий взгляд на мага.
        - Охотно, Ваше Величество. Ее Высочество прибыла с нами, дабы засвидетельствовать проникновение наемников Распутина на северные земли во дворец короля Ледоника с целью убить вашего сына и избавиться от его покорного слуги, - Кирьян приложил руку к груди. - В эту же ночь на Его Величество Ледоника было совершено покушение, и его убили. Они действовали по приказу лорда Кастилиона, который хотел захватить престол северных земель, обвинив в предательстве принцессу Северину. Но нам удалось спасти ее, и все разрешилось лучшим образом. Наемников и предателей поймали. Ее Высочество отдала четкий приказ генералу Келеру и лорду Иверу.
        Король перевел взгляд на Северину:
        - Поэтому вы решили лично отправиться сюда?
        - Верно, я готова быть свидетелем. Более того, если потребуется, то я вышлю магический вестник лорду Иверу, и он порталом отправит сюда тех нападающих, которых нанял ваш советник Распутин.
        Ее четкий голос, гордо вздернутый подбородок и спокойствие в глазах не оставили королю никаких сомнений. Он знал, что принцесса поступит именно так, как сказала, ее слово нерушимо.
        - В таком случае, раз вы знаете столь унизительные подробности внутренних дел Ворожеи и то, что главный преступник безнаказанно ходит на свободе, это дает мне право сообщить вам всем еще кое-что, - Олексий помолчал несколько секунд и, собравшись с мыслями, продолжил. - К нам с дипломатическим визитом с острова Буяна прибывает король Черномор… его сопровождает принцесса Лебедина, - он сверлил сына глазами. - Я чего-то не знаю о вашем путешествии? Что насчет принцессы Забавы? Или мне уже готовиться к войне?
        - Ваше Величество, для волнения нет никакого повода, - Кирьян добродушно улыбнулся. - Дело в том, что в деле с Распутиным король Черномор будет ключевым свидетелем его преступлений.
        - Я не ослышался? Преступлений? - Олексий нахмурился, его лицо перекосило от гнева, и он больше не казался Мирославе привлекательным мужчиной, а виделся сейчас злым и деспотичным.
        «Не мне с ним детей крестить, а раз Северина влюбилась в него такого… - она вспомнила лицо Кирьяна, когда он находился не в лучшем расположении духа. - Ноздри раздувались, как у бешеного быка, готового кинуться на красную тряпку, и глаза, да… только по глазам можно было точно сказать, что он зол, и злить больше его не следует».
        - Ваше Величество, я вам все покажу и расскажу, но позвольте дамам привести себя в порядок и немного отдохнуть. Мы проделали не самый приятный путь по катакомбам, - предложил Кирьян.
        Олексий бросил короткий оценивающий взгляд на Мирославу, а затем на Северину, словно сравнивая двух барышень. При виде последней морщинка на его лбу разгладилась и, смягчившись, он кивнул.
        - В таком случае, вам всем нужно некоторое время на отдых. Я распоряжусь, чтобы мне подали ужин посытнее. Нельзя вызывать подозрений. Моя спальня и ванная в вашем распоряжении. Герцог, вас я попрошу задержаться.
        Кирьян кивнул, он не собирался уходить, прекрасно зная, что короля разбирает интерес. Матвей же, наоборот, с облегчением покинул гостиную.
        - Ваше Высочество и Мирослава, если вы желаете переодеться в более подобающие наряды, то я немедленно их достану. Моя комната находится рядом с соседней, я пройду туда через потайной проход.
        - Благодарю, принц, мне комфортно в своей одежде, но от душа я не откажусь.
        - Поддерживаю, - согласилась с ней Слава.
        Матвей развел руками, мол, дело ваше, и скрылся за гардиной. Послышался щелчок, и принц скрылся с их глаз. На всякий случай Мирослава поправила гардину и отправилась на поиски ванной, которая находилась рядом со спальней.
        Посреди неё стояло поистине царское ложе под темным балдахином; идеально застеленное, без единой складочки покрывало не украшали никакие атласные подушки. На полках или столах не было фигурок и других атрибутов, пригодных для создания уюта. Все так же строго, как и в гостиной, ничего лишнего.
        А вот ванная комната потрясла Мирославу: широкое пространство с отдельной ванной и душевой, на вешалке висела пара халатов, ниже на полке лежали стопки из объемных полотенец, напоминающих пышную подушку, и множество флаконов из темного матового стекла.
        - Вы… ты, Северина, где предпочитаешь освежиться? - спросила Мирослава, путаясь в том, как обращаться к принцессе. «Мы ведь не подруги, и я не в своем мире, где нет необходимости кланяться и упоминать титулы».
        - Можно на «ты», я не против, - Северина слегка улыбнулась уголками губ. - Предпочитаю ванную.
        - Отлично, тогда я в душ… - она дернула за молнию и тут же посмотрела на принцессу. - Ты не против?
