Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / Поэзия Драматургия / Герман Готфрид: " Ямбы И Эпиграммы Неизвестного Эллина " - читать онлайн

Сохранить .
Ямбы и эпиграммы неизвестного эллина Готфрид Герман

«Ямбы и эпиграммы неизвестного эллина», а, в сущности - уловка, к которой прибег выдающийся классический филолог Готфрид Герман (1772-1848), выдав собственную сатиру на наполеоновскую власть за переводы с древнегреческого. Перевод с немецкого и вступление Александра Эстиса. Но и здесь кое-какие совпадения могут навести читателя на мысль, что его разыгрывают…

        Готфрид Герман
        Ямбы и эпиграммы неизвестного эллина

        Вступление Александра Эстиса

        Занимаясь поэтами-филологами XIX века, я заинтересовался трудами одного из величайших классических филологов своего времени - Готфрида Германа. В одной из зеленых коробок, которыми уставлен архив университетской библиотеки города Лейпцига и в которых хранится наследие нескольких сотен ученых и писателей, меж другими рукописями Германа я наткнулся на сочинения особого рода.
        Иоганн Готфрид Якоб Герман - так звучит его полное имя - родился в Лейпциге в 1772 году. Готфрид был нерасположенным к учению крайне резвым ребенком и очень хотел стать солдатом, но талантливый домашний учитель сумел развить в нем тягу к наукам (и в особенности к изучению античной литературы), так что уже в 14-летнем возрасте Герман поступил в Лейпцигский университет. Здесь он по желанию отца сперва изучал юриспруденцию, но скоро, следуя собственному влечению, стал все больше предаваться филологическим и философским изысканиям. К концу 21 года жизни он уже приват-доцент, девять лет спустя - профессор элоквенции (а позже и поэзии) в Лейпциге. Скончался Герман в 1848 году - году Мартовской революции, о которой успел отозваться так: «Пусть буря всегда сносит некоторые избы - их выстроят вновь, но после нее - чище воздух».
        Герман был не только одним из самых влиятельных и уважаемых ученых, но и весьма одаренным преподавателем. Отличительной чертой его лекций в соответствии с кредо ?????? ? ????? ??? ???????? («Речь истины проста») была отточенность речи без излишеств, ясность изложения и прямота метода. Герман всегда старался заронить зерно критического мышления в мировосприятие своих учеников, развить в них самостоятельность суждения, что и привело его к созданию «Греческого сообщества», в котором под его руководством обсуждались проблемы филологии. Среди учеников Германа были в будущем такие известные ученые, как историк Леопольд Ранке, реформировавший методы историографии, германист Мориц Гаупт (которому Герман приходился тестем) и классический филолог Вильгельм Ричл (преподаватель Отто Риббека и Фридриха Ницше - в 1865 году Ницше последовал за Ричлем, когда тот из-за
«Боннской распри филологов» перешел из Боннского университета в Лейпцигский).
        По словам современников, Герман отличался также любовью к свободе и правде, высокой нравственностью, рационально-скептическим образом мышления, не позволявшим ему ни как ученому, ни как человеку слепо доверять авторитетам[Следующий эпизод из студенческих лет Германа наглядно показывает его критический склад ума и правдолюбие. Слушая лекции одного не слишком последовательно мыслящего профессора. Герман так усердно исписывал листы, что польщенный педагог не мог не обратить на это внимания и заговорил со студентом о его конспектах; однако выяснилось, что Герман записывал вовсе не саму лекцию, а аргументы в ее опровержение.] . Эти качества придают трудам Германа особые черты и особую ценность. Многие из них посвящены метрике; идею ритма он развивает, основываясь на кантовском учении о категориях (с философией Канта Герман познакомился в университете города Йены, где именно с этой целью учился в течение семестра). Его работы по античной метрике были настолько блистательны, что Гёте, гостивший в Лейпциге в 1800 году, пригласил его составить немецкую метрику - от чего Герман, увы, отказался; метрику
