Важное объявление: В связи с блокировкой в России зеркала ruslit.live, открыто новое зеркало RusLit.space. Добавте пожалуйста его в закладки.


Библиотека / История / Первушина Елена / Сериал Который Покорил Мир: " Аббатство Даунтон История Гордости И Предубеждений " - читать онлайн

Сохранить .
Аббатство Даунтон. История гордости и предубеждений Елена Первушина
        Сериал, который покорил мир
        Телевизионный сериал «Аббатство Даунтон» приобрел заслуженную популярность благодаря продуманному сценарию, превосходной игре актеров, историческим костюмам и интерьерам, но главное — тщательно воссозданному духу эпохи начала XX века.
        Жизнь в Великобритании той эпохи была полна противоречий. Страна с успехом осваивала новые технологии, основанные на паре и электричестве, и в то же самое время большая часть трудоспособного населения работала не на производстве, а прислугой в частных домах. Женщин окружало благоговение, но при этом они были лишены гражданских прав. Бедняки умирали от голода, а аристократия не доживала до пятидесяти из-за слишком обильной и жирной пищи.
        О том, как эти и многие другие противоречия повседневной жизни англичан отразились в телесериале «Аббатство Даунтон», какие мастера кинематографа его создавали, какие актеры исполнили в нем главные роли, рассказывается в новой книге «Аббатство Даунтон. История гордости и предубеждений».

        Елена Первушина
        Аббатство Даунтон. История гордости и предубеждений

        Пролог

        Беда пришла в аббатство Даунтон холодным апрельским утром 1912 года. Она не врывалась в дом, будя всех криками: «Вставайте! Ваша прежняя жизнь погибла безвозвратно! Готовьтесь оплакать ее!» Нет, беда вошла как чопорная английская дама, безукоризненно вежливая и не желающая никому докучать сверх необходимого. Она дождалась, пока дворецкий прогладит теплым утюгом газеты, чтобы пальцы хозяев не испачкала свежая типографская краска, чинно поднялась в спальню и терпеливо дождалась, когда лорд и леди проснутся. И лишь тогда сухим языком «Таймс» она сообщила хозяевам, что корабль «Титаник», который журналисты поспешили назвать непотопляемым и новым чудом света, утонул во время первого плавания и унес с собой на дно более тысячи пассажиров — знатных и простолюдинов, богачей и бедняков, и в том числе жениха леди Мэри, старшей дочери лорда и леди Грэнтэм. А это означало, кроме естественной скорби о погибшей молодой жизни, еще и серьезные тревоги для хозяев аббатства.
        Поместье наследовалось по праву майората, и ни одна из трех дочерей лорда и леди Грэнтэм не могла стать его хозяйкой. Оно должно было отойти ближайшему родственнику лорда Грэнтэма по мужской линии. И родители, и девушки, и мы, зрители, с нетерпением ждали приезда молодого наследника, о котором пока ничего не знали и гадали, как дальше сложатся судьбы героев.
        Так, незаметно для самих себя, мы попали под обаяние старой доброй Англии начала XX века, такой глубоко традиционной и вместе с тем эксцентричной, живущей по строгим законам и подчиняющейся нелепым предрассудкам, населенной людьми, обычаи и убеждения которых были порой так непонятны нам, но желания и стремления так близки.
        Конечно, «Аббатство Даунтон» — это, прежде всего, история о любви. А для русского зрителя он стал еще одной главой в бесконечном романе о любви Англии и России, таких разных, чуждых и бесконечно притягательных друг для друга.
        И эта книга — прежде всего дань любви и уважения. К великой стране, ее великой культуре, к англичанам, дворянам и простолюдинам, которые, порой не сознавая и не желая того, своими жизнями создают английскую историю.
        И если эта любовь живет и в вашем сердце, то давайте не будем терять времени и вместе отправимся в аббатство Даунтон. Там мы попробуем понять, что именно сделало этих людей именно такими, какими мы их любим, и кто помог нам познакомиться с ними.

        «Давайте, по крайней мере, будем надеяться, что они будут не менее счастливы, чем другие». (Джулиан Феллоуз, автор идеи сериала «Аббатство Даунтон»)

        Джулиан Феллоуз — автор сценария и продюсер

        Создатель мира «Аббатства Даунтон» не понаслышке знаком с нравами английской аристократии. Он — один из них.
        Джулиан Александр Китчнер-Феллоуз, барон Феллоуз Уэстстаффордский родился 17 августа 1949 года. Его отец, Перегрин Эдвард Ланселот Феллоуз, был дипломатом и знатоком арабской культуры. Мать, Ольвен Стюарт-Джонс, запомнилась сыну как прекрасная женщина, ожидавшая мужа дома в очаровательном коктейльном платье. Феллоуз описывал своих родителей как людей, которые ни в чем себе не отказывали, катались как сыр в масле, не осознавая этого. Впрочем, судя по мемуарам, так вели себя большинство их современников из числа аристократов.
        Джулиан был младшим из четырех сыновей. Он учился в частных школах, потом стал студентом Кембриджа и членом театрального клуба. Одним из его друзей в юности был Дэвид Кингсли, работавший в British Lion Films Corporation. Возможно, именно он заразил молодого человека такой неаристократической страстью к кинематографу.
        Окончив Кембридж, Джулиан учился в Академии драматических искусств в Лондоне, затем, в 1981 году, уехал в Лос-Анджелес, где снялся в нескольких незначительных ролях и досконально изучил американскую киноиндустрию. После возвращения в Британию он играл в некоторых английских фильмах, постепенно понимая, что настоящее его место — с другой стороны кинокамеры.

        Джулиан Феллоуз — английский писатель, режиссер, сценарист и актер. Создатель сериала «Аббатство Даунтон»

        Его главным источником вдохновения и темой для сюжетов стала хорошо ему знакомая жизнь британских аристократов, получающих от рождения не только огромные привилегии, но и репутацию особенных людей, достойных представлять английскую нацию и английскую культуру во всем мире. Джулиану было интересно, могут ли аристократы по праву рождения стать аристократами духа, по-настоящему благородными людьми, мешают или помогают им в этом традиции и устои английского общества.
        Не меньше его интересовали персонажи, которые, как правило, оставались в литературе и кинематографе на заднем плане. Он видел в слугах, неотступно сопровождавших английский аристократов от рождения до смерти, в слугах, благодаря которым обеспечивалась демонстративная роскошь и утонченность жизни господ, не просто функции «кушать подано», не колоритных персонажей для маленьких скетчей, а прежде всего людей со своими историями, со своими судьбами, со своими взглядами и убеждениями.
        В 1995 году Феллоуз создает сценарий для детского сериала по роману англо-американской писательницы и драматурга Фрэнсис Ходгсон Бёрнетт «Маленький лорд Фаунтлерой», в 1996-м он пишет сценарий для экранизации романа Марка Твена «Принц и нищий».
        В 2001 году Джулиан создает оригинальный сценарий фильма «Госфорд-парк». Сначала нам кажется, что мы попали в очередной роман Агаты Кристи: мы видим загородный дом, в котором собираются гости и происходит чисто английское убийство. Хозяин дома, сэр Уильям, так и не получил свой виски, которого настоятельно требовал, так как его закололи прежде, чем служанка успела принести бокал. Однако позже, незаметно для себя, мы попадаем из детектива, где подозрение падает на самого невинно выглядящего гостя, в социальную драму, и причиной смерти сэра Уильяма оказывается его собственное преступление по отношению к работницам фабрики, которой он некогда владел. Драма, с одной стороны, библейская, с другой — остро-социальная, показывающая, что хотя законы общества различны для богатых и бедных, для знатных и простолюдинов, законы человеческой психологии едины. Работницы и домашняя прислуга так же умеют любить и ненавидеть, мстить и прощать, как и знатные лорды и леди. Их судьбы так же значительны и так же интересны для зрителей.

        В 2001-м году на экраны вышел фильм «Госфорд-парк», сценаристом которого выступил Джулиан Феллоуз. Исторический детектив стал лауреатом премии «Оскар» в категории «Лучший оригинальный сценарий»

        В 2002 году фильм получил «Оскара» за лучший оригинальный сценарий.
        В последующие годы Феллоуз создал сценарии для фильмов:
        «Ярмарка тщеславия» (2004).
        «Джим с Пиккадилли» (2004).
        «Самые таинственные убийства» (2004 -2005, телесериал, 4 эпизода).
        «У каждого своя ложь» (Separate Lies, 2005).
        «Молодая Виктория» (2009).
        «Из времени во время» (2009).
        «Турист» (2010).
        В 2009 году Гаррет Ним пригласил Джулиана поработать над созданием сценария сериала, посвященного жизни сельских аристократов в начале XX века. Феллоузу с самого начала было ясно, что это должна быть история не только аристократов, но и слуг, которые вместе переживали испытания нового времени, привыкали к новому укладу жизни.
        «Когда мы обдумывали сюжет „Даунтона“,  — говорит Джулиан Феллоуз,  — мы знали, как важно равенство персонажей. Мы просто хотели показать группу людей, которые, каждый по своим причинам, живут в одном доме, и при этом у них совершенно разные ожидания и надежды в жизни, и они попадают в разные, но одинаково драматичные ситуации».
        Источниками вдохновения для него стали две книги: «Леди Альмина» графини Карнарвон и «Под лестницей» — воспоминания кухонной прислуги Маргарет Пауэлл. Графиня Карнарвон являлась владелицей замка Хайклэр, который стал не только прототипом Даунтона, но и местом съемок сериала. Маргарет Пауэлл добавила недостающий для объемного видения второй взгляд — взгляд снизу вверх на хозяев, которые являлись не небожителями, а людьми, одновременно имеющими власть над слугами и находящимися в их власти.

        Джулиан Феллоуз на церемонии вручения премии «Оскар»

        Первая серия вышла на экраны 26 сентября 2010 года. Съемки продолжаются до настоящего времени. Сам сэр Джулиан Феллоуз так рассказывает о своей работе и эпохе, в которую происходит действие сериала: «Мне нравится весь этот период — полвека между 1890 и 1940 годами, потому что это всего 50 лет, многие люди жили все это время, и в то же время в этот период мир совершенно изменился. Началось движение профсоюзов. Работы Карла Маркса имели большое влияние на умы во всем мире. Женщины боролись за свои права. И война стала настоящим катализатором».

        Барон Феллоуз Уэстстаффордский с королевой Елизаветой II и директором академии художеств в Лондоне

        «Вверх и вниз по лестнице»

        На основе мемуаров Маргарет Пауэлл в середине 70-х был снят еще один популярный телесериал «Вверх и вниз по лестнице», рассказывающий о жизни в большом аристократическом доме, об отношениях хозяев и слуг.
        Он был посвящен истории дома на Итон Плейс 165, в Лондоне, в конце 1930-х — начале 1940-х годов. Продолжение сериала, снятое в 2010 году, рассказывало о новых хозяевах дома на Итон Плейс, живших в нем в период Второй мировой войны.
        «Вверх и вниз по лестнице» и «Аббатство Даунтон» не сходны ни местом действия (столица и провинция), ни временем (Вторая и Первая мировые войны), ни персонажами. Общее у них одно — они посвящены настоящим британцам, старомодно несгибаемым и мужественно встречающим все перипетии судьбы.

        Критика сравнивала «Аббатство Даунтон» с телесериалом «Вверх и вниз по лестнице». На самом же деле эти многосерийные фильмы схожи лишь в одном: они о настоящих британцах

        Йоркшир

        Поместье лорда Грэнтэма расположено в графстве Йоркшир — одной из областей на северо-востоке Британии. Энциклопедия Брокгауза и Эфрона сообщала своим русским читателям в 1900-х годах, что население Йоркшира составляет 436355 человек. «Поверхность графства очень разнообразна,  — рассказывали авторы энциклопедии,  — на северо-западе находятся самые высокие горы в Англии, в других местах голые болота, чередующиеся с плодороднейшими областями. Графство занимает первое место по земледелию и скотоводству. Западная часть графства богата минералами и фабриками».
        Название «Йоркшир» происходит от города Йорк, получившего имя в X веке в честь датского короля Йорвика, захватившего эту территорию. К этому моменту городу было уже около 900 лет, он возник на месте римской крепости Эборак.
        Первым герцогом Йоркским был Эдмунд Лэнгли, сын короля Англии Эдуарда III и Филиппы Геннегау. От него происходит большое и весьма агрессивное семейство Йорков, герб которых украшала белая роза, ведущих длительные войны за британскую корону с семейством Ланкастеров, избравшим в качестве своей эмблемы алую розу. Эта длинная и кровавая история закончилась свадьбой Генриха Тюдора, ставленника Ланкастеров, и дочери Эдуарда Йоркского Елизаветы. Их сыном был любвеобильный Генрих VIII, помешанный на производстве законного наследника. Ради этой цели он отправил одну жену в ссылку, другую казнил, третья умерла при родах, еще с несколькими он относительно мирно развелся. И вся эта эпопея послужила мощным стимулом для развития английской литературы.

        Эдмунд Лэнгли (1341 -1402)  — первый герцог Йоркский, четвертый сын короля Англии Эдуарда III и Филиппы Геннегау

        Зрителям, которых интересуют подробности этой кровавой истории, можно порекомендовать, кроме пьес Шекспира, британские сериалы «Тюдоры» и «Белая королева».
        Йоркшир называли «Gods Own Country» — рай земной. Его эмблемой до сих пор остается белая роза Йорков.
        Йоркшир славился своими овцами, пасущимися в плодородных долинах, высокими горами, большими торговыми городами и ткацкими фабриками. В XVIII веке его покрыла сеть рукотворных каналов, по которым на баржах перевозили шерсть или сукно — это был самый дешевый вид транспорта до появления железных дорог. Эти каналы соединили крупнейшие промышленные города Йоркшира, такие как Йорк, Галифакс, Шеффилд, Лидс.
        Несмотря на индустриальную славу Йоркшира, там сохранилось много замков, относящихся к нормандскому периоду. Это замки Бовес, Пикеринг, Ричмонд, Скиптон, Йорк и другие. В позднем средневековье были построены замки Хелмслей, Миддлхам и Скарброф. В замке Миддлхам провел свое детство король Ричард III. Несколько крупных частных домов Йоркшира, построенных с большим размахом, традиционно называют замками. Это, например, замок Аллертон и замок Ховард, принадлежащие семье Ховардов. В графстве также сохранились руины католических аббатств и монастырей, разрушенных во времена Генриха VIII. Йоркский собор, освященный в 1472 году и действующий по сей день, славится самыми большими витражными окнами в Европе.
        В деревнях Йоркшира говорили на своеобразном диалекте, а самой популярной песней среди йоркширских патриотов была «On Ilkla Moor Baht'at», в которой девушка по имени Мэри Джейн напоминает возлюбленному о необходимости приходить на свидание в теплой шапке, иначе его ждет простуда и преждевременная кончина. Эта песня, полная любви и заботы, была впервые опубликована в 1916 году, причем в публикации указывалось, что она популярна по меньшей мере у двух поколений йоркширцев. Очень жаль, что робкая Дэйзи не решилась спеть ее юному Альфреду, иначе их история могла бы принять совсем иной оборот.

        Замок Аллертон в графстве Йоркшир

        Традиционными блюдами Йоркшира считаются йоркширский пудинг, пирог с творогом, кекс с изюмом и имбирное пиво.
        Одной из никому не известных пасторских семей в Йоркшире, которой суждена была всемирная слава, пришедшая, к сожалению, только после смерти ее членов, была семья Бронте. Сестры Шарлотта, Эмили и Энн Бронте вошли в историю английской литературы как замечательные романистки викторианского периода, в их романах оживают прекрасные и дикие болота Йоркшира, женское одиночество и непобедимая надежда на счастье. К сожалению, сестрам Бронте выпало в жизни очень мало счастья.
        В городе Витби жил одно время Брэм Стокер и черпал в преданиях местных жителей вдохновение для своего романа «Дракула». В XX веке здесь жил Джеймс Пристли.
        Позже в Йоркшире открылся знаменитый своими горячими источниками курорт Харрогит, где в 1926 году скрывалась потрясенная изменой мужа Агата Кристи.
        Йоркшир знаменит своим национальным парком «Йоркширские долины», который входит в чертову дюжину самых популярных парков Англии и Уэльса. Здесь сохранилось множество пещер, а пастбища для овец считаются лучшими в стране.

        Совместный портрет сестер Бронте, написанный их братом Бренуэллом около 1834 года. Слева направо: Энн, Эмили, Шарлотта. Видна тень Бренуэлла, появившаяся после того, какой стер свое изображение

        Ветеринар из Йоркшира

        Незадолго до 1941 года в небольшой городок Тирск в Йоркшире приехал молодой ветеринар Джеймс Альфред Уайт. Он стал работать помощником у местного ветеринара Дональда Синклера, во время Второй Мировой войны был летчиком ВВС, позже вернулся в Йоркшир, женился на Джоан Кэтрин Данбьюри, потом занялся самостоятельной практикой, растил сына и дочь, а на досуге записывал истории о своих четвероногих пациентах, коровах, овцах, собаках и кошках, а также об их хозяевах — йоркширских фермерах, обладавших своеобразными характерами, юмором и философией. Его книги «О всех созданиях — больших и меньших», «О всех созданиях — прекрасных и разумных», «О всех созданиях — мудрых и удивительных» u m.д. вскоре стали популярны в Англии, а позже — во всем мире. Они были переведены на русский язык, и российские читатели полюбили йоркширскую фауну, Йоркширских жителей, Йоркширскую кухню, которой автор посвятил немало вдохновенных строк, и самого автора, взявшего себе псевдоним Джеймс Хэрриот.
        Джеймс Хэрриот описывает Йоркшир незадолго до Второй мировой войны и после нее, то есть по хронологии его книги следуют сразу за периодом, описанном в «Аббатстве Даунтон». Нужно помнить, что сельская жизнь очень традиционна и, скорее всего, йоркширская деревня и йоркширские фермеры в общих чертах остались теми же, что и в период сразу после Первой мировой войны. Поэтому истории Хэрриота могут рассказать нам о том, что происходило вокруг аббатства Даунтон — на фермах арендаторов и в маленьких провинциальных городках.

        Джеймс Хэрриот (1916 -1995)  — английский писатель, ветеринар и летчик, автор книг о животных и о людях

        Даунтон и окрестности

        Хотя герои сериала, благодаря английским железным дорогам, первая из которых была построена Джорджем Стефенсоном в 1825 году, то и дело посещают Лондон, и каждую зиму перебираются туда на «сезон» — череду зимних праздников и развлечений, их главным домом все же остается поместье в Йоркшире. Здесь в приходской церкви проходят венчания членов семейства Кроули, здесь рождаются их дети, здесь на местном кладбище их хоронят. Кроули — это именно сельское дворянство, землевладельцы, предводители местных арендаторов. Порой они могут подшучивать над своей провинциальностью, но на самом деле гордятся близостью к земле и уважением своих арендаторов.
        Оно включает в себя аббатство и окружающие его земли, которые когда-то обрабатывали принадлежащие аббатству крепостные. Ныне здесь работают лично-свободные фермеры, заключившие с графом Грэнтэмом договор, который нужно периодически возобновлять. Если арендатор нерадив, или если лорд считает, что ему выгоднее будет взять наемных работников или возвести на этой земле фабрику, он может не возобновлять договор. Но лорд Грэнтэм — справедливый хозяин, который превыше всего чтит традиции дружеских отношений с арендаторами. Так, в одной из серий фильма он дает деньги в долг сыну арендатора, чтобы тот смог выплатить налог и владеть фермой отца. Причем, делает это тайно от леди Мэри и Тома Брентона, которые пытаются вести хозяйство по-новому, опираясь, скорее, на экономические законы и юридические правила, чем на личные связи.

        Роберт Кроули, граф Грэнтэм в исполнении английского актера Хью Бонневилля

        Эта образующая английское общество система связи между владельцем земли и обрабатывающими ее арендаторами получила в английской истории название манора (от латинского «manere» — пребывать, продолжать быть, находиться). Манор — это понятие географическое, описывающее замок лорда и окружающие его земли, нередко включавшее в себя небольшой город, где жили ремесленники, обслуживавшие как лорда, так и крестьян, и где находилась торговая площадь. Кроме того, манор — это понятие юридическое, описывающее всю систему отношений между его жителями, которая регулировалась канцелярией и манориальным судом. Но еще манор — это понятие культурное, описывающее общность людей, которые, хотя и строго разделены: простой фермер-арендатор не может зайти в замок лорда с парадного входа, если у него возникнет какой-то вопрос или проблема, он должен передать ее управляющему и дожидаться, пока через несколько рук его просьба дойдет до лорда. И тем не менее, все жители манора ходят в одну церковь, справляют одни и те же праздники, считают своим долгом по-соседски помогать друг другу, а после смерти покоятся на одном и том
же кладбище. Именно это чувство общности остро осознает лорд Грэнтэм и вся семья Кроули, именно им она дорожит.

        «Хорошие манеры никогда не бывают лишними» (Изабель Кроули)

        Даунтон исторический

        Основные эпизоды «Аббатства Даунтон» были сняты в замке Хайклер — родовом поместье семьи Карнарвон, находящемся в графстве Беркшир к югу от Ньюбери.
        Замок сооружен на фундаменте средневекового дворца, которым на протяжении многих веков владели епископы города Винчестера. Юный король Эдуард VI, известный русским читателям по роману Марка Твена «Принц и нищий», продолжавший во время своего недолгого правления борьбу с католиками, которую начал его отец, конфисковал поместье у епископов и подарил своему вассалу. Тот не сумел закрепиться на новых землях и вскоре был вынужден продать их. Несколько веков поместье переходило из рук в руки, пока в 1679 году его не получила семья Герберт. Через сто лет Генри Герберт стал первым графом Карнарвон. Он перестроил поместье по моде своего времени, разбив вокруг замка большой пейзажный парк с озерами. Третий граф Карнарвон занялся отделкой дома, снова перестроив его по викторианской моде. Именно этот облик дом сохранил до наших дней. Для перестройки замка он нанял архитектора Чарльза Барри, впоследствии строившего Вестминстерский дворец. Чарльз Барри был большим поклонником стиля, который он назвал «англо-итальянским», сочетавшего немеркнущую красоту построек итальянского Ренессанса и пышность английского
Ренессанса времен короля Якова I и королевы Елизаветы. Именно в этом стиле он и строил замок Хайклер, отдав должное не только внешней красоте, но и внутреннему комфорту, который так ценили елизаветинцы.

        Замок Хайклер — основное место съемок телесериала «Аббатство Даунтон». Расположен в графстве Беркшир к югу от Ньюбери. Это родовое гнездо семьи Карнарвонов с 1679 года

        Все шестьдесят спален замка и его многочисленные комнаты: будуары, парадная столовая, гостиная, библиотека, кабинеты, и т. д. были отделаны со всей возможной роскошью. Внутренняя отделка замка была завершена в 1878 году. Знаменитый английский политик XIX века лорд Дизраэли по достоинству оценил замысел Карнарвонов, воскликнув при виде Хайклера «Как живописно!».
        Многие комнаты в современном замке Хайклер оформлены так, чтобы исподволь напоминать гостям о его богатой истории. Например, вестибюль, проект которого создал в 1870 году Джордж Гильберт Скотт, своими сводчатыми потолками напоминает средневековый собор. Стены салона, дизайн которого разработал Томас Аллом, отделаны тисненой кожей по моде XVII века, пришедшей из Голландии. Библиотека содержит около шести тысяч книг, начиная с XVI века. Столовую украшает большой портрет Карла I, написанный Ван Дейком. Гостиная оформлена в стиле «рококо», напоминающем о романтичной и беспечной французской королеве Марии-Антуанетте. Курительную комнату украшают картины голландских художников XVII века. Сокровищами музыкальной комнаты являются плафон — роспись на потолке в стиле барокко, сделанная Френсисом Хейменом в 1730-х годах, и итальянские гобелены XVI века.
        Пейзажный парк вокруг замка Хайклер разбил в XVIII веке известный садовый мастер Ланселот Браун. Парк знаменит ливанскими кедрами, возраст которых более 250 лет. Цветочный сад, где растут розы, анемоны, лаванда и герань, в память о прошлом замка назван Садом Монахов. Позади тисовой ограды, защищающей растения от ветра, цветут белые розы, пионы, гортензии и ломонос. Это место называют Белым газоном.
        В викторианскую и эдвардианскую эпохи замок был роскошным образцом аристократического дома.
        В 1895 году его посетил принц Уэльский Альберт Эдуард, будущий Эдуард VII, и ночевал в специально декорированной к его приезду спальне Стэнхоупа.

        Хью Лори и Стивен Фрай в телесериале «Дживс и Вустер» по мотивам произведений П. Г. Вудхауза. Сериал снимали в замке Хайклер с 1990 по 1993 годы

        В годы расцвета Хайклера здесь работали более шестидесяти слуг.
        Во время Первой мировой войны Алмина, пятая графиня Карнарвон, отдала замок под госпиталь. Ее спальня и будуар были переоборудованы под операционную. Сама Алмина стала квалифицированной медсестрой и руководила сестринской службой в замке. Пациенты начали прибывать в госпиталь в сентябре 1914 года. Сотни писем, полученных графиней от пациентов и их родственников, свидетельствуют о ее благородстве, щедрости и самоотверженной работе.
        В 1922 году госпиталь выехал из замка.
        Одним из самых знаменитых владельцев Хайклера был пятый граф Карнарвон, который при крещении получил имя Джордж Эдвард Стэнхоуп Молино Герберт. Искусствоведам всего мира он известен, как человек, финансировавший раскопки, проводимые в египетской Долине Царей Говардом Картером, и именно его одним из первых постигло «проклятье фараона». Он умер от воспаления легких в Каире во время страшной ночной грозы. К счастью, его смерть не остановила Картера, и теперь мы можем любоваться сокровищами Тутанхамона в Каирском музее.
        В годы Второй мировой войны в замке принимали детей, эвакуированных из подвергавшегося бомбежкам Лондона.
        К сожалению, кухня и комнаты прислуги не сохранились, и съемки соответствующих сцен в сериале проходили в павильонах киностудии. В Хайклере первый этаж занимает сейчас выставка египетских произведений искусства из коллекции пятого лорда Карнарвона.
        С мая по сентябрь замок Хайклер открыт для посещения, однако о визите необходимо договариваться заранее.

        Граф Карнарвон (1866 -1923)  — один из самых известных владельцев замка Хайкпер, английский египтолог и собиратель древностей. Погиб при странных обстоятельствах, вследствие чего журналисты объявили его первой жертвой так называемого «проклятья фараонов»

        Роберт Кроули, граф Грэнтэм — Хью Бонневиль

        Хью Бонневиль родился в 1963 году, закончил Академию драматических искусств в Лондоне, играл в Королевском Национальном. Снимался во многих фильмах, в том числе «Доктор Живаго», «Английский цирюльник», «Ноттинг Хилл», «Франкенштейн Мэри Шелли», «Пуаро», «Доктор Кто», «Чисто английские убийства» и т. д. Получил награду «Новый талант» на Берлинском международном кинофестивале в 2002 году и приз жюри на фестивале комедийных фильмов в Монте-Карло за роль в фильме «French Film» в 2008 году.
        Его персонаж лорд Грэнтэм в молодости побывал в Африке, сражался в англо-бурской войне (1899 -1902), после чего посвятил свою жизнь управлению поместьем Даунтон и подвластными ему землями. Ради Даунтона он женился на богатой американке, не испытывая к ней настоящих чувств. Однако в браке по расчету родилась любовь.
        Роберт лишен большинства (хотя и не всех) предрассудков, присущих английской сельской аристократии. Он воспринимает свой титул и власть прежде всего как обязанность, а не как привилегию. Граф заботится как об арендаторах, так и о домашних слугах. В глубине души он демократичен: к бывшему денщику, а ныне камердинеру Бейтсу испытывает по-настоящему дружеские чувства. Однако он строго соблюдает все традиции и требует того же от своего семейства.
        Но в чрезвычайных обстоятельствах он способен подняться над сословной гордостью, например, убедившись в силе любви своей дочери Сибил и механика — ирландца Тома Бренсона, он не только примиряется с браком дочери, но и принимает Тома в своем доме как равного.

        Исполнитель роли графа Грэнтэма Хью Бонневилль

        Аббатство Даунтон для него — это сокровище, завещанное ему предками, которое он должен передать потомкам в целости и сохранности. Поэтому он отказывается разорвать майорат даже ради собственных дочерей.
        Эта глубокая связь землевладельца со своей землей и с людьми, за которых он считает себя ответственным — очень британская черта.

        «Англичане, причем представители самых разных классов, жить не могут без ощущения исключительности. Заприте в комнате троих англичан — и они тут же придумают правило, согласно которому четвертый не будет иметь права к ним присоединиться». (Джулиан Феллоуз)

        Почему Кроули живут в аббатстве, хотя они не монахи?

        Эта история началась в XV веке. Английский король Генрих VIII, как все монархи, очень хотел наследника, а его жена, Екатерина Арагонская, не могла его родить. Тогда Генрих решил развестись с королевой и жениться на своей молодой и амбициозной фаворитке Анне Болейн. Римский Папа, глава католической церкви, был категорически против этого развода.
        Тогда Генрих, весьма решительный монарх, запретил в Британии католицизм и ввел протестантскую религию. Затея не сработала: Анна Болейн родила только дочь и настолько энергично вмешивалась в дела государства, что ее пришлось казнить по обвинению в измене. Долгожданного сына родила королю его третья жена, Джейн Сеймур, не пережившая родов.
        Впоследствии Генрих женился еще три раза, все более и более неудачно. Умер он в 1547 году, а его наследник ненадолго его пережил. Престол получила дочь Генриха и Екатерины Мария, которая, однако, не прожила долго.
        Неожиданно для всех трон достался дочери Генриха и Анны Елизавете, которая стала великой королевой и, как и отец, исповедовала протестантскую веру.
        Все имущество церкви отошло к короне, и Елизавета щедро раздаривала церковные земли своим приближенным. Мы не знаем, в какой момент и за какие заслуги род Кроули получил во владение Даунтон, но несомненно, что бывшее аббатство им очень дорого и они бережно хранят свое наследие.