        - Я принцесса, а не служительница ордена Святой Кальпурнии. Будь ты действительно племянником герцога, я бы сказала, куда тебе следует пойти, поэтому отбросим эти формальности. Главное наконец-то привести себя в порядок, мне и без того было неловко от своего вида при Олексии… короле Олексии, - поправилась принцесса.
        Мирослава была рада откровенности Северины. Это сразу упростило общение. Правда, с мочалкой следовало быть осторожной, особенно в местах с порезами от магических нитей. И если она шипела и вскрикивала от неприятных ощущений, то Северина, погрузившись по шею в пену, стоически молчала. Но Мирослава понимала - той тоже было не сладко.
        После банных процедур Северина вытащила из мешочка круглую емкость и, отвинтив крышечку, стала осторожно, похлопывающими движениями, втирать розоватый крем в кожу.
        - Это отличное средство лекаря Павена, он сам его изобрел. Обладает потрясающими свойствами, благодаря нему на моем теле совсем нет шрамов, - объяснила она, когда Слава наблюдала, как порезы покрываются прозрачной пленочкой, и при прикосновении к ней она не рвалась. - Теперь твоя очередь, помочь?
        - Да, буду признательна, мне как раз задело спину, - Мирослава поморщилась.
        По натуре принцесса была воительницей, но ее движения и прикосновения говорили о том, что она умеет и, главное, может быть нежной и заботливой.
        «Идеальная королева и жена. Умеет совмещать в себе силу и мягкость».
        Облачившись в халаты, они вернулись в спальню. Северина без стеснения разлеглась на кровати, а Мирослава отошла к окну и уже хотела отдернуть занавеску, но принцесса остановила ее:
        - Не делай этого, кто-нибудь может нас увидеть. Не забывай: мы сейчас тайные гости, о нас никто не знает.
        - Дьявол, совсем об этом забыла. Когда же уже закончатся эти приключения, - Слава разлеглась на небольшом диванчике. Длинный халат скрывал ее ноги до самых щиколоток. Ее разморило, и она прикрыла глаза, думая о своем. И даже не заметила, как уснула, не услышав шепота голосов.
        - Надеюсь, вам будет здесь комфортно. Прошу прощения за то, что не могу выделить отдельные апартаменты, сегодня я останусь в спальне с сыном. Не хочу, чтобы вы бродили по потайным коридорам и дышали пылью.
        - Я благодарю за заботу, Ваше Величество, нам с Мирославой будет комфортно и здесь, а главное, безопасно. Я прекрасно понимаю нынешнюю ситуацию.
        - В очередной раз убеждаюсь в вашем здравомыслии. Примите мои соболезнования относительно кончины вашего отца и одновременно поздравления с новым статусом, Ваше Величество Северина.
        Девушка тяжело вздохнула. Дверь со щелчком закрылась, и она легла на кровать. Девушка еще долго не могла уснуть, шурша одеялом.
        - Я на твоих землях, а холодно, будто мы на моих…
        Глава 13
        Мирославу разбудили легким поцелуем в губы, над ней нависал улыбающийся Кирьян. Он был гладко выбрит и одет в темный костюм.
        - Ты похож на англичанина, - сонно пробормотала девушка, довольно потягиваясь и чувствуя, как его руки скользнули ей на талию и уже крепко прижимают к мужской груди.
        - Я рад, что ты застала меня в таком виде, а не закованного в цепи. Хотя, думаю, это мне и предстоит.
        Мирослава нахмурилась и хотела спросить, но Кирьян опередил ее:
        - Ты долго спала и успела пропустить все самое интересное, но я рад этому. Принцесса Северина давно проснулась и успела позавтракать с Его Величеством. Прибытие принцессы обосновали смертью ее отца, и поскольку теперь она королева, то необходимо обновить кое-какие бумаги государственной важности между северными землями и нашими, не говоря уже о брачном договоре.
        - Неужели она все-таки выходит замуж за Олексия, когда они успели поговорить?
        - Утром. Тебе нужно одеться, если ты хочешь присутствовать на суде магов.
        На кровати лежало нечто темно-синего оттенка, в цвет наряда Кирьяна.
        Мирослава встала с диванчика и стала рассматривать узкие брюки и черную рубашку с двойным воротником, к ним прилагались жилет и пиджак с галстуком. На полу стояли лакированные туфли.
        - Ты хочешь, чтобы я снова примерила на себя роль твоего племянника и помощника? - она взяла вещи в руки, приятная гладкая ткань холодила пальцы.
        - Не совсем моего, скорее молчаливого пажа королевы Северины. Это даст тебе возможность не светить нашей связью и спокойно присутствовать на судебном процессе.
        Мирослава кивнула и ушла в ванную, где быстро переоделась. Когда она вернулась, Кирьян встал на колени, чтобы лично завязать шнурки. Смотря на нее снизу вверх, маг улыбался, но улыбка была теплой и нежной, а не прощальной. Нет, он не собирался сдаваться. У Кирьяна имелся план. Если совет магов признает его вину и решит либо казнить за предательство, либо заменит казнь заключением в связи с обстоятельствами - он не смирится.