немецкого языка, полагал Герман, надлежало создать самому Гёте[После этой встречи Гёте, высоко ценивший Германа, долгие годы с ним переписывался.] . Как поборник так называемой «филологии слов», критико-грамматической школы филологии, Герман потратил много усилий на изучение древнегреческой (в меньшей степени - латинской) грамматики и совершенствование методов ее описания, чем повлиял на развитие языкознания. Критика и текстология представляли для него равный интерес как дополняющие друг друга дисциплины; он выпускал академические издания и толкования трудов Гомера, Гесиода, Сапфо, Пиндара, Аристотеля, Аристофана, Софокла, Еврипида и многих других; над изданием Эсхила Герман трудился на протяжении полувека, но так и не закончил его (подготовленное Морицем Гауптом, напечатано оно было посмертно). И наконец - он сочинял оды и эпиграммы на древнегреческом, латыни и немецком[В том числе и такие любопытные произведения, как стихотворное описание поездки в Карловы Вары, которое Герман совершил в 1826 г.  - верхом на лошади (Герман был любителем верховой езды), рядом с каретой, в которой ехали жена и дочь.]
.
        Для того чтобы постичь историческое измерение приводимых ниже стихотворений Готфрида Германа, необходимо обратиться к событиям начала XIX века. Утвержденные имперской депутацией 1803 года реформы - так называемая медиатизация[Медиатизация
        - политический акт, по которому мелкие княжества, ранее напрямую подчинявшиеся императору, переходили в подданство других правителей, тоже подчинявшихся императору, что фактически означало для них потерю независимости. Наполеон таким образом одновременно удовлетворил ущемленные интересы крупных правителей и усилил влияние лояльных государств-сателлитов.] и секуляризация немецких государств под руководством французского министра Талейрана - повлекли за собой распад прежнего политического строя Священной Римской империи германской нации и серьезные территориальные, демографические и стратегические потери, в то время как союзники Франции вроде Бадена, Баварии и Вюртемберга получили новые территории. В 1806 году под протекторатом Наполеона был основан Рейнский союз, в который вошло более двадцати небольших юго-западных государств. Гарантируя Французской империи военную поддержку, они вышли из состава Священной Римской империи и, по сути, сделались вассалами французского императора. И действительно - заключенный якобы для взаимной поддержки союз, как и проведенные под предлогом либерализации реформы,
помогли Наполеону пополнить казну, увеличить армию и укрепить свои позиции на германской территории посредством создания государств-сателлитов.
        Рейнский союз привел к окончательному распаду Священной Римской империи, и без того разобщенной реформами и ослабленной поражением в битве под Аустерлицем (1805, война Третьей коалиции), а в 1806 году Франц II отрекся от престола Священной Римской империи, на чем и прекратилось ее существование. Саксонию Наполеон обязал уплатить 25 миллионов франков контрибуции (значительная сумма для небольшого государства) и взять на обеспечение подвластные французам гарнизоны. Лишенная свободы действий Саксония была вынуждена вступить в Рейнский союз и предоставить для наступательных войск Наполеона контингент в 20 000 солдат[Одновременно Наполеон объявил курфюршество Саксонию королевством и возвел саксонского курфюрста Фридриха Августа III на королевский престол, что означало полное его подчинение наполеоновскому диктату; под именем короля саксонского Фридриха Августа I он оставался на троне до 1813 года.] .
