Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Сказки И Мифы / Остер Григорий: " Бабушка Удава " - читать онлайн

Сохранить .
Бабушка удава Григорий Остер

        Книга рассказывает о веселых и комичных приключениях известных ребятам из мультфильмов слоненка, попугая, удава и мартышки.

        Григорий Остер
        Бабушка удава

        Глава I


        Здравствуй, уважаемый Ребёнок! Пишет тебе детский писатель. Этот писатель — я. Меня зовут Григорий Остер. Как зовут тебя, я не знаю, но я догадываюсь. И ещё я догадываюсь, что тебе хочется услышать какую-нибудь сказку. Если я правильно догадываюсь, тогда слушай. А если я догадываюсь неправильно и тебе не хочется слушать сказку, тогда не слушай. Сказка никуда не денется, она тебя подождёт. Приходи, когда захочешь, и ты услышишь её всю от начала до конца.
        Но ты, уважаемый Ребёнок, всё-таки не очень задерживайся, а то станешь взрослым и тебе будет уже не так интересно слушать сказку про слонёнка, мартышку, удава и попугая.


        Эти слонёнок, попугай, удав и мартышка жили в Африке. Каждый день они собирались вместе и придумывали что-нибудь интересное. Или просто разговаривали. Или мартышка пела смешные песенки, а удав, слонёнок и попугай слушали и смеялись. Или слонёнок задавал умные вопросы, а мартышка, попугай и удав отвечали. Или слонёнок и мартышка брали удава и крутили, как скакалку, а попугай прыгал через него. И всем было весело, особенно удаву. Слонёнок, попугай, удав и мартышка всегда радовались, что они знакомы друг с другом и играют вместе. Поэтому все удивились, когда мартышка однажды сказала:
        — Ах, как жаль, что мы знакомы друг с другом!
        — Разве тебе не интересно с нами?  — обиделся попугай.
        — Нет, вы меня не поняли!  — замахала руками мартышка.  — Я совсем не то хотела сказать. Я хотела сказать: как жаль, что мы уже знакомы. Вот было бы интересно нам всем ещё раз познакомиться. Я бы с удовольствием познакомилась с тобой, слонёнок, ты такой вежливый, с тобой, попугай, ты такой умный, с тобой, удав, ты такой длинный.
        — И я,  — сказал удав,  — с удовольствием познакомился бы с тобой, мартышка, с тобой, слонёнок, и с тобой попугай.
        — И я,  — сказал слонёнок.  — С удовольствием.
        — Но ведь мы уже знакомы!  — пожал плечами попугай.
        — Вот я и говорю,  — вздохнула мартышка.  — Как жаль!
        — Друзья!  — вдруг сказал удав и взмахнул хвостом.  — А почему бы нам не познакомиться ещё раз?
        — Два раза подряд знакомиться нельзя!  — сказал попугай.  — Если с кем-нибудь знаком, то это уже навсегда. Ничего тут не поделаешь.
        — А мы,  — предложил слонёнок,  — давайте возьмём и познакомимся сначала!
        — Правильно!  — сказал удав.  — Давайте разойдёмся, а потом случайно встретимся и познакомимся.
        — Ой!  — заволновался слонёнок.  — А вдруг мы случайно не встретимся?
        — Ну, это-то как раз не беда!  — сказал попугай.  — Если мы не встретимся случайно, мы потом встретимся нарочно.
        Мартышка закрыла руками глаза и закричала:
        Раз, два, три, четыре, пять!
        Начинаю вас не знать!
        Расходитесь, разбегайтесь,
        Чтобы встретиться опять!

        Когда мартышка открыла глаза, никого не было. Потом из-за дерева вышел слонёнок. Из травы выполз удав. А из-под куста вылез попугай. Все доброжелательно посмотрели друг на друга и стали знакомиться.


        Мартышка пожала попугаю крылышко. Попугай пожал слонёнку хобот. Слонёнок пожал удаву хвост. И они все сказали друг другу: «Будем знакомы!» А потом сказали: «Очень приятно было познакомиться!»


        И это действительно было так приятно, что с тех пор они каждый день знакомились по два раза. Утром, когда встречались, и вечером на прощание, перед тем, как отправиться спать.

        Глава II


        Однажды попугай ходил по Африке и смотрел по сторонам. И всё понимал. На что ни посмотрит — всё ему сразу ясно. Например, посмотрит попугай на кактус и подумает: «Ага! Этот кактус занят очень важным делом — он растёт сам и отращивает свои колючки». Или глянет попугай на кокосовую пальму, увидит там кокосовые орехи и подумает: «Эти кокосовые орехи зреют. Скоро они созреют и упадут. Кому-нибудь на голову».
        Попугай вышел на полянку и увидел мартышку. Мартышка карабкалась на высокую финиковую пальму. Она долезала до середины ствола и очень быстро съезжала вниз.
        «Чем занимается мартышка?  — спросил сам себя попугай и тут же сам себе ответил: — Мартышка катается».
        — Катаешься?  — спросил попугай мартышку.
        — Лезу!  — сказала мартышка и снова полезла на пальму. Она опять добралась до середины ствола и опять очень быстро съехала оттуда вниз. И полезла на пальму ещё раз.
        Попугай постоял внизу и подождал, пока мартышка снова к нему приехала. Тогда он спросил:
        — Если ты лезешь, почему же ты катаешься?
        — Сама не понимаю!  — удивилась мартышка.  — Мне хочется фиников, и я лезу вверх. А получается — вжжжжжик — вниз!
        — Так-так…  — задумался попугай.  — А ну, покажи мускулы!
        Мартышка согнула свои тоненькие ручки и показала попугаю свои щупленькие мускулы.
        — Всё ясно!  — сказал попугай.  — Мускулы никуда не годятся!
        — Почему это не годятся?  — обиделась мартышка.
        — Слабые!  — объяснил попугай.  — Тут,  — попугай показал на высокую пальму,  — нужны сильные мускулы!
        — А у меня…  — испугалась мартышка,  — других нет. Только эти.
        — Чужие мускулы тебе не помогут!  — сказал попугай.  — Надо укреплять свои. Нужны спортивные упражнения! Зарядка!
        — Зарядка?  — удивилась мартышка.
        — Стань прямо!  — велел попугай. Мартышка стала прямо. Попугай скомандовал:
        Упражненье началось!
        Ноги вместе! Руки врозь!
        Раз, два, три, четыре!
        Ноги выше! Руки шире!

        Попугай командовал, а мартышка разводила руки в стороны и опускала их вниз, поднимала вверх и приседала на корточки, подпрыгивала и хлопала в ладоши над головой и за спиной, бегала на носках и ходила на пятках и делала ещё много чего другого.
        — А скоро они укрепятся, мускулы?  — спросила наконец мартышка, стоя на одной ноге и размахивая руками.
        — Скоро!  — пообещал попугай.  — Будешь делать зарядку каждое утро и…
        — Каждое?!  — протянула разочарованная мартышка.
        — Каждое утро!  — подтвердил попугай.  — Будешь делать зарядку каждое утро. И от этой зарядки ты будешь всё время заряжаться, заряжаться… А потом — бах!  — и станешь сильной.
        — А нельзя сразу — бах?  — спросила мартышка.
        — Нельзя!
        — И я каждое утро буду делать зарядку одна? Мне же станет скучно!  — возмутилась мартышка.
        — Ну, можешь делать зарядку с кем-нибудь вместе,  — разрешил попугай.  — Ты давай тут потренируйся,  — сказал он,  — а я потом приду и посмотрю, как у тебя получается.
        И попугай ушёл. Мартышка немножко попрыгала в одиночестве, а потом заметила, что на неё с удивлением смотрит вышедший из зарослей слонёнок.
        — Аааа… Слонёнок!  — обрадовалась мартышка.  — Хочешь делать что-нибудь вместе со мной?
        — Хочу,  — сказал слонёнок, немного смущаясь.
        — Прекрасно! Сейчас мы с тобой вместе… будем делать… зарядку!.. Так! Стань прямо!
        — Зарядку?  — вздохнул слонёнок и попятился. Но было уже поздно, мартышка поймала его за хобот. Пришлось слонёнку стать прямо.
        — Упражненье началось!  — скомандовала мартышка.  — Ноги вместе…
        И тут слонёнок упал. И даже перекувырнулся на спину.
        — Ты чего?  — удивилась мартышка.  — А ну, давай сначала!
        — Упражненье началось! Ноги вместе…  — Опять скомандовала мартышка. Но как только она дошла до «ноги вместе», слонёнок опять упал. И опять перекувырнулся на спину.
        Мартышка посмотрела на слонёнка с подозрением.
        — Что это ты всё время падаешь?  — спросила она.  — Давно это с тобой?
        — Недавно!  — честно признался слонёнок, лёжа на спине.  — Сначала ты говоришь: «Упражненье началось!» — и я пока ещё не падаю. А потом ты говоришь: «Ноги вместе!» — и я ставлю ноги вместе. И вот тут я падаю. Каждый раз.
        — Странно!  — задумалась мартышка.
        — Мартышка,  — предложил слонёнок, поднимаясь на ноги,  — давай я лучше не буду делать эту зарядку. А то я от этой зарядки всё время падаю.
        — Глупости!  — сказала мартышка.  — От зарядки не падают. Становись ещё раз. Упражненье началось! Ноги вместе…  — мартышка замолчала и стала ждать, упадёт слонёнок или не упадёт.
        «Наверно, я опять упаду»,  — подумал слонёнок. И сразу же понял, что не ошибся. Он понял это уже лёжа на спине.
        — Что это вы делаете?  — вдруг раздался голос удава, который в эту самую минуту начал выползать на полянку. Чем это вы занимаетесь?  — спросил удав, закончив выползать.
        — Падаем!  — сказал слонёнок, покачиваясь на спине и болтая ногами в воздухе.
        — Ну и как?  — спросил удав.  — Нравится?
        — Не очень,  — сказал слонёнок.
        — Это тебе не очень,  — уточнил удав,  — а мартышке?
        — А я и не падаю,  — сказала мартышка.  — Это слонёнок падает.
        — Ага!  — понял удав.  — А тебе, мартышка, значит, нравится, как он падает?
        — Не то чтобы ей очень нравилось,  — задумчиво сказал слонёнок, лёжа на спине и глядя в небо,  — но она, кажется, не против… чтоб я падал.
        — Ничего подобного!  — закричала мартышка.  — Я очень против. Чтоб ты падал.
        — Странно!  — удивился удав.  — Если слонёнку не очень нравится падать, а мартышка и вовсе против того, чтоб он падал, то почему же он тогда падает? Ну-ка, расскажите мне всё с самого начала!  — И удав устроился поудобней, предчувствуя долгий и занимательный рассказ.
        — Сначала я ставлю ноги вместе,  — рассказал слонёнок.  — А потом падаю. Хоть мне и не хочется.
        — Ты ставишь их вместе все?  — переспросил удав, который пока ещё ничего не понял, но уже кое-что начал подозревать.  — Ты ставишь вместе все четыре ноги?
        — Да,  — сказал слонёнок.  — Все.
        — Все четыре ноги ставить вместе нельзя!  — воскликнул удав.  — От этого всегда падают. Это есть такой закон природы.
        — Какой закон?  — спросила мартышка.
        — Честно говоря,  — смутился удав,  — я не очень хорошо помню этот закон, но зато я прекрасно помню, что от этого закона всегда падают. Как поставят вместе все четыре ноги, так сразу и падают. Так что все ноги ставить вместе нельзя.
        — А сколько можно?  — спросила мартышка.
        — Только некоторые!  — охотно объяснил удав, который в глубине души считал себя большим специалистом по ногам.  — Например, только задние. Или только передние.
        — И тогда не падают?  — спросил слонёнок.
        — Тогда стоят!  — подтвердил удав.  — А зачем вам это нужно? Зачем вы их ставите вместе, ваши ноги?
        — Для зарядки!  — сказала мартышка.  — Мы делаем зарядку.


        Удав сразу притих. Он с уважением посмотрел на мартышку и слонёнка.
        — Зарядка!..  — мечтательно вздохнул удав.  — Вам хорошо,  — печально сказал он.  — Вы можете делать зарядку.
        — А ты?  — вежливо поинтересовался слонёнок, лёжа вверх ногами.
        — Я не могу,  — со сдержанной грустью сказал удав.
        — Ну это же пустяки!  — обрадовалась мартышка.  — Сейчас я тебя научу.
        — Ничего не выйдет,  — покачал головой удав.
        — Выйдет, выйдет!  — пообещала мартышка.  — Ну-ка! Ляг прямо!  — И она скомандовала:
        Упражненье началось!
        Ноги вместе! Руки врозь!..

        Некоторое время удав и мартышка смотрели друг на друга и молчали. Потом удав укоризненно вздохнул:
        — Какие руки? Какие ноги? Какие ноги, я тебя спрашиваю?
        — Задние!  — выпалила мартышка.  — Или передние!
        — У меня,  — с горьким достоинством сказал удав,  — их нет. Ни задних, ни передних… ни средних. Никаких!
        Мартышка растерялась. Она, конечно, и раньше знала, что у удава рук и ног нет, но как-то забыла. И слонёнок тоже как-то нечаянно забыл.
        Слонёнок лежал на спине и спрашивал сам себя, почему так странно получается, что когда у тебя самого чего-то нет, так об этом всё время помнишь, а когда чего-то нет у другого, так забываешь. Слонёнок сам себя спрашивал, и он не знал, что самому себе ответить.
        А растерявшаяся мартышка наконец опомнилась и спросила удава:
        — Что же у тебя есть?
        — Вот!  — сказал удав.  — Хвост!  — и удав показал мартышке кончик хвоста.
        — И всё?  — спросила мартышка.
        — Мне хватает!  — с достоинством сказал удав. Он протянул хвост к лежавшему вверх ногами слонёнку, схватил его хвостом, перевернул и поставил на ноги.
        — Спасибо!  — поблагодарил слонёнок.  — Очень хорошо хватает. Крепко!
        — Хватать-то он хватает,  — вздохнул удав,  — да что толку, если я всё равно не могу делать зарядку. Нечем мне.
        В это время на полянку вышел попугай. Он посмотрел на удава, слонёнка и мартышку и подумал: «Всё понятно. Они собрались вместе и ждут меня».
        — Ну, как дела?  — спросил попугай.
        — Плохо!  — сказала мартышка.  — Слонёнок по закону природы всё время падает, а у удава вообще ничего нет. Только хвост. И зарядку мне делать не с кем.
        — Хвост?  — спросил заинтересовавшийся попугай.  — Ну-ка, покажите мне этот хвост.
        Удав показал попугаю хвост.
        — Гнётся?  — спросил попугай про хвост.
        — Гнётся, гнётся,  — закивал удав.  — Во все стороны.
        — Прекрасно!  — сказал попугай.  — Так в чём же дело?  — повернулся он к мартышке.  — Почему ты говоришь, что тебе не с кем делать зарядку? Будешь делать упражнения вот с этим хвостом.
        — А разве…  — спросил удав, затаив дыхание,  — разве бывают упражнения для хвоста?
        — Ещё какие!  — сказал попугай.  — Есть такая специальная зарядка для хвоста.
        И попугай стал учить удава делать зарядку для хвоста. Это была удивительная зарядка. Удавий хвост быстро-быстро крутился справа налево, а потом ещё быстрей — слева направо. И скручивался, как пружина. И распрямлялся ещё стремительней, чем пружина. И взлетал вверх, и со всей силы шлёпал по земле. И опять взлетал. И снова шлёпал.
        Удав был в восторге. Мартышка тоже. А слонёнок смотрел, смотрел, как удав делает зарядку, а потом подошёл к попугаю и, смущаясь, спросил:
        — А для хобота зарядка бывает?
        — Бывает!  — сказал попугай.
        И оказалось, что зарядка для хобота почти такая же увлекательная, как зарядка для хвоста.
        А потом друзья стали делать зарядку все вместе… Мартышка делала упражнения для рук, слонёнок для хобота, а удав — для хвоста. Попугай командовал. Он делал специальные упражнения для командиров.


        С тех пор друзья каждое утро все вместе делали зарядку. Правда, мартышка, слонёнок и попугай иногда забывали её сделать. К сожалению. Зато удав никогда не забывал. К счастью. Ведь он делал самую увлекательную зарядку на свете. Зарядку для хвоста.