        - А теперь слушай меня внимательно, ты будешь выполнять все, что скажет Матвей. Если он велит уйти - ты уйдешь и не будешь надумывать себе разные страсти, тем более страхи относительно меня. Ты вернешься домой в свой мир и будешь жить так, как жила прежде. По крайней мере, попытаешься…
        Мирослава нахмурилась, пытаясь понять его странные речи.
        - Хорошо, я сделаю все, что ты сказал и что скажет Матвей, - она крепко обняла его, повиснув на шее, и Кирьян поцеловал ее в губы. Осторожно, не кусая, хотя ему безумно хотелось уложить ее на лопатки прямо здесь и сейчас, но, как говорится, перед смертью не надышишься.
        - Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? - заботливо спросил он, приложив ладонь к ее животу.
        - Нет, Северина дала мне чудодейственное зелье, приготовленное ее лекарем, и моя женская природа ненадолго оставила меня в покое.
        - Я рад, но еще больше меня радует твое природное спокойствие. Ты не задаешь лишних вопросов, не устраиваешь истерик, знаешь, когда следует промолчать, а когда высказать свое мнение. Иногда ты напоминаешь мне самого себя…
        - Неужели? - с сарказмом спросила она.
        - Именно, - он поцеловал ее руку и повел за собой.
        ***
        Зал суда Мирослава представляла несколько иначе. Место, куда ее привел Кирьян, оказалось неким подобием лекционной аудитории: круглое помещение под куполом, светлое и просторное. На деревянных скамьях восседало около пятнадцати мужчин и старцев в фиолетовых бархатных мантиях и черных академических шапочках с золотыми кисточками. Стоило Кирьяну пройти в центр зала, как Матвей аккуратно взял Мирославу под локоть и подвел к принцессе Северине.
        - Стой здесь и слушай, даже не вздумай вмешиваться, иначе я попрошу принцессу наложить на тебя заклинание немоты, - шепотом предупредил принц.
        Слава поджала губы и кивнула, в мужской одежде она не привлекала внимания. Все взгляды были обращены на Кирьяна. Маг стоял в центре, в кругу из символов, которые замерцали, стоило ему ступить на них. Вокруг Кирьяна образовался прозрачный купол, за его пределы он не мог ступить и шагу.
        Это было сделано в целях соблюдения протокола, поскольку ему и без того позволили свободно разгуливать до начала суда. На переднем ряду, на троне, восседал король Олексий, а по правую руку от него находился тот самый советник Распутин, о котором Мирослава так часто слышала и представляла его себе стариком с длинной, чуть ли не до пола, бородой и морщинистым лицом. На деле же им оказался мужчина одного возраста с Олексием, с тонкой бледной кожей, под которой в лучах света, льющегося из широких окон, проступали голубоватые вены. По-рыбьи выпученные глаза, густые с проседью брови, крупный нос с бугорком, поджатые губы и худощавое телосложение. Распутин сильно сутулился, от того выглядел несколько сгорбленным. По выражению его лица сложно было сказать, доволен ли он тем, что Кирьяна наконец-то будут судить или же нет. Ведь в любой момент его план мог пойти под откос. Мирослава приготовилась слушать приговор.
        - Судебное заседание объявляется открытым. Подлежит рассмотрению дело по обвинению герцога Кирьяна Валерьяна, являющегося личным магом Его Высочества принца Матвея. Суд проходит под председательством Его Величества короля Олексия. Сторону обвинения представляет советник - Распутин Юлиан Ежовый. Подсудимый самостоятельно прибыл в зал суда, без сопровождения конвоя. Защиту обвиняемого представляет сам обвиняемый, - объявил один из старцев со своего места. В его руках шелестел развернутый пергамент. - Подсудимый, вы имеете право знать, в чем обвиняетесь; возражать против обвинения; давать показания по предъявленному обвинению либо же отказаться от их подачи. При согласии вы должны понимать, что показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу. Вам понятны ваши права?
        - Да, - ровным голосом ответил Кирьян.
        - Слушанье по делу объявляется открытым - в зале раздался звон колокольчика, но ничего похожего на него, озираясь по сторонам, Мирослава не увидела. - Слово предоставляется обвинителю - советнику Распутину.
        - Благодарю вас, советник Мушин, Ваше Величество, - Распутин подошел к стеклянному куполу, разделяющему его и Кирьяна и, заложив руки за спину, стал неторопливо прохаживаться, словно преподаватель, ведущий лекцию. - Герцог Кирьян Валерьян, вы обвиняетесь в предумышленном похищении принца Матвея с целью его убийства. Признаете ли вы свою вину?
        - Нет, не признаю, советник Распутин, Его Величество, - Кирьян позволил себе едва заметно улыбнуться.
        По залу пошли шепотки, мужчины переговаривались между собой, кто-то смотрел на Кирьяна гневно и с возмущением, кто-то - с сомнением. Мирослава четко видела, как напряжен сам Матвей. Его друг и напарник попал под следствие.