        Генрих VIII и Анна Болейн на охоте. Художник Уильям Пауэлл Фрит

        Леди Кора Кроули — Элизабет Макговерн

        Элизабет Макговерн родилась в 1961 году, жила в Лос-Анджелесе. Впервые вышла на сцену еще в детстве, затем окончила знаменитую джульярдскую школу в Нью-Йорке. Работала вместе с известными режиссерами, в том числе Робертом Редфордом, Милошем Форманом, Серджио Леоне (фильм «Однажды в Америке»). За роль в фильме Формана «Рэгтайм» была номинирована на «Оскар».
        Для съемок в сериале «Аббатство Даунтон» переехала в Англию, где играет в театре. Макговерн также является джазовой певицей и композитором.
        Молодые американские наследницы были в конце XIX — начале XX века лакомым кусочком на английском брачном рынке. Сами же они, а точнее, их родители, стремились к получению пышных титулов и родовых имений.
        История довольно типичная для этой эпохи выгодно отличается от других, ей подобных, тем, что в данном случае из расчета родилась любовь. Леди Кора, внешне ставшая британкой до мозга костей, тем не менее, сохранила американскую предприимчивость, что позволяет ей, например, вступать в союз со своей свекровью, вдовствующей графиней Грэнтэм. Последняя, хоть и не смирилась до конца с тем, что сын женился на иностранке, отдает, тем не менее, должное той преданности, с которой Кора защищает интересы их семьи.

        Элизабет Макговерн — исполнительница роли леди Коры Кроули

        Два мира, один язык и очень много чувств

        Истории о любви жителей Старого и Нового Света были весьма популярны в конце XIX — начале XX века. Британия символизировала респектабельность и утонченность, Америка — энергию и неискушенность.
        Обаяние юной американки кружит головы британским джентльменам в романе Генри Джеймса «Женский портрет» (1881 г.). Этот роман литературоведы относят к «тургеневскому» периоду в творчестве автора.
        Сразу несколько уверенных в себе энергичных американок отправляются на завоевание высшего лондонского света в романе ученицы Генри Джеймса Эдит Уортон «Пиратки» (1938 г.). А в ее же романе «Век невинности» (1920 г.) юный, честный и неискушенный американец не может устоять перед европейским шармом своей дальней родственницы, зрелой женщины, вернувшейся из Старого Света после неудачного брака.
        Пожалуй, этот сюжет был так же популярен, как история любви южанина и северянки или южанки и северянина в эпоху гражданской войны в Америке.

        Генри Джеймс — американский писатель, который с тридцати лет жил в Европе, а за год до смерти принял британское подданство. Крупная фигура трансатлантической культуры рубежа XIX и XX веков. Художник Джон Сингер Сарджент

        Леди Мэри Джосефина Кроули — Мишель Докери

        Мишель Докери родилась в 1981 году. Ее отец приехал в столицу из Ирландии, мать была урожденной жительницей Лондона, а бабушка по матери в молодости работала прислугой. Мишель училась в Гилхоллской школе музыки и театра, дебютировала в кино в 24 года. За роль леди Мэри была номинирована на премию «Эмми» в 2012 году.
        В 2007 году она сыграла роль Элизы Дулитл в постановке пьесы Бернарда Шоу «Пигмалион». В 2012 году играла в английской постановке «Анны Карениной» княгиню Мягкую. Мишель Докери выступает как джазовая певица, пела вместе с джаз-бандом Sadie and the Hotheads, созданным Элизабет Макговерн.
        Леди Мэри, несомненно, является одной из движущих сил истории об аббатстве Даунтон. Она своевольна, предприимчива и энергична. Роль богатой девушки на выданье, своего рода приложения к имению, смущает ее. И леди Мэри бунтует очень по-английски — то затевая интригу с атташе турецкого посольства, то шокируя своим поведением Мэтью Кроули.
        «Она часто бывает очень резкой с мужчинами, холодной, язвительной… Поначалу она просто мегера,  — говорит Мишель Докери о своей героине,  — она так грубо себя ведет». Испытания войны и потеря любимого мужа помогли леди Мэри повзрослеть. И все же, если возникнет необходимость, она снова готова к рискованным проделкам.

        Мишель Докери — исполнительница роли леди Мэри Джосефины Кроули

        Майорат — игра в одни ворота

        Майорат — закон, согласно которому наследником имения становится лишь один член семьи, как правило,  — старший сын. Законы о майорате были придуманы для того, чтобы не дробить бесконечно земельные наделы.
        С одной стороны, этот закон укреплял земельное дворянство, с другой — создал целый слой предприимчивых молодых людей, которые были вынуждены зарабатывать на жизнь своими руками и головой.
        О влиянии законов майората на судьбы женщин можно узнать в романах Джейн Остин «Гордость и предубеждение» и «Чувство и чувствительность». Он также повлиял на судьбу самой писательницы и ее сестры Кассандры.
        Майорат зародился в раннем Средневековье и остается незыблемым законом наследования некоторых английских поместий даже в XXI веке. Младших сыновей и дочерей никто не выгоняет на большую дорогу, они могут наследовать любое движимое имущество, но земли должны передаваться неразделенными в одни руки. Законодательно майорат в Англии был закреплен в XIII -XIV вв. По мнению британского лексикографа, литературного критика и моралиста Сэмюэла Джонсона, «майорат только одного из сыновей делал консерватором». Этот феномен мы можем наблюдать и в аббатстве Даунтон. Юный Мэтью Кроули, планировавший карьеру юриста, быстро осваивается с ролью землевладельца и начинает симпатизировать консервативным взглядам лорда Грэнтэма.

        Мэттью Кроули очень скоро стал разделять консервативные взгляды Грэнтэма… «Майорат только одного из сыновей делал консерватором». (Литератор Сэмюэл Джонсон)

        Леди Эдит Кроули — Лора Кармайкл

        Лора Кармайкл родилась в 1986 году. Закончила театральную школу Bristol Old Vic. Эдит Кроули — ее дебютная роль в кино. В 2011 году исполнила эпизодическую роль в фильме «Шпион, выйди вон!». В октябре 2012 года дебютировала в Вест-Энде в спектакле «Дядя Ваня». В 2014 году сыграла Генриетту в фильме «Мадам Бовари».
        Леди Эдит Кроули — средняя дочь сэра Роберта и леди Коры, не отличающаяся ни предприимчивостью и бунтарским духом Мэри, ни добродушием и страстью к справедливости, присущими Сибил. Психологи описывают ее жизненный сценарий как синдром среднего ребенка. По их представлениям, старшим детям достается львиная доля родительского внимания, так как в это время для папы и мамы всё в новинку, они очень старательны, как все новички. Младшие дети также, как правило, получают особое отношение, как последний шанс для семьи понянчиться с малышом. Средние же дети, особенно если промежуток между рождениями недостаточно велик, попадают в зону дефицита внимания и вынуждены постоянно конкурировать со старшими и с младшими. Это как нельзя лучше описывает положение Эдит в начале фильма. Она принимает решения таким образом, чтобы они обязательно шли в пику решениям Мэри, пытается отбить у нее всех возможных женихов, не испытывая к ним никаких особенных чувств. Все ее чувства посвящены борьбе с ненавистной старшей сестрой. «…Она — порядочная стерва,  — рассказывает Лора Кармайкл,  — а после первых серий моя мама сказала
мне: „Не понимаю, о чем ты. Она замечательная. Ее просто не понимают“, а под конец она говорила: „Нет, ты права, она кошмарная девица, вот же стерва“».

        Лора Кармайкл — исполнительница роли леди Эдит Кроули. «Я сама — средняя из трех сестер, и, честно говоря, мы намного добрее друг к другу, чем сестры Кроули. Во мне есть что-то от каждой из трех». (Лора Кармайкл)

        Но постепенно судьба начинает предоставлять Эдит шансы проявить самостоятельность. В годы войны, для того, чтоб помочь немногим не ушедшим на фронт арендаторам, она учится управлять трактором, помогает семье в организации госпиталя и, наконец, пробует свои силы в качестве газетного очеркиста. «Она взрослеет и начинает видеть мир иначе,  — говорит Лора,  — Думаю, она понимает, что может приносить пользу и делать что-то настоящее и найти свое место в этом мире, где дело не только в том, чтобы выйти замуж». Роман с редактором газеты подвергает Эдит новым испытаниям. После таинственного исчезновения ее возлюбленного в Германии Эдит обнаруживает, что беременна. Беременность вне брака в ту эпоху безнадежно скомпрометировала бы как девушку, так и всю ее семью. Тем не менее, Эдит принимает ответственность за жизнь ребенка и решает воспитать его в тайне. Интрига с исчезновением отца ребенка, вероятно, будет одним из двигателей дальнейших сезонов сериала.

        Официант:
        — Что Вам принести?
        Леди Эдит Кроули:
        — Другую жизнь…

        Новая машина для Эдит

        Первую сельскохозяйственную машину с двигателем внутреннего сгорания выпустила фирма «Айвел» в 1903 году. Этот трактор был очень дорог — стоил триста фунтов, что равнялось шестилетнему заработку обычного фермера — и поэтому не пользовался большим спросом, во всем мире было продано лишь 500 тракторов фирмы «Айвел». Фермеры доверяли старым добрым трудягам-тяжеловозам, не слушая бойких коммивояжеров, которые обещали вспахать поле за пять часов вместо обычных двадцати. Но с началом Первой мировой войны все изменилось. Тяжеловозы ушли на фронт, и фермерам волей-неволей пришлось осваивать подешевевшую сельскохозяйственную технику. Трактора использовали для дробления зерна на корм животным и других сельскохозяйственных работ. Одним из таких тракторов учится управлять Эдит. И хотя ее работа на ферме не обходится без эксцессов, она все же помогает Даунтону встать на путь прогресса. При всей любви английских фермеров к лошадям, они пересели на трактора за каких-то 50 лет. Прогресс не стоит на месте и нужно уметь меняться очень быстро, если не хочешь, чтобы он тебя переехал, даже если ты англичанин.

        Дэн Элбон с его прототипом сельскохозяйственного трактора Ivel. 1902 г.

        Леди Сибил Кроули — Джессика Браун Финдлей

        Джессика Браун Финдлей родилась в 1989 году. В детстве занималась в труппе Национального детского балета, в 15 лет участвовала в выступлениях Мариинского балета в Королевском театре Ковент-Гарден. Училась в Лондонской школе искусств. Кроме работы в сериале «Аббатство Даунтон» исполнила главную роль в фильме Нийла Маккормика «Альбатрос» в 2011 году, собирается принять участие в фильме Акивы Голдсмана «Любовь сквозь время».
        Британия, во многих отношениях прогрессивная страна, в области прав женщин находилась в том же состоянии, в каком пребывала еще в Средние века. Незамужняя женщина оставалась в буквальном смысле собственностью своего отца, замужняя переходила в собственность мужа. «В большинстве аристократических семей,  — рассказывает Джулиан Феллоуз,  — у женщин вообще не было никаких прав. Если им удавалось удачно выйти замуж, они могли приобрести очень высокое положение в обществе. Но если выйти замуж не удавалось, у них вообще ничего не было».

        Джессика Браун-Финдлей — исполнительница роли леди Сибил Кроули

        Жене принадлежали лишь деньги на булавки — небольшая сумма, которая специально оговаривалась в брачном контракте. Она могла унаследовать от отца миллионы, но никогда не могла этими миллионами распоряжаться, по крайней мере, законно. Девушка из аристократического семейства не могла появиться на людях одна, без своей семьи или компаньонки, иначе она была бы безнадежно скомпрометирована. Она не могла владеть землей, принимать финансовые решения, не могла иметь свой дом, не могла заводить друзей или сама выбирать себе занятие. Она была вечным ребенком, непрерывно нуждающимся в контроле и наставлениях мужчины. Если женщина из низших сословий находила работу, то ее деньги не принадлежали ей — их получал ее отец или муж. Мужу, избившему жену, грозило разве что увещевание приходского священника. Высшее образование было недоступно для женщин. Самые настойчивые становились учительницами или директрисами в пансионах для девочек, где обучали юных британок вышивке, танцам, музыке и иностранным языкам. Разумеется, такие средневековые нравы в начале XX века казались дикими самым прогрессивным женщинам и
мужчинам. Возникло движение суфражизма, требовавшего для женщин самого главного: избирательного права. Женщины понимали, что, став политическими фигурами, они смогут выдвигать политические требования и добиваться улучшения условий своей жизни во всех областях.
        К 1912 году в Британии существовало несколько суфражистских организаций, которыми руководили яркие лидеры, такие, как Эммелин Пенкхерст, Айда Алекса Росс Уайли. Газеты описывали их как обозленных на мужчин старых дев, на самом деле большинство суфражисток были замужем за прогрессивными политическими деятелями, которые давали своим суженым первые уроки политической борьбы. Были в числе суфражисток и аристократки, например, Констанс Аиттон. Большое волнение вызвал поступок Эмили Дэйвисон, которая во время Эпсомского дерби попыталась прикрепить флаг Национального Союза женских обществ к сбруе королевского коня и погибла под копытами. Такое решительное вторжение женщины на «мужскую» территорию, ее готовность погибнуть ради того, чтобы быть услышанной, не могли не произвести впечатление.
        К этому движению примкнула юная Сибил. Ей так же приходится рисковать жизнью ради права на голос. Ее влекут не столько романтические чувства к шоферу-ирландцу Тому Брэнсону, сколько присущая ей страстная жажда справедливости.

        Английская суфражистка

        Позже, во время войны, Сибил становится медсестрой и помогает раненым в госпитале, который организован в Даунтоне. «Она жила в этом доме, в этом крошечном мирке под названием Даунтон,  — рассказывает Джессика Браун,  — но для такой девушки, как она, нужно настоящее дело. Она больше не может смирно сидеть в гостиной».
        Наконец, Сибил убегает с Брэнсоном из дома и посвящает себя борьбе за свободу и равноправие Ирландии. «Ей приходится пойти на риск,  — говорит Джессика,  — потерять свою семью, друзей, свою привычную безопасную жизнь — все, к чему она привыкла с рождения».

        Младшая из дочерей графа Грэнтэма — Сибил Кроули

        Новое платье для Сибил

        Чтобы заявить о своих радикальных взглядах, Сибил заказывает для себя новое платье в восточном стиле с шароварами вместо юбки.
        Эти платья ввел в моду в первой половине XX века французский модельер Поль Пуаре, одевавший как французскую, так и английскую аристократию. Хорошо зная запросы своих клиенток, Поль Пуаре умел находить ту степень эпатажа, которая шокировала и вызывала интерес, но одновременно не свидетельствовала о дурном вкусе. На создание платьев с шароварами его вдохновили японские костюмы.
        Интерес к японской культуре, периодически охватывавший европейское высшее общество, был на этот раз связан с оперой «Мадам Баттерфляй», созданной в 1903 году Джакомо Пуччини.
        Сибил, вероятно, больше всего привлекли стилизованные восточные брюки, символизировавшие для нее женскую эмансипацию.
        Но в том-то и дело, что Поль Пуаре, скорее всего, подразумевал совсем иной подтекст. Его целью было создать экзотический образ женщины, живущей для того, чтобы нравиться мужчинам.

        «Зачем же жить, если не позволять жизни менять нас?!» (Сибил Кроули)

        Реальные суфражистки не носили таких костюмов. Если «свободная художница» вроде Авроры Дюдеван, известной под мужским псевдонимом Жорж Санд, иногда надевала мужской костюм, то с весьма прагматичными целями (у Авроры не было денег на подобающие женщинам места в ложах, так что она использовала мужской костюм, чтобы попасть на дешевые места в партер). Если англичанка Эмили Блумер пропагандировала шаровары для женщин, то они шли в комплекте с отказом от корсетов и физическими упражнениями, которые должны были оздоровить «прекрасную половину» Англии, сделав деторождение более легким и менее опасным. Она не призывала женщин подниматься в этих панталонах на трибуны или участвовать в выборах в парламент. Хотя английские карикатуристы поспешили порадовать публику этими ужасными шокирующими картинками: жены дерутся с мужьями за единственные в доме штаны и, отвоевав их, отправляются в Парламент, оставив спутников жизни варить обед и нянчиться с детьми, а девушки в блумерах свистят вслед мужчинам на улице или приходят к их родителям… делать предложение.
        Английские суфражистки по большей части происходили из торговой или мещанской среды и одевались точно так же, как женщины своего сословия. Культура, в которой доминировали мужчины, практически не оставляла женщинам средств для символического выражения своего несогласия. Им оставалось лишь выражать его прямо, словами и поступками.

        Семейный раздор: муж и жена выясняют, кому носить брюки. Карикатура начала XX века

        Вайолет Кроули, вдовствующая графиня Грэнтэм — дама Мэгги Смит

        Маргарет Натали Смит (Мегги Смит) родилась 28 декабря 1934 года. Закончила Оксфорд. Дебютировала в роли Виолы в «Двенадцатой ночи» Шекспира в 1952 году. Позже много играла в шекспировских пьесах. Российским зрителям знакома прежде всего по роли Минервы МакГонагалл в фильмах о Гарри Поттере. Является семикратным лауреатом премии BAFTA (Британской академии кино и телевизионных искусств), двукратным лауреатом премии «Оскар», трехкратным лауреатом премии «Эмми». Получила звание дамы — аналог титула рыцаря. Муж актрисы — сэр Роберт Стивенс — также известный актер. Мэгги сыграла в нескольких фильмах по романам Агаты Кристи («Зло под солнцем» — Дафна Касл, «Смерть на Ниле» — мисс Бауэрс), а также в «Босфорд-парке».
        Женщина, особенно дворянского происхождения, была в Великобритании традиционно окружена величайшим уважением и так же традиционно бесправна. Из этого правила существовало лишь одно исключение — овдовев, она, в отсутствие старшего сына, получала возможность самостоятельно распоряжаться деньгами и имуществом мужа. Конечно, такую ситуацию трудно назвать везением, и все же несчастливая в браке женщина находила вдовство весьма приятным состоянием. Если она была умна, то не спешила вступить в новый брак и снова лишиться всех прав и привилегий независимой жизни.

        Мэгги Смит в молодости. Актриса была шесть раз номинирована на «Оскара», дважды стала его обладательницей; восемь раз выдвигалась на соискание премии «Золотой глобус» и также дважды ее получила

        В классическом романе Джейн Остин «Гордость и предубеждение» мы встречаем грозную вдову леди Кэтрин де Бер. Сознание собственного достоинства, чувство превосходства над окружающими и сословного чванства самого худшего пошиба. В разговоре она прямо оскорбляет главную героиню романа — нетитулованную дворянку Элизабет, и очень удивляется, когда встречает отпор.
        Вайолет может на первый взгляд показаться двойником леди Кэтрин, но одно отличие сразу бросается в глаза — она действительно остроумна. Ее шутки, хотя и острые и небезобидные, все же никогда не переступают границ хорошего тона. Перефразируя старую поговорку, о ней можно сказать: «Леди никогда и никого не оскорбит непреднамеренно». Вероятно, когда-то, после смерти мужа, Вайолет приняла на себя груз управления поместьем и окружающими его землями, сохранила их для сына в то время, когда он учился и воевал на англо-бурской войне. Позже она ушла в тень, оставив роль первой леди Коре, и все же пристально следила за всеми событиями в Даунтоне, готовая вмешаться, если ей покажется, что интересы поместья или семьи могут пострадать. Она (и это еще одно ее отличие от леди Кэтрин) обладает несокрушимым здравым смыслом и пользуется не только почтением, но и глубоким уважением прислуги. Нас же, зрителей, радует ее неиссякаемое чувство юмора, умение видеть в привычных ритуалах нечто забавное и абсурдное. В глубине души Вайолет лишена предрассудков. Так, она без колебаний вступает в союз с ненавистной
американкой, леди Корой, когда решает, что у них общие интересы. По всей видимости, когда-то она возражала против брака Коры и графа Грэнтэма, но мы не знаем, что было причиной этих возражений — возможно, предвзятое отношение к американцам, но, может быть, и вера в то, что брак должен заключаться по любви. Но если это и так, то леди Вайолет никогда не сознается в подобной сентиментальности и лишь отделается очередной язвительной остротой.

        «Правда никого не интересует. Важно, как все выглядит со стороны». (Вдовствующая графиня Грэнтэм)

        Время — эдвардианское! Конец прекрасной эпохи

        Среди британских историков принято называть те или иные эпохи именами правящих монархов. Российским читателям хорошо знаком викторианский период, названный в честь королевы Виктории. Мы говорим о викторианской морали (женщины должны оставаться невинными, даже если из-за этого они с трудом понимают то, что происходит в мире и влияет на их жизнь, мужчинам дозволяются некоторые грешки при условии, если они будут держать их в тайне), о викторианской моде (широкие кринолины и тугие корсеты), о викторианской литературе (Диккенс, Шарлотта Бронте).
        Виктория была замужем за Альбертом Саксен-Кобург-Готским, который оставался принцем-консортом, не имевшим реальной политической власти, но много сделавшим для развития английский культуры. У них было девять детей.
        Вторым ребенком и старшим сыном Виктории и Альберта был принц Альберт-Эдуард, принявший после смерти матери титул Эдуарда VII. Он взошел на трон в 1901 году и скончался в 1910.
        Король Эдуард был большим гурманом и сибаритом, имел множество любовниц, которых практически не скрывал от жены. С его легкой руки общество охотно освободилось от строгих пуританских нравов, которые культивировала королева Виктория.

        Бракосочетание королевы Виктории и принца Альберта. 10 февраля 1840 года

        Во внешней политике Эдуард укреплял отношения с Россией (он был первым британским монархом, побывавшим в Петербурге), Америкой и Францией. Прозванный «дядей Европы», он приходился близким родственником многим европейским монархам, в том числе Николаю II, и всячески способствовал созданию военного союза против Германии, названного Антантой. Тем не менее, в сознании британцев он оставался королем-миротворцем, так как не дожил до кровавого разрешения политических противоречий, возникших в его эпоху.
        Эдвардианская эпоха, приблизительно совпадавшая с «серебряным веком» в России, была периодом технического развития и возникновения своеобразной (декадентской) культуры.
        Наследником Эдуарда стал его второй сын Георг V, который с началом Первой мировой войны переименовал Саксен-Кобург-Готскую династию в Виндзорскую.
        Для героев «Аббатства Даунтон» эпоха Эдуарда является недалеким и счастливым прошлым. Для одних персонажей — временем их юности, для других — беззаботного детства. Это период, когда они могли гордиться своей страной и считать ее всемогущей и непобедимой. Но, как известно, вслед за серебряным веком всегда приходит медный, а за ним — железный.

        Бракосочетание принца Уэльского Альберта-Эдуарда и Александры Датской. 10 марта 1863 года

        Леди Розамунд Пейнсвик, урожденная Кроули — Саманта Бонд

        Саманта Бонд родилась в 1961 году в Лондоне. Ее отец был актером, мать — телевизионным продюсером, ее сестра Абигейль тоже стала актрисой, а брат — журналистом.
        Саманта училась в Bristol Old Vic Theatre School, играла в театрах в Саутгемптоне и на Вест-Энде. Дебютировала в кино в фильме «Мэнсфилд-парк» по роману Джейн Остин, где играла роль Марии Бертрам, одной из «злых сестер» Фанни — героини романа. Позже сыграла мисс Тейлор в экранизации еще одного романа Джейн Остин — «Эмма». Снималась в фильме по роману Агаты Кристи «Объявлено убийство» (1985 г.), также играла в сериалах «Пуаро Агаты Кристи» и «Инспектор Морс», принимала участие в историческом фильме «Эрик-викинг». Кроме того, играла в телесериалах и фильмах: «Отель Вавилон», «Дальние берега», «Чуть свет — в Кэндлфорд», «Донован», «Приключения Сары Джейн», «Чисто английское убийство», «В меньшинстве».
        Поклонникам Джеймса Бонда она известна как мисс Мани-пенни в фильмах «Золотой глаз» (1995), «Завтра не умрет никогда» (1997), «И целого мира мало» (1999), «Умри, но не сейчас» (2002). В одной из телевизионных программ, рассказывающих о жизни Елизаветы II, ей довелось сыграть саму королеву Англии.
        Саманта замужем за британским театральным актером Александром Хэнсоном, у них двое детей.

        Саманта Бонд — исполнительница роли Розамунд Пейнсвик

        Леди Розамунд когда-то вышла замуж за богатого промышленника, мечтавшего породниться со знатным семейством. Сейчас, овдовев, она исполняет в семье роль доброй лондонской тетушки, готовой баловать своих племянниц. Особенно она сближается с Эдит. Они вместе уезжают в Швейцарию, чтобы Эдит могла втайне родить внебрачного ребенка.
        Леди Розамунд свято блюдет репутацию семьи и, несмотря на то, что она сочувствует Эдит, советует ей забыть о том, что у нее когда-то была дочь. Но Эдит принадлежит к новому поколению и, хотя она так же опасается скандала в свете, однако предпочитает рискнуть и не разлучаться с дочерью.

        Кадр из телесериала «Аббатство Даунтон»

        Современницы

        Современниками и соседями леди Розамунд по Лондону была знаменитая группа писателей и художников, называвших себя «группой Блумсбери». Но в отличие от леди Розамунд и многих других лондонцев, члены этой группы придерживавшаяся весьма радикальных взглядов на вопросы политики, искусства, положения женщины в обществе и другие злободневные проблемы. Членами этой группы были писатели-модернисты Вирджиния Вулф, ее подруга Вита Сэквилл-Уэст, Литтон Стрейчи, Эдвард Морган Форстер, Дэвид Гарнетт, художники Дора Каррингтон и Дункан Грант, историки искусства К. Белл и Р. Фрай, экономист Джон Мейнард Кейнс, ориенталист Артур Уэйли, философ и математик Бертран Рассел и другие представители лондонских интеллектуалов.
        Группа получила свое название по имени богемного лондонского района Блумсбери, куда после смерти главы семьи переселилось семейство Стивенов, младшая дочь которых Вирджиния в 1912 году вышла замуж за писателя и журналиста Леонарда Вульфа.
        При жизни отца — прославленного литературного критика сэра Лесли Стивена Вирджиния получила блестящее образование. В 1912 году она уже была автором нескольких опубликованных в журналах статей и литературе и начала писать свой первый роман. Позже она вспоминала: «Я заработала первой рецензией один фунт десять шиллингов и шесть пенсов и на эти деньги купила персидского кота. А потом меня разобрало честолюбие: кот — это, конечно, очень хорошо. Но кота мне мало. Я хочу автомобиль. Вот так я и стала романисткой».

        Группа Блумсбери — элитарная группа английских интеллектуалов, писателей и художников, выпускников Кембриджа, объединенных сложными семейными, дружескими, творческими отношениями. На одном из собраний группы Блумсберри. Слева направо: Леди Оттолин Морелл, Мария Хиксли, Литтон Стрейчи, Дункан Грант, Ванесса Бэлл

        В 1917 году Вульф основал издательство «Хогарт Пресс», которое позже печатало романы Вирджинии. Написанные, как и «Уллис» Джойса, с использованием «потока сознания», они рассказывали о повседневных мыслях мужчин и женщин, их повседневной жизни, о том, как из секунд складываются минуты, из минут — часы, из часов — дни, а из дней — судьбы. Что человеческая жизнь — лишь слабый огонек, теряющийся в лавине цветов и звуков Вселенной. Вселенная не обладает сознанием, она не может говорить с человеком, но человек в состоянии осознать ее величие если не умом, то чувством.
        «Жизнь — это не ряд симметрично расположенных светильников,  — писала Вирджиния,  — жизнь — это сияющий ореол, полупрозрачная оболочка, окружающая нас с момента зарождения нашего сознания до его исчезновения».
        Издательство Леонарда процветало, а о романах Вульф заговорили. Чопорные англичане были шокированы той раскованностью, с которой Вирджиния писала о самых интимных темах, и той смелостью, с которой она показала величие и значительность повседневной жизни человека. В ее героях, а особенно в героинях, всегда бурлит творческая сила, которая пока не находит выхода, но обещает в будущем создать целые новые миры.
        Сама Вирджиния Вульф всю жизнь боролась с тяжелой депрессией и в конце концов та победила: в 1941 году писательница покончила с собой. Но ее романы стали откровением для многих ее современниц: они показывали судьбу британских женщин без прикрас и сентиментальности и все же были полны оптимизма.

        Вирджиния Вульф (1882 -1941)  — британская писательница, литературный критик. Ведущая фигура модернистской литературы первой половины XX века. Входила в группу Блумсбери. «История мужского сопротивления женской эмансипации едва ли не интереснее, чем история самой эмансипации». (Вирджиния Вульф)

        Мистер Чарльз Карсон, дворецкий — Джим Картер

        Джим Картер родился в 1948 году в городе Харрогейт в Йоркшире. Получал юридическое образование в Сассексе, затем, с 1969 года, бросив университет, начал играть в театральной группе в Брайтоне. О смене своих жизненных планов Джим рассказывает так: «Когда мне пришло приглашение в труппу театра Брайтонас с окладом в 5 фунтов стерлингов в неделю, это было похоже на открывшуюся дверь, и я, не задумываясь и не оглядываясь назад, шагнул в нее. Я никогда не заработал ни пенни чем-либо, кроме актерского ремесла, у меня никогда не было другой работы».
        С 1974 по 1976 год Джим путешествовал в Америку с театральной труппой «Ken Campbell Roadshow». В 1987 -1988 годах он исполнил роль Трусливого Льва в фильме «Волшебник страны Оз». В 1980 году играл в фильме «Флеш Гордон», в 1990 снимался в двух эпизодах «Зорро», сыграл Серго Орджоникидзе в фильме Ивана Пассера «Сталин». Джим также снимался в исторических фильмах «Безумие короля Георга», «Ричард III», «Влюбленный Шекспир», «Секретная жизнь миссис Биттон». Юные зрители могут знать его по роли детектива Армстронга в фильме «102 далматинца» и мэра Города Водопадов в «Динотопии», а также Палача в фильме «Алиса в стране Чудес» 2010 года.