        Глава III


        Как-то раз удав и попугай прогуливались. Вдруг попугай исчез. Только что он был и даже разговаривал с удавом, и вот его совсем не стало. Пропал.
        «Здорово это у него вышло!  — подумал удав.  — Раз — и нету. Интересно, куда он делся?»
        — Ты где, попугай?  — спросил удав.
        — Не знаю!  — ответил попугай откуда-то из-под земли.  — Мне тут темно. И я не могу вылезти.
        Удав раздвинул траву и обнаружил в земле какую-то дыру.
        — Сейчас я тебя достану!  — сказал удав и сунул в дыру хвост.
        Когда удав почувствовал, что попугай ухватился за хвост, он выдернул его вместе с попугаем.
        — Что это за дыра?  — спросил удав.
        — Неизвестно,  — сказал попугай, отряхиваясь от земли,  — видимо, это какой-то вход.
        — Интересно!  — задумался удав, заглядывая в дыру.  — Если есть вход, то должен быть и выход. Как ты думаешь, попугай, есть у этой дыры выход или у неё только вход?
        — В том-то и дело!  — сказал попугай.  — Если у этой дыры только вход, то это просто дыра, а если у неё ещё и выход, то это уже не дыра, а подземный переход.
        — Куда переход?
        — Куда-то! Знаешь, удав, это можно проверить, есть выход или нет. Нужно сунуть в дыру твой хвост и пощупать, как там насчёт выхода.
        — Почему именно мой хвост?  — запротестовал удав, с опаской заглядывая в дыру.  — Почему не твой?
        — Ну…  — сказал попугай,  — мой хвост там уже был. Вместе со мной. Когда я провалился. Туда.
        — Мой хвост там тоже был!  — возразил удав.  — Когда он тебя вытаскивал. Оттуда.
        — Да!  — согласился попугай.  — Но тогда твой хвост нащупывал меня. А теперь он будет нащупывать выход.
        — Хорошо!  — вздохнул удав и стал засовывать в дыру свой хвост. Хвост уходил всё глубже и глубже, и в конце концов от удава осталась одна голова, торчащая из дыры.
        — Ну, что?  — спросил попугай у головы удава.  — Нащупал он выход, твой хвост?
        — Пока неясно!  — сказала голова удава, стараясь понять, что же там такое нащупывает её хвост.
        А в это время слонёнок и мартышка прогуливались совсем в другом месте. И вдруг мартышка увидела, как из травы что-то вылезает.
        — Смотри! Смотри!  — закричала мартышка слонёнку.  — Что это?
        Слонёнок посмотрел и сказал:
        — По-моему, это хвост.
        — Действительно!  — удивилась мартышка.  — Хвост. А он чей?
        — Ну…  — сказал слонёнок,  — наверно, он ничей. Наверно, он сам по себе. Дикий.
        — Диких хвостов не бывает!  — возразила мартышка.  — Раз есть хвост, должен быть и его хозяин.
        — Слушай!  — вдруг обрадовался слонёнок, внимательно приглядываясь к хвосту.  — Это же хвост удава!
        — А где же он сам?  — спросила мартышка.
        — Где-нибудь поблизости!  — сказал слонёнок.  — Они обычно всегда вместе: удав и его хвост. Редко разлучаются.
        Мартышка подскочила к хвосту и спросила очень строго:
        — Эй, ты! Хвост! Где твой удав?
        Хвост, конечно, ничего не ответил. Зато он зашевелился и стал всё вокруг себя ощупывать.
        — Оставь его!  — сказал слонёнок мартышке.  — Пусть себе ползёт. Может, удав отпустил его погулять.
        — По-моему, он просто сбежал,  — сказала мартышка.  — А ну, говори сейчас же, где твой хозяин?  — накинулась она на хвост.
        Хвост опять ничего не ответил и вдруг вильнул куда-то в сторону.
        — Стой! Куда?  — мартышка вцепилась в хвост и крикнула слонёнку: — Он удирает!
        Слонёнок тоже ухватился хоботом за хвост удава.
        — Тяни!  — скомандовала мартышка.
        В эту самую секунду голова удава, которая торчала из выхода в дыру и рассказывала попугаю, что нащупывает её хвост, вдруг закричала:
        — Ой! Там кто-то есть! В этой дыре! Кто-то схватил меня за хвост и тащит.
        — Куда?!  — ужаснулся попугай.
        — Сейчас узнаю!  — пообещала голова удава и исчезла в дыре.
        «Конечно!  — подумал попугай, когда он остался один на один с дырой.  — Конечно, удав очень скоро узнает, куда его тащат. А вот как узнаю я, куда его утащили? Мне ведь тоже интересно!»
        А тем временем мартышка и слонёнок тянули хвост удава. Тянули, тянули… И вытянули всего удава целиком.
        — А!  — сказала мартышка удаву,  — ты тоже здесь. А мы думали, это только твой хвост!
        — Мы думали, он от тебя убежал…  — сказал слонёнок.
        — Нет!  — сказал удав, взглянув на свой хвост.  — Он не бегал! Мы вместе!
        — Слушай!  — вдруг вспомнила мартышка.  — Откуда это мы вас обоих вытащили?
        — Из дыры!  — сказал удав.
        — А что ты там делал?  — спросил слонёнок.
        — Сначала я нащупывал там выход,  — сказал удав.  — А потом оказалось, что в этой дыре кто-то есть. И этот кто-то ухватил меня и куда-то потащил.
        — В этой дыре кто-то есть?  — испуганно переспросила мартышка, заглядывая в дыру.  — А он страшный?
        — Кажется, он очень страшный!  — подтвердил слонёнок, пятясь от дыры.  — Я его боюсь!
        — Я тоже его боюсь!  — сказал удав.  — Вернее, я его не столько боюсь, сколько опасаюсь. Я ведь так и не понял, куда он меня тащил. И главное — зачем тащил?!
        — А он не может оттуда вылезти?  — спросила мартышка, отступая от дыры.  — Как ты думаешь, удав?
        — Я думаю, что он может!  — сказал удав.
        И как только он так сказал, все услышали, что в дыре начинается какой-то шум.
        — Он уже лезет!  — охнул слонёнок.
        В ту же самую секунду мартышка обнаружила, что она сидит почти на самой верхушке ближайшей пальмы. Мартышка сразу же почувствовала себя в безопасности и с интересом поглядела вниз. И увидела, что из дыры вылез попугай.
        — А!  — сказал попугай удаву.  — Ты здесь? А я тебя ищу. Так куда тебя тащило?
        — А я так и не выяснил!  — сказал удав.  — Потому что слонёнок и мартышка меня вытащили. На самом интересном месте. Я даже не понял, кто меня тащил. Ты, попугай, там в дыре никого не заметил?
        — Там никого нет!  — сказал попугай.  — Зато я нашёл выход!
        — Где?  — обрадовался удав.
        — Да вот он!  — показал попугай на дыру, из которой он только что вылез.
        — Но ведь это опять вход!  — удивился удав.
        — Это отсюда вход,  — объяснил попугай,  — а оттуда, изнутри,  — выход.
        — Тогда понятно!  — сказал удав.  — А то я думаю, что это за странная такая дыра. Два входа и ни одного выхода.
        Когда мартышка увидела, что из дыры вылез не кто-то очень страшный, а всего лишь попугай, и услышала, что в дыре больше никого нет, она решила, что можно спокойно спуститься вниз. Мартышка уже начала спускаться, когда вдруг услышала, что над её головой кто-то вздыхает.
        Мартышка посмотрела и увидела, что на пальме вместе с ней сидит слонёнок.
        — Слонёнок!  — удивилась мартышка.  — Разве ты умеешь лазить по пальмам?
        — Не умею!  — вздохнул слонёнок.
        — А как же ты сюда попал?
        — Это мне и самому очень интересно!  — сказал слонёнок.  — Я сюда, кажется, взбежал. Или вскочил!
        — Как вскочил?
        — С разбегу!  — объяснил слонёнок.
        — По-моему, ты вскочил не с разбегу, а с перепугу,  — сказала мартышка.
        — Честно говоря,  — вздохнул слонёнок,  — меня теперь не очень интересует, с чего я вскочил. Теперь, мартышка, меня гораздо больше интересует, на что я буду соскакивать. Хотелось бы на что-нибудь мягкое.
        Мартышка посмотрела вниз и сказала:
        — Там только кактусы.
        — Кактусы мне не подходят!  — сказал слонёнок, обнимая пальму.
        Тут попугай внизу услышал, как слонёнок и мартышка разговаривают на пальме. Он задрал голову и закричал:
        — Эй! Чем вы там занимаетесь?
        — Хотим вниз!  — откликнулся слонёнок.
        — Так в чём же дело?  — удивился попугай.  — Слезайте!
        — Я-то слезу!  — сказала мартышка.  — А слонёнок не умеет слезать.
        — Если он не умеет слезать,  — посоветовал удав,  — пусть спрыгнет!
        — Я бы спрыгнул!  — сказал слонёнок.  — Если бы пальма не была такая высокая! Нельзя ли меня отсюда снять?  — спросил слонёнок.
        Попугай обошёл вокруг пальмы.
        — Эту пальму можно свалить,  — сказал попугай,  — тогда она упадёт.
        — А я?  — спросил слонёнок.  — Я тоже упаду?
        — Да!  — сказал попугай.  — Вы упадёте вместе.
        — Разве нельзя сделать как-нибудь так, чтоб мы упали отдельно?  — спросил слонёнок.  — Или ещё лучше, чтоб она упала без меня?
        — Нет!  — покачал головой попугай.  — Тут одно из двух: или вы падаете вместе, или не падаете совсем. Третьего не дано!
        — Я мог бы пригнуть эту пальму к земле!  — предложил удав.  — И тогда слонёнок сошёл бы на землю.
        — Это идея!  — обрадовался попугай и начал командовать.  — Ты, мартышка, слезай и отойди в сторонку, а ты, удав, берись хвостом за пальму и гни её, гни, гни, пока она не согнётся. И тогда ты, слонёнок, сойдёшь!
        Удав схватился хвостом за пальму, на которой сидел слонёнок, и стал пригибать её к земле.


        Он её пригибал, пригибал и пригнул.


        Когда слонёнок, который крепко держался за пальму, оказался у самой земли, попугай скомандовал:
        — Отпускай!
        Это значило, что слонёнку нужно было отпустить пальму и сойти на землю. Но слонёнок не понял, кому попугай командует, ему или удаву. И на всякий случай не отпустил пальму.
        Удав тоже ничего не понял. Поэтому на всякий случай он пальму отпустил.
        И когда удав её отпустил, она чрезвычайно быстро выпрямилась, эта пальма. И слонёнок от неё оторвался и тоже чрезвычайно быстро куда-то улетел.
        Когда слонёнок вернулся, он посмотрел на своих друзей укоризненно и сказал:
        — Там тоже растут кактусы. Там, куда я прилетел. Такие же колючие.
        — Ничего!  — утешила его мартышка.  — Не расстраивайся. Зато ты больше не будешь вскакивать на такие высокие пальмы.
        — Я больше ни на какие не буду!  — сказал слонёнок.  — Я очень испугался, поэтому вскочил.
        — Ты поторопился!  — сказал попугай слонёнку.  — Ты слишком поспешил пугаться! Если бы ты так не спешил, ты бы увидел, что пугаться нечего, потому что ничего страшного нет.
        — Да!  — подтвердил удав.  — С этим делом торопиться не стоит. Прежде чем чего-то бояться, нужно сначала посмотреть: страшное оно или не страшное. А то чего же зря стараться? Ты его боишься, а оно, может быть, совсем и не страшное.
        А потом слонёнок, попугай, удав и мартышка стали играть в подземный переход.
        Удав, попугай и мартышка влезали в одну дыру, а вылезали через другую.
        И каждая дыра по очереди была то входом, то выходом. Слонёнок не лазил с ними. Он не помещался в дыре.
        Поэтому слонёнок провожал своих друзей у входа, а потом бежал и встречал их у выхода. И наоборот!