        - Перед судом мы ознакомились с вашей версии событий. Однако обвинения и доказательства таковы, что вы можете легко отправиться на плаху… либо согласитесь на прочтение памяти, - подал голос один из мужчин, сидящий рядом с советником Мушиным. - Если вы согласны на данную процедуру, то мы начнем немедленно.
        - Я согласен, - согласился Кирьян, а король Олексий одобрительно кивнул.
        - Приступайте, советник Ланиус.
        - Слушаюсь, Ваше Величество, - советник Ланиус был моложавым мужчиной с пронзительным взглядом зеленых глаз и чуть вьющимися золотыми волосами. При ходьбе свет заставлял щетину на его лице блестеть, будто кто-то просыпал на него пыльцу. Полы его мантии едва доставали до пола, он был очень высоким и, в отличие от Распутина, с прямой осанкой и гордо поднятым подбородком.
        - Это - советник Ланиус, в студенческие годы он был преподавателем у Кирьяна, - поделился Матвей, но сейчас Мирославе было не до деталей биографии мага. Ее сердце гулко билось в ожидании того, что может произойти. Конечно, Кирьян рассказывал, что это малоприятная процедура. Но она не знала, что будет дальше, пока не почувствовала давящую на виски боль. Схватившись за спинку стоящей перед ней лавки, Мирослава сделала глубокий вдох, то же самое произошло и с Матвеем.
        Кирьян же стоял ровно, не морщась, его глаза были закрыты, в то время как ладони Ланиуса лежали на его голове. Защитный купол спал, но вокруг уже стояли вооруженные стражники.
        Под потолком появилось нечто похожее на овальное зеркало, оно растянулось и показывало картины прошлого. Присутствующие видели и слышали все то, что происходило с Кирьяном, касательно судебного дела.
        Матвей застонал и прижал руку к носу, между пальцев потекла тонкая струйка крови. Принцесса Северина мгновенно оказалась рядом и прижала к его лицу платок, в который было что-то завернуто. Мирославу пробрала дрожь от повеявшего рядом с ними холодного воздуха.
        - Так лучше? - участливо спросила девушка.
        - Да, благодарю, Ваше Высочество. Примочка изо льда пришлась очень кстати, не ожидал, что у меня пойдет кровь, - прогнусавил Матвей, прижимая платок самостоятельно.
        У Мирославы крови не было, она чувствовала тошноту и головокружение, поэтому пришлось сесть, откинувшись на спинку скамьи. Они очень удачно расположились, скрытые тяжелой гардиной, и их никто не видел.
        - На всякий случай я навесила на нас отвлекающий морок, чтобы никто сюда не глазел, - предупредила Северина, подойдя к Славе и сунув ей под нос пузырек с остро пахнущей жидкостью. - Потерпи, скоро все закончится, они почти увидели то, что хотели. Его Высочество принял на себя большую часть боли Кирьяна. Вы меня приятно удивили, принц, какая выдержка и сила, я недооценила вас, - она усмехнулась.
        - Пустяки, ради друга я готов вытерпеть не только эту процедуру.
        - Похвально. Как ты себя чувствуешь, Мирослава?
        - Неважно, но я тоже готова терпеть столько, сколько понадобится, надеюсь, меня не стошнит, иначе придется наколдовать ведро со шваброй.
        Образы в зеркале вызвали не бурю эмоций, а гробовое молчание, в которое погрузился весь зал. Когда же они померкли, и зеркало исчезло, Кирьян слегка пошатнулся, но Ланиус заботливо его придержал. Не все в совете были за казнь Кирьяна как предателя королевства и несостоявшегося убийцу принца.
        - Как видите, то, что вы все узрели в зеркале моей памяти, чистая правда, воспоминания невозможно подправить. Поэтому я выдвигаю обвинение советнику Распутину в череде преступлений не только против королевства Ворожея и королевской семьи с целью узурпировать трон, но и в убийстве королевы Перл и нападении на остров Буян, - проговорил Кирьян, глядя в глаза врага.
        Мирослава не видела, как усмехнулся Распутин, а лишь смутно слышала его слова.
        - Этих доказательств недостаточно, чтобы обвинять меня в подобном. Меня не было на острове Буяне, когда несчастную жену короля Черномора убили неизвестные наемники, а мои слова вы просто извратили. Я никогда не отдавал распоряжения об убийстве принца, это наглая ложь! Я служил и служу верой и правдой своей стране и королю, - Распутин даже поклонился Олексию, но король бесстрастно смотрел на него и Кирьяна.
        - Отчего же доказательств недостаточно? - прогрохотал в зале голос вошедшего Черномора, перед собой он толкал одного из тех наемников, которые участвовали в нападении на Буян. - Также я представляю суду копию воспоминаний этого убийцы, которую я сделал очень осторожно, проникнув в его память, дабы не затронуть функции мозга, - над Черномором, как до этого над Кирьяном, появилось такое же зеркало, отражающее прошлое наемника.