        Джим Картер — исполнитель роли дворецкого Карсона

        Джим женат на актрисе Имельде Стонтон с 1983 года. В 1993 году у него родилась дочь Бесси. Его жена говорит о нем: «Он не из тех, кто когда-нибудь сыграет Гамлета… Но он всегда покажет нам то, что мы хотим видеть». Джим Картер увлекается крикетом и спортивным велосипедом.
        Карсон, несомненно, одна из самых значительных персон, обитающих в поместье Даунтон. Если хозяина дома можно уподобить владельцу судна, то дворецкий — это, безусловно, капитан, благодаря которому корабль движется к своей цели, обходя рифы и мели.
        Дворецкий полновластно управлял всей жизнью прислуги в доме и заботился о том, чтобы хозяева ни в чем не испытывали нужды. Ему кроме того приходилось выступать своего рода посредником между прислугой и хозяевами, разбираться в том, какие проблемы он сможет решить сам, а какие потребуют участия хозяев. Задачей хорошего дворецкого было охранять хозяев от лишнего беспокойства, делать так, чтобы вся работа в доме выполнялась как бы сама собой, незаметно для владельцев.
        На деле эта «самовыполняющаяся» работа требовала большого организаторского таланта, умения правильно распределять обязанности, награды и наказания. Дворецкий должен был следить за нравственностью прислуги, не допускать воровства, пьянства, тайных связей между лакеями и горничными, поскольку под его началом в основном находились молодые люди, которым приходилось тяжело работать и доставалось мало радостей от жизни, и эта задача была особенно сложной.
        Однако она была далеко не самой сложной для дворецких в Англии начала XX века. Рут Гудмен, историк, изучающая быт англичан в начале двадцатого века, говорит: «На эдвардианский период пришлись последние годы расцвета сельских поместий. Богатство и власть все еще были сосредоточены здесь, в этих имениях. Тогда существовал невероятный разрыв между уровнем жизни этих людей и всех остальных, возможно, величайший в истории». Молодые образованные рабочие воспринимали это как социальную несправедливость. Однако для старых слуг все было по-другому. Они воспринимали свое положение в господском доме как рост по социальной лестнице, считали, что право обслуживать семью хозяев является привилегией, и старались быть достойными этой привилегии.

        Дворецкий Даунтона — самая важная фигура в доме. Ему подчиняются абсолютно все без исключения

        Поэтому все требования лакеев и горничных об упорядочивании рабочего дня и увеличении заработной платы воспринимались дворецкими как бунт и предательство. Их позицию определяло и то, что дворецкими становились пожилые, опытные слуги, окончательно отказавшиеся от надежды создать собственную семью. Их семьями становились семьи их хозяев, а главное, хозяйские дети, о которых они заботились всю жизнь, следили за их взрослением, праздновали их свадьбы, позже присматривали за их детьми.
        В «Даунтоне» главной любимицей Карсона является леди Мэри, и хотя он никогда себе не позволяет выйти за рамки отношений госпожи и слуги, видно, что судьба девушки ему не безразлична, он по-отечески опекает ее и заботится о ней.
        Но есть в жизни Карсона и своя страшная тайна, которая откроется только тем, кто будет внимательно смотреть сериал.

        Мистер Карсон:
        — Итак, как только Вы устанете, скажите мне — и я доделаю все Ваши дела.
        Миссис Хьюз:
        — О, начнете прямо сейчас?

        Сластены

        Одной из почетных обязанностей дворецкого было хранить, разливать и подавать вина, которые владельцы дома и их гости пили во время званых и обычных обедов. Редкие коллекционные вина подавали на стол в бутылках, чтобы гости могли увидеть место и год их изготовления. Ординарные вина разливали в графины.
        Вкусы англичан начала XX века разительно отличались от наших. Они не употребляли сухих вин и предпочитали сладкие сорта, которые производились в Германии. Самое обычное сладкое немецкое вино могло стоить 50 -60 фунтов стерлингов. Из французских вин тоже употребляли только сладкие красные сорта, бургундского или шампанского. Кроме того, в моде был токай, ставший в начале XX века напитком императоров и царей.
        В конце обеда англичане лакомились выдержанным хересом и портвейном. Портвейн, давший осадок на стенках бутылки, назывался old crusted port и считался одним из самых лучших. Особо ценные сорта портвейна открывали, срезая с них крышки с частью горлышка раскаленными ножами так, чтобы кусочки пробки не упали в вино и не испортили его вкус.
        Дамам уже не было необходимости, как в викторианскую эпоху, ссылаться на то, что доктор прописал им пить вино от малокровия,  — подобное жеманство вышло из моды. Тем не менее, врачи советовали заканчивать трапезу ликерами, которые способствовали правильному пищеварению. Знаменитым был королевский имбирный ликер, который назывался трогательно и патриотично «Наш король». Легенда гласила, что он был изобретен для Эдуарда VII по совету его личного врача, который сказал, что король замерз до смерти, катаясь в своей новой открытой безлошадной карете, и что надо сделать что-нибудь согревающее и стимулирующее для него.

        «Алкоголь — это анестезия, позволяющая перенести операцию под названием жизнь». (Джордж Бернард Шоу)

        Когда же дамы покидали столовую, мужчины, обсуждая политику и финансы, могли побаловать себя сигарами и рюмочкой шотландского виски, по желанию наполовину разбавленного водой или неразбавленного. С дамами такими деликатесами не делились.
        В зимние дни англичане согревали себя глинтвейном и теплым, сдобренным пряностями пивом.
        Винный погреб находился в безраздельной власти дворецкого, который хранил ключи от него. Дворецкому приходилось следить за тем, чтобы лакеи, убиравшие со стола, не допивали за хозяевами, что, разумеется, не увеличивало его популярности среди прислуги, которой разрешалось утолять жажду недорогим пивом или легким яблочным сидром.

        Этикетка знаменитого имбирного ликера, специально созданного в 1903 году для Эдуарда VII

        Миссис Элиза Хьюс, экономка — Филлис Логан

        Родилась в 1956 году в городе Пейсли, в Шотландии. Закончила Королевскую академию музыки и драмы. Много лет жила в Эдинбурге, работала на телевидении.
        Играла жену Понтия Пилата в фильме Дамиано Дамиани «Дело Назаретянина», снималась в фильме «Легендарная жизнь Эрнеста Хемингуэя», сериале «Пуаро Агаты Кристи», британском сериале о судмедэкспертах «Немой свидетель».
        Замужем за актером Кевином Маккенли, у них есть сын Дэвид.
        Миссис Хьюс руководит всей женской прислугой в доме и является правой рукой дворецкого. Знаки ее высокого статуса — отдельная комната, а также особый десерт после обеда, который она съедает за чаем вместе с дворецким в отдельной зале. Ради этих привилегий, но главное — ради обеспеченной жизни и высокой пенсии, экономка должна была в юности отказаться от мысли завести свою семью и посвятить жизнь работе. Обращение «миссис» — это почетный титул, подчеркивающий ее высокий статус. На самом деле Хьюс — это ее девичья фамилия, она никогда не была замужем.
        Главная задача миссис Хьюс — это организация работы всей женской прислуги в доме. Она должна следить за поведением и нравственностью девушек.
        Присутствие в доме большого количества неженатых мужчин и незамужних женщин не могло не беспокоить чопорных англичан. Обычно их селили на разных этажах; женщин — наверху, а мужчин — внизу.

        Филлис Логан — исполнительница роли экономки Элизы Хьюс

        Архитекторы рекомендовали делать лестницы для мужской прислуги каменными, а для женской — деревянными, «так как дамы более изящны». Мужская и женская лестницы сходились на одной площадке, где их разделяла дверь, ключ от которой находился у дворецкого. Хозяева в Даунтоне не так строги, они рассчитывали на внимательное руководство мистера Карсона и миссис Хьюс и на здравый смысл прислуги. Здравым смыслом должны были, прежде всего, обладать женщины, так как в случае интрижек между прислугой и внебрачной беременности мужчину всего лишь журили, женщину же увольняли без рекомендаций, а с новорожденным ребенком у нее не было шансов найти новую работу. Поэтому миссис Хьюс строго следит за поведением вверенных ей девушек, действуя, прежде всего, в их интересах.
        К счастью, она, по-видимому, ощущает вкус к руководящей работе и получает удовольствие от своей власти в доме и очень редко сожалеет о том, что «замужем» за своей карьерой.

        «Ежели принять в рассуждение все добродетели, которых требуют от слуги, то много ли найдется господ, достойных быть слугами?» (Пьер Бомарше)

        Лапки лебедя

        Софи Макшера говорит: «Поместье Даунтон похоже на лебедя — он чинно плывет по воде и никто не замечает, как быстро под водой работают его лапки». Под этими лапками она подразумевает прислугу, которая действительно работала, не покладая рук, для того, чтобы Даунтон всегда оставался прекрасным образчиком английской усадьбы. Дворецкому и экономке предписывалось непрерывно загружать слуг работой, чтобы они не ленились и чтобы у них оставалось меньше времени на глупости. Впрочем, в большом поместье не требовалось придумывать занятия для слуг — они находились сами.
        Работа начиналась еще до рассвета, первой задачей прислуги было развести огонь в каминах, вынести ночные горшки. Привилегией получать чистый горшок, не прилагая к этому никаких усилий, обладали не только хозяева дома, но и дворецкий с экономкой, старшие лакеи и старшие горничные.
        В XX веке в богатых домах были созданы специальные комнаты для мытья подобных предметов, оборудованные водопроводом и фарфоровыми раковинами для слива — большое облегчение для бедных заспанных лакеев и служанок.
        Днем пользовались современными ватерклозетами.
        День шел своим чередом, и едва хозяева покидали комнату, как в ней сразу же начиналась уборка. Если же кто-то из хозяев случайно возвращался в комнату в неурочное время и заставал работающих слуг, им надлежало сразу встать, отвернувшись к стене, а хозяину деликатно не заметить, что в комнате есть еще кто-то.

        «…в большом поместье не требовалось придумывать занятия для слуг — они находились сами». (Софи Макшера)

        В первой серии «Аббатства Даунтон» прислуга судачит об электрическом свете, проведенном в господские комнаты. В то время еще не было единой электрической сети и источником тока, как правило, служил генератор, помещавшийся в подвале. В самых прогрессивных домах для уборки можно было даже воспользоваться пылесосом, правда, не электрическим, а пневматическим. Пылесосы были разных конструкций. Первый пылесос, изобретенный в 1901 году, был оснащен бензиновым мотором. Его приходилось перевозить на лошади, через окна перекидывали шланги и высасывали пыль из комнаты. Очень скоро появились удобные пылесосы, предназначенные для двух человек — один отсасывал воздух с помощью насоса, а другой высасывал пыль, и самые компактные модели, с которыми могла управиться даже одна служанка.
        В домах, где соблюдали традиции, полы мыли по старинке, руками, промывая небольшой квадратик тряпочкой, смоченной в мыльной воде, затем насухо вытирая его и повторяя процедуру еще раз. Очень грязные участки пола отдраивали с помощью щеток. Для чистки мебели использовали множество народных средств. Полировали ее льняным маслом с добавлением капельки джина и черной патоки, которые придавали дереву теплый оттенок и блеск, а деревянные панели, которыми были отделаны стены, можно было отполировать тряпочкой, смоченной в теплом пиве.
        Работая до 17 часов в сутки, служанка могла рассчитывать на заработок не более 16 фунтов в год, но она была довольна, что живет в теплом доме, спит на кровати и регулярно получает еду. Ее родственники, оставшиеся в деревне, если дела в хозяйстве шли неважно, не могли себе позволить подобной роскоши.

        Нелегкий труд прислуги

        Кухарка миссис Верил Патмор — Лесли Никол

        Лесли Никол родилась в 1953 году в Манчестере, окончила Гилдхоллскую школу музыки и театра. Дебютировала в 1986 году в фильме «Черная гадюка». Самыми известными ее ролями являются миссис Патмор, а также роли в фильмах по Клайву Льюису — миссис Бивер в фильме «Лев, колдунья и платяной шкаф» и последующих, и Королева Гигантов в фильме «Серебряное кресло».
        Как и в России XIX века, в Англии века XX в моде были французские повара и французская, а вернее, универсально-европейская кухня, чрезвычайно сложная и вычурная, стремившаяся превратить любое блюдо в произведение искусства и демонстрацию богатства и роскоши.
        Некоторые землевладельцы предпочитали экономить и проявлять патриотизм, приглашая местных поварих. Так поступили Кроули, наняв в качестве поварихи миссис Патмор.
        Интересно, что будь повар у Кроули французом, им все равно пришлось бы нанимать местную кухарку, которая готовила бы еду для многочисленных слуг и помогала «шефу», выполняя те рутинные работы, которые он бы ей доверил. Миссис же Патмор справляется за двоих, а в ее «команде» лишь юная посудомойка Дэйзи.
        «У кухарки очень тяжелая работа,  — говорит Джулиан Феллоуз.  — Мне все время кажется, что если бы в миссис Патмор не было столько перца, она бы просто взвыла и закричала: „Боже, когда же это закончится?!“».

        Лесли Никол — исполнительница роли кухарки Верил Патмор

        Софи Макшера, рассказывая о своей «начальнице», говорит, что она относится к Дэйзи по-матерински, но эта мать очень bossy (непереводимое английское слово, указывающее на то, что миссис Патмор обладает, как сегодня бы сказали, способностью к руководящей работе). И, тем не менее, она справедливый начальник, который умеет и поощрить, и подбодрить свою подчиненную, и предостеречь ее от ошибок, и обладает несокрушимым здравым смыслом и хорошим чувством юмора.

        «Знаете, в чем ваша беда, молодые? Вы вечно влюбляетесь не в тех, в кого надо!» (миссис Патмор)

        Роскошь убивает

        «В конце XIX — начале XX века британская кухня переживала свой расцвет,  — рассказывает английский знаменитый ресторанный критик Джеанс Коррен.  — Это была эпоха ресторанов, знаменитых поваров, экзотических рецептов и обедов из двенадцати смен блюд».
        Средняя продолжительность жизни мужчин в Англии составляла… всего 42 года. Бедняки умирали от голода и вызванных им болезней, а знатные люди — от несбалансированного питания, приводившего к атеросклерозу, инфарктам и инсультам. В тот период считалось, что овощи и фрукты с трудом усваиваются организмом, нарушают пищеварение и приводят к заболеваниям желудка и кишечника. Поэтому врачи рекомендовали питаться мясом и рыбой, которые часто измельчались в пюре и сдабривались большим количеством масла и жирных сливок. Отдельную перемену блюд и предмет гордости хозяев составляли десерты, опять-таки включавшие в себя много жирных сливок, яиц, сахара, муки и масла. Добавьте к этому извечное пристрастие аристократов к демонстрации роскоши и изобилия, и вы получите поистине убийственную смесь.
        Дело даже не в количестве еды. Разумеется, столы аристократов и в обычные дни, и по праздникам буквально ломились от пищи. Например, на завтрак, кроме традиционного английского порриджа, могли подать тосты с сардинами, яйца в соусе карри для любителей пряной пищи на индийский манер, мясные ломтики, приготовленные на гриле для тех, кто всему предпочитал хороший кусок говядины или свинины, кофе, горячий шоколад, хлеб, масло и мед. Конечно, никто не заставлял хозяев съедать все до последней ложечки, более того, как правило, большую часть продуктов выбрасывали. Но сам по себе продуктовый набор, включавший в себя большое количество белков, жиров и сладостей, содержал большое количество калорий и был чрезвычайно нездоровым. Одним из самых невинных следствий такого питания являлись постоянные запоры, поэтому аптеки продавали большое количество патентованных «чудо-препаратов» для очистки желудка и кишечника. Врачи, как в старые добрые елизаветинские времена, назначали своим больным «целительные» клистиры. Частой гостьей в аристократических семьях была подагра, болезнь, вызванная нарушением обмена веществ
в связи с неправильным питанием. Средством от подагры считались устрицы, которые в начале века были достаточно дешевы и не являлись деликатесом. Но, поскольку устрицы были, например, лишь частью второго завтрака, за которым следовали обед и ужин, включавший в себя, к примеру, жареного целиком гуся, они мало помогали.

        Приготовление чая. Художник Уильям Макгрэгор Пэкстон. 1909 г.

        Такого рациона могли придерживаться лишь менее десятой доли процента англичан. Хотелось бы написать «к счастью», однако не получится, потому что в то же время миллионы жителей Великобритании страдали от недоедания. Один только знаменитый голод в Ирландии, случившийся в 1845 году, унес более миллиона человеческих жизней. Причиной его был паразит фитофтороза, уничтоживший урожай картофеля, который являлся основной пищей большинства бедных ирландцев. Мы не рекомендуем вам пытаться воссоздать рецепты, которыми пользовались британские кухарки в аристократических домах начала XX века. Однако некоторыми отдельными блюдами полакомиться все же можно — так, например, во втором сезоне сериала миссис Патмор готовит на десерт блинчики «Креп Сюзетт». Легенда гласит, что этот рецепт обязан своим появлением ошибке молодого французского повара Анри Шарпантье. В 1895 году он готовил десерт для принца Уэльского, случайно пролил на блинчики апельсиновый ликер, и они загорелись от сигары принца. Блюдо понравилось принцу, и он назвал его в честь тогдашней своей фаворитки. Эта фривольная история отнюдь не сделала эти
блинчики «персоной нон-грата» в респектабельных английских домах. Попробуйте и вы этот изысканный десерт. Если вы завершите ваш ужин небольшой прогулкой, то он не принесет вам вреда.

        Великий голод в Ирландии 1845 -1849 гг.

        Для приготовления вам понадобится:
        3/4 стакана пшеничной муки
        3 яйца
        1 чайная ложка ванильного сахара
        соль
        1 стакан молока
        1/2 стакана сливок
        3 столовых ложки топленого масла
        2 cm. л. сливочного масла
        1/2 стакана сахарной пудры
        2 средних апельсина
        1 рюмка апельсинового ликера
        1/2 стакана коньяка или бренди
        Сам рецепт:
        Замесить тесто из муки, яиц и сливок. Посолить, оставить на 20 минут. Поджарить тонкие блинчики на топленом масле. Не давая блинчикам остыть, смешать в сотейнике сливочное масло, сахарную пудру, тертую цедру и сок апельсинов, довести до кипения, полить блинчики соусом, затем сложить их, плотно уложив на сковороду, снова полить все соусом и поставить сковороду на огонь. Смешать ликер с коньяком или бренди, полить смесью блинчики и, нагрев, поджечь. Когда огонь погаснет, посыпать блинчики цедрой апельсина и сразу подать к столу.

        Блинчики «Креп Сюзетт»

        Камердинер Джон Бейтс — Брендан Койл

        Родился 2 декабря 1963 года в городе Кориби в Великобритании. Учился актерскому мастерству в Дублине и в Академии театрального искусства Маунтвью. За свои театральные роли получил престижные премии Лоуренса Оливье и Нью-Йоркских театральных критиков. В 1997 году сыграл в одной из историй о Джеймсе Бонде в фильме «Завтра не умрет никогда». В 2004 году сыграл роль борца за права рабочих Николаса Хиггинса в экранизации романа Элизабет Гаскил «Север и Юг», снятой для ВВС. Помимо этого, в 2001 г. участвовал в одном из эпизодов сериала «Загадки инспектора Линли», снятом по роману Элизабет Джордж, и в сериале «Инспектор Джордж Гентли». Участвовал в экранизации ВВС романа Лоры Томпсон «Чуть свет — в Кэндлфорд», где играл весьма прогрессивного фермера — отца главной героини.
        Таким образом, ему не впервой было примерять на себя мужской костюм конца XIX — начала XX века и привыкать к образу мыслей простого человека того времени.
        За работу в сериале «Аббатство Даунтон» получил премию Лоуренса Оливье и, вместе с другими актерами сериала, премию Гильдии киноактеров США за лучший актерский состав в драматическом сериале, номинировался на премию BAFTA.

        Брендан Койл — исполнитель роли камердинера Джона Бейтса

        Романтического героя очень украшает наличие роковой тайны, которая мешает ему соединиться с его возлюбленной. Нечто вроде безумной жены мистера Рочестера на чердаке, которая почти не появляется в кадре, но самим своим наличием закручивает сюжет и заставляет зрителей переживать за судьбу любимых персонажей. В классических романах эту тайну чаще всего хранит герой знатный, молодой, дьявольски красивый и богатый. Смелость Феллоуза в том, что он сделал обладателем этой тайны немолодого, некрасивого, но добродушного и какого-то по-домашнему уютного мистера Бейтса. История его любви с горничной Анной, любви поначалу робкой и тайной, но позже мужественно преодолевающей все препятствия, является одной из самых сильных в сериале.
        Джулиан Феллоуз, а также Брендан Койл и Джоан Форрогат доказали нам, что «прислуга тоже любить умеет» и что их чувства могут быть такими же чистыми, сильными и захватывающими, как чувства лордов и леди. Эта линия — одна из бесспорных удач сериала.
        «Он не выставляет свою любовь напоказ,  — рассказывает Брендан о своем герое.  — Он носит ее глубоко в сердце, чтобы открыться, когда придет время». «У него за плечами такой „багаж“ какого ни у кого больше нет»,  — добавляет Джоан Форрогат. А Феллоуз признается: «…Он решает никого не обременять своими невзгодами… Меня это восхищает, хоть и очень несовременно. Но, конечно же, в определенном смысле это вредит ему. Это значит, что люди готовы поверить чему угодно о нем».

        «Он не выставляет свою любовь напоказ. Он носит ее глубоко в сердце, чтобы открыться, когда придет время». (Брендан Койл о Джоне Бейтсе)

        Что общего у лорда Грэнтэма и мистера Бейтса с Уинстоном Черчиллем?

        Мистера Бейтса и лорда Грэнтэма связывают общие воспоминания. Они вместе воевали в Африке в 1899 -1902 гг. в период так называемой англо-бурской войны.
        Истоки этой войны лежат в XVII веке, когда Великобритания захватила Капскую колонию в Южной Африке, чтобы обеспечить себе безопасное плавание кораблей в Индию. Одним из самых замечательных последствий этой войны была отмена рабства на территории английских колоний. Замечательным для рабов, но не для землевладельцев, которых здесь называли бурами. Без дешевого рабского труда фермы массово разорялись, а их владельцам приходилось бросать их и уезжать за реку Вааль, где не действовали английские законы. Массовый исход буров с земель английской колонии был позже назван Великим Треком (трек, track — путь). Там буры создали два государства — Южно-Африканскую республику (Трансвааль) и Оранжевое свободное государство, названное так, потому что многие из буров были голландского происхождения, т. е. подданными дома Оранских. В 1852 -1854 годах эти государства были признаны Великобританией.
        После того как на новых землях буров были найдены месторождения алмазов, Британия постаралась присоединить и эти украшения к своей короне. Результатом стала Первая англо-бурская война (1880 -1881), которая закончилась тем, что англичанам пришлось признать самостоятельность Трансвааля. Однако буров, которые больше всего хотели сохранения status quo, словно преследовал злой рок. В 1886 году в Трансваале обнаружили крупнейшие месторождения золота, что снова вызвало живой интерес у соседей.

        Вторая англо-бурская война 1899 -1902 годов — война бурских республик — Южно-Африканской республики (Республики Трансвааль) и Оранжевого Свободного государства (Оранжевой Республики) против Великобритании, закончившаяся победой последней

        В 1899 году число англичан, занятых добычей золота на территории Трансвааля, приближалось к 160 тысячам. Обе стороны — и Англия, и Трансвааль, понимали, что война неизбежна. Буры надеялись, что смогут покончить с незваными гостями одним решительным ударом.
        12 октября 1899 года отряд из 5000 бурских солдат под командованием Кронье и Снимана перешел границу и осадил английский город Мафикенг, защищаемый гарнизоном из 700 человек, 2 орудий и 6 пулеметов, начав таким образом Вторую англо-бурскую войну.
        Английское командование начало массовую переброску войск в Южную Африку. Всего на фронтах к концу войны сражалось до 450 тыс. человек. Под командованием фельдмаршала Робертса английские войска 13 марта 1900 года заняли столицу Оранжевого государства Блумфонтейн, а 5 июня — Преторию, столицу Трансвааля. Еще два года продолжалась партизанская война, которая закончилась 31 мая 1902 года подписанием Феринихингского мирного договора, по которому Англия аннексировала Оранжевое государство и Трансвааль.
        Одним из участников англо-бурской войны был юный Уинстон Черчилль. Будучи корреспондентом одной из английских газет, он выказал настоящую храбрость и пережил немало военных приключений. Однажды бронепоезд, на котором ехал Черчилль, попал в засаду. Черчилль под огнем пытался расчистить рельсы, когда это не получилось, бросился бежать, но попал в плен. Из плена он бежал, на этот раз успешно. Дерзкий побег из самого центра вражеской территории, который молодой человек предпринял, не зная голландского языка и имея в запасе лишь пару плиток шоколада, прославил Черчилля и привлек к нему сердца британцев, ценивших отвагу и удаль. Позже, вернувшись в Англию, он баллотировался в Палату Общин в парламенте и, получив место в нем, отправился в турне по Англии, США и Канаде, рассказывая о своем участии в войне и о том понимании мировой политики, которое сформировалось у него под влиянием этих событий. В 1900 году Черчилль опубликовал две документальные книги, рассказывающие об англо-бурской войне.

        26-летний Уинстон Черчилль после его побега из бурского плена в 1899 году. «Война — это по большей части каталог грубых ошибок». (Уинстон Черчилль)

        Объявление, в котором правительство Трансвааля назначало награду тому, кто поймает и вернет в тюрьму сбежавшего арестанта, Уинстон Черчилль хранил до конца жизни под стеклом на стене своего кабинета.

        Объявление о поимке беглого арестанта Черчилля

        Камеристка Анна Мэй Смит — Джоан Фроггатт

        Джоан Фроггатт родилась в 1980 году в Северном Йоркшире. В тринадцать лет поступила в труппу театра Мейденхеда, в шестнадцать — дебютировала в эпизоде телесериала «Чисто английское убийство». В 2010 году она получила Премию британского независимого кино за роль в фильме «Во имя нас». В 2012 году была номинирована на премию «Эмми» за лучшую женскую роль второго плана в драматическом телесериале за свою работу в сериале «Аббатство Даунтон». Играла в ряде сериалов, где в основном исполняла роли трудных девочек-подростков. Участвовала в третьем сезоне сериала ВВС «Робин Гуд», а также играла в радиопостановке по роману Станислава Лемма «Солярис».
        Анна, несомненно, является одним из самых симпатичных персонажей в сериале. Она преданна без подобострастия своим хозяевам, они знают, что могут положиться на нее в трудную минуту. Не случайно именно к Анне обращается леди Мэри, когда нужно вынести мертвого Кемаля Памука из ее комнаты. Позже Анна становится такой же верной спутницей жизни Бейтса, поддерживая его в трудные дни и деля с ним тихие семейные радости.
        Случаи, когда двое слуг, работавших в одном доме, вступали в брак, были чрезвычайно редки, но, видимо, семейство Кроули и сценаристы фильма просто не могли отказать такой любви в счастливом завершении.

        Джоан Фроггатт — исполнительница роли камеристки Анны Мэй Смит

        Характер Анны вызывает в памяти стихи Киплинга:
        И если ты своей владеешь страстью,
        А не тобою властвует она,
        И будешь тверд в удаче и в несчастье,
        Которым, в сущности, цена одна…

    Редьярд Киплинг, 1895 г.
        Эти стихи посвящены мужчине-офицеру, герою англо-бурской войны, у которого, однако, было нечто общее со скромной горничной из аббатства Даунтон. Оба были истинными британцами с истинно британскими характерами, одновременно преданными и независимыми от окружающих в своих суждениях.
        Актриса говорит об отношениях своей героини и мистера Бейтса: «Она так храбро встает на его сторону, это потому, что они любят друг друга».

        Анна Мэй Смит и Джон Бейтс. «Быть вместе — значит чувствовать себя также непринужденно, как в одиночестве, и также весело, как в обществе». (Шарлотта Бронте «Джейн Эйр»)

        Восхитительные наряды

        Одна из основных задач Анны — следить за платьями леди Мэри, вовремя отдавать их в стирку, чинить и помогать леди Мэри одеваться, при необходимости подгоняя платье по фигуре. Женщины начала XX века, разглядывая карикатуры «Панча», где были изображены их матери и бабушки в кринолинах настолько широких, что спуск с лестницы превращался в целую военную операцию, требующую немалой собранности, отваги и решительности как от дамы, так и от сопровождающего ее кавалера, могли считать себя счастливицами: ведь месье Поль Пуаре, а следом за ним и другие кутюрье разрешили им быть стройными и легкими. Разумеется, они не пошли так далеко, чтобы позволить женщинам отказаться от корсета и нижних юбок, но корсет сместился вниз, он больше не приподнимал грудь и не сдавливал грудную клетку в нижней трети, а формировал в основном линию талии и бедер. Женщины нового времени, по крайней мере, могли дышать полной грудью. Для прогулок на лошади традиционно шили «амазонки», но для нового развлечения — катания на велосипеде — специальной одежды не было придумано. Портным приходилось учитывать, что даме могло прийти в
голову сесть на велосипед или поиграть в теннис, поэтому повседневная одежда стремилась к тому, чтобы стать удобной, не стесняющей свободу движений, и в то же время не ставящей ее владелицу в неловкое положение. Нижняя юбка длиной до щиколоток по-прежнему была защитницей женской стыдливости и головной болью для камеристок. Наступить на нее каблучком ботинка и порвать, например, слишком стремительно выходя из машины, было проще простого.