        Глава IV


        У мартышки было плохое настроение. Поэтому она сидела на финиковой пальме и ела финики. Чем больше она их ела, тем лучше у неё становился аппетит. Но настроение почему-то не улучшалось. Мартышке было вкусно, но грустно.
        И тут мартышка увидела слонёнка. Слонёнок тоже увидел мартышку и крикнул:
        — Мартышка! Удав передавал тебе привет!
        — Спасибо!  — сказала мартышка. Она слезла с пальмы, вытерла ладошки о траву и протянула руку: — Давай!
        — Что?  — не понял слонёнок.
        — Как что?  — удивилась мартышка.  — Привет. От удава. Давай его сюда.
        — А у меня,  — сказал слонёнок,  — его нет.
        — А где он?  — заволновалась мартышка.  — Куда ты его дел?
        На всякий случай мартышка заглянула слонёнку за уши, но там, за ушами, никакого привета действительно не было.
        — Ты его потерял!  — закричала мартышка.  — Признавайся, ты его потерял, да?
        Слонёнок хотел что-то сказать, но так ничего и не сказал, потому что не знал, что ему говорить.
        — Ну вот!  — всплеснула руками мартышка.  — Я сижу и жду самый нужный привет, а он его потерял! Где ты его потерял?
        — Не знаю.
        — «Не зна-а-ю»!  — передразнила мартышка слонёнка.  — Показывай, где ты бежал?
        Мартышка и слонёнок стали искать привет. Они заглядывали под листья и шарили в кустах.
        — Какой он был, мой привет?  — крикнула мартышка слонёнку, раздвигая траву и разглядывая землю, на которой, к сожалению, ничего не было. То есть там были разные муравьи и камешки, но не было привета.
        — Сейчас, сейчас вспомню,  — наморщил лоб слонёнок,  — вот… удав сказал: передай от меня мартышке большой привет!
        — Большой!  — ахнула мартышка, и ей стало ещё обидней. Потому что даже когда что-нибудь маленькое потеряешь — и то обидно, а уж когда большое…
        И тут перед мартышкой и слонёнком появился попугай. Он сразу догадался, что мартышка и слонёнок что-то ищут.
        — Потеряли?  — спросил попугай.  — А тут искали?  — попугай деловито заглянул за ближайший кустик.
        — Искали!  — вздохнул слонёнок.
        — А там?  — попугай заглянул за соседнее дерево.
        — Там не искали!  — с надеждой кинулась за попугаем мартышка.
        Попугай бежал по лесу и быстро заглядывал за все деревья подряд. Мартышка бежала за ним и на всякий случай ещё раз заглядывала за те же самые деревья. А слонёнок плёлся позади и никуда не заглядывал, потому что шёл, виновато опустив голову. Зато он смотрел под ноги.
        — Тут нет! И тут нет! И тут!  — говорил попугай, не пропуская ни одного дерева. Потом он остановился и спросил: — А что мы ищем?
        — Привет! Привет ищем!  — объяснила мартышка.
        — Так!  — сказал попугай, которому сразу стало совершенно ясно, что ему ничегошеньки не понятно.  — Давайте рассказывайте, с чего всё началось?
        — Удав передал мартышке привет,  — начал слонёнок.
        — Что же ты без подробностей рассказываешь?  — перебил слонёнка попугай.  — Ты подробности тоже рассказывай. От кого удав передал мартышке привет?
        — От себя!  — сказал слонёнок.
        — Он его нёс-нёс…  — стала рассказывать мартышка,  — нёс, нёс, нёс, нёс, нёс, нёс… И не принёс! А привет был большой! А он его потерял! И не знает где…
        — Видишь ли, мартышка,  — задумчиво сказал попугай,  — привет, особенно большой привет,  — это такая штука, что, если его потеряешь, лучше и не искать. Мы сделаем так.  — Попугай повернулся к слонёнку — Слонёнок, беги к удаву и попроси у него ещё один привет. Для мартышки! Понял?
        Слонёнок, конечно, сразу всё понял и помчался к удаву.
        Удав лежал на полянке среди красивых белых ромашек и грелся на солнышке.
        — Слонёнок!  — обрадовался удав.  — Ты только посмотри, нет, ты лучше только понюхай, какие прекрасные ромашки! Ты только понюхай и сразу поймёшь, какие они прекрасные!
        — Очень прекрасные,  — сказал слонёнок, которому хотелось поскорей перейти к делу.  — Удав,  — начал слонёнок,  — ты можешь…
        — Могу!  — воскликнул удав.
        — У тебя есть…  — опять начал слонёнок.
        — Есть!  — закричал удав.  — Есть! У меня всё есть, и я всё могу, потому что у меня сегодня прекрасное настроение.
        — А ты не передашь…
        — Передам!  — воскликнул удав.
        — …мартышке ещё один привет?  — наконец договорил слонёнок.
        — Пожалуйста!  — согласился удав.  — С удовольствием!
        Тут удав взмахнул хвостом так, как будто у него была шляпа и он её снял, а потом немножко ею помахал.
        — Слонёнок,  — сказал удав,  — передай от меня мартышке ещё один привет!
        — Большой?  — спросил слонёнок.
        — Огромный! Горячий!  — Удав ещё раз взмахнул шляпой, которой у него не было.
        — Спасибо!  — обрадовался слонёнок и помчался обратно.
        Мартышка и попугай ждали слонёнка с большим нетерпением.
        Наконец они услышали, что слонёнок бежит. Они услышали ещё издалека, потому что слонёнок торопился и бежал очень громко.
        — Ну?  — кинулась к слонёнку мартышка.  — Как? Передал?
        — Пе-пе-пе-передал!  — выдохнул слонёнок.  — Удав передал тебе ещё один привет!
        — Ура!!!  — закричала мартышка.
        — А какой привет он передал?  — спросил попугай.  — Большой или маленький?
        — Большой!  — сказал слонёнок.  — Огромный! И горячий!
        — Ой!  — обрадовалась мартышка.  — Горячий! Горячими я их больше всего люблю, эти приветы. Ну, скорей, скорей,  — запрыгала она вокруг слонёнка, потирая руки.  — Давай его скорей, пока он не остыл!
        — А…  — запнулся слонёнок и посмотрел на попугая. Потом он посмотрел на мартышку и сказал: — Ооо! Эээ!
        — Ой! Слонёнок!  — испугалась вдруг притихшая мартышка.  — Почему ты опять мне его не даёшь?
        — А я…  — тоже очень тихо сказал слонёнок,  — а я… а я его тебе уже дал.
        — Когда?  — поразилась мартышка.
        — Вот сейчас.
        — Ничего ты мне не давал!  — закричала возмущённая мартышка и показала попугаю пустые руки.
        — Не давал!  — решительно подтвердил попугай.  — Я видел!
        — Аааа,  — набрала воздуху мартышка,  — аааа,  — набрала она ещё больше воздуху.  — Ааа,  — набрала она воздуху ещё немножко, совсем чуть-чуть, потому что больше воздух в ней не помещался…  — Ты!!!  — закричала мартышка так громко, что даже попугай испугался, а не только слонёнок.  — Ты!!! Ты!!! Ты его опять потерял?!!
        — Потерял!  — подтвердил попугай и подумал, как было бы ему, попугаю, сейчас страшно, если бы это не слонёнок, а он, попугай, потерял мартышкин привет.
        — Нет, нет,  — оправдывался слонёнок,  — я его не терял. Я его, я его… кажется… кажется…
        — Тебе кажется…  — всхлипнула мартышка,  — тебе кажется! Тебе всё время кажется…
        — Ну,  — сказал слонёнок,  — я… я сейчас побегу и попрошу у удава ещё один привет!
        — Нетушки!  — перебила слонёнка мартышка.  — Теперь я сама пойду! Сама!
        — Правильно!  — сказал попугай.
        Удав лежал на той же самой полянке, среди тех же самых ромашек и в том же самом прекрасном настроении.
        Мартышка, попугай и слонёнок вышли на полянку и направились прямо к удаву.
        Мартышка шагала впереди всех, потому что она чувствовала себя обиженной и была возмущена.
        Слонёнок шёл позади всех, потому что он был смущён и чувствовал себя ужасно неловко. А попугай шёл посередине.
        Друзья подошли к удаву, и мартышка уже открыла рот, но попугай её остановил.
        — Мартышка,  — сказал попугай,  — будет гораздо лучше, если с удавом поговорю я.
        — Почему ты?
        — Потому что слонёнок виноват и ему лучше помалкивать. А тебе, мартышка, тоже лучше скромно помолчать, потому что ты потерпевшая.
        — Ничего подобного!  — сказала мартышка.  — Я не собираюсь терпеть. Наоборот!
        — Тем более!  — сказал попугай и повернулся к удаву.  — Удав! Ты передавал мартышке два привета? Не так. ли?
        — Как же! Помню! Передавал!  — согласился удав, который с большим интересом выслушал разговор попугая и мартышки.
        — Удав,  — сказал попугай очень красивым грустным голосом,  — мартышка их не получала!..
        — Не получала!  — всхлипнула мартышка.
        — …потому что кое-кто их потерял!  — продолжил попугай голосом тоже красивым, но уже не грустным, а возмущённым.
        — Кое-кто?  — удивился удав.
        — Да! Кое-кто!  — сказал попугай очень благородным голосом.  — Не будем называть кто, хотя это был слонёнок!
        Слонёнок глубоко вздохнул и переступил с ноги на ногу.
        — Удав!  — спросил попугай обыкновенным голосом.  — Может быть, у тебя найдётся для мартышки ещё один привет?
        — Для меня!  — попросила мартышка.
        — Ну конечно, найдётся!  — обрадовался удав.  — Пожалуйста, мартышка, вот тебе мой привет!
        И удав взмахнул хвостом и, размахивая несуществующей шляпой, воскликнул:
        — Приветствую тебя, мартышка! Приветствую тебя! Приветствую!
        Некоторое время все молчали. Мартышка и попугай смотрели во все глаза, а слонёнок на всякий случай даже принюхался. Но всё равно никто ничего не заметил.


        — Ну вот, мартышка,  — сказал довольный удав,  — теперь у тебя есть мой привет.
        — Теперь у меня есть твой привет?  — недоверчиво переспросила мартышка.
        — Есть!  — кивнул удав.
        — Но я…  — закричала мартышка,  — но я его не чувствую!
        В отчаянье мартышка стала ощупывать себя с разных сторон. Она заглядывала себе за спину и справа, и слева, и даже нагнулась посмотреть, нет ли чего под пятками.
        — Не чувствую!  — крикнула она ещё раз.  — Когда мне дают банан или кокосовый орех, я их чувствую! А твой привет — нет. Нигде!
        — Мартышка,  — удивился удав,  — привет — это совсем не то, что банан или кокосовый орех. Это же гораздо лучше. Не может быть, чтобы ты его не чувствовала.
        — Честное слово, ни вот столечко не чувствую!  — сказала ужасно огорчённая мартышка.
        — Обидно!  — сказал удав.  — Понимаешь, мартышка, у меня сегодня прекрасное настроение! Когда я передаю тебе привет, я делюсь с тобой хорошим настроением! Попробуем ещё раз!  — И удав опять взмахнул отсутствующей шляпой: — Приветствую тебя, мартышка!
        Мартышка замерла. Она не шевелилась. Она слушала, как там, у неё внутри.
        — Разве у тебя не прибавилось хорошего настроения?  — спросил удав.
        Мартышка вслушивалась, вслушивалась, вслушивалась… И вдруг она услышала!
        — Прибавилось,  — прошептала мартышка.  — Прибавилось!!!  — закричала она изо всех сил.  — Прибавилось! Я его чувствую, твой привет! Он тут!  — и мартышка прижала руки к животу, где, как она надеялась, у неё бьётся сердце.
        — Поздравляю!  — сказал попугай.
        — Ура!  — радовалась мартышка.  — Ура! Теперь у меня хорошее настроение! Но если бы…  — на секунду задумалась мартышка,  — если бы ещё те первые два привета не потерялись,  — сказала она,  — у меня сейчас было бы такое настроение… такое… Ух!


        И мартышка подпрыгнула в воздух и там, в воздухе, перекувырнулась. Два раза.

        Глава V


        После обеда в Африке было очень жарко. Мартышка совсем одна сидела под деревом и никак не могла решить, куда ей пойти. И с кем пойти.
        И вдруг мартышка заметила попугая. Попугай бодрым шагом куда-то шёл.
        «Ага!  — подумала мартышка.  — Попугай куда-то идёт. Вот с ним я и пойду».
        «Интересно, куда это мы идём?» — подумала мартышка, уже шагая рядом с попугаем.
        — Слушай, попугай,  — спросила она,  — а мы с тобой правильно идём?
        — Нда, да…  — рассеянно откликнулся попугай, которому не хотелось прерывать свои размышления. Ведь на самом-то деле попугай вообще никуда не шел. Просто он размышлял о том о сём и поэтому ходил по полянке туда-сюда.
        Но мартышка этого не знала, поэтому, когда попугай в очередной раз дошёл туда и повернул сюда, она решила: «Ну вот, теперь совершенно ясно, что мы окончательно заблудились!»
        — Попугай!  — закричала мартышка.  — Куда мы идём? Туда?
        — Да, да…  — пробормотал попугай,  — туда.  — И повернул в обратную сторону.
        — А теперь куда?  — удивилась мартышка.  — Теперь сюда? А что у нас тут?
        — Где?  — попугай остановился и посмотрел на мартышку.
        — Тут!  — сказала мартышка, показывая вперёд.  — Что у нас тут?
        — Ничего!  — пожал плечами попугай.
        — А там у нас что?  — спросила мартышка, показывая назад.
        — Тоже ничего.
        — Так чего же мы туда идём?  — возмутилась мартышка.
        Попугай оглянулся назад, потом посмотрел на мартышку, сказал:
        — А мы туда не идём.
        — А куда мы идём?  — закричала мартышка.  — Куда?
        — Слушай, мартышка,  — сказал попугай,  — тебе не кажется, что ты мне мешаешь?
        — Нет, не кажется. Так куда идём?
        Попугай понял, что мартышка уже не даст ему спокойно ходить туда-сюда и размышлять про себя. Тогда он решил размышлять вслух.
        — Вот именно!  — воскликнул попугай.  — Куда? Возьмём, например, слонёнка!
        — Возьмём!  — обрадовалась мартышка и закричала: — Слонёнок! Эй! Слонёнок!
        — Чего?  — высунулся из зарослей слонёнок, который гулял неподалёку.
        — Иди сюда, ты будешь Например!  — сообщила ему мартышка.
        — Ладно,  — согласился слонёнок.  — А что надо делать?
        — Например, идёт слонёнок,  — сказал попугай.
        — Иди!  — велела мартышка слонёнку.
        Слонёнок пошёл. Попугай и мартышка пошли рядом. Некоторое время все трое шли молча. Потом попугай спросил:
        — А куда он идёт?
        — Ты куда идёшь?  — спросила слонёнка мартышка.
        — Не знаю,  — сказал слонёнок.


        — Вот! Пожалуйста!  — воскликнул попугай.  — Он идёт, а куда идёт — не знает. А почему?
        — Почему?  — подхватила мартышка.
        — Ну, вы же сами сказали — иди! И я пошёл!  — вздохнул слонёнок.
        — А куда он пошёл? Есть ли у него цель?  — воскликнул попугай.
        — Нет!  — уверенно ответил слонёнок.  — Её у меня нет. Хобот есть. И уши. И ещё хвост…
        — Я не про то!  — сказал попугай.  — Когда слонёнок идёт, он должен знать, что у него впереди!
        — А я знаю,  — сказал слонёнок.
        — Что?
        — Хобот.
        — Я не про то, не про то, не про то!  — закричал попугай.  — Я вот про что: когда слонёнок идёт, он должен идти к чему-нибудь. Он должен к этому чему-нибудь стремиться! Ну, например, вон к тому кактусу.
        Слонёнок внимательно посмотрел на кактус, про который говорил попугай.
        — Не буду я к нему стремиться,  — обиженно сказал слонёнок,  — он колючий.
        — Неважно!  — воскликнул попугай.  — Допустим, он не колючий!
        — Нет, не допустим!  — сказал слонёнок.  — Он колючий.
        Мартышка быстренько сбегала к кактусу, потрогала его и вернулась обратно.
        — Попугай,  — сказала мартышка,  — этот кактус действительно очень колючий.
        — А я и не говорю, что он не колючий, я говорю: давайте допустим, что он не колючий!  — закричал попугай.
        — Такие колючие кактусы,  — сказал слонёнок,  — в неколючие не допускаются! И вообще, я так не играю! Я пошёл!
        — А к чему ты будешь стремиться?  — спросил попугай.
        — Ник чему. Пойду, и всё! Просто так.
        — Ну что ж,  — вздохнул попугай.  — Мартышка, попрощайся со слонёнком и обними его в последний раз!
        — Почему, почему, почему в последний раз?!  — заволновалась мартышка.
        — Он был хорошим другом, наш слонёнок!  — сказал попугай.  — Нам будет его недоставать. Мы будем часто вспоминать о нём. Жаль, что мы его больше никогда не увидим.
        — Почему жаль? Почему не увидим?  — закричала мартышка.  — Почему ты говоришь: он был?.. Он есть. Вот он!
        — Да!  — сказал попугай.  — Но уже не долго!
        — Ты чего, попугай?  — растерялся слонёнок.  — Что не долго?
        — Нам на тебя смотреть!
        — Почему?  — потребовала объяснений мартышка.
        — Потому что он собирается идти и ни к чему не устремляется.
        — Ну и что?
        — А то!  — вздохнул попугай.  — Это ужасно! Это даже страшно себе представить! Если слонёнок идёт и ни к чему не стремится, он же будет идти, идти, идти, идти, идти, идти…
        — Он же так совсем уйдёт?!  — ужаснулась мартышка.
        — Как?  — не понял слонёнок.
        — А так!  — объяснил попугай.  — Уйдёшь насовсем! И никогда не вернёшься!
        Слонёнок перепугался.
        — Я тогда лучше никуда не пойду!  — сказал он и как можно твёрже упёрся в землю всеми четырьмя ногами.
        — Правильно! Не ходи!  — обрадовалась мартышка. Потом она посмотрела на попугая и спросила: — И теперь он будет всегда тут стоять?
        — Придётся!  — решил попугай.
        — Ничего,  — сказала слонёнку мартышка.  — Не расстраивайся. Я буду приносить тебе вкусную траву и даже иногда бананы. И мы все будем часто навешать тебя.
        — Я очень часто не смогу,  — сказал попугай,  — я смогу только по праздникам.
        — Так я тоже не хочу!  — взмолился слонёнок.  — Я не хочу всегда тут стоять! Давайте, я тогда лучше больше не буду Например. Пусть теперь удав будет Например!
        — Хорошо!  — согласился попугай.  — Пусть будет удав.
        — Кем, кем я буду?  — вдруг поднялась из соседних кустов голова удава.
        — Удав!  — торжественно заявил попугай.  — Мы хотим взять тебя Например!
        — Вы думаете, я достоин?  — смутился удав.  — Но ведь я не такой уж хороший. Пусть лучше слонёнок будет.
        — Он уже был!  — сказала мартышка.  — И теперь ему придётся всегда тут стоять.
        — Почему?  — удивился удав.
        — Потому что он не знает, куда идёт,  — стала объяснять мартышка,  — а если он идёт и не знает куда, то он пойдёт, пойдёт, пойдёт…  — И мартышка от ужаса зажмурила глаза.  — А дальше мне страшно!
        — Почему страшно?
        — Потому что это страшно себе представить!  — воскликнул попугай.
        — Что страшно представить?
        — Как я иду!  — объяснил слонёнок.
        — А вот я сейчас возьму,  — решительно сказал удав,  — и представлю себе, как ты идёшь.
        — Ой! Лучше не надо!  — испугался слонёнок.
        Но удав уже начал себе представлять. Он опёрся головой на хвост, закрыл глаза и забормотал:
        — Вот слонёнок идёт, идёт, он идёт…
        — Страшно?  — спросила мартышка.
        — Пока нет!  — приоткрыл глаза удав.
        — Сейчас станет страшно,  — пообещал попугай.


        — Мгм, мгм…  — бормотал удав.  — Вот я представляю себе, как слонёнок идёт. Он не знает, куда идёт, он идёт просто так. Идёт, идёт, идёт… Но он… он не просто идёт. Он гуляет. Вот! И совсем не страшно!
        — Гуляет?  — удивился попугай.
        — Гуляет!  — обрадовалась мартышка.
        — Гуляю!  — попробовал на вкус это слово слонёнок.  — Ой!  — сказал он восхищённо.  — Вот куда я иду! Я гуляю!
        — Гуляешь!  — подтвердил удав.
        И счастливый слонёнок сошёл с места, на котором ему уже не надо было всегда стоять.
        — А давайте,  — закричала мартышка,  — давайте все пойдём гулять!
        И все согласились. И сейчас же, немедленно, отправились гулять. И гуляли до самого вечера.