        Мужчина был крепко-накрепко связан по рукам и туловищу прочными зеленоватыми водорослями-веревками. На ладони Черномора замерцала синяя жемчужина. В следующие минуты весь зал вновь увидел то, что случилось в прошлом. На записи четко было слышно и видно, кто отдавал приказ о нападении на Буян. Также наемник подтвердил это словесно, указав на Распутина. Советники требовали провести повторную процедуру просмотра памяти, но Черномор отмел их слова.
        - Если мы проведем вторичный просмотр памяти, то свидетель умрет, и мы лишимся его, вы этого хотите? - Черномор сверлил взглядом тех судий, которые были за Распутина, но они тут же стушевались, вжавшись в спинки лавок.
        - Я вызываю в свидетели принцессу северных земель - Северину! - озвучил один из советников.
        Ее Высочество бросила обеспокоенный взгляд на рухнувшего на скамью Матвея и бледную Мирославу. Расправив складки платья, она вышла из-за магической завесы, представ перед советом.
        - Я подтверждаю все вышесказанные слова герцога Кирьяна Валерьяна и короля Черномора. Я также свидетельствую против советника Распутина, который подослал своих наемников в мои земли. С их помощью предатель в нашем замке убил моего отца, а сами наемники напали на апартаменты Его Высочества принца Матвея. Если бы не герцог Кирьян, принц, да и я тоже, были бы мертвы. Я говорю как свидетель злодеяний советника, - ее голос был четким, в глазах бесстрашие. - Я готова пройти процедуру просмотра памяти.
        - В этом нет необходимости, Ваше Высочество. Распутин, вам есть что добавить? - спросил король. Он больше не обращался к нему по званию. Весь этот суд был ничем иным, как фарсом, игрой одного актера и его подпевал в виде других советников.
        Тошнота и головокружение у Славы сменились обмороком, и она обмякла, едва не съехав с лавки. Девушка не услышала ответа Распутина и не почувствовала, как ее кто-то хватает за руки, и она задыхается во мраке, затянувшем тело и разум.
        Она вывалилась на твердую землю, в лицо било солнце. Рядом кто-то громко кричал, слышались звуки ударов и женские голоса:
        - Бей его, бей, да дави его, дави!
        - Эй, леший, тащи сюда веник крапивы, сейчас мы этого преступника будем наказывать!
        Мирослава разлепила веки и узрела невероятную картину: Ариадна Николаевна и ее сестра Алла вместе с лешим - дедком в тряпье и с рыжей бородой, из которой торчал мухомор, били Распутина, скорчившегося на земле в комок, сковородками и крапивой.
        Советник кричал и извивался, но его руки и ноги были связаны… прутьями, и он никак не мог увернуться от ударов, пока ему не наставили фингалов и не выбили передние зубы.
        - Тьфу ты! Что за мужики пошли, а раньше от удара сковородки так не страдали, - подбоченясь, пожаловалась Алла.
        - Ох, и не говори, куда жизнь катится. Скоро вообще ни одного соколика не останется. Одни нюни да недомужики пошли! Ну, где ты там, Черноморушка, долго нам с этой падалью мучиться? - окликнула Ариадна.
        Из кустов вышел король острова Буяна, за ним в пруду виднелись несколько высунувшихся из воды тритонов со сверкающими трезубцами.
        - Здесь я, бабоньки, прошу прощения за ожидание, - по-простецки проговорил он, подойдя к ним. - Кажись, наряд не по времени подобрал, запамятовал, что у вас тут ходят в этих… как их…
        - Джинсах и шортах! - подсказала Алла, улыбаясь и хлопая ладошкой по сковородке.
        - Верно, - король был сам на себя не похож: суровость и печаль исчезли из его глаз, вместо них пришло… спокойствие. Ему стало легче от того, что преступник нашелся и будет наказан им же. - Ребята, забирайте этого, - распорядился Черномор, подхватив одной рукой Распутина за шиворот мантии и кинув в пруд, откуда в разные стороны шарахнулись лягушки. Пахнуло болотом, от чего Мирослава поморщилась.
        - В подводную темницу и под замок. Я прибуду и разберусь с ним собственноручно.
        - Будет исполнено, Ваше Величество, - тритоны забрали преступника и скрылись под мутной зеленоватой водой с расплывающейся ряской в окружении кувшинок.
        - Давай помогу, дева, - Черномор протянул Мирославе руку, и девушка осторожно встала, ее по-прежнему шатало.
        - Что произошло? - пролепетала она, бледнея. Но Черномор поудобнее обхватил ее за талию, помогая передвигаться в сторону дома ведьмочек.
        - Батюшки, какая же ты белая, прямо как мел, - заохала Алла и тут же выудила из передника пузырек. - На-ка! Выпей, голубушка, сразу полегчает. А ты, Черноморушка, будь добр, доведи барышню до дома, а то свалится где-нибудь, бедненькая, видишь, какая она хрупкая, прямо тростиночка.
        - Говорила я тебе, Славка, есть надо больше! - вторила сестре Ариадна, пока девушка опустошала пузырек со сладковатой жидкостью.