        Публикуемые ниже стихотворения Готфрида Германа были созданы в те дни, когда возмущение против наполеоновской власти и нравственного и политического распада охватило уже не только национально ориентированные силы, но, с другой стороны, оно еще не перешло во всеобщее негодование, которое в будущем привело к многочисленным восстаниям и в итоге - к Освободительной войне в Германии. Наполеоновская власть все более рассеивала надежды, на нее возлагаемые, и пронаполеоновская пропаганда, вначале равносильная антинаполеоновской, становилась все слабее. Гибель многих тысяч германских солдат, мобилизованных Наполеоном для Российской кампании 1812 года, подавление национальных интересов, цензура и другие последствия наполеоновского деспотизма возбудили стремление к национальному единению и мятежу против Наполеона и подчиняющихся ему правителей. Литераторы и ученые, воодушевленные идеей национального единения, поносили французскую тиранию в стихах, агитационных речах и трактатах. Против чужевластия все более открыто выступали такие поэты как Йозеф Эйхендорф, Эрнст Мориц Арндт, Теодор Кёрнер и Фридрих Рюккерт.
Но если даже в Пруссии под влиянием Наполеона в 1809 году был расторгнут патриотический союз «Тугендбунд», то насколько сложнее было обойти цензуру в Саксонии, которая фактически оставалась на стороне Наполеона…
        И тогда поэт-филолог Герман выразил свое негодование, избрав форму, наиболее для него привычную,  - научной публикации. Он «нашел» рукопись сочинений древнегреческого поэта и под названием «Ямбы и эпиграммы неизвестного эллина» («Jamben und Epigrammata eines unbekannten Hellenen») издал в филологическом ежемесячнике «перевод» стихотворений, направленных против тирании и угнетения, осуждающих безнравственность и продажность германской знати, призывающих к свободолюбию и мятежу. Конечно, любой филологически сведущий читатель должен был сразу же понять, что ни о какой древнегреческой рукописи не может быть и речи; взору читателя представала не научная публикация, а литературный вымысел - это было очевидно уже по тому, что «Ямбы и эпиграммы» печатались без комментариев и с подозрительно скудным введением, в котором лишь коротко говорилось о новонайденной рукописи и о том, что ни автора, ни точное время возникновения стихов установить нельзя[Во введении также сказано, что папирус в одном месте поврежден, этим объясняется отточие в седьмой эпиграмме. Надо, однако, полагать, что отточие - намек на
цензуру, которую и осуждает стихотворение.] . Более того, стихотворения являлись якобы переводом на немецкий, что не могло не вызвать у студентов и коллег недоумения - почему Герман не опубликовал греческий оригинал? Впрочем, даже зная о мистификации, можно задаться вопросом, почему Герман, свободно сочинявший метрические стихи равно на греческом и на латыни, не написал свои «Ямбы и эпиграммы» на языке мнимого оригинала, усложнив лексику, что стало бы дополнительной защитой от цензуры. Так зачем же немецкий? Ответ очевиден: идею национального противостояния нужно было высказать не иначе как на языке, объединяющем нацию. Ведь именно язык и культурное достояние являлись связующей нитью германских государств, разрозненных после распада Священной Римской империи.
        Итак, перед нами явная мистификация, которую допустили к печати либо потому, что научные журналы подвергались лишь выборочным проверкам, либо просто по глупости цензоров. Готфрид Герман прибег к мистификации не только для отвода глаз цензуры, но и для того, чтобы придать политической идее обличие более благородное (нежели у агитационной публицистики), чтобы сопоставить современные общественные условия с исторической парадигмой, чтоб возвысить политическую мысль до уровня поэтической рефлексии. Возможно, и этот литературный вымысел сыграл скромную роль в возбуждении мятежного духа, положившего конец самодержавию[Ведь именно в Лейпциге отчасти решилась судьба Наполеона. Фридрих Август I не перестал поддерживать Наполеона и тогда, когда в Саксонии уже разгорелась Освободительная война. А на третий день решающей Битвы народов под Лейпцигом (1813, война Шестой коалиции) случилось то, чего не предвидели ни Наполеон, ни Фридрих Август I: саксонские войска перебежали на сторону армии союзников (Австрии, Пруссии, России, Швеции). В Битве народов Наполеон потерпел разгромное поражение.] .