        Поль Пуаре (1879 -1944)  — французский модельер, влиятельнейшая фигура в мире моды первой четверти XX века. В 1905 году он предложил рубашечный покрой женского платья без корсета

        Бальные платья часто украшали шлейфом. Этот элемент был обязателен для платья девушки, которую представляли ко двору перед началом ее первого бального сезона. Такой чести удостаивались не все дебютантки, лишь дочери из самых знатных и уважаемых семей.
        Юбки приобрели S-образную форму. В 1911 году, когда в моду вошли узкие юбки, женщин буквально стреноживали, как лошадей, связывая их щиколотки кусками полотна, скрепленного с помощью булавок и пуговиц, чтобы сделать их шаги короче, а походку плавно-ковыляющей.
        С тех пор, как в 1913 году Поль Пуаре предложил коллекцию, навеянную японскими мотивами, тема волшебного Востока все время возвращалась в моду — то экстравагантным покроем, то нежным рисунком, напоминающим традиционную японскую роспись тушью по мокрому шелку, то находящимися на грани приличия шароварами, то свободным силуэтом осенних пальто. В границы «волшебного Востока» входила и Россия, например, в 1911 году Пуаре предложил европейским модницам роскошный паланкин с русским узором. В моде снова была «женщина-цветок», одетая в тонкие переливчатые ткани, невинная одалиска, обещающая мужчине все, но не дающая ничего, пока он не предложит ей руку, сердце и состояние.
        Бальные платья шили из шелковых тканей — крепдешина, шифона, тафты. Для пожилых и не танцующих дам — из бархата. Отделка была богатой, включала в себя кружева, блестки, вышивку и должна была усиливать общую сказочную атмосферу.

        Модный показ Поля Пуаре

        Еще одной французской волшебницей, околдовавшей англичанок и наносившей страшный урон кошелькам их отцов и мужей, была Мадлен Вионне. Происходящая из очень бедной семьи и похоронившая мечту стать скульптором, Мадлен рано начала шить, сначала для дам в ее родном городке Альбервилле в Альпах, затем перебралась в Париж, а в 22 года уехала в Лондон, где стала работать в мастерской «Кэти О’Рэйли», которая копировала модные модели одежды из Франции. Вернувшись в Париж, она в 1900 году устроилась на работу в Дом моды сестер Калло. Одно время она работала закройщицей у знаменитого модельера Жака Дусе, с котором также сотрудничал юный Поль Пуаре. Но очень скоро Мадлен пошла своим путем. Вместо пышных платьев на корсетах и кринолинах она стала создавать легкие воздушные одежды, почти не стесняющие движений. Кроме того, Мадлен старалась использовать как можно меньше украшений, считая, что одежда должна подчеркивать красоту женщины, а не женщина — демонстрировать богатство своего отца или мужа. Лучшим украшением женщины, по мнению Мадлен, являлось здоровое и сильное тело, не стянутое корсетом, зато хорошо
знакомое с гимнастикой. В 1912 году она открыла собственный модный Дом Madeleine Vionnet на парижской улице Риволи. После Первой мировой войны Мадлен предложила женщинам легкие облегающие платья косого кроя (когда ткань раскраивалась под углом к нитям основы и утка), которые идеально следовали за каждым движением своей владелицы, ни в чем ей не противореча. Мадлен говорила: «Когда женщина улыбается, платье должно улыбаться вместе с ней». Это были платья, отвечавшие запросам нового времени и новых энергичных женщин.
        После окончания Первой мировой войны женщинам открылось широкое поле общественной деятельности. В ответ на их новые потребности появились удобные элегантные деловые костюмы с юбкой немного ниже колен, а также костюмы для путешествий, для которых самым ходовым материалом был твид. В таком костюме леди Эдит, например, могла отправиться в редакцию газеты, чтобы обсудить с редактором темы ее следующих статей.

        Мадлен Вионне за работой. Вторая половина 1930-х

        Женщины стали серьезно относиться к физическим упражнениям, укрепляющим здоровье, и, в частности, произвели полную ревизию купальных костюмов. Купальный костюм викторианской эпохи — это тяжелое, громоздкое платье, которое, будучи намоченным, могло достигать веса в 14 кг и тщательно скрывало все части тела, которые могли породить у мужчин нескромные фантазии. При этом, чтобы почувствовать себя в безопасности от мужских взглядов, женщины обычно купались отдельно. Женщины XX века руководствовались очень английским девизом «Пусть будет стыдно тому, кто подумает об этом дурно», и надевали легкие рубашки и шаровары насыщенных ярких цветов, а самые смелые пробовали модели, которые облегали тело, закрывая его лишь от нижней трети бедер до шеи и плеч.
        Так мужчины неожиданно обнаружили, что перед ними совсем новые женщины, требующие не столько почитания и преклонения, сколько уважения и признания равенства.

        В 2011-м году телесериал «Аббатство Даунтон» получил целых шесть премий «Эмми», в том числе и приз за лучшие костюмы

        Первый лакей Томас Барроу — Роб Джеймс-Колльер

        Роб Джеймс-Колльер родился в Манчестере в 1976 году. Изучал бизнес в университете Хаддерсфилда и маркетинг в Манчестерском институте науки и технологий. Начал играть в кино с 2006 года. В 2007 -2009 гг. пробовал себя в модельном бизнесе. В 2010 году получил место лакея в «Аббатстве Даунтон».
        Характер Томаса напоминает Ричарда III из шекспировской драмы (в настоящее время многие историки полагают, что реальный Ричард III не был горбуном и не совершал большей части преступлений, которые ему приписывают). Как и шекспировский Ричард, Томас наделен от природы неким качеством, которое вызывает у окружающих неприязнь и мешает наладить близкие отношения с людьми. Ричард — горбун, Томас — гомосексуален. В начале XX века гомосексуальность считалась чем-то средним между болезнью и душевным изъяном, порождением распутства и слабоволия. Нельзя забывать, что Библия прямо называла такие отношения грехом и мерзостью в глазах Бога. Набожные протестанты считали, что гомосексуал может отказаться от своих пагубных привычек, если проявит немного больше силы воли и веры, и единственное, что удерживает его на стезе порока,  — это глубокая внутренняя испорченность. «Томас — грешник»,  — без обиняков объясняет миссис Патмор юной Дэйзи.

        Роб Джеймс-Колльер — исполнитель роли первого лакея Томаса Барроу. «Я парень из рабочего класса. Мой отец был компьютерным техником, а мама работала в отделе контроля качества, но они хотели, чтобы я получил достойное образование. И вот, мне двадцать пять, и я вдруг заявляю, что „хочу попробовать стать актером“, я с тем же успехом мог бы сказать, что решил стать футболистом Премьер-лиги, шансы у меня были те же…» (Роб Джеймс-Колльер)

        И если любовь — тайная, щедро приправленная подозрениями и шантажом — все же доступна Томасу, то дружба с мужчиной или с женщиной для него — это нечто из разряда невероятного. А в условиях тяжелой работы по 15 -16 часов в сутки, когда единственным, кто мог поддержать и кому можно было хотя бы пожаловаться на усталость, был другой лакей, дружба приобретала особую ценность. Томас же может рассчитывать только на себя. Он весьма амбициозен и не слишком щепетилен в средствах, и, хотя большая часть его начинаний терпит крах, разочарования, пожалуй, только раззадоривают его. Он не брезгует при случае нарушить закон, но иногда неожиданно проявляет доброту. Этот сложный и противоречивый характер, несомненно, является одной из движущих сил всего сериала.

        «Нужно стараться все делать хорошо и Вам дадут шанс». (Роб Джеймс-Колльер)

        Наряд для джентльмена

        Как камеристка у дамы, камердинер должен был следить за одеждой джентльмена. Ему так же приходилось начищать его сапоги. К великой радости камердинеров, им не приходилось стирать и крахмалить мужские рубашки — этим занимались прачки, однако, задачей камердинеров было сохранить безупречную белизну ткани и тугой крахмал воротничка и манжетов. При случае они могли взяться за утюг, чтобы привести рубашку в надлежащий вид. Неотъемлемой принадлежностью джентльмена был сюртучный костюм-тройка, состоящий из брюк, жилета и сюртука. Сюртук — повседневная одежда высшего и среднего классов, предшественник таких форм верхней мужской одежды, как фрак, визитка, пиджак, смокинг и т. д. Обычно был приталенным, двубортным и длинным, как пальто, однако длина и детали кроя сильно менялись, подчиняясь требованиям моды. Ушли в прошлое пышность, яркие цвета и дорогие ожерелья елизаветинских времен. Теперь мужчина должен был выглядеть скромным, подтянутым, застегнутым на все пуговицы и выбирать строгие темные цвета, отдавая предпочтение черному. «Подтяжки крест-накрест» или клетчатые штаны, которые так радовали модников
прошлого, теперь решительно считались дурным тоном.

        Кэролайн Макколл — художник по костюмам в телесериале «Аббатство Даунтон»

        Для деловых визитов нужен был черный сюртук и цилиндр. Любой другой костюм, как учили лексиконы хороших манер, был бы признан «неджентльменским». Все больше распространялись пиджачные костюмы с жилетами из той же ткани, что и пиджак. Название «пиджак» произошло от английского «pea-jacket», где «pea» означало разновидность грубой ткани, a «jacket» — куртку. Пиджак был с открытым отложным воротником и застегивающимися на пуговицы полами. Еще одной разновидностью верхней мужской одежды была визитка. Она застегивалась всего на одну пуговицу, имела расходящиеся закругленные полы и две пуговицы сзади, на зауженной талии. Ее носили с брюками в полоску, жилетом, белой рубашкой и галстуком темных тонов и черными туфлями. Мужчина в визитке напоминал горделивую большую птицу — журавля или аиста. Визитки появились как утренняя одежда для езды верхом, на короткий период стали очень популярной утренней и дневной одеждой, но после Первой мировой войны вышли из моды и остались одеждой для официальных мероприятий.
        Вечерней одеждой были смокинг и фрак. Особенностью смокинга было то, что лацканы на нем обшивались шелком, с которого легко можно было стряхнуть упавший пепел. Легенда гласит, что смокинг появился как костюм для курения, который мужчины надевали, уходя в курительные комнаты, а затем снимали, чтобы не отпугнуть запахом табака чувствительных дам. Очевидно, после Первой мировой войны им стало лень переодеваться. В одной из последних серий второго сезона «Аббатства Даунтон» граф Грэнтэм примеряет смокинг, а его консервативная и язвительная мать замечает, что с тем же успехом он мог бы выйти к ужину в пижаме. Постепенно мужчины осмелели и начали выходить в смокингах в люди. Смокинги носили с тугой крахмальной манишкой, обязательны были стоячий воротничок с загнутыми углами, черный галстук-бабочка, не лакированные ботинки из тонкой кожи, черный жилет или пояс-камербанд.

        Хью Бонневилль примеряет смокинг

        Фрак оставался бесспорным королем официальных приемов и балов. Лексиконы хороших манер советовали — если в приглашении не обозначена форма одежды, всегда надевать фрак и белый галстук, потому что «такой костюм никогда не покажется в Англии странным». Фрак отличался от других мужских пиджаков необычным покроем — фалды спереди были короткими, сзади — длинными и узкими. Такой покрой был связан с тем, что фрак вел свою родословную от кавалерийских мундиров. Синие, коричневые и зеленые фраки в XX веке сошли на нет, черный цвет одержал решительную победу. К фраку надевали белый галстук-бабочку и белый пикейный жилет с тремя обязательно застегнутыми пуговицами. Брюки, которые носили с фраками, украшались атласными лампасами.
        На балы надевали белые перчатки, чтобы не испачкать платья дам и не допустить прикосновений, которые могут показаться неприличными; и легкие лаковые полусапожки. В качестве головного убора на бал надевали цилиндр или складную шляпу с забавным названием «шапо-кляк».
        Дух элегантных денди начала XIX века, которыми восхищался Пушкин, все еще витал в гостиных и салонах начала века XX. Даже запах пороха и залпы пушек Первой мировой войны не могли его изгнать, потому что для британского аристократа быть мужчиной означало быть джентльменом, желательно, одетым с иголочки.

        Костюмы сериала «Аббатство Даунтон» на выставке в Лос-Анджелесе

        Камеристка Сара О’Брайан — Шивон Финнеран

        Шивон Финнеран родилась в 1966 году в Олдеме, в графстве Большой Манчестер. Дебютировала в кино в 20 лет, сыграв главную роль в фильме «Рита, Сью и Боб тоже». В 2007 году играла в сериале «Все включено», после того, как ушла из сериала «Аббатство Даунтон» в 2013 году, играла в телевизионной драме «Синдикат». Принимала участие в сериале «Улица коронации». Финнеран замужем, у нее двое детей.
        Камеристка находилась на особом положении в доме. Она не только следила за туалетом госпожи, но и сопровождала ее, обеспечивая ей компанию, которой требовали приличия. Ей часто перепадала вышедшая из моды одежда и даже недорогие украшения, которые госпоже почему-либо не нравились.
        К камеристке госпожа обращалась с вопросами и различными проблемами, с ней она судачила и обменивалась сплетнями, если имела к этому склонность. Если между женой и мужем не было особой близости, камеристка могла стать самой задушевной подругой и наперсницей женщины. Девушки вроде Анны Смит, слишком благородные, или, по мнению других, слишком простодушные, почти не пользовались своим особым положением, а если и пользовались, то лишь для того, чтобы заступиться за кого-то из слуг или рассказать госпоже о постигшей кого-то беде. Но интриганкам вроде О’Брайан такая должность давала особую власть. Они могли возвысить своих фаворитов, оклеветать тех, кто им не нравился, могли даже брать мзду за то, что доносили до господ ту или иную информацию, или что-то утаивали. Эта должность была раздольем для тех, кто рвался в «серые кардиналы».

        Шивон Финнеран — исполнительница роли камеристки Сары О'Брайан

        Другие слуги прекрасно понимали, насколько велика власть камеристки и старались ее задобрить, но одновременно относились с подозрением. Камеристки часто бывали одиноки, потому что им трудно было удерживать равновесие в отношениях между слугами и хозяевами. Слуги подозревали их в том, что они ябедничают, хозяева — в неискренности.
        Возможно, именно из этого двойственного отношения проистекает цинизм О’Брайан. Если она знает, что ей все равно не будут доверять, зачем быть искренней? Если все подозревают, что она пользуется своей властью в личных целях, то почему бы ею не воспользоваться? Однако, когда О’Брайан в стремлении удержать свое место и свою власть переходит все нравственные границы, она сама осуждает себя. И, хотя у нее не хватает духу покаяться, хочется надеяться, что, уйдя из Даунтона и попав в новый дом, она попробует выстроить более искренние и честные отношения и с хозяевами, и с другими слугами.

        «… ни один человек не может быть всю жизнь только циником…» (Томас Харди «Тэсс из рода Д'Эрбервиллей»)

        Сила английской благотворительности

        Полагая, что Мэттью станет наследником поместья, лорд Грэнтэм посвящает его в искусство руководить арендаторами, и, главное, заботиться о них. У супруги лендлорда была не менее важная задача — в тесном сотрудничестве с приходским священником она руководила местной благотворительностью. А благотворительность в сельской Англии отнюдь не сводилась к пожертвованиям от случая к случаю. Это была сложная разветвленная система учреждений, которые буквально удерживали на плаву сельских бедняков во всех перипетиях нелегких XIX и XX веков.

        Мэттью Кроули и лорд Грэнтэм

        Эта система заботы о бедняках включала в себя выплату пособий, обеспечение беднейших семей одеждой, топливом и всевозможной материальной помощью. Приход, например, мог нанять одинокую женщину и выплачивать ей деньги за то, чтобы она помогала по хозяйству двум соседям-старикам — таким же неимущим, как она. После чего в архивах попечительского совета появлялась запись «уплачено мадам такой-то за мытье мистера такого-то 1 шиллинг». Диккенс оставил нам довольно насмешливые описания приходских чиновников и различных благотворительных дамских обществ, таких, как общество для раздачи супа, для распределения угля, для раздачи одеял, дамская аптека, комитет для посещения больных, дамское общество по снабжению новорожденных приданым, дамское общество детских экзаменов и дамское общество по распространению библий и молитвенников. Однако даже этот насмешник не может не признать, что приход — великая сила. «Бедный человек с маленькими заработками и большой семьей едва перебивается изо дня в день, с трудом добывая семье пропитание; денег ему хватает в обрез, только чтобы утолить голод сегодня, о завтрашнем дне
он не в состоянии позаботиться. За квартиру он вовремя не платит; срок платежа давно прошел, подходит второй платежный срок, он не может уплатить,  — его вызывают в приход. Имущество описывают за долги, дети плачут от голода и холода, и самую постель, на которой лежит его больная жена, вытаскивают из-под нее на улицу. Что ему делать? К кому обратиться за помощью? К частной благотворительности? К добрым людям? Нет, конечно,  — есть же у него свой приход. Есть и приходская канцелярия, и приходская больница, и приходский лекарь, и приходские чиновники, и приходский надзиратель. Образцовые учреждения, добрые, мягкосердечные люди. Умирает женщина — приход ее хоронит. О детях некому позаботиться — приход берет это на себя. Человек сначала ленится, потом уже не может получить работу — приход дает ему пособие; а когда нужда и пьянство сделают свое дело, его, тихого, неведомо что бормочущего идиота, сажают в приходский дом сумасшедших».
        Множество детей, рождаясь в неимущих семьях, выживали и доживали до совершеннолетия не в последнюю очередь благодаря приходским пособиям и «дамским обществам».
        Вместе со своей верной камеристкой активная хозяйка поместья могла стать помощницей священника и ангелом-хранителем для сельских бедняков. Из первых серий мы узнаем, что отец лорда Грентэма основал в свое время сельскую больницу, нынешний лорд Грэнтем регулярно жертвует на нее деньги, а его мать является попечительницей больницы. Хотя все семейство приходит на конкурс цветов, патронессой которого является вдовствующая леди Грэнтем и который неожиданно для всех выигрывает Мозли Старший. В конце первого сезона сериала мы видим, как Кроули организуют благотворительный базар, на котором собирают деньги для местной больницы. Это было очень популярное мероприятие в сельской Англии, поскольку оно позволяло сочетать приятное с полезным: совершить богоугодное дело и одновременно всласть повеселиться, поглазеть на хозяев поместий, а может быть, и пообщаться с ними. Это был хороший повод порадовать детей и поболтать со старыми друзьями.

        Рабочий момент съемок

        На таких базарах можно было купить какую-нибудь безделушку, например, ароматное мыло, или вышивку с нравоучительной надписью, кулек с домашним печеньем или баночку домашнего джема, и тем самым внести свою лепту в дело помощи беднякам. И заодно поиграть в крикет, побегать в мешках, если вы молоды и полны задора, попробовать залезть вверх по скользкому столбу, посоревноваться, кто дальше забросит кокосовый орех, угадать по запаху, что спрятано в таинственном кулечке, или догадаться, сколько весит торт. В павильонах можно было выпить чаю, получить предсказание цыганки, гадавшей на картах Таро, или посмотреть кукольное представление с Панчем и Джуди.
        Благотворительный базар в аббатстве Даунтон закончился известием о начале Первой мировой войны. Наступило время, когда добрые намерения и забота о ближних ценились буквально на вес золота.

        Благотворительный базар в аббатстве Даунтон закончился известием о начале Первой мировой войны

        Уильям Мейсон, второй лакей — Томас Хоус

        Томас Хоус родился в 1986 году, закончил Гилдхоллскую школу музыки и театра в Лондоне. Снимался в кино, играл в театре и участвовал в радиопостановках. В канадском сериале «Расследование Мёрдока» сыграл Уинстона Черчилля. От второго лакея до британского премьер-министра — такая карьера под силу, пожалуй, только талантливому актеру.
        Главной задачей лакеев было прислуживать гостям и хозяевам поместья за столом. Для этого они надевали фраки, белые галстуки-бабочки. Формально этот наряд ничем не отличался от наряда обедающих джентльменов, что дало Гилберту Честертону идею для забавного детективного рассказа «Клуб знаменитых рыболовов». Злоумышленник, одетый во фрак, ведет себя так, что гости принимают его за одного из лакеев, а лакеи — за одного из гостей. Это позволяет ему незаметно совершить преступление и скрыться.
        Лакеям платили в зависимости от их роста. Те, чей рост не превышал 170 см, получали 20 фунтов за год. Рослые зарабатывали до 40 фунтов в год. Первый и второй лакеи выполняли примерно одни и те же обязанности, но первый был обычно старше, опытнее, и обучал второго.
        Уильям — молодой паренек с фермы, для которого обычаи господского дома еще в диковинку, а первый лакей Томас не очень подходит на роль терпеливого и заботливого учителя. Уильям простодушен, но старателен, поэтому в аббатстве к нему все относятся хорошо. Уильям влюблен в посудомойку Дэйзи, но, к сожалению, этот роман не имеет будущего, так как во время Первой мировой войны Уильям уходит на фронт вместе с Мэттью Кроули и умирает от последствий контузии.

        Томас Хоус — исполнитель роли второго лакея Уильяма Мейсона

        Слуг часто призывали на фронт в качестве денщиков для их хозяев-офицеров. Эта служба была обязательной, но Уильям, в отличие от многих, не пытался ее избежать. Он пошел воевать за свою страну, потому что его отец и мать, фермеры, воспитали его настоящим патриотом. Он не задавал себе вопросов — нужна ли эта война и что она принесет его близким.

        Лакей Уильям Мейсон и его возлюбленная посудомойка Дэйзи

        Новое обличье смерти

        Первая мировая война потрясла европейцев невиданной жестокостью. Впервые в истории был применен воздушный террор: немецкие дирижабли бомбили центр Парижа, который был хорошо освещен, так как никому не приходило в голову, что война выплеснется за пределы фронтов, и мирным жителям будет угрожать опасность в их домах и на улицах столицы. Война унесла жизнь многих людей, в том числе и юного Уильяма Мейсона, лакея из аббатства Даунтон. Уильям умирает от контузии легких, полученной при взрыве — вид смерти, известный с тех пор, как на фронте появились пушки. Однако Первая мировая война создала совершенно новый способ уничтожения людей. Солдаты на фронтах впервые столкнулись с оружием массового поражения, раздражающими и отравляющими газами. Одной из самых известных была газовая атака на реке Ипр 22 апреля 1915 года.
        Английский автор Ричард Олдингтон, сам принимавший участие в Первой мировой войне, в своем романе «Смерть героя», вышедшем в 1929 году, описывает газовую атаку германской армии на британские войска:
        «Еще один снаряд упал совсем рядом, за бруствером, снова послышалось непонятное глухое шипенье. И тотчас в воздухе странно запахло — как будто свежескошенным сеном, только острее. Ивенс и Уинтерборн принюхались и крикнули в один голос:
        — Фосген! Газ!

        Похороны жертв налета Цеппелинов. Париж, январь 1916 г.

        Поспешно, неловкими руками саперы натянули маски и пошли дальше, спотыкаясь, почти ощупью. Ивенс и Уинтерборн выбрались на дорогу и подошли к поселку. Химические снаряды градом сыпались на поселок, на их жилища — вззз, вззз, взз, взз, пфф-пфф-пфф-пфф. На мгновенье оба сняли маски — в воздухе стоял едкий запах фосгена.
        Ивенс и Уинтерборн стояли у конца окопа, помогая полуслепым в противогазах саперам выбираться наружу. Одна за другой шли мимо нелепые фигуры; резиновые маски вместо лиц, огромные мертво поблескивающие очки, длинный хобот, протянувшийся к коробке… точно погибшие души, искупающие в новом аду какой-то чудовищный грех,  — подумалось Уинтерборну. Входы в подвалы были наглухо завешены для защиты от газа, и все же он просачивался внутрь. Двоих солдат, наглотавшихся газа, унесли на носилках. Лица у них были страшные, на губах пена».
        Коварство фосгена заключалось в том, что он действовал не сразу, и при атаке невозможно было понять, насколько опасна ситуация. Солдаты ощущали лишь слабый запах прелого сена или подгнивших фруктов. Лишь через несколько часов начинались приступы удушья и кашля с кровью. Фосген вызывал отек легких, который в тяжелых случаях быстро приводил к смерти. Если солдату удавалось выжить после отравления, его часто добивали присоединившиеся инфекции.
        Позже Британия тоже не раз проводила газовые атаки. Кроме фосгена, применялись хлор и слезоточивый газ.
        Уильям стал одним из десяти миллионов солдат, погибших в Первой мировой войне, собравшей с мира кровавую жатву и послужившей предпосылкой для еще более страшных войн будущего.

        Первая мировая война не обошла стороной аббатство Даунтон. В августе 1918-го года лорд Грэнтэм получил известие о том, что Мэттью и Уильям ранены…

        Гвен Доусон, горничная — Роуз Лесли

        Скромную горничную в Даунтоне играет актриса голубых кровей. Роуз Элеонор Арбетнот Лесли происходит из знатной шотландской семьи, некоторые из ее предков в XVIII -XIX веках служили в России.
        Лесли родилась в 1987 году в Абердине и выросла вместе с четырьмя братьями и сестрами в фамильном замке Ликлихед, построенном в XV веке. Училась она в Лондонской театральной академии, получила диплом бакалавра искусств.
        Дебютировала Лесли на экране в 2008 году, в 2009 получила премию BAFTA в номинации «Юные дарования». Играла в возрожденном шекспировском театре «Глобус». В сериале «Игра престолов» исполнила роль возлюбленной Джона Сноу, отважной воительницы Игритт. В 2014 году сыграла в сериале «Утопия» и получила роль в фильме режиссера Брека Айснера «Последний охотник на ведьм».
        Несмотря на аристократическое происхождение и успешную карьеру Роуз, когда ее героиня Гвен произносит: «Я — дочь батрака и не привыкла, чтобы мои мечты исполнялись», ей невольно веришь.
        В отличие от арендаторов, владевших землей хотя бы на время срока аренды, батраки были неимущими наемными работниками, причем наемными работниками в мире, где еще не была развита система профсоюзов. Их дом, а зачастую и орудия труда, принадлежали арендатору, который мог прогнать их, если считал, что держать наемного работника слишком накладно. Батрак никому не мог пожаловаться на несправедливость, на плохие условия жизни или слишком высокие требования хозяина.

        Роуз Лесли — исполнительница роли горничной Гвен Доусон

        Тем не менее, Гвен — энергичная амбициозная девушка, и, хотя она стесняется своих наполеоновских планов, но все же не в силах от них отказаться. Когда она получает должность секретарши в телефонной кампании, ей кажется, что все ее мечты сбылись. Однако несколько лет спустя Гвен встанет перед выбором — продолжать ли карьеру или создать семью. Подробностей мы не знаем, знаем лишь, что она выбрала замужество. Неизвестно, была ли она счастлива в браке — надеемся, что ей повезло, потому что возможности ее карьерного роста были весьма ограничены. Она могла сменить род деятельности и стать телефонисткой, но в любом случае ее ожидало большое количество монотонной работы и распухшие к вечеру пальцы. Она никогда не смогла бы получить высшее образование и, поднявшись на следующую ступеньку карьерной лестницы, получить право наравне с мужчинами заняться более интеллектуальной и высокооплачиваемой работой.
        Колледжи для женщин начали открываться в конце XIX века. Первые женщины, получившие высшее образование, читали курсы лекций, а в Глазго женский колледж даже объединился с университетом. Оксфорд и Кембридж не могли пойти на такое нарушение устоев, однако открыли для женщин четыре специальных учебных заведения: Margaret-Hall и Sommerville-Hall в Оксфорде и Girton College и Newnham College в Кембридже.
        Вирджиния Вульф в эссе «Своя комната», изданном в 1928 году, рассказывает о первых шагах женского образования в Англии:
        «В 1860 году <…> сняли женщины комнаты, выбрали комитет, организовали подписку, разослали письма. <…> После долгой борьбы им удалось насобирать те тридцать тысяч. <…> Если учесть, что это будет один колледж на всю Великобританию, Ирландию и колонии, не такая уж большая сумма — столько ли обычно собирают на мужские гимназии? Но сторонников женского образования так мало, что и эта сумма велика.