        В доме ее усадили на лавку и придвинули тарелку с горкой блинов.
        - Вот эти с ветчиной и сыром. Скушай, сразу легче станет. Ох уж мне эти ваши магические проверки, но не будь между вами троими связывающей нити - Кирьян бы не выжил. С ним не стали церемониться, как Черномор со своим свидетелем. Кирьян-то сильный маг, но и ему с этой процедурой памяти было бы тяжело справиться, - перед ней села Ариадна.
        - Черноморушка, угощайся, не побрезгуй. Правда, сервиз обычный, не королевский, - Алла налила королю огромную кружку кваса.
        Мужчина сделал несколько глотков, утер усы и бороду, по которым пробежали пенные струйки, и принялся уминать блины с красной и черной икрой.
        - Хороши, сто лет их не ел, как был у вас в последний раз. Так после этого и не готовили у меня ничего подобного, разве что Перлуша моя ненаглядная, - от воспоминания о жене глаза короля увлажнились. Но он не подал виду и только шмыгнул носом, делая глоток кваса.
        - Нет худа без добра, вон какая у тебя доченька выросла. Красавица да умница, идеальная невеста для принца Матвея. Лучше во всех мирах, ни в нашем, ни в твоем не сыскать, - Ариадна прижала ладонь к щеке, поглаживая кончиками пальцев золотую кайму стоящего перед ней блюда с наливным яблочком.
        Мирослава к блинам не прикоснулась, отпив лишь сладкого чаю:
        - Что произошло? Расскажите, иначе я сама побегу и в пруд прыгну.
        - Ух ты, какая шустрая! Поглядите на нее, нет уж, сиди тут и жди своего жениха, а то удумала она в пруд. Ты же не русалка, - одернула Алла.
        - Верно они говорят, нечего тебе, дева, по прудам плавать. Отдыхай да сил набирайся. Все будет в порядке с твоим герцогом Валерьяном. Он умный парень, к тому же, обвинения с него будут сняты, как бы поддержка Распутина ни ярилась. Когда я привел последнего свидетеля, Распутин понял, что ему не миновать расправы, и воспользовался кромешной тьмой, это заклинание такое. В зале стало темно, как в расщелине на морском дне. Не знаю, как он увидел тебя, но предполагаю, что Северина растерялась, ее магия нарушилась и завеса спала, но Матвей к тому времени уже более-менее отошел от процедуры с памятью Кирьяна. А ты была вялой, как тряпочка, вот он и умыкнул тебя. Открыл портал, оттуда в колодец под залом суда - и уже очутился в нужном месте - в ловушке, расставленной нашими заботливыми ведьмочками. Спасибо вам, голубушки, иначе упустили бы супостата.
        - Да было бы за что! - Алла разрумянилась, а Ариадна довольно улыбнулась, махнув рукой: «Мол, будет тебе. Подумаешь, дело сделали небольшое».
        - Такого, как Распутин, не проведешь. Он сразу понял, что с Кирьяном что-то не так, больно легко ему эта процедура далась. Они ведь втроем между собой по нити разделили все ощущения. И если у Матвея кровь носом пошла, то Славочка в обморок упала. А лучше заложницы, кроме вялой девчонки, которая и сопротивления-то не окажет, нет - объяснила Ариадна.
        - Откуда вы знаете? - Мирослава нахмурилась, переводя непонимающий взгляд с одной женщины на другую.
        Ведьмы переглянулись, словно мысленно совещаясь, и придвинули к ней блюдо с тем самым яблоком.
        - В семье у нас хранится, с помощью него иногда можем в будущее заглядывать. Редко, но метко. Вот мы и подготовились к встрече «нежданного» гостя, пришлось, правда, пожертвовать веником крапивы, который я для супчика одного собрала, ну да что делать. Это лучшее средство, чтобы изгнать темные силы, а там и леший подсобил с прутьями, обвязал как надо нашего смутьяна, узурпатора проклятого! - Алла с силой ударила кулачком по столу.
        Мирослава мельком увидела, как в блюде отразилась она и Кирьян, обнимающие друг друга. Но картинка тут же померкла, стоило Ариадне накрыть артефакт полотенцем.
        - Так что жди своего героя. Можешь либо тут остаться, либо возвращайся в Москву, ключики твои у меня, - Ариадна положила перед ней запасную связку.
        Слава тяжело вздохнула, ей хотелось упасть на кровать, зарыться лицом в подушку и поплакать. Слишком напряженным для нее оказалось это приключение, но все, что остается, это ждать.
        - Можно я спать пойду? - тихо спросила она.
        - Не можно, а нужно, милая, на тебе лица нет, - поддержала ее Алла и лично проводила до комнаты, в которой Слава до этого ночевала.
        Когда она вернулась в кухню, Черномор уже стоял в дверях:
        - Спасибо, голубушки, ждите в гости, надеюсь, недолго мне осталось внуков ждать, - он подмигнул ведьмам и ушел.