        Ямбы и эпиграммы неизвестного эллина

        I. Эпиграммы

1.

        Путник, великою скорбью исполни и мысли и сердце,
             Неизъяснимым словам внемля о нашей судьбе:
        Оры, порядколюбивые девы, лежим пред тобою,
             Были бессмертными мы - но погубил нас тиран.

2.

        Этот клинок не окрашен доселе темною кровью:
             Страшного часа он ждет; ждет он бесстрашной руки.

3.

        Вечный закон, на земле неизменный,
                                                           Судьба учредила:
                         То, что имел, потеряв, нечто иное найдешь.
        Ныне, расчетливо правилу следуя, многие люди,
             Разом утратив весь стыд, деньги находят тотчас.

4

        Десять дюжин мужей посреди безотрадного моря
             Гибнут. Ты же молчишь;
                                ждешь и бездействуешь ты,
        В банях лелея, от битв отдаленных, холеное тело:
        Тонет пусть наша ладья -
                                              лишь бы ты сам не глотнул
        Лишней воды, свои члены в беспечном покое купая;
             Тонут пусть наши мужи -
                                              лишь бы гордыню сберечь.
        Злую вину утаив, говоришь ты: «Она утонула».
             Да, утонула она: сам ты ее потопил!

5.

        Волны сомкнул Посидаон,
                                   бог синекудрый, над ними,
                         Глубь поглотила их всех; всех поглотил их Аид.

6.

        Феб Аполлон светлоликий, разящий метко из лука,
             Чем прогневили тебя люди, что ты им послал
        Неизлечимую язву, заразу отвратную, злую,
             Душегубительный мор: гадкою полнит он дух
        Гордостью; взгляд пеленой он туманит и гнусную Ату
             В разум вселяет, изгнав здравый рассудок и ум.

7.

        ………………………………………………………………
             Шаг свой куда ни направь - всюду за нами следит,
        Бдящий и ночью, и днем,
                                               как всевидящий, тысячеглазый
        Аргус……………………………………………………………………….
        ……………………………………………
        Все мы - ужель до конца будем молчанье хранить?

8.

        Может, себя возомнил
                                         он верховным владыкой, Зевесом -
             Кроном его назову, чадо сглотнувшим свое.

        II. Ямбы

9.

        Я не из тех, что вечно услаждают слух
        Своей хвалой и лирных струн звучанием,
        Позорным велеречием. Вот честь моя:
        Бесчестных словом метким я преследую.

10.

        Полна земля мужами ныне славными:
        В домах своих устраивают празднества;
        Пусть за дверьми хоть горе всенародное,
        Пусть их соседа псы сгрызут до косточки,
        Пусть дом невесты обкрадут грабители,
        Всё встретят только злобною ухмылкою.

11.

        Все врут, что чужеземцы иберийские,
        Стекаясь к нам с брегов суровых Фасиса,
        Расстроили нам всем благополучие -
        Все врут! Испортили мы сами всё.

12.

        Пусть речь его груба и неотесанна,
        Пусть экзомида вся на нем изорвана
        И пахнет потом от труда вседневного -
        Будь так! Коль честен труд, коль речь чиста его,
        Милей он мужа мне, в душе корыстного,
        Пусть даже слогом он подобен Кораксу,
        Пусть носит пурпур он и пахнет амброй весь.

13.

        Плутов корыстных, казнокрадных хитрецов,
        Творящих козни грязные и каверзы,
        Мы не караем - право, милосердны мы;
        Казним мы старцев за слова правдивые
        И мудрецов - как, право, справедливы мы!

14.

        Жрецы лжедушные, наветные ханжи
        На всех клевещут, указуя жезлами:
        На то дает им право не высокий нрав,
        А опыт многий собственной растленности.

15.

        Ни злых, ни добрых нет - одни забавники,
        Им лишь бы пировать да слушать пение,
        Да хохотать над всем вокруг без удержу:
        Две книги Евлениппа еле одолев,
        Тщеславятся ученостью и учат всех,
        Как все смешно вокруг без исключения.

16.