        Роуз Лесли стала настоящей звездой телесериалов, с блеском исполнив роль Гвен в „Аббатстве Даунтон“ и Игритт в „Игре престолов“

        Сама понимаешь, улыбнулась Мэри, мы не можем позволить себе вина, куропаток и слуг с подносами. Не говоря уже о диванах и отдельных комнатах. На минуту мы с Мэри задумались о женщинах, которые никогда не держали в руках две тысячи фунтов, а тридцать тысяч собирали годами, и нам стало горько от такой постыдной нищеты. Чем же занимались наши матери? Носы пудрили? Разглядывали витрины? Щеголяли под солнцем в Монте-Карло? В комнате у Мэри на камине стояли фотографии. Возможно, ее мать — если это она — и любила развлечься на досуге (тринадцать детей от приходского священника!), только на ее лице почему-то не осталось следов беззаботной и веселой жизни. Скромная пожилая женщина в клетчатой шали с брошью; сидя на плетеном стуле, она с доброй, напряженной улыбкой смотрит на спаниеля, словно знает заранее, что он дернется в самый неподходящий момент. А если бы она зарабатывала деньги — скажем, на производстве искусственного шелка — или играла бы на бирже и оставила Фернхему двести или триста тысяч? Мы чувствовали бы себя вольготно этой ночью, обсуждали бы проблемы физики, или археологии, или ботаники,
антропологии, строение атома, астрономию, теорию относительности, географию. Если бы только наши матери научились в свое время великому искусству делать деньги и завещали их потом своим дочерям на звания и стипендии, как это делали для своих сыновей отцы, мы бы сегодня отлично поужинали птицей и бутылкой вина одни; и будущее представлялось бы нам надежным и безоблачным под сенью какой-нибудь высокооплачиваемой профессии. Мы бы исследовали, писали, бродили по древним уголкам земли, сидели у подножия Парфенона или шли бы к десяти на службу и в половине пятого возвращались пописать стихи.

        Горничная Гвен Доусон и камеристка Сара О'Брайан

        <…> Без толку размышлять о том, что было бы, если б наши матери накопили деньги и вложили их в строительство колледжа или библиотеки: женщинам ведь негде было зарабатывать, а если кому-то и случилось бы заработать, эти деньги по закону им не принадлежали. Только в 1880 году, то есть сорок восемь лет назад, женщина стала законной хозяйкой своих пенсов. Во все предыдущие века ее деньги были собственностью мужа — уже из-за одного этого она не стала бы играть на бирже. Раз выигранные деньги все равно будут не мои, а его, рассуждала она, и пойдут на учреждение стипендии или звания в мужском колледже, какой мне интерес зарабатывать? Пусть он этим и занимается. Но кто бы ни был виноват, ясно, что наши матери по какой-то причине дело загубили. <…> Самое большее, что они сумели,  — это возвести голые кирпичные стены».
        Первые женские колледжи вряд ли помогли бы Гвен, пожелай она продолжить карьеру и стать инженером. Во-первых, мест в этих учебных заведениях было немного, во-вторых, обучение было весьма дорого, а в-третьих, образование женщинам давали преимущественно в области медицины и истории искусств. Инженерное образование могла бы получить только дочь или внучка Гвен.

        Урок кулинарии в Манчестерской средней школы для девочек в 1911 году

        Говорящий телеграф

        Изобретение под названием «говорящий телеграф» было запатентовано в Америке в 1876 году Александром Беллом, учителем глухонемых детей. Впервые Белл продемонстрировал чудо-машину, позволяющую разговаривать на расстоянии, на Всемирной электротехнической выставке в Филадельфии 25 июня 1876 года. Правда, пока что говорящему телеграфу были доступны всего лишь расстояния около полукилометра.
        В 1877 году английский изобретатель Юз добавил к «телеграфу» Белла микрофон, в котором звуковые волны, давя на гибкую мембрану, смещали угольный стержень, который замыкал и размыкал электрическую цепь, преобразуя звуковые волны в электрические колебания. Великий изобретатель Томас Эдисон, любивший усовершенствовать всё, что попадалось ему под руку, снабдил аппараты электрическими звонками.
        В первое время аппараты связывались между собой попарно, для вызова абонента просто стучали по мембране. Первая телефонная станция появилась в Нью-Хейвене (США) в 1877 году. Связь осуществлялась с помощью оператора, который, находясь на станции, принимал заказы звонивших и вручную соединял их с другими абонентами.
        Телефонные станции начали стремительно распространяться и в Европе. Очень скоро работа на станциях была признана женской и появилось множество телефонных барышень, и в их числе очаровательная «алло, центральная», в которую был влюблен главный герой романа Марка Твена «Янки при дворе короля Артура», опубликованного в 1889 году.

        Александр Белл говорит в первую модель телефона

        В 1921 году появился знаменитый британский красный телефонный киоск с крышей в виде ажурного копья.
        Лорд Грэнтэм ставит телефон в аббатстве Даунтон в 1914 году. В том же году Гвен находит работу секретарши на телефонной станции. К сожалению, в ближайшие годы жители дома будут прислушиваться к звонкам телефона с тревогой, надеясь на хорошие новости, но опасаясь, что звонок извещает о гибели кого-то из близких на фронте.

        Лорд Грэнтэм поставил телефон в аббатстве Даунтон в 1914 году

        Дэйзи Робинсон, посудомойка — Софи Макшера

        Софи Макшера родилась в 1985 году в графстве Йоркшир. Ее семья происходит из Ирландии. Училась в католической школе, затем в театральном училище. В университете Брюнель в Лондоне получила степень бакалавра в области драмы. Играла в сериалах «Ферма Эммердейл», «Врачи», «Выжившие», «Улица Ватерлоо» и др. В 2015 году студия «Дисней» должна выпустить очередной римейк «Золушки», в котором Софи сыграет одну из злых сестер главной героини.

        Софи Макшера — исполнительница роли посудомойки Дэйзи

        Юная Дэйзи — одна из самых динамичных героинь сериала. В первом сезоне мы видим робкую крестьянскую девушку, которую взяли работать в богатый дом. Она в восторге от окружающей ее новой роскошной жизни и ужасно боится допустить какую-то оплошность и почитает за счастье свалившуюся на нее тяжелую работу, с которой не справились бы и многие мужчины. «Иногда мне очень легко заучивать текст, нужно только пятнадцать раз сказать: „Да, миссис Патмор“, и бегать по кухне, делать вид, что печешь пироги»,  — рассказывает Софи Макшера. Лесли Никол, исполнительница роли миссис Патмор, рассказывает, что старой кухарке «очень важно хорошенько всему научить Дэйзи, потому что так у девушки есть шанс получить место получше, и однажды она сама может стать поварихой». Действительно, в конце четвертого сезона мы видим молодую женщину уверенно управляющейся на кухне, которую начинают переманивать к себе богатые американские нувориши. Но Дэйзи остается верна аббатству Даунтон. Правда, вскоре ей предстоит сделать нелегкий выбор между замужеством и карьерой. Однако в ее случае возможен компромисс. Если Дэйзи выйдет за
какого-нибудь бывшего лакея или конюха, они смогут вместе содержать маленькую гостиницу или постоялый двор — так часто делали вступившие в брак слуги.

        Софи Макшера и Томас Хоуз

        Фея каминов

        Рабочий день посудомойки начинался в половину пятого. Прежде всего она должна была разжечь плиту, потом приготовить чай для кухарки и согреть ей воду для умывания. В 6:30 она будила кухарку и начинала помогать ей готовить завтрак для прислуги и хозяев дома. Однако до этого времени у нее была еще одна обязанность — она должна была почистить все камины в доме.
        Горящий камин долгое время был непременным атрибутом комнат зажиточного дома в Англии и во всей Европе. Французский автор Марсель Пруст в своем романе «В сторону Свана», вышедшем в 1913 году, рассказывает, как спалось в комнатах, обогреваемых каминами: «…огонь поддерживается в камине всю ночь, так что спишь как бы окутанный широким плащом теплого и дымного воздуха, рассекаемого блеском вспыхивающих головешек, в каком-то неосязаемом алькове, теплой пещере, вырытой в пространстве самой комнаты, горячей и подвижной в своих термических очертаниях зоне, проветриваемой дуновениями, которые освежают нам лицо и исходят от углов, от частей, соседних с окном или удаленных от камина и потому охлажденных…».
        Однако если европейцы стремились как можно быстрее перейти к паровому отоплению, то консервативные британцы, а особенно обитатели старинных замков, оставались верны своим каминам, даже в 70-х годах XX века. В холодные вечера у камина собиралась вся семья. В романе Агаты Кристи «Неоконченный портрет» описана такая сцена: небогатая молодая семья вскоре после окончания Первой мировой войны нанимает няньку, которая по совместительству должна помогать хозяйке в домашней работе. Нянька специально оговаривает, что она не будет чистить единственный в доме камин, потому что из-за этого руки становятся загрубевшими, а она не хотела бы такими руками прикасаться к ребенку.

        Софи Макшера в роли Дэйзи Робинсон

        У Дэйзи такой уважительной причины нет, и в первых же кадрах сериала мы видим, как она усердно драит камины в Даунтоне. Возможно, ее работу немного облегчало то, что в богатых домах, подобных Даунтону, решетки, куда кладется уголь, а также задняя и боковые стенки, дно и ножки делали из полированной стали. Вся эта конструкция вставлялась в каменную кладку камина. Их не нужно было натирать графитом, как это делали в домах, где решетки были просто из железа. Однако такое небольшое послабление с лихвой искупалось количеством каминов в замке.
        Дэйзи могла воспользоваться небольшой щеткой для подметания просыпавшегося угля, пестиком, заменяющим кочергу, щипцами, и ящиком для угля. К ящику для угля полагались еще лопатка и совок. Из горящего камина часто вылетали угли, поэтому дорогие ковры в комнате от огня и копоти защищал специальный выступ камина, на котором раскладывали парадные пестик, щипцы и лопатку. Их старались не пачкать, а для повседневного употребления использовали более дешевый и простой набор.
        Чистка каминов была всего лишь одной из множества повседневных обязанностей посудомойки. Кроме того, она находилась на самой нижней ступени в иерархии слуг и в любой момент ее могли привлечь к работе, в которой требовалась помощь. Неудивительно, что удержать посудомойку на рабочем месте было большой проблемой для экономок. Как только девушки становились способны выполнять более квалифицированную работу в доме или находили место на фабрике, они тут же уходили. Но это не относится к Дэйзи. Она свято чтит старинные английские добродетели верности и благодарности и остается в Даунтоне, даже когда получает соблазнительные предложения от американских богачей.

        Дэйзи Робинсон за работой

        Том Брэнсон, шофер — Аллен Лич

        Аллен Лич родился в Ирландии в пригороде Дублина 18 мая 1981 года. Был третьим из четырех детей. Заинтересовался театром в 11 лет, получив роль Трусливого Льва в школьной постановке «Волшебника страны Оз». Начал сниматься в кино, когда был еще школьником. Дебютировал в 17 лет в пьесе Теннесси Уильямса «Трамвай „Желание“», где исполнил одну из эпизодических ролей. Играл в фильмах «Ковбои и Ангелы», «Любовь — это наркотик», играл в известных исторических сериалах «Рим», «Тюдоры» и фантастическом «Портал юрского периода», озвучивал некоторых персонажей в компьютерной игре «Assassin's Creed III».
        Том Брэнсон, работающий в поместье шофером,  — социалист, интересующийся книгами по политэкономии, движением суфражисток и революцией в России, становится мужем бунтарки Сибил. После ее ранней трагической смерти он превращается в почтенного управляющего поместьем и хранителя наследства своей дочери. Так конфликт традиционных и новых ценностей находит в рамках сериала решение, всех умиротворяющее. К сожалению, далеко не все конфликты между радикальным движением и консервативным, между социалистами и защитниками традиционного мироустройства можно было разрешить так мирно и благостно.

        Аллен Лич — исполнитель роли шофера Тома Брэнсона

        Непокорная Ирландия

        Фении — волшебные воины, герои ирландских преданий, которые под предводительством Финна Макула совершали чудеса храбрости и ловкости и были сведущи в военной магии. В конце XIX — начале XX века борцы за независимость Ирландии с благоговением приняли это древнее имя. В 1858 году было основано революционное братство фениев с центрами в Ирландии и США, куда множество ирландцев перебрались во время Великого голода.
        Великий голод в Ирландии разразился в середине XIX века и был связан с тем, что картофель — основная пища бедных ирландцев — был поражен вредителем — фитофторой. Множество ирландских семей, избежавших голодной Смерти, были вынуждены продать свои земельные наделы и уехать в Америку, чтобы начать жизнь буквально с нуля. Во время опасного плавания по морю на старых, отслуживших свое кораблях, в которые набивалось множество людей, они с грустью вспоминали свой прекрасный зеленый остров и проклинали аристократов, которые отобрали их фермы за долги.
        Главной целью фениев было поднять вооруженное восстание и добиться независимости для своей страны. Движение достигло кульминации в марте 1867 года, когда сразу в нескольких графствах Ирландии разгорелись восстания. Все они потерпели поражение. Вожди движения были приговорены к смертной казни, а множество рядовых участников — к тюремному заключению. Их горячо защищал Карл Маркс и другие деятели Первого Интернационала.

        Финн Макул — предводитель дружины воинов-фениев. Борцы за независимость Ирландии взяли себе имя в честь этих героев древних преданий. Художник Стивен Рейд

        Уцелевшие фении в Америке носились с идеей напасть на Канаду и вызвать тем самым войну между этой страной и Британией, к которой, как они рассчитывали, присоединились бы США, и в возникшей в результате глобальной неразберихе получить желанную независимость. К счастью, эта затея осталась только проектом, ирландцам не удалось спровоцировать мировую войну на полвека раньше, чем она случилась в действительности.
        Национальное движение в Ирландии меж тем набирало обороты.
        Пасхальное восстание, во время которого от руки английского полицейского погиб двоюродный брат Тома Брэнсона, произошло в 1916 году, с 24 по 30 апреля. В то время в разгаре была Первая мировая война, и часть восставших стремилась в пику британцам посадить на ирландский престол Иоахима, принца Пруссии.
        Восстание вскоре было подавлено, его вожди — Патрик Пирс, Джеймс Конноли, Макбрайд, Макдонах и другие — казнены. Но поражение повстанцев усилило популярность их идей среди ирландцев. Судебные процессы вызвали шумиху в прессе и сочувствие к героям, пострадавшим за свободу народа.
        В 1922 -1923 годах разгорелась гражданская война, в ходе которой части Ирландии удалось обрести самостоятельность.
        Трагическая судьба Ирландии нашла отражение в литературе XX века. Одним из первых певцов Пасхального восстания был нобелевский лауреат Уильям Батлер Йейтс, вдохновлявшийся как подвигами древних фениев, так и современными героями войны за независимость. Его стихотворение «Пасха 1916 года» заканчивается такими строками:
        И я наношу на лист — Макдонах, Макбрайд,
        Конноли и Пирс, преобразили край,
        Чтущий зеленый цвет, и память о них чиста:
        Уже родилась на свет грозная красота.

        Пасхальное восстание 1916 г.
        Писательница Айрис Мёрдок, родившаяся в семье англичанина и ирландки в 1919 году, посвятила Пасхальному восстанию свой роман «Алое и зеленое».
        Зато другой нобелевский лауреат, выходец из Ирландии, Джеймс Джойс, родившийся в 1882 году, в своем романе «Улисс» изливает немало желчи в адрес ирландских борцов за независимость. Его легко можно понять, поскольку в 1919 году была основана печально известная ИРА, с которой вскоре стала в основном ассоциироваться борьба ирландцев за независимость. ИРА сложилась из наследников организации фениев и волонтеров, собранных Джеймсом Конноли для защиты рабочего движения.
        Вплоть до 2006 года, когда ИРА объявила о прекращении борьбы, ее имя было связано с жестокими терактами, преступлениями против мирных жителей.
        К сожалению, не всем ужасам суждено было исчезнуть вместе с мировыми войнами.

        У войны есть свойство отделять существенное от несущественного…

        Марта Левинсон — Ширли Маклейн

        Родилась в 1932 году в Ричмонде, штат Виргиния. Ее семья принадлежала к баптистской церкви. Отец был профессором психологии, мать — преподаватель актерского мастерства. Девочку назвали в честь популярной в 1930-х годах актрисы Ширли Темпл. Ее младший брат Уоррен также актер. В юности Ширли профессионально занималась танцами, участвуя в бродвейских мюзиклах.
        В 1954 году она дебютировала в бродвейском мюзикле «Пижамная игра» уже в качестве актрисы. В 1955 году состоялся ее кинодебют в фильме самого Альфреда Хичкока «Неприятности с Гарри», за который она получила премию «Золотой глобус».
        Играла в фильмах «Вокруг света за 80 дней» (1956), «И подбежали они» (Ширли номинировалась на «Оскар»), «Квартира» (получила «Золотой глобус»), «Детский час», «Нежная Ирма» и «Поворотный пункт». После двух последних картин она номинировалась на «Оскар», но получила его лишь в 1984 году за роль Авроры Гринуэй в фильме «Язык нежности».
        В число других популярных фильмов, в которых снималась Ширли, входят и «Одиннадцать друзей Оушена» (1960), «Моя гейша» (1962), «Милая Чарити» (1969), «Будучи там» (1979), «Мадам Сузацка» (1988), «Стальные магнолии» (1989), «Открытки с края бездны» (1990) и телефильмы «Старые клячи по-американски» (2001) и «Коко Шанель» (2008).
        Получила премии «BAFTA» («Спросите любую девушку» (1964) и «Квартира» (1960)) и «Серебряный медведь» Берлинского кинофестиваля («Спросите любую девушку» — 1964) и «Отчаянные герои» — 1971). Ей посвящена одна из звезд на Голливудской аллее славы.

        Ширли Маклейн — исполнительница роли Марты Левинсон

        Ширли была замужем за бизнесменом Стивом Паркером. Ее дочь Сачи также стала актрисой.
        Ширли — писатель, автор мемуаров и книг об эзотерике. Она дружит с певцом Синатрой, с которым они не раз играли вместе и с членами семьи Кеннеди. Свой день рождения она обычно отмечает вместе с Барбарой Стрейзанд, с которой родилась в один день, 24 апреля.
        В ответ на ехидное замечание леди Вайолет, что американке достаточно посмотреть на себя в зеркало, чтоб отказаться выйти замуж за английского лорда, она говорит: «Я смело смотрю в зеркало, потому что вижу там женщину, которая не страшится будущего. Мой мир рядом, а ваш мир ускользает все дальше и дальше».

        «Если я вынуждена идти куда-то в гости, где мне не хочется быть, я стараюсь как можно лучше сыграть роль человека, который чудесно проводит время». (Ширли Маклейн)

        Американская возлюбленная

        Еще одну историю любви между англичанином и американкой вы можете увидеть в фильме «Американские друзья». Действие картины происходит в эпоху королевы Виктории. Препятствием, которое встает на пути у влюбленных, является тот факт, что герой — профессор Оксфордского университета, и по закону он не должен жениться, иначе потеряет свой пост. Фильм основан на реальном дневнике профессора, перед которым встала подобная дилемма.

        Кадр из фильма «Американские друзья»

        Гарольд Левинсон — Пол Джаматти

        Родился в 1967 году в Нью-Йорке. Его отец был профессором Йельского университета, мать, ирландка по национальности,  — преподаватель английского языка. В жилах пола течет также итальянская кровь, доставшаяся ему от отца.
        Старший брат Пола — актер, а его сестра — дизайнер украшений.
        Пол учился в Йельском университете, играл в студенческом театре. Затем закончил Йельскую драматическую школу.
        Пол играл в фильмах «Части тела», «Шоу Трумана», «Спасти рядового Райана», «Переговорщик», «Человек на Луне», «Американское великолепие», «На обочине», «Нокдаун», «Джон Адамс», «Холодные души», «Дом большой мамочки», «Планета обезьян» и «Большой толстый лгун». Он также принимал участие в озвучивании мультфильма «Гроза муравьев».
        Дважды лауреат премии «Золотой глобус». Он номинировался на «Оскара» за роль за фильм «Части тела» по роману Говарда Стерна и в фильме «Нокдаун».
        За этот же фильм он получил премию Гильдии киноактеров США. В 2004 году он получил премию «Независимый дух». В 2008 году — премию «Эмми» в категории «Лучший актер в мини-сериале или телефильме» за главную роль в мини-сериале канала НВО «Джон Адамс». За этот же фильм он получил «Золотой глобус» и премию Гильдии киноактёров США. В 2008 году Пол был был номинирован в общей сложности на 45 наград и выиграл 26 из них.

        Пол Джаматти — исполнитель роли Гарольда Левинсона

        Пол женат, у него сын Самуэль Пол, который родился в 2001 году.
        Неудачливый американский бизнесмен, позор всей семьи, вытаскивать которого из скандала пришлось графу Грэнтэму, на поверку оказывается милым и застенчивым человеком, скучающим по искреннему общению и боящимся близких отношений. Ему удается подружиться с юной англичанкой и воспоминания об этой дружбе он увезет с собой за океан.

        Кадр из телесериала «Аббатство Даунтон»

        Английское печенье к английскому чаю

        Он также увозит «кусочек Англии» — юную Айви. Она будет готовить ему простую английскую еду, поклонником которой он неожиданно стал. Например, вот такое традиционное печенье к чаю, рецепт которого придуман еще в XVIII веке.

        1 чашка масла комнатной температуры
        1 чашка сахара
        2 яйца
        4 чашки муки
        1 чайная ложка семян тмина
        Полчашки черной смородины (можно использовать сушеные ягоды или ягоды из варенья, в последнем случае нужно уменьшить количество сахара).
        Ванильный сахар по вкусу
        Растереть масло с сахаром. Добавить желтки, ванильный сахар, слегка взбить, добавляя муку. Разделить тесто на 2 части, в одну добавить смородину в другую — тмин. Раскатать тесто так, чтобы корж был шириной 0,5 сантиметра. С помощью стакана вырезать кружки. Печь на смазанном маслом противне при температуре 180 °C 15 -20 минут, пока печенье не станет золотистым.

        «Пока есть чай — есть надежда». (Сэр Артур Уинг Пинеро)

        Изабель Кроули — Пенелопа Уилтон

        Пенелопа Уилтон родилась в 1946 году в Йоркшире. С материнской стороны в семье Пенелопы было много актеров, бабушка и дедушка владели собственным театром. Пенелопа и ее сестры, Розмари и Линда, учились в монастырской школе в Нью-Кастле. Позже Пенелопа посещала Драма Центр в Лондоне. До начала съемок в фильмах она делала успешную карьеру как драматическая актриса.
        Уилтон дебютировала на телевидении, сыграв юную Виви Уоррен в пьесе «Профессия миссис Уоррен» Бернарда Шоу. Играла в постановках пьес Шекспира, сделанных ВВС — Дездемону в «Отелло» и Регану в «Короле Лире».
        Уилтон исполнила одну из ролей в фильме «Женщина французского лейтенанта», снятом по роману Джона Фаулза. Российские любители Джейн Остин могли увидеть Пенелопу в роли миссис Гардинер в фильме «Гордость и предубеждение» 2005 года, а фанаты «Доктора Кто» знают ее по роли премьер-министра Харриет Джонс.
        Актриса дважды получала премию Сообщества театральных критиков Лондона: в 1981 году за роль в пьесе «Много шума из ничего», в 1993 году — за «Глубокое синее море». В 2004 году Пенелопа Уилтон была произведена в офицеры Ордена Британской империи за вклад в развитие театра.
        Миссис Кроули — медсестра, вдова врача и мать адвоката, принадлежит к совсем иному социальному классу, чем лорд Грэнтэм и его семья. Точнее, не к классу, а к узкой, но очень важной для благосостояния Британии прослойке, которую можно назвать «лицами свободных профессий» или «людьми интеллектуального труда».

        Пенелопа Уилтон — исполнительница роли Изабель Кроули

        Эта прослойка включала в себя врачей, юристов, архитекторов, инженеров, преподавателей, воспитателей, журналистов и всех людей, зарабатывающих на жизнь своими знаниями и интеллектом. В эту весьма достойную компанию можно было попасть как «снизу», то есть родившись в семье зажиточного промышленника, который мог и хотел оплатить сыну обучение в университете, так и «сверху» — родившись вторым или третьим в дворянской семье, из-за закона о майорате потеряв право на родовые земли и испытывая отвращения к службе в армии, но имея склонность к интеллектуальной деятельности.
        Именно так оказался на Бейкер-стрит мистер Шерлок Холмс, джентльмен — то есть дворянин без титула. У этих людей была своя профессиональная гордость, которую они противопоставляли сословной гордости землевладельцев, говоря, что добились всего, что имеют, своими руками и головой. Землевладельцы, в свою очередь, ехидно замечали, что они, конечно, принимают доктора или юриста в своем доме, если это потребуется, но не приглашают их к столу и не рассматривают как возможных женихов для своих дочерей.
        Поэтому в том, что Кроули вынуждены принимать Мэттью и Изабель как родню и, возможно, будущих владельцев замка, есть некий «пассаж», о чем не забывает напомнить леди Вайолет. Изабель же верна присущей среднему классу активности и социальной ответственности. Как она, так и семейство лорда Грэнтэма стремятся помочь беднякам, попавшим в затруднительное положение. Но если цель лорда Грэнтэма — вернуть несчастных, выпавших из своей социальной страты, обратно, то цель Изабель — предоставить им условия, в которых они могли бы изменить свою жизнь и, при желании, сделать карьеру. Так, лорд Грэнтэм вполне серьезно утверждает, что, не застегивая сам пуговицы на смокинге, он помогает своему камердинеру почувствовать себя нужным и заработать на жизнь. А того, что большинство камердинеров, застегивая пуговицы для своих господ, не имеют возможности создать семью — случай с Бейтсом и Анной оставался исключительным — он совершенно не замечает.

        «Если из Даунтона сделать госпиталь, он бы принес куда больше пользы». (Изабель Кроули)

        В то же время Изабель, не испытывая никакого пиетета к аббатству Даунтон, предлагает после Первой мировой войны оставить в доме госпиталь, замечая, что так Даунтон «принес бы гораздо больше пользы».
        Время и экономика расставили все на свои места. Большинство владельцев современных английских поместий вынуждены либо превращать дома в музеи, либо зарабатывать на их содержание каким-то другим способом. Поместья перестали быть источниками дохода и сами постоянно требуют вложений. Этот процесс начался уже после Первой мировой войны и, вероятно, в будущем, леди Мэри придется изрядно поломать голову, как сохранить Даунтон для сына Мэттью и внука Изабель.

        Грэнтэмы вынуждены принимать Изабель как родню…

        Ангелы милосердия и профессионализма

        До замужества Изабель работала медсестрой в госпитале, и это не вызывало у ее отца опасений, что девушка раньше времени узнает о некоторых не слишком приятных сторонах жизни или заразится неподобающими ей материализмом и цинизмом. Отец леди Сибил придерживался иного мнения, и она смогла стать медсестрой лишь на волне патриотизма, охватившего Британию в начале Первой мировой войны.
        Шестьюдесятью годами раньше на волне такого же бурного патриотизма, охватившего Британию во время войны с Россией, медсестрой стала еще одна юная аристократка — мисс Флоренс Найтингейл.
        Флоренс родилась в семействе, славившемся не только аристократическим происхождением, но и весьма либеральными взглядами на женское образование. Ее родители проводили много времени на вилле во Флоренции, где юная Флоренс, получившая свое имя в честь этого города, изучала историю искусств, математику, литературу, философию, живопись и музыку, а также вместо «дежурного» французского выучила целых пять иностранных языков.
        Посетив однажды больницу для бедных в Лондоне, Флоренс поняла, что врачи не в состоянии следить за соблюдением элементарных правил гигиены, а также прогрессивных методов защиты пациентов от инфекций. Это должно стать обязанностью сиделок, у которых в то время не было никакого специального образования. Работая во Франции в общине католических сестер имени Винсента де Поля, Флоренс попробовала внедрить новейшие рекомендации гигиенистов и добилась впечатляющих результатов — смертность в госпитале за полтора месяца снизилась в два раза. После этого ее пригласили в Лондон главной смотрительницей Лечебного заведения для обедневших дворянок, которому покровительствовала сама королева Виктория.

        Флоренс Найтингейл (1820 -1910)  — сестра милосердия и общественный деятель Великобритании

        В 1854 году, с началом Крымской войны, Флоренс отправилась на фронт, где занялась организацией лазаретов, отвечающих последнему слову медицинской науки. В результате менее чем за шесть месяцев смертность в лазаретах снизилась с 42 до 2,2 %.
        Вернувшись в Англию, Флоренс, ставшая к тому времени живой легендой, организовала сбор пожертвований, на которые основала школу сестер милосердия в госпитале Сент-Томас в Лондоне в 1860 году. В этой школе, возможно, училась Изабель.
        Флоренс Найтингейл умерла в 1910 году в возрасте 90 лет. Ее деятельность перевернула представления современников об уходе за больными и о роли женщин в нем. Отныне от них ждали не только милосердия и сострадания, но и профессионализма.

        Каждые два года Международный комитет Красного Креста вручает 50 медалей имени Флоренс Найтингейл — наивысшую награду для медицинских сестер

        Мэттью Реджинальд Кроули — Дэн Стивенс

        Дэн Стивенс родился 10 октября 1982 года в городе Кройдоне, Великобритания. Заинтересовался театром, играя «Макбета» в школьных спектаклях. Затем учился в Кембридже, посвящая много времени театру. Начал сниматься в кино с 2004 года. Играл в фильмах «Франкенштейн» 2004 года, «Дракула» 2006-го, «Немезида Агаты Кристи», «Чувства и чувствительность» по роману Джейн Остин, триллере «Пятая власть», фантастическом боевике «Люди будущего», в американском сериале «Однажды в сказке» и др.
        Стивенс женат на джазовой певице, а ныне учителе пения Сьюзи Хэрриет. У них дочь и сын.
        Мэттью Кроули, каким он показан в сериале, почти идеален: молодой подающий надежды адвокат, не гнушающийся мелких и негромких дел, храбрый командир, берегущий жизни своих солдат, пылкий влюбленный, поставленный перед мучительным выбором и старающийся поступить правильно. К сожалению, по воле сценаристов он погибает совсем молодым, и мы так и не узнаем, что случилось бы дальше: убедил бы его граф Грэнтэм, что, давая камердинеру застегнуть запонки, он исполняет свой долг перед обществом и получает право наслаждаться роскошью Даунтона, или он вернулся бы к более активной филантропии, которую исповедовали его мать и, вероятно, отец.