        Глава VI


        Удав лежал на большом плоском камне. Под голову он подложил хвост, а глаза его были закрыты.
        — Аааа! Вот он ты!  — крикнула мартышка, подбегая к удаву.  — Лежишь? Отдыхаешь? Устал, да? А что ты делал? А что-нибудь вкусное у тебя есть? Нет? А что у тебя есть?
        — У меня есть мысль!  — сказал удав, открывая глаза.  — Мысль. И я её думаю.
        — Какая мысль?  — спросила мартышка.
        — Так сразу не скажешь,  — вздохнул удав.  — Это такая мысль… очень длинная… и про меня, и про тебя, мартышка, и про слонёнка и попугая. Про всех нас.
        — Ух ты!  — подпрыгнула мартышка.  — Ох, какая хорошая мысль. А можно я её тоже немножко подумаю?
        — Думай,  — разрешил удав.


        Мартышка села рядом с удавом на корточки и стал а думать. Но оказалось, что на корточках думать неудобно. Тогда она встала во весь рост. Но так ей тоже не очень думалось. Мартышка быстро залезла на ближайшее дерево и немножко повисела вниз головой.
        — Нет,  — сказала она сама себе,  — вниз головой тоже плохо. Всё перекувыркивается.
        Мартышка слезла на землю и немножко попрыгала, чтобы поставить на место всё то, что перекувыркнулось, когда она висела вниз головой.
        — Мартышка,  — сказал удав,  — что ты всё время вертишься? Ты не вертись. Ты думай.
        — Я уже подумала,  — сказала мартышка.
        — А ты ещё подумай,  — предложил удав.
        — Я,  — сказала мартышка,  — про одно и то же не умею думать два раза! И тебе не советую. Всё время думать одну и ту же мысль нельзя! Это очень вредно! От этого можно соскучиться и заболеть.
        — Про что же мне думать?  — вздохнул удав.
        — Думай… Думай про кукаляку!  — сказала мартышка.
        — Как же я буду про неё думать,  — сказал удав,  — если я даже не знаю, что это такое — кукаляка?
        — Кукаляка — это такой ящичек, в котором лежит мукука,  — объяснила мартышка.
        — Что лежит?  — не понял удав.
        — Мукука!
        — А мукука — это что?
        — Мукука — это такая коробочка, в которой лежит бисяка!
        — А что такое бисяка?
        — Бисяка — это такой пакетик, в котором лежит хрюря!
        — Что ты такое говоришь, мартышка?  — возмутился удав.  — Какая ещё хрюря?
        — Пампукская хрюря!  — сказала мартышка.  — Пампукская!
        — Никаких пампукских хрюрь я никогда не видел!  — закричал удав.
        — Мало ли чего ты не видел!  — сказала мартышка.  — Ты его не видел, а оно есть.
        — Где?  — спросил удав.
        — В разных местах,  — сказала мартышка.  — А пампукская хрюря — это такой сундучок, в котором лежит мамурик.
        — Погоди, мартышка!  — взмолился удав.  — Погоди! Кто его туда положил? Этот сундучок. В этого мамурика.
        — Не сундучок в мамурика,  — поправила мартышка,  — а мамурика в сундучок. И никто его туда не клал. Он там и так лежал.
        — Кто? Где?  — закричал удав.  — Зачем он там лежал?
        — Ты про кого спрашиваешь?  — осведомилась мартышка.  — Про сундучок или про мамурика?
        — Про них!  — сказал удав.  — Про обоих. Зачем они там лежали?
        — Там они не лежали,  — сказала мартышка.  — Они лежали в другом месте. Неподалёку.
        — Мартышка!  — закричал удав.  — Сейчас же перестань! Я уже ничего не понимаю!
        — И понимать нечего!  — сказала мартышка.  — Всё очень просто.
        — Говори сию минуту,  — потребовал удав.  — Что там внутри всех этих ящиков, коробок, пакетов, чемоданов, кульков и сундуков?
        — Не знаю!  — сказала мартышка.


        — А кто знает?  — спросил удав.
        — На свете есть много такого,  — сказала мартышка,  — про что никто ничего совсем-совсем не знает!
        — Если про это никто ничего не знает,  — сказал удав,  — то я про это и думать не буду!
        — Значит, ты опять будешь думать свою длинную мысль?  — спросила мартышка.
        — Да! Буду!  — сказал удав.
        — Это очень опасно,  — закричала мартышка,  — всё время про одно и то же думать! Ты заболеешь!
        — От твоих пампукских хрюрь ещё быстрей заболеешь!  — проворчал удав, свернулся в клубок и опять положил хвост под подбородок.
        — Ну, удав, ну, пожалуйста!  — попросила мартышка.  — Не думай свою мысль. Думай другую.
        — Не хочу!  — сказал удав и переложил голову подальше от мартышки. Но мартышка снова пришла к голове.
        — Хочешь, я тебе песню спою?  — предложила она.
        — Спасибо,  — сказал удав,  — не стоит.
        — Ну, тогда я тебе что-нибудь расскажу,  — пообещала мартышка,  — я тебе расскажу случай из жизни.
        — Не надо!  — сказал удав.  — Я и так знаю все случаи из твоей жизни.
        — А я не из своей,  — сказала мартышка.  — Я тебе расскажу случай из чужой жизни. Из жизни слонёнка. Это очень интересный случай. Кстати, этот случай не только из жизни слонёнка, он ещё и из жизни попугая. Потому что они в этом случае встретились. Вот послушай…
        Но удав не стал слушать мартышку.
        — Ты опять её думаешь, свою мысль?  — закричала мартышка.  — Сейчас ты заболеешь!  — предупредила она.
        — Ох!  — вздохнул удав.
        — Вздыхаешь?!  — испугалась мартышка.  — Ты уже начал заболевать. Ты, наверно, уже себя плохо чувствуешь? Да?
        — Мгм!  — пробормотал удав.
        — Всё!  — крикнула мартышка.  — Ты заболел!!!
        — Мгм!
        — Ну вот!  — всплеснула руками мартышка.  — Я же говорила! Теперь тебе вообще ни о чём думать нельзя! Слышишь?  — мартышка затормошила удава.  — Или ты уже ничего не слышишь?!
        — Слышу, слышу,  — сказал удав.
        — Где у тебя болит?
        — Болит, болит…  — откликнулся удав, который не только не слушал, что говорит мартышка, но даже не понимал, что он сам ей отвечает.
        — Удав!  — сказала мартышка.  — Тебя ещё можно спасти! Ты только не волнуйся. Лежи и ни о чём не думай. И тогда ты скоро поправишься и сможешь ходить.
        — Что ты сказала?  — вдруг поднял голову удав.
        — Я говорю, ты поправишься и сможешь ходить!  — повторила мартышка.
        — Нет!  — сказал удав печально.  — Я никогда не смогу ходить.
        Мартышка перепугалась. Она посмотрела на удава, и ей показалось, что ему стало гораздо хуже.
        «Надо сейчас же найти слонёнка и попугая,  — подумала мартышка.  — Надо их найти и привести. Они что-нибудь придумают. Слонёнок ужасно умный. И попугай тоже ужасно умный. Они оба ужасно умные. Просто один другого умней…»
        — Удав,  — сказала мартышка,  — я сейчас убегу, а потом прибегу обратно. Ты пока лежи. Лежи и не огорчайся. Это у тебя не очень страшная болезнь. Даже совсем не страшная. Я эту болезнь знаю. Я сама ею три раза болела. Даже четыре. И каждый раз выздоравливала. И ты тоже выздоровеешь! Обязательно поправишься. И сможешь ходить.
        — А я тебе говорю, что я никогда не смогу ходить!  — твёрдо сказал удав.  — Никогда!!!
        — Ну что ты… Что ты?  — попятилась от удава мартышка.  — Я… Я… Сейчас. Ты лежи, а я… Я сейчас.
        И мартышка помчалась изо всех сил. Она побежала искать попугая и слонёнка.
        Слонёнок и попугай не знали, что мартышка их ищет. Они шли по лесу и мимоходом играли в интересную игру.
        Слонёнок и попугай играли в проблемы. Это такие специальные загадки. Слонёнок ставил проблемы, а попугай их разрешал. Или не разрешал. Когда как.
        — Почему вода в ручье течёт всегда в одну сторону, а назад никогда не течёт?  — ставил проблему слонёнок.
        — А зачем ей течь назад?  — удивлялся попугай.  — Мимо того, что позади она уже один раз протекала. Она знает, как там — позади. Ей теперь интересно посмотреть, что впереди.
        Слонёнок всё спрашивал и спрашивал, а попугай всё отвечал и отвечал, и в конце концов слонёнок сказал:
        — Мне, попугай, теперь почти всё понятно. Мне теперь только одно непонятно: откуда ты, попугай, всё знаешь?
        — Да уж знаю!  — сказал попугай.
        — Всё, всё?
        — Всё! Всё!
        Вокруг слонёнка и попугая лежали орехи, которые созрели и попадали с кокосовых пальм. Слонёнок посмотрел на эти орехи и спросил:
        — Попугай, как ты думаешь, сколько тут орехов нападало?
        — Куча!  — сказал попугай, оглядевшись по сторонам.  — Целая куча нападала.
        — А сколько нужно орехов,  — спросил слонёнок,  — чтобы получилась куча?
        — Куча — это когда много,  — сказал попугай.
        — А много — это сколько?
        — Много — это много.


        — Давай всё-таки разберёмся!  — предложил слонёнок.  — Десять орехов — это куча?
        Слонёнок подобрал десять орехов и сложил их вместе. Попугай обошёл вокруг десяти орехов и осмотрел их с разных сторон. Потом он залез на орехи и поглядел на них сверху.
        — Да!  — сказал попугай.  — Десять орехов — это куча!
        Слонёнок подобрал ещё два ореха и положил их отдельно.
        — А два?  — спросил слонёнок.
        Попугай подошёл к двум орехам и немножко рядом с ними постоял.
        — Нет,  — сказал попугай,  — два — это не куча. Что это за куча, когда всего два ореха? Два — не куча!
        Тогда слонёнок взял один орех от десяти и переложил его к двум орехам. Теперь у него с одной стороны получилось девять орехов, а с другой три.
        — Три ореха — это куча?  — спросил слонёнок.
        — Три — это тоже не куча,  — сказал попугай,  — всё равно мало.
        — А девять?  — спросил слонёнок.
        — Девять — куча!
        — А четыре?  — спросил слонёнок.
        — Не куча.
        — А восемь?
        — Куча.
        — А пять?
        — Не куча.
        — А семь?
        — Куча.
        — Ну, а шесть орехов?
        Спрашивая, слонёнок всё время брал орехи оттуда, где их было больше, и перекладывал туда, где было меньше. И вот теперь перед попугаем лежали две совершенно одинаковые кучки. По шесть орехов в каждой.
        — Не ку …  — сказал попугай.  — Нет. Ку … Или — не ку?.. Ку, ку! Тьфу! Что ты меня путаешь?!  — закричал он.
        — Ничего я не путаю,  — обиделся слонёнок.  — Ты сказал, что пять орехов — это ещё не куча, а семь — уже куча. Вот я и спрашиваю: шесть орехов — это куча или не куча?


        Попугай немного помолчал, а потом сказал:
        — Нда!
        — Значит, «много» от «мало» никак не отличишь?  — спросил слонёнок.
        — Да нет,  — сказал попугай,  — отличить можно.
        — Как?
        — Очень просто. Мало,  — это когда всё съел и ещё хочется. А много — это когда уже больше не хочется.
        И тут из зарослей выскочила мартышка.
        — Как вам не стыдно!  — закричала она.  — Вы тут сидите, а я вас там ищу!
        — Надо было искать не там,  — заметил попугай,  — надо было искать тут.
        — Вы тут сидите,  — возмущённо сказала мартышка,  — а там удава надо спасать.
        — От чего спасать?  — удивились попугай и слонёнок.
        — От болезни. Удав очень болен! Он уже никогда, никогда не сможет ходить!  — Мартышка всхлипнула.  — Он сам сказал!
        — Сам сказал?  — испугался слонёнок.
        — Сам!  — подтвердила мартышка.  — Скорей! Надо что-то делать!
        — Что же мы тут стоим?!  — воскликнул попугай. И все трое кинулись бежать.
        Слонёнок, попугай и мартышка примчались к удаву. Удав лежал с закрытыми глазами и совсем не шевелился.
        — Вот он!  — закричала мартышка.
        — Тссс!  — сказал слонёнок, подходя к удаву на цыпочках.  — Больному нужен покой.
        — Ааа! Это вы…  — открыл глаза удав.
        — Спокойно!  — сказал попугай удаву.  — Не нервничай! Не переживай! Сейчас мы что-нибудь придумаем!
        — Но…  — удав попытался поднять голову.
        — Тебе разговаривать вредно!  — перебил его слонёнок.
        — Очень вредно!  — крикнула мартышка.
        Она схватила пучок травы и сунула удаву в рот. Чтоб он не разговаривал, раз это ему вредно.
        — Ммму!  — сказал удав и попробовал выплюнуть траву, но у него не получилось.
        — Возможно, он перегрелся,  — сказал попугай, разглядывая удава.  — На солнце.
        — Тогда его нужно отнести в тень,  — высказал своё мнение слонёнок.
        Мартышка схватила удава и оттащила его в тень, под дерево.
        — Но он мог и простудиться!  — вдруг предположил попугай.
        — Тогда нужно вынести его на солнце!  — высказал слонёнок своё другое мнение.
        Мартышка быстренько перетащила удава обратно на солнце.
        Удав в изумлении следил за всем происходящим, но не возражал. Да и как бы он возражал. Во рту у него была трава, и, кроме «Мму», никакие возражения всё равно не выговаривались.


        — Но возможно, он всё-таки перегрелся, а не простудился,  — заметил попугай.
        — Тогда ему нужно в тень!  — твёрдо сказал слонёнок.
        Мартышка потащила удава в тень.
        — Но может быть, простудился, а не перегрелся?  — задумался попугай.
        — Тогда на солнце!  — сказал слонёнок. Мартышка вздохнула и потащила удава на солнце.
        — Нет!  — сказал попугай.  — Всё-таки перегрелся!
        — Или простудился!  — добавил слонёнок. Попугай и слонёнок заспорили. «Перегрелся!» — говорил один. «Нет, простудился!» — возражал другой. «Перегрелся!» — «Простудился!» — «Простудился!» — «Перегрелся!»
        Мартышка бегала с удавом туда-сюда, пока трава, которая была во рту удава, наконец не вытряхнулась. Тогда удав вырвался и закричал:
        — Кто перегрелся? Кто простудился?
        — Ты!  — сказал ему попугай.
        — Я?  — поразился удав.  — Когда?
        — Недавно,  — сообщил слонёнок.
        — А почему я этого не заметил?  — спросил удав.
        — Ты заметил!  — напомнила ему мартышка.  — Ты сам сказал, что уже никогда не сможешь ходить!
        — Правильно!  — крикнул удав.  — Я никогда не смогу ходить.
        — Потому что ты очень болен!  — добавила мартышка.
        — Нет!  — сказал удав.  — Я никогда не смогу ходить не потому, что я болен. Я никогда не смогу ходить, потому что я вообще не хожу. Я ползаю.