        Ариадна проследила его путь по блюду от колодца до тронного зала, где ему в объятья кинулась дочь. В это же время Король Олексий и принцесса Северина подписывали новый договор между их странами, а королевский распорядитель уточнял дату назначенной свадьбы. Кирьян сидел у постели спящего принца Матвея. Его лицо было сосредоточено, взгляд блуждал по апартаментам, пока не остановился на зеркале на стене.
        Ариадна почувствовала, что он смотрит именно на нее. Его рот открылся, и он проговорил:
        - Скоро буду, дождись меня…
        Эпилог
        Как позже Мирославе рассказала Ариадна: король западных земель тоже явился в Ворожею, но уже на торжество. В тот день праздновали сразу две свадьбы - короля Олексия с принцессой, а ныне королевой Севериной, и принца Матвея с принцессой Лебединой. С тех пор прошло около двух месяцев, и Мирослава вернулась в Москву. После долгого отсутствия ей пришлось лично заявиться в редакцию и извиняться за то, что из-за нее не вышла статья. Она чудом избежала увольнения, а может, помог браслет-амулет, который Ариадна подкинула ей за день до беседы с начальником. Возможно, что магические атрибуты в ее магазине были вовсе не обычными побрякушками, как прежде считала Мирослава, а вещами, действительно наделенным крупицей магии.
        Никаких котов или псевдоплемянников Мирославе больше не подсовывали, девушка спокойно жила, общалась с Антоном, но близко к себе подпустить парня не могла. По ночам ей снилась та самая картинка, которую ей посчастливилось мельком увидеть в блюде с яблочком, предсказывающим будущее, где она обнималась с Кирьяном. Но от мага не было никаких вестей. А спрашивая у Ариадны, она всегда получала один и тот же ответ - потерпи. Но сколько же можно ждать? Неужели год или два?
        Иногда ей в голову забредали лишние мысли: возможно, Кирьян там не один, встретил какую-нибудь графиню или русалку и закрутил с ней. Потом Мирослава долго гуляла, стараясь не думать ни о чем дурном. Время шло, и за окном уже шелестела осенняя листва.
        В выходной день, с утра пораньше Ариадна позвонила ей в дверь, всучила ключи от своей дачи и попросила съездить и проверить, все ли в порядке в доме, потому что у Любаши завал в магазине, а у нее очередная командировка. Делать было нечего и, подхватив рюкзак с ноутом, Слава поехала на метро, а затем на электричке в Белые Столбы.
        Дом стоял, как и прежде, на своем месте. Никакие происшествия его не затронули. Мирослава коснулась забора, вспоминая, как она и Матвеем с Кирьяном жили здесь некоторое время, как она готовила для них завтраки, как чаевничали в беседке, ели ягоды, а теперь… она тут совсем одна. От тоски по любимому в глазах неприятно защипало, а к горлу подступил ком. Сделав глубокий вдох, она прошла внутрь и разложила продукты. Ариадна была не против, чтобы девушка немного здесь пожила.
        Вечером пошел дождь, и спасением от холода был слабо работающий обогреватель, плед, шерстяные носки и чашка какао, в которой плавали крохотные зефирки.
        «Интересно, а что сейчас делает Кирьян, и как там Матвей с принцессой Лебединой, все ли у них хорошо? Никто ли больше не посягал на жизнь Северины, как ей живется с королем Олексием?» - она сидела в кресле, поджав под себя ноги, и размышляла.
        Ветви дерева со скрипом заскользили по стеклу, и Мирослава обернулась на звук. Небо озарила молния, и в короткой вспышке света девушка разглядела чей-то силуэт. Внутри вспыхнул страх, Слава поставила чашку на столик и подбежала к двери проверить, закрыла ли она ее на замок. Но стоило коснуться ручки, как та повернулась, и створка распахнулась, бросив в лицо Славы мокрые капли и холодный порыв ветра.
        На пороге стоял некто высокий и полностью закрытый черным плащом.
        Девушка затаила дыхание, под рукой не было ничего, чем она могла бы защититься, а незваный гость молча закрыл дверь и откинул капюшон. По плечам рассыпались белоснежные волосы, шарф соскользнул с лица.
        Перед ней стоял Кирьян и… улыбался. Недолго думая, Слава бросилась в его объятья, прижавшись щекой к груди.
        - Я же насквозь промок, - с легким укором проговорил он, обняв ее одной рукой и запустив пальцы другой в короткие волосы.
        - Ну и что, что промок, подумаешь, - пробубнила Слава, еще теснее прижимаясь к нему.
        - Я ведь не на несколько минут, Мирослава…
        Девушка подняла на него увлажнившийся от слез взгляд и шмыгнула носом.
        - Я навсегда.
        - Правда? - не веря, спросила она, на что Кирьян улыбнулся и нежно поцеловал ее в губы.
        - Тебе ведь сказали меня дождаться….
        - Да, но… тебя не было так долго, что я начала сомневаться.