        Дэн Стивенс — исполнитель роли Мэттью Кроули

        Как говорили о любви в 1918 году

        Леди Мэри и Мэттью поют на вечере для раненых солдат песню «If You Were the Only Girl (In the World)». Эта песня становится для них признанием в любви. Ее написал в 1916 году композитор, пианист, певец и актер Нет Айлер.
        Свой первый хит «Ох, ты красивая куколка» Нет создал в 1911 году. Написал несколько песен и сценариев для Бродвейских мюзиклов, среди них «Теряя невинность», «Молодожены и их ребенок», «Обаятельная вдова» и др. Писал композиции в ритме регтайм, являющемся одним из предшественников джаза. Регтайм стал популярным в Нью-Йорке в 1896 году, а вскоре после этого покорил Европу.
        В 1916 году Нет создал мюзикл «The Bing Boys Are Here», в котором и прозвучала песня «If You Were the Only Girl (In the World)», прославившая его. Легкая ритмичная музыка и текст, рассказывающий о любви, быстро нашли дорогу к сердцам молодежи.

        «Мы ничего не должны принимать как само собой разумеющееся». (Мэри Кроули)

        Дворецкий Джозеф Мосли — Кевин Дойл

        Кевин Дойл родился в 1960 году. Известен в основном как театральный актер. В частности, играл Владимира Тальберга в постановке «Белой гвардии» в Национальном театре, а также в шекспировских пьесах, поставленных Royal Shakespeare Company. Сыграл в одной из экранизаций «Сна в летнюю ночь», в фильме «Либертины», посвященном английской аристократии XVII века, и в антифашистском фильме «Good» Играл в сериалах «Убийства в Мидсоммере», «Последний детектив», «Инспектор Джордж Джентли», «Тюдоры», и т. д.
        Мосли является зримым доказательством тезиса лорда Грэнтэма, что аристократы существуют для того, чтобы слуги не оставались без работы. Потеряв свою должность камердинера у Мэттью Кроули, Мосли не может устроиться в жизни и счастлив вернуться в Даунтон, хотя бы и с понижением — на должность лакея. Однако при этом не стоит забывать, что таким сделала Мосли именно его служба. Его отец самостоятельно ведет хозяйство и даже имеет свое хобби, в котором весьма успешен.

        Кевин Дойл — исполнитель роли дворецкого Джозефа Мосли

        Англия в цвету

        Мистер Мосли-старший выращивает прекрасные розы и соперничает с садовником леди Вайолет на конкурсе, который проходит под патронажем леди Вайолет. Энергичное вмешательство Изабель приводит к тому, что награда достается достойному.
        Розы в Британии приобрели особое значение задолго до того, как их избрали своими эмблемами враждующие семьи Ланкастеров и Йорков. Розы и любые другие цветы. Благодаря влиянию Гольфстрима климат в Англии был мягче, чем обычно в этих широтах, и с ранней весны вплоть до глубокой осени Англия превращалась в цветущий сад. Каждый фермер, пусть самый бедный, обладавший самым маленьким домом, все же старался высадить перед ним хотя бы несколько высоких кустов или деревьев, которые защищали бы дом от зноя, и цветков наперстянки или штокрозы. Украшением также служили грядки с пряными травами и капустой. Англичане умели ценить прелесть съедобных растений. Сама Джейн Остин оставила в письмах свидетельства о том, как, прогуливаясь, любовалась первыми абрикосами в своем саду. В садах часто стояли ульи. В садах британцев было уютно персикам, крыжовнику, смородине и клубнике, а также заморским гостям — картофелю и помидорам. Среди плодовых деревьев можно было увидеть яблони, груши, вишни, черешни, иногда даже шелковицу.

        Кадр из телесериала «Аббатство Даунтон»

        В начале XX века, с появлением железных дорог, крестьяне получили возможность отправлять цветы и фрукты на продажу в крупные города, прежде всего, в Лондон. Вечером, перед началом спектакля, можно было купить букет первых нарциссов или фиалок, которыми торговала очаровательно вульгарная Элиза Дулитл — героиня пьесы Бернарда Шоу «Пигмалион» и мюзикла «Моя прекрасная леди».
        Летом приходило время клубники, затем черешни и вишни. В приходских школах практически прекращались занятия, потому что родители брали детей на уборку урожая. За сезон можно было собрать от 2 до 3 тонн ягод. Тонна вишни стоила примерно 90 фунтов, что равнялось жалованию сельскохозяйственного рабочего за два года. Девушки весело распевали, сидя на верхушках деревьев, а их родители подсчитывали барыши.
        Конкурсы вроде того, в котором участвует мистер Мосли-старший, обычно проходили осенью, после уборки урожая, на местных ярмарках. Соревновались не только цветоводы, можно было получить премию за самую тяжелую тыкву или самую большую картофелину.
        На другом конце социальной лестницы землевладельцы обычно нанимали садовников, но следили за своими садами не менее ревностно. Они украшали парки беседками в виде греческих храмов, мостиками-руинами, гротами и колоннами. Очень популярны были бельведеры — беседки, часто приподнятые над землей, из которых открывался красивый вид. Когда гости после долгой прогулки добирались до бельведера, их там ждал приятный сюрприз: слуги, сервирующие на столе чай или вино и легкие закуски. Встретившееся в названии поместья слово «парк» говорило о том, что ему принадлежат охотничьи угодья, где оленей и кабанов охраняли егери. Разумеется, такие угодья не запрещалось заводить и позже, когда поместье уже получило свое название.
        В сериале мы видим, как хозяева аббатства Даунтон приглашают своих гостей на охоту.
        Обед, приготовленный из мяса дичи, уместно было завершить десертом из свежих фруктов, которые были доступны круглый год благодаря теплицам. Там выращивали виноград, который подавали к столу в середине лета, чтобы удивить гостей, а также нежные дыни и ананасы.

        «Сад расцветает в тени садовника». (Английская пословица)

        Сады аристократии предназначались для романтических прогулок. Там, например, очень любили делать и принимать предложения руки и сердца герои Джейн Остин. Но что оставалось городским буржуа, если им приходила охота «излиться в нежном признании»? К их услугам были городские сады. Они радовали не только влюбленных, но и детей. В Кенсингтонском саду в Лондоне встречаются Питер Пэн и Венди, вокруг Змеиного озера в Гайд-парке гуляет с детьми Мэри Поппинс.
        Садоводам в городах приходилось тяжело, так как в их распоряжении была некачественная вода и плохая почва. Им рекомендовали насыпать новый слой почвы, который должен был закрыть слой мусора. Книги по садоводству публиковали списки цветов и деревьев, способных выносить городской смог.
        Знамениты были сады принца-регента, разбитые вокруг его резиденции в Брайтоне в начале XIX века с королевским павильоном в восточном стиле. Не менее соблазнительной целью для загородных поездок был Хэмптон-корт — дворец, построенный в начале XVI века, с роскошным садом, частью которого являлся знаменитый Лабиринт. Благодаря королеве Виктории его могли посещать все, кому заблагорассудится. Еще немногочисленные, а потому весьма удобные автомобили превращали поездки туда в увеселительные прогулки.
        Так Англия цвела, несмотря на все невзгоды и испытания. И возясь в своих маленьких садиках у дома, и гуляя в роскошных королевских садах, англичане находили все новые поводы для оптимизма.

        Хэмптон Корт — бывшая загородная резиденция английских королей, расположенная на берегу Темзы в лондонском предместье Ричмонд-на-Темзе

        Мей Берд, кухарка — Кристина Лохр

        Кристина Лохр играла в сериалах «Улица коронации», «Преступление месяца» и «Лондон горит», фильмах «Ричард III» (сыграла королеву Маргарет), «Кентервильское привидение» 2002 года.
        Когда миссис Берд приходит на помощь прислуге Даунтона, заменяя миссис Патмор, которая едет в Лондон на операцию, она угощает семью Кроули изысканной европейской кухней, которая была обычно в домах аристократов. Но когда после отъезда миссис Кроули из Кроули-хауза она остается в доме вместе с дворецким и открывает благотворительную столовую для бездомных и неимущих, она, разумеется, готовит более дешевые блюда, относящиеся к традиционной английской кухне. Вероятно, она научилась варить их в родном доме у своих родителей.

        Кристина Лохр — исполнительница роли кухарки Мей Берд

        Миссис Битон — образцовая английская хозяйка

        В 1861 году Изабелла Мэри Битон, жена журналиста и издателя Сэмуэля Битона, выпустила в издательстве мужа свою книгу «Mrs Beeton’s Book of Household Management». На этот поступок ее толкнула отнюдь не любовь к кулинарии. Изабелла родилась в большой семье, и готовка для нее была не хобби, а тяжелой повседневной работой. Но журнал, который издавал ее муж, плохо раскупался, типография постоянно требовала денег, и Изабелла решила помочь мужу, чем могла. Она начала печатать в журналах мужа статьи по кулинарии и домоводству, а позже издала целую энциклопедию, в которой она не только приводила рецепты блюд, но и излагала «основы домоводства и домашней экономии».
        Полное название книги сообщало, что книга содержит сведения о ведении домашнего хозяйства и управлении домом, полезную информацию для хозяек, экономок, поваров, кухарок, дворецких, лакеев, камердинеров, старших и младших горничных, камеристок, служанок, прачек, нянь и их помощниц, сиделок и других, а также начальные сведения о санитарии, медицине, праве и т. д. Полное издание книги содержало 1112 страниц.
        Книга моментально стала бестселлером в Англии и вызвала множество подражаний. В самом деле, как готовить какие-нибудь персики в желе шартрез или десерт Мельбо из ванильного мороженого, белых персиков и малины, который подавался в стеклянной фигурке лебедя, кухарка могла узнать только из подобной книги, так как кулинарных школ, в которые принимали бы женщин, в ту эпоху еще не было. Но для прислуги, или как в случае миссис Берд, кухарки готовили те простые и сытные народные блюда, которым научились у своих матерей, а те — у своих.

        Изабелла Мэри Битон (1836 -1865)  — британская домохозяйка, кулинарка и писательница, автор ставшей знаменитой книги по кулинарии и домоводству «Mrs Beeton's Book of Household Management», впервые опубликованной в 1861 году. Считается первым кулинарным писателем

        Например, вот такой наваристый и вкусный суп, который англичане позаимствовали у шотландцев.

        Вам потребуется:
        600 г баранины на кости
        1 луковица
        2-3 моркови
        3 небольших репы
        Лук-порей, сельдерей, петрушка
        Стакан перловой крупы

        Способ приготовления:
        Почистить и нарезать мелкими кусочками лук, промыть баранину, поместить в кастрюлю, залив холодной водой, варить на слабом огне час, снимая пену. Мясо отделить от костей и, мелко нарезав, отложить в сторону. Слить бульон, процедить его и вернуть в кастрюлю. Добавить нарезанные овощи (морковь, сельдерей, лук, репу) и перловую крупу, которую нужно было предварительно замочить на 10 часов. Варить 40 минут. Вернуть в суп мясо, посолить и поперчить, и, доведя до кипения, добавить петрушку и подавать к столу.

        Обложка книги «Mrs Beeton's Book of Household Management»

        Этель Паркс, горничная — Эмми Наттел

        Родилась в Манчестере 7 июня 1982 года. Изучала искусство в школе исполнительских искусств в Тринг-парк.
        Дебютировала, сыграв роль Кристины в мюзикле «Призрак оперы» поставленном в 1999 году в Рояль Альберт Холл.
        В кино впервые сыграла в фильме «Записки из Нью-Йорка». В 2005 выпустила свой первый музыкальный альбом.
        В 2005 -2009 годах играла в сериале «Отель „Вавилон“» и в сериале 2014 года «Мушкетеры».
        Судьба Этель чем-то похожа на судьбу Эдит. Обе они рожают ребенка вне брака и вынуждены отдать его в другую семью, чтобы сохранить свою тайну. У них одни проблемы, потому что они — женщины: для мужчины внебрачный ребенок был бы всего лишь небольшой неприятностью и небольшими расходами. Мужчина не жертвовал в этой ситуации своей репутацией, и даже узнай общество этот «грязный секрет», ему никто не перестал бы подавать руку и принимать в свете. Не случайно персонажи сериала, разговаривая о судьбе Этель, вспоминают историю Эстер Прин — героини романа Наттаниэля Готторна «Алая буква». Действие романа происходит во времена первых поселенцев в Америке. Родив ребенка вне брака Эстер становится изгоем в своей колонии и должна носить на груди алую буку «А» (Буква «А» — первая буква слова Adulteress — прелюбодейка), как знак своего греха. В то же время ее любовник и отец ребенку — местный священник, взявший с Эстер клятву, что она сохранит его имя в тайне продолжит пользоваться всеобщим уважением и даже прилюдно стыдит Эстер за грех прелюбодеяния.

        Эмми Наттел — исполнительница роли горничной Этель Паркс

        Однако от положения и состояния женщины все же многое зависело, и это ясно показывает сериал. Леди Эдит рожает за границей в частной клинике и отдает ребенка на усыновление в другую семью. Поселив ребенка рядом с Даунтоном, она может навещать его. Где рожает Этель и кто ей помогает, мы не знаем, и это, по большому счету, никому не интересно. С внебрачным ребенком она теряет не только «положение в обществе», но и средства к существованию. Ее уже не возьмут на работу в приличный дом, и она вынуждена заняться проституцией, чтобы прокормить себя и сына. Желая обеспечить для ребенка более сносное существование, она становится заложницей его деда, который оскорбляет ее, хочет разлучить с сыном навсегда, и лишь мольбы жены и заступничество авторов сценария спасают Этель от вечной разлуки с сыном. Но слова, которые произносит миссис Хьюс «Она выбрала путь в никуда, и назад ей не вернуться», относятся ко многим другим женщинам, которые, как и Этель, мечтали получить от жизни что-то, кроме работы с утра до вечера и редких походов на ярмарку.

        «Она выбрала путь в никуда, и назад ей не вернуться». (миссис Хьюс об Этель Паркс)

        Мир грез и правда

        Первый в Британии кинотеатр был построен в 1907 году, через 30 лет после того, как первые фильмы были показаны в Париже.
        Французский кинематограф XIX века представлял собой своеобразное слайд-шоу (около ста кадров на один фильм), которые показывали последовательно и при этом диктор объяснял зрителям, что происходит на экране.
        Великий Томас Эдисон создал кинетоскоп — своеобразный кинотеатр для одного человека, в котором зритель мог наслаждаться уже движущимися на экране фигурами. Демократичные братья Люмьер в 1895 позволили любоваться прибытием поезда и наслаждаться другими чудесами движущихся кадров всей публике в ресторане «Гран-Кафе».
        К 1914 году в Англии насчитывалось более трех тысяч кинотеатров. Популярны были хроники с изображением королевской семьи, премьер-министра и простых британцев, занятых повседневными делами. По всей Британии разъезжали маленькие съемочные группы, которые запечатлевали жизнь эдвардианцев. Пленку в камере проворачивали вручную, темп съемки у каждого оператора был индивидуальным, и когда позже фильм воспроизводили в кинотеатре, порой получались неумышленные спецэффекты: движения персонажей становились то замедленными, то гротескно быстрыми.
        В сериале «Аббатство Даунтон» в кино часто ходят слуги, они же обсуждают любимые фильмы и первых кинозвезд. Бедняжке Этель нравится Мейбл Норманд — бывшая дочка портового работника, сделавшая головокружительную карьеру.

        Братья Люмьер, родоначальники кино: Луи Жан — младший брат (изобретатель), Огюст Луи Мари Николя — старший брат (организатор)

        Мейбл родилась на Стейтен-Айленде (ныне — часть Нью-Йорка) в 1892 году. Начала зарабатывать, позируя для графика Чарльза Дана Гибсона. В 1910 году она снялась в одном из немых фильмов на студии «Biograph Company». Затем она прогремела в комедийных фильмах «Keystone Studios», открытой в 1912 году, играя с самим Чарли Чаплином. Зрители валом валили на ее фильмы «Необыкновенно затруднительное положение Мэйбл», «Настигнутый в кабаре», «Деловой день Мэйбл» и «Состоявшееся знакомство». Позже она основала свою собственную киностудию в калифорнийском городе Калвер-сити. В 1922 году ее карьере положил конец скандал в связи с убийством актера Дезмонда Тейлора: она ушла из его дома за четыре минуты до его смерти, и хотя полиция не подозревала ее, газетчики, в поиске сенсационных новостей, буквально не давали актрисе прохода. Но она продолжала сниматься в кино, и покинула работу только в 1926 году, когда заболела туберкулезом. Она умерла в туберкулезном санатории в 1930 году. Однако, ничего не зная о грядущей печальной участи своего кумира, Этель считает ее примером для всех бедных девушек, мечтающих о лучшей
жизни.
        Лакей Альфред приглашает посудомойку Айви на фильм, где играет Аилиан Гиш — актриса немецкого происхождения, сестра другой звезды немого кино, Дороти Гиш. Аилиан и Дороти родились в штате Огайо. В пять лет Аилиан дебютировала на сцене. Покровительницей сестер в кинематографе стала Мери Пикфорд, которая помогла им подписать контракт с «Biograph Company». Сестры впервые появились на экране в фильме «Невидимый враг» в 1912 году. Самыми знаменитыми фильмами Аилиан были «Любительница румян», «Мушкетеры аллеи Пиг», «Барышня и мышка», «Рождение нации», «Нетерпимость», «Сломанные побеги», «Путь на восток», «Ночь охотника», «Непрошенная», «Комедианты» и т. д..
        Айви признается Альфреду, что предпочитает свою тезку, английскую актрису Айви Клоуз, начавшую свою карьеру в возрасте 33 лет в 1923 году в фильме «Колесо» — мелодраме из жизни железнодорожников.

        Один из первых кинотеатров Англии

        В другой раз Айви вместе с Джонни идут на фильм «Шейх», в котором играет знаменитый американский актер Рудольфо Валентино. Выходец из Италии, Валентино попал в Нью-Йорк в 1913 году. Там он работал официантом и садовником, а затем профессиональным партнёром по танцам — жиголо; специализировался на аргентинском танго. Сыграв несколько эпизодических ролей в кино, Валентино прославился скоротечным браком с актрисой Джин Экер, которая после свадьбы внезапно передумала и отказалась впускать Валентино в свою спальню настолько категорично, что через шесть часов супруги расстались и вскоре развелись. Скандал, разыгравшийся вокруг этого брака, привлек к Валентино внимание режиссеров, и в 1921 году он получил главные роли в двух фильмах, которые сделали его знаменитым: «Четыре всадника Апокалипсиса» Рекса Ингрэма и «Шейх» Джорджа Мелфорда. Этот фильм рассказывает об арабском шейхе, который похищает красавицу-англичанку по имени Диана — ее играет Агнесс Эйрс. Впрочем, Айви вовсе не в восторге от пылкого шейха и советует Диане обхитрить его и сбежать от него подальше. Видимо, ее мнение разделяли совсем
немногие зрительницы, потому что у Валентино мгновенно оказалось множество поклонниц. Он вел классическую «голливудскую» жизнь, стремительно менял любовниц, попал под суд по обвинению в двоеженстве, велел задрапировать стены и окна своего дома черной материей, так как у него развилась боязнь солнечных лучей: короче, ни в чем себе не отказывал. Он умер в 1926 году и был похоронен в серебряном гробу. Несколько его поклонниц покончили с собой, не в силах пережить смерти кумира. Так актер стал одним из первых секс-символов самого массового из искусств.

        Рудольфо Валентино и Агнесс Эйрс в фильме «Шейх»

        Майор Кларксон, военный врач — Дэвид Робб

        Дэвид Робб родился в 1947 году в Лондоне и вырос в Шотландии, учился в Высшей Королевской школе в Эдинбурге. В Англии известен благодаря своему участию в фильме «Я, Клавдий» по роману Роберта Грейвза, в котором он исполнил роль римского полководца Германика, отца будущего императора Калигулы. Также участвовал во многих радиопостановках ВВС, озвучивал популярную видеоигру по сюжету «Звездных войн», играл в театре. Снимался в фильме «Молодая Виктория», посвященном юности королевы Виктории; сыграл доктора Ливси в фильме «Остров сокровищ» (Коламбия ТриСтар, 1999), Робина Гуда в фильме «Айвенго» (Коламбия Пикчерз, 1982). Был женат на актрисе Бриони Макробертс, вместе с которой участвовал в кампании по сбору денег на лечение лейкемии.
        Доктор Ричард Кларксон — типичный провинциальный английский врач, напоминающий российских уездных врачей, описанных Чеховым. Он руководит больницей для фермеров, открытой на деньги Кроули, и ходит по вызовам в знатные семейства округи.
        Как врач он довольно консервативен, в чем его упрекает неугомонная миссис Кроули, но он умеет признавать свои ошибки и является прекрасным организатором. Это его качество особенно ярко проявляется во время войны, когда он заведует госпиталем.

        Дэвид Робб — исполнитель роли майора Кларксона

        Доктор Кларксон старается по мере возможности облегчить не только физическое, но и психологическое состояние своих пациентов. По крайней мере, настолько, несколько ему хватает воображения. Так, он дает неутешительный прогноз Мэтью, объясняя, что тот скорее всего никогда не сможет ходить, чтобы не дразнить его надеждой, которая может оказаться несбыточной. К счастью, его диагноз оказывается ошибочным, и доктор сам рад это признать. В другой раз он попадает в этически еще более сложную ситуацию, когда леди Вайолет просит его рассказать леди Коре, что кесарево сечение не могло спасти жизнь ее дочери Сибил. На самом деле, смерть роженицы от эклампсии в начале XX века уже считалась форс-мажором, и именно благодаря разработанной технике кесарева сечения, которое позволяло спасти жизнь и ребенка, и матери. И, окажись Сибил вовремя в больнице, она, вероятнее всего, выжила бы. Однако доктор Кларксон хорошо понимает, насколько бессмысленны и вредны для семьи споры и размышления о том, как следовало бы поступить. И для того чтобы сберечь мир в семействе Кроули, он произносит ложь, настоящую «ложь во
спасение», как это и подобает семейному врачу.

        Доктор Ричард Кларксон — типичный провинциальный английский врач

        Тихая революция

        Начало XX века ознаменовалось множеством революций и войн, в которых уничтожались старые порядки и торжествовали новые идеи: научная революция, техническая революция, подарившая миру силу пара и электричества. Мировая война, социальные революции в Германии и России… На этом фоне революция, произошедшая в медицине, осталась незамеченной. Между тем, именно в начале XX века медицина из смеси искусства и шарлатанства превратилась в науку. В первой половине XX века были сделаны величайшие открытия, которые дали медицине могучее оружие в борьбе с болезнями. Это наркоз, асептика с антисептикой и антибактериальные препараты.
        В XIX веке английские физики и химики начали изучать влияние закиси азота на человеческий организм. Впервые закись азота была получена Джозефом Пристли в 1774 году, а в 1800 году ее свойства изучил Гэмфри Деви и назвал ее «веселящим газом». Закись азота вызывала легкую спутанность сознания и нарушение восприятия боли, что делало ее, в частности, перспективной для обезболивания родов и маленьких хирургических операций. К сожалению, первый опыт по обезболиванию удаления зуба прошел неудачно: закись азота не облегчила страдания больного, а вместо этого попала в аудиторию и вызвала приступы неудержимого смеха у присутствующих. Проводивший эксперимент Гораций Уэллс, не вынеся позора, покончил жизнь самоубийством. Но через несколько дней после его смерти медицинское общество в Париже признало за ним честь открытия анестезирующего вещества.

        Гораций Уэллс — зубной врач, первым применил закись азота в качестве обезболивающего средства

        Альтернативой закиси азота стал эфирный наркоз, который предложили, и также для удаления зубов, американский химик Чарльз Томас Джексон и зубной врач Уильям Томас Грин Мортон в 1846 году. Обеспечивая более глубокую потерю сознания, он позволял производить более длительные и сложные операции, что дало стимул к развитию хирургии.
        Хирургу больше не было необходимости проводить операции «на время», соревнуясь с болевым шоком за жизнь пациента. Он мог обеспечить пациенту надежное обезболивание и не торопясь решать хирургические проблемы. Эффективным было сочетание общего наркоза и местного обезболивания. Именно так проводит пункцию перикарда молодому фермеру доктор Кларксон, воодушевляемый неутомимой миссис Кроули, которая видела, как подобные операции делал в городе ее муж.
        В России первые операции под эфирным наркозом провел Н.И. Пирогов в Обуховской больнице в Петербурге. Пирогов же считается основоположником современной военной медицины — области, весьма актуальной в Европе в конце XIX — начале XX века. Он ввел сортировку раненых, поступающих с поля боя, которая помогала эффективно распределять силы и оказывать помощь пострадавшим лишь в том объеме, который помог бы им добраться до госпиталя, где начиналось систематическое лечение. Благодаря трудам Пирогова военная хирургия стала наукой.
        Очень важной частью хирургии, как военной, так и мирной, было умение перевязывать больных, не допуская в рану инфекции из внешней среды. Впервые важность асептики, или недопущения возбудителей инфекций в рану, и антисептики, то есть уничтожения микробов, начали понимать также в конце XIX — начале XX века. В 1885 году немецкий хирург Эрнст фон Бергман вместе со своим учеником Шиммельбушем впервые применили обработку хирургического инструментария с помощью специально созданной паровой машины. В 1890 года они доложили об этом методе асептики на X Международном конгрессе врачей в Берлине.

        Николай Иванович Пирогов (1810 -1881)  — русский хирург и анатом, естествоиспытатель и педагог, создатель первого атласа топографической анатомии, основоположник русской военно-полевой хирургии, основатель русской школы анестезии

        Венгерский акушер Игнац Земмельвейс в 1847 году предложил обрабатывать руки врачей, помогающих роженицам, раствором хлорной извести, что мгновенно почти в 20 раз снизило смертность от родильной горячки, не щадившей прежде ни крестьянок, ни аристократок. Когда в 1863 году Луи Пастер доказал, что причиной гнилостных инфекций являются невидимые невооруженным глазом возбудители — микробы, врачи поняли, как следует бороться с раневыми инфекциями. Английский хирург Джозеф Листер предложил для борьбы с этими возбудителями карболовую кислоту, и с тех пор запах карболки надолго поселился в стенах больниц, даря надежду и пациентам, и врачам.
        Таким образом, хирурги научились не допускать инфекции в рану. Однако не менее важным было научиться бороться с инфекцией, которая все же оказывалась в ранах или в организме человека. Но это случилось позже, в 1928 году, когда Александр Флеминг открыл пенициллин. Его открытие в 1943 году повторила русский бактериолог Зинаида Ермольева. А в конце XIX века идея уничтожать микробы продуктами жизнедеятельности других микробов казалась еще слишком невероятной. Хотя Р. Эммерих и О. Аоу описали антибиотическое соединение, которое они назвали пиоцианазой, еще в 1899 году.
        В начале XX века медицина стала по-настоящему доказательной. Когда доктор Кларксон говорит о том, что у Сибил развивается эклампсия, он делает этот вывод не только на основе ее жалоб и данных осмотра, но и измеряет ей давление, а также исследует ее мочу и находит в ней белок, то есть опирается не только на субъективные, но и на объективные признаки.
        Таким образом, на глазах и при деятельном участии доктора Кларксона и миссис Кроули рождалась новая медицина, способная справиться с новыми испытаниями, которые приготовило для нее неугомонное человечество.

        Изабель Кроули и доктор Ричард Кларксон

        Альфред Нагент, второй лакей — Мэтт Милн

        Мэтью Нейл Милн родился в 1990 году в семье садовника из Херефордшира. Сыграл всего в трех фильмах и успел запомниться зрителям по роли молодого фермера Эндрю Итона в фильме «Боевой конь» режиссера Стивена Спилберга по роману Майкла Морпуго. Снимался в фильме «Гнев титанов».
        В сериале «Аббатство Даунтон» сыграл роль юного и простодушного племянника Сары О’Брайан, совсем не похожего по характеру на тетку-интриганку.
        Альфред очень боится, что дурная слава тетки испортит и его репутацию, но ему покровительствует мистер Карсон, а позже и миссис Патмор. Альфред мечтает стать поваром и в конце четвертого сезона с помощью миссис Патмор и влюбленной в него Дэйзи проходит испытание в отеле «The Ritz» и уезжает в Лондон, чтобы учиться поварскому искусству.

        Мэтт Милн в роли второго лакея Альфреда Нагента

        Отель «The Ritz»

        Ресторанный бум в Англии начался еще в эпоху короля Эдуарда, который, в отличие от матери, королевы Виктории, предпочитавшей домашнюю кухню, любил обедать с шиком, на людях, в компании приятелей и любовницы. Вслед за Эдуардом в рестораны устремился весь высший свет Лондона.
        Кроули, будучи сельскими дворянами, старомодны. Леди Эдит вспоминает, что в детстве и юности бывала в ресторанах только во время путешествий и радуется открывшейся ей возможности обедать в ресторане с любимым и целоваться у всех на глазах.
        В эпоху ресторанного бума в соревнование за внимание публики радостно включились гостиницы. Так, ресторан отеля «The Ritz» с гордостью утверждал, что члены британской королевской семьи чаще проводят официальные приемы в его залах, чем в Букингемском дворце.
        «The Ritz», сыгравший такую большую роль в судьбе Альфреда, открылся 24 мая 1906 года. Его владелец, швейцарец Цезарь Ритц, прозванный «отельер королей и король отельеров», в это время уже владел гостиницами и ресторанами в Баден-Бадене, в Каннах и в Париже, а также помогал обустройству отелей по всей Европе: «Савой» и «Карлтон» в Лондоне, «Гранд-Отель» в Риме и Палермо, «Кайзерхоф» и «Августа-Виктория» в Висбадене.
        Работу над лондонским «The Ritz» он поручил архитектору Чарльзу Дэвису, которому уже заказывал строительство отеля «Ritz» в Париже, а также шведскому инженеру Свену Силандеру. «The Ritz» стал первым зданием в Лондоне, построенным по новейшей технологии — из железобетона,  — который давал возможность создавать большие объемы и высокие перекрытия, а главное, большие окна. Отделка отеля соответствовала амбициям его владельца. Он строил здание, в котором королевская семья и пэры Англии смогут почувствовать себя как дома. Большую роль в этом играла изысканная кухня.