        Глава VII


        Однажды мартышка и попугай шли рядышком и весело пели громкую песню.
        — Тссс!  — вдруг остановил их слонёнок.  — Тише! Не шумите. Удав спит.
        — Спит?  — воскликнул попугай.  — Ай, как нехорошо! Он спит, а мы поём! Это просто ужасно. Мы поём, и нам весело, а он спит, и ему скучно. Спать-то ведь гораздо скучнее, чем петь. С нашей стороны это нечестно. Это даже несправедливо. Надо его немедленно разбудить.
        — Чтоб он тоже пел! С нами,  — поддержала попугая мартышка.
        — Где он спит?  — спросил попугай.
        — Вон в тех кустах,  — показал слонёнок.
        — Мартышка!  — велел попугай.  — Сходи разбуди его!
        Мартышка полезла в кусты и через минуту появилась оттуда с хвостом удава в руках. За этот хвост мартышка вытащила из кустов всего удава.
        — Он не хочет просыпаться!  — сказала мартышка, дёргая удава за хвост.
        — Не хочу!  — проворчал удав.  — И не буду! Зачем мне просыпаться, когда мне снится такой интересный сон.
        — А что тебе снится?  — спросил слонёнок.
        — Мне снится, что мартышка тащит меня за хвост.
        — Это тебе не снится,  — сказала мартышка.  — Это я тебя действительно тащу!
        — Ты ничего не понимаешь в снах, мартышка,  — сказал удав, зевая.  — А я понимаю гораздо больше, потому что сплю гораздо чаще. Раз я говорю, что мне снится, значит, снится. Меня не проведёшь!
        — Но ведь ты уже проснулся!  — сказал попугай.  — Раз ты разговариваешь с мартышкой, значит, ты уже проснулся. А ты с ней разговариваешь!
        — Разговариваю!  — подтвердил удав.  — Но я не проснулся. Я разговариваю с ней во сне. Мне снится, что я с ней разговариваю.
        — Но ведь я с тобой тоже разговариваю,  — сказала мартышка.
        — Правильно!  — согласился удав.  — Ты со мной разговариваешь. В том же самом сне.
        — Но я же не сплю!  — закричала мартышка.
        — Ты не спишь!  — сказал удав.  — Ты снишься! Мне!
        Мартышка хотела возмутиться и даже уже открыла рот, чтоб начать возмущаться. Но тут ей в голову пришла очень приятная мысль.
        «Я снюсь удаву!  — подумала мартышка.  — Раньше я никогда никому не снилась, а теперь снюсь. Ой, как здорово!»
        И мартышка не стала возмущаться. Зато возмутился попугай.
        — Не может она тебе сниться,  — сказал попугай удаву,  — потому что ты не спишь!
        — Нет, может!  — возразил удав.  — Потому что я сплю!
        — Нет, не может!
        — Нет! Может!
        — Почему это я не могу ему сниться?  — вмешалась мартышка.  — Я ещё как могу! Удав!  — торжественно объявила мартышка.  — Я могу! И я буду тебе сниться! С большим удовольствием. А ты, попугай, не отвлекай его, пожалуйста! Давай, удав, я буду сниться тебе дальше, а ты рассказывай, что я там делаю, в твоём сне?
        — Ты стоишь и на меня смотришь!  — сказал удав.
        — Ура!  — закричала мартышка, перекувырнулась через голову и полезла на пальму.
        — А теперь я что делаю?  — закричала мартышка с пальмы.
        — Ты забралась на пальму и висишь там на хвосте!
        — Удав,  — спросил вдруг стоявший в сторонке слонёнок,  — а мартышка снится тебе одна? Больше тебе никто не снится?
        — Почему же?  — удивился удав.  — Ты мне тоже снишься.
        — Спасибо!  — обрадовался слонёнок.
        — А! Слонёнок!  — закричала мартышка с пальмы.  — Ты тоже здесь, во сне? Вот так встреча!
        И мартышка прыгнула с пальмы прямо на спину слонёнка.


        Попугай, который остался в полном одиночестве, с завистью смотрел, как мартышка и слонёнок весело снятся удаву. В конце концов он не выдержал. Попугай подошёл к удаву и сказал:
        — Удав! А ведь я тоже давно уже собирался тебе присниться.
        — Пожалуйста!  — немедленно согласился удав.  — Снись на здоровье!
        — Если ты не возражаешь,  — сказал попугай,  — я начну прямо сейчас!
        Перед тем как войти в сон удава, попугай немножко почистил перышки и поправил хвост.
        — Я уже снюсь тебе?  — спросил попугай.
        — Снишься.
        — Прекрасно!  — Попугай подошёл к мартышке и строго сказал — Мартышка, перестань кувыркаться и дёргать слонёнка за хобот. А ты, слонёнок, сейчас же прекрати её подбрасывать, и вообще, если вы кому-нибудь снитесь, то, пожалуйста, ведите себя прилично в чужих снах.
        Слонёнок и мартышка притихли.
        — Удав,  — сказал попугай,  — хотелось бы посмотреть твой сон повнимательней. Хотелось бы поглядеть, какая у тебя тут природа. Такая же, как у нас в Африке, или другая?
        — По-моему, такая же!  — сказал удав, оглядываясь.
        — А хотелось бы чего-нибудь новенького,  — твёрдо заметил попугай.
        — Удав,  — попросил слонёнок,  — пусть тебе приснится, что мы попали на необитаемый остров. Мне уже так давно туда хочется.
        — Мне тоже туда хочется,  — сказала мартышка.
        — Ладно,  — согласился удав. Он взмахнул хвостом и начал: — Мне снится бушующее море. И в этом бушующем море по воле волн носится утлый слонёнок.
        — Какой? Какой слонёнок?  — удивилась мартышка.
        — Утлый.
        — А что это такое?  — спросил встревоженный слонёнок.
        — Утлый — это значит маленький и несчастный,  — объяснил попугай.
        — Ага!  — подтвердил удав.  — А за утлого слонёнка держится ещё более утлая мартышка и совсем утлый попугай.
        Мартышка тут же схватила попугая и прыгнула с ним на слонёнка.
        Там она одной рукой прижала попугая к груди, а другой ухватилась за ухо слонёнка.
        — Мне снится, что огромные волны подбрасывают слонёнка и раскачивают его во все стороны,  — продолжал удав.


        Услышав, что его раскачивают, слонёнок стал переступать с ноги на ногу, и от этого его спина закачалась, как палуба настоящего корабля в самый настоящий шторм.
        — Мартышка заболела морской болезнью!  — объявил удав.  — А попугай от неё заразился!
        — Морская болезнь не заразительная!  — возмутился попугай.
        — В моём сне,  — сказал удав,  — она очень даже заразительная.
        — Давай, давай!  — поддержала удава мартышка.  — Заражайся без разговоров!
        — А пусть я лучше заболею насморком?  — предложил попугай.
        — Нет!  — твёрдо сказал удав.  — Болей, чем заражают!
        Попугай вздохнул.
        — И вдруг!..  — воскликнул удав.  — Впереди показался необитаемый остров! Волны несли слонёнка прямо на скалы. «Что делать?» — закричала мартышка.
        Мартышка тут же закричала это самое «Что делать?» изо всех сил и прямо в ухо слонёнку.
        От такого «Что делать?!» слонёнок подскочил и упал на бок. Попугай и мартышка покатились по земле.
        — Потерпевших слонёнкокрушение благополучно выбросило на берег!  — удовлетворённо сказал удав.
        — Удав,  — сказал попугай, поднимаясь,  — по-моему, тебе снится ужасно страшный сон.
        — Ничего подобного!  — возразил удав.  — Обыкновенный сон. Средней ужасности. Итак,  — продолжил удав,  — мне снится, что вы попали на необитаемый остров. И как только вы на него попали, он сразу стал обитаемым.
        — Почему?  — удивился слонёнок.
        — Потому что теперь на нём обитаете вы!  — объяснил удав.
        — Я буду обитать на дереве!  — сказала мартышка и полезла на пальму.
        — Слезай!  — потребовал удав.  — Эта пальма мне не снится.
        — А какая снится?
        — Мне пальмы вообще не снятся,  — сказал удав.  — На этом острове их нет.
        — Что же тут есть?  — спросил слонёнок.
        — А ничего нет. Один только остров. И всё.
        — Не бывает таких островов!  — закричал попугай.
        — Бывает, бывает!  — утешил его удав.  — В моём сне всё бывает!
        — Что же у тебя бывает, если даже пальм нет?  — спросила мартышка.
        — Если нет пальм,  — задумался слонёнок,  — значит, нет и кокосовых орехов?
        — Нет!  — подтвердил удав.
        — И бананов нет? И вообще нет ничего вкусного?  — испугалась мартышка.  — А что же будет у нас на завтрак, на обед и на ужин?
        — Мы так не согласны!  — возмутился попугай.
        — Мы так не хотим!  — сказала мартышка.
        — Так не интересно!  — вздохнул слонёнок.
        — Слушайте,  — обиделся удав.  — Кто кому снится? Я вам или вы мне? Вы же не знаете, что будет дальше!
        — А что будет дальше?  — спросил слонёнок.
        — Дальше,  — сказал удав,  — вы грустные и голодные сидели на совершенно пустом острове и думали…
        — Чем бы позавтракать?  — подсказала мартышка.
        — Если вы будете меня перебивать, тогда снитесь себе сами!  — рассердился удав.
        — Нет-нет, мы не будем перебивать!  — испугался слонёнок.
        — Тогда слушайте. И вот, когда вы уже совсем потеряли надежду на…
        — …Завтрак,  — тихонько подсказала мартышка. К счастью, удав не услышал и продолжал:
        — И вот, когда вы совсем потеряли надежду на спасение, в бушующем море показалась точка.
        — Разве точку едят?  — шёпотом спросила мартышка у попугая.
        — Не едят,  — объяснил попугай тоже шёпотом.  — Точку обычно ставят в конце…
        — Ох!  — вздохнул слонёнок.  — Какой печальный получается конец.
        — Точка плыла и с каждой минутой становилась всё ближе и ближе,  — сказал удав.  — Чем ближе она становилась, тем больше она увеличивалась. И вот наконец все поняли, что это такое. Все увидели, что это не кто иной, как…
        — Завтрак!  — завопила мартышка в полном восторге.  — Завтрак приплыл!
        — Мартышка!  — укоризненно вздохнул удав.  — Где ты видела, чтоб завтраки плавали сами по себе? Это был не завтрак, а я! Это я — удав приснился сам себе, приплыл к вам на помощь и…
        — Привёз нам завтрак!  — обрадовалась мартышка.
        — Ладно,  — согласился удав.  — Привёз вам завтрак.
        — Наверно,  — воскликнула восхищённая мартышка,  — наверно, ты привёз нам бананы, и кокосовые орехи, и ананасы, и!..
        — Я привёз вам всё, что хотите!  — щедро объявил удав.
        — Ура!  — закричала мартышка и кинулась обнимать удава. Слонёнок тоже кинулся. Благодарные мартышка и слонёнок обнимали удава изо всех сил. Они даже подбрасывали его вверх.
        Попугай бегал вокруг них и кричал:
        — Тише, тише! Осторожней! Сейчас вы его разбудите! Вы его растолкаете! Он сейчас проснётся! Что вы делаете?!
        — Ой!  — вдруг сказал удав.  — Кажется, я начинаю просыпаться.
        — Нет! Нет!  — кричал попугай.  — Не надо! Подожди! Сначала мы съедим всё, что ты привёз!
        — Не могу,  — сказал удав.  — Просыпаюсь.
        — Ну как же так?  — всплеснул крылышками попугай.  — На самом интересном месте!..
        — Всё!  — поднял голову удав.  — Я проснулся!
        — Эх!  — махнул крылом попугай.  — Пропал завтрак!
        — Как пропал? Куда пропал?  — растерялась мартышка.
        — Совсем пропал,  — объяснил попугай.  — Остался во сне.
        — Друзья!  — вдруг сказал удав, протирая хвостом глаза.  — А какой мне интересный сон снился! Хотите расскажу? Мне снилось, что…
        — Можешь не рассказывать,  — перебил удава попугай,  — мы знаем, что тебе снилось.
        — Знаем, знаем!  — подтвердили слонёнок и мартышка.
        — Откуда же вы знаете?  — удивился удав.



        Глава VIII


        Как-то раз слонёнок, попугай, удав и мартышка сидели и разговаривали. Вдруг попугай встал на лапки и сказал:
        — Ну, я пошёл!
        — Куда?  — удивился удав.
        — В гнездо!  — важно сказал попугай.  — В моё гнездо.
        — А что у тебя там?  — спросила мартышка.
        — Всё! У меня там всё!  — сказал попугай и стал прощаться.  — До свиданья, слонёнок; всего хорошего, удав; мартышка, пока!
        — А ты скоро вернёшься?  — поинтересовался слонёнок.
        — Гнездо, оно далеко!  — объяснил попугай.  — Сначала я пойду туда, туда, туда, туда, туда. Потом там. Потом обратно, обратно, обратно, обратно. И приду через три дня. Счастливо оставаться!
        Попугай уже двинулся в путь и даже успел пройти несколько шагов, когда слонёнок вдруг преградил ему дорогу.
        — Послушай, попугай,  — сказал слонёнок.  — А почему ты идёшь пешком?
        — На ком же он поедет?  — удивилась мартышка.
        — Ни на ком,  — сказал слонёнок.  — Почему бы ему не полететь в это своё гнездо?
        — Действительно!  — воскликнул удав.  — Почему бы?!
        — И правда!  — обрадовалась мартышка.  — Почему бы ему не… это самое?!
        Попугай ужасно удивился.
        — Почему бы мне… не что?
        — Не полететь!  — объяснил слонёнок.  — Раз, раз — и там!
        — Раз, раз… и где?  — спросил попугай.
        — В гнезде!  — закричала мартышка.
        — Как это?
        — Очень просто,  — сказал удав.  — Полетел, полетел, а потом прилетел и сел.
        Попугай внимательно посмотрел на слонёнка, потом на удава, потом на мартышку и спросил всех троих:
        — Вы с ума сошли, да?
        — Ты же птица!  — напомнил попугаю удав.
        — Я?!  — оскорбился попугай.  — Слушай, ты чего обзываешься?
        — Он не обзывается,  — сказал слонёнок.  — Ты — попугай, а попугай — птица.
        — Возможно!  — сказал попугай.  — Но это ещё не значит, что меня можно обзывать по-всякому!
        — Ну, у тебя есть эти?…  — слонёнок помахал ушами.
        — Какие «эти»?  — недоверчиво спросил попугай.
        — Ну, эти?  — слонёнок замахал ушами сильней.
        — Аааа! Крылья!  — догадался попугай.  — Есть! Ну и что?
        — Так лети!  — не выдержал удав.
        — Лети!  — поддержала удава мартышка.
        — Куда?  — спросил попугай невинным голосом.
        — В гнездо!  — рявкнул потерявший всякое терпение удав.
        — Ах, вот оно что!  — сказал попугай.  — Теперь я понял, чего вы от меня хотите. А то я всё время думал: чего это они от меня хотят? Вы, значит, предлагаете мне полететь в гнездо? Да?
        — Да,  — сказала мартышка.
        — Нет,  — сказал попугай,  — большое вам спасибо за предложение. Оно, конечно, очень заманчивое, это ваше предложение, но я лучше пойду пешком!
        — А может быть, ты не умеешь? Летать!  — спросила мартышка.
        — Я?  — обиделся попугай.  — Не умею?
        — Да,  — сказала мартышка,  — ты! Не умеешь!
        Попугай оглянулся по сторонам, потом поманил мартышку поближе и что-то очень тихо ей на ушко прошептал.
        — Что он говорит?  — спросил удав.
        — Он говорит,  — сказала мартышка,  — что это секрет.
        — Что секрет?  — не понял слонёнок.
        — Умеет он летать или не умеет.
        — От кого секрет?  — обиделся удав.  — От нас?
        — Нет,  — сказал попугай.  — Не от вас. От меня. Это от меня секрет, умею я летать или не умею.
        — Почему?
        — Потому что я сам не знаю. Я ещё никогда не пробовал. Летать.
        — А ты попробуй,  — предложил слонёнок.
        — Я… Я боюсь,  — смущённо признался попугай.
        — Чего ты боишься?
        — А вдруг… А вдруг у меня получится!  — с ужасом сказал попугай.
        — Но ведь это же совсем не страшно, если получится!  — заверил удав.
        — Да?  — попугай внимательно посмотрел на удава.  — А ты пробовал?
        — Я?  — поразился удав.  — Летать? Нет, не пробовал!
        — Вот и попробуй!  — предложил ему попугай.  — А потом скажешь как!..
        — Я знаю как!  — закричала мартышка.  — Нужно подпрыгивать! Вот так!  — и мартышка показала, как надо подпрыгивать.
        — И махать крыльями!  — добавил слонёнок.  — Вот так!
        Мартышка подпрыгивала, а слонёнок махал ушами, показывая, как надо махать крыльями. Попугай смотрел, смотрел на мартышку и слонёнка, а потом тоже стал подпрыгивать и замахал крыльями. Довольно долго попугай подпрыгивал и махал крыльями без всякого результата. Когда это ему надоело, он остановился и сердито спросил:
        — Ну и что?
        — Пусть он разбежится!  — предложил удав.
        — Нет,  — внесла новое предложение мартышка.  — Давайте его сталкивать!
        — Как сталкивать?  — испугался попугай.
        — Со слонёнка!  — уточнила мартышка.
        Удав и слонёнок сразу всё поняли. Удав схватил попугая и поставил его на слонёнка.
        Но попугаю мартышкино предложение совсем не понравилось.
        — Я не хочу сталкиваться!  — завопил попугай.  — Я упаду!
        — Ты полетишь!  — осторожно, стараясь не пошевелиться, пообещал ему слонёнок.
        — Почему вы так думаете?  — спросил попугай.
        — Потому что мы верим в тебя!  — заявил удав. И удав, мартышка и слонёнок спели попугаю песенку. Вот эту:
        Запомни это навсегда:
        В себя поверить важно!
        Не сомневайся никогда,
        Не бойся быть отважным!
        А если собираешься,
        Но сделать не решаешься,
        То надо же, то надо же
        Когда-нибудь начать!
        Давай! Не надо мучиться!
        Попробуй! И получится!
        А если не получится,
        Попробуешь опять!