        - Согласен, я несколько задержался. Нужно было закончить со всеми делами и, так сказать, уволиться с поста королевского мага. Подписать множество документов, заверить все печатями… - он нахмурился, только сейчас заметив, что девушка кутается в плед. - Ты замерзла, - он взмахнул рукой, и по стенам с полом прошли золотые нити, образовав сетку, которая впиталась во все поверхности.
        В доме сразу стало теплее, как будто кто-то включил электрические полы, а вместо жалкого обогревателя заработали полноценные батареи.
        Кирьян снял плащ, повесив на вешалку и, взяв Славу за холодные руки, повел в спальню. Усадив на кровать, он заглянул ей в глаза и смотрел так долго, что Слава боялась пошевелиться, лишь бы не спугнуть счастливый миг. Ей казалось, что это волшебство, и в любой момент Кирьян может исчезнуть, а она очнется в кресле у камина и поймет, что ей всё приснилось.
        - Расскажи мне… - попросила она, сжав его горячие пальцы и прижавшись к ним губами.
        Кирьян уложил ее на спину и, пристроившись напротив, как когда-то в облике кота, поведал подробности.
        У короля Олексия и Северины все хорошо. Первые несколько месяцев постоянных разъездов из Ворожеи в Северные земли они договорились об их присоединении друг к другу. Наместниками в своем замке Северина оставила лорда Ивера и генерала Келера. Что касается дракона Ледорилиана, то он снова впал в некое подобие спячки подо льдами родных земель, но перед сном предрек королеве - своей хозяйке - скорое рождение детей. Матвей вместе с принцессой Лебединой сыграли пышную свадьбу, отмечали ее целой толпой, среди которой был и ворчливый король степей - Бурый. Знаешь, они действительно с Черномором оказались теми еще собутыльниками, даже попытались втянуть Олексия, но Северина не позволила мужу напиться. Сейчас Матвей с молодой женой, которую полюбил всем сердцем, путешествуют по миру. Черномор каждый день отслеживает их через магическую раковину, которую напоследок вручил дочери. Он так и не смог окончательно расстаться с ней, поэтому вне путешествий молодые живут на острове Буяне. Матвей не против, ему нравится изучать морские глубины, особенно с учетом того, что его жена умеет оборачиваться в русалку. А
украшение, которое она носила на шее, закрывает жабры. С детьми они решили повременить, считая, что слишком молоды для этого. Черномор придерживается того же мнения, но он всегда будет считать свою дочь крошкой. Иногда Матвей делился с Кирьяном мыслями о Мирославе и о том, что как бы сильно не любил Лебедину, все равно тоскует по Славе. Нить, связывающая их, не ослабла, и Матвей никогда ее не забудет.
        Касательно судьбы Распутина, как только Черномор вернулся в свой мир - скормил врага и убийцу своей жены кракену[1]. Морской питомец был доволен, похрустывая костями доставленного ему «обеда», и затем долго слизывал куски разодранной плоти, застрявшие в клюве. Месть свершилась, и Черномор мог спать спокойно. Те, кто помогал Распутину, выполнял его приказы, были преданы суду и наказаны, а над некоторыми из них провели процедуру прочтения памяти, и все увидели, как Распутин планировал захватить не одну страну, а все. Его племяннице Забаве досталось менее суровое наказание, она частично знала о планах дяди. Ей лишь запретили появляться на всех землях, кроме своей, установив скрытое магическое наблюдение. На последнем особенно настояла королева Северина. Она не доверяла принцессе Забаве, как магически одаренная, она могла задумать что угодно.
        Самого Кирьяна полностью оправдали, но, как и предполагалось, не все поверили в его абсолютную невиновность. Земля полнилась слухами, которые очень тревожили его отца. Кирьян все равно не собирался там оставаться, и, как только сообщил королю Олексию о своем решении, тот поддержал его отъезд в техно-мир.
        - Теперь ты никогда не сможешь туда вернуться? Как же твой отец? - спросила Слава.
        - Смогу, но, возможно, чуть позже, когда народ успокоится. Отец был расстроен моим отъездом, но он понимает, что жить как прежде я не смогу. Поэтому попросил лишь об одном: чтобы мы как-нибудь вдвоем навестили его, - Кирьян взял ее за руку с кольцом на безымянном пальце, которое сам когда-то надел, и улыбнулся.
        - Конечно, навестим, - девушка подалась вперед, целуя Кирьяна в губы.
        Ей так его не хватало, и по резким движениям, по тому, как жадно маг ее целовал, она поняла, что он чувствует то же самое. В комнате стало еще жарче, и мановением руки Кирьян приоткрыл окно, пустив ночную прохладу и запах дождя внутрь.
        Всю ночь они не могли оторваться друг от друга, наверстывая упущенное время, нежась в руках друг друга, томно вздыхая от прикосновений и чувствуя полную гармонию и счастье. Они были вдвоем. Наконец-то и, должно быть, навсегда…
        Конец.
        [1] Кр?кен - легендарное мифическое морское чудовище гигантских размеров, головоногий моллюск, известный по описаниям исландских моряков, из языка которых и происходит его название.

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader, BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader. Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к