        Цезарь Ритц (1850 -1918)  — легенда гостиничного бизнеса, швейцарец по происхождению. Основал фешенебельные отели «Ритц» в Париже и в Лондоне. Его прозвищем было «король отельеров и отельер королей»

        В сериале «Аббатство Даунтон» шеф-повар отеля «The Ritz» предлагает испытуемым приготовить традиционный парижский суп из картофеля и лука-порея, который облагородили знаменитые французские повара месье Гуф и месье Эскафье. Последний штрих внес в 1917 году шеф-повар одного из отелей «Ritz» месье Диа, который решил подать суп холодным. Если вы захотите узнать, что в результате у него получилось, то вот рецепт.

        Для приготовления вам понадобится:
        2 стебля лука-порея
        1 репчатый лук
        2 средних картофелины
        300 мл овощного бульона или кипяченой воды
        200 мл сливок
        10 г сливочного масла
        10 мл оливкового масла
        5 веточек петрушки
        соль, перец по вкусу
        гренки из белого хлеба для подачи.
        У лука-порея отрезать темно-зеленую часть стебля. Белую часть стебля вымыть и тонко нарезать колечками. Мелко нарезать репчатый лук и картофель. Потушить лук на смеси сливочного и оливкового масла до мягкости, добавить картофель и тушить еще пару минут. Залить горячим бульоном, посолить и варить на небольшом огне до готовности картофеля. Добавить сливки и готовить еще 5 минут. Когда суп будет готов, протереть овощи сквозь сито до состояния пюре и охладить. Подавать с мелко нарезанной петрушкой и сухариками.

        Отель «Ритц» в Лондоне был открыт 24 мая 1906 года

        Айви Стюарт, помощница кухарки — Сара Теобольд

        Сара Теобольд родилась в Йоркшире, в курортном городе Харрогите. Снималась в фильмах «Ibiza Undead» (2014), в сериалах «Аббатство Даунтон» (2010) и «Extra» (1994).
        «Сколько я себя помню, я всегда мечтала быть актрисой,  — вспоминает Сара.  — Я присоединилась к детскому театру, когда мне было восемь лет, и занималась до тех пор, пока не смогла отправиться в Лондон, чтобы поступить в школу драмы. Единственная вещь, которую я хочу делать до конца моей жизни — играть. Мне необыкновенно повезло, что мой дебют был связан с „Аббатством Даунтон“ которое так популярно во всем мире».
        Сара попала на кастинг в «Аббатство Даунтон», когда училась на последнем курсе школы музыки и драмы в Лондоне. «Я никогда не забуду свой первый день на съемках,  — рассказывает Сара.  — У меня тогда не было опыта работы в кино. Не было времени думать, я просто играла, как умела и надеялась, что все получилось».
        Айви, сменившая Дэйзи в третьем сезоне сериала на посту посудомойки, то есть в самом низу социальной лестницы прислуги, теперь обязана в 4 часа утра разводить огонь. «Это маленькое сообщество слуг со своей иерархией,  — рассказывает Сара Теобольд,  — и Айви находит свое место в нем. Она взрослеет все быстрее. Было очень интересно для меня как для актрисы, играть так, чтобы зрители могли увидеть, что из Айви получится в будущем. Айви становится тем человеком, которым она хочет быть. Часть этого прогресса составляют ошибки, такие, что в один прекрасный день ты оглянешься назад и подумаешь: „Господи, зачем я это сделала?“, но ты уже это сделала, и это уже в прошлом».

        Сара Теобольд в роли помощницы кухарки Айви Стюарт

        Так же, как и Дэйзи, Айви происходит из бедной семьи, но ее кругозор шире, она с самого начала нацелена на карьеру и не боится перемен. Вероятно, это не столько ее личная заслуга, сколько заслуга ее времени, воспитывавшем в женщинах самостоятельность и амбициозность. Айви часто ходит в кино, где видит женщин, которые не робеют перед мужчинами, а упорно добиваются своего. И этим своим зачастую оказывается не только удачный брак, но и удачная карьера. Поэтому Айви, хоть и романтична, но не спешит с замужеством и стремится попробовать что-то новое: она добивается, чтобы ее пригласили работать кухаркой в богатую американскую семью — предложение, от которого отказывается Дэйзи.

        Кадр из телесериала «Аббатство Даунтон»

        Фокстрот

        Будучи девушкой современной, Айви любит модный танец — фокстрот, выросший в 1912 году из танцев тустеп («два шага») и уанстеп («один шаг»), которому училась Роуз. Тустеп был популярен в Америке в 1900-х годах, уанстеп, упрощенная версия тустепа,  — в 1920-х годах.
        Название «фокстрот» происходит то ли от словосочетания «лисьи шаги», то ли от имени некоего Гарри Фокса, американца, который придумал этот танец в 1913 году. Американский фокстрот был быстрым темпераментным танцем, который включал в себя прыжки. В Америке фокстрот танцевали под музыку в стиле рэгтайм. В Европе он стал более томным и начал напоминать неторопливую прогулку.
        Танцуя его, партнеры ставили ноги по одной линии и элегантно скользили по паркету. Постепенно фокстрот разделился на две разновидности. Слоуфокс — когда пара медленно и романтично кружит, не разжимая объятий, и квикстеп — более ритмичный и быстрый танец.
        Доставив своим поклонникам немало радости, фокстрот вышел из моды и остался лишь в программе соревнований по бальным танцам.

        Гарри Фокс знаменит изобретением фокстрота, который он создал для выступления на шоу в Нью-Йорке в 1913 г.

        Джеймс «Джимми» Кент, первый лакей — Эдвард Спелирс

        Эдвард Спелирс родился в 1988 году в английском городе Чичестер. Театром увлекался с детства, играл в школьных спектаклях. Дебютировал в фильме «Эрагон» по роману Кристофера Паолини, за эту роль был номинирован на премию «Сатурн» в номинации «Лучший молодой актер». Также снимался в фильмах «Хорошая война», «Город ведьм», «Похищенная» и др. В настоящее время снимается в седьмом эпизоде «Звездных войн» и в экранизации «Алисы в стране чудес», которую делает «Уолт Дисней пикчерз». Отдает много времени благотворительности, помогая подросткам, попавшим в трудную ситуацию.
        В аббатстве Даунтон Джимми ведет себя как капризный ребенок, который привык, что ему все в жизни достается легко, благодаря его симпатичному лицу и милой улыбке. Он амбициозен, но не привык упорно работать, пытается получить все сразу, а поэтому часто попадает впросак.
        Тем не менее, Джеймсу, которого все в аббатстве зовут Джимми, нельзя отказать в обаянии. «Айви порой хочется стащить с него штаны,  — рассказывает Сара Теобольд,  — от него исходит атмосфера беззаботности и веселья. Он отвлекает ее от тяжелой работы на кухне. К несчастью Альфреда, Джимми слишком крутой и затмевает своего скромного и надежного напарника». Судьба Джимми еще не определилась, вероятно, нам предстоит наблюдать за тем, как развивается его характер.

        Эдвард Спелирс в роли первого лакея Джимми Кента

        Слуги в Лондоне

        В рождественском выпуске 2013 года семья Кроули едет в Лондон на «сезон», взяв с собой большую часть прислуги. Альфреду и Дэйзи поручают обслуживать пикник, который Кроули и их друзья устраивают неподалеку от мемориала принца Альберта, расположенного за зданием Альберт-холла.
        Здание, построенное архитектором Фоуком, получило свое имя в 1868 году. Его нарекла королева Виктория в память своего нежно любимого супруга Альберта, бывшего покровителем наук и искусств. Сейчас в Альберт-холле проводятся филармонические концерты.
        Памятник принцу Альберту выполнен из цветного мрамора и украшен мозаикой, эмалью и скульптурой. Принц Альберт держит в руках каталог Всемирной выставки, которую он организовал, оказавшейся эпохальным событием в жизни Европы, надолго закрепившим статус Британии как невероятно передовой и технически развитой страны. Выставка проходила в Гайд-парке с 1 мая по 15 октября 1851 года. Специально для нее было построено здание из железа и стекла, которое мгновенно прозвали Хрустальным дворцом. После выставки дворец был разобран и перенесен на новое место, в лондонское предместье Сиднем-Хилл. Именно его Карсон предлагает посетить слугам в качестве награды за их тяжелую работу в Лондоне. Но они, и это вполне логично, предпочитают провести день у моря.
        Для того, чтобы попасть к морю, лондонцы чаще всего отправлялись в Брайтон, расположенны в 53 милях к югу от столицы. Железная дорога соединила Лондон и Брайтон в 1841 году.

        Рождественский пикник семейства Кроули

        Здесь можно было не только подышать морским воздухом, но и полюбоваться роскошным Морским павильоном Его Королевского Высочества, оформленным в восточном стиле для принца-регента архитектором Джоном Нэшем в начале XIX века и окруженном многочисленными парками и террасами. А вечером можно посетить один из первых в Англии кинотеатров «Duke of York’s Picturehouse».
        Но слугам, выехавшим на море, нет дела до дворцов. Они наслаждаются свежим воздухом, мороженым, которое продают на берегу, играют в мяч и, засучив брюки, входят в морскую воду.

        …слугам, выехавшим на море, нет дела до дворцов

        Лавиния Суайр — Зои Бойл

        Зои Бойл родилась в 1989 году в Великобритании. Закончила школу сценической речи и драмы в Лондоне. Зои играла в пьесах «Король Лир» и «Чайка». Играла в американском сериале «Сыны анархии», рассказывающем о байкерах, незаконно торгующих оружием, и детективах «Инспектор Льюис» и «Эркюль Пуаро». У актрисы красивое меццо-сопрано, она увлекается танцами, йогой, плаванием и ездой на лошадях.
        Лавиния — дочь видного лондонского юриста. Она никогда не готовилась к роли «сельской королевы», но искренне любила Мэтью и была готова сделать его счастливым, если даже ради этого ей пришлось бы поступиться своими планами и мечтами. Она остается верна Мэтью, когда все считают, что он всю жизнь будет парализован, и отпускает его, когда понимает, что он любит другую. После смерти Лавинии деньги ее отца и ее неизменная любовь к Мэтью спасают Даунтон. Авторы сценария дали Лавинии короткую жизнь, но она прожила ее достойно, ни разу не пожелав никому зла.

        Зои Бойл — исполнительница роли Лавинии Суайр

        Испанка

        Лавиния умирает накануне своей свадьбы от испанского гриппа, свирепствовавшего в Европе в 1918 -1919 годах. В этот период от него во всем мире, по различным подсчетам, умерло от 50 до 100 миллионов человек, что составляло 2,7 -5,3 % населения Земли. Число его жертв больше, чем количество погибших во время Первой мировой войны. Эпидемия началась в мае 1918 года в Испании, в связи с чем болезнь и получила свое название. Заболевали в основном молодые люди от 20 до 40 лет. Смертельной эту болезнь делало быстро развивающееся воспаление легких, которое приводило к дыхательной и сердечной недостаточности. Для болезни было характерно очень быстрое течение, иногда она приводила к смерти уже на следующий день после заражения. Болезнь стремительно распространялась по Европе и другим континентам, благодаря великолепной транспортной системе, которая в начале XX века объединила практически весь мир. Она не обошла Индию, Австралию, Южную Африку, Афганистан, Китай, Японию.
        Эта эпидемия случилась еще до массового распространения антибиотиков, которые, хотя и вряд ли помогли бы от самой болезни — антибиотики не действуют на вирусы — но все же могли бы спасти некоторое количество людей, умерших от бактериальных осложнений. Единственными лекарствами, которые могли предложить медики, были постельный режим, обильное питье, в тяжелых случаях — ингаляции кислорода.
        Жертвами испанки стали французские поэты Гийом Апполинер и Эдмон Ростан, российская актриса Вера Холодная, революционер Яков Свердлов.

        «Лавиния остается верна Мэтью, когда все считают, что он всю жизнь будет парализован, и отпускает его, когда понимает, что он любит другую…»

        Эдна Драйтвейт, камеристка — Мей-Анна Маргарет Боринг Баринг

        Родилась в 1976 году в маленьком городке Сундсвалль в Швеции. Девичья фамилия — Рантапэ. Ее детство прошло на Ближнем Востоке в султанате Оман, где училась в American British Academy (ABA). В возрасте 16 лет вернулась в Европу и поселилась в Великобритании. Закончила Лондонскую академию музыки и театра в 2004 году.
        Мэй-Анна — многогранная актриса. В 2006 году сыграла в сериале «Доктор Кто», в том же году она исполнила роль Оливии в театральной постановке «Двенадцатой ночи» Шекспира. Она также играла в детективных сериалах «Мисс Марпл Агаты Кристи», «Инспектор Джордж Джентли», «Отключение» и «Улица Потрошителя» и в кинофильмах «The Descent» «Судный день», «Омен» 2006 г.
        Эдна — весьма предприимчивая особа, она пытается сделать карьеру очень старым способом — через постель. Однако то, что удавалось фавориткам королей, не получается у маленькой авантюристки из Даунтона. Видимо, секрет в том, что Брэнсон все же очень любит леди Сибил даже сейчас.

        Мей-Анна Маргарет Боринг Баринг в роли камеристки Эдны Драйтвейт

        Английский чай

        Уважая американское происхождение леди Грэнтэм, ей подают к завтраку апельсиновый сок. Но сами английские горничные и камеристки, наверное, не смогли бы встать рано утром с постели, если бы их не ждала чашечка крепкого чая. Это главное лекарство от усталости, напоминание о том, что в самой тяжелой трудовой жизни встречаются светлые минуты.
        Чай появился в Англии в конце XVI — начале XVII века. Его привозили из Китая. Он выиграл сердца британцев в честном соревновании с кофе. В начале XVII века кофе, чай и шоколад подавали вместе в кофейнях, где собирались мужчины, чтобы вдали от женщин обменяться последними сплетнями. Это занятие они называли «беседовать о политике и судьбах европейских государств». Позже измельченные чайные листья начали продавать в магазинах, и этот напиток по достоинству оценили женщины, которым требовались силы, чтобы с утра приняться за домашние хлопоты.
        Начиная с XVIII века британцы стали отдавать предпочтение чаю перед кофе. Поклонницей чая была супруга короля Карла II Екатерина Браганца, она сделала чай популярным среди английских аристократов.
        Вслед за чаем из Китая потянулись дорогие фарфоровые чашки, блюдца, чайники для заварки. Местные краснодеревщики изготавливали изящные кривоногие чайные столики из дорогих пород дерева. Из серебра отливали маленькие элегантные ложечки.

        Традиционное английское чаепитие

        Дамы также оценили идею совместных чаепитий, во время которых было удобно обмениваться жизненно важной информацией. Стали очень модными чайные сады, где чай можно было пить, слушая музыку, любуясь фейерверками и иллюминацией, а в промежутках между чаепитиями фланировать по аллеям, демонстрируя изящество своего наряда и прически.
        В начале XIX века цены на чай упали настолько, что он стал доступен не только аристократии и зажиточным горожанам, но и простонародью. С тех пор чай считается неотъемлемым атрибутом английской культуры. Традиция чаепития во второй половине дня сложилась в XIX веке. Фрейлины королевы Виктории пили чай в четыре часа, а знаменитый five-o-clock, пятичасовой чай, стал популярен в XX веке. Чай с пирожками и легкими закусками позволял утолить голод и дождаться весьма позднего обеда, который назывался dinner. Когда у домашней прислуги появились права и профсоюзы, она стала готовить обед раньше, и после этого уходить домой. Поэтому британцы ввели еще один прием пищи, называемый supper — ужин, состоявший из легких закусок, которые можно было подогреть самостоятельно.

        Винтажная открытка. «А еще этот чай исполняет самые тайные, самые заветные, самые сокровенные желания,  — промурлыкал неожиданно материализовавшийся Чеширский кот.  — Даже те из них, о которых мы сами не подозреваем». (Льюис Кэролл «Алиса в стране чудес»)

        Филлис Бакстер, камеристка — Рэкуэл Кэссиди

        Рэкуэл Жозефин Доминик Кэссиди родилась в 1968 году. Ее мать — испанка, а отец — англичанин. Она третий ребенок в семье и первая дочь. Родилась в городе Флит в Гэмпшире, училась в Кембридже, изучала биологию, антропологию и иностранные языки, но решила делать карьеру на сцене. Она лучше всего известна соотечественникам по роли Сьюзан Гэйтли в сериале «Учителя». Играла в фильмах: «Я люблю тебя?», «Прежде, чем ты уйдешь», «Фестиваль», «Ночная прогулка». Снималась в телесериалах: «Киллер Нет», «Красная чашка», «Худшая неделя в моей жизни», «Пуаро Агаты Кристи», «Сельские девушки», «Доктор Кто», «Убийства в Мидсомере». В театре играла в пьесах Шекспира «Двенадцатая ночь», «Отелло» и «Макбет», в пьесе по роману Льва Толстого «Анна Каренина» сыграла главную роль.
        Скрывая некоторые компрометирующие подробности своего прошлого, Филлис тем не менее находит в себе силы сопротивляться шантажу Томаса. В этом ей помогает дружба с честным, хотя и чудаковатый Мозли, который после Первой мировой войны служит лакеем в Даунтоне.

        Рэкуэл Кэссиди — исполнительница роли камеристки Филлис Бакстер

        Швейная машинка

        Филлис — камеристка, и ей приходится постоянно следить за костюмами своей хозяйки, самой заниматься мелким ремонтом, что значительно экономит время, так как в ином случае платье приходилось бы отправлять портнихе. В этом ей помогает новинка, глубоко поразившая обитателей нижних этажей Даунтона — швейная машинка.
        Первые модели ткацких станков, значительно облегчившие труд ткачей и способствовавшие промышленной революции в Британии, появились уже в XV -XVII веках. Но портным и портнихам пришлось ждать до конца XVIII века, когда их труд был наконец механизирован.
        Первый патент на аппарат, снабженный иголкой с двумя острыми концами и отверстием для нитки посередине, получил в 1755 году англичанин Чарльз Вейзенталь. Иголка прокалывала материю туда и обратно, сама не переворачиваясь. Однако в целом его конструкция была неудобной и широкого распространения не получила.
        Первый шаг к изобретению современной швейной машинки был сделан в 1814 году, когда австриец Йозеф Мадерспергер просто перевернул швейную иглу и заострил ее ушко. Изобретение Йозефа Мадерспергера было усовершенствовано и запатентовано в 1830 году Бартелеми Тимонье, который, не откладывая дела в долгий ящик, открыл первую в мире автоматизированную швейную фабрику в Париже. Она, в основном, выполняла военные заказы. Газеты писали: «Из Парижа передают, что портной Б. Тимонье показывал в Вильфранше сконструированную им швейную машину, в реальности которой можно сомневаться, если не видеть ее собственными глазами. Любой ученик может уже через несколько часов научиться шить на ней. Передают, что на этой машине можно делать двести стежков в минуту. Все это и многое другое в конструкции швейной машины на грани фантастики».

        Филлис Бакстер — камеристка, по долгу службы ей приходится много шить. Недавнее приобретение хозяев Даунтона — швейная машинка, очень облегчила ей жизнь

        Однако для создания прочного стежка потребовался еще челночный механизм, который подавал нитку снизу, его подарил швеям американец Элиас Гоу в 1845 году. Теперь игла прокалывала ткань и нитка из ее ушка подхватывала нижнюю нитку, закрепленную на шпульке. Две нити затягивались и прочно скрепляли ткань. Правда, в швейной машинке Гоу игла двигалась горизонтально, а ткань располагалась вертикально.
        В 1851 году американец немецкого происхождения Исаак Зингер перевернул машинку. Теперь ткань располагалась горизонтально, а игла ходила вертикально, что было гораздо удобнее. Начиная с 1854 года Зингер вместе с Эдуардом Кларком, учредив товарищество «Зингер Компани», продавали швейные машинки по всей Америке. Они торговали в рассрочку, благодаря чему портной или портниха могли выплатить первую небольшую сумму, приобрести машинку и заработать недостающие деньги, трудясь уже на ней, что значительно увеличивало скорость работы. В 1863 году компания «Зингер» продавала 20000 швейных машин в год и открыла первый филиал в Шотландии.
        Первые электрические швейные машинки появились уже в 1870-х годах.
        Корпуса первых машинок украшали рисунки и перламутровые вставки.
        В XX веке женская мода становилась чем дальше, тем более практичной. Ушли в прошлое пышные юбки, а подолы сначала приподнялись над щиколотками, а потом взлетели до середины икры.

        Швейная машина Элиаса Гоу

        Это было очень смело, удобно и прогрессивно, но создало неожиданные проблемы для женских чулок: теперь их было легко порвать, а спущенная петля или дырка сразу же оказывалась на всеобщем обозрении. Почувствовав потребности женщин, фирма «Зингер» создала специальную приставку к швейной машинке, с помощью которой можно было штопать чулки. Также появились машины, с помощью которых можно было вышивать.
        Хотя в XX и XXI веке все еще престижно носить одежду, сшитую вручную, под «сшитой вручную одеждой» чаще всего подразумевается платье, изготовленное на швейной машинке, а не на фабрике.

        Первый урок на швейной машинке Зингер. Винтажная открытка

        Леди Роуз Макклер — Лили Джеймс

        Лили Хлоя Нинетт Томпсон родилась в 1989 году в городе Эшер в графстве Суррей. Она происходит из театральной семьи: ее бабушка играла в фильмах «Чужие» и «Супермен-3». Лили закончила школу искусств в Тринге и Гилхолдскую школу музыки и театра в Лондоне. Она взяла псевдоним Лили Джеймс. Играла в сериалах «Просто Уильям», «Тайный дневник девушки по вызову». Снималась в фильме «Гнев титанов», в 2015 году выйдет фильм «Золушка», где она исполнила главную роль. В театре играла Дездемону в «Отелло» и Нину Заречную в «Чайке». Лили рассказывает, что для того, чтобы вжиться в образ, она слушает музыку, относящуюся ко времени действия фильма, и смотрит тематические ролики на You-Tube. Это помогает ей установить связь с персонажем.
        Роуз — дочь приятелей Кроули из Шотландии, она переселяется в Даунтон, когда ее родители уезжают в Индию. Будучи не в ладах со своей матерью, Роуз все время пускается в опасные авантюры, стремясь доказать всем, что она самостоятельная, независимая и современная девушка.
        О роли Роуз Лили Джеймс рассказывает: «Мне пришлось много танцевать. Я думаю, для юной девушки того времени это было что-то захватывающее. Если вы тогда были молоды и хотели познакомиться с парнем, а еще вам хотелось свободы, то возможно, музыка была одним из самых экзотических и волнующих способов добиться этого. Поэтому она все время учит новые танцы. Я сама выучила множество танцев. Мне очень нравится вальс, который я танцевала в одном из эпизодов. Музыка прекрасная. Я хочу надеяться, что мой танец был не хуже».

        Лили Джеймс — исполнительница роли Роуз Макклер

        Этот вальс юная дебютантка танцевала с самим принцем Уэльским — знак внимания со стороны коронованной особы, который должен высоко поднять ее «рейтинг» в лондонском свете. Роуз удостоилась этой чести в день своего представления ко двору, потому что она и лорд Грэнтэм оказали королевской семье некую важную услугу. Но — тсс! Мы должны хранить тайну, а репутация принца Уэльского — оставаться вне подозрений.

        «Если вы молоды и хотите познакомиться с парнем, а еще вам хочется свободы, то, возможно, музыка — один из самых экзотических и волнующих способов получить все это». (Лили Джеймс о роли Роуз Макклер)

        Принц Уэльский — король на час

        У Георга V — сына того самого Эдуарда, который дал название эдвардианской эпохе — было шестеро детей: одна девочка и пятеро мальчиков. Крестными родителями его старшего сына Эдуарда были великий князь Николай Александрович и его супруга Александра Федоровна, приходившаяся по материнской линии внучкой королеве Виктории и двоюродной тетей юному принцу. Именно с Эдуардом и встречается Роуз в посольском клубе Лондона. Компанию принцу составляет миссис Фрида Дадли Уорд, жена одного из членов палаты лордов. Интрига разворачивается вокруг письма, которое страстно влюбленный принц написал Дадли. Однако их роман не будет долговечным. Вскоре в жизни Эдуарда появится американка Уоллис Симпсон, на которой он женится в 1937 году, для чего ему пришлось 10 декабря 1936 года отречься от престола. В прощальном радиообращении к нации король сказал: «Мне невозможно нести это тяжелое бремя ответственности и исполнять мой королевский долг без помощи той женщины, которую я люблю…» Королем стал его младший брат. Так сбылись пророческие слова леди Мэри Кроули: «Королевская семья избежала кризиса, хотя, если учитывать
характер принца, не удивлюсь, если очень скоро мы увидим следующий».
        По крайней мере, унаследовавший престол Георг VI был не худшим английским королем, а его дочь Елизавета II — не худшей английской королевой.

        Эдуард VIII — король Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии, император Индии на протяжении 10 месяцев. Отрекся от престола, чтобы вступить в брак с разведенной Уоллис Симпсон

        Джек Росс, джазмен — Гэри Карр

        Родился в 1986 году в Лондоне. Обучался актерскому мастерству в Национальном юношеском театре, а затем в Колледже искусств в Лондоне и в Лондонской академии музыкального и драматического искусства. Увлекается музыкой и танцами. Дебютировал в пьесе Фредерико Гарсиа Лорки «Йерма» в театре «Аркола».
        Играл в Королевском Национальном театре в спектакле «Дидона, царица Карфагена» по пьесе современника Шекспира Кристофера Марло. Также выступил в пьесе Шекспира «Макбет».
        Играл в фильме «Свадьба Франкенштейна», и в сериалах «Безмолвный свидетель», «Холби Сити», «Война Фойла», «Закон и порядок в Лондоне», «Инспектор Джордж Джентли», «Национальный театр», «Смерть в раю», «Песчаник 42» (рассказывающий о британских саперах в Афганистане). В настоящее время снимается в фильмах «Последние дни» и «Цезарь».
        Джек ведет себя с Роуз как настоящий джентльмен. Поняв, что ее любовь к нему по большей части происходит из желания насолить матери, он разрывает помолвку, оставляя Роуз разобраться со своими чувствами. Что заставляет леди Мэри, которая в курсе всей истории, вздохнув, сказать: «Хотела бы я, чтобы мы жили в ином мире!» Мэри имеет в виду мир, где любовь между незнатным темнокожим юношей и знатной белой девушкой могла бы быть не вызовом общественным устоям и не поводом для скандала, а просто любовью.

        Гэри Kapp — исполнитель роли джазмена Джека Росса

        Английский джаз

        Родина джазовой музыки — американский континент. Там она прошла путь от рабочих песен негров и христианских псалмов, исполненных в стиле так называемых «спиричуэлс», до джазовых оркестров, исполнявших музыку для танцев и развлечений. Оркестр, который Роуз приводит на день рождения лорда Грэнтэма,  — продукт развитой и утонченной джазовой культуры.
        Гастроли американских джазменов в Европу начались с 1919 года. Музыка была восторженно принята европейской публикой. Музыковеды Юг Панасье и Шарль Делоне опубликовали академические исследования об этом жанре. В целом джаз был воспринят как нечто новое, революционное, способное не только «потрясти основы», но и обогатить классическую музыку.
        Рэгтайм с его рваным ритмом заставлял сердца молодежи биться чаще, а ноги — проситься в пляс. Для танцев было достаточно механического пианино, конструкция которого идеально подходила для исполнения рэгтайма. В самом конце XIX и начале XX веков мода на рэгтаймы была невероятна.
        Ритм-энд-блюз, появившийся в 30-е годы и достигший пика своего развития в 50 —60-е годы, послужил отправной точкой для рождения рок-н-ролла, рок-музыки, музыки соул и многих других направлений современного музыкального мира.
        Солист, выдающий свинговую импровизацию на фоне подготовленного и достаточно сложного аккомпанемента большого оркестра, вызывал восторг у юных слушателей.
        Старшему поколению эта музыка казалась дикой и эпатирующей, но именно этим она и нравилась молодежи.

        «Для джазового музыканта очень важна память об ушедшем». (Луи Армстронг)

        Майкл Грегсон, журналист — Чарльз Эдвардс

        Чарльз Эдвардс родился в 1964 году. Младший из четырех братьев. Закончил Гилдхоллскую школу музыки и драмы в Лондоне в 1992 году.
        Играл во множестве театральных шоу. Дебютировал на Бродвее в 2005 году в мюзикле «39 шагов». Он играл также в нескольких пьесах Шекспира. В «Двенадцатой ночи» в Королевском Национальном театре исполнил сэра Эндрю, в Театре Шекспира «Глобус» — роль Бенедикта в пьесе «Много шума из ничего», и в «Сне в летнюю ночь» — короля эльфов Оберона.
        В 2012 году он получил главную роль в спектакле «Король говорит», рассказывающем о Георге VI, который был британским монархом во время Второй мировой войны. Критик Майкл Биллингтон так отозвался о его игре: «Эдвардс, который приближался к славе в течение нескольких сезонов, теперь однозначно достиг ее».
        Эдвардса можно также увидеть в фильмах «Бэтмен — начало», «Идеальный муж», «Мэнсвилд-парк», «Комнаты смерти: Загадки настоящего Шерлока Холмса», «Чисто английское убийство». В 2013 году он сыграл Патрика Джексона, личного секретаря принцессы Дианы в фильме «Диана».
        Майкл, как и Ричард Карлайл — бизнесмен, на которых английское дворянство традиционно поглядывает свысока. Но, в отличие от Ричарда, он не стремится войти в мир знати, а наоборот, переманивает Эдит в свободную среду: мир людей искусства, которые мыслят прогрессивно и современно и чураются условностей.

        Чарльз Эдвардс — исполнитель роли журналиста Майкла Грегсона

        Неудачная женитьба Майкла, его попытки развода и наконец таинственное исчезновение в Германии, где набирает силу фашизм, создают напряженную интригу в четвертом сезоне и должны разрешиться в пятом. Зрители, симпатизирующие Майклу и Эдит, надеются на счастливый конец.

        «Чарльз — прекрасный актер, с ним очень легко работать». (Лора Кармайкл, исполнительница роли Эдит Кроули)

        Четвертая власть

        В конце XIX — начале XX века газеты в Британии, как и во всем мире, благодаря индустриальной революции, обрели поистине массовую аудиторию. Газеты теперь были доступны не только аристократии и нуворишам, но и среднему классу, а также рабочим. Введенный в 1870 году закон о всеобщем начальном образовании обеспечил газетам постоянный приток новых любопытных, жадных как до знаний, так и до развлечений и сенсаций, читателей. Профсоюзы и партия социалистов прививали рабочим интерес к политике. Политики, в свою очередь, были заинтересованы в том, чтобы агитировать новых избирателей на страницах газет, а бизнесмены старались помещать в газетах свою рекламу. Доходы от рекламы, значительно превышающие доходы от продажи тиража, обогатили издателей, сделав их настоящими газетными магнатами, владельцами крупных состояний. Наиболее преуспевающие газеты превратились в гигантские комплексы с миллионными расходами и многочисленными штатами сотрудников, получающие информацию от большого числа корреспондентов как внутри страны, так и за рубежом. В течение длительного времени лондонская «The Times» самостоятельно
обеспечивала себя всем необходимым оборудованием, типографскими шрифтами и материалами, покупая только газетную бумагу.
        Благодаря техническим новшествам подготовить номер стало возможно гораздо быстрее, чем в XIX веке, при этом увеличивался объем газет — если раньше он составлял около четырех полос, то в начале XX века обычный объем английской газеты составлял 24 полосы. Азартные американцы и тут обогнали англичан — их ежедневные газеты достигали объема в 100 полос. Существенно увеличились также и тиражи. Количество газет в Англии возросло с 14 в 1846 году до 247 в начале XX века.

        Англичанин читает газету в Гайд-парке

        Появившаяся в Англии в 1850-х годах, технология изготовления полутоновых фотографических клише, нашла применение с 1897 году, при изготовлении газетным иллюстраций, для которых раньше требовались сделанные вручную гравюры. Отныне газеты украшали фотографиями, которые вызывали большой интерес публики и стимулировали издателей выпускать различные иллюстрированные приложения. После 1910 года журналы стали цветными.
        Превратившись в массовые издания, газеты стали менее чопорными и все чаще грешили кричащими заголовками, перевиранием фактов и нарушением журналистской этики. Появилась так называемая «желтая» пресса. Ho «The Times» упрямо придерживалась стандартов высокого качества, оставаясь солидной и уважаемой газетой для солидных и уважаемых людей.
        Газеты стали делить свою аудиторию. Например, в 1888 г. была создана газета «Financial Times», обращавшаяся прежде всего к финансовым кругам, биржевикам и промышленникам. В Англии, в отличие от США, пресса стремилась работать не только репортерами, но и с публицистами — достаточно вспомнить Диккенса и Вирджинию Вульф, которые, разумеется, были отнюдь не единственными писателями, высказывавшими свое мнение на страницах английских газет.
        Большим успехом пользовался новый прием массовой прессы, пришедший из Америки — интервью, включавшее в себя прямую речь участников события или политиков. Им не гнушались и респектабельные газеты.
        Неуклонно усложнялась структура редакций газет. Она включала в себя уже не только репортеров и очеркистов, но и отдел телеграфных новостей, принимающий известия со всего мира, сотрудничающий с другими газетами, и литсотрудников-стилистов, которые, читая все статьи, исправляли в них речевые ошибки и приводили к единому стилю, а также группы оформителей, занимавшихся иллюстрированными воскресными изданиями.

        Уличная торговка газетами. Фото 1893 г.

        Газеты создавали систематизированные архивы и отделы документации, способные не только собирать, но проверять информацию по перекрестным ссылкам. Разумеется, были у газет свои машинописные бюро и телефонные службы. Журналисты все больше специализировались по отдельным темам и жанрам, появились профессиональные криминальные и судебные репортеры, спортивные журналисты.
        Поэтому, если леди Эдит унаследует от Майкла Грегсона права на его газету, ей достанется большое и беспокойное хозяйство. Это будет настоящим испытанием, но испытание — это шанс для роста.

        Майкл Грегсон и Эдит Кроули

        Ричард Карлайл — Иен Глен

        Иен Глен родился в 1961 году в Эдинбурге. Закончил Королевскую академию драматического искусства. За успехи в учебе награжден золотой медалью Бэнкрофта.
        Играл в шекспировских пьесах «Макбет» и «Генрих V», и в пьесах Ибсена «Гедда Габлер» и «Призраки». В 1999 году сыграл мистера Престона в фильме по роману Элизабет Гаскелл «Жены и дочери», рассказывающем о сельской Англии середины XIX века.
        В этом сериале Иену снова досталась роль мерзавца, принуждающего женщину выйти за него замуж. Но в тот раз, по крайней мере, его герой был искренне влюблен и страдал от ветрености своей возлюбленной.
        Также Иен играл в фильмах «Дневник Анны Франк», «Тайна поместья Виверн», «Смерть коммивояжера», «Розенкранц и Гильденстерн мертвы», «Лунные горы», «Превратности судьбы», «Паранойя», «Лара Крофт, расхитительница гробниц», «Обитель зла 2», «Обитель зла 3», «Последний легион», «Папесса Иоанна», «Железная леди», а также в сериалах «Закон и порядок. Лондон», «Доктор Кто», «Улица Потрошителя», «Игра престолов» (сыграл сэра Джораха).
        Был женат на актрисе Сюзанне Харкер, сыгравшей в 1995 году роль Джейн — старшей сестры Элизабет Беннет,  — в сериале по роману Джейн Остин «Гордость и предубеждение». У них есть сын Финли. От второй жены Шарлотты Эммерсон есть дочь Мари.

        Иен Глен — исполнитель роли Ричарда Карлайла

        О Карлайле не хочется долго говорить. Это мерзавец, который обожает запугивать женщин. Сначала он шантажирует бедную кроткую Лавинию, потом — леди Мэри. Хорошо, что она в конце концов прогнала его и вышла замуж за Мэттью. Сказать в защиту Карлайла решительно нечего. На редкость неприятный тип.

        «Я играю настоящего злодея…» (Иен Глен)

        Искусство выбирать головные уборы

        Для человека, вращающегося в обществе аристократов, как мистер Карлайл, был важен не только правильный выбор одежды, но и головного убора. По разным поводам нужно было надевать разные шляпы, фасон и качество которых могли многое рассказать о владельце. Например, знаменитая кепка Шерлока Холмса больше подошла бы инженеру или землемеру, а не эсквайру. Но Холмс носит ее как декларацию собственного безразличия к сословной гордости. Он позиционирует себя прежде всего как профессионала, зарабатывающего деньги своим талантом и трудом, а не получившего их по наследству.
        Поэтому ошибиться с выбором головного убора было нельзя, если ты хотел быть правильно понятым в обществе.
        И начнем мы если не с короля — королю подобает корона — то, по меньшей мере, с премьер-министра мужских шляп — с цилиндра. Название «цилиндр» прекрасно описывает форму этого головного убора. Эта шляпа цилиндрической формы с узкими полями стала мерилом элегантности с середины XIX века, когда ее придумал английский галантерейщик Джон Хетерингтон. Теперь даже на балу или в парламенте английские пэры выглядели лихими всадниками, готовыми в любой момент вскочить на коня и помчаться в сражение, защищая честь свою и короны. Практичные французы изобрели складные цилиндры, которые назывались забавным словом «шапокляк». Первоначально цилиндры изготавливали из бобрового фетра — редкого и дорогого материала.

        Тео Джеймс в роли Кемала Памука

        Фетр очень чувствителен к загрязнениям, поэтому камердинерам приходилось тратить немало времени и сил, начищая цилиндры своих хозяев. Но их трудности не шли ни в какое сравнение с проблемами шляпников. Для изготовления цилиндров применялась ртуть, пары которой делали шляпников буквально безумными, и выглядело это совсем не так весело, как в сказке Льюиса Кэрролла. Позже появились цилиндры из шелкового плюша, не такие элегантные, но зато безопасные для шляпников. Дешевые цилиндры также входили в форму городских полицейских, почтальонов и трубочистов.
        Котелок — шляпа из войлока или фетра с неширокими полями и небольшой закругленной тульей. Англичане называют его bowler hat в честь фирмы Боулеров, которая начала выпускать котелки в 1850 как шляпы для лесничих. Если цилиндр — аристократ, то котелок — служака. Его носили офицеры Гвардии королевы, банковские служащие и пр… Так, дворецкий мистер Карсон, выходя на улицу, надевает весьма элегантный котелок, и при этом выглядит настолько респектабельно, что даже не вызывает никаких ассоциаций с Чарли Чаплином.
        На летние пикники и катания на лодке в начале XX века стало модным надевать канотье — небольшую соломенную шляпу цилиндрической формы. Ее название происходило от французского слова canotier — гребец. В 1930-х годах канотье позаимствовали у мужчин велосипедистки, не желавшие, чтоб их волосы растрепались во время езды.
        Кепи — наиболее демократичный головной убор, можно было увидеть на головах фермеров, рабочих, подрядчиков, инженеров и даже дворянина, отправившегося на охоту или обходить свои владения. Название пришло из французского языка. Во Франции кепка стала частью военной формы во время войн с Алжиром. Мирные английские кепки, прочно сидя на головах своих хозяев, защищали их от дождя и ветра, а поэтому были популярны среди людей, проводивших много времени на свежем воздухе.

        Шляпка — неотъемлемый атрибут настоящего английского стиля. «Все красивые шляпки создаются из ничего — как и все хорошие репутации». (Оскар Уайльд)

        Чарльз Блейк — Джулиан Овенден

        Джулиан Овенден родился в 1976 году в Шеффилде, сын бывшего капеллана Елизаветы II. В детстве пел в хоре кафедрального собора Святого Павла. Закончил Итон, поступил в Оксфорд, где продолжал заниматься музыкой. Окончил Академию драматического искусства, планировал стать профессиональным оперным певцом. В 2012 году участвовал в постановке музыкальной версии фильма «Волшебная страна», рассказывающего об авторе детской сказки «Питер Пэн» Джеймсе Барри. Принимал участие в постановке еще нескольких мюзиклов, выступал с концертами. Играл в сериале «Война Фойла», посвященном работе полиции в период Второй мировой войны, в телефильме «Сага о Форсайтах», в сериалах «Пуаро Агаты Кристи», «В поле зрения». В 2012 году выпустил свой первый музыкальный альбом «If You Stay». Женат на певице сопрано Кейт Ройал, у них есть сын Джонни и дочь Одри.
        Чарльз Блейк интересует Мэри, она заинтригована и никак не может понять, на чьей он стороне. Он осматривает земли, принадлежащие аристократам, на предмет их возможной конфискации и передачи другим владельцам, которые смогут лучше ими распорядиться. С другой стороны, он, как узнает Мэри, сам унаследовал титул и большие земельные угодья. Симпатичный молодой человек, обладающий большим личным обаянием и хорошо разбирающийся в сельском хозяйстве, в частности, в свиньях, вполне достоин руки и сердца Мэри. Однако его соперник также заслуживает внимания.

        Джулиан Овендин — исполнитель роли Чарльза Блейка

        Ллойд-Джордж — демократ, ставший графом

        Дэвид Ллойд-Джордж, на которого работает Чарльз, объезжая английские поместья и проверяя их жизнеспособность, стал премьер-министром Англии в 1916 году.
        Лондонский адвокат, сын небогатого учителя родом из Уэльса, Ллойд-Джордж был избран депутатом парламента от либеральной партии в 1890 году. Его родным языком был валлийский, но, разумеется, он прекрасно говорил по-английски.
        В парламенте Ллойд-Джордж лоббировал интересы родного Уэльса, но сам быстро стал настоящим лондонцем, завсегдатаем театров, приятелем Бернарда Шоу и Герберта Уэллса. Его страстные и остроумные речи немало помогали его политической карьере.
        Политическая известность к Ллойд-Джорджу пришла во время Англо-бурской войны благодаря его страстным антивоенным речам.
        В 1905 году он стал членом правительства. В 1905 -1908 годах Ллойд-Джордж — министр торговли, до 1915-го — министр финансов в правительстве либералов. В 1915 году — министр вооружения, а затем военный министр.
        В 1909 году он представил в парламент «народный» бюджет, устанавливавший повышенные налоги на предметы роскоши, доходы и пустующие земли лендлордов. Бюджет прошел палату общин, но был забракован палатой лордов. Чтобы избежать таких казусов в дальнейшем, Ллойд-Джордж в 1911 году добился ограничений права «вето» палаты лордов. Видимо, вспоминая именно эти его радикальные решения, леди Вайолет ворчит: «Можно подумать, что он немец». Ллойд-Джордж также принял закон о государственном страховании больных и безработных.

        Дэвид Ллойд-Джордж, 1-й граф Дуйвор, виконт Гвинед (1863 -1945)  — британский политический деятель, последний премьер-министр Великобритании от Либеральной партии (1916 -1922). Близкий друг Уинстона Черчилля

        Получив пост премьер-министра во время Первой мировой войны, Ллойд-Джордж за время своего правления провел множество реформ, благодаря которым Англия приняла свой сегодняшний облик. Он был последним членом либеральной партии, получившим пост премьер-министра.
        До Первой мировой войны он последовательно проводил либеральную политику, обещал избирательные права женщинам и независимость Ирландии, однако после начала военных действий Ллойд-Джордж счел, что главное сейчас — это единство Британии, и потому пошел на уступки консерваторам, в частности, жестоко расправился с ирландскими повстанцами.
        Ллойд-Джордж возглавлял британскую делегацию на переговорах с Германией, был одним из тех, кто подписал Версальский мир. После того, как в Версале Германии, говоря образно, были вырваны все зубы, Ллойд-Джордж полагал Россию наиболее вероятным конкурентом Англии на мировой арене. Некоторые историки считают, что он прямо поддерживал партию большевиков, рассчитывая таким образом ослабить Россию. После же революции 1917 года он стал одним из организаторов военной интервенции, но в январе 1920 года выступил за восстановление экономических отношений с Советской республикой.
        В 1919 -1922 годах популярность правительства стала постепенно уменьшаться. Недовольны были не только аристократы, которым казалось, что после войны страна должна вернуться к беззаботным эдвардианским временам, но и рабочие, которые также ждали от мирного времени покоя и достатка. Прошел ряд забастовок, в том числе железнодорожников.
        Это недовольство и неудачи во внешней политике привели к отставке правительства Ллойд-Джорджа.

        Фотография большой четверки на Парижской мирной конференции после Первой мировой войны 27 мая 1919 г. Слева направо: премьер-министр Великобритании Дэвид Ллойд-Джордж, итальянский премьер Витторио Орландо, французский премьер-министр Жорж Клемансо и президент Соединенных Штатов Америки Вудро Уилсон

        В 1921 году Ллойд-Джордж участвовал в переговорах, которые привели к созданию независимого ирландского государства. В 1922 году ушел в отставку и занялся написанием мемуаров. Программа либералов, касавшаяся пособий и реформ, была взята не вооружение лейбористами.
        Тем не менее, Ллойд-Джордж не покидал политической трибуны. В период экономического кризиса 1930-х годов он предлагал меры по борьбе с безработицей, постоянно высказывался по вопросам внешней политики. Перед Второй мировой войной он выступал вначале за мир с Германией, так как считал, что Англия не сможет победить ее в одиночку. Однако после вторжения немецких войск в Испанию он понял, что мирное сосуществование с Германией невозможно, и как и его друг Уинстон Черчилль, агитировал британцев за войну против Гитлера вместе с Советским Союзом. Он, однако, дважды отказывался войти в военный кабинет Черчилля, считая, вероятно, свою карьеру действующего политика законченной.
        В 1944 году он был удостоен звания первого графа Ллойд-Джорджа Двайфорского. Умер Ллойд-Джордж в 1945 году.

        Дэвид Ллойд-Джордж

        Ивлин Напьер — Брендан Патрикс

        Брендан Патрик родился в 1984 году в Англии. Посещал университет в городе Халл, затем занимался в Лондонской Академии музыкального и драматического искусства. Освоил профессию циркового фокусника, выступал вместе с Ником Мохаммедом. Его дебют на телевидении состоялся в фильме «The Curse of King Tuts Tomb» кроме того, он снимался в фильмах «Sherlock Holmes and the Baker Street Irregulars», «Пять моих бывших подружек», и т. д., участвовал в сериале «Доктор Кто».
        Хотя Напьер не был другом детства леди Мэри, они все же выросли в одном обществе, их семьи хорошо знают друг друга, у них есть общие воспоминания из детских лет, что, безусловно, сближает. Кроме того, Ивлин и Мэри любят верховую езду, а смягчившиеся в XX веке правила приличия позволяют им совершать долгие верховые прогулки вдвоем. Но, с другой стороны, Ивлин слишком близок и понятен Мэри, в нем нет загадки, она рассматривает его скорее как кандидата в друзья, а не в возлюбленные. Но поживем — увидим: сценаристы сериала всегда готовы удивить нас неожиданными поворотами.

        Брендан Патрикс в роли Ивлина Напьера

        Удержаться в седле

        «На три вещи можно смотреть бесконечно,  — говорят англичане,  — на скачущую лошадь, танцующую женщину и корабль, идущий под всеми парусами». И действительно, англичане, нация военных и охотников, не могли не поклоняться лошадям. Выведенная ими порода «чистокровная верховая», или «английская скаковая», славится как великолепная лошадь для скачек. Эта рыжая или темно-гнедая лошадь обладает увеличенным по сравнению с другими породами объемом легких и более мощным сердцем. Она может принимать участие в скачках уже с двухлетнего возраста. Поднявшись в галоп, она достигает скорости 1 километр в минуту. Родословная этих лошадей ведется с 1793 года. Родоначальниками породы являются три жеребца, привезенных с Востока,  — Дарли-араб (Darley Arabian), Годольфин-араб или бербер (Godolphin Arabian, Godolfin Borb) и Байерли-турок (Byerly Turk),  — и местные английские кобылы.
        Знаменитый английский жеребец Эклипс, происходивший от Дарли, обладал сердцем весом в 6,3 килограмм против 5 килограмм у обычных лошадей и выиграл все 26 скачек, в которых принимал участие. Кровь Эклипса течет в жилах большинства современных чистокровных английских лошадей.
        Для верховой езды леди Мэри, как и все дамы своего времени, пользуется специальным дамским седлом, две передних луки которого расположены с левой стороны. Садясь в это седло, женщина перекидывает через верхнюю луку правую ногу и упирается в нижнюю левой.

        «Великое искусство верховой езды заключается в том, чтобы держать равновесие». (Льюис Кэролл «Алиса в Зазеркалье»)

        Старинные английские дамские седла весили около 9 —13 кг. В него садились в специальном костюме — амазонке, бриджах и сапогах. Выезжая на охоту, дамы одевали на голову котелок, для прогулок предназначались цилиндры с вуалетками. Эти костюмы стали частью национальной культуры и национального образа женщины.
        Прекрасная женщина на прекрасной лошади — что может быть отраднее для сердца британца? Разве что прекрасная кружка эля.

        «…это прекрасно скроенный, искусно сделанный и сыгранный проект, настоящее удовольствие для любителей роскошной эпохальной драмы субботним вечером». (The Guardian)

        Изида — Элли

        В первом сезоне белого лабрадора-ретривера, живущего в аббатстве и звавшегося Фараон, играл пес по кличке Рольф. После его смерти в сериал пригласили молодую лабрадоршу Элли, которая должна была сыграть Изиду, или, для домашних, Изи.
        Во втором сезоне ей достаются остатки «Креп Сюзет», которыми мечтала полакомиться Этель. Очевидно, миссис Патмор, решившая судьбу блинчиков, сочла Изи более достойной кандидаткой. Аристократическое происхождение и безукоризненная вежливость склонили чашу весов в ее пользу.
        Позже ее похищает злодей Томас, желая потом «найти» и заслужить признательность лорда Грэнтэма. Однако доброе сердце Изи и ее трогательные наивные глаза побеждают все злобные замыслы: Томас перевоспитывается (по крайней мере, временно) и отпускает свою пленницу.
        Разумеется, Изи с огромным удовольствием принимает участие в охотах, которые периодически организуют владельцы Даунтона. Она не мечется с диким лаем, распугивая дичь, а ведет себя как хорошо вышколенная и умная собака.
        В свободное время Изи чаще всего лежит у камина, предаваясь собственным мыслям. Она одинаково спокойна, беседуют ли люди в комнате, читают или кружатся под звуки джазового оркестра. Однако она всегда готова составить компанию тому, кто захочет прогуляться. Этот ровный невозмутимый характер, являющийся свойством, присущим всей породе, делает лабрадоров идеальными компаньонами для чопорных англичан.

        Страсть к охоте

        В Средние века охота являлась одним из основных средств пропитания для английского дворянства. Как, впрочем, и для дворянства французского, испанского, и т. д. Дворяне гордились своей привилегией есть каждый день мясо, которое они добывали, гоняясь на лошадях в сопровождении своры собак за оленями. Достаточно вспомнить, что конфликт между Робином Гудом и шерифом Ноттингемским разгорелся именно из-за того, что Робин охотился на оленей в королевском лесу, на что не имел никакого законного права, так как все олени принадлежали короне, а шериф, будучи государственным чиновником, обязан был следить, в том числе, и за их сохранностью.
        В XIX -XX веке все естественным образом изменилось. Большая часть мяса, которое ели англичане, теперь поступала из Австралии и Новой Зеландии. Мощные холодильники и быстроходные пароходы сделали это разделение производства возможным и рентабельным. Охота осталась лишь развлечением, да иногда необходимостью истреблять лишних лис или кроликов, которые, размножившись, начинали угрожать сельским курятникам, огородам и полям. Чем меньше в охоте было утилитарных функций, тем больше она обрастала различными обычаями, обрядами и ритуалами.
        Английская парфорсная охота еще в начале XIX века стала произведением искусства, или, точнее, театральным представлением, в котором все играли свои роли, и даже оленей старались сберечь для следующих спектаклей.
        Охоту возглавлял пикер — хозяин гончих, и 2 -3 выжлятника-псаря, управляющих гончими собаками. Энциклопедия Брокгауза и Эфрона таким образом описывала английскую псовую охоту: «Сама охота начинается с того, что в ближайших от места сбора кустах или лесу бросают (пускают) гончих, которые, ввиду того, что дичь заранее приготовляется, скоро нападают на след ее. Пока дичь кружит и не выходит из леса, охотники разъезжают по опушке, но как только стая собак выгонит дичь из леса, начинается, вслед за нею и собаками, бешеная скачка, не знающая никаких препятствий, в виде каменных стен, которыми обносятся поля, заборов, широких канав; сочувствуя спорту, местные жители спешат запереть все ворота, чтобы затем полюбоваться лихими прыжками всадников <…> В Англии охотник, подоспевший к финалу травли первым после доезжачего, считается царем охоты: ему предоставляется честь, вечером за обедом, провозгласить тост за здоровье королевы». На первоклассных охотах охотники одевались в красные фраки, черные бархатные жокейские фуражки, лосиные панталоны и длинные ботфорты со шпорами. Если охота продолжалась
несколько дней, то требовалось большое количество лошадей, так как после дня скачки лошадям нужно было несколько дней отдыхать.
        Будучи национальным спортом, английская охота породила целую индустрию. Многие фермеры выращивали лошадей и натаскивали собак специально для охоты, получая неплохой доход.
        Англичане также с удовольствием охотились на водоплавающих птиц или на фазанов с легавыми и спаниелями. Более скромная по масштабам, такая охота приносила много радости любителям рано вставать и встречать рассвет в полях или на берегу озера.
        Охотничьих собак держали дома и менее состоятельные британцы, как для охоты, так и просто для развлечения. Так, уже упоминавшаяся в нашей книге Вирджиния Вульф в своем романе «Флаш», посвященном спаниелю, принадлежавшему поэтессе миссис Браунинг, приводит цитату из любимца королевы Елизаветы Филиппа Сидни: «…борзые, спаниели и гончие… из коих первые представляются нам лордами, вторые благородными дворянами, третьи же йоменами средь собак». И далее, описывая прогулки Флаша и его хозяйки, рассказывает: «Она пробиралась по высокой траве, а он носился кругами, шумно вспарывая зеленый занавес. Прохладные шарики дождя и росы разлетались фонтанами вокруг его носа; земля, то твердая, то нежная, то жаркая, то прохладная, колола, царапала и щекотала нежные лапы. А какие запахи в сложнейшем хитросплетенье ударяли ему в ноздри; крепкий дух земли; сладкий дух цветов; дурманящий дух листвы и кустарника; прелый дух, когда переходили через дорогу; едкий дух, когда вступали на бобовое поле. Но вдруг ветер нес душераздирающий запах — крепче, сильней, мучительней всех других,  — запах, врывавшийся в его сознанье и
будивший тысячи забытых инстинктов, миллионы воспоминаний,  — запах зайца, запах лисицы. И Флаш мчался, как рыба, подхваченная потоком,  — дальше, дальше. Он забывал свою хозяйку; он забывал весь род человеческий. <…> Он несся, он мчался. Наконец, растерянный, он останавливался; чары развеивались; очень медленно, кротко виляя хвостом, он трусил полями к тому месту, где стояла мисс Митфорд, кричала: „Флаш! Флаш!“ — и размахивала зонтиком».
        Поистине любовь к собакам — такая же неотъемлемая черта английского характера, как и любовь к котелкам и овсянке на завтрак. Возможно, эта любовь связана с тем парадоксом, который подметила Вирджиния Вульф: «…мы вынуждены признать, что их аристократизм зиждется на куда более существенных основах,  — пишет она.  — С этим согласится всякий, кто изучит законы Клуба Спаниелей. В них незыблемо определяется, каким должен и каким не должен быть спаниель <…> А теперь обратимся к человеческому обществу — и какой же мы обнаружим тут хаос, какую досадную неразбериху! Нет вообще никакого клуба, ведающего выведением человеческих особей. Геральдическая палата более других заведений приближается к Клубу Спаниелей. В ней хоть делаются попытки сохранить чистоту человечьей породы. <…> судьи просто-напросто отсылают вас к вашему гербу. Предположим, герба у вас не имеется. Тогда вы никто. Но стоит вам обосновать притязания на шестнадцать четвертей гербового поля, обзавестись правом на корону пэров, и тотчас окажется, что вы не просто родились, но родились в благородной семье. И вот ни один пирожник в
Мэйфере не обходится без лежащего льва либо вздыбленной русалки. Торговец льняным полотном и тот спешит вывесить герб у себя на дверях, чтобы мы могли спать на его простынях совершенно спокойно».

        Антураж

        Декорации, костюмы, грим, аксессуары — все это выполнено в сериале тщательно, в соответствии с историческими данными, и главное: с большой любовью. Каждая деталь работает на общее впечатление, помогает глубже погрузиться в эпоху и понять мотивы действий персонажей, их переживания, законы, которым они подчиняются или которые нарушают.
        Сара Теобольд — актриса, игравшая Айви, рассказывает: «Определенно, работа дизайнеров и продюсеров фильма была невероятной. Каждый, с кем мы работали, включая костюмеров и художников — очень талантливые люди на пике своей карьеры. Временами я оказывалась на кухне и если я отворачивалась от камеры, то теряла представление о реальности. Мне казалось, что я нахожусь в том времени.
        Это очень красиво и помогает актерам, так как вы ощущаете себя частью истории. Именно это и делает сериал таким популярным».
        Я думаю, вы легко согласитесь с Сарой. Сериал не только рассказывает о драматических и радостных событиях в семействе Кроули. Он передает атмосферу времени — то, как она менялась от года к году, от эпохи к эпохе. Возможность ощутить время почти «на вкус» и составляет одну из главных прелестей сериала.

        Послесловие

        Ничто не может длиться вечно. Об этом напомнил поклонникам «Аббатства Даунтон» Джулиан Феллоуз, пообещавший, что сериал скоро закончится. Но до этого нам предстоит увидеть разгадки еще многих тайн, узнать, как сложатся судьбы героев и еще раз окунуться в неповторимую атмосферу Даунтона, атмосферу Англии прошлого века. Я уверена, что новый сезон принесет нам немало радости, и буду ждать его с нетерпением. Ведь в ожидании тоже есть своя прелесть.

 
Книги из этой электронной библиотеки, лучше всего читать через программы-читалки: ICE Book Reader, Book Reader BookZ Reader. Для андроида Alreader, CoolReader Библиотека построена на некоммерческой основе (без рекламы), благодаря энтузиазму библиотекаря. В случае технических проблем обращаться к