        — А если снова не получится?  — крикнул попугай со слонёнка.
        — Попробуешь опять!  — ещё раз хором спели слонёнок, удав и мартышка.
        — Мы уверены, что ты очень хорошо умеешь летать!  — сказал удав.  — Просто ты никогда не пробовал. Попробуй. И ты поверишь в себя!
        — И полетишь!  — крикнула мартышка, которая, пока удав говорил, тихонько вскарабкалась на слонёнка, подкралась к попугаю сзади и столкнула его.
        Попугай действительно полетел. Только не вверх, а вниз. Вверх тормашками. И шлёпнулся об землю.
        — Ну вот,  — сказал удав, поднимая попугая.  — А ты боялся! Видишь, как всё здорово получается!  — И удав снова поставил попугая на слонёнка.
        — Уйди!  — закричал попугай мартышке, которая снова хотела его столкнуть.  — Отойди от меня! Я сам!
        И попугай отважно бросился со слонёнка. Сначала он, как и в первый раз, полетел вниз.
        — Крыльями, крыльями маши!  — подсказал удав.
        Попугай заработал крыльями. И вдруг… вдруг попугай почувствовал, что он уже не падает. Попугай почувствовал, что он летит. Всё выше и выше! Попугай понял, что у него получилось.
        — Летит!  — закричала мартышка.
        — Летает!  — восхищённо прошептал слонёнок.
        — Парит!  — с гордостью заметил удав, следя за улетающим в небо попугаем.
        А счастливый попугай мчался в небе и думал: «Я лечу! У меня получается! Оказывается, у меня очень хорошо получается!»


        Удав, слонёнок и мартышка видели, как попугай удаляется всё дальше и дальше. Наконец он совсем пропал из виду. И сразу же опять появился. Попугай сделал круг над головами друзей и стал снижаться. Он шёл на посадку. Приземлившись, попугай немножко пробежал по земле и затормозил перед удавом.
        — Ах,  — сказал растроганный удав.  — Попугай, если б ты знал, как это было красиво! Как здорово, как замечательно, как великолепно ты летал!
        Попугай гордо посмотрел на всех по очереди и скромно поклонился всем сразу.
        — А почему ты не полетел в гнездо?  — спросила мартышка.
        — Я уже обратно прилетел,  — сказал попугай.  — Из гнезда.
        — Пожалуйста,  — попросил попугая слонёнок,  — полетай ещё! Немножко!
        — На сегодня хватит!  — небрежно сказал попугай.  — Главное — поверить в себя. А я в себя уже поверил!



        Глава IX


        В этот день в Африке стояла прекрасная погода, поэтому попугай с утра отправился на прогулку. И вдруг попугая подхватило и понесло.
        — «Куда это я?» — подумал попугай и полетел вверх тормашками.
        Потом его облило водой и понесло дальше. А дальше его поливало и несло, несло и поливало, пока он не ударился обо что-то мягкое.
        Это что-то мягкое было слонёнком. Слонёнок стоял в сухом месте под большим деревом и прятался от ветра и дождя, которые несли и поливали попугая.
        — Что стряслось?  — спросил попугай, вставая на ноги.  — Что это было?
        — Кажется, погода испортилась!  — сказал слонёнок.
        — То есть как это испортилась?!  — возмутился попугай.  — Что значит испортилась? Чего это ей вдруг ни с того ни с сего брать и портиться? Тут что-то не так! Тут что-то кроется!
        — Где?  — спросил слонёнок.
        — Тут,  — сказал попугай.
        — Я!  — сказал слонёнок.
        — Что ты?  — удивился попугай.
        — Я тут кроюсь,  — сказал слонёнок,  — прячусь. От дождя.
        — Нет,  — задумчиво сказал попугай,  — ты тут, пожалуй, ни при чём. Хотя, впрочем…  — Попугай подозрительно посмотрел на слонёнка.  — Нет,  — сказал он, помолчав,  — ты на такие шутки не способен. Это кто-то другой.
        — А что он сделал, этот кто-то другой?  — спросил слонёнок.
        — Как что?  — возмутился попугай.  — Разве ты сам не видишь?
        — Я вижу,  — сказал слонёнок.  — А что я вижу?
        — Дождь, ветер и лужи!  — сказал попугай.  — Вот что ты видишь!  — И попугай топнул ногой по луже.
        Слонёнок посторонился от брызг, вылетевших из лужи, и сказал:
        — Так ведь это оттого, что погода испортилась.
        — Милый слонёнок,  — усмехнулся попугай,  — само по себе ещё ничего никогда не портилось. И погода тоже. Наша погода испорчена — это так. Но она испортилась не сама. Её кто-то испортил!
        — Кто?  — поразился слонёнок.
        — А вот это,  — сказал попугай,  — нам как раз и предстоит выяснить!
        — А как мы будем выяснять?
        — Сначала мы с тобой нападём на след,  — сказал попугай.
        — Не надо!  — испугался слонёнок.
        — Почему?  — удивился попугай.
        — Ну…  — смутился слонёнок,  — мы на него нападём, он даст сдачи. Получится драка. Не надо.
        — Я хочу сказать,  — объяснил попугай,  — что мы сначала будем искать следы, которые оставил тот, кто испортил погоду, а потом по следам найдём и его самого. Пошли!
        Дождь утих, но ветер срывал и бросал на землю заблудившиеся в листьях капли. Попугай и слонёнок вышли из-под своего дерева и сразу же увидели следы.
        Следы пересекли полянку и уходили в заросли.
        — Так, так!  — сказал попугай, разглядывая следы.  — Интересно!
        Тут листья на одном дереве раздвинулись, и оттуда выглянула мартышка.
        — Куда это вы в такую погоду собрались?  — спросила мартышка.
        — Мы напали на след,  — сказал слонёнок.
        — А что вам от него нужно?  — спросила мартышка и спрыгнула с дерева.
        — Нам нужно узнать, куда он ведёт, этот след. Вот что нам нужно, мартышка!  — важно сказал попугай, вглядываясь в даль из-под крылышка.
        Мартышка присела на корточки, потрогала следы, потом встала и сказала:
        — Эти следы сначала ведут в пальмовую рощу, потом поворачивают направо, потом переходят ручей, поднимаются на горку, там немножко стоят и спускаются обратно. Потом…  — мартышка чуть-чуть подумала,  — потом эти следы возвращаются к ручью, переходят через него на нашу сторону и гуляют по берегу. А потом они приходят вот к этому дереву!


        — Мартышка, а как ты всё это узнала?  — спросил слонёнок.
        — Очень просто!  — сказала мартышка.  — Для меня это пустяки.
        — Потрясающе!  — восхитился попугай.  — А ты можешь догадаться, кто их оставил, эти следы?
        — Конечно,  — сказала мартышка.  — Я уже догадалась. Это я их оставила.
        — Ты?!!!  — удивились слонёнок и попугай.
        — Я!  — сказала мартышка.  — И нечего на них нападать. Безобразие! Ничего оставить нельзя! Сразу же начинают нападать!
        — Аааа!  — сказал попугай.  — Так это, значит, ты… постаралась?!
        — Ну,  — заскромничала мартышка,  — я, конечно, не очень старалась, но, по-моему, это вполне приличный след. Аккуратненькие такие следочки.
        — Послушай,  — перебил попугай мартышку,  — не лучше ли тебе сразу во всём признаться? Почему бы тебе честно и откровенно не рассказать нам, зачем ты это сделала? Зачем ты её испортила, нашу погоду?
        — Я её не портила!  — закричала мартышка.  — Это не я!
        — Мартышка,  — сказал попугай,  — не отпирайся! Отпираться бесполезно!
        — И запираться!  — добавил слонёнок.  — Запираться тоже, по-моему, бесполезно!
        — Я не запираюсь и не отпираюсь!  — закричала мартышка.  — И я не портила погоду. Почему вы думаете, что это я её испортила?
        Слонёнку стало жаль мартышку, и он сказал:
        — Попугай, а может, это не она?
        — А кто?  — спросил попугай.
        — Ну ты же сам говорил, что это, наверно, кто-то другой. Так, может, это и правда кто-то другой.
        — Слонёнок,  — строго сказал попугай,  — мартышка и есть этот самый кто-то другой.
        — Я не кто-то другой!  — закричала мартышка.  — Я мартышка!
        — Попугай,  — убедительно сказал слонёнок,  — кто-то другой — он и есть кто-то другой. А она мартышка. Сам посмотри!
        — Посмотри! Посмотри!  — закричала мартышка и стала поворачиваться к попугаю разными сторонами, чтоб он убедился.
        Попугай поглядел на мартышку и убедился, что она действительно мартышка.
        — В таком случае,  — сказал попугай, кто-то другой — это удав. Это он испортил нашу погоду.
        — Не может быть!  — удивился слонёнок.  — Это на него не похоже.
        — Очень похоже!  — сказал попугай.
        — Зачем это ему?  — не поверила мартышка.  — Зачем удаву портить нашу погоду? Она была такая хорошая. Тёплая, сухая.
        — Вот! Вот!  — воскликнул попугай.  — Сухая! В том-то и дело! Когда погода сухая — всё твёрдое. И ползать по твёрдому твёрдо. Вот удав и испортил погоду, чтоб она стала мокрая. И теперь ему ползать мягко. Теперь он ползает по мокрой погоде.
        — А где он ползает?  — спросила мартышка.
        — В каком-нибудь укромном уголке!  — сказал попугай.  — Испортил погоду и теперь, конечно же, скрывается. От нас.
        Слонёнок хотел что-то сказать, но тут сверкнула молния и где-то не очень далеко загремел гром.
        — Ничего,  — сказал попугай.  — Сейчас мы пойдём и найдём удава. А когда мы его найдём, мы его разоблачим.
        — Мы пойдём под дождём?  — спросил слонёнок, озабоченно поглядывая на небо.
        — Нет,  — сказал попугай,  — мы пойдём не под дождём, а под зонтиком.
        — А откуда он возьмётся?  — удивилась мартышка.
        — Вот,  — сказал попугай и показал на развесистую пальму.  — Слонёнок, ты можешь вынуть эту пальму из земли и держать над нашими головами?
        — Могу,  — сказал слонёнок и взялся хоботом за ствол пальмы.  — А как её вынимать? С корнями?
        — Конечно, с корнями!  — сказала мартышка.  — Мы её потом на место вставим.
        Слонёнок, мартышка и попугай отправились искать удава. Вокруг них сверкали молнии и шумел дождь, но друзьям было сухо, потому что они храбро шли под своим зонтиком — пальмой и несли сухое место с собой.
        — А когда мы найдём удава,  — спросила мартышка,  — как мы будем его разоблачать?
        — Мы,  — сказал попугай,  — поступим очень хитро. Мы не станем спрашивать у него так прямо: это ты испортил погоду? Нет! Так мы спрашивать не станем.
        — Почему не станем?  — спросил слонёнок.
        — Потому что он может испугаться и сказать: «Нет, нет, это не я». Мы спросим у него так: «Удав, ты не чувствуешь себя виноватым, а?» И если это он испортил нашу погоду, то он скажет: «Да, я чувствую себя виноватым, друзья». Он так скажет, потому что если это он, то ему, конечно же, очень стыдно. И когда он так скажет, мы его разоблачим.
        Удав нашёлся на соседней полянке. Он лежал под дождём и вздыхал. Друзья вместе со своей пальмой подошли к удаву, и попугай спросил строгим голосом:
        — Удав, чувствуешь ли ты себя виноватым?
        — Я чувствую себя мокрым!  — сказал удав.
        — А виноватым?  — растерялся попугай.
        — Нет,  — сказал удав,  — им я себя не чувствую.
        — Значит, тебе совсем не стыдно?  — с надеждой спросил слонёнок.
        — Мне сыро!  — сказал удав.
        — Ура!  — закричала мартышка.  — Это не он! Видишь, попугай, это не он!
        — Ну конечно, это не он,  — сказал слонёнок.  — Он этого не делал. Правда, удав, ты этого не делал?
        — Я много чего не делал,  — сказал удав.  — Что вы имеете в виду?
        — Мы говорим о погоде,  — сказал попугай.
        — Отвратительная погода,  — проворчал удав и попытался спрятаться от дождя под собственным хвостом. Но из этого, конечно, ничего не вышло.
        — Значит, тебе такая погода не нравится?  — спросил попугай.
        — А тебе нравится?  — удивился удав.
        — Мне нет,  — сказал попугай,  — но я думал, что тебе по мокрой погоде мягче ползать. Мокрое — оно мягкое.
        — Мягкое,  — согласился удав,  — но липкое.
        Дождь лил изо всех сил. Но друзья, все вчетвером, сидели под пальмой. Слонёнок и мартышка рассказывали удаву, как они думали, что это он испортил погоду, и как, к счастью, оказалось, что не он. Удав сох. А попугай думал. Потом он сказал:
        — И всё-таки погода испорчена! Не так ли?
        — Так ли!  — подтвердил слонёнок.
        — И кто-то её испортил.
        — Это был кто-то другой,  — сказал слонёнок.
        — Должен вас огорчить, друзья,  — вздохнул попугай,  — но никого другого тут не было. Погоду испортил кто-то из нас.  — Попугай помолчал и добавил: — Очень жаль, что он не хочет признаться.
        — Но зачем?  — удивилась мартышка.  — Зачем он это сделал, этот кто-то из нас?
        — А может быть, он не нарочно,  — вдруг сказал удав,  — может, он нечаянно…
        — Нечаянно,  — засмеялся попугай.  — Ха, ха! Так я и поверил.
        — Да нет,  — сказал удав,  — это случается. Наступают нечаянно на что-нибудь такое и сначала даже не замечают, а потом…
        — Я ни на что такое не наступал!  — быстро сказал слонёнок, потому что ему показалось, что все смотрят на его ноги.
        — Ты мог не заметить,  — сказал попугай.
        — Нет! Я бы заметил. Я всегда смотрю под ноги. И когда я вижу что-нибудь такое, я через него перешагиваю.
        — И ещё,  — продолжал удав,  — знаете, как это бывает… Хочешь узнать, как оно устроено, раскрутишь, разберёшь, а потом, когда соберёшь обратно, остаётся несколько лишних винтиков…
        — Я ничего не трогала,  — быстро сказала мартышка.  — Я ничего не откручивала.
        — Мартышка,  — сказал попугай, глядя на неё пристально,  — я сам видел, как ты вчера откручивала банан, и я не видел, чтоб ты его прикручивала обратно.
        — Но я же его съела!  — закричала мартышка.
        — А ты сам,  — спросил удав попугая,  — ты ничего такого не делал?
        — Я?  — возмутился попугай.  — Я никогда ничего такого не делаю!
        — Когда что-нибудь делаешь или даже если совсем ничего не делаешь, то ведь никогда не знаешь, чем это кончится,  — сказал удав.
        — Удав прав,  — согласился попугай,  — но если он прав и кто-то из нас испортил погоду нечаянно, то как же мы его разоблачим? Он же сам не знает, что он виноват.
        — Смотрите! Смотрите!  — вдруг закричала мартышка, которая в эту самую секунду выглянула из-под пальмы.  — Небо само разоблачилось!
        Слонёнок опустил пальму, и все увидели, что дождь кончился, потому что ветер унёс облака, и в небе светило новенькое, вымытое солнце.
        Друзья ужасно обрадовались и решили идти к ручью — купаться и загорать, но слонёнок сказал:
        — А вдруг мы опять что-нибудь такое нечаянно сделаем и погода опять испортится?
        — Мы будем осторожны,  — сказал удав.  — Давайте будем обращаться с ней бережно, с нашей погодой. А то ведь, знаете, тряхнёшь что-нибудь, или что-нибудь сорвёшь, или сломаешь — и думаешь, что это пустяки, ничего не будет…
        — Ага!  — сказала мартышка.  — А потом о-го-го что будет!
        — Кстати,  — сказал удав, глядя на пальму, про которую все забыли, когда кончился дождь,  — где вы взяли этот ваш зонтик?
        — Ой!  — вспомнила мартышка.  — Мы же хотели её потом на место вставить.
        — Давайте сейчас вставим!  — предложил слонёнок.
        — Немедленно!  — поддержал попугай.
        И друзья сейчас же пошли и поставили пальму на место, потому что раз она там сама выросла, то пусть себе растёт, где росла, и нечего её вынимать, а потом бросать где попало.
        Они вставили пальму и убедились, что ей удобно на старом месте и что она чувствует себя хорошо.
        А потом уже отправились купаться и загорать. Они загорали и купались сколько хотели. И погода была хорошая.