        Кто неусыпно ворочал папирусы,
        О всем забыв, учил науку трудную,
        Того не чтим, внемля глаголу праздному,
        Витийству слух вверяя дерзоустому
        Людей бездумных вовсе и псообразных.

        III. Холиямбы[Холиямб - хромой ямб (греч.).]

17.

        Решил ты править свыше всякого срока?
        Иль, может, ты и жить решил, как бог, вечно,
        Да юным пребывать и не стареть вовсе,
        Искусством ложным приманив к себе Гебу?
        Тогда напомню я, что все равно с Мойрой,
        Несущей смерть, глухой ко всем мольбам смертных,
        Сводить тебе придется наконец счеты.

18.

        Не смог такой порядок бы сам Зевс грозный
        Создать, чтоб, на горы вершину поднявшись,
        В дыре глубокой очутился вдруг странник;
        Иль, чтоб в бездонную низринувшись пропасть,
        Вдруг оказался на Парнасских вершинах,
        Не смог такого бы создать сам Кронион,
        А ты такой порядок утвердить взялся.

19.

        В горах овеянной туманом Колхиды,
        Богатой глубоко в земле добром всяким,
        Исенодор, зловещим предаешь Керам
        Без счета - воинов ли? Нет, юношей нежных,
        Неопытных, чьи щеки пух едва тронул,
        Чья рать законная - Кипридово ложе.
        Но не тебе, Исенодор, считать мертвых,
        Ты знай считаешь в сундуках своих драхмы.

20.

        Как Кривоногий пусть мои хромы ямбы,
        Низвергнутый самим Кронидом на Лемнос -
        Острит он, пламя раздувая, медь в горне,
        И в длань ее влагает юношам дерзким;
        Так ямбы распаляют им в груди пламень
        Влагая в думы остромыслия стрелы.

        notes

        Примечания

1

        Следующий эпизод из студенческих лет Германа наглядно показывает его критический склад ума и правдолюбие. Слушая лекции одного не слишком последовательно мыслящего профессора. Герман так усердно исписывал листы, что польщенный педагог не мог не обратить на это внимания и заговорил со студентом о его конспектах; однако выяснилось, что Герман записывал вовсе не саму лекцию, а аргументы в ее опровержение.

2

        После этой встречи Гёте, высоко ценивший Германа, долгие годы с ним переписывался.

3

        В том числе и такие любопытные произведения, как стихотворное описание поездки в Карловы Вары, которое Герман совершил в 1826 г.  - верхом на лошади (Герман был любителем верховой езды), рядом с каретой, в которой ехали жена и дочь.

4

        Медиатизация - политический акт, по которому мелкие княжества, ранее напрямую подчинявшиеся императору, переходили в подданство других правителей, тоже подчинявшихся императору, что фактически означало для них потерю независимости. Наполеон таким образом одновременно удовлетворил ущемленные интересы крупных правителей и усилил влияние лояльных государств-сателлитов.

5

        Одновременно Наполеон объявил курфюршество Саксонию королевством и возвел саксонского курфюрста Фридриха Августа III на королевский престол, что означало полное его подчинение наполеоновскому диктату; под именем короля саксонского Фридриха Августа I он оставался на троне до 1813 года.

6

        Во введении также сказано, что папирус в одном месте поврежден, этим объясняется отточие в седьмой эпиграмме. Надо, однако, полагать, что отточие - намек на цензуру, которую и осуждает стихотворение.

7

        Ведь именно в Лейпциге отчасти решилась судьба Наполеона. Фридрих Август I не перестал поддерживать Наполеона и тогда, когда в Саксонии уже разгорелась Освободительная война. А на третий день решающей Битвы народов под Лейпцигом (1813, война Шестой коалиции) случилось то, чего не предвидели ни Наполеон, ни Фридрих Август I: саксонские войска перебежали на сторону армии союзников (Австрии, Пруссии, России, Швеции). В Битве народов Наполеон потерпел разгромное поражение.

8

        Холиямб - хромой ямб (греч.).

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к