        Глава X


        — Мартышка,  — сказал удав,  — у нас есть орех. Кокосовый.
        — Это хорошо,  — обрадовалась мартышка.
        — Сейчас мы его возьмём и…
        — Съедим,  — подсказала мартышка.
        — Нет, бросим вверх. Что будет?
        — Ничего не будет,  — вздохнула разочарованная мартышка.  — У нас не будет ореха. Вот и все.
        — Орех вернётся,  — сказал удав.  — Он упадёт обратно. А почему он упадёт, знаешь?
        — Вообще-то, может и по затылку. Запросто,  — задумчиво ответила мартышка.
        — При чём тут затылки?  — отмахнулся удав.  — Я тебя спрашиваю не по чему он упадёт, а почему. По какой причине? Вот, гляди!
        Удав обхватил орех хвостом и подбросил его высоко вверх. Сначала орех летел прямо в небо, а потом помчался вниз. И свалился прямо на мартышку.
        — Ай!  — закричала мартышка.  — Ой! Я же говорила!
        — Вот видишь, что делается!  — сказал удав.
        — Что у вас тут делается?  — спросил слонёнок, который в эту самую секунду вышел из банановых зарослей.
        — Вот он,  — пожаловалась на удава мартышка,  — орехами бросается.
        — Напрасно,  — вздохнул слонёнок.  — Нехорошо бросаться орехами.
        — Я бросал вверх,  — возразил удав,  — а вниз, на мартышку, орех упал сам.
        — Сам!  — возмутилась мартышка.  — Само по себе ничего ни на кого не падает!
        — Падает!  — сказал удав.  — Этот орех, мартышка, упал на тебя по закону природы.
        — Нет таких законов, чтоб по макушке бить!  — закричала мартышка.  — Это беззаконие!
        — Есть!  — сказал удав.  — Есть такой закон. И он гласит: «Бросьте что-нибудь вверх, и оно упадёт вниз. Прямо на вас!»
        — Извините,  — вздохнул слонёнок.  — Но это какой-то несправедливый закон.
        — Закон природы,  — сказал удав,  — суров, но справедлив!
        — Не нужен нам такой закон!  — рассердилась мартышка.  — Откуда он вообще взялся?
        — Был всегда!  — объяснил удав.  — С самого начала природы.
        — Нет, нет, нет!  — возразил попугай, выскакивая из-за куста. Он давно уже там стоял и внимательно слушал.
        — Нет. Я прекрасно помню, сначала этого закона не было, а потом его открыл один очень умный.
        — Зачем? Кто его просил?  — возмутилась мартышка.
        — А как он открыл?  — спросил слонёнок.
        — Однажды,  — рассказал попугай,  — ему, умному, яблоко по голове как даст, и он сразу открыл.
        — Так он же не нарочно,  — посочувствовал слонёнок.  — С перепугу, наверно!
        — Нарочно или нечаянно,  — сказал удав,  — но это было великое открытие.
        — Слушайте,  — предложила мартышка,  — а нельзя его, этот закон, как-нибудь обратно закрыть?
        — Закон природы,  — возмутился удав,  — закрыть нельзя!
        — Почему нельзя?  — удивился слонёнок.  — Раз открывается, должно и закрываться.
        — А что?  — задумался попугай.  — Можно попробовать. Будем рассуждать по порядку. Когда этого умного стукнуло по голове, он открыл…
        — Подумаешь,  — сказала мартышка,  — меня ещё и не так стукало.
        — Не мешай, мартышка… Ага! Когда умного стукнуло по голове, он открыл. Значит, чтоб закрылось, надо стукнуть наоборот. Кого-нибудь, тоже умного.  — Попугай внимательно поглядел на удава.  — Самый умный у нас удав.
        — Нет, нет,  — быстро сказал удав,  — я не самый.
        — Самый, самый!  — успокоила удава мартышка.  — А как это — стукнуть наоборот?
        — Ну, если по голове — это не наоборот,  — догадался слонёнок,  — наоборот — будет по хвосту.
        — Правильно!  — согласился попугай.  — А ну, удав, давай сюда хвост!
        — Зачем?  — испугался удав и на всякий случай спрятал хвост подальше в траве.
        Мартышка схватила кокосовый орех и полезла на самую высокую пальму.
        — Что, что вы делать собираетесь?  — бормотал удав, пока слонёнок и попугай тащили его к пальме.
        — Будем закрывать!  — объяснил попугай, аккуратно укладывая хвост удава под пальмой.  — Сейчас как трахнем по самому кончику, он сразу закроется, этот закон.
        — Нет, нет,  — просил удав,  — не надо его закрывать. Это же закон Всемирного Тяготения. Очень нужный закон.
        — Ничего!  — крикнула с пальмы мартышка.  — Как-нибудь обойдёмся!
        — А может, и правда, не надо,  — засомневался слонёнок.  — Жалко.
        — Нашёл, что жалеть!  — фыркнул попугай.  — Все синяки и шишки от него, от этого закона.
        — Закон мне не жалко,  — вздохнул слонёнок,  — мне жалко хвост.
        Попугай задумался. Потом он сказал:
        — Нет, для науки хвоста не жалко!
        — Бросать?  — спросила сверху прицелившаяся мартышка.
        — Бросай!  — разрешил попугай.
        Орех полетел вниз и попал в самый кончик хвоста.
        — Ай!  — вскрикнул удав.
        — Ну что, закрылся?  — спросила мартышка, слезая с пальмы.
        — Конечно,  — уверенно сказал попугай.  — Больше не действует.
        — Не может быть!  — ужаснулся удав.
        — А давайте проверим,  — предложил слонёнок. Удав схватил орех и замахнулся.
        — Три, два, один… пуск!  — скомандовал попугай. Орех умчался в небо. Удав с надеждой глядел ему вслед, но орех не возвращался.
        — Всё!  — сказал попугай через некоторое время.  — Поздравляю всех. Это было великое закрытие!
        — Ура!  — закричала мартышка и помчалась в банановые заросли.
        Слонёнок и попугай побежали за ней. Удав остался. Он подложил под голову хвост и глубоко задумался.


        Из задумчивости удава вывел орех. Он прилетел назад и трахнул удава по макушке.
        — Ага!  — радостно закричал удав.  — Не закрылся!  — Удав пощупал хвостом шишку у себя на голове и удовлетворённо добавил:
        — И всё-таки он действует, этот закон!

        Глава XI


        Удав склонился над травой и что-то рассматривал. Мартышка очень осторожно, на цыпочках, подошла к удаву и тоже посмотрела. В траве что-то ползло.
        — Ползёт?  — спросила мартышка шёпотом.
        — Ползёт,  — вздохнул удав.  — Ползёт. Ползёт.
        — А что это ползёт?  — спросила мартышка.
        — Это я ползу!  — сказал удав.
        — Ты?  — удивилась мартышка.  — А куда ты ползёшь?
        — Сюда. Сюда ползу,  — проворчал удав, доставая из травы своё длинное-предлинное тело.
        Мартышка отошла немножко назад, чтобы посмотреть на удава со стороны. Ей было интересно. Она знала удава уже давным-давно, но ей не так уж часто приходилось видеть его всего целиком. Обычно, когда удав куда-нибудь полз или просто отдыхал, видно было в лучшем случае его большую часть, а остальное лежало где-нибудь в траве или за кустами.
        — Ой, удав!  — восхитилась мартышка.  — Какой ты!..
        — Какой?  — заинтересовался удав. Он опустил хвост на землю и повернулся к мартышке.  — Какой?
        — Длинный!  — сказала мартышка.
        — Это я и сам знаю,  — вздохнул разочарованный удав.  — А какой длинный?
        — Очень длинный.
        — Очень?  — Удав задумался.  — Хм, очень… Нет. Очень — это не то!
        — А что — то?  — спросила мартышка.
        Но удав не ответил. Он был очень занят. Собой. Удав внимательно смотрел, как его большое тело то сворачивается в кольца, то разворачивается так, что от головы до кончика хвоста пробегают быстрые волны. Сразу было видно, что удав очень волнуется.
        — Что это ты так волнуешься?  — спросила мартышка.
        — Погоди, мартышка, не мешай!  — откликнулся удав.  — Я принимаю решение.
        — Принимаешь?  — обрадовалась мартышка.  — А ты его правильно принимаешь?  — тут же встревожилась она.  — Принимать можно по-разному,  — затараторила мартышка.  — Можно принимать через каждые два часа по чайной ложке, а можно принимать два раза в день перед едой. Ты как принимаешь?
        — Я уже принял!  — сказал удав.  — Я принял решение, я решил… измерить свой рост.


        — Аааа!  — сказала мартышка.  — А я думала…  — И тут только до мартышки дошло, что сказал удав.
        — Измерить свой рост?  — восхитилась мартышка.  — Какое прекрасное, какое замечательное решение!  — И от восхищения мартышка даже запела:
        Решил свой рост узнать удав!
        И в этом он, конечно, прав.
        Ведь это важно очень!
        Возможно, он длиннее всех!
        Во много раз длиннее всех!

        — Да!  — вздохнул удав.  — Это пока неизвестно!
        — Как же ты будешь его измерять, свой рост?  — спросила мартышка.  — Каким способом?
        — Честно говоря,  — признался удав,  — я не знаю ни одного способа. Все они, эти способы, мне неизвестны.
        — Значит, ты не знаешь, как измерить свой рост?  — огорчилась мартышка. И от огорчения она даже запела:
        Вот голова, а вот он — хвост.
        А остальное — это рост!
        В удаве много роста.
        Но как измерить этот рост —
        Не знают голова и хвост.
        Узнать свой рост — не просто!

        — Очень сложно!  — вздохнул опять удав.
        — А вот и нет!  — вдруг закричала мартышка.  — Я знаю, как измерить твой рост!
        — Как?  — быстро спросил удав.
        — Очень просто!  — сказала мартышка.  — Надо сложиться пополам! Складывайся!
        Удав сложился пополам и положил свою голову рядом с хвостом.
        — Так!  — сказала мартышка,  — Складывайся ещё раз.
        Удав сложился вчетверо. Мартышка обошла вокруг удава и задумалась.
        — Ну?  — спросил удав с нетерпением.
        — Сейчас!  — сказала мартышка.  — Вот голова, а вот он хвост! Всё ясно!
        — Что ясно?  — спросил удав.
        — Всё!  — сказала мартышка.  — Всё ясно! Твой рост будет две твоих половины или четыре половины половин.


        — Две половины… четыре… половины…  — попытался разобраться удав, но так и не разобрался.  — Нет,  — сказал он в конце концов.  — Так не получится!
        — Почему не получится?  — удивилась мартышка.
        — Потому что меня половинами мерить нельзя!
        — Почему нельзя!
        — Потому что я целый!
        — Ну, тогда я не знаю как,  — обиделась мартышка.
        Она отвернулась от удава и увидела слонёнка.
        — Что тут у вас случилось?  — спросил слонёнок.  — Чем это вы тут занимаетесь?
        — Меня меряем!  — объяснил удав.  — Только мы не знаем как!
        — Когда не знаешь как — задумчиво сказал слонёнок,  — нужно у кого-нибудь спросить.
        Мартышка очень внимательно посмотрела на слонёнка и предложила:
        — Давай у тебя спросим.
        — У меня?  — смутился слонёнок.  — У меня лучше не надо. Давайте лучше спросим у попугая.
        — Давайте!  — вдруг закричал попугай, откуда ни возьмись появляясь перед друзьями.  — Давайте спросим у меня! Спрашивайте!
        — Как меня измерить?  — спросил удав.
        — Ну…  — сказал попугай.  — Рост удавов в большинстве случаев, как правило, измеряется… э… с хвоста. Это у тебя что?
        — Это у него голова!  — объяснила мартышка.
        — Голова нам не нужна!  — отмахнулся попугай.  — Давай сюда хвост!
        Удав протянул попугаю хвост.
        — А теперь,  — сказал попугай удаву,  — хвост оставь тут, а сам ползи, ползи, пока не вытянешься во всю длину.
        Удав пополз в заросли, а перед попугаем остался его хвост. Попугай очень долго на этот хвост смотрел.
        Слонёнок и мартышка боялись помешать попугаю. Поэтому они вели себя очень тихо. Они стояли рядышком и тоже смотрели на хвост. Потом это им надоело.
        — Как ты думаешь,  — спросил слонёнок мартышку,  — он его уже меряет?
        — Ты его уже меряешь?  — спросила мартышка попугая.
        — Э… э… э…  — сказал попугай.  — Дело в том, что обычно удавы измеряются с хвоста. А наш удав измеряется наоборот. С головы. Это у него хвост, да?
        — Да!  — сказала мартышка.  — Это у него хвост. А голова там!  — и мартышка махнула рукой в сторону зарослей.
        — Зовите голову!  — велел попугай.
        — Бесполезно!  — сказала мартышка.  — Голова нас не услышит. Она теперь далеко. Удав, он знаешь какой длинный!
        — Сейчас я за ней сбегаю,  — предложил слонёнок.
        — Не стоит!  — сказал попугай.  — Далеко ходить. Лучше давайте дёрнем его за хвост, а голова сама приползёт.
        Слонёнок, мартышка и попугай схватились за хвост удава, и все разом этот хвост дёрнули. Немножко подождали и дёрнули ещё раз. Потом ещё немножко и опять дёрнули. Голова удава не ползла.
        — Что же она не ползёт?  — спросил слонёнок.
        — А вдруг… А вдруг…  — зажмурилась мартышка от страха.  — А вдруг!..
        — Что «а вдруг»?  — спросил слонёнок.
        — А вдруг он порвался?  — закричала мартышка.
        — Кто?
        — Удав! Мы его тут дёргаем, а он там порвался!
        — Ой!  — сказал слонёнок.
        — Точно!  — воскликнул попугай.  — Ну конечно! Мы его дёргаем, а он порвался — и голова про свой хвост ничего не знает! Надо проверить!
        Мартышка, ни слова не говоря, бросилась в заросли и помчалась вдоль удава.
        Слонёнок и попугай кинулись за ней.
        — Тут он целый. И тут тоже,  — говорили они друг другу.  — И там. И здесь. И вот тут тоже целый.
        — Вот!  — закричала мартышка.  — Смотрите! Это место совсем непрочное!
        Слонёнок и мартышка схватились за удава и стали его тянуть в разные стороны.
        — Нет,  — сказал попугай.  — Это место прочное, наверное, он в другом месте порвался. Пошли дальше.
        А голова удава лежала в кустах и прислушивалась к своим ощущениям. Ощущения были странные. Вернее, сначала никаких ощущений не было.
        «Когда же они начнут меня измерять?  — думал удав с нетерпением.  — Что же они всё не измеряют и не измеряют?»
        Наконец удав почувствовал, что его дёргают за хвост.
        «Ага!  — подумал удав.  — Начали измерять!»
        Потом удав с удовольствием убедился, что его дёргают за хвост всё сильней и сильней.
        «Стараются!» — подумал удав.
        Вскоре удав заметил, что его дёргают уже не за хвост, а немножко ближе к голове.
        «Хвост уже измерили!  — подумал удав.  — Дальше двинулись. Ну-ну!»
        И тут удав стал чувствовать, что его начинают тянуть в разные стороны.
        — Ого!  — приподнял голову удав.  — Здорово они за дело принялись!
        Пока удава тянули, дёргали, толкали и щипали в разных местах, он терпел, но когда удав обнаружил, что его стали щекотать, он не выдержал.
        — Хи-хи!  — сказал он сам себе.  — Ой! Ха-ха! Хи-хи — хи! Хо-хо-хо! Хо-хо-хо! Ничего себе! Охо-хо! Кажется, они немножко увлеклись! Ой! Ой! Ойё-ёй!
        Щекотки удав боялся ужасно. С детства. Поэтому он поскорей повернулся и пополз навстречу мартышке, слонёнку и попугаю.
        А слонёнок, мартышка и попугай искали и всё никак не могли найти, где же удав порвался. Они дошли уже почти до самой середины, когда из зарослей появилась голова удава.
        — Хи-хи!  — сказала голова.  — Чего это вы щекочетесь?
        — Мы не щекочемся, мы проверяем!  — отмахнулась мартышка.
        — Что проверяете?  — удивился удав.
        — Тебя,  — сказал попугай.  — Вдруг ты порвался?!
        — Я? Порвался? Где?!  — ужаснулся удав.
        — Посередине,  — вздохнул слонёнок.
        Удав так быстро кинулся к своему хвосту, что немножко сбил с ног попугая.
        — Там мы уже проверили!  — крикнул ему вслед попугай.
        Удав кинулся в другую сторону. Он внимательно осмотрел себя до самой шеи и только тогда вздохнул с облегчением:
        — Фу! Целый!
        — Целый!  — обрадовалась мартышка. Слонёнок и попугай тоже очень обрадовались.
        Когда все немного успокоились, удав напомнил, что он совсем не просил, чтоб его проверяли, он просил, чтоб его меряли.
        — Сейчас!  — сказал попугай.  — Уже начинаю. Сейчас, удав, я измерю твой рост в попугаях.
        — В попугаях?  — хором удивились слонёнок и мартышка.
        — Как это?  — растерялся удав.
        — А так,  — сказал попугай.  — Сколько попугаев в тебе поместится, такой у тебя и рост!
        — Ого!  — ужаснулась мартышка.  — Сколько поместится!!!
        — Очень надо!  — обиделся удав.  — Я не стану глотать столько попугаев.
        — Зачем же глотать! Во-первых, глотать никого не надо, а во-вторых, и одного попугая хватит. Меня.
        — Ну,  — недоверчиво сказал удав,  — если глотать не надо, тогда меряй в попугаях!
        Попугай шагнул и наступил удаву на хвост.
        — Ой!  — тихонько сказал удав.
        Но попугай ещё раз шагнул и пошёл по удаву от хвоста к голове.
        Попугай шёл и считал шаги. Он говорил:
        Раз! Два! Левой! Правой!
        Дважды два! Очень просто
        Измеряются удавы —
        Пятью пять — Любого роста!

        Дойдя до головы, попугай спрыгнул на землю и сообщил удаву:
        — Твой рост будет ровно тридцать восемь попугаев! Вот какой у тебя рост!


        — Ух ты!  — восхитился удав.  — Тридцать восемь!
        — А чем ещё можно мерить рост?  — спросила попугая мартышка.
        — Всем!  — сказал попугай.
        — И мартышками можно?
        — Можно!
        Мартышка подскочила к удаву и стала по нему кувыркаться.
        — Раз, два!  — кричала мартышка, кувыркаясь.  — Левой, правой! Дважды…  — И тут мартышка, которая начала кувыркаться с головы, докувыркалась до хвоста.
        — Всё!  — разочарованно сказала мартышка.  — Он уже весь кончился!
        — Пять мартышек!  — объявил попугай.


        — А теперь… давайте слонёнками!  — предложил слонёнок.
        Слонёнок стал возле хвоста удава, шагнул и сказал: «Раз!». Потом он ещё шагнул и сказал: «Два». И когда он сказал: «Два», он уже оказался возле головы удава.
        — Два!  — вздохнул слонёнок.  — Только два…
        — Два слонёнка!  — объявил попугай.


        — Ура!  — прошептал счастливый удав.  — Ура!!!  — закричал он изо всех сил.  — Ура!!! Прекрасно! Просто здорово! Спасибо! Спасибо вам, друзья! Тебе, попугай! Тебе, мартышка! И тебе, слонёнок! Ну как бы я измерил свой рост, если бы не вы?!
        — Тебе бы просто ну совсем нечем было бы его измерить, твой рост!  — сказал попугай.
        — А теперь,  — сказал удав,  — теперь я знаю, что мой рост…
        — Два слонёнка!  — сказал слонёнок.
        — Пять мартышек!  — сказала мартышка.
        — Тридцать восемь попугаев!  — сказал попугай.
        — Эге!  — вдруг задумался удав.  — А в попугаях-то я гораздо длиннее.
        — Ещё бы!  — подтвердил попугай.
        — Теперь,  — воскликнул удав,  — когда приедет моя бабушка и скажет: Ну, внучек, ты, кажется, вырос!» — я ей отвечу: «Да, бабушка, я вырос». И я скажу ей свой рост в попугаях!
        — Погоди,  — удивилась мартышка,  — ты про какую бабушку говоришь?
        — Про мою!  — сказал удав.
        — Твоя бабушка приедет к нам сюда, в Африку?  — спросил попугай.
        — Приедет!
        — А когда она приедет?  — спросил слонёнок.
        — Уже очень скоро!  — сказал удав.



        Глава XII


        Удав вполз на пальму. Он обвился вокруг ствола, поднял голову над верхушкой и вглядывался в даль. Он ждал свою бабушку. Мартышка тоже сидела на пальме, рядом с удавом, и тоже вглядывалась. В ту же самую даль. Она тоже ждала бабушку удава, которая где-то там уже ехала к своему внуку.
        А внизу, под пальмой, попугай учил слонёнка, как нужно разговаривать с бабушками. Попугай говорил:
        — …И ты скажешь: «Здравствуйте, дорогая бабушка удава! Ваш внук — наш друг. Мы рады, что вы приехали к нему!»
        — Мы рады, что ты приехала к нему,  — повторил слонёнок.
        — Не ты, а вы. К бабушкам нужно обращаться на «вы»!
        — Так она будет не одна?  — удивился слонёнок.  — К удаву приедет много бабушек?
        — Приедет одна бабушка,  — сказал попугай.
        — Зачем же тогда обращаться к ней на «вы», как будто её много?
        — Потому что она взрослая,  — объяснил попугай.  — К взрослой бабушке всегда обращаются на «вы». Даже если взрослая бабушка одна, её всё равно много. Взрослая — она большая.
        Слонёнок вздохнул и посмотрел наверх. А наверху мартышка спрашивала удава:
        — А твоя бабушка какая?
        — Она такая… такая…  — сказал удав, вглядываясь в даль,  — очень хвостливая!
        — Хвастается?  — удивилась мартышка.
        — Нет!  — обиделся удав.  — Ничего она не хвастается. Просто у неё хвост длинный.
        — Как у тебя?
        — Длиннее. И от этого она очень хвостливая.
        А внизу попугай велел слонёнку учить наизусть слова, которые он скажет бабушке, когда она приедет, а там взлетел на верхушку пальмы к удаву и мартышке.
        — Ждёте?  — спросил их попугай.
        — Ждём!  — сказала мартышка.
        — Вы неправильно ждёте!  — заявил попугай.  — Вы ждёте в одну сторону, а надо в разные. Ты, удав, жди туда!  — попугай повернул голову удава направо.  — А ты, мартышка, жди сюда!  — попугай повернул мартышку налево.  — А я сам буду ждать прямо! Вот! Теперь мы ждём правильно и, наверно, скоро дождёмся.


        — Непонятно!  — сказал удав.  — Зачем ждать в три стороны? Ко мне приезжает одна бабушка, а не три.
        — Правильно!  — обрадовалась мартышка.  — Тебе одна, а две остальные мне и попугаю! По бабушке.
        — А мне?  — закричал снизу слонёнок.
        — Не отвлекайся!  — крикнул ему попугай.  — Учи слова!
        — Здравствуйте, дорогая… Здравствуйте, дорогая… дорогая…  — забормотал слонёнок.
        И вдруг слонёнок увидел бабушку. Бабушку удава. Она появилась с четвёртой стороны. С той самой, с которой ни удав, ни мартышка, ни попугай её не ждали.
        — Бабушка!  — ахнул слонёнок и начал говорить слова, которые он выучил.  — Здравствуйте, дорогая…
        Но тут на слонёнка свалились сверху сначала удав, а потом мартышка и попугай.
        — Бабушка приехала!  — кричал удав.  — Ура!!!
        Попугай тоже кричал что-то радостное. И мартышка тоже кричала. Правда, она кричала не что-то, она кричала вообще!
        — Одну минуточку,  — сказала бабушка удава, оглядываясь назад.  — Я ещё не совсем приехала, я ожидаю прибытия своего хвоста с минуты на минуту.
        Бабушка удава оказалась действительно очень большая и ужасно хвостливая. Голова её уже давно была тут, а сама бабушка всё прибывала и прибывала. Наконец показался хвост.
        — Вот и он!  — сказала бабушка, встречая свой хвост.  — Теперь можно здороваться!
        И бабушка удава нежно поцеловала своего внука в лоб, а в это время её хвост гладил по головам слонёнка, мартышку и попугая.
        — Здравствуйте! Здравствуйте!  — говорила бабушка всем вместе.  — Здравствуй! Здравствуй!  — говорила она каждому в отдельности.
        Вдруг бабушка отодвинулась в сторону и посмотрела на своего внука и его друзей со стороны. И воскликнула:
        — Что я вижу??!!
        — Меня, бабушка!  — закричал удав.
        — И меня!  — крикнула мартышка, подпрыгивая, чтобы стать заметней.
        — И ещё попугая и слонёнка!  — робко добавил слонёнок.
        — Нас!  — подтвердил попугай.
        — Вас я прекрасно вижу!  — сказала бабушка.  — Но кроме того, я вижу, что вы гуляете тут одни, без присмотра!
        — Без чего мы гуляем?  — испугался попугай. Он нагнулся, посмотрел на свои тоненькие ножки, а потом на всякий случай отошёл в сторону и спрятался за слонёнка.
        — Вы гуляете,  — повторила бабушка,  — без присмотра! Но теперь всё будет иначе! Раньше вы гуляли как?
        — Как?  — спросил удав и посмотрел на мартышку и слонёнка.
        — Раньше вы гуляли сами по себе!  — объяснила бабушка.  — А теперь, когда к вам приехала я, вы будете гулять…
        — По бабушке!  — догадалась мартышка.  — Теперь мы будем гулять по бабушке!  — в восторге закричала мартышка и прыгнула на бабушку. И побежала по ней.
        Но бабушка поймала мартышку хвостом, осторожно сняла её с себя и поставила на землю.
        — Теперь вы будете гулять и играть с присмотром!  — сказала она.
        — А как это?  — удивился слонёнок.
        — Очень просто,  — объяснил попугай, выглядывая из-за слонёнка.  — Мы будем играть, а бабушка будет смотреть. На нас.
        — Хорошо ли это?  — задумался слонёнок.  — Мы будем всё время играть, а бабушка только смотреть. Ей же станет скучно!
        — Можно смотреть по очереди!  — предложил удав.
        — Нет-нет, спасибо!  — сказала растроганная бабушка.  — Вы уж играйте, а я присмотрю.
        — А во что можно играть с присмотром?  — спросила мартышка.
        — Ребята,  — сказала бабушка.  — Во всё! С присмотром можно играть во что хочешь!
        — Давайте играть с присмотром!  — обрадовался слонёнок.
        — Есть много увлекательных спортивных игр,  — сказала бабушка.
        — Я знаю одну очень спортивную игру!  — закричала мартышка.  — Перетягивание удава!
        Тут мартышка схватила удава за хвост, а слонёнок схватил его за голову. И они стали тянуть удава в разные стороны. А попугай бегал от мартышки к слонёнку и смотрел, кто перетягивает.
        Сначала побеждала мартышка, но слонёнок дёрнул изо всех сил и сразу перетянул на свою сторону всего удава. И мартышку тоже. А мартышка по дороге захватила попугая, так что слонёнок и его перетянул. Все попадали друг на друга и оказались в одной куче.
        — Знаете что,  — предложила бабушка,  — в эту спортивную игру мы поиграем в следующий раз, а сейчас я займусь вашим воспитанием.
        — Простите, но мы сегодня уже завтракали,  — сказал попугай.
        — Знаете,  — сказал слонёнок,  — мы вообще очень хорошо питаемся.
        — Особенно я!  — сказал удав.
        — Я говорю не о питании, а о воспитании!  — объяснила бабушка.
        — А воспитание, это что?  — спросила мартышка.
        — Это много чего,  — сказала бабушка.  — В двух словах не скажешь. Ну, вот ты, мартышка. Если я сейчас сорву и дам тебе банан, что ты сделаешь?
        — Спелый банан?  — уточнила мартышка.
        — Очень спелый,  — кивнула бабушка.
        — Съем!  — сказала мартышка.
        Бабушка неодобрительно покачала головой.
        — Сначала скажу «спасибо»,  — поправилась мартышка.  — А потом съем!
        — Ну что ж, ты поступишь, как вежливая мартышка!  — сказала бабушка.  — Но вежливость — это ещё не всё воспитание! Хорошо воспитанная мартышка сначала предложит банан товарищу!
        — А вдруг он его возьмёт?!  — испугалась мартышка.
        — Действительно, бабушка,  — поддержал мартышку удав.  — Он же его может взять!
        — Непременно возьмёт!  — решил попугай. Слонёнок ничего не сказал, но он про себя тоже подумал, что если предложить банан товарищу, то никакой товарищ от банана не откажется. Если, конечно, он умный, этот товарищ.
        — Нет! Воспитанной быть не интересно!  — сказала мартышка.
        — А ты попробуй!  — Бабушка сорвала спелый и сочный банан и протянула его мартышке: — Попробуй!
        — Что пробовать?  — спросила мартышка.  — Банан? Или быть воспитанной?
        Бабушка ничего не ответила. Мартышка посмотрела на банан, потом на бабушку. Потом опять на банан. Банан был очень спелый и удивительно вкусный на вид.
        — Большое спасибо!  — сказала мартышка бабушке и уже открыла рот, чтобы съесть банан, но вдруг заметила, что на неё очень внимательно смотрит слонёнок. Вернее, не на неё, а на её банан. Мартышка смутилась.  — Ты ведь не очень любишь бананы?  — спросила она слонёнка.  — Ты ведь, наверно, их почти совсем не любишь, правда?
        — Нет, почему же?  — возразил слонёнок.  — Я их довольно сильно люблю.
        — Да?  — сказала мартышка упавшим голосом.  — Ну, тогда — на!
        И мартышка отдала слонёнку свой банан. Слонёнок сказал спасибо и стал очищать банан от кожуры.
        Попугай подошёл к слонёнку и стал смотреть, как слонёнок это делает. Слонёнок вздохнул и положил перед попугаем очищенный банан.
        — Бери! Это тебе!  — сказал слонёнок. Попугай поблагодарил слонёнка, взял банан и понёс его удаву.
        — Удав!  — сказал попугай.  — Прими от меня этот прекрасный спелый банан!
        — Я принимаю его от тебя с глубокой благодарностью!  — сказал удав, взял банан и протянул его мартышке.
        Сначала мартышка очень удивилась, а потом ещё сильней обрадовалась. Она подпрыгнула и закричала:
        — Я поняла! Поняла! Воспитанной быть очень интересно! Просто замечательно! Ты что-нибудь кому-нибудь предложишь, тебе кто-нибудь что-нибудь предложит! Красота!
        — Хм!  — сказала бабушка.  — Когда я говорила о воспитании, я не совсем это имела в виду. Но в общем ты, мартышка, права. Если никому ничего ни для кого не жалко — это действительно красота.  — И бабушка ещё раз сказала: — Хм!  — Это «Хм!» она сказала не мартышке, и не слонёнку, и не попугаю, и даже не своему внуку удаву. Это «Хм!» она сказала сама себе.
        …А тебе, уважаемый Ребёнок, я должен сообщить, что наша книжка уже очень скоро кончится. Потому что ты дочитал её почти до самого конца.
        Вот сейчас удав скажет бабушке свой рост, сначала в попугаях, а потом в мартышках и слонёнках, и нам с тобой придётся попрощаться с ними всеми.
        Мы с тобой перевернём последнюю страницу, а они останутся в своей Африке, будут играть в разные игры и петь песенки. Например, вот эту:
        На свете много есть того,
        Про что не знают ничего
        Ни взрослые, ни дети!
        И это вовсе не секрет,
        Когда секрета вовсе нет,
        Скучают все на свете!
        А почему? Да потому, что
        Ужасно интересно
        Всё то, что неизвестно!
        Ужасно неизвестно
        Всё то, что интересно!

        Ну, вот мы и расстались с мартышкой, слонёнком, попугаем, удавом и его бабушкой. А теперь давайте прощаться друг с другом.
        Пора, пора нам с тобой попрощаться. Ведь нельзя же мне всё время писать, а тебе всё время читать одну и ту же книжку. От этого можно так соскучиться, что, того и гляди, заболеем. Так что — до свиданья, уважаемый Ребёнок! Встретимся в какой-нибудь другой книжке. А на прощание позволь мне передать тебе большой и горячий привет. От себя.


